Феликс

Собственно, сама зарисовка

А.А. Рылов. «Сверхмощный паровоз ФД»

13 сентября 1949 года. Свердловская железная дорога. 01:13.

Разрезая тьму светом прожектора, летел по рельсам шедевр инженерного искусства — паровоз ФД21. Две тысячи тонн руды вез он в Челябинск — восстанавливающейся Советской Стране нужен металл, нужны трактора и станки. Всего восемь лет паровозу — ребенок по человеческим меркам, но подходит к концу его срок, и вот уже старичков ФД сменяют на перегонах «Победы» — паровозы серии Л. Но Иваныч ни за что не променяет свой паровоз на какой-нибудь другой, именно на нем он начал свой трудовой путь всего за полгода до начала войны, на нем он перевез через Урал десятки тысяч тонн угля, стали, сотни танков — сам Лунин хвалил молодого машиниста и его верного стального коня. И могучая машина отвечала взаимностью своему погонщику, ни разу не подводя в критической ситуации — будь то немецкий обстрел, или затяжной перегон.

Вот и сейчас: гудело пламя в топке, с тихим рокотом работал под полом будки стокер, без устали забрасывая в топку уголь, часто-часто хлопали своими выхлопами цилиндры, так, что практически невозможно было разделить их звук на отдельные части. Молодой помогала, совсем пацан — только недавно из училища, клевал носом, тщетно стараясь не заснуть с непривычки.

За окном постепенно сгущался туман.

«Туман? Странно, не то вроде сейчас время года, да и в этих местах? Скажешь кому — засмеют, мол, сорока нет, а уже из ума выжил» — Иваныч, чуть щурясь от набегающего потока ветра вглядывался в туман по правому борту машины. Одна рука на тормозном кране, вторая — на регуляторе. Это плечо он знал наизусть и, казалось бы, прошел по нему с закрытыми глазами. Вскоре покажется табличка с угрожающим призывом «Закрой поддувало!», за ней, через некоторое время, затяжной подъем, короткая площадка и дальше — пологая и очень длинная кривая. Нет, не стоит все-таки вести состав с закрытыми глазами — не уследишь, и всё, беды не миновать. В том что бесконтрольный ФД способен натворить немало дел, рано поседевший машинист убедился, когда ещё в 1941 году в Донецкой области немецкий бронепоезд сумел проскочить в тыл сквозь советскую линию обороны. Тогда для того, чтобы его остановить, один из пожилых машинистов заскочил в стоящий под парами ФД и направил 260-тонный паровоз на вражеский бронепоезд, в результате чего, ценой собственной жизни, отправил последний под откос.

Вот и подъем показался. Плавно открыть регулятор, плавно увеличить отсечку, подсыпать песка под колеса, растянуть состав, и постепенно уменьшать отсечку. Прошли. Площадка. Спуск. Потихоньку регулятор на себя, до полного закрытия, и притормаживаем. Главное — не спешить и не порвать состав оттяжкой. Вот уже показался вход на кривую…

«Что такое?» — Иваныч удивленно моргнул, в легкой дымке, истаивающей под светом луны и прожектора состава, казалось, что кривая обрывается в никуда, что в конце нет рельсов — лишь легкая, дрожащая хмарь воздуха. Моргнул, сплюнул, и, для верности, постучал, не снимая рук с крана, кончиками пальцев по деревянной обшивке будки, но рельсы не появились. Торопливо застучало сердце, на лбу выступила испарина, как во время войны, при появлении в небе немецких самолетов.

— Серега! Рельсы спиздили! Я торможу, ты прыгаешь! — страшно заревел он на молодого помощника. Тот сначала не понял, но, короткий взгляд в окно — молодой парень бледнеет, и с ужасом хватается за поручень. Руки машинста в это время живут своей жизнью — закрыть регулятор, отключить стокер, открыть на всю колосники, открыть сифон, отсечка, тормоза.

Не так-то просто затормозить груженый состав, да ещё и на спуске, и вот уже близко страшная зыбь, и вот уже метельник паровоза касается её.

— Прыгааааа…

Мир потонул в яркой вспышке.

13 день месяца вереска. 950 год изгнания Луны. Окрестности Сталлионграда. ок. 2:00

Яркая вспышка разрезала тьму недалеко от промышленной столицы Эквестрии. Огромная черная машина возникла из ниоткуда, с грохотом пролетела ещё несколько метров, повалилась набок и остановилась, превратившись в гору искореженных, курящихся паром обломков.

Вспышку заметили с городской пожарной каланчи и немедленно отправили свободный расчет.

Всего через полчаса вся Сталионградская гвардия была понята по тревоге. Место происшествия было оцеплено.

