Автор рисунка: Siansaar
Форпост. Бытие.

Унаследованные противоречия.

Судьбоносные знакомства и поворотные моменты.

http://www.youtube.com/watch?v=HvvZ1TEQRB8

Третью неделю иду в сторону восхода солнца. В качестве цели взял небольшую гору, как кинжал выступающую из окружающего океана зелени, до которой по моим прикидкам смогу дойти уже в конце месяца. Пока изготовление карты задерживается – надежных и внятных ориентиров катастрофически не хватает (например, хотел тут взять один забавной формы валун, так он, зараза, оказался гигантской улиткой и уже к вечеру сместился на несколько метров к югу).

Чем дальше от границ Эквестрии, тем опаснее.

Нашел немаленький шмат «зелени» на одном из деревьев. Сурв так описывал ее в своих “Заметках”: широкие и длинные полотна очень гладкой на ощупь ткани всех оттенков давшего ей название цвета, обладающие различающимися от куска к куску параметрами вязкости, клейкости, прочности и тому подобное, таким образом являясь чрезвычайно ценным и многофункциональным материалом. Увы, встречается сие сокровище довольно редко.
“Выживший” высказывает предположение, что характеристики каждого отдельного фрагмента зависят от времени, проведенного рассматриваемой субстанцией на открытом воздухе – чем дольше, тем менее активно он взаимодействует с окружающей средой, сперва теряя липкость, затем затвердевая, а в конце концов вовсе распадаясь на составляющие. Найденный мной лоскут явно довольно долго висит без дела – обработал его парой замедляющих процесс старения препаратов и сделал отличный плащ от дождя.

-
Послезавтра дойду до скалы. Взятая с собой еда давно кончилось, а съедобная лесная флора почему-то находиться в явном дефиците, в большинстве своем предпочитая уступать место всякой ядовитой гнили. Меньшинство же радует меня своей неизменной недозрелостью — в следующий раз пойду в поход позже. Зато производственной зелени становиться все больше. Смею изъявить надежду, что ваш покорный слуга вот-вот произведет важное научное открытие, обнаружив создающих сей удивительный материал существ, с моим везением наверняка являющихся каким-нибудь совсем уж смертельно ядовитым видом популярных в наших местах гигантских пауков или вовсе гипнотизирующих взглядом жаб.

Следует подготовиться.

-
Воистину правду говорят: всё самое запоминающееся падает на тебя, когда ты того не ждешь.

В этот раз меня – не имевшего никаких зацепок, предсказаний или карт исследователя, выбравшим гору всего-навсего удобным топографическим ориентиром на время малоосмысленного похода на восток — почтил своим внезапным существованием ни много ни мало, а целый ГОРОД…

Пардон, по порядку.

Во-первых: передо мной явно не новострой – на ум приходит словечко «древний» — чем-то ну очень шибко напоминающий мне о Родине. Хотя бы своим расположением в сердце совсем не гостеприимного Вечного у подножья единственной в округе горы. Ну и стратегией застройки конечно же.

Невысокий полуразвалившийся деревянный частокол защищает от леса то, что рационально поименовать бедными кварталами. Вернее их едва различимые останки. Поля за ними практически исчезли под натиском деревьев, причем в глаза сразу бросается их совершенно невозможная малость – они в принципе не способны прокормить крупное поселение. Видимо тут также имеют место подземные фермы. Или постепенное вымирание с постоянным ремонтом оставшегося от предков.

Вторая стена представляет собой уже довольно внушительное каменное сооружение, созданное по всем приходящим на ум вашему покорному слуге законам фортификации, хотя и очевидно давно не использующееся по назначению – если ее вообще когда-либо штурмовали. Архитектура жмущихся к ней кучки неплохо сохранившихся домиков отлична и от эквестрийской и от стиля Города – по крайней мере, большей его части — но при этом кажется странно знакомой.

По мере приближения к городу популяция чудищ уменьшалась – со вторника мне на глаза не попадалось ни одной твари крупнее меня — а за вчерашний день и немногочисленные «мирные» обитатели Вечного в большинстве своем сгинули. Единственным значимым исключением являются скрибы – крупные насекомые-падальщики не представляющие опасности для взрослого пони. Повсюду очень много “зелени”.

Надо ли упоминать, что ни одного жителя не видно? Кстати, памятников, могущих дать представление о местном населении также нема. Вероятно, за второй линией укреплений.

Мне кажется, будто пару раз из центра города чего-то отсвечивало.

Намерен продолжить исследование утром.

-
Обошел город по периметру, не заходя за частокол. Каменная стена кажется целой, хотя теперь уже определенно видела лучшие дни. Удалось разглядеть несколько пещер и ряд довольно интересно выглядящих зданий. Больше, увы, ничего – решил соблюдать осторожность и не выходить на открытые места.

