Век вампиров

Назревает век вампиров и пони вновь вынуждены возрадить святую инквизицию именующую себя ''Последний закат''. Пони начали активно вступать в отряды Последнего заката. Шла холодная зима, отряд инквизиторов шёл на штурм очередного форта вампиров. Алистер, недавно прошедший боевую подготовку, шёл на своё боевое крещение.

Другие пони ОС - пони Стража Дворца

Призраки на кладбище

В Понивилле снова Ночь Кошмаров, и Меткоискатели приглашают свою новую подругу Даймонд Тиару присоединится к одной из их любимых традиций — классической игре о призраках на кладбище! Правила просты, а игра проста и увлекательна для всех. Но на кладбище, как и в игре, тоже есть свои правила. А когда правила нарушают, последствия никогда не останутся безнаказанными...

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Снипс Снейлз Другие пони

Песнь Гармонии. Легенды о четырёх принцессах

Быть может, Рэрити - та самая избранная, которой предстоит освободить принцессу библиотеки из её тысячелетнего плена. Но откуда вообще Эквестрия знает о трёх пленённых принцессах, и что было до их пленения Духом? Возможно, древние свитки пыльных библиотек, хранившие этот секрет, были уничтожены Духом, но легенды на то и легенды, чтобы передаваться из уст в уста - и тем самым жить тысячелетиями... ...Так, должно быть, во времена Рэрити звучали бы эти легенды.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Принцесса Миаморе Каденца

Мы просто пили чай

Что делает Селестия большую часть времени? Правильно! Ничего! Просто пьёт чай...

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Алые подковы

Рассказ о трех пони, которые делали мир лучше. О них мало, что было известно если бы не один случай в Клаудсдейле...

Спитфайр Сорен

Fallout Equestria: Хроники Дитзи Ду

Привет, меня зовут Дитзи Ду. Большинство из вас знает меня, как автора "Копытоводства по Выживанию на Пустошах" . Двести лет я странствовала по Эквестрийской Пустоши, и за время тех странствий я получила огромное количество бесценного опыта, который я выложила в Пособие. Теперь же, я расскажу вам свою историю.

Гильда Снипс Дерпи Хувз Другие пони Флэм

Одиссея моей дружбы (+Аудиоверсия)

— Тебя не было месяц, Твайлайт. — Месяц?! Меня не было три сотни лет! Я блуждала по бесконечным мирам, якобы принося гармонию и мир! Нет! Они все пытались использовать меня или прикончить! Все! Я не верю, что вы мне были друзьями! Никто из вас не пытался спасти меня или попытаться вытащить из этого бесконечного круга ада! АУДИОВЕРСИЯ! ЮТУБ! https://www.youtube.com/playlist?list=PLJfVAS9vs-lhMCpfSztxie9gJR0NFJKzY АУДИОВЕРСИЯ! https://boosty.to/plmc Приятного слушания! Весь контент, является бесплатным для вас!

Твайлайт Спаркл

Один день Пинкамины Дианы Пай

Все знают об альтер-эго Пинки Пай. И никто никогда не думал о том, что у Пинкамины Дианы Пай тоже есть мысли и чувства...

Пинки Пай

Осколки Эквестрии

Эквестрия проживает восемнадцатый век от Исхода. В целом все не так уж плохо. Анмар держится в сторонке и разве что изредка снабжает Эквестрию артефактами. И слава Искре: от рогатых, как известно, добра не дождешься, особенно от диких, благо тех Анмар все же отлавливает. Конечно, остаются сектанты, искренне верующие в возвращение "Принцесс", но на то, помимо анмарских разведчиков Внутренней Стражи, есть наш родной Департамент - он спуска смутьянам не даст. И сказки о том, что пегасы могут ходить по облакам - всего лишь сказки, которые просвещенному пони в наше время лучше забыть. По крайней мере, в Альвенгарде: мы здесь не любим истории о магии. Идите расскажите это в Церкви Искры, если уж так уперлись. А что до Нижнего Города... Альвенгард готов терпеть его до тех пор, пока они не переступили черту. Рано или поздно Департамент выжжет заразу с корнем. Выжжет, можете не сомневаться. Я вижу на вашем лице сомнение? Ах, мне показалось? Что ж, вы можете идти. ПОКА можете идти.

ОС - пони Дискорд Кризалис Чейнджлинги

Последний лучик солнца

Сколько раз я игнорировала тебя, кричала, ломала твои хрупкие детские мечты. Почему я плачу сейчас? Я ничего не могу поделать, будучи бессильной против смерти. Но знай, я не отпущу тебя, не попрощавшись...

