Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 23 Эпилог

Глава 24

Столь долгожданный (как минимум мною) финал. Прошу прощения за небольшую большую громадную задержку.

Ночь. Только звёзды с трудом освещают пейзаж вокруг. Я стоял посреди огромной тёмной долины. Земля в ней была абсолютно чёрной, а края сильно оплавлены, а кое-где виднелись жуткие потёки камня. Мои ноги утопали в местной почве по колено, но когда я попробовал сделать шаг, то не почувствовал никаких препятствий. Зачерпнув в ладонь горсть этой «земли» я поднёс её к самому забралу моего скафандра и понял, что уходящая сквозь мои пальцы субстанция на самом деле является пеплом, который беззвучно падал к моим ногам. Прислушавшись, я ничего не услышал, кроме своего дыхания. Чем дольше я оставался здесь, тем сильнее на меня накатывало чувство отчаяния и одиночества. Оно, словно холодный ветер, проходило сквозь меня, вызывая непроизвольную дрожь. В поисках выхода, я снова огляделся, но ничего не изменилось.

Вокруг была всё та же тьма и тишина, абсолютно никаких ориентиров для выбора направления пути, вернее, бегства, потому я, постепенно ускоряя шаг, пошёл в сторону, как мне показалось более пологого склона. Но, не пройдя и нескольких шагов, я был остановлен хрустом у меня под ногами, это заставило меня дёрнуться, споткнуться на ровном месте и упасть, подняв в воздух целое облако пепла.

Кое-как сориентировавшись, я поднялся на четвереньки и развернулся к месту, где услышал хруст. Не смотря на моё нежелание знать, что там было и всё усиливающееся желание убраться поскорей, какая-то сила заставила меня разгрести пепел и рассмотреть испугавший меня предмет, это была стеклянная рамка из-под фотографии.

Именно стекло хрустнуло у меня под ногою, скрыв фотографию под сетью трещин. Вытряхнув стекло на землю, я попытался разглядеть фото, но внезапно меня закрыла тень, к небу начал подниматься окружающий меня пепел. Когда он весь до грамма взлетел ввысь, передо мной предстала ужасающая картина, целое море костей по всей долине. Первобытный ужас сковал моё сердце и парализовал тело. Спустя секунду, с неба ударил яркий свет, заставивший меня поднять голову.

— НЕ МЕШАЙ НАМ!!! – Кричал голос, казалось исходящий отовсюду. Меня тряхнуло и…

***

Мой сон прервала резкая турбулентность, в которую влетела летающая повозка, когда мы пролетели над очередным горным хребтом, венчающим границу Эквестрии и начало Пустоши. С трудом осознав реальность, я кинул взгляд на шестёрку подруг, которые расположились на удобных диванчиках в конце нашего транспорта и обсуждали недавние новости. Глянул в окно, пытаясь упорядочить свои мысли и унять дрожь по всему телу. Липкий страх отравлял мне душу, но жаловаться на эту тему дамам?

Нет – это не по-мужски. А потому я попытался успокоить расшалившиеся нервы, отвлекаясь на другие темы. Например, на то, что происходило снаружи.

А за окном летела смешанная эскадрилья из пегасов Шедоу Болтов и Королевских Гвардейцев, их усиливало экспериментальное звено Драгончейзеров Марк один. Это был довольно устрашающий в своей мощи аппарат, который является модернизированной версией Грифинчайзера. И представлял собой полноценный ударный вертолёт с огромной боевой мощью, состоящей из десяти ракет Инферналфаер* и тридцати миллиметровой автоматической пушкой Шейкмастер.

*Управляемая ракета с жар яйцом в боевой части.

Короче, как нормальный человеческий самец, я влюбился в эту птичку с первого взгляда. Плавные, вылизанные обводы корпуса выглядели, на фоне гражданских летающих недоразумений изящно и даже в чём-то сексуально. Между ними была разница, как между Феррари и Москвичом, примерно такая ассоциация возникла у меня, когда я его впервые увидел.

Но Главный шик был в том, что в этой версии отказались от «еретического» использования мускульной силы пилота в качестве «силовой установки» заменив его, на некое подобие магического двигателя. К сожалению, цена такого аппарата просто заоблачная и кроме этих шести машин в Эквестрии нет подобных аппаратов.

Вся эта «армада» охраняла естественно не только мою драгоценную тушку и тела моих прекрасных пассажирок. А также пятёрку таких же небесных фургонов, которые пристроились за нами, хотя я иначе, чем повозками их не называю, пусть они и напоминают изнутри комфортабельный туристический автобус.

В этих телегах летели в представители Эквестерийских СМИ с заданием осветить предстоящее событие для граждан и сохранить для истории. Я честно предупреждал, что это может быть опасно, и лучше отдать аппаратуру для съёмки и записи солдатам, но они не послушали. Видимо решили, что им отдадут всё отретушированное цензурой, а тут такой ШАНС получить “Репортаж Века”.

Причина такой охраны было присутствие в этом кортеж принцессы Селестии, которая, как и Цезарь должна была подписать мирное соглашение лично. Летела она в своей традиционной золотой колеснице в самом центре этой кавалькады. Я поёжился при мысли о полёте в открытой колеснице, под местным холодным ветром, это вам не тёплый летний эквестерийский ветерок, а сплошные ледяные потоки. Хоть эти земли и находятся южнее Эквестрии, но из-за каких-то аномалий здесь девять месяцев в году сплошная холодрыга, а остальные три месяца адская жара. Причём солнце на погоду тут не сильно влияет, ибо почти постоянно небо затянуто тучами.

А потому, бедная Прицесса, а также пегасы-возницы вынуждены сейчас терпеть эту непогоду. Ладно, пегасы, пони служивые, они на это подписывались, когда выбирали работу. Да и одежда у них тёплая, с подогревом, но принцесса вынуждена была мёрзнуть.

Традиции обязывают её сидеть в отрытой колеснице в одном золотом (!) нагруднике и таких же регалиях, а ещё говорят у королей жизнь халява, тут традиции в могилу сведут, не будь принцесса богиней (хоть она, как и сестра не любит, когда её так называют), уже давно бы простудилась. Хотя, может, у неё есть какие-то хитрости? Магия и все дела.

М-да, почему-то мне совсем не легче, образ ужасной долины и горы костей не уходил. Я снова с сомнением глянул на подруг, скривился, и стал размышлять дальше, прикидываясь пока спящим.

Я довольно много расспрашивал принцессу о том, как началась война, почему она вообще началась. Ведь для неё жизнь, здоровье и благополучие подданных является наивысшей ценностью. Она посвятила всю свою жизнь процветанию Эквестрии, и то, что она пожертвовала всем этим ради сомнительной выгоды, мне представлялось маловероятным.

И Селестия мне рассказала обо всём произошедшем, показала дипломатическую переписку, открыла доступ ко всем архивам. В перерывах между делами я читал, читал и ещё раз читал всевозможные документы, но картина всё никак не связывалась. Была целая куча разрозненных сведений, но примеряя на неё логику развития земных конфликтов, я получал один и тот же ответ.

По всему выходило, что изначально, войны не хотели ни правительства Эквестрии, ни Домината. Но она упрямо приближалась, начинаясь со случайных мелочных обстоятельств, которые вели за собой долговременные последствия. Везде, где только можно события проходили по худшему из возможных сценариев.

То пираты перехватили критически важный груз, вдобавок, взяв в заложники сына влиятельного аристократа, который из-за какой-то случайности опоздал на свой корабль. То приказ Цезаря потонул в бюрократической волоките, а потом в более мелких делах, задерживаясь, где только можно. А когда приказ всё же дошёл, то подразделение, которое должно было заняться поиском пиратов, было уже занято подавлением голодных бунтов, из-за того, что в одном из крупнейших портов Зебринии вдруг сгорел дотла склад продовольствия.

Причём, вот совпадение, до этого в провинции погиб почти весь урожай из-за неизвестного вируса, поразившего все посевы. Наводит на мысли, не так ли?

Дальше, история ещё интересней.

Принцесса Селестия, не дождавшись спасения своих граждан силами легиона, решила сама уладить проблему и освободить заложников, предварительно отправив ТРИ предупреждающих письма, которые неизвестным образом потерялись, не дойдя до адресата.

Последнее письмо пришло лишь через месяц после того, как Цезарь узнал о тайной операции на его территории, и разгорелся нешуточный дипломатический скандал, а письмо Правительницы Эквестрии было принято за издевательство. При этом Эквестерийцы нашли у пиратов документы, которые подтверждали причастность Цезаря к действиям пиратов. Ситуация накалялась, Оба правителя стали заложниками своих обязанностей, а потом пролилась кровь…

Мне вспомнилась по этому поводу фраза, не помню откуда: «Конец света наступил тогда, когда все делали то, что должны и выполняли свой долг до конца». Думаю, аналогия понятна.

Прошла череда кровавых событий при сомнительных обстоятельствах, которые окончились разрывом дипломатических отношений, войной и взаимной интервенцией.

И вишенкой на торте из костей и крови стал инцидент в Литтлхорне, событие, которое окончательно обозначило точку невозврата в отношениях между двумя странами. В итоге это привело к использованию стойл по их теоретическому назначению, а на свет появилась единорожка, известная в узких кругах, как «ремонтница тостеров». Но это в замкнутой системе, где не было постороннего вмешательства…

В нашем случае, систему отрыли, и внесли в неё новую переменную. Это я о себе. Но вот достаточно ли её для изменения ситуации кардинально? Меня гложут сомнения. Ведь если такие «случайности» в случайности которых я глубоко сомневаюсь, случились один раз, то что мешает им повторится ещё раз?

То, что сегодня, в день икс, принцессы, как и тысячи Кантерлотских пони вместо того, чтобы дружно умирать от розового облака, живут и здравствуют, а Мейнхеттен не ожидает судьба сгореть в магическом пламени – это можно считать победой, но это не значит, что подобное не случится завтра.

То, что сегодня Анклав разгромлен, а стойла сделали безопасными – это можно считать победой, но это не значит, что подобное не повторится завтра.

То, что уже более нескольких недель на фронтах не льётся кровь ни пони, ни зебр – это можно считать победой, но это не значит, что завтра не начнётся очередное кровавое побоище.

И даже если мы сегодня заключим «Вечный Мир» — не означает, что завтра не начнётся новая, ещё более жестокая война.

И этих гарантий не могу дать ни я, ни Селестия и никто другой, поскольку виновники этих «случайностей» до сих пор на свободе. Как глубоко ни рыли агенты Министерства Морали и Министерства Крутости, но находили в лучшем случае оборванные концы. Не удивительно, что Литтлпип в Будущем смогла найти только лёгкие намёки на то, что что-то было не так. То, что на первый взгляд выглядело, как спонтанная вспышка мирового безумия, а на второй чередою катастрофических случайностей, оказалось целой системой, с твёрдо намеченной целью. И совершенно неизвестными мотивами. Ведь, что могло заставить абсолютно благонадёжных граждан пытаться уничтожить страны, где они родились и нарушать все данные присяги.

Итого, о создателях данной системы или вернее организации удалось узнать очень немногое. Себя они называют Посланники, действуют без границ, и занимают высшие государственные должности (только этим можно объяснить их возможности по влиянию на происходящие события).

Структура организации довольно проста, существуют сами Посланники в составе Коллегии и гонцы. Гонцы – это не посвящённые агенты, простые исполнители, именно от них мы и получили почти всю информацию о Последователях. Из последователей известен только один – это генерал Фаерлайт. Все остальные столь глубоко законспирированы, что мы даже не знаем их число.

И это угнетает, все наши акции провокации смогли выявить в основном только пешек и лишь одного «офицера» и то, лишь по нашу сторону границы. Недавние события в Ренове только подтверждают наши выводы и показывают, что борьба далеко не окончена.

У меня до сих пор стоит перед глазами тот момент, когда всеобщая радость сменилась внезапной паникой и страхом…

***

— Ну, что, дамы, полагаю это успех! – Заявил я шестёрке пони, на выходе из пункта радиосвязи.

Твайлайт покачала головой.

— До сих пор не могу поверить, что ты пошёл на эту авантюру и втянул в неё всю страну, как тебе Селестия всё это позволяет?

— Но до сих пор же всё срабатывало. – Я усмехнулся. – К тому же, я просто воспользовался опытом существования Эквестрии, ты же сама говорила, что нужно использовать более дружелюбные методы.

Волшебница в ответ только фыркнула, а Эпплджек с Рейнбоу Деш Дружно заржали.

— Да ты прям профессиональный авантюрист, скоро будешь в пещеры к драконам лазить, экспроприировать золото и драгоценности. – Заявила радужногривая пегаска, летя рядом с нами в позе «Ржупадсталом» (Как она может так летать?!)
— Ага, только мне против больших драконов страшно, а потому лучше навещу Спайка, хотя он там скорее исполняет роль не дракона на груде сокровищ, а принцессы в башне, жаль только у него шипы вместо косы, а потому его никто не спасёт. – Я уже задыхался от смеха.

Все пони рассмеялись, пони версия сказки о Рапунцель была и в их мире, только Твайлайт нахмурилась, но сразу отыгралась.

— А ты видимо хочешь сыграть роль прекрасного принца и спасать принцесс, какой-то ты неразборчивый. – На этот раз все смеялись надо мной.

Я пожал плечами, и состроил постное лицо.

