Автор рисунка: Noben
Глава 20 Глава 22

Глава 21 (Часть 3 - Пастух)

Глава, в которой Норд встречает свою "старую знакомую" и ставит перед собой новую цель

Особенно большой кусок древней цитадели отвалился и с грохотом врезался в земную твердь, увлекая её за собой в синюю облачную бесконечность, странным образом расположившуюся под слоем земной коры. Норд даже не вздрогнул. Вообще не страшно. Нежным светом небесная лазурь осветила старые пыльные коридоры.

– Не боишься, что потолок размажет тебя в лепешку? – хитро прищурившись, спросила Ария. Как и раньше, ведьма сегодня была облачена в свое любимое черное платье, с рюшами и серебряными цепочками. С ушей свисали вызывающие сережки, а на шее удобно располагалась все та же незаконченная пентаграмма. Гриву она по обыкновению зачесала на один бок.

– Не-а, – ответил ей Норд, с удовольствием глядя на простирающиеся вокруг них бескрайние зеленые поля молодого овса – Это ведь просто сон.

Словно рассерженная из-за его слов цитадель, отозвалась грозным гулом. Вот-вот от неё должен был отколоться еще один кусок.

Насмотревшись на столь внезапно открывшийся его глазам пейзаж, Норд развернулся и вместе с Арией направился вглубь здания. Туда, где располагалась её лаборатория. Стоило ему подумать о ней, как за следующим же поворотом стали виднеться сотни и тысячи рун, коими кто-то изрисовал все стены и пол этого здания.

– Мы подходим все ближе. Небось, Кентаврина потрудилась, не думаешь? – вспомнив свою ученицу Ария тепло улыбнулась, но, заметив на себе взгляд Норда, вновь стала такой же как всегда, – Кстати, деревенщина, ты так и не сказал, зачем мы туда направляемся?

– Не знаю. Но уверен, что это необходимо.

Снова громыхнуло, и целый сегмент строения улетел в бездну. Порывом ветра распахнуло все двери; платье Арии затрепыхалось, как флаг во время грозы, отчего ведьма едва устояла на ногах. Локоны её волос, поднятые воздушной стихией, потянулись к земному, но самого ветра Норд почему-то не чувствовал. Разве что воздух стал гораздо свежее, да исчезли затхлость и запах копоти, бывшие столь привычными для обитателей этой крепости.

За одной из дверей – той, вокруг которой было особенно много рунических символов, напоминавших теперь простые каракули, – они обнаружили лабораторию ведьмы. Такой, какой он запомнил её лучше всего – светящуюся всеми цветами радуги и с огромным хромированным порталом посередине. Где-то далеко выкипало какое-то зелье, забавно булькая и бряцая стеклянными боками колбы о стоящие вокруг склянки.

– Здорово. А матрац мой где? – поинтересовалась его неживая спутница, неспешно обходя помещение.

– Эм… Я не знаю. Наверное, мое подсознание не посчитало его важной деталью этого места.

– Дурное же у тебя подсознание, – посетовала Ария, – Как и ты сам. Мог бы и пофантазировать чего с участием этого матраца, чтобы точно о нем не позабыть.

– О чем это ты?

Перепончатокрылая пони махнула копытом, мол, не понял шутки ну и не надо. Так и не дождавшись от неё ответа, Норд произнес:

– Теперь нам надо открыть портал в Мир Мертвых.

Здание вновь затряслось. По потолку пошли трещины, а вместо коридора за дверью теперь стали виднеться небеса. Обратного пути у них больше не было.

– Ну, так открывай его, раз надо?! – рассердившись, крикнула ведьма.

– Я не умею.

– Не умеешь? Хах! Я тоже не умею открывать порталы там, где вместо рунных знаков находятся твои детские рисунки. Это твой сон, а не мой! Делай!