Пришел к выводу, что будет разумно сперва набрать пищи и только потом углубляться в неизведанное.

Жаль шоколад весь кончился.

-
В бедных кварталах не обнаружилось ничего интересного – в смысле, могущего объяснить произошедшее. Внешние признаки смахивают не имевшиеся в форпосте: сгнившая мебель, отсутствие мелких предметов, трупов, следов борьбы, однако здешние жители ушли уже как минимум лет сорок назад – из ставшей плодородным слоем фурнитуры вовсю росли довольно приличные по размеру деревья.

Почти всё разрушено — видимо от старости.

Опять ощущение, будто местные провели грамотную и неспешную эвакуацию с внезапно ставших им ненужных территорий. Или спокойное мародерство.

Периодически чудится, будто зелень расположена не хаотично. В одном месте как навес, в другом – в качестве стяжки для грозящей обрушиться и завалить относительно свободную дорогу стены, в третьем заполняет собой крупную трещину и так далее.

Иду дальше.

Ворота заперты – не знаю, радоваться ли или печалится сему факту. Впрочем, препятствием для меня он не стал, ибо кладка давно не ремонтировалась, тем самым превратившись в легкий и даже отчасти приятный маршрут для опытного древолаза. Разве только периодически вляпывался в уже упомянутый универсальный материал, использованный в качестве палочки-выручалочки и в сокрытии дефектов фортификации.

В надвратной башне обнаружил остатки еды и огарки свечей – старые, но все же определенно намного моложе, чем мебель в нижнем городе. Хороший знак.

Внутреннее поселение сохранилось на порядок лучше – причем явно не только по причине своей преимущественно каменной натуры. Впрочем, мостовая всё равно представляет из себя тихий ужас, созданный с одной стороны полнейшим пренебрежением при строительстве, а с другой – не менее трепетным наплевательством в эксплуатации.

Зато здания выглядят неплохо, хотя конечно пишущий это никак не считай сей странный стиль удобным или хотя бы красивым – ощущение, будто тут живут исключительно пытающиеся что-то доказать всему миру пегасы со склонностью к элитизму и шипастости. К тому же большинству строений необходим как минимум мелкий ремонт. Как и в Городе, самое большое сооружение располагается внутри здоровенной пещеры в конце верхнего квартала, к которой сходятся все пути.

Уверен: в нем чего-то светилось.

Перед спуском внимательно оглядел поверхность и не зря – в траве обнаружилось некоторое количество ларв: здоровенных медлительных гусениц с острыми зубами, представляющие опасность в первую очередь своей способностью резко выпрыгивать из засады и одним движением башки вырывать из тебя кусок размером с копыто. Мерзкое насекомое.

-
В домах верхнего квартала наличествует посуда, подсвечники и другие мелкие предметы. Заметны признаки консервации мебели какой-то совсем тонкой и прозрачной разновидностью зелени. Но запустение всё также правит бал.

Кстати, заметил странность – минимум фауны. То есть, вообще ее практически нет. Ни паутины, ни мух, разве только какие-то мелкие червячки да букашки, причем в совершенно неприлично малом количестве.

Иногда встречаются пятна чего-то, похожего на разложившуюся ткань.

Иду к главному зданию.

-
— Мы схватили Шпиона! – без спроса ввалились в кабинет двое младших.

Собравшаяся уже выразить им свое высочайшее неудовольствие столь неподобающим поведением Оставшаяся осознала сказанное и запнулась, удивленно воззрившись на подчиненных – как-то с трудом верилось, что давным-давно не интересовавшийся Убежищем внешний мир вдруг ни с того ни с сего решил себя проявить, да еще и в ее «смену».

— Кто? – голос не дрогнул – отлично.

— Пони, — перебивая друг друга кинулись отвечать светящиеся возбуждением стражи. – Один. В маске. С оружием.

Руководительница мысленно смахнула несуществующий пот со лба – впрочем, разве бы какая армия или хотя бы отряд смог пробраться сюда незамеченным? Да и у самого лучшего лазутчика-одиночки нет никаких шансов скрыться от них.

— В клетку. Я сама им займусь, — отошедшая от первоначального, вызванного исключительно внезапностью, легкого испуга приближенная Ее Величества широко улыбнулась вслед понесшимся выполнять приказ младшим.

Наконец хоть какое-то разнообразие.

-
Мне страшно.

Я в какой-то большой, сильно заржавленной клетке. Стены покрыты зеленью. Через окно на дальней стене видно ночное небо. Свет идет откуда-то с потолка. Копья и ножа нет.

Главное: сюда приходила СИЛИ. Увидел ее сразу, стоило открыть глаза. Она просто стояла с той стороны решетки и смотрела на меня.

Сперва обрадовался, затем осознал происходящее и чуть не упал в обморок от охватившего всё мое нутро панического страха, до сих пор отказывающегося отпустить меня.