— А что делать, принцессы в моих услугах по спасению из плена не нуждаются, и прекрасные дамы исполняют роль злодеев, а на безрыбье и рак – рыба. – На этих словах Твайлайт смутилась и покраснела, чем вызвала усмешки от подруг, а идущая рядом Рэрити, издав аккуратный смешок, ОЧЕНЬ неаккуратно наступила мне на ногу, хорошо, что пони лёгкие.

— А если серьёзно, то он присматривает сами знаете за чем, никого более надёжного я не знаю. – Добавила волшебница, когда смех утих.

— Знаю, знаю, он там калибрует постоянно. – На меня устремилось шесть недоумённых взглядов. – Предлагаю пойти отчитаться Селестии. Думаю, она будет рада новости о завершении переговоров.

Но нашим планам было не суждено сбыться.

Наш разговор перервал дробный перестук копыт по мраморному полу. Из-за поворота за нашими спинами вылетел один из связистов с пункта радиосвязи. Окинув ошалевшим взглядом пространство коридора, он подбежал к нам, и буквально задыхаясь, затараторил.

— Господин Канцлер… там… вышло на связь… посольство. – Он глубоко вздохнул. – Говорят, у них проблемы… срочно требуют вас.

Я бросил взгляд на хранителей, все выглядели чрезвычайно взволновано и даже испугано, честно говоря, тогда и у меня в голове зародились худшие мысли и предчувствия.

— Побежали. – И сам, подавая пример, бросился по коридору, хотя довольно быстро сдался, пункт связи был относительно далеко, и по извилистым коридорам к нему было пятнадцать минут ходу, а потому пони, имеющие изрядное преимущество в скорости и выносливости меня быстро обогнали. Когда я дошёл до кабинета они уже выслушивали сбивчивый отчёт, Сансета.

…- Сейчас нас охраняют преторианцы, и пытаются вывести из дворца вместе с Цезарем, но восстание идёт вовсю, защитные системы дворца пока сдерживают бунтарей, но они нас держат в осаде. Нас пытаются проводить к воздушному транспорту, но площадка находится вне дворца. Постойте, только, что пропал свет, ава***ный ген**атор не рабо**…

Земнопони, сидящий за пультом, обернулся к нам.

— Мы потеряли с ними связь.

— Так восстановите! – Меня сильно, разозлила вся эта ситуация, мы все были на нервах и тут такое.

Связист лишь покачал головой.

— Я попытаюсь, но проблема на их стороне, кто-то заглушил радиосвязь.

Я сквозь зубы выдохнул воздух, и глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Дыхательная методика от Твайлайт мне немного помогла.

— Ладно, сообщи, как только удастся восстановить связь. И-и-и, пожалуй, дай мне запись передачи, мы будем в оперативном штабе.

Тот кивнул и, нажав кнопку на пульте, вытянул диск и просунул по скользкой поверхности стола мне. Получив желаемое, я развернулся и вместе с остальными пони покинул пристройку со станцией связи.

Снаружи морщась от яркого солнца, я включил передатчик на подаренном мне пипбаке, который тут мне заменял мобильный телефон. В пределах городов связь мне нужна постоянно, а мой мобильный телефон тут не работает, вот и приходится перебиваться местными плохенькими в плане необходимого мне функционала аналогами (но сколько усилий пришлось потратить инженерам Стоилтек для адаптации биопараметрической связи я даже не представляю, но судя по не-выспавшемуся виду авторизованного инженера компании, который устанавливал прибор, немало). Ведь по большей части мне ни ЛУМ, ни карты, ни радиометр не были нужны, а весила эта штука порядочно в сравнении с телефоном.

— Михаил, это срочно? Я как раз подписываю приказы.

— Да, Ваше Высочество, это крайне важно, у меня для вас очень плохие новости, вам лучше услышать это лично.

— Где? – Голос Селестии мгновенно покинула некоторая усталость, что бывала в нём, когда она занималась скучной монотонной работой, он, как и всегда в экстренных случаях, стал твёрд как сталь.

— В штабе.

— Хорошо. Сейчас буду.

Я обернулся к подругам. И подумал, что сейчас у нас будет много дел и нелёгких разговоров.

На Флаттершай было страшно посмотреть, казалось, она сейчас упадёт на землю и расплачется. От этого её сейчас удерживала только Рэрити которая стояла рядом и пыталась её успокоить. Кажется, по ней это событие ударило сильнее всех. Она приняла очень близко к сердцу известие о погромах, а так же возможную гибель посольства и всех наших планов. Как говорится, человек предполагает, а бог располагает, хоть я не так чтобы верю в бога и его планы, но при мысли, что мне придётся пересказывать весть о гибели мужа Дисперсии Лайт, а также остальных участников экспедиции мне самому становится нехорошо.

Пинки, так же была довольно сильно расстроенной этим событием и выглядела совсем поникшей, словно сдутый шарик.

Эпплджек выглядела чуть лучше. Хотя с представителем МВТ её связывали чисто профессиональные отношения, а кандидатуру выбирал Совет Директоров, но она была очень ответственной пони и чувствовала свою ответственность за его судьбу.

Твайлайт и Рэрити были скорее взволнованы, чем расстроены. В этом была некоторая жестокая ирония, что всегда оптимистичная Пинки переносит весть о реальной опасности для других намного хуже, чем реалистки с Министерства Тайных Наук и Стиля.

Хотя, возможно, суть была просто в степени знакомства, ведь всегда тяжелей решать судьбу совершенно чужих тебе людей или пони, не важно, а потеря уже хоть чуть-чуть знакомого существа переживается тяжелее.

Единственной, кто сохранил боевой настрой и не вписывался в стройную, но мрачную картину, была Рейнбоу Деш, которая со скукой смотрела на нас и наши переживания. Возможно, она сможет их успокоить.

— Рейнбоу, я вижу, ты не очень взволнована, тебе известно что-то, что не известно нам?

Пегаска сдула с носа оранжевый волос, и ответила своим любимым самодовольным тоном.

— Мне известно, что я отправила с ними самого полезного пони. – И уже обращаясь к остальным.

— Подруги, может хватит волноваться, а то вы там уже всех похоронили. Они с Цезарем под охраной центурионов, а это вам не сено прошлогоднее, они выведут его и ваших подопечных даже из глубин Тартара. К тому же в случае проблем Сноу Винг там всем надерёт крупы передним левым копытом, он мой лучший агент, раньше работал в Королевстве Грифонов, и там выбирался и не из таких переделок.

— Даже из осаждённого враждебного города полного, желающих их смерти фанатиков вооружённых до зубов и сопровождая при этом отряд бесполезных в такой ситуации пони, не имея при себе никакого оружия? – Казалось, Флаттершай вложила в этот вопрос, всё, что накипело у неё за эти годы, всю злость и разочарование которые накапливалась за годы бесплодных попыток остановить это безумие.

После такого, неожиданного вопроса и тем более тона, которым его задали, Рейнбоу Деш задумалась. Они с Флаттершай совсем недавно помирились, а потому пегаска начала медленно, с опаской, будто на минном поле, отвечать.

— Знаешь, Шай, пусть не из совсем таких, но там, где он был тоже было жарко. Ты права – это сложная ситуация, но не стоит отчаиваться, шансы на успех всё ещё есть и немалые. Просто, доверься мне, подруга, как в старые времена. — Рейнбоу приблизилась к Флаттершай лицом к лицу и просто обняла. Это было очень мило и в очередной раз сломало мой шаблон о Рейнбоу Деш, самой крутой пегаске в истории этого мира.

— Девочки, как я вас всех люблю. – Воскликнула сквозь слёзы счастья Пинки Пай, зарыдала и обняла нас всех, серьёзно всех! Я не понял, как случилась эта аномалия, но — это действительный исторический факт, по крайней мере был бы, если бы его задокументировали. А так минута дружеских обнимашек, розовые сопли, слёзы, дружба, жвачка, ну вы поняли.

Но всё когда-нибудь кончается, закончились и наши обнимашки. Все разошлись в стороны, дружно вытирая слёзы, но я не плакал, честно, честно-честно… я ужасный врун.

Твайлайт как раз занятая этим делом внезапно уставилась в экран своего пипбака.

— Эм, друзья, кажется, мы опаздываем. – И уже с нарастающей паникой в голосе. – Мы вызвали принцессу Селестию пять минут назад! Скорее!! Бежим!!!

Когда мы подошли к штабу, Селестия уже нас ждала. Мы имели (в основном я, как куратор проекта) довольно неприятный разговор о случившемся.

Всё же слишком много накладок случилось за последнее время: упущенные Посланники, ещё несколько вопросов связанных с не совсем верным пониманием местных реалий (после более подробной проработки большая часть моей технической информации была признана не слишком пригодной для практического использования), а теперь ещё и это.

Причём, что хуже всего внятно ответить «Как?» и «Почему» мы не могли. На лицо принцессы в тот момент впервые легла тень разочарования, казалось ещё мгновение и она, просто, скажет, что я отстранён и подпишет приказ об отставке.

Боялся ли тогда этого, или желал, как избавления?

Трудно сказать.

В любом случае мне было больно видеть разочарование в её взгляде, я явно чувствовал, что предавал её надежды, но она ничего не сказала, просто, ушла, попросив сообщить, если появятся новости.

А дальше были самые непростые двадцать четыре часа в моей жизни, часы в полнейшей неизвестности и ожидания хоть каких-нибудь вестей. Связь с агентами в самом городе отсутствовала, а потому Рейнбоу Деш пришлось собирать информацию по крупицам через агентов в остальных провинциях.

Вся наша семёрка работала не покладая рук, ну или копыт. Эти сутки я провёл на стимуляторах, выжигая все силы организма до последней капли.

Да, что я, все мы чувствовали ответственность за жизни наших граждан, в такие моменты я завидовал разным попаденцам, которые почти всё время пьют чай с кексиками, постоянно устраивают вечеринки и всячески себя ублажают.

Я уже скоро третью неделю работаю без перерывов и выходных почти круглосуточно, всего два раза получилось душу отвести и то, на одном из выходных меня чуть не убили.

А Рейнбоу Деш, на которую пришлось кроме внешней разведки скинуть часть внутренней, дабы перекрыть устрашающие дыры в Министерстве Морали. В будущем ММ планировалось вообще реформировать, глобально изменив задачи, и перераспределив обязанности, но сейчас нужно было работать, с чем есть.

Фактически ММ в том виде, в котором оно есть сейчас будет упразднено и поглощено частично Министерством Стиля и Министерством Крутости став, по сути, промежуточным звеном между разведкой и пропагандой. В результате должен получиться абсолютно нетипичный даже для моего мира эффективный инструмент, совмещающий в себе контроль, наказание и награждение.

Во избежание излишней концентрации власти в этом органе и излишнем давлении на население, заранее разрабатывалась система из довольно либеральных законов и открытых внутренних правил, которые не дадут превратиться ему в монстра тоталитарной системы, такой себе “контроль с улыбкой”.

Я лишь контролировал этот процесс, пользуясь опытом Земли для исправления ошибок, но в связи с большой загруженностью и не самым высоким текущим приоритетом этого проекта его доработкой занимались в основном Рэрити и Пинки Пай, хотя и Рейнбоу, вырывая себе последние жилы, приобщилась к его разработке.

Говорить о том, что Твайлайт и Эйджей занимаясь контролем и разработкой новых проектов для промышленности и энергетики, а также Флаттершай судорожно пытающаяся уменьшить масштабы разразившейся гуманитарной катастрофы, тоже не отдыхали, думаю излишне. И то, что у них есть целые штаты министерских работников, дело отнюдь не решалось, многие вещи было просто некому поручить, ибо на отделах министерств уже лежали свои обязанности.

Глядя на них хотелось помочь каждой, но моих сил и времени элементарно не хватало. С трудом удалось выпросить у принцессы Селестии помощь, даже привлечь к делу принцессу Луну, не смотря на предыдущие планы светить её по минимуму, до решения конфликта также пришлось, приобщить к работе целую армию внештатных работников. А после всего этого навалился провал с посольством.

Вдох-выдох.

Успокоиться и работать дальше, отдохнём в аду, а потому, вернусь к делу.

Очень скоро, мы начали получать первые отчёты от агентов Рейнбоу в Зебринии.

Среди плебеев царила полнейшая паника. Перфекты и губернаторы на местах кое-как удерживали ситуацию, и даже собирали легион для наведения порядка в столице. Учитывая сложившуюся ситуацию, нам пришлось поднять уровень тревоги по стране до предпоследнего, оранжевого уровня. Но к счастью, вскоре проблема разрешилась. Цезарю удалось покинуть столицу, и он, взяв под своё начало подоспевшие войска, навёл в столице порядок и уничтожил радиоподавляющую аппаратуру. После чего с нами смог связаться Сансет, и обо всём подробно рассказать.

***

Началось всё с того, что кто-то в Клоаке (самый бедный район, по сути, трущобы) начал распространять слухи, что Цезарь впал в ересь и чтобы спастись собирается откупиться их душами. Было бы это мирное время в такую чушь никто не поверил бы, а рассказчика, скорее всего, сразу отправили на допрос в подвал ближайшего «Храма Чистых Помыслов»*, но это было не мирное время.