Норд подумал, а затем, неуверенно дотронувшись до руны, вдруг обнаружил, что каким-то образом активировал её. Один за другим вспыхнули остальные символы и, прежде чем покрытая трещинами лаборатория окончательно развалилась под весом десятков верхних этажей, в центре комнаты открылся зеленый портал, в который они с Арией и запрыгнули в надежде оказаться подальше от этого коллапса.

Свет, и вот уже они оба находятся на узкой каменной дорожке, где-то высоко-высоко в небесах.

– Знакомое место, да? – хихикнула ведьма.

Еще бы… Тысячи дорог, а он даже не знает, откуда они пришли. Где теперь «вперед», а где «назад»? Где его цель?

– Не кисни. Я подскажу тебе, земной, – улыбнулась она, – глянь наверх.

Задрав голову, Норд с ужасом увидел там падающую с неба цитадель, с которой они едва успели телепортироваться. Её гигантские куски, грохоча, и сталкиваясь друг с другом, летели вниз, разрушая дороги, и вот-вот должны были расплющить и их. Портал отправил двух пони вовсе не так далеко, как им хотелось.

– Дурацкие же у тебя сны! – рассмеялась ведьма, после чего огромная масса камня и металла врезалась в них, похоронив под собой. Норд почувствовал сильный дискомфорт, тело его сдавливало и трясло, кто-то выключил свет…

…Сон развеялся, но неприятные ощущения никуда не делись. Открыв глаза, Норд обнаружил себя перед глубоким корытом, наполненным водой и с составленной там посудой. Кто-то отчаянно тряс его.

– Эй-эй-эй! Ну, ты! Спать он вздумал.

– Че…чего? – Норд посмотрел на нарушителя его спокойствия. Им оказалась знакомая ему работница таверны, с приятным, но немного вульгарным из-за обилия макияжа лицом.

– Посуду вместо тебя мыть, кто будет? – недовольно спросила она.

Воспоминания медленно возвращались в его голову. Точно! Он ведь обещал помыть посуду, за то, что братья единороги угостили его бесплатной выпивкой вчера вечером. И даже более того: он УЖЕ занимался этим делом. Норд с удивлением посмотрел на горы чистых тарелок и перевернутых кувшинов:

– Ого… – выдохнул земной. Из утренних воспоминаний у него был только плеск воды да ощущение влаги на передних ногах, – Это я всё?

– Как бы ни так! – усмехнулась официантка, – Ты только и делаешь, что отключаешься каждые десять минут. Спасибо, хоть не раздолбал ничего, работничек. Если бы не я, ты так и дрых бы по колено в воде и с тарелкой в обнимку. А мы, между прочим, с обеда работать начинаем! Там уже не до мытья посуды будет.

– Прости… Я вроде почти не спал вчера, да еще и набрался как пёс.

Гул в голове, вызванный последствиями вчерашнего веселья приутих. Недавний сон почти забылся. Память окончательно восстановилась, и мир вновь стал таким как прежде:

– Слушай, может, я тебе чем-нибудь другим помогу? Еду поразношу или отремонтирую чего-нибудь, а?

– Хм, дай-ка подумать… – кобылка ненадолго задумалась, потирая копытцем подбородок, а затем помотала головой и ответила, – Да не. Ничего мне от тебя не нужно, – она по-доброму улыбнулась. – Достань из погреба пару бочонков с сидром, и ты свободен.

– Уверена?

– Ага. Не хочу сама их тягать, а ты вроде не слабак. Справишься, я думаю.

Кивнув, земнопони взял веревку и отправился к ведущей в погреб лестнице. В конце концов, будучи хоть и не самым крепким, но все-таки земнопони, он мог без особых усилий таскать подобные тяжести. Через пять минут дело было сделано, после чего он, – предварительно еще раз спросив у кобылки, не нужна ли ей еще какая-нибудь помощь, и получив отрицательный ответ – вышел из таверны и, оглянувшись на прощанье, направился, куда глаза глядят.

