Не очень обычный день Эпплджек

Рассказ о не совсем обычном дне ЭйДжей

Эплджек

Источник жизни

По всей Эквестрии следует череда таинственных похищений детей. Ни требований, ни каких либо ультиматумов преступники не выдвигают. На первый взгляд все эти похищения никак не всязаны...

ОС - пони

Путь лучика

Вы когда-нибудь задумывались, какого это - жить без возможности увидеть спокойный мир?

Другие пони ОС - пони

В школе летунов.

Робкая и не совсем ладящая с полётами малышка Флаттершай попадает в школу Клаудсдейла, где ей предстоит познакомиться с одной очень необычной пони и вместе с ней пережить немало захватывающих приключений.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Рэрити

Вызыватель в Эквестрии. Конец путешествия.

Продолжение похождения Ковелио в мире, так желанном ему, но оказавшимся не таким приветливым, как казалось. Все собрались в ожидании последнего боя, и только лишь один в ожидании пира после него.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Дискорд Человеки Кризалис Шайнинг Армор Стража Дворца

Твайлайт Спаркл — королевский гвардеец: Возвышение

Свалите в одну кучу замковые сплетни, профессиональное соперничество, расцветающий роман, а сверху таинственного злоумышленника, все еще находящегося на свободе, и вы поймете, почему у декуриона Твайлайт Спаркл так много дел. Будем надеяться, что она заведет несколько новых друзей, двигаясь навстречу судьбе, которую сама для себя выбрала.

Твайлайт Спаркл Спитфайр Другие пони Принцесса Миаморе Каденца

Fallout Equestria: Project Horizons - Speak

В годы, прошедшие после битвы за Хуффингтон, Новое Лунное Содружество разрасталось и пыталось процветать. Последователи Апокалипсиса присоединились к ним в попытке сделать этот мир лучше. Треноди, молодая пегаска и врачеватель душ, прилагает все усилия, чтобы исцелить сердца и разум пони, прошедших через страшные испытания в битве за Хуффингтон. Но она была совершенно не готова к тому, что её переведут в маленький городок, Капеллу, для работы с «Пациентом». Сердце каждого пони представляет из себя запутанную паутину, даже у сильнейших душой. И, как скоро может узнать Треноди, самые колоритные персонажи не реже страдают от шрамов в своём сердце. Эта история является полноценным продолжением Fallout Equestria: Project Horizons, с разрешения самого Сомбера и его помощью в редактировании.

ОС - пони

Мью и ее друзья

Зарисовки из жизни обычных пони или не совсем обычных?...

ОС - пони

Разбитая верность

Дэши - Элемент верности. Что будет, если предать ее? Предать саму верность? "Мое имя – Мидхарт, и я – самый глупый пегас во всей Эквестрии".

Рэйнбоу Дэш Принцесса Селестия ОС - пони

Инсомния

Эквестрия существует уже очень много лет. Не раз многие пытались прервать замечательную идиллию, царившую в этом чудном мире, но все они были побеждены. Но зло никогда не дремлет... Новой угрозе было суждено покончить с известным нам миром окончательно.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Автор рисунка: Siansaar

Маленькая победа маленькой пони

Привет, я – Пинки Пай!

Любой (ну хорошо, почти любой) взрослый скажет, что я — пластиковая розовая игрушка-пони в смешной шапочке-зонтике и гривой из синтети-что-то-там, но мы-то с вами знаем! Катя говорит, что я пришла к ней из заколдованного озера, которое находится в дремучем лесу в далёкой волшебной стране! Катины родители нашли меня в магазине, на тесной полке с другими игрушками, но как я туда попала – ума не приложу. Поэтому эта история с озером мне очень-очень понравилась!

Кто такая Катя? Это девочка шести лет, с забавными косичками и веснушками – почти как у Эй Джей. Она сейчас на процедурах, и мы с её папой ждём в коридоре. Здесь много других детей, а также снующих туда-сюда врачей и медсестёр. Катин папа читает ску-ушную газету, а я сижу у него на руках и смотрю по сторонам. И тоже скучаю.