*Отделение ГБ

Если в Эквестрии счёт больных на нервоз военного времени шёл на тысячи, то в зебринии, даже в столичной Ренове, им было «заражено» почти 60 % плебса. Ведь именно из плебеев преимущественно составлялся призыв, именно плебеи работали по три смены на заводах для производства всего необходимого на войне, именно на них лежала основная тяжесть всей воины, в то время, когда патриции и нобилитет* ни в чём не знали забот.

Занимая высокие гражданские и жреческие посты, офицерские должности они могли позволить себе сыто жить и расставлять своих друзей и родственников на самые тёплые места. Единственное, что сдерживало плотину классовой ненависти, было местное подобие веры «в царя и отечество» и религиозный фанатизм, который помогал преодолевать годы лишений и упорного труда.

И вот, хватило тонкого удара в уязвимое место, чтобы прорвать эту плотину, и ненависть ринулась на улицы города. А поскольку самые богатые кварталы находились в центре города, то провокаторам, которые устроили это событие, было не трудно направить разъярённую толпу в сторону дворца.

*В Зебринском доминате состоялось три сословия, не считая рабов. Плебес – низший и средний класс. Патриции – дворяне всех мастей, имеют право занимать офицерские чиновничьи и жреческие должности, обычно владельцы мелких и средних предприятий либо земельных наделов, внутри этого класса существует разделение на купеческие и дворянские титулы одни можно купить, а со вторыми только родиться. Нобилитет – это высшее дворянское и купеческое сословие, один из представителей «Нобильной» семьи представляет род на торговых сборах (нижняя палата) или сенате (верхняя палата), Нобили могут занимать высшие жреческие посты, но только из наследной линии, создавая отдельную жреческую касту.

Огромная банда мародёров, в которую быстро превратилась толпа, послужила отличным прикрытием для немногочисленных штурмовых отрядов повстанцев. Казармы городской стражи были взорваны за пять минут до тревоги, а их арсенал, в который входили даже боевые машины и роботы быстро оказался в руках озлобленной толпы. На сторону повстанцев вставали также многочисленные легионеры, расквартированные в городе, а потому толпа, быстро преодолев жиденькие заслоны верных власти солдат, прорвалась к дворцу, где и была остановлена огнём преторианцев и автоматических турелей.

Мятежники пытались нейтрализовать их, как и стражу изнутри, но потерпели неудачу. Тот из преторианцев, которого они завербовали для того чтобы подсыпать яд в еду товарищей, вместо этого сообщил об этом своему командиру. Попытка установки взрывного устройства была пресечена

Но пусть дворец и выдержал первую неорганизованную волну штурма, но было понятно, что долго они не продержатся, особенно когда повредили аварийный генератор, питающий защитные системы.

К центру города стягивалось тяжёлое вооружение, а потому следовало выбираться. Монорельс, проходящий через улицы, было невозможно использовать по понятным причинам. Использование воздушного транспорта также было сопряжено с большим риском, ибо к тому времени дворец был в осадном положении. Был вариант спрятаться в правительственном стойле, но проблема состояла в том, что герметичные врата закрывались лишь со специального пульта в командном центре убежища при вводе аварийных кодов, при этом по резервным каналам связи коды передавались в штаб РВСН*, после чего наступал северный пушной зверёк.

Таким образом, мятежники поставили Цезаря перед выбором, погибнуть от копыт разъярённой толпы или спастись, но запустить ракеты.

*Ракетные войска стратегического назначения

Выход из ситуации подсказал Сноу Винг. Он предложил заминировать нижние уровни дворца, а самим под прикрытием большого взрыва сверху сделать взрыв поменьше снизу, пробив аварийную дверь в городской коллектор. Так и было сделано, когда силы повстанцев ворвались во дворец, то отступавшие преторианцы взорвали за собой мины. После того как все эвакуировались в коллектор, Цезарь, оставив прислугу и чиновников прятаться внизу, взяв с собой наших дипломатов и преторианцев, отправился по канализации в сторону городских окраин, выбравшись вне зоны восстания, где и соединился со спешащими к столице войсками.

Наведение порядка в городе заняло несколько дней. Первым делом освободили правительственные здания и храмы, где под надёжной защитой солдат охраны и оборонительных систем прятались мирные горожане, после восстановления контроля над ключевыми объектами города и страны, приступили к очищению остального города. Дело уже было не сложное, после прорыва к дворцу большинство обычных граждан резко передумали восставать и попрятались по домам, а отпетые мародёры и грабители не интересовались различными учреждениями, ибо быстро пограбить там нечего, а риск нарваться на охрану большой.

Впоследствии, в Клоаке нашли пустые бочки из под боевых психотропных веществ, причём, судя по количеству, ими можно было накачать целый полк до состояния «Море по колено».

Этот тип стимуляторов разрабатывался Зебрами для быстрого распространения воздушным путём и был активным на протяжении шести часов, но проблема была в том, что их даже не начали пускать в армию, ибо вещество было крайне активным и нестабильным в воздухе, а поскольку было магического происхождения, то могло воздействовать не только на пони с Зебрами, но и на других, более примитивных существ.

Как сообщила агентура Дэш, следствие до сих пор пыталось узнать путь, через кого вещество попало не в те копыта, а полная очистка местности сопряжена с большими трудностями, вещество успели разнести по всему городу.

В любом случае наведя порядок в столице, а потом в стране, Цезарь под прикрытием драконов отправился к месту, где должен был быть проведён заключительный этап переговоров. В пустоши Бэд Лэндс.

***

Пустоши Бед Лэндс. Многие тысячелетия является никому не нужной, мёртвой землёй. Редкий случайный путник посещал эти земли. Покрытые россыпью скал, камней и песка, в которых большой удачей считается найти одинокий, чахлый кустик за несколько дней пути. Они представляют собой огромное пустынное пространство, раскинувшееся на сотни миль к югу от Эквестрии.

Царство тишины. Здесь не услышать шума бурлящих городов, гула машин и пения птиц. Лишь завывания ветра иногда проходя между скалами, создаёт чудесную музыку, которую никому не суждено услышать, кроме духа вечного запустения, прочно поселившегося в этих местах.

Но так было не всегда, мало кто помнит о тех временах, когда было не так даже вечным принцессам из северной страны пони неизвестно, как появилось это место и, что было здесь раньше. Иногда ветер смещает песчаные барханы и из толщи песка, словно из морских волн, выныривают чёрные, похожие на древние кости, зубья древних руин, чтобы ненадолго напомнить о себе безликому небу и погрузится обратно в пучину песка.

Пустоши Бэд Лэндс, или как их называют окрестные народы «Проклятые Земли», умеют хранить свои секреты.

К тому же, на этом тайны этой земли не заканчиваются. Безжизненные на первый взгляд пустоши имеют свой скрытый мир, в котором обитают самые разные животные. И объединяет только одно, чудовищное умение выносить условия глобального дефицита еды и воды постоянной суточной и сезонной смены температуры.

Долгое время именно местная экосистема была единственным, что привлекало сюда редких путешественников и даже целых экспедиций. Но они всегда старались держаться подальше от проклятых руин и правильно делали, ибо в лучшем случае их могло ожидать гнездо неведомых тварей, а в худшем случае… не будем о грустном. Все путешественники придерживались одного правила: «Никогда не выходить за границы безопасных разведанных зон» — благодаря чему, большинство из них возвращались домой целыми и невредимыми и даже с прибытком.

Те же безрассудные личности и искатели приключений, впрочем, суть одно и то же, возвращались значительно реже, а их рассказы отбивали охоту всем сюда идти ещё на одно десятилетие.

Так проходили столетия и тысячелетия, порядок вещей оставался неизменным, до последнего времени…

Примерно десяток лет назад сюда пришёл легион. Имея только общее представление о пустошах, они попытались углубиться внутрь. Им предстояло преодолеть путь от побережья к Эквестрии насквозь.

По крайней мере, на это надеялись их командиры, понадеявшись на силу оружия и мощь магии, их оптимизму способствовало то, что около побережья они не встретили никаких опасностей. Потому собрав весь состав десанта не занятый в постройке и охранении нового порта, они двинулись вглубь проклятых земель.

Именно пустошь Бэд Лэндс, а не эквестерийские войска нанесли первые потери легиону на этом фронте. Поначалу не встретившие сопротивление легионеры, решили, что истории об этих землях являются лишь бабкиными сказками недостойными настоящего жеребца, но они ошибались.

Пустошь, будто хищник подпустил свою жертву поближе, позволив ей расслабиться и зайти в ловушку, чтобы потом нанести фатальный удар.

Ночью, на легионеров напали порождения этих земель, подобно демонам ада они выпрыгивали из-под земли и кидались на спящих солдат. В ту ночь легион потерял пятую часть своих сил в этом регионе.

Потери были столь велики, что командиры чуть не решились вернуться обратно, но решив, что если они вернутся назад с поражением, проиграв схватку с дикой природой, то их ожидает намного худшая участь, на утро они приказали продолжить путь.

Так, день за днём, проливая пот и кровь, они двигались к своей цели. Таких разгромных потерь, как в первый день больше не было, но когда через две недели они таки добрались к перевалу обозначающему границу Эквестрии, то наступать дальше у них не было сил ни физических, ни моральных.

От первоначального состава отряда осталась едва половина, причём большая часть раненых.

На границе они построили форт, который впоследствии, после проведения сюда охраняемой дороги стал самой большой базой Легиона на континенте.

Тут базировались основные силы легиона, хранились запасы и были построены пусковые установки для крылатых ракет, которые могли поразить цели не только самых дальних уголков Эквестрии, но даже долететь до Кристальной Империи.

Именно эти причины заставили Цезаря во время переговоров столь сильно держаться за эти территории.

Пролитая кровь солдат и важнейшее стратегическое значение этих территорий повысило ценность бесплодных пустошей до небывалых высот.

И именно на этих пустошах произойдёт событие, которое должно изменить ход истории. Серое небо и такая же серая каменистая земля станут немыми свидетелями того, как два народа, которым суждено уничтожить этот мир сойдутся вместе «Ради жизни на земле».

Я усмехнулся про себя, как удачно сейчас звучит это выражение, пусть Земля и с маленькой буквы.

Про себя я часто задумывался, почему столь миролюбивые существа вдруг начали войну друг против друга. Тысячу лет держать знамя мира ради того, чтобы одна искра непонимания сожгла весь мир дотла…

На этой мысли меня, грубо дёргая за плечо, заставили оторваться от размышлений и открыть глаза.

Передо мною стояла Пинки в окружении остальных подруг и толкала меня.

— Миша, проснись. Мы уже прилетели. – Говорила она, толкая меня и дальше.

— А?! Пинки хватит, я уже понял. – Проморгавшись и окончательно выйдя из сладкой дрёмы, я глянул в окно и увидел, что мы действительно прибыли.

Оглядев подруг, я понял, что все уже готовы и ждут только меня, а потому поправил одежду, взял довольно тяжёлый кейс, и вышел вместе с ними наружу.

Пустоши Бэд Лэндс встретили нас ожидаемо недружелюбно.

Сильный, пронизывающий ветер, по ощущениям, опускал температуру до значений ниже нуля, при этом вздымая тучу пыли в воздух, заставляя меня постоянно прикрывать глаза, а пони не снимать защитные очки.

Оглядевшись, я увидел расположившиеся вокруг повозки, из которых выходили пони, бурно что-то обсуждая и проверяя аппаратуру.

В метрах двухстах в стороне стояла трибуна и большой богато украшенный шёлковый Шатёр, который, если судить по отсутствию воздействия на него ветра, был заколдован, либо заколдована вся площадка перед ним.

Чуть дальше располагался лагерь, судя по фигурам в характерной красно-чёрной с золотом броне, принадлежал Зебрам.

Мы заняли свои места, как свита принцессы, где нас окружили гвардейцы. Судя по виду Селестии нельзя было сказать наверняка, волнуется она или нет.

— Ваше Высочество, как прошёл полёт? – Спросил я.

— Спасибо. Хорошо. – Коротко ответила она, вглядываясь в сторону лагеря зебр. От него к нам приближалась одинокая зебра в броне легионеров, но без оружия.

Когда, она подошла и остановилась перед строем солдат, журналисты, стоявшие в стороне, взволновано загудели. Очень быстро я понял причину их волнений. Не зря эта зебра показалась мне знакомой.

— Принцесса пони, ты пришла, благую весть нам принесла? В любом же случае пойдём, там Цезарь ждёт вестей о сём. – Её голос был спокойный без ярко выраженных эмоций, но при этом чувствовалась знакомая мне глубина и таинственность в таких, казалось бы, простых словах.

— Здравствуй, Зекора, мы готовы. – Ответила Селестияв тем же тоном.

Зебра кивнула, и, достав зубами из сумки зелёный флажок, несколько раз махнула им. Со стороны Лагеря Зебр вышла делегация похожая на нашу, мы же также отправились им навстречу, вслед за Зекорой.

Две группы пони и зебр встретились перед трибуной, над которой реяло два знамени Домината Зебр и Эквестерийского королевства.

«Значит заколдована вся площадка», — подумал я, смотря на еле колышущуюся государственную символику.

Часть солдат построилась в линию перед трибуной, разделив её на две половинки. На каждой, из которой расположились корреспонденты с зебринских, эквестерийских и имперских СМИ (представителей СМИ драконов не было ввиду их отсутствия, как таковых), а также третьих сторон: Седельной Аравии, Королевства Грифонов и Рогатого Союза*.

