Автор рисунка: Noben
Глава 3. Со мной что-то не так Глава 5. Послесловие

Глава 4. Со мой не всё в порядке

Говорят, что ищущий всегда найдёт то, что он ищет, но не в том месте, где рассчитывает. И я на своей шкуре убеждалась в этом. Полные опасностей приключения, пришедшие на помощь новые друзья, спокойный отдых и потрясающие струны! Большего требовать от путешествия просто невозможно! Грэг хорошо разбирался в материалах, но не в самих струнах, во всяком случае, не так хорошо как я. А мне достаточно было внимательно осмотреть людские струны, чтобы понять принцип их создания. Я была по-настоящему счастлива.

В обед Грэг был весел, несколько часов в подземной лаборатории, где царила тишина, непонятным мне образом подняли ему настроение. Он улыбался и шутил больше обычного, естественно, Анни не замедлила воспользоваться этим, тут же выпросила ключи от шкафа-сейфа, где маг хранил ховерборды – забавное средство передвижения цивилизованных миров. Я же попросила Грэга сыграть на его любимом инструменте.

– Можно, но после ужина, сейчас не то время, чтобы петь древние баллады. Только сумерки и камин годятся для этого. Тем не менее, у нас есть что обсудить, Лира.

– Да? – его слова и серьёзный тон меня взволновали. – И о чём мы будем говорить?

– О тебе, конечно же, – он поднялся из-за стола. – Пойдём в мой кабинет.

– Конечно! – улыбнулась я в ответ.

Пока мы шли, моё сердце выстукивало польку, подгоняемое мыслью: «Ведь возможно именно сейчас, закрывшись в кабинете от посторонних глаз...» Я зажмурилась в блаженной улыбке и тут же запнулась. Хорошо хоть не упала. Обругав себя за несобранность, я продолжила путь, с замиранием ожидая, когда мы придём. Третий этаж, коридор, а вот и смежная комната с мягким кожаным диванчиком, и тяжёлая звуконепроницаемая дверь в рабочий кабинет.

– Садись, – сказал маг, указывая на резное кресло за круглым столом.

Стол, конечно же! Есть нечто особенное в том, чтобы заниматься этим на столе. Я тут же взобралась на кресло и почти легла на стол, призывно улыбаясь и глядя Грэгу в глаза. Он тоже на меня посмотрел, нахмурился, положил на стол красную папку с бумагами и плюхнулся на стул.

– Не видел ничего подобного уже много сотен лет, да и тогда это были искусственно созданные существа, – начал он. – Ваш геном это нечто, ничего не понятно, мусорная часть ДНК огромна, причём похоже, что часть её заблокирована намеренно...

Я тяжело вздохнула и села ровно, едва не зарычав от разочарования. Чувствовала себя обманутой, хотя винить кого-то другого было глупо. И с чего я взяла, что интересна Грэгу? Со мной явно было что-то не так.

– Лира?

– А? – я отвлеклась от своих мыслей и обнаружила, что маг уже приличное время молчит, ожидая от меня чего-то. – Прости, я задумалась.

– Нет, это ты меня прости, стоило обойтись без этих терминов. Они могут быть непонятны...

Он так привлекательно улыбался, что всё моё внимание было сосредоточенно на его губах. Опять. Это странное противоестественное влечение к Грэгу стало меня раздражать, а я так и не поняла, почему оно возникло. Неужели мне так сильно не хватает любви? Или хочется разрядки после месяцев подготовки к битве с Найтмэйр Мун? Может всё разом? Видимо мне пора возвращаться в Эквестрию, найти пару, а навещать Грэга уже вдвоём, иначе я и дальше буду пропускать мимо ушей то, что он говорит.

– Лира, ты меня слушаешь?

– Ой, – я испуганно посмотрела на него. – Прости, я... ну... задумалась?

– Серьёзно? – в голосе Грэга слышалось снисхождение. – Я старался объяснить тебе попроще, а ты... Ладно, – он махнул рукой. – Проехали. Просто скажи, помимо пегасов и единорогов есть ещё вид пони?