Ещё через 15 минут на место прибыл взмыленный генерал-губернатор и принял командование на себя.

13 день месяца вереска. 950 год изгнания Луны. Военный госпиталь Сталлионграда. Три часа спустя.

— Но я впервые вижу это существо! Как я могу что-то сделать?

— Вы сделаете это, Доктор Стейбл! Приказ Генерал-Губернатора. Вы и ваши парни должны сделать все возможное, чтобы сохранить им жизнь. Все ресурсы города в ваших копытах.

— Тогда вы идете со мной, будете организовывать снабжение! Готовьте операционные! Я беру белогривого и первую операционную. Харнстон — второй твой, приказ ты слышал.

13 день месяца вереска. 950 год изгнания Луны. Военный госпиталь Сталлионграда. ок. 11:00

— Что скажешь, Харнстон?

— Ари меня прибьет.

— А про пациента?

— Несколько переломов, ожоги, кровотечения, разрывы внутренних органов. Практически не действуют магические методы. Пришлось действовать по старинке. Просто чудо, что их кровь оказалась настолько сходна с нашей. Он сейчас без сознания, и я буду молиться Селестии, чтобы он пришел в себя. Сейчас все в ее власти.

— Блестяще. У моего все тоже самое, только вот несколько — как там грифоны их называют — «пальцев», так и не удалось спасти. Их просто не нашли на месте… События. Хоть я даже и не… Нгхх…

— Стейбл, по хорошему говорю, завязывай с таблетками, рано или поздно это выйдет тебе боком.

— Харнстон, читай мораль соей синежопой женушке, а сейчас — уйди с глаз моих.

13 день месяца вереска. 950 год изгнания Луны. Резиденция Генерал-Губернатора Сталлионграда. Зал Совещаний. ок. 11:00

— Итак, господа, разбор обломков практически завершен. Гвардия?

— На месте крушения обнаружена странная машина, а также полтора сильно поврежденных вагона — подробности сообщит техническикй отдел, а так же два существа неизвестного вида в тяжелом состоянии. Существа были доставлены в центральный военный госпиталь, после чего Доктор Стейбл, вы все его знаете, хромой такой, выгнал всех кроме моего адьютанта и закрылся в клинике изнутри. Если кто-то и сможет вытащить их с того света — то это он.

— Спасибо. Гильдия Магов?

— Исследование места аварии выявило большой остаточный магический фон. Это характерно для выбросов сырой магии, которые иногда фиксировались в различных местах Эквестрии. Возможно имела место спонтанная телепортация объекта, но так как…

— Достаточно. Инженерный цех?

— Мы изучаем обломки и уже можем заявить — это, господа, — паровоз. Да-да, паровоз. Но паровоз гораздо совершеннее всех, какие сейчас есть или проектируются в Эквестрии. По предварительным прикидкам его длинна порядка 15,5 метров, а масса — более 150 тонн. Его мощность даже трудно вообразить. Качество материалов и их обработки превосходит все, что есть у Эквестрии сейчас, но, судя по износу некоторых деталей, эта машина эксплуатировалась довольно долгое время. Также на месте катастрофы был обнаружен шестиосный тендер, с некоторым количеством высокосортного угля. Ориентировочная емкость тендера — 15-20 тонн угля. Кроме того, была обнаружена половина товарного вагона, имеющиеся конструкции сильно повреждены, но на некоторых деталях присутствует отполированный до зеркального блеска срез. Содержимое вагона, судя по всему — железная руда превосходного качества. Удалось собрать порядка 8 тонн. В данный момент весь свободный инженерный состав изучает обломки в поисках технических решений, которые можно было бы применить у нас.

— Благодарю. Итак, господа. Городской совет принял решение оставить этот инцидент в секрете от Кантерлота и принцессы Селестии, по крайней мере до тех пор, пока эти существа не придут в себя. Все причастные дадут подписку о неразглашении, скрепленную нерушимым обетом. Легенду для мирных жителей разработает особый отдел. Гильдия Магов и Инженерный Цех — ваша задача узнать все возможное о данной машине и постараться реализовать на нашей технической базе.

Военный госпиталь Сталлионграда. Точная дата неизвестна.

Голоса с легким малороссийским выговором раздавались откуда-то издалека.

— Итак, его состояние стабильно. Доктор, вы просто гений. Мы ожидаем, что он выйдет из комы, но неизвестно, когда это случится, и случится ли вообще. — молодой, женский радостно щебетал неподалеку.

— Мало дождаться его прихода в себя. Попадание к нам стало для него шоком, и наша задача не допустить, чтобы он отбросил копыта, при виде вашей довольной рожи.

«Хохлы. Ну надо же.» — успел подумать Иваныч, и вновь погрузился в темную хмарь забытья.