Дело в том, что Катя болеет. Она плохо ходит с самого раннего детства, и поэтому мы часто бываем в центре на процедурах. Знаете, они смешные! Положат на ноги пухлую подушку, из которой торчат всякие проводки – как из машины в подвале библиотеки Твайлайт – а подушка вдруг становится такой тёплой, приятной. И аппараты на процедурах гудят чуть слышно, басовито, словно шмели на цветках…

Раньше было хуже.

Мы познакомились накануне операции – мама и папа Кати сказали, что маленькая принцесса-пони будет ждать её после того, как всё закончится. Принцесса? Пфф, что вы! В любом случае, я была польщена и не стала спорить.

Я была напугана сменой обстановки – представьте, что вы в одночасье меняете тесную, но столь привычную и уютную полку магазина на холодные бесцветные стены больничной палаты! И я очень волновалась: к кому я попаду? Будет ли меня любить мой новый маленький друг? Но вот я увидела перед собой хрупкую фигурку девочки, бледной, измождённой долгой болезнью… Простите, это соринка. Ведь игрушки не могут плакать, ведь так?

Я должна была быть сильной и смелой. Ради того, кому нужна моя поддержка. Моя дружба. Я должна была победить волнение и страх. Маленькая победа маленькой пони…

«Это — Пинки Пай», сказал папа. «Она очень весёлая и смелая, и очень любит большие праздники! Скоро, когда мы будем дома, мы устроим настоящий праздник!.. Потерпи ещё чуть-чуть, Котёнок…»

Девочка взяла меня на руки – бережно, словно хрупкую фарфоровую игрушку и… поцеловала меня в нос, отчего я даже покраснела. Хорошо, что румянец смущения так плохо различим на розовом!

«Привет, Пинки! Я – Катя!»

Она подняла глаза и добавила:

«Спасибо, пап!»

Потом Катю увезли. Её не было почти три часа, и это были самые долгие три часа в моей жизни! Тот момент, когда она взяла меня на руки, поцеловала – он решил всё. Этого было достаточно, чтобы Катя стала моей лучшей подругой навсегда. И теперь, я боялась одного: что мы больше не увидимся.

Но всё закончилось хорошо. Хотя после операции Катя выглядела ещё более уставшей и бледной, была очень слаба и спала почти целый день, я очень-очень обрадовалась тому, что моё одиночество закончилось. И что с моей новой подружкой всё хорошо. А когда она проснулась, первым делом её взгляд скользнул по прикроватному столику, где ждала её маленькая пони.

Катины ножки сильно болели после операции, и я старалась быть с ней подольше. Да и Катя не выпускала меня из рук, отчего моя грива приходила в совершенно ужасный вид. Но это всё не имело никакого значения – я сжималась в комок, слушая, как тихо плачет Катя. Я хотела обнять её, сказать, что всё будет хорошо, что я рядом – но всё, что я могла – лежать в горячем детском кулачке, слушая, как барабанят по подушке слёзинки, как бьётся маленькое сердце моей лучшей подруги…

Потом – как и обещал Катин папа, мы вернулись домой. Была большая вечеринка! Воздушные шары, торт, кексики – куда же без них! – много улыбок и смеха. Катины друзья нисколько не смущались того, что Кате приходится кататься на странном кресле на колёсиках – к тому же, все знали, что Катя скоро сможет обходиться без него. Потом мы с Катей долго учились ходить заново – почему «мы»? Всё просто: мы всё делали вместе. Я как могла, подбадривала свою подругу, когда она, пошатываясь, делала свои первые шаги с кресла. Смеялась и улыбалась во весь рот, когда у нас получалось! И тяжко вздыхала, когда ненавистное кресло вновь открывало нам свои объятия.

И каждый шаг, что мы делали, был настоящей победой. Пусть маленькой, но такой важной для меня и Кати!