– Да, – я закивала головой. – Земные пони, у них нет рога или крыльев, но они сильны, уравновешены, и у них получается растить еду. Во всяком случае, лучше остальных.

– А это многое объясняет, – Грэг почесал подбородок. – Ты знаешь, что в тебе самой есть информация о том, какой бы ты была, если бы была пегасом или наземным пони?

– Что? – я сразу же оживилась. – Но зачем? Для чего?

– Для потомства, для чего же ещё? – развёл он руками. – А вдруг твои дети будут не единорогами? Так вот эта информация симулирует ситуацию, когда ты не единорог.

– Подожди-подожди, – я тут же вспомнила секретное поручение принцессы Селестии. – То есть я вроде как пегас, единорог и земной пони разом, но развилась только как единорог?

– Не совсем. Ты с самого зачатия была единорогом, хотя информации в тебе достаточно для любого вида. Просто она спит, не активна, белки не синтезируются.

– А можно как-то пробудить это всё? – я затаила дыхание, если сейчас Грэг скажет «да», то я вернусь в Эквестрию со спокойной душой; да не просто со спокойной, я буду гордиться тем, что выполнила поручение.

– Можно внести коррективы при искусственном оплодотворении, и тогда твои дети будут такими.

– Родить аликорна? Ух ты! – у меня закружилась голова.

– Прости, кого? – Грэг навострил уши.

– Аликорна. Принцессу или принца Эквестрии. Вечномолодого пони, сочетающего в себе все три начала и высокий, больше нашего рост. Прямо как правительница Селестия, или Кейденс, моя учительница Истинной Речи.

— Вечная молодость? Рост? Правительница? – Грэг пододвинулся ко мне. – Расскажи-ка поподробнее.

Как я могла ему отказать? Правильно, никак. Мой рассказ о мудрых и вечных правителях Эквестрии длился так долго, что пересохло и заболело горло. Грэгу пришлось достать мне из сейфа газировку, которой он разбавлял нестерпимо крепкие напитки. Кисловато-сладкая, колючая от пузырьков жидкость помогла, и я продолжила рассказ. Грэг внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы, иногда улыбаясь. Я аккуратно перевела разговор с аликорнов на его исследования.

– Нет, аликорна мы не получим, но с помощью магии Информации чисто теоретически можно вырастить недостающие рог, крылья или развить чувство эмпатии, необходимое для того начального уровня магии Жизни, которым вы выращиваете еду.

– Правда? – я не верила своим ушам, если он скажет «да», то я...

– Да.

– Возвращаюсь в Эквестрию! – крикнула я. – Замечательно, – глянула на Грэга, он недоумённо косился на меня. – Никому ничего не говори, ладно? Я в твоём мире не только из праздного любопытства, но ещё и по поручению принцессы Селестии. То, что ты только что сказал необходимо принцессе, не знаю зачем.

– Хех, – хмыкнул маг. – Написать книгу Изменений для нечеловекообразного разумного существа? Было бы интересно, но мои услуги не дёшевы.

– Уверена, принцесса Селестия заплатит тебе. Возможно, даже золотом, – последнюю фразу я произнесла шёпотом.

– Что значит «возможно, даже золотом»? Вы обычно ракушками и бусами платите? – Грэг снова усмехнулся, а у меня комок встал в горле от страха, что сейчас всё сорвётся.

– Обычно, э... мы платим, ну... столько меди тебе не унести, хе-хе-хе, – промямлила я и нервно засмеялась. – Но можно и драгоценными камнями, во-о-от, – я потупила взгляд, сделав вид, будто рассматриваю свои копыта.

– Дай угадаю, наверное, турмалин или цитрин? Или агат с ониксом?

– Нет-нет! – тут же запротестовала я, мотая головой. – Не эта мелочь, а настоящие камни: топаз, сапфир, аметист, рубин, алмаз, изумруд и даже волшебный сапфир! – пока я говорила, интерес Грэга рос с каждой секундой, а под конец он даже едва заметно дёрнулся.

– А вол... кхм, у вас чистые изумруды тоже ценятся дороже бриллиантов?