*Государство козлов и минотавров.

Вторая часть Солдат окружила Шатёр и трибуны, пропустив внутрь только Правителей и их свиту. Зекора присоединилась к легионерам.

Перед входом в шатёр мы остановились друг напротив друга. Я внимательно разглядывал свиту Цезаря.

Кроме самого Цезаря, зебры довольно крепкого телосложения, но при этом с незримой атмосферой изысканности присущей высокородным дворянам,было ещё три делегата с Домината.

Двое помощников из его канцелярии, что показывали их писарские запонки на зелёных тогах.

Четвёртый же спутник, зебра старческих лет, казалось, рассыплется на глазах. Одетый в белоснежную тогу, его грива, порядком поседевшая, была стянута вокруг звеньев золотой цепи, что шёл с золотого же обруча с небольшим рубином посредине, что выдавало в нём жреца культа Прабастриса, Бога защитника от звёзд.

И сейчас Цезарь явно ждал слов жреца, пока тот рассматривал нас.

Старик переводил взгляд с одной пони на другую, будто всматривался во что-то, постоянно бормоча себе под нос, и с каждой секундой на лице цезаря проявлялось нескрываемое облегчение.

Вот взгляд жреца остановился на мне.

Я буквально (действительно буквально) кожей почувствовал его взгляд. Спустя секунду он нахмурился и забормотал быстрее, от чего Цезарь начал ощутимо нервничать. Легионеры видимо напряглись, что заставило напрячься и наших гвардейцев.

Но к счастью до стрельбы не дошло, вот старик закончил, и наставил на меня копыто.

— Он чужак. Но я не чувствую на нём печати звёзд. — Если после первых слов Цезарь и его охрана уже начали тянуться к оружию, то после вторых все ощутимо успокоились.

Цезарь вышел вперёд и поднял копыто в приветствии.

— Аве, Солнценосная.

— Здравствуй, Доминат. – Селестия выступила вперёд и дотронулась до его копыта.

— Прошу прощения, за задержку, нужно было убедиться, что среди вас нет посланцев звёзд. Только уважаемый Либрий может определять затаившееся в пони зло. – Он кивнул на жреца. – А теперь, если вы готовы, прошу в шатёр.

Войдя внутрь, мы встали по разные стороны длинного стола.

— Прошу выполнить вашу, сторону сделки. – Сказал Цезарь.

Я раскрыл кейс, который был изнутри оббит свинцом и осторожно выложил перед зебрами Чёрную книгу, когда я дотронулся до неё, то у меня было ощущения, что я вынул её прямиком из морозилки.

От неё исходила сильная аура холода, которая одновременно вызывала желание немедленно её открыть и прочесть, и закинуть куда подальше. Я просто бросил её на стол, не желая к ней больше прикасаться. К ней подошёл жрец и кинул в небольшую посудину, покрытую рунами и наполненную веществом похожим на воск.

Книга, вызвав небольшой всплеск, ушла на дно посудины, полностью скрывшись под жидкостью.

Дальше, пони отстегнули с себя сумки и выложили несколько контейнеров.

Жрец открыл один из них, оглядел лежащий там повреждённый, будто разбитый глиняный кувшин, кусочек тёмно-синего метала.

Либрий, убедившись в наличии метала во всех контейнерах, благосклонно кивнул. После чего двое помощников Цезаря убрали их со стола.

Последней из нашей делегации вышла Твайлайт.

На этот раз она просто передала документы. Это были отчёты о прекращении всех разработок и утилизации «неконвенционного» вооружения: З.В.Т. наступательных мегазаклинаний, духовной брони и т.д.

Эти документы перечитал уже лично Цезарь.

После чего передал работникам с его канцелярии. В ответ же передал аналогичные документы с отчётами о прекращении с производства и планами снятия с боевого дежурства ракет с мегазаклинаниями, прекращении работ в области химического оружия и боевой алхимии, а также запрет на изучение и разработку неромантических заклинаний. Это я увидел краем глаза, пока читала Селестия.

— Раз условия соблюдены, прошу начать ритуал. – Сказал Цезарь, которому не терпелось уже закончить это дело, да и покидать надолго страну, когда там не всё в порядке, было рискованным делом.

— Сейчас я всё объясню… — Хотел начать я, но был прерван криком с улицы, послышались выстрелы, вскрики, а потом прозвучал ужасный высокочастотный шум, от которого все попадали на пол. Казалось, будто в череп вгрызается дрель. Но вот он резко пропал, а на улице мигнула ярко белая вспышка.

Принцесса, единственная, кто устояла на ногах, резко выбежала наружу. Спустя секунду я услышал знакомый электронный голос в голове.

«Внимание! Говорит автоматическая система предупреждения системы Атлас. Барьер подвергается возмущающему действию на уровне ноль. Передача возмущения на уровень один. Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень два.»

Я встал и выбежал вслед за принцессой и встал за ней на трибуне. Она смотрела на небо, а я смотрел вслед за ней.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень три.»

По всему небу пошла рябь, это было видно сквозь расступившиеся над нами тучи. Дневная синь в местах искажений менялась на черноту космоса.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень четыре.»

Принцесса, оглядела встающих с земли зебр и пони.

— Быстрее! Ко мне! – Закричала она знаменитым кантерлотским голосом. Пони послушались её беспрекословно, а зебры увидев рядом своего лидера, тоже очень быстро окружили принцессу. К нам так же гвардейцы притащили раненого пегаса.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень пять.»

С удивлением я увидел, что это сам Фаерлайт, на мой невысказанный вопрос гвардеец ответил.

— Сер, он замаскировался, Сер. Когда попытался активировать артефакт, мы его подстрелили, Сер. Не смертельно, как и было приказано, Сер.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень шесть.»

Я повернулся к нескольким хмурым пони единорогов, которые постоянно держались около нас, и кивнул им. Тотчас они сорвались с места и подбежали к Хранителям, ухватив их, они скрылись во вспышках телепорта.

Рейнбоу Деш, как боец сначала лягнула своего охранника, но он успел крепко ухватиться за неё и они вместе телепортировались отсюда.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень семь»

К нам подбегали пони, что остались в лагерях, пилоты драгончайзеров получили приказ к отступлению и начали отлетать. Селестия став в центре всей толпы, накрыла всех нас куполом.

«Внимание! Возмущение углубляется в подпространстве, возмущение передано на уровень восемь. Внимание! Барьер прорван! Зафиксирован вход в атмосферу объекта весом в три тысячи пятьсот сорок один килограмм.»

В небесах высоко над нами появилась ярко светящаяся точка. Окутанная коконом пылающего воздуха она стремительно увеличивалась в размерах, и вскоре стало понятно, что она падает прямо на нас.

Простые пони запаниковали, раздались крики, кто-то забился копытами в купол, пытаясь убежать отсюда. Кто-то сидел на земле глядя, как кролик на удава, на приближающийся объект и тихо молился.

Единым островком спокойствия было только небольшое пространство вокруг королевских особ, наполненное солдатами, которым на протяжении их сознательной жизни вбивали железную дисциплину.

Хотя, даже на лицах бойцов я видел замешательство, и если для Эквестерийских Гвардейцев – это не было чем-то выходящим за рамки обычной магической напасти, то на Зебр такая атака со стороны звезды произвела поистине ужасающее впечатление. Большинство из них испытывали настоящий сакральный ужас перед звездой.

Но на это я смотрел краем глаза. Всё моё внимание было сосредоточено на падающем отблёскивающим металлом объектом.

Вот он из еле заметной звёздочки превращается небольшой огненный шар, вот огонь спадает, объект явно тормозит, что меня одновременно пугает и заставляет вздохнуть с облегчением. «Значит не бомба» — подумал я, и продолжил наблюдение.

Объект всё приближался и приближался, но было видно, что скорость он гасит хоть и быстро, но недостаточно для мягкой посадки. За три секунды до падения стало ясно, что он не собирается падать прямо на нас и все пони отпрянули от стены барьера со стороны, где он должен был приземлиться.

Секунда, и он с оглушающим грохотом врезался в землю.

Поднялась целая туча пыли, которая заволокла всё вокруг, но местный ветер быстро снёс пыль в сторону.

Жрец с Цезарем подошли к самому краю купола, чтобы лучше разглядеть то, что свалилось с небес, а вслед за ними подошли и солдаты. Я же остался с Селестией поддерживающей щит. И довольствовался обзором с места, благо я возвышался над всеми почти на полметра, если не считать головные уборы и гриву.

Упавший на землю в двадцати метрах от нас предмет цилиндрической формы, был больше всего похож на… громадный цилиндр метра в пять высоту и три в диаметре.

Мы все удивлённо смотрели на эту непонятную вещь, не зная что и думать, а скорее пытаясь осознать случившееся, но много времени на размышления нам не дали.

На поверхности цилиндра появились щели, и он подобно лепесткам цветка раскрылся, показывая своё содержимое.

Всё внутренне пространство занимал высокий робот, хотя нет, не высокий, он просто стоял на лобовой детали, но сейчас перевернулся на ноги. Он имел тело вытянутой формы похожее на тело какого-то жука, на четырёх развитых ногах, которые производили впечатление не грубых поделок, которую рисует в большинстве случаев человеческая фантазия в фильмах, а скорее анатомических ног какого-то животного и явно позволяли владельцу развивать большую скорость без потери проходимости.

Тело же имело несколько манипуляторов, с помощью которых робот, очевидно, мог оперировать разными предметами, а также несколько выступов похожих на стволы орудий. Чётко выраженной головы робот не имел.

Сейчас эта машина распрямлялась, и начала водить в разные стороны телом, будто оглядываясь. Вот оно увидело нас, и развернулось в нашу сторону, замерев на секунду, машина выстрелила в нас ярко белым лучом, но щит полностью поглотил заряд.

Поскольку внимание всех было сосредоточено на машине, мало кто заметил, как дёрнулась, словно от удара Селестия.

Такое действие со стороны, наконец, заставило очнуться всех. Гражданские спрятались за нас, пытаясь отойти от опасности как можно подальше, при этом я заметил, что пара операторов продолжает съёмку, а бойцы охраны открыли по пришельцу ответный огонь. Но все их усилия потонули в таком же щите космического механизма. Поняв, что их стрельба ничего не даёт, они прекратили огонь.

Тот в ответ сделал несколько выстрелов, но их постигла та же участь, что и первый. После чего механизм подошёл вплотную к барьеру и ударил его одной из своих конечностей, но это так же не произвело никакого эффекта, хотя заставило всех отшатнуться.

На этот раз было видно, что принцесса еле удержалась на ногах, с носа у неё потекла кровь. Я тихонько, подошёл вплотную к ней и, достав платок, осторожно вытер кровь, пытаясь подавить панику и успокоить нервы. Остальные не должны видеть, что для принцессы удержание барьера составляет трудности. При этом меня пугала мощь оружия пришельца, ведь аликорн своим щитом способен удерживать несколько часов целый город от атак мегазаклинаний.

— Принцесса, как вы? Можете попробовать его как-то атаковать?

— Я в порядке, но если он будет и дальше так атаковать, то вряд ли продержусь долго, а атаковать я не могу. Если ослаблю щит, то нас ничто не спасёт, остаётся надеяться, что подкрепление придёт вовремя. Думаю, вместе с моей сестрой, мы бы могли победить это существо, хоть я и не пробовала его защиту.

— Существо? Разве оно живое? – Я с удивлением посмотрел на пришельца, конечно, оно вело себя довольно прогрессивно в сравнении с роботами местного производства, но поверить в то, что оно живое было довольно сложно, хотя словам принцессы в этом плане доверять можно полностью.

— Я чувствую в нём жизнь, и ненависть, направленную на нас. А ещё… отчаянье. Возможно, это значит, что мы имеем шанс на победу.

Существо видимо решило сменить тактику, и замерло в неподвижности, из его спины вылезла небольшая антенна. Тут я увидел, как из-под ноги инопланетянина выскочил камешек, и с лёгким звоном ударился о корпус машины.

— Стреляйте по нему, у него нет щита! – Только и успел закричать я, но опоздал. Антенна разгорелась красным светом и по мозгам ударила резкая боль.

«Внимание! Зафиксиро… »

Я упал, смотря, как падают все вокруг, корчась от боли, и теряя сознание. Видел как упала Селестия, как пал защитный купол. Время будто замедлилось для меня, я видел как луч пожирал всех одного за другим, вот за один залп в пепел превратился Либрий, Цезарь и вся толпа, что стояла перед нами, второй пала Селестия, а следом за ней луч упёрся в меня. Я не успел даже почувствовать боли.

***

Очнулся я, чувствуя сильную слабость, казалось, я не только руку не могу поднять, я вообще не могу даже раскрыть глаза. Только и могу, что слушать. А послушать было что, я слышал разговор двух мужчин.

— Доктор Лойс, состояние пациента приближается к норме, мозговая деятельность восстановила активность на восемьдесят процентов. Процедура восстановления показала свою высокую эффективность. Программа виртуальной реальности завершила работу.

— Отлично, Вирп, сообщи остальным, что у нас сегодня будет праздничный ужин, Премия у нас в кармане.

— Сделано, доктор Лойс, датчики показывают, что пациент пришёл в себя. Мне ввести стимулятор?

— Давай, будет интересно наконец поговорить с нашим пациентом.