С того времени прошёл год. Катя ходит и бегает, почти не уступая своим сверстникам. Но время от времени ей надо приходить в эту больницу для процедур со всеми этими жужжащими машинами, особой зарядкой и всяким-таким. И я хожу с ней.

Папа перелистывает страницу своей скучной газеты. По коридору проносится неугомонная малышня, и я улыбаюсь им, искренне радуясь, что и для них самое худшее позади.

И тут я ловлю на себе чей-то пристальный взгляд. Один вечно спешащий куда-то врач в небрежно распахнутом халате останавливается как вкопанный, увидев меня. Он улыбается… Постойте, он… подмигнул мне? Украдкой, пока никто не видит…

Я улыбаюсь и заговорщически подмигиваю в ответ. Он, чуть покачав головой, вновь ускоряет шаг и исчезает в толпе у соседнего процедурного кабинета. Я удовлетворённо вздыхаю и вновь замираю в ожидании возвращения Кати.

Ещё одна улыбка. Ещё одна маленькая победа маленькой пони.


— Хорошо, сделаем!

Мысленно выругавшись на внеочередное поручение – и это в обеденный перерыв! – я запахиваю халат (не застёгивая; знаю, дурной тон и всё-такое, но сейчас мне не до этого) и бегу вниз, на отделение физиотерапии. Пара лестничных пролётов – и я на месте. Здесь как всегда людно – шумная детвора с детского отделения, хмурые взрослые – с нашего, быстроногие медсёстры, снующие из кабинета в кабинет… Муравейник, ей богу!

И тут я замираю, краем глаза замечая в этой толпе яркое розовое пятнышко. Маленькая игрушка-пони с кудрявой розовой гривой и смешной шапочкой-зонтиком на голове. Она сидит на руках у немолодого опрятно одетого мужчины с газетой в руках. Хозяйка маленькой пони, видимо, на процедурах, и сейчас эта странная парочка дожидается её возвращения.

Сотовый! Где сотовый!! Такой кадр!..

Вовремя спохватываюсь: не хватало, чтобы врач фотографировал на сотовый пациентов, их родителей и их игрушки… Перед глазами почему-то пронеслись картины того, через что пришлось пройти этой маленькой пони и её подружке: больничные палаты, капельницы, может, даже операции. Всё это время любимая игрушка была рядом с хозяйкой, поддерживая её в трудные минуты – яркое пятнышко среди безжизненных белых больничных стен, боли и долгой тернистой дороги к выздоровлению.

Я улыбаюсь крошечной пони, всему тому, чем она стала для незнакомой маленькой пациентки нашего Центра. Тому, что в любое время рядом с тобой есть тот, кто поддержит тебя, будь это хоть маленькая пластмассовая игрушка.

А ещё потому, что такова магия Элемента Смеха.

«Привет, Пинки!», шепчу я про себя и подмигиваю украдкой. Было бы здорово, если она подмигнёт в ответ!..

Ладно. Надо бежать. Дела сами не сделаются, так? Я ухожу прочь, и маленькая пони исчезает в толпе.

Тем же вечером, за чаем, я, спохватившись, говорю:

— Ты не представляешь, кого я встретил сегодня на работе!

— Сашку? – отзывается жена. Она тоже врач; день у неё выдался тяжёлый, и его след тенью лёг на усталые веки.

— Лучше! – Хотя, казалось бы, что может быть лучше старого школьного друга?

— Тогда не знаю…

— Пинки Пай!

Её брови удивлённо взлетают вверх.

— Да у одной девочки с детского фигурка была. Ну та, с шапочкой! Заметь, не «Винкс», не «Монстер Хай-что-то-там», а настоящая пони!

— Сфотографировал бы!

— Да ну… Неудобно…

Жена делает глоток горячего травяного чая, и улыбается. На миг забывая про усталость и заботы. Я улыбаюсь в ответ, касаясь золотого кольца на её тонком пальчике.

Ещё две улыбки.

Ещё одна маленькая победа маленькой пони.