– Ага, – я кивнула.

– А почему тогда золото у вас ценится выше?

– Его мало и оно прекрасно, никогда не тускнеет и очень удобно при ковке. В Эквестрии нет ни золотых рудников, ни золотоносных рек, весь жёлтый металл привозной и безумно дорогой. Его мало и хватает только на украшения для знати. Раньше так было и с серебром, но потом когда в Толл Тейле открыли шахты, серебро потекло рекой и обесценилось.

– Тогда просто замечательно. Тогда я согласен, – Грэг довольно улыбнулся. – Знаешь, можно даже поступить лучше. Скажем, я буду у вас покупать драгоценные камни в обмен на золото, а книгу Изменений напишу как подарок.

– Классно! – обрадовалась я. – Просто замечательно. Я думаю, смогу взять взаймы у друзей и родных денег и купить тебе побольше камней, – я представила, сколько смогу получить денег за такую сделку и присвистнула; там не то, что до конца жизни можно было бы о них не думать, там чуть ли не консерваторию можно было бы купить!

– Нет, Лира, ты не поняла меня, – маг всё ещё улыбался, хотя его голос звучал абсолютно серьёзно. – Я собираюсь купить камни у Эквестрии, много камней. Столько, сколько лишь государство сможет мне продать. У меня достаточно золота.

– А... – от обиды у меня перехватило горло, я срочно начала искать и придумывать отговорки. – Я не уверена, что это стоит делать. А вдруг золото обесценится? А вдруг пони начнут копать горы во вред экологии? Может лучше оставить всё как есть?

– Какая же ты умница, – Грэг протянул руку и погладил меня по голове. – Столько понимаешь всего, широко мыслишь. Не то, что большинство людей в этом мире, и если мы не наладим тут экономику, то ничего не изменится. А драгоценные камни ускорили бы этот процесс раз в двадцать, не меньше, – он посмотрел мне в глаза. – А я ведь не прошу многого, всего лишь поговорить с вашими правителями.

– Но... – и тут я вспомнила о тех крестьянах; бедные и глупые, они не знали, что значит жить, когда твой разум открыт мыслям и восприятию прекрасного, вспомнила и о том, как они, сами того не ведая, лишают и своих детей того же. – Я согласна.

– Вот и замечательно, – лицо Грэга вновь стало доброжелательным. – Ты можешь поговорить на счёт свой личной сделки с Анни. У дочки есть немного своих денег и желание получить множество безделушек с камнями.

– Шикарно! – улыбнулась я в ответ и спрыгнула со стула.

Ах, если бы я тогда задумалась о том, как хитро Грэг убедил меня познакомить с принцессой Селестией, как он ловко манипулировал мной, зная мои желания. Тогда, ослеплённая собственными чувствами я не увидела в нём того, кто привык добиваться своего любым способом. Возможно, всё пошло бы иначе. Возможно. А тогда я просто остановилась перед дверью кабинета и посмотрела на Грэга, сладостные волны тепла сразу же стали подниматься из глубин души.

– Мне нужно возвращаться в Эквестрию, – скорее себе, чем ему сказала я. – И чем быстрее, тем лучше.

– Угу, – только и ответил маг, погружённый в свои мысли.

За ужином приключился настоящий скандал. Я была занята жареной цветной капустой, и не обратила внимания, как Грэг сказал Анни что-то о завершении праздной жизни, та ответила нечто резкое, маг вставил язвительным тоном какое-то замечание, а буквально через минуту они уже кричали друг на друга. Я прижала к голове уши, но всё равно слышала практически всё. Здесь были обвинения во лжи, угрозы здоровью и наследству, прямая брань, а когда речь зашла о покойной матери Анни, я не выдержала и стукнула копытом по столу. Оба человека разом замолчали и уставились на меня, словно только что вспомнили о моем присутствии. Первой отреагировала Анни, она просто встала из-за стола и быстрым шагом вышла, хлопнув дверью. Грэг вздохнул и, поджав губы, развел руками. Я сказала, что пойду посмотрю, что с его дочерью, после чего тоже покинула зал, где мы ужинали.