Я почувствовал, как что-то холодное втекло мне в руку, при этом я сразу же почувствовал десятки игл по всему телу, я хотел дёрнуться, но вышло лишь невнятное переминание. Мышцы меня плохо слушались. К тому же, я был зафиксирован в... кровати? На койке? Я вообще ничего не понял.

При попытке раскрыть глаза по ним резанула боль, а перед взглядом расплывались белые круги. Но зрение прояснилось, и я увидел перед собою мужчину лет тридцати в белом халате, который увлечённо разговаривал с какой-то летающей штукой.

«Стоп! Человек?! Каким образом? Где я?» — Мысли примерно такого плана заполнили мою голову.

— Доктор, кажется у него шок. – Произнёс всё тот же механический голос. – Рекомендую ввести успокаивающее. У него больное сердце, а после травмы ситуация лишь усугубилась.

— Не надо. – Человек посмотрел куда-то в сторону. – Показатели пока в пределах допустимого. – И уже обращаясь ко мне. – Вы понимаете меня? Если да, то кивните.

Я кивнул в ответ.

— Отлично, попейте. – И сунул мне в рот трубочку.

Только после его слов я понял насколько хочу пить и есть, во рту, будто бы поселилась пустыня, а потому я жадно глотнул живительную жидкость из трубочки. И сразу же почувствовал себя лучше.

— Вот так, хорошо. Позвольте представиться, я доктор Лойс, заведующий отделом нейрокибернетики при государственном институте неврологии НАН Украины. Сейчас вы находитесь в клинике при институте.

Я почувствовал, что, наконец, могу говорить.

— Как я здесь оказался?

— Вас ударила молния, из-за чего вы впали в кому. Сначала о вас заботились родственники, но потом, вас перевели к нам.

Наш институт занимается передовыми исследованиями в области лечения и реабилитации при нарушении мозговой деятельности. Последняя разработка нашего отделения, позволяет выводить человека из самого глубокого коматозного состояния, с полным восстановлением состояния организма.

Это происходит с помощью подключения сознания к виртуальной реальности, где происходит постепенная стимуляция ЦНС восстановление личности на основе последних образов.

На самом деле всё намного сложней, но для вас такое объяснение подойдёт. Вы просто должны помнить, что тот мир. – Доктор улыбнулся. – Был виртуален и создан компьютером лишь для максимально быстрого восстановления функций вашего организма.

Я задумался, мысли были спутанны, и слова доктора до меня доходили постепенно, и как-то вяло. Хотя, чем больше я об этом задумывался, тем больнее мне становилось. Не физически, а душевно.

Узнать, что лучшее время моей жизни было лишь иллюзией, было чертовски больно, да было сложно, но то была настоящая жизнь, где я чувствовал себя по-настоящему нужным, где я имел много настоящих друзей и даже больше.

А теперь всё это было разрушено. Но тут мне в голову пришла ещё одна мысль. Насколько я помнил, когда я был ещё дома, то технологий описанных доктором ещё не было.

«Сколько же я пролежал в коме? Год, пять, десять лет?»

— Доктор, сколько я был в таком состоянии?

Он с волнением посмотрел куда-то в сторону, видимо на свою аппаратуру.

— Сколько? – Уже крикнул я, а в висках за-пульсировала кровь.

Лойс, с беспокойством посмотрел на меня, но решил ответить.

— Вы только не волнуйтесь. Сейчас две тысячи пятьдесят четвёртый год, вы находились в бессознательном состоянии сорок два года.

Я в шоке смотрел на Лойса, а потом откинулся головой на койку. Дальнейшее потеряло для меня смысл, мне сейчас шестьдесят лет, моя жизнь окончена, так и не начавшись.

Что-то там говорил электронный помощник Лойса, но меня это не волновало, а потом я просто уснул, слишком много потрясений выпало на мою голову за столь краткий срок.

***

Последующие дни для меня прошли, как во сне.

Меня поселили в палату, где я лежал, упёршись взглядом в потолок. Посетителей у меня не было, я был на карантине. Как мне сказали, мой организм сильно ослаблен, и ко мне никого нельзя пускать.

Я делал вид, что верил, на самом деле считая, что просто никому уже не нужен.

Моё лечение финансировало государство, хотя, какое лечение, скорее я был подопытным в их эксперименте. То-то я заметил, что доктора не сильно беспокоились о моём состоянии после вывода из комы.

Единственное, что было хорошее в моём положении – это то, что моё тело пока выглядело молодым, будто и не прошло столько лет, но насколько я знал это ненадолго. Пройдёт время, и я быстро постарею.

Пока я успешно игнорировал предлагаемый в палате единственный вид развлечения в виде местного телевидения. Попытавшись его первый раз посмотреть я наткнулся на целую прорву каналов, найти что-то интересное среди них было решительно невозможно. Насколько я понял, местное ТВ было дикой смесью привычного мне телевиденья с ютубом, и имело десятки тысяч сертифицированных каналов, и полторы сотни миллионов пользовательских, а уж личную страничку с лайф-блогом имел каждый второй человек. Потому ориентироваться в этом многообразии можно было только с помощью нейро-интерфейса дополненной реальности, которого у меня, понятное дело, не было.

По правде говоря, у меня была вещь намного круче, точнее у меня был порт в голове под эту вещь, очень напоминающий железку на затылке из матрицы, только органический, дабы не было отторжения. Я говорю, конечно же, о том аппарате, в котором пережил свои виртуальные приключения.

Честно говоря, чем больше я думаю обо всём произошедшем, тем больше прихожу к выводу, что лучше б меня не отключали. Ко мне, конечно, приходили местные психологи, дабы провести лечение «Пост виртуального синдрома», есть тут такое психологическое заболевание, но я их успешно игнорировал, а заставить меня что-то сделать (лечение трудом) они не могли, ибо я ещё был слишком слаб. Добровольно же я не хотел с ними разговаривать, привычные для них методы воздействия на меня не действовали.

А потому они просто плюнули, и дали мне коробку с какими-то игрушками, которые «Имеют успокаивающее и расслабляющее действие», я усмехнулся, вспомнив, какая реакция была у детей, в моё время, когда их отрывали от компьютера, и в принципе представлял увеличивающиеся сложности с этим при наличии намного более развитых систем виртуальной реальности. Потому и понимал их удивление, когда их методы направленные на воздействие на буянящих пациентов, натыкались на мою холодную апатию, а потому они немного поспорив с Лойсом просто уходили.

Причина моей апатии была проста, смысла что-то делать не было, и я решил воспринимать всё, как отдых, после длительного рабочего периода. Пусть я и понимал, что никакого рабочего периода и не было никогда.

Сейчас же я рассматривал содержимое коробки.

«Хм. Маятник ньютона, всегда хотел себе такой, но руки всё никак не доходили.»

Я поставил его на тумбочку, и, сдвинув один шарик в сторону, под дробный перестук маятника продолжил осмотр.

«Лавовая лампа? Вещь красивая, но никогда не понимал их смысл.»

Отложив её в сторону, я посмотрел на последний пакет. Развернул. Внутри был небольшой волчок из серебристого метала, на его вершине была небольшая кнопочка, которая зажигала четыре лампочки, очевидно светодиода, под поверхностью диска.

Волчок был красив и я, положив его на пол, закрутил. И заворожено смотрел за мельтешением световых линий по полу. Так я и смотрел на него и смотрел. В моей голове зарождалась какая-то мысль, но я никак не мог её оформить и просто смотрел на вращающийся диск, и думал о прошлом.

Постепенно я начал чувствовать, что что-то не так, какая-то мысль упорно не давала мне покоя.

Но тут, меня прервал гудок местной связи. Я подошёл и снял трубку (архаизм по местным меркам, но у меня не было местных телефонов и мне подключили привычный аппарат).

— Ало.

— Сынок, это ты? – Прозвучал надтреснутый, но всё же такой знакомый голос.

— Мама?! – Я аж охрип от неожиданности, впервые услышав голос матери, по которой столько скучал, пожалуй родные были единственным по чему я скучал в том мире. Точнее в виртуальной реальности.

— Да, я так волновалась за тебя. Как ты?

— Жив, вроде, и при сознании. Но доктора не хотят выпускать.

— Я знаю. Прости, что не позвонила раньше. Из больницы только недавно пришли вести. Я бы зашла к тебе лично, но не могу. Потерпи, пожалуйста. Ещё немного и всё придёт в норму.

— Я не уверен. Но спасибо, что позвонила, люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Просто жди, и доктора тебя отпустят. Мне пора, они сказали, что я не должна с тобой много разговаривать, тебе нужно отдыхать.

Послышались гудки.

Я положил трубку и вернулся к кровати, пытаясь вернуться к прежней мысли прерванной, столь обрадовавшей меня новостью. И посмотрел на вертящийся волчок.

«Странно, я же его запустил пятнадцать минут назад» — Только подумал я, как в мозгу вспыхнула мысль, не дававшая мне покоя слишком не натурально всё вокруг, всё будто подстраивалось под меня, пытаясь утопить в себе, удержать всеми возможными способами. Всё вмиг стало чётко и ясно. Весь мир вокруг будто потух и потерял краски.

«Всё это иллюзия. Всё вокруг не настоящее. Может, если я сконцентрируюсь, то смогу освободиться?»

Я напряг все свои силы, и в тот момент, когда мне показалось, что получилось, и я сделал шаг вперёд, оказалось, что я всё также нахожусь в своей палате и наступил на волчок, превратив его в блин.

Значит должен быть другой способ, я прокрутил варианты. Их было немного.

Вариант с самоубийством мне не понравился. Неизвестно было приведёт это к возвращению в реальность, либо же убьёт меня, проверять не хотелось.

Был и другой вариант. Конец там, где и начало, а именно около аппарата виртуальной реальности. Что же, можно попробовать. Благо, я знал, где он находится, а у меня была обычная палата. Пусть и в изоляторе, и сбежать из неё не представляет трудностей, но при этом у аппарата была охрана и её нужно как-то отвлечь.

Я задумчиво посмотрел на местный телевизор потом на розетку и упаковку из под принесённых вещей. Это уже был план. Достав упаковку, бумажную к слову, я постелил на пол простыню, положив остатки упаковки на неё. Дальше, вынув из тумбочки ящик, я силой ударил им несколько раз по проводу, пока не оборвал его. После чего обчистил внешнюю изоляцию и протянул к сложенной куче вещей. Проведя несколько раз обрывками проводов друг о друга, мне удалось высечь искру. На полу весело разгорелось пламя.

Несколько секунд, и прозвучала сирена. Замок на двери щёлкнул, призывно осветившись зелёным цветом, но за ней был санитар, а потому я стал за дверью, и стал ждать, держа над собою всё тот же ящик, как единственный тяжёлый и твёрдый предмет в комнате, который я мог поднять.

Ждать долго не пришлось. Двери раскрылись, и в комнату вбежал санитар, которого я сразу же огрел по голове ящиком. Ящик не выдержал и развалился, к счастью не выдержала и голова санитара. Он, потеряв сознание, упал на пол.

Оглядевшись, за дверью, я ожидаемо никого не увидел, а потому сняв с санитара одежду переоделся в неё (повезло, что он был похожей комплекции, хотя пояс пришлось затянуть до максимума), только бейдж не надел, после чего вытянул санитара из палаты. Пусть я уверен, что он не настоящий, но убивать его, пусть и виртуально, мне не хотелось, никогда не любил быть ренегатом. Снаружи ему хоть не угрожала смерть от удушья. О том, чтобы пожар не распространился, я позаботился. Одев марлевую повязку, я побежал в сторону помещения, где я первый раз очнулся. Благо, пространственная память у меня отличная.

Мимо меня бегали врачи, эвакуируя пациентов, а потому в этом хаосе было довольно легко потеряться. Когда я подбежал к нужному месту, то увидел, что те два охранника все так же стоят на местах, хотя с тревогой посматривали на происходящее вокруг.

Подбежав к ним, я совершил чистейший «бросок удачи».

— Быстрее, вас зовёт доктор Лойс, в тридцать четвёртую палату, ему нужна помощь!

Те, переглянулись, и побежали по коридору в неизвестном направлении. Я вздохнул, если бы Лойс был внутри, то я бы попал в ситуацию, а точнее вляпался бы.

Как и по всей больнице, замок на этой двери был открыт.

Войдя внутрь, я забаррикадировал дверь письменным столом и небольшим шкафом, после чего подошёл к нужному мне аппарату.

Разбираться, как он работает долго не пришлось. Благо интерфейс был на нём максимально простой и на сенсорном экране передо мной были выведены все важнейшие функции, а также инструкции.

— Хотите ли вы запустить последний работающий процесс?

— Информация о процессе.

— Процесс завершён три дня назад.

— Да, запустить процесс.

— Пожалуйста, подключите пользователя, процесс будет запущен автоматически.

Я прямо в одежде растянулся на ложе, и достав провод, с сомнением посмотрев на него. Сплюнул, и, закрыв глаза, подключил.

Послышался противный писк и меня дёрнуло, будто ударило током. Закружилась голова, и я еле устоял на ногах.

***

«На ногах?» — только и подумал я, и открыл глаза.

Я стоял на знакомом поле, вокруг в разных позах лежали вперемешку пони и зебры.

На вытянутой руке я держал свой пистолет, направив ствол в лицо Селестии.