Рэрити Свити Белл

Автор рисунка: Stinkehund

Сборник стихов

Венок сонетов. Твайке.

Венок сонетов. Да, его можно подправить нехило, но я ленивый круп. И писалось на вдохновении. Пусть останется так. Рифмовка типа итальянская.

I

Как прежде манит и дразнит,
Портфель из детства
Словно естества
Из будущего в алый сон клонит.

И тень моя меня опередит,
Почувствует осенняя листва
От неба отрываются слова.
И лужами асфальт опять залит.

По ним ногою прикоснулась ты,
Возможно лишь то ангела следы.
В них отражаются пространно.

Весна и лето время рвут на части,
Зима, метелью рвет деепричастий,
Твой взгляд такой непостоянный.

II

Твой взгляд такой непостоянный.
У полевых цветов застывших у реки,
Когда на них внезапно задремала ты,
И небо, засыпая, подмигнуло странно.

Там только облака, в них нет обмана,
Касанье губ, дрожащей ли руки,
Приятно солнце гладит твои веки,
Почти что не касаясь стана.

Ромашки, клевер, прочий первоцвет,
Согрета им и он тобой согрет.
Ласкает ветерок без остановок…

Дорога вьется и уходит вдаль,
Заезженный предчувствием февраль.
А я опять тебе навеки перестанок.

III

А я опять тебе навеки перестанок.
Застывший вне, которое внутри,
Секунды тикают и раз, и два и три,
Наполненные миром и без ранок.

Пока что нет тебя, лишь смутное — останься,
Дыши, живи и просто говори,
Читаю, чувствую на трепете зари,
Издалека — ромашка розой станет

С тобою солнце, небо подо мной,
Вопросы о судьбе, полночный зной,
В них ненавязчиво привычно влит.

Пока не знаю это, не кричу — постой,
Лишь оглушающий неведомый озноб,
В словах мечта всегда пленит.

IV

В словах мечта всегда пленит.
Но тихо и спокойно тут.
Как кровь из вены бережно берут.
Не добралась еще до пламенных ланит.

В качелях, смехе, там неспешный быт
Его созвездья мрака не зовут,
Отсутствует терзаний резкий звук,
Подарок тихий так и не раскрыт.

Тепло и весело, заснул вчера дракон,
Варенье, чашка чая, сладкий сон.
В который ненавязчиво клонит.

Но знаешь, где — то пишется закон,
И знаешь, многозначным знаком.
Где лилия, и трепет и гранит.

V

Где лилия, и трепет и гранит,
Напоминание о светлом свете.
Хоть черным он бывает где — то,
В обратном непременно убедит.

Грозы и молний пасторален вид,
Когда бутоны думают о лете,
Надменное прикосновенье плети
Лишь шепотом слегка обременит.

На этаже седьмом жгут ангелы костер,
Дым плоти грешником довольно терпкий.
Пропах весь дом и от одежды не отстанет.

А что повыше, где чертогов запах едкий…
Мне нипочем, божественный нектар
От сердца отрывать не перестану.

VI

От сердца отрывать не перестану.
О чем, к чему прикосновение ее,
Оно серьезно, разрастается огнем,
Скрепляя пепел, очищает, манит.

Аллеи шелестят, березками в лианах,
Души струны заденет далеко не всем,
Когда звучат наперекор судьбе,
Впиваясь взглядом в фотокарточки на рамках.

Галактики, скопления галактик,
Красиво, что там птеродактиль…
Историей своей и красотой завянет.

И будет вновь предположений ластик,
Терзать бумагу, обращаясь в стиль.
Хоть жизнь моя навеки перестанет.

VII

Хоть жизнь моя навеки перестанет,
Она лишь остановится едва.
И здесь слова не просто лишь слова,
Уже, и не совсем нирвана.

Ласкает воля очарованная станом,
Так в сложности она проста,
И невозможно досчитать до ста
Спокойно, цифрой а не стоном.

Открыта дверь, замок терзает ключ,
В кармане запасная связь отмычек.
Доверься и обманут, так звучит,

Не доверяй — себя обманешь лично.
Пустого нет, и есть всегда отличья.
Где имена, где Твая и Лилит.

VIII

Где имена, где Твая и Лилит,
Единоржка изучает книжки.
Слегка растрепанна, где в буквах нет подвижки,
Ее собой меняет красота.