Я вбежала вслед за девушкой в её комнату и закрыла магией за собой дверь. Анни плакала, сидя на кровати и закрыв лицо подушкой. Я осторожно подошла к ней и хотела дотронуться, но передумала. Просто постояла и подождала, пока дочка Грэга успокоится. Она ещё пару минут всхлипывала, потом посмотрела на меня заплаканными глазами, потом, не говоря ни слова, опустилась рядом на колени и обняла меня за шею.

– Прости, что тебе пришлось увидеть такое, – сказала Анни. – Это было совсем негостеприимно.

– Ничего страшного, – ответила я, несколько приукрашивая своё мнение по поводу их перепалки.

– Ты вовремя нас остановила, ещё чуть-чуть и я бы сказала то, что не имею права говорить.

Я лишь промолчала, ожидая услышать, что именно, но девушка не спешила рассказывать.

– И что...

– Давай ложиться спать, – перебила меня она. – Уже поздно, а завтра много дел.

Я лишь кивнула головой. В этот раз Анни сама расплела свои косички, надела пижаму и легла в кровать. Мне лишь оставалось последовать её примеру. Впрочем, засыпать никто из нас и не думал. Лёжа в темноте, я услышала, как девушка вновь начала плакать. Я не выдержала и подошла к её кровати.

– Анни, – начала я.

– Лира, залезай сюда, мне... – она шмыгнула носом. – Мне нужно кое-что тебе рассказать.

– Да? – ответила я, забираясь на мягкое одеяло.

– У тебя есть родители? – спросила она, тоже садясь.

– Конечно! Мама и папа живут в Понивилле, а ещё у меня есть сестра и брат.

– Папа говорит, что они с мамой расстались, когда мне было два года, но я не помню этого. А когда мне исполнилось восемь, в нашем мире началась война, и тогда маму убили! – Анни обняла меня и заплакала, уткнувшись своим маленьким носиком мне в шею.

– Мне очень жаль, – только и смогла сказать я. Никакие другие фразы просто не приходили на ум.

– Спасибо, – хлюпая носом, ответила она. – Сразу же после смерти мамы на меня навалились все остальные беды: голод, грязь, усталость. Я тащилась вместе с беженцами, меня, как сироту обижал чуть ли не каждый. Я с лихвой хлебнула горя. А потом меня разыскал папа, я радовалась этому, но и плакала, потому что он опоздал.

– Но Грэг успел спасти тебя, – тихо произнесла я.

– Да, – согласилась Анни. – Увез меня из кошмара сюда. Но есть одна вещь, которая не дает мне покоя.

– Какая же?

– Папа испытывал, а возможно и сейчас испытывает холодное презрение к памяти мамы. Хоть и заявляет обратное. А ещё он генерал, и привык в своих планах жертвовать людьми. Порой мне кажется, что он не случайно появился именно в тот момент, что он позволил маме умереть, – Анни посмотрела мне в глаза и тут же добавила: – Всё это чушь, конечно же, не мог он этого предвидеть.

– Я не верю, что Грэг так безжалостен, – я в сомнении поджала губу, совсем как сам маг.

– Ты не знаешь папу, впрочем, не важно, – она посмотрела в окно и несколько секунд помолчала. – Моя жизнь резко изменилась с тех пор, стала куда более сложной, чем была до войны. Папа не дает мне спуску, но он прав: я – ван Хэвэнсинг, и я не должна позорить нашу фамилию слабостью! – на лице девушки светилась гордость. – Хотя это порой так тяжело, – с этими словами Анни повалилась на кровать. – Пора ложиться спать. Лира, можно мне ещё один раз попросить об одолжении?

– Ну, да, – от её рассказа и попытки придумать решение проблемы у меня начала болеть голова, у меня самой не осталось сил.

– Можно ты поспишь сегодня рядом со мной? Мне... Мне просто сегодня очень одиноко и тоскливо.

– Конечно! – обрадовалась я; честно говоря, я ей сочувствовала и с радостью сделала бы что угодно, чтобы Анни стало хоть немного легче.