Треск ломающихся веток, топот копыт и частое биение собственного сердца. Она уже очень устала, но не могла позволить себе остановиться. Надо было бежать. Бежать, несмотря на усталость, ведь они все еще находились рядом. Где-то поблизости. Весь лес был наполнен этими тварями, если верить тому, что она слышала от Виндфлаера.

Пони перепрыгнула чрез неглубокий овраг и, едва не упав в него, выпрямилась и поскакала дальше. Страх смерти подгонял её.

В мозгу вновь и вновь всплывало изображение пронзенного шипом Блэйзинг Хорна. Брызги крови и удивленный взгляд потерявшего жизнь существа. Эти шипы должны были убить их всех…

Земной помотал головой, отгоняя от себя остатки дремоты.

Вообще, ему понравилось вчерашнее завершение дня. Увидев состояние Норда, – печаль и уныние, – братья единороги вошли в его положение и согласились обслужить его в долг, предложив затем отработать его, выполняя черную работу в таверне. Естественно земнопони не стал отказываться от их предложения (тем более что он, к стыду своему, действительно растерял все оставленные Саддамом деньги в пустошах) и благодаря этому его вечер был спасен. Они не пожалели для него ни еды, ни выпивки и даже накормили какой-то «особенной» тыквенной кашей, которая здорово поднимала настроение вкупе с яблочным сидром. Хорошенько напившись, он вновь пел, возможно, танцевал – Норд не мог быть в этом уверен, потому как быстро терял голову от спиртного, – и конечно же рассказывал всем вокруг невероятные истории, казавшиеся для слушателей несусветной чушью, ведь единственным доказательством правдивости слов Норда являлась разве что белая передняя нога да нелюдимая ведьма, которую никто кроме него не мог услышать. Да она собственно ни с кем и не собиралась разговаривать в тот вечер, включая законного владельца понячьего тела.

– Кстати, а почему ты молчала? – спросил у своей бессмертной спутницы Норд, рассматривая приятный глазу летный пейзаж, последний, в этом году, потому как завтра в Эквестрии начиналась осень.

– Я ведь часто задавал тебе вопросы вчера, – продолжил он, не получив ответа, – Между прочим, я не выглядел бы настолько сумасшедшим, если бы ты хотя бы иногда отвечала мне.

– Ты нес чепуху, – нехотя ответила ведьма, – Ты и трезвый-то одни глупости говоришь, а когда пьян так и вовсе дурак-дураком.

– Да? Но ведь там не только глупые вопросы были: я еще на счет оживления спрашивал, на счет начертания рун и другие всякие, – Норд попытался припомнить, о чем еще спрашивал ведьму вчера, – Это сделало бы меня умнее, между прочим!

– И что?

– Стал бы не таким дураком как раньше. О, кстати, я ведь еще хотел узнать, оказывают ли на тебя влияние алкогольные напитки, которые я пью.

– Ясное дело нет, я же нежить, – быстро ответила Ария.

– Но ведь ты сейчас делишь со мной одно тело и формально «нежитью» уже не являешься… Постой-ка, получается ты тоже была пьяна!?

Норд широко улыбнулся, а вот его незримая собеседница наоборот, рассердилась:

– С чего это ты взял, олух?

– Просто догадался, – пожал плечами земной, – Я знаю, что некоторые пони стараются держать язык за зубами, когда наберутся, чтобы не взболтнуть лишнего. Вот я и подумал, что ты из их числа.

– Нет, я не из их числа. Ты ошибся! – отрезала кобылица.

– Ты уверена? – пытливо спросил пони.

– Да. Я прекрасно себя сознавала. Чуть-чуть замедлилась реакция, и появился белый шум. Это не имеет никакого отношения к алкогольному опьянению.

– Хех. Так-то, это оно и есть. Ты вообще когда-нибудь была пьяной?

– Пфф, миллион раз!

– И когда же?