Она была единственной пони из присутствующих, кто не потерял сознания, хоть она тоже лежала на земле, покрыв белоснежную шерсть толстым слоем грязи. Её прекрасная эфирная грива пропала, вместо неё были обычные розовые волосы, которые в данный момент были все в пыли.

Селестия ничего не делала, чтобы защитится, и просто лежала. На её лице была ясно видна печать нечеловеческого страдания, а с её фиалковых глаз с печалью смотревших на меня, текли ручейки слёз.

Её рог слабо сиял золотом, все ещё удерживая купол, что защищал нас от беснующейся за ним твари.

Откинув в сторону абсолютно не нужный в этой ситуации грифоний пистолет (хоть оружие минотавров было более удобным для человеческой руки, но грифонье оружие было более совершенным), я сел на землю перед Селестией и, приподняв её голову с земли, положил её себе на колени.

— Не бойтесь, Принцесса, я снова с вами. Теперь всё будет хорошо. – Я попытался говорить, максимально успокаивающим голосом, хотя сам в это не верил, но почему-то считал это важным.

Принцесса лишь улыбнулась, но продолжала молчать.

Спустя примерно минуту она закрыла глаза, а огонёк на её роге окончательно погас.

Я увидел, как тонкая пелена купола покрылась трещинами и опала, рассыпавшись на невесомые кусочки, которые практически сразу растворились в воздухе.

Я аккуратно положил принцессу обратно на землю и, поднявшись, вышел вперёд встав между пони и пришельцем. Не знаю, о чём я тогда думал, было чёткое понимание, что ничего не смогу ему противопоставить, но почему-то считал, что поступаю правильно.

Существо подошло ко мне впритык и замерло. Постояв несколько секунд. Он сделал то, что я меньше всего ожидал.

— Почему ты так поступил предатель? Почему ты защищаешь их, отрекаясь от родного дома? Чем они тебя подкупили?

Я стоял и молчал, переваривая услышанное. Самое главное, что пришелец обратился ко мне по-русски, а не на каком-то своём языке или языке местных, это я услышал ясно, ибо для меня языки всех окружающих переводились на родной язык, а его нет, поскольку я и так его знал. Это настолько шокировало меня, что я просто не знал, что ответить.

— Молчишь? Впрочем, это не важно, ты умрёшь вместе со своими зверюшками, ты сам выбрал свой путь.

Машина подняла одну из своих конечностей, когда получила мощнейший удар в спину, от которого в разные стороны полетели куски обшивки. Антенна до этого момента светившаяся красным погасла. Но это я заметил уже краем глаза, когда меня ударной волной откинуло назад, к счастью, я ничего не сломал, а корпус машины укрыл меня от осколков.

Я услышал за спиной характерный хлопок телепортации, и увидел принцессу Луну, которая встав посреди тел, накрыла нас новым куполом.

Я обернулся, на пришельца и увидел, что выстрел 30 миллиметровой пушки, а это был он, хоть и повредил внешнюю обшивку, но отнюдь его не уничтожил. И сейчас он разворачивался в сторону новой угрозы. Это возвращалось звено Драгончейзеров, как только щит над нами закрылся, они выпустили ракеты. Десятки ракет с зарядами жаряиц устремились к цели и, преодолев за миг расстояние около километра, взорвались за щитом, закрыв всё видимое пространство толстым слоем пыли.

Когда она осела, то мы увидели, что робот остался на месте. Снова укрытый защитным полем, но пилоты сориентировались и в диком манёвре ушли от ответной атаки, закружив вокруг него смертельную карусель.

Тот в ответ пытался отстреливаться, но похоже его система наведения не была предназначена для поражения столь юрких целей. Но какой бы она плохой не была, постоянно промахиваться он не мог, нескольким машинам он отпилил крыло и шасси. Третьему он отрезал винт, и машина, по инерции перелетев наш купол, с грохотом упала на землю, к счастью по другую сторону от вторженца, что препятствовало ему добить пилота.

Внезапно, Солнце закрыла тень. Я поднял взгляд и увидел, что прямо над нами завис Тандерхед, с громады которого к нам устремились десятки Предаторов. Они мигом отвлекли на себя внимание врага.

К сожалению, их удары не могли причинить ему существенного вреда, но их огонь был настолько плотный, что заставил его уйти в глухую оборону. Видимо, его силовая установка имела свои пределы и одновременно атаковать и защищаться при такой нагрузке он не мог.

Но главной целью этой атаки было не просто отвлечь, инопланетную машину, а прикрыть подлетающий транспорт. Вот Грифинчайзер коснулся земли, и из него выпрыгнуло шесть до боли знакомых кобылок, которых Принцесса Ночи тут же пропустила под купол.

Всё это время из-за грохота орудий драгончайзеров мы с Луной не могли перекинуться даже словом, но теперь, под намного более тихий шелест лазерных установок она, наконец, обратилась ко мне, перекрикивая хоть и значительно ослабший, но всё же оставшийся значительный шум.

— Он генерирует мощное поле глушащий телепортацию, только я могла прорваться, остальным пришлось импровизировать! – Будто, извиняясь, прокричала она.

— Я понял!

Тут подбежала Твайлайт с подругами в полном боевом облачении. В смысле с Элементами Гармонии. Увидев лежащую посреди земли Селестию, она с испуганным видом подбежала к ней. Удостоверившись, что она жива, вздохнула с облегчением и повернулась, ко мне что-то сказав. Поняв, что я не услышал, уже закричала во весь голос.

— Что случилось?!

— Оно использовало какое-то неизвестное оружие!

— А почему ты стоишь?! Оно на тебя не подействовало?!

Увидев настороженный взгляд Луны, я ответил максимально честно.

— Подействовало, но иначе! Вы готовы надрать зад этой твари?!

Единорожка непонимающее посмотрела на меня в ответ, но видимо поняв, что я имею ввиду кивнула.

Что-то сказав в пипбак, от чего все летающие машины брызнули в стороны, она уже нормальным голосом обратилась к принцессе.

— Снимите, пожалуйста, щит, Ваше Высочество.

В ответ Луна просто развеяла заклятье. Купол мигнул и погас.

Пришелец заозирался видя, что враги отступают и, повернувшись к нам, увидел подходящую шестёрку.

Но отреагировать не успел. Твайлайт и остальные без лишних слов активировали элементы.

Фиолетовое сияние охватило шестёрку, от чего все пони подлетели в воздух. Один за другим активировались элементы, посылая вспышки энергии в сторону инопланетного механизма. Но вот открыла глаза Твайлат, от чего их сияние стало нестерпимым, и яркая радуга миномётным снарядом прочертила небо, впившись в пришельца, она закрутилась вокруг него, отрывая части обшивки и испаряя их, становясь всё более и более насыщенной, пока полностью не скрыла его от нас.

В стороны отлетали оплавленные обломки, но ничто не вечно, вскоре сияние угасло, пони стали на землю, а перед нами остался лежать одинокий человек в синем комбинезоне.

Я с удивлением смотрел на него. Огляделся, пони вокруг начали шевелиться и постанывать. Молниеносный анализ ситуации.

«Нам только не хватало, чтобы все увидели, что посланец звёзд человек, как и я. Проблем не оберёшься»

— Луна, быстрее, переместите его!

Она с удивлением и опаской посмотрела на меня.

— Прошу.

— Куда?

— Туда. – Я ткнул пальцем на висящий в небе корабль.

— Хорошо, но ты мне потом всё объяснишь. – Аликорн, взмахнув крыльями, быстро пересекла пространство и, встав над человеком, пропала во вспышке телепортации.

Я вздохнул с облегчением.

Спустя пять минут уже почти все очнулись. Шестёрка пони и я сгрудились вокруг Селестии.

— Я рада, что вы справились, мои милые пони. — А потом, просто улыбнувшись, присела на задних ногах и расправила крылья и обняла всех пони скопом, прижав к себе. – Я уже и не надеялась вас увидеть.

— Вы прибыли очень вовремя, ещё немного и всё бы было потеряно. – Уже добавил я, стоя чуть в стороне. Увидев меня Твайлайт хитро улыбнувшись, засветила рогом, а я почувствовал, как какая-то сила тянет меня в общую кучу.

Что я мог противопоставить сильнейшему единорогу, которого я знал?

Правильно.

Ни-че-го, а потому оказался в общей куче нежности. – Правда, я бы не сказал, что испытал неприятные ощущения, скорее наоборот.

— Мы старались прибыть как можно быстрее, но мы много времени потеряли, так как не знали точно, что происходит, — говорила Твайлайт, будто извиняясь, — но потом нас нашла взволнованная принцесса Луна. Она приказала нам взять элементы и переместиться на Глориус Даун.- Она кивнула на корабль.- Как к самому близкому к вам объекту. Ну, а дальше думаю все понятно.

— Мне не понятно. – Послышался голос у меня за спиной. И уже обращаясь к своим солдатам – Оцепите район, соберите обломки в кучу, и не давайте никому приблизится к ним, проследите чтобы никто их нигде не спрятал.

Я обернулся. Сзади стоял Цезарь вместе со своей свитой. Он хотел ещё что-то сказать, но тут к нему подбежала одна зебра с камерой в зубах.

— Ваше Величество. — Она поклонилась. – Моя камера всё сняла, вы можете посмотреть сами.

Он улыбнулся и кивнул нам в сторону чудом устоявшего шатра.

– В таком случае пойдёмте.

Та же зебра, чуть повозившись с камерой, поставила её на стол. Объектив камеры засветился, и на стенке шатра появилось изображение. Оказывается камера была по сути ещё и переносным проектором.

Мы заново могли просмотреть события во время нападения. Вот машина приземляется и обстреливает щит, вот она подняла свой излучатель и все попадали, вот я встаю и, двигаясь будто зомби, достаю свой пистолет, навожу его на Селестию, но замираю и не стреляю, а потом, выбросив его, сажусь перед нею.

Дальше падает щит, он начинает подходить к нам, а я стаю у него на пути. Звук, камера не записывала, а потому нашего разговора было не слышно. Дальше было видно, как от пришельца во все стороны летят искры, а я отлетаю назад. Но вот весь обзор камеры перекрыла фигура принцессы Луны, только краем объектива были видны многочисленные вспышки.

Вот вспыхнуло яркое радужное сияние, и камера прекратила съёмку.

Про себя я вздохнул с облегчением, если бы сейчас расскрылся мой обман, это бы имело очень плохие последствия.

Цезарь обернулся к нам.

— Я так понимаю, что были использованы элементы гармонии?

Твайлайт кивнула.

— Когда принцесса Луна объяснила нам что случилось, то мы решили взять их с собой. Это уже раз сработал с Найтмер Мун. А потому в случае если бы принцесса Селестия и принцесса Луна не справились бы с угрозой, то они оставались нашим единственным действенным оружием, а если бы справилась, то ничего плохого бы всё равно не случилось бы.

— Принцесса Луна? Как вы с ней связались? У нас связь пропала почти сразу? И куда она подевалась?

— У меня с сестрой особая связь. – Ответила Селестия, косо посмотрев на меня. – И…

— Я думаю, мы можем обсудить всё, но без свидетелей с вашей стороны. – Прервал я принцессу.

«Ты уверен?» — Услышал я голос Принцессы у себя в голове.

«Да. Если они не будут нам доверять, то все наши усилия будут тщетными, а ставить под удар всю страну, ради личных мотивов я не собираюсь. Тем более что нам нужен фундамент для построения дальнейших отношений, и чем раньше решится этот вопрос, тем лучше. Особенно, когда окажется, что всё, что мы говорили о заклинании нерушимого договора – полная чушь» — Ответил я.

Цезарь стоял, молча обдумывая наше предложения. Потом, видимо решившись, кивнул своим спутникам на выход. Жрец пытался ему перечить, но тот был непреклонен.

— … Я сказал нет, значит, НЕТ! Лучше идите, узнайте, где было наше прикрытие! — Смирившись, Либрий вышел.

— Правда состоит в том, что пришелец выжил, и принцесса Луна забрала его на корабль.

— Что?! Но как же обломки? Оно на живое существо в броне, как у Найтмер Мун было совсем не похоже. И зачем вы вообще его скрыли?

— Похоже, что-то, что мы видели, было одноместной машиной, типа танка. Именно его обломки вы и видели. А по поводу того, почему мы спрятали его, так на это были причины. Для большинства лучше будет пока уверенность, что здесь победили зло, ведь это отчасти правда. Мы же предлагаем вам допросить пришельца вместе с нами.

Цезарь улыбнулся краем рта, после моего предложения, видимо на это он и рассчитывал, когда узнал о выжившем пришельце, но оценил мою уступку.

— Как и когда мы отправимся?

Я глянул в сторону принцессы. Она кивнула.

— Думаю, прямо сейчас. Селестия засветила рогом и перенесла нас на борт корабля.

Я огляделся, очевидно, мы были в карцере. И Селестия сразу переместила нас в нужное место, чтобы не смущать солдат, видом повелителя зебр на палубе, пусть и в сопровождении правительницы.

Человек лежал привязанный на койке, а рядом стояла Луна.

Цезарь подошёл. К нему и вгляделся. Обернулся на меня и оскалился.

— Значит ты таки посланник звёзд?

Я покачал головой.