– Спасибо, – она укрыла меня одеялом и обняла. – Знаешь, за эти двенадцать лет папа так и не женился снова, хотя у него были... фаворитки. Я думаю, что он всё ещё любит маму. И одновременно ненавидит её за то, что она неправильно меня воспитывала.

– Думаешь? – спросила я.

– Не знаю. В любом случае, спасибо тебе огромное, что выслушала.

– Да не за что, это не сложно для меня. Спокойной ночи.

– И тебе.

Анни почти сразу же заснула, а меня сон все никак не забирал. Его отгоняли мысли о людях и их взаимоотношениях. Почему они такие, какие цели преследуют, зачем ведут себя так?

Утром я проснулась от того, что Анни пыталась вытащить из-под меня свою руку. Я зевнула, потянулась, разминая ноги, и улыбнулась новому дню. Кажется, уже начала привыкать к новому образу жизни. Между приемами пищи по расписанию можно было погулять по замку, полистать книжки, буквы в которых были полны завитушек и больше подходили для написания руками. И всё же я уже была готова к тому, чтобы вернуться назад, в Эквестрию. Домой. Мне и самой не верилось, что я отсутствовала там всего несколько дней.

Послеобеденный сон сморил меня на мягком диванчике в библиотеке. Обычно мне снится всякая муть, но изредка, как и в этот раз, приснилось прошлое. Тот самый день, когда Шайнинг Армор с друзьями безобидно пошутили над юной Твайлайт Спаркл, и когда она в слезах примчалась ко мне жаловаться. Не то что я была её настоящей подругой, у неё вообще друзей не было, но с таким вопросом она не решилась обратиться ни к родственникам, ни к принцессе Селестии. Твайлайт попросила меня научить её целоваться. И мне снился её первый робкий ученический и застенчивый поцелуй со мной. Нервная дрожь её губ, мягкое прикосновение, неуверенный язык. Кобылка приобняла меня за плечо и несильно потрясла. Я открыла глаза. Тряс за плечо меня Грэг, вплотную сидящий рядом со мной.

– Прости, что разбудил тебя, – ласково произнёс он, или мне это только показалось.

Я улыбнулась в ответ, всё ещё не до конца проснувшись. Приподнялась, чтобы обнять Грэга и приоткрыла рот для поцелуя, нежного и страстного.

– А-а-а, я понял, – внезапно сказал маг, развернулся, поднял со столика стакан с водой и поднёс к моим губам. – В жаркий сезон после сна всегда хочется пить, бывает, рот и горло пересыхают так, что слова сказать не можешь, только хрипишь.

Не то что я действительно хотела пить, но холодная вода отрезвила меня, прочистила мозги от этих глупых и наивных мыслей.

– Спасибо.

– Да не за что, – отмахнулся Грэг. – Я хотел у тебя узнать одну вещь. К сожалению это не терпит отлагательств, особенно если ты решила завтра вернуться в Эквестрию.

– Э... конечно. Что тебя интересует?

– В нашем вчерашнем разговоре ты упоминала волшебные сапфиры, – он взял в руки мои копыта. – Эти сапфиры искрят?

– Смотря от чего, – моё сердце забилось сильнее. – Сами по себе нет, но от некоторой магии начинают потрескивать и светиться, – я вспомнила сон. – А ещё я и моя знакомая Твайлайт, взявшая у принцессы Кейденс такой сапфир, пугали им брата Твайлайт – Шайнинга. Он мастер защитной магии, а синие кристаллы сильно искрились и мешали ему поддерживать магические барьеры. Шайнинг как огня их боялся.

– Торидий, – сорвалось с губ Грэга.

– Что-что? – переспросила я.

– Торидий. Так мы называем этот минерал. Он часто у вас встречается?

– Нет, совсем нет, – я замотала головой. – Это крайне редкий вид камней, цена их огрона. В общем, дорогая штука.

– Понятно, – кивнул маг. – Если хочешь поспать ещё, я могу усыпить тебя магией.

– Нет, спасибо, – я вновь покачала головой. – Я выспалась.