– В эм… Когда я… – не найдя что ответить, Ария возмутилась, – Слушай, ну что ты пристал ко мне со своими пьянками?! Достал уже! Лучше бы подумал о том, куда нам теперь идти.

– Я и так об этом думаю, – пробормотал Норд.

– И как? – иронично поинтересовалась ведьма, – Я что-то не слышу гениальных идей.

– Ну, я думаю, что если Селестии нет в нашем мире, значит она в Мире Мертвых. Это кажется достаточно логичным.

– И что она там забыла?

– Восстанавливает его.

– Хорошо… – протянула Ария, – А ты, значит, хочешь отправиться за ней, я так понимаю?

– Ага, – кивнул пони.

– И как ты это сделаешь?

– Так же как и ты когда-то, – уверенно ответил Норд, – С помощью рун!

– Которые ты…

– Которые я смогу начертить с твоей помощью.

Ария рассмеялась:

– То есть ты хочешь прямо сейчас пойти и найти ингредиенты для красок, сделать где-нибудь ровную каменную поверхность, установить там рамку, – желательно из хрома – начертить своими кривыми копытами руну портала, активировать её силой эм… выращивания картошки – или что там умеют земнопони – а потом смастерить себе броню на коленке и нырнуть в портал, чтобы проверить есть там принцесса или нет? Я правильно понимаю?

– Примерно так.

– Ха-ха-ха, ну что за болван! Тебе не хватит жизни, чтобы сделать все это в одиночку.

– А у тебя есть идея получше? – поинтересовался земной.

– Конечно! Привлеки к этому делу тех, кто знает о рунах больше чем ты. В конце концов, я оставила после себя более чем достаточно «учеников».

– Не так уж и много, если быть честным: Виолстар бесследно исчезла, Танде и Матион погибли во время вторжения в Мир Мертвых, Кентаврину ты сама же убила еще в цитадели Чародея, ну а Саддам… Ты сама видела, что с ним произошло. Его тоже нет в живых.

– А как на счет моих надзирателей?

– Эм, я не хотел бы пересекаться с Лайт Ли, после того, как мы сбежали из её дома посреди ночи, – признался земной, – Она наверняка рассердится на меня за то, что я не смог тогда остановить Саддама. Он ведь из-за этого умер.

– Ну а в противном случае рассержусь я. И поверь мне на слово – это будет куда неприятней для тебя, чем упреки какой-то ассистентки.

– Хм. Значит, все-таки Кантерлот?

– Абсолютно верно.

– Ну, хорошо, – Норд страдальчески вздохнул и повернулся в сторону виднеющейся далеко впереди горы, на склоне которой возвышался самый крупный город единорогов Эквестрии, – Я не очень хотел туда возвращаться и вообще… Ладно, по крайней мере, ориентируясь на него, я точно не заплутаю.

Да и определенность его всегда успокаивала. Цель снова маячила где-то впереди, то скрываясь за деревьями, то вновь открываясь его взору, и если начертание рун оставалось для него сложной задачей, то уж пройти из точки «А» в точку «Б» он мог запросто. Еще раз беспокоить оливковую единорожку Норд действительно не слишком хотел, но ведьма была права – больше ему не к кому было обратиться за помощью в этом деле. Тем более что, как выяснил уже земной, окружающие с изрядным скепсисом относились к его рассказам. Да ему и не трудно было понять их. Для того чтобы его истории про другие реальности и поиски Богов казались более убедительными ему сильно не хватало вычурного наряда и харизматичной физиономии.

Нарвавшись на особенно колючие кустарники пони закрыла глаза и на всем скаку пробежала через них. По телу прошлась волна болевых ощущений. Ветви деревьев и тонкие стебли не щадя хлестали её по лицу, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что ей было уготовано случае, если она остановится.

Где-то рядом послышался шум. Может животное, а может… Среди деревьев появились тени крупных существ. Едва сдерживая слезы, пони мысленно попросила всех возможных Богов этого мира сжалиться над ней и еще сильнее ускорилась.