— Нет, я не знаю, как сюда попал, я вам говорил только правду. Я не имею никакого отношения к звёздам и их посланцам, хотя действительно чужак здесь. Я не знаю, как здесь оказался мой соотечественник, и какое отношение он имеет к вашим звёздам. – Я говорил спокойно, и как можно более правдиво, судя по тому, что цезарь успокоился и повернулся обратно к неизвестному человеку, он мне поверил.

— Можете разбудить его? – Спросил он.

— Да. Он уже очнулся, но начал буянить, мне пришлось его связать и усыпить. – Ответила Луна, и, пойдя поближе, произнесла заклинание, после чего снова отступила.

Человек заморгал, привыкая к освещению и пытаясь сконцентрировать свой взгляд на окружающем. Вот у него получилось, и он посмотрел на меня. Черты его лица исказила ненависть.

Человек задёргался, пытаясь вырваться из пут, но поняв, что ничего не получится, прекратил, лишь зашипел.

— Предатель, ублюдок…

Я огляделся на пони. Похоже, их заинтересовало такое поведение пленника, а потому они решили передать инициативу в мои руки, хотя нет, Флаттершай испугалась его злобного тона, и попыталась спрятаться в углу, а Рерити её сейчас успокаивала. Подобное состояние дел меня самого немного разозлило, я не любил, когда пугают моих подруг, а особенно Флаттершай.

Цезаря так же интересовало, почему человек обратил внимание в первую очередь на меня.

— Почему это я предатель? Я никого не предавал. И какого чёрта ты здесь делаешь?

— А то ты не знаешь?! Не притворяйся дурачком. Думаешь, спрятался на этой планете, так тебя никто не найдёт?! Пока миллиарды людей с Федерации гибнут на войне, ты спрятался и препятствуешь получению нами последней надежды Земли.

— Что?! Какая война? Какая Федерация? Какая ещё надежда Земли ты совсем сдурел? И опять-таки, что ты делаешь здесь? Когда я был последний раз дома, то мы дальше орбиты не улетали.

— Да ты издеваешься! Я знаю, что ты появился здесь месяц назад. А война длится уже десять лет, хватит заливать, просто убейте меня, раз поймали, мне всё равно. – Ярость пленника мгновенно затухла и он, замолчав, отвернулся от нас.

— Какой сейчас год?

— Что? Отстань.

— Какой сейчас год? – Снова повторил свой вопрос я.

— Две тысячи триста двадцать четвёртый, а теперь оставьте меня в покое, если не хотите убивать меня.

Я просто онемел. Почему-то я ему поверил. Ему просто нет смысла врать в таком вопросе.

— Когда я сюда попал, был две тысячи двенадцатый год. Я ничего не знаю ни о какой войне, Федерации и тому подобное. Расскажи, что случилось?

Он обернулся, посмотрел на меня, и увидев, что я не шучу, спросил.

— Кто-то тебя отправил в космос на древнем корабле? Хотя нет. Тогда вроде такого ещё не было. Первые корабли поколений появились на пол столетия позже. Тогда, как?

— Не знаю. Просто, какая-то пространственная аномалия. Уж не знаю природного она происхождения или нет, хотя склоняюсь ко второму варианту.

— Ясно. – Человек задумался. – Что же мне нечего терять. Всё равно Земля падёт со дня на день. Вчера от Женевы осталось только огромное дымящееся озеро.

Дальше он начал рассказывать мне о будущем. Земная Федерация единое человеческое государство уже давно вышла в космос и стала рядовым членом космического сообщества. Хотя сообщества это громко сказано.

Скорее, одной из мелких рыбёшек, что пытаются как-то выживать среди огромных рыб, так называемых старших рас, самых древних цивилизаций, что опережают остальных в технологическом плане на порядки, поскольку им повезло выйти в космос и выжить тысячи, а то и десятки тысяч лет назад.

Понятно, что в таких условиях «меньшие расы» ведут огромную конкуренцию за элементарное право выжить. Хотя надо сказать, что человечество оказалось чрезвычайно активно, и быстро укрепилось, став довольно сильным государством среди остальных «мелких рыбёшек».

Ясное дело, что такое положение дел в виде усиления одного из игроков на политической карте космоса, много кому не нравилось. И вот, когда Федерация, а по сути уже империя, хотела съесть очередную рыбку в виде пригодной к колонизации планеты, то наткнулась на сопротивление. Другая раса хотела прибрать эту планету к своим лапам и захватила колонию, в ответ Федерация выслала туда флот и провела орбитальную бомбардировку.

Так началась война. Та, раса была довольно слабой, и все шансы были на стороне федерации, но тут против человечества быстро собралась Коалиция, и война затянулась.

Федерация была сильнее, любой из стран коалиции в отдельности, но вместе они были сильнее её, и поэтому год за годом пробивались сквозь все заслоны к метрополии. И именно сейчас происходит последняя битва за Землю.

Своё отношение к людям Коалиция уже продемонстрировала, подчистую вырезав около десятка колоний. Я уже начал догадываться, зачем он здесь, но всё же спросил.

— А, что вы здесь делаете?

— Моя история началась двадцать лет назад, когда наш капитан нашёл карту одной из погибших старших рас. Такое очень редко, но случалось, а на руинах погибших рас расцвела не одна молодая цивилизация. Особенность данной карты была в том, что на ней была обозначена червоточина, которая вела в место подписанное, как экспериментальный центр. На других картах мы её не нашли, но решили рискнуть, всё же это наш профиль.

— Мародёр?

— Мы ксеноархеологи.

— В моё время тех, кто занимался подобным, называли чёрными археологами.

Он рефлекторно попытался махнуть рукой, но поняв, что не получится, сплюнул.

— Это ничейная территория, а значит, мы ничьи законы не нарушаем, к тому же не пойман не вор.

— Ладно, рассказывай дальше. – Я посмотрел на остальных, все также были заинтересованы. А Твайлайт даже конспектировала.

— На луне этой планеты мы нашли покинутую базу. Ну, как базу, руины базы.

Несколько тысячелетий запустения под градом космического мусора и интенсивного излучения сделали своё дело. Там мало что осталось, но когда мы прибыли на спутник, нас лунная база уже мало интересовала. Тем более, что увидев в каком она состоянии, мы мало на что надеялись.

Намного больший интерес у нас вызывала ваша планета. На первый взгляд в ней не было ничего особенного. Подумаешь, ещё одна примитивная цивилизация. Мы не государство и не корпорация, нам колонии не надо, но когда мы попытались просканировать её на предмет интересующих нас объектов, то обнаружили, что планету окружает огромный подпространственный барьер. Это нас заинтересовало.

Подобными технологиями обладают только старшие расы, а потому они чрезвычайно ценны, а на базе мы всё же нашли кое-какие свидетельства и артефакты. Например, о нахождении на планете генератора поля называемого Атлас, а так же процедуру управления им, в том числе и мастер-ключ от поля.

Мастер-ключ позволяет проникнуть внутрь при отсутствии администратора, когда включается автоматика. Так же посылать внутрь поля некоторые сигналы.

Из-за того что Атлас не пропустил нас, мы поняли, что есть администраторы, но судя по тому в каком состоянии находится база – это не те, кто её создали, а местные. Поэтому мы попробовали послать пробный сигнал через пси-излучатель и показали местным как с нами связаться. Барьер блокировал световое излучение с интенсивностью превышающей определённое значение, а потому мы передали местным простенький лазерный коммуникатор, к счастью они смогли его сделать, и у нас получилось связаться с ними.

Правда, во время активации ключа мы заметили какую-то активность в работе поля, кажется, тогда остановилась смена суток. Позже аборигены же нам рассказали о принцессах, которые управляют сутками. Догадаться, что к чему было не сложно. Нужно было, чтобы – Он посмотрел на принцесс. – Администраторы потеряли контроль. Мы знали только один способ. Судя по описанию местных, устранить вас, было не самой простой задачей, но мы пытались. Через них мы сделали несколько попыток покушений, а потом и целое нашествие местных примитивных народов, но ничего не помогало.

Посланники никак не могли справиться с задачей, хоть нам и посчастливилось повлиять на довольно важных особ, занимающих довольно высокие посты в стране, что называется Зебринией. – Я увидел, как исказилось лицо Цезаря. — Поэтому нами был создан и приведён в действие другой план. Развязать войну, в которой бы администраторы обязательно погибли бы. И у нас это почти получилось.

— Теперь, вы счастливы и может убьёте меня?

— То есть это вы во всём виноваты? Я так и думал, что сами они бы такого не сделали. — У меня сжались кулаки, хотелось просто избить этого человека голыми руками до смерти, только чудом я сдерживал себя.

— Если бы они сами не стояли на краю, то никакие наши старания бы не помогли. – Ответил он. От его слов я уже был готов кинуться на него прямо сейчас, но видя моё состояние, ко мне подошли друзья и, почувствовав их поддержу, мне стало легче сдержать себя. Принцесса Селестия положила копыто мне на плечо и хмуро посмотрела него.

— Вы хотели убить нас ради денег? Лучше бы вы просто связались с нами. Мы бы дали вам столько денег, сколько вы бы захотели.

— Деньги? Не только, хотя в начале и это тоже. С началом войны цена Атласа только возрастала. Сейчас же он попросту бесценен и является единственным, что может спасти Землю. На кону стоит выживание всей расы, компромиссов быть не может.

— То есть, если бы вы получили Атлас, то навсегда бы оставили нас в покое? – Спросил Цезарь.

— Да. Но не думаю, что вам бы стало от этого легче, ваша планета имеет слабое пусть и усиливающееся со временем магнитное поле и меньше, чем в течении суток вся жизнь на планете была бы уничтожена. Видимо в этом и состоял эксперимент Древних, экстремальная колонизация.

— И вы нам об этом так спокойно рассказываете, вместо того, что бы обмануть и сказать, что ничего не случится? — Спросила Селестия.

— А смысл? Я же говорил, что ключ не пускал нас, но одна возможность всё же оставалась, рискованная, но и выбора у нас не было. Можно усилить сигнал настолько, что он пропустит относительно небольшой объект внутрь, но при этом ключ аннигилируется, так что больше к вам никто не придёт.

— Но почему именно сейчас? Почему не раньше? – Спросил уже я.

— У нас не было оружия нужной силы, которое могло бы противостоять принцессам. Ягуар мы собирали по всей галактике много лет, это уникальная машина для исследований экстремальных зон… была. А сбрасывать бомбу на столицу мы боялись, хоть Атлас и крепкий, но не неуязвимый мы не можем представить последствий даже малейшего повреждения артефакта, он же работает с подпространством. Может он создаст чёрную дыру при повреждении, а может ещё чего похуже, в нём заключена чудовищная энергия.

— Ты не ответил, почему именно сейчас.

— Мы были не готовы.

— Ты врёшь. – Сказала Селестия.

— Нет, я всё равно не скажу. Лучше убейте меня.

Подошёл к нему, он отвернулся. Тут мой глаз заметил, что из кармана его комбинезона выглядывает какой-то листик. Я ухватился за его краешек и потянул.

— Эй, не трогай, это моё! Не тронь, понял?

Я развернул листок, оказавшийся свёрнутой фотографией. На ней была изображена какая-то женщина с двумя девочками лет десяти, их обнимал лежащий передо мной человек. Они были на фоне какого-то города, сплошь застроенного небоскрёбами. На одном из зданий была большая табличка «Космопорт Женева-1».

«Он говорил, что Женеву разбомбили». – Подумал я, и ткнул фотографией ему в лицо.

— Может это была причина? – Я понимал, что веду себя сейчас, как последний подонок, но во мне пробудилась какая-то злая сила. Я помнил из истории, что те же нацисты во Вторую Мировую, тоже были примерными, семейными дома, а в рабочее время занимались геноцидом, а этот человек, что лежит передо мною, тоже хотел провести геноцид на всей этой планете. Он был словно потомок всего того худшего, что было на Земле. Зримым символом человеческой жадности и злобы.

Он отвернулся, и просто молчал.

— Я с тобой разговариваю. Отвечай! – Я и дальше распалялся, по мере того, как осознавал, что они хотели сделать. – Говори! Говори!! Говори!!! – В конце концов, я не выдержал и со всей силы ударил его по груди. Я понимал, что не прав, что должен остановиться, что я злюсь на него и на себя. Он убивает из-за семьи целый мир, а я, отказавшись от своей семьи и расы, пытался этот мир спасти. Я не знал кто из нас прав, а потому злился ещё больше, вымещая свою злость на нём.

Тут, я обнаружил, что меня все скопом оттаскивают от него подальше. На месте осталась стоять лишь Селестия, которая смотрела на висящую перед ней фотографию. Потом сложила и положила обратно.

— Почему? Почему вы не связались с нами раньше? Почему просто не попросили помощи?! – Принцесса начала ходить туда-сюда. Судя по тому что её грива, вернувшая свой эфирный вид, начала развеваться словно под штормовыми ветрами, она была не в самом лучшем настроении. Луна, судя по её виду, видимо понимала свою сестру и разделяла её мнение, поскольку я тоже увидел в её глазах злость и, кажется, понимание, что очень удивило меня?

Теперь в комнате стало страшно всем, два разбушевавшихся аликорна было не остановить. Они были, как… два разбушевавшихся аликорна, в природе просто не было этому аналогии.