– Ну и хорошо, – он поднялся с дивана.

– Грэг, – я тоже поднялась на ноги.

– Да? – он остановился и повернул голову.

– Мы же сыграем вечером? – с надеждой спросила я.

– Конечно, сыграем, настраивай лиру, – ухмыльнулся он.

Настраивать музыкальный инструмент мне не требовалось, я и так держала его готовым к игре. А вот поискать книжку про музыку и музыкантов было бы лучше всего. Я пыталась найти такую уже несколько раз, но всегда отвлекалась на фолианты, названия которых заставляли забыть о музыке. Так вышло и в этот раз, том «Взаимосвязь между информационной природой магии и божественным происхождением Вселенной» привлёк меня. Пока я листала страницы, пытаясь понять, что же значит слово «божественный», Грэг и Анни, громко споря, прошли мимо библиотеки. Конечно, подслушивать чужой разговор было неправильно, но я не сумела удержаться.

– Ты не понимаешь, что теряешь, – раздражённо говорил Грэг.

– Что мне до этих денег! – презрительно отвечала Анни. – Куда их ещё? Чтобы не знать как их проще прожечь на ненужное.

– Ты ничего не понимаешь, есть деньги, а есть деньги, – он сделал ударение на последнее слово. – И вторые служат не для того, чтобы их тратили. Один факт обладания ими наделяет тебя статусом. Прожигать деньги – вульгарно и глупо, их нужно инвестировать. Например, в себя.

– Эликсир вечной молодости? – Анни резко остановилась и развернулась, я моментально юркнула за стоящее в коридоре кресло. – Обречь себя на кошмар бессмертия? Нет, я не хочу жить вечно.

– Никто не говорит тебе о том, чтобы жить вечно, – Грэг положил руку ей на плечо. – Ты сможешь жить столько, сколько хочешь. И быть молодой, красивой и здоровой. Свобода выбора жизни – пожалуй, самая главная свобода в жизни. Такой вот каламбур. Одна из твоих старших сестёр стала друидом, отреклась от рода, от меня, её отца, от всего, только ради возможности вернуться в Круг тогда, когда сама захочет, а не через жалкие семьдесят лет. И знаешь что? Я простил её.

– Я…

– Я говорю всё это потому, что я желаю тебе только хорошего, пойми. А хотя… – он повернулся к дочери боком. – Подумай сама и реши. Только решай на основе того, к чему пришла в своих умозаключениях, а не утверждении, что все мои идеи – априори плохие.

В ответ Анни ничего не сказала, она просто обняла своего отца и молча ушла. Маг постоял некоторое время, хмыкнул и отправился следом.

Вечером мы всё же сыграли вместе. Анни не пришла, и на мой вопрос, чем она занята, Грэг ответил, что собирает вещи и готовится отправиться вместе со мной в Эквестрию уже завтра утром. Я лишь тяжело вздохнула, считанные часы и я вернусь домой, считанные часы и я покину этот удивительный мир. Первой играла я, просто закрыла глаза и позволила магии течь в знакомый для меня такт. Я почти не слушала своей музыки, весь мой мир сократился до такта и мыслей, текущих под него. Я вспомнила, как тряслась целую ночь, заменившую день, как радовалась солнцу, которое могло и не взойти, как отправилась сюда, как добиралась до Виндховера, как жила в замке. Открыв глаза, я поняла, что сбила дыхание и мне не хватает воздуха.

Грэг играл вторым. Сначала он достал из футляра нечто странное – гитарообразный музыкальный инструмент с целым рядом клавиш снизу грифа, ими можно было прижимать струны. А потом он достал смычок, и у меня глаза на лоб полезли от удивления. Как вообще можно было играть на этом жутком гибриде, я просто не представляла. Но Грэг умел, смычок извлекал то протяжные, берущие за душу ноты, но резко срывался в лихой пляс, перескакивая со струны на струну. А потом маг запел на каком-то своём языке, слов я не понимала, но слушать балладу было здорово! Мне даже стало обидно, когда песня закончилась, и Грэг отложил инструмент вместе со смычком.

