Открой глаза

Открой глаза

Вечер. Тихий вечер. Легкий ветерок ласкает развивающуюся бледно-синюю гриву невысокой пони. Она неловко делает пару шагов вперед. Уже тысячу лет она не поднимала луну. Для нее это намного меньше, чем для обычной пони, и Луна это понимает, но от этого волнение юной принцессы не стихает.

— Ты точно хочешь, чтобы я сделала это, Селестия?

Белая высокая аликорн с развивающейся гривой просто кивает.

Луна кивнула тоже и прошла немного вперед. Ее сердце бьется сильно-сильно, будто бы она делает это в первый раз.

Луна зажмурилась. Все тепло, что находилось внутри принцессы, перелилось в рог. Он засветился светло-синей магией. Луна слегка приподнялась над балконом. По инерции взмахнула крыльями. В другой раз она бы подумала: «Как же давно я не летала!», но сейчас принцессе было не до этого. Взмахи крыльями придавали ей энергии. Волшебный рог засветился сильнее. Из-за горизонта выплыла серебряная луна. На ней больше не было портрета Найтмар Мун, она была чистой-чистой. Лунный свет постепенно заливал долину под Кантерлотом, на небе начинали вспыхивать звезды. Но вдруг ночное светило дрогнуло. Луна зажмурилась сильнее, замахала крыльями чаще. Рог аликорна засветился немного сильнее на секунду, но потом магия Луны потускнела. Она чувствовала, как энергия уходит из ее тела, оставляя в полусознании. Принцесса невольно опустилась, так, как и луна на ночном небе. Собрав оставшуюся энергию, она все же взмахнула крыльями. Это придало энергии принцессе, и та немного поднялась, магией поднимая светило. Но, все же, Луна чувствовала, что ей не хватит магии. Энергия покидала принцессу ночи. Что-то подсказывало принцессе, что нужно делать сейчас, но она не могла вспомнить, что именно.

— Дай выход магии, — тихо говорил то ли голосок в голове Луны, то ли Селестия, оставшаяся внизу.

Принцесса Луна попыталась усилить магию, невольно вспомнив, что в облике Найтмар Мун она подняла бы свое светило за секунду. Что-то все-таки ей подсказывало, что она делала все неправильно.

— Дай выход магии, — Луна была уверенна, что это говорил голосок в ее голове.

Три взмаха крыльями. Попытка прибавить энергии в рог. Неудача.

— Дай выход магии.

Еще одна попытка усилить магию. Несколько взмахов крыльями. Луна еще сильнее зажмурилась.

— Дай выход магии! – кричал голос в ее голове…

Силы покидали Луну. Крылья едва ли рассекали воздух. Свет из рога принцессы тускнел. Она плавно падала, а с ней и подвластное ей светило.

— Дай выход магии! – отчаянно закричал голос в голове принцессы.

Голова раскаливалась от этих криков, но и головная боль тускнела с силами пони...

Но вдруг она услышала что-то другое, кроме этого голоса. Луна отчетливо услышала сильный и ласковый негромкий голос Селестии:

— Открой глаза

Луна повиновалась этому голосу. Она медленно открыла большие глаза, уже не осознавая, что делает. Зрачки Луны засветились белым светом, она почувствовала, как в рог нахлынула магия. И вновь по инерции она взмахнула крыльями, взмывая в ночное небо все выше и выше…

Серебряный лунный свет озарял долину. Ночное светило ярко сияло на темном небе, на котором теперь отчетливо вырисовывались золотые созвездия.

Луна стояла на балконе, любуясь на свое прекрасное творение.

— Твоя ночь очаровательна, сестричка, — тихо сказала подошедшая Селестия, обнимая Луну и прижимая ее к себе копытом, — У меня никогда не получилась бы такая завораживающая ночь.

— Тия! Хочешь, я тебе что-то скажу?

— Что, Луна?

— Я знала, что ты всегда любишь мою ночь!