— Ты знаешь, что в их гибели вы виноваты сами. И не по той причине, по которой ты подумал. Сколько всего разумных существ погибли от вашей дурости! Идиоты, дегенераты, кретины! – Впервые я видел, как Селестия разозлилась до такой степени, что стала ругаться, хотя я тут уже не понимал Селестию. Неужели она пожертвовала бы своею планетой, ради людей. Он же сказал, что если забрать Атлас, то все погибнут. И в этом вопросе я ему поверил. – Как такие, – она всё же начала брать над собою контроль, – неразумные существа вообще в космос вышли. Ну! Догадываешься? Нет? А ты подумай, что если случится землетрясение, извержение вулкана, или ещё что-то подобное, что повредит артефакт.

Человек был удивлён и подавлен. Он со страхом смотрел на Селестию, которая, в этот момент выглядела, словно сошла с ума. Не дождавшись ответа. Она отошла, вздохнула несколько раз успокаиваясь, хотя этим она скорее успокаивала всех нас в том числе и Цезаря, кажется даже он хотел оказаться в данный момент подальше, хотя тоже испытывал довольно негативные эмоции по отношению к пришельцу и был в целом солидарен с Селестией в отношении к людям.

Когда, принцесса успокоилась, она сказала лишь одно предложение.

— Дублирующие системы. – Я сразу приложил руку к лицу, от того, что сам не догадался. – Древние оставили нам пять установок Атлас, разбросав их по всей планете. За тысячелетия одна из них была повреждена и отключилась, перейдя в другой мир. Одновременно активна только одна установка. Если бы вы тогда связались с нами, объяснили вашу проблему, мы бы вам подарили одну. Зачем были эти бессмысленные жертвы и сломанные судьбы? Почему нельзя сначала думать, а потом делать? Дай мне ответ, человек.

Землянин больше не отворачивался, а просто смотрел на неё ошеломлённым взглядом.

— Ты врёшь! Зачем ты издеваешься надо мной? Просто убей меня, но не надо мучить.

— Ты так ничего и не понял. – Солнечная Принцесса с сожалением смотрела на него.

Её рог покрылся золотым сиянием, а по телу прошлась ярко белая полоса. Я сначала испугался, но потом увидел, что с него спадают все путы. Он с удивлением посмотрел на неё присев на койке и разминая затёкшие конечности.

— Встань. – Коротко приказала Селестия. Он подчинился. – Приготовьтесь, мы с Луной сейчас вас перенесём.

Вспышка, и мы стоим посреди знакомой пещеры.

Хотя нет, это мне только показалось, цилиндр Атласа был не активный. А вместо длинного прохода за дверями я увидел вырубленные в камне ступеньки.

— Твайлайт, Рэрити, не могли бы вы нам помочь? Единорожки удивились, но кивнули. Луна и Селестия вновь засветили своими аурами и приподняли артефакт, через секунду к ним присоединились единорожки.

— Неужели он такой тяжёлый? – Спросила Эпплджек, оценивающее смотря на Атлас, который пусть и выглядел, как огромный кусок чёрного минерала, но всё же не настолько, чтобы быть неподъёмным хотя бы для одной Твайлайт, не то что для принцессы.

— Тяжёлый, хоть и не сверх, но у него большая сопротивляемость магии. Телекинез с трудом может удерживать его – Ответила Луна.

Так может я подсоблю? – Не унималась земнопони.

— Нет, не надо, он всё равно слишком тяжёлый для тебя. – Ответила Принцесса ночи.

Так таща по воздуху артефакт, наша процессия последовала к выходу. Когда мы вышли наружу, то нас встретила ночная прохлада. Принцессы и единорожки порядком взмокнув, поставили его на землю. Я осмотрелся, мы стояли на небольшом плато, а со всех сторон нас окружали горы. Всё вокруг освещали довольно яркие звёзды.

К пришельцу обратилась Селестия.

— Человек, ты можешь связаться со своими, если я сниму над нами барьер? – Тот кивнул. – Отлично, забирай свой артефакт и улетай. Надеюсь, мы больше не увидимся.

Но тот не двигался и вообще ничего не предпринимал.

— Боишься, думаешь что это ловушка? Зря. – И уже обращаясь к нам. – Уходим.

— Но почему?! – Выкрикнул человек.

Принцесса обернулась.

— Знаешь, человек. В своё время мне тоже показали урок прощения и дали второй шанс. Я не хочу мстить ни тебе, ни твоему народу, это не вернёт потерянные жизни. Тем более, что среди вас, я знаю, тоже есть достойные люди. Лишь надеюсь, что со временем вы изменитесь. Просто не упусти свой шанс. – и уже обращаясь к нам. — Готовы переместиться?

Селестия затушила рог и кивнула.

— Подождите принцесса. – Я отбежал от группы к человеку.

— Слушай, прости за то, что там случилось, но меня интересует один вопрос. Когда ты включил, свой пси-излучатель, то у меня было видение, каким образом оно на меня действовало? В видении всё было так реально.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Он просто тебя гипнотизировал, никаких видений быть не должно, разве, что от боли. – Увидев моё удивлённое лицо, он спросил. — А почему ты не хочешь возвратиться со мной на Землю? Ведь твоё место там, среди людей.

Я усмехнулся.

— Моё место уж точно не на Земле более чем трёхсот лет будущего. Моё место здесь, и здесь я и останусь. Удачи.

— Хорошо. Хотя постой, я вам не сказал, но одурманивание пси-излучением можно снять, просто запомни числовой код, сорок два, семь, шестьсот шестьдесят шесть три. – И обернувшись ко мне спиной, приложил кисть к лицу, и заговорил. – Странник один говорит звезде четыре, забирайте посылку по месту дислокации.

— Странник один говорит звезда четыре, вас понял. Почему так долго. – Раздался голос в ответ.

И уже отходя, я услышал.

— Парни, вы не поверите…

Как только я подошёл к остальным, нас сразу переместили обратно в шатёр.

И вовремя, буквально секунду спустя в него заглянул гвардеец.

— Ваше высочество, всё в порядке?

— Да. Вольно. – Стражник сразу пропал.

— Ваше высочество, вы уверенны в своём решении? Вдруг он с сообщниками захочет остаться, и не покинет планету? – Обеспокоенно спросил, Цезарь.

— Не бойтесь, Ваше Величество, я прослежу за этим. – Улыбнулась, Солнечная Принцесса.

— Что ж, раз так. Я доверяю вашему решению. Сложно поверить в то, что случилось. — Тут я подняв со стола лист бумаги карандашом написал на нём код, данный мне пришельцем.

— Вот, он сказал, что если этот код услышит кто-то из их организации, то дурман спадёт.

Цезарь удивлённо, поднял лист с кодом.

— Жаль, что его у нас не было неделю назад. – Печально сказал он. – Но спасибо за этот дар. Знаете. После всего случившегося все размолвки между нашими странами не имеют смысла. Если бы об этом узнали все, то не было бы никакой нужды в вашем ритуале клятвы. Но давайте уж приступим, чем раньше начнём, тем раньше окончим.

— Ваше величество. – Обратилась к нему Селестия. – Никакой клятвы не существует, её придумал мой канцлер, для того, чтобы мы смогли встретиться лично, и обсудить сложившуюся обстановку.

Цезарь удивлённо посмотрел на принцессу Селестию, но кивнул. Потом, чуть подумав, он выглянул из шатра, а вернулся, держа в зубах шкатулку. Поставив её на стол, он раскрыл её. Внутри была книга, довольно старая на вид, в коричневой обложке с нарисованными на ней четырьмя пятиконечными звёздочками и завивающимся спиралями. Мне вид этой книги ничего не сказал, но Селестия очень удивилась, увидев её.

— Дневник Старсвила Бородатого. – Произнесла она. – Откуда он у вас?

— Мы нашли его в поместье одного из предателей, очевидно, они украли его у вас. Настало время вернуть его вам.

— Спасибо за этот дар. – Принцесса посмотрела на Твайлайт, которая с каким-то благоволением смотрела на книгу. – Вскоре я передам его тебе, моя дорогая ученица, и ты сможешь раскрыть его тайны, а сейчас нам с Цезарем нужно кое-что обсудить.

Намёк был понят и я вместе с министрами покинул шатёр, оставив в нём только Цезаря и двух сестёр.

Выйдя на улицу, я удивлённо осмотрелся вокруг, ничего не изменилось, Будто всё идёт, как и предполагалось, и никакого вторжения не было. О случившемся, говорила только небольшая куча оплавленного метала на краю площадки, а также висящий в воздухе небесный корабль.

— Девочки, знаете, у меня такое ощущение, всё что мы пережили, было лишь сном.

— У меня тоже. – Сказала Твайлайт. – Хотя, чем дальше, тем больше из ужаса он меняется в лучшую сторону. Не могу поверить, что скоро смогу дотронуться до тайн дневника Старсвила. Он же величайший волшебник всех времён, только хотелось бы дотронуться к ним побыстрее.

— Агась, но у меня ощущение, будто я целый день таскала яблоки в саду, сейчас хочется просто отдохнуть. – Добавила Эпплджек. – Думаю, что основная часть работы сделана. Давно пора провести очередное воссоединение Эплов, слишком долго мы не собирались вместе, да и с Брейбёрнам давно нужно было помириться после того случая.

— А ещё может быть будет больше времени на моих зверушек. – Тихо, будто боясь, что её услышат, добавила Флаттершай. Хотя её услышали все, наличие такой подруги развивает слух, зрение, внимание, а также другие полезные способности.

— Ничё, Шай, теперь у нас будет целая куча времени на реально важные и крутые вещи. Может, теперь полетим в Лётную школу на встречу выпускников. А то все, зная, что ты министр постоянно меня спрашивают о тебе, и думают, что ты теперь такая важная и не хочешь их видеть. Продемонстрируешь свои новые лётные способности. – Заявила Деш. В ответ, на, что Флаттершай лишь что-то пропищала.

— А знаете, что самое главное? – Чрезвычайно серьёзным голосом спросила Пинки.

— Что? – Спросил я, не подумав.

— У нас будет время на мега-супер афигенную вечеринку! – Закричала Пинки, и запрыгала на месте. Из-за чего журналисты, которые все извелись, за время ожидания сразу же защёлкали фотоаппаратами.

— Девочки, не знаю кто как, а я сразу спать. – Сказал я, и протяжно зевнул.

— В любом случае, я думаю у нас будет теперь больше времени на действительно приятные вещи. — Сказала Рэрити голосом, от которого все мои мысли о сне мигом пропали, а слипающиеся глаза сразу широко раскрылись. Что сразу вызвало дружный смех.

Буквально спустя минуту, из шатра вышли три царственные персоны, и стали перед трибуной. Если Цезарь и Селестия были здесь ожидаемо, то наличие принцессы Луны многих удивило.

Первой речь начала Селестия:

«Сегодня мы собрались тут, для заключения окончательного соглашения о мире между нашими народами.

Для того, чтобы остановить то зло, которое разъедало нас изнутри. Делая злыми, порочащими все те идеалы, которыми так мы дорожили. Всё, что мы накопили за века, было положено под жертвенный нож войны. Всё, даже наше будущее. И сегодня мы этому положим конец!

Развитие военных средств, привело к тому, что мы стали забывать себя и подставили под угрозу саму возможность нашего существования.

Ради того, чтобы этого больше не случилось, я подписываю это соглашение.»

Дальше продолжил Цезарь:

«Мелкие обиды, переросли в большие. Малые недоразумения в конфликты мирового масштаба. Ранее мирные и благожелательные народы, стали смертельными врагами. В то время, когда наш истинный враг глядел на нас с небес и смеялся.

Все вы видели его! Сегодня он показал свою истинную сущность. В попытке остановить нас любой ценой, но не смог. Ибо нам показали истинный пример тех качеств, которые необходимы для победы!

И не только над врагом внешним, ибо звёзды пришли к нам не через своего посланца, они пришли в наши души через наши слабости. Именно их нужно действительно победить, а не получать псевдо-победу, а на самом деле поражение, убивая друг друга. Этим мы только приближаем победу Злых Звёзд.

Сегодня произошло действительно чудо, когда заложенных пони уз дружбы стало достаточно, для победы над злом. Если бы их не было, то не было бы сейчас и победы. А потому если мы навсегда скрепим узы нашей дружбы и пойдём по пути развития лучших качеств разумных всего мира, мы сможем одолеть любого врага, и выстоять против любых трудностей. Ради этого, я подписываю это соглашение.»

И заканчивала принцесса Луна:

«Ради того, чтобы построить наше будущее, свободное от войны, голода, бедности и прочих бедствий. Мы должны упорно работать, восстанавливая утраченное.

Мы должны вновь вернуться к былым ценностям, строить новые возможности, забыть старые страхи, которые сжигали нас изнутри быстрее огня жарбомбы.

Каждый должен внести свой посильный вклад в наше общее будущее. Это и будет настоящая победа. Ради неё, я подписываю это соглашение.»

Принцессы и Цезарь поочерёдно подписывали документ, который должен изменить судьбу пони. Остановить кровопролитие и прекратить ненужную никому войну.

Ведь Война. Война никогда не меняется. Вне зависимости от причин она приносит, боль и страдания, во всех мирах, во всех вселенных, это правило остаётся неизменным.

Но меняемся мы, люди, пони, кто угодно, кто сам строит свой путь, ведь он зависит только от нас, и если мы будем делать всё возможное, то когда-то неизменная сущность войны навсегда оставит наш мир.