– Сыграл бы ещё, но остальные весьма… – он ухмыльнулся. – Жалостливые вещи, и не подходят для сегодняшнего настроения.

– Не знаю, настроение у меня и так подавленное, – я поднялась с кресла и подошла ближе. – Хочется погостить ещё немного и в то же самое время хочется домой, – я поставила передние копыта на ногу Грэгу, он подхватил меня и усадил на колени; всё шло по плану, созревшему у меня в голове за доли секунды.

– Твоё состояние мне знакомо, – спокойно и уверенно сказал он, а я приготовилась. – Дело в том, что…

Когда он на слове «что» открыл рот, я поняла: момент настал! Насколько возможно быстро я слилась с Грэгом в поцелуе, обхватив его шею. У него были потрясающе нежные, чувственные губы и тёплый язык. Его зрачки расширились, я издала едва слышный стон и вдохнула. Лучше бы я этого не делала. Мерзкий, жуткий, отвратительный запах разлагающегося мяса ударил мне в нос, заставив желудок сжаться с такой силой, что я едва сдержала себя, и этот запах шёл изо рта Грэга! Я хотела было уже оттолкнуться, как маг сам разорвал наш поцелуй, буквально оттащив меня. Я резко спрыгнула на пол, пытаясь отдышаться, но куда там! Запах, вместе со слюной Грэга остался, я закашлялась, постоянно сплёвывая и морщась от отвращения. Наконец, мне почти удалось избавиться от этой мерзости. Я посмотрела на Грэга, его лицо тоже приобрело землистый оттенок.

– Что это было? – спросила я.

– Это ты мне ответь, что это было, – он нахмурил брови.

– Что это за ужасный и отвратительный запах разложения? – продолжала я. – Как будто бы какой-то зверёк умер.

– Корова. Просто на обед был стейк, – язвительно произнёс Грэг. – Наверное, кусочек жилы застрял между зубами. От тебя, кстати, тоже пахнет не лучше: прелой травой и… удобрениями. И всё же, что это было, Лира?

– Ну… – я посмотрела в пол, пряча глаза и спешно придумывая, что сказать. – Я хотела поблагодарить тебя за всё. Мы так выражаем особую, личную благодарность.

– Надеюсь, что только поцелуем, – не слишком добро ухмыльнулся он, а у меня загорелись щёки, в голове пронеслась мысль, сказать «не только» и продолжить уже без поцелуев, но я не решилась. – В любом случае, всегда пожалуйста, вот только не делай так больше хорошо?

– Хорошо, – кивнула я, подумав, что в любом случае вернусь в Эквестрию на следующий день.

С этими мыслями я и отправилась спать, но сон не шёл ко мне. Я ворочалась с боку на бок, переворачивала подушку, потом пришла Анни, а я сделала вид, что уснула. Разбудило меня солнце, проникавшее в комнату сквозь окна, толстые шторы были раздвинуты, а из ванны доносился звук текущей воды. Завтрак был безвкусен, настолько сильны были мои волнения, впрочем, нервничала не я одна: ни Грэг, ни Анни не проронили за едой и слова. Молча собрались и отправились напрямик через поля и лес к руинам Предтеч. А те всё так же возвышались грудой каменных блоков, в которой лишь немного угадывалось былое величие сооружения. Войдя внутрь, мы остановились.

– Прежде чем вы отправитель, я хотел бы сказать вам напутственное слово, – начал Грэг. – Лира, – обратился он ко мне. – В плане путешествий ваш мир особенный, я не решался отправляться туда сам или посылать кого-либо из страха не вернуться. Но теперь я точно уверен, что это возможно, поэтому я доверяю тебе свою дочь.

– Я не подведу вас, сэр! – выкрикнула я, вытянувшись по струнке.

– Анни, – он повернулся к дочке. – Постарайся не дать себя убить и… – маг сделал паузу, – Привези мне кристалл торидия.

Девушка в ответ ухмыльнулась, кивнула и обняла отца.

Именно так я первый раз и побывала вне Эквестрии.