Первое время он шел, слушая лишь чириканье птиц и шум реки где-то неподалеку. Запах сочной зеленой травы манил его, но он не сворачивал с выбранного пути и даже желание окунуться с головой в прохладную чистую воду, которое являлось нормой в его состоянии, не смогло пересилить его желание поскорее добраться до Кентерлота и хоть чуть-чуть продвинуться в своей миссии по поиску принцессы Селестии.

Позади него, в лесу, послышался топот. До тех пор, пока он был далеко, Норд не придавал этому значения, – мало ли какому пони вздумалось гарцевать по лесу, в самом деле – но, шло время, и шум становился все более и более различимым.

– Похоже, это к тебе, – заметила ведьма, – Так и будешь его игнорировать?

Остановившись, пони обернулся и поискал глазами бегущего. Вдруг из-за деревьев показалась какая-то молодая зеленая поняша, показавшаяся Норду смутно знакомой. Черная неаккуратная грива, окрас такой, слово она долго прыгала в луже с дегтем, странная красная лента в волосах…

– Точно к тебе! – усмехнулась Ария, одновременно с земным вспомнив ту самую лошадку из подземного города Охапек.

Норд насторожился. Увидев его, кобылица не только не замедлила скорость, но наоборот еще быстрее побежала вперед, глядя на жеребца широко распахнутыми глазами. Понять её намерения было проблематично, однако, если учесть, что они с Саддамом сдали всех повстанцев алмазным псам некоторое время назад, у него были на сей счет кое-какие подозрения. Ария, судя по всему, пришла к тем же выводам:

– Стукнешь её копытом и уйдешь, – велела она.

– Чего? Я никогда не ударю кобылку. Тем более такую мелкую.

– Тогда она тебя прикончит. Выбирай пони – твои принципы или твоя жизнь.

– Эм… – земная подбегала все ближе и времени на рассуждения почти не оставалось. Пони встал так, чтобы его труднее было сбить с ног и напряг мускулы. Лягать он её не собирался, но вот угомонить Дипхоуп определенно стоило. В конце концов, не он был виноват в том, что Саддам решил заработать именно таким образом, и он хотел бы ей это объяснить.

Норд приготовился к болезненному удару и… ничего не произошло. Добежав до него, пони со всей силы крикнула ему: «Беги, Норд!!!» – и, не замедляя хода, понеслась дальше.

Странная встреча.

Земной в недоумении посмотрел вслед убегающей:

– Ну, чего стоишь, болван? Беги, давай! – рявкнула ведьма.

В сказках, те, кто ждут объяснений, никогда не спасаются. Мало ли может быть причин для бегства: мантикора, землетрясение, зловещее заклинание – что угодно! И ясное дело, что бегущий от них не станет останавливаться перед каждым встречным и подробно расписывать ему характер и уровень угрозы. Поэтому лучшим решением в такой ситуации было бежать рядом и смиренно ждать, когда партнер по спринту посчитает что они в безопасности, остановится, и сам все расскажет.

Недолго думая, Норд поспешил за ней.

«Утренняя пробежка» продолжалась еще очень долго. Они неслись несколько часов без перерыва, но источник опасности так и не появился за их крупами. Наверное, к лучшему, ведь это могло означать лишь то, что они оторвались от него.

В какой-то момент Дипхоуп окончательно выдохлась и, замедлив ход, рухнула на землю как подкошенная, где и осталась лежать, жадно хватая ртом воздух. Норд встал рядом.

– Так что случилось-то? – дождавшись, когда восстановится сердцебиение, спросил он, сверху вниз глядя на пони.

– Па… пауки, – задыхаясь, ответила Дипхоуп.

– Ты паука увидела что ли? – улыбнулся Норд и сел на круп. Столько беготни из-за маленького паучка. Ну, хвала Богиням, это не мантикора.

– Они… они… – пони захотела продолжить, но вдруг расплакалась и замолчала.