Обложка не теряет вид,
Румянец на щеках, задумчивая слишком,
О том, что в книгах не напишут.
Из разума и чувств бесценный слиток.

Перо, чернила, магии немножко,
Весенний ветер сквозь открытое окошко.
А лучик солнца исполняет сальто.

На стену он отчаянно заброшен,
А если будет изгнан ненарочно,
Здесь дождь, слезами по асфальту.

IX
Здесь дождь, слезам по асфальту,
Земле, цветам, их наполняет жизнью.
А в холода изящный нежный иней.
И можно в такт ему надеть пальто.

Согреться необычным альто,
На подиуме статью герцогини,
И четкость нарисованная линий
Надменно скажет, тут одно лишь но.

Хоть каждый посмотрел хоть раз с небес,
На грязь, которая тверда смеясь,
Как смотришь свысока — она тверда вдали.

Не успокаивает вечнозеленый лес,
И выход — это снова расстояний связь,
Он приближается ко мне и плачут скальды.

X

Он приближается ко мне и плачут скальды
Заранее, гармоний разнобой вкушают
Шекспир сонеты навсегда внушает,
Петрарка, ввысь взлетает из останков.

Их вдохновенье все еще важнее тильды,
Касанье клавиш неуверенно мешают,
Пока что не звучнее партитуры,
Особенно звучит, как ты.

Песнь пьется, плотью говорит сильней,
Завистливо, что думаю о ней.
На алтаре своею жертвой примет.

Себя, в неспешной суматошности огней,
Им надо так, хоть в глотку золото залей,
Прохожие стоят, а я лишь слышу имя.

XI

Прохожие стоят, а я лишь слышу имя.
О, так оно прекрасно средь огней,
Неон рекламы параллельностью планет,
Погаснет, а потом как розой вспыхнет.

Вопьется утро в день и не остынет.
Светла. хоть призрачна извне,
Не может нет сказать в ответ?
На стеклах да дыханием застынет.

И гомон голосов не так как раньше,
Впиваясь в сердце больше он не ранит.
Свят ангела небес прозрачно — синий.

Осколки солнца на воде длиннее, тоньше,
Фонарных огоньков не принимают вид.
Не в рифму стынет на деревьях иней.

XII

Не в рифму стынет на деревьях иней,
Причудливо разнообразна вязь,
Как снег в который хочется упасть,
Потом взлететь, как ангелом для ней.

Останусь ли опять заблудший циник,
А может есть между пространством связь,
Не про кино, которое о нас,
А красок неизведанных невинней.

И настигают прошлого шаги,
Они теперь уверенно легки.
Как заигравшийся с метелью первоцвет.

Игрушкой плюшевою, сотьветьем конопли,
Из них ка скальпелем вырезывают если.
Они божественны — ни да, ни нет.

XIII

Они божественны — ни да, ни нет.
Игра легка как сумрак,
Твайлайт, если слегка подумать,
Мне именем своим не даст ответ.

Вопрос извечен, в листопаде лет,
Порывов страстных возглас не умолк,
Голодный взгляд, прищурясь, словно волк
Пытается мне дать совет.

Где нет ни правды и советов.
Глаза в глаза терзаются ответом.
Судьба такая никого не минет.

Финал. Застывшее над океаном лето,
Потоки ослепляющего света.
Да. Там где сердце не остынет.

XIV

Да. Там где сердце не остынет.
Не просто так о сердце говорят.
Оно болит слегка, когда распят,
Оно колеблется мечтанием извне.

Рисует мыслями в картонном дне,
Не тот что под ногами, тот который свят.
И освящен. Вопрос, который снят,
Приятен очень, он ведь лично мне.

Не в сладости которая во сне.
День не перетекает в «не»,
И пропадает. Камни и гранит.

Оставлен на пороге дерзкий тлен,
Мечта уже не в буре перемен,
Как прежде манит и дразнит.

Магистрал

Как прежде манит и дразнит,
Твой взгляд такой непостоянный.
А я опять тебе навеки перестанок.
В словах мечта всегда пленит.

Где лилия и трепет и гранит,
От сердца отрывать не перестану.
Хоть жизнь моя навеки перестанет.
Где имена, где Твая и Лилит.

Здесь дождь, слезами по асфальту,
Он приближается ко мне и плачут скальды,
Прохожие стоят, а я лишь слышу имя.

Не в рифму стынет на деревьях иней,
Они божественны — ни да, ни нет.
Да. Там где сердце не остынет.

Продолжение следует...

Вернуться к рассказу