Принц земли как животное забился в самый дальний угол и попытался спрятать свой ужас за воем.

Сестренка пыталась что-то сказать, но до моего сознания не дошло ни слова.

Когда очнулся – никого.

Я схожу с ума?

-
— Он боится, — сыграла заместительница в очевидность, зачем-то мельком глянув в темницу. — Вы уверены, что выбрали правильно?

— Конечно,– досадливо щелкнула на нее зубами категорически недовольная развитием событий Оставшаяся. – Или ты сомневаешься в моих способностях?

— Разумеется нет, — сделала та легкий реверанс. – Вас бы не назначили на сей ответственный пост, не обладай наша благодетельница полной уверенностью в ваших талантах.

— То-то же, — кивнула руководительница, не найдя в словах издевки. – Я устала – попробуйте пока других. О результатах доложите.

-
ЭТО продолжается.

Ко мне являются братья-предатели, Ситта, Ферос, другие тени из прошлой жизни. Пытаются заговорить.

Неправильно. Невозможно. Разум обманывает. Нельзя слушать.

Да смилуется надо мной Спаситель.

-
— Таким образом ни одна из предпринятых нами попыток не увенчалась успехом, — спокойно доложила явно стыдящаяся говоримого заместительница. – Он непробиваем.

— Неужели? – усмехнулась Оставшаяся, искренне радующаяся виду своей зачастую чрезмерно много о себе думающей подчиненной. – А по-моему вы просто разучились. Ну ничего – после завтрака я вновь навещу его и продемонстрирую вам, как надо работать.

-
Видения наконец перестали мучить меня и позволили заснуть. Очнулся утром. И устыдился своего страха, коим буквально дышат предыдущие строки.

Принц Города и последовать Единого дрожит и сходит с ума от ужаса из-за какого-то жалкого морока. Простейшей иллюзии. Или даже обычного отравления галлюциногенами. Да и типичный бред отрицать тоже не стоит.

Я позорю жертву Сили.

Клетка на самом деле является камерой три на три метра и полтора в высоту. Моя – первая в ряде, остальные пять свободны. На потолке растут люминесцентные грибы. Зелень на стенах положена ровными и аккуратными рядами уже однозначно указывая на свою производственную природу. Относительно чисто. В общем, никак не смахивает на местопребывание душ.

Раз отобрали оружие – значит, боятся его.

Ран на теле нет. Изъяты только нож и копье.

-

Как раз прятал дневник, когда в комнату с камерами зашла «Сили». Поначалу вновь шокированный, Принц быстро смог прийти в себя и внимательнее рассмотреть осмелившееся побеспокоить его существо.

Увы, придраться можно разве только к совершенству – а именно стоящая передо мной пони являло собой прямо-таки идеальное изображение почившей сестренки, коя, надо признать, порой не чуралась некоторой неаккуратности и зачастую не желала тратить чересчур много времени на расчесывание гривы. И взгляд еще другой. Совсем.

— Изображаемая вами кобылка давно мертва – из-за меня, — решился для разнообразия начать разговор первым Принц. — У меня нет никаких враждебных намерений по отношению к вам, я просто исследователь.

Собеседница моргнула, с минуту постояла неподвижно, смотря мне в глаза, после чего отозвалась на языке Города:

— Ты не похож на исследователя. Скорее диверсант. Или шпион.

Ни акцента, ни просторечия. Будто с Мираком общаешься. Голос тоже как у Сили.

— Моя цель — составление карты Вечного леса, а он, как вы и сами наверняка понимаете, весьма недружелюбен к любого рода посетителям. Следовательно, мне нужно оружие, — пояснил пленник, пытаясь понять внезапное исчезновение всякого выражения с лица оппонента. — Маска же служит для сокрытия ран, а не для запугивания или скрытия личности.

«Она» хищно усмехнулась:

— Тогда почему ты один? Где твоя охрана или спутники? Откуда ты пришел?

— У меня произошла размолвка с властями и ныне мне приходиться заниматься картографией, дабы заслужить прощение, — секундная заминка и решение, что правда – лучшая политика. Во всяком случае со знающими твое наречие странными чудищами. — Я шел к этому месту с запада – из Эквестрии, но моей родиной является огромный город расположенный к югу отсюда.

— Опиши свою родину, — вдруг чуть дрогнул голос собеседницы.

Принц постарался дать исчерпывающую информацию о месте своего рождения, разумно взяв направление на минимум точных ориентиров и данных о ее системах обороны – на всякий случай. По мере рассказа вновь закрывшаяся “Сили” не проявляла никаких эмоций, разве только в конце попытавшись уточнить местоположение моего дома, на что получила максимально туманный и запутанный ответ.

Тем не менее, появившаяся спустя пару секунд раздумий улыбка хозяйки показалась мне на редкость зловещей:

— Последний вопрос: кого ты любишь?

Неожиданный вопрос. И прямо скажем