Норд растерялся. Плакала она серьезно, навзрыд. Сомнительно, что обыкновенный паук, мог вызвать в бойкой поняше из Охапека столько эмоций. Её надо было как-то утешить, но земной даже и не знал, как именно это следовало делать. Он никогда в жизни никого не утешал:

– Ты, это… успокойся, – неуверенно, сказал кольт.

Никакого эффекта. Пытаться успокоить её словами, а тем более мучить расспросами вряд ли стоило. «Подойти и просто обнять её? Погладить по голове? – с грустью глядя на кобылку, подумал Норд, – А вдруг она как-то неправильно это воспримет? Она ведь совсем чужая мне».

Оставалось только стоять рядом и тупо таращиться на плачущую пони, в ожидании, пока она перестанет. Не могло ведь это продолжаться вечно.

Через некоторое время кобылка действительно успокоилась. Глаза все еще оставались на мокром месте, да и непроизвольные всхлипывания раз за разом содрогали её тело, но Дипхоуп определенно стало легче. Она даже поднялась с земли и заняла положение сидя. Хороший знак. Их взгляды пересеклись и, прежде чем Норд успел что-либо сказать, пони едва слышно произнесла:

– Они всех убили.

– Кого убили? – удивился Норд, – Где?

Все-таки, все было серьезней, чем он подумал вначале.

– Здесь в лесу, – земная пони вытерла вновь навернувшиеся на глаза слезы, – Пауки напали и убили всех моих друзей.

– Ох… – возникло острое желание сказать что-то вроде: «Я же говорил тебе не связываться с повстанцами» – но кольт подавил его. Не это ей следовало сейчас говорить. Определенно не это…

– Они и меня хотели убить, но я убежала, как только всё началось. Первое время я слышала погоню. Крики. Они преследовали меня.

– А сейчас? Не преследуют? – Норд опасливо посмотрел по сторонам. Попадать в лапы паукам-убийцам ему не очень хотелось, особенно если учесть, что он вовсе не собирался причислять себя к числу борцов за освобождение Эквестрии и страдать за их грехи.

– Я не знаю, – пони покачала головой, – Я уже второй день бегу.

На всякий случай, земной встал и прошелся по округе, внимательно прислушиваясь к окружающим звукам, в то время как Дипхоуп осталась отдыхать. Он хотел было предположить, что огромные пауки издавали бы много шума при ходьбе, и он наверняка услышал бы об их приближении заранее, но за свою жизнь Норду ни разу не довелось видеть представителей их расы. Он даже не знал, какого они роста. Ария же как назло молчала, занятая каким-то своими мыслями.

Когда он вернулся, зеленая пони все еще сидела на том же месте, отрешенно глядя прямо перед собой.

– Вроде бы нет никого, – негромко сообщил ей Норд, – Думаю, теперь ты можешь идти спокойно. Они отстали.

«Подземная» пони долгое время ничего не говорила, но потом, когда терпение Норда подошло к концу, вдруг повернулась к нему и спросила:

– Что мне делать, Норд?

Ха! Он и себе-то на этот вопрос ответить не мог, а тут кто-то со стороны просит его совета. Странная пони.

– Откуда ж мне знать, – пожал плечами земной, – Возвращайся к папе с мамой. Не знаю только, как ты им в глаза смотреть будешь, когда они узнают, что твоего младшего брата больше нет, но…

– С Лилджоем все в порядке, – поправила его она, – Его там не было.

– А, ну тем более, – улыбнулся уголком рта пони, – Тогда можешь смело идти к ним и ни о чем не переживать. Уверен, в Охапеке тебя никакие пауки не достанут. Ладно, я побежал, а то Кентерлот немного в другой стороне. Я и так отклонился от курса.

Помахав ей на прощанье копытом, земной поторопился уйти, но не успел он сделать и пары шагов, как вновь услышал её голос:

– Эм… Норд?

– ¬¬Да? – земной обернулся.

– Я не знаю, где находится Охапек.

– О, это легко. Просто отправляйся в Понивилль, а оттуда на поезде доедешь до своего города. Подождать придется, но более короткого маршрута я не знаю.

– Но где расположен Понивилль я тоже не знаю, – грустно сказала Дипхоуп, – Я совсем не умею ориентироваться на поверхности. Здесь всё совсем не так, как под землей… Я боюсь. Не оставляй меня одну. Пожалуйста.

Ох уж это заветное слово, перед которым ни один уважающий себя Эквестриец не мог оставаться равнодушным…

– Эх, ладно, – устало выдохнул земной, – Так и быть. Давай, я доведу тебя до железной дороги. Пойдешь по ней и точно не заблудишься, идет?

Дипхоуп отвела взгляд и отрицательно покачала головой.

– Пойми, мне надо в другую сторону и я не хочу делать крюк! У меня очень срочное дело. Архиважное! От него судьба всего мира зависит! Ты вообще слушаешь меня? – Норд рассердился, но судя по всему выбора у него не было, он не мог её бросить, – Но только до Понивилля! Оставлю тебя своему братцу на попечение, пока не придет поезд, а дальше ты уж сама как-нибудь справишься.

– Хорошо, я постараюсь, – пони медленно поднялась на ноги и подошла к нему, – Спасибо тебе большое, Норд.

– Да чего уж там… – смутившись, ответил земной.

«Ага. Спасибо, – презрительно фыркнула Ария, – Ты сделал геройский поступок. Взвалить себе на шею эту ношу… У нас с тобой ведь так много свободного времени, да, Норд?». Ведьма определенно не обрадовалась его решению. Да что она знает! Она никогда в жизни не думала о других.

– Помолчи, Ария. Тебе не понять что такое благодарность.

– Ария? – удивилась земная пони, – Ты о той своей подруге из загробного мира говоришь?

– Ага. Все нормально, она сейчас в моей голове живет. Переселилась в неё, когда потеряла свое тело.

– Ммм…

Судя по всему, Дипхоуп сейчас очень хотела задать ему еще какой-то вопрос, но промолчала и просто пошла следом за ним.

В этот момент все страхи стали явью. Кошмар стал близок как никогда. Кобылица обернулась и обнаружила там своих преследователей. Нет, они не отстали. Не перестали гнаться за ней. Десятки маленьких красных глазок глядели на неё из полумрака. Темные существа не отставали от неё ни на шаг и вот-вот должны были догнать её. Догнать и сделать то же самое, что и со всеми её друзьями. Убить.

Мерилайн попыталась бежать еще быстрее. Воздуха не хватало, а голова кружилась от переутомления. Откуда в её преследователях столько сил?! Вдруг, не заметив на земле старую ветку, пони споткнулась об неё и ударилась о землю.

«Ну, вот и всё» – с ужасом осознала свое положение единорожка.

Звуки преследователей становились всё ближе. Она уже не успевала подняться, да и сил, чтобы сделать это у неё больше не было. В последний момент, вспомнив о ставшем роковым для их группы заклинании, единорожка зажмурилась и активировала свой волшебный рог. Усталость временно оставила её, а тело единорожки стало легким, как пух.

Появившиеся спустя несколько мгновений стражи пробежали мимо, не обратив внимания на тусклые искры, устлавшие землю под их ногами.

Эту ночь Мерилайн провела на том же месте. Воплотившись, она еще долго лежала без движения, чувствуя, как отсыревает земля под её щекой. Она так хотела кричать. Хотела плакать и громко сетовать на судьбу, заглушая тяжелые мысли, сжимающие её сердце и причиняющие невыносимые муки её душе. Хотела, но прекрасно осознавала, что любой шум может привлечь к ней внимание рыскавших по этому лесу пауков, а потому ей оставалось только едва слышно всхлипывать.

«Это всё моя вина…» – раз за разом повторялась в её голове эта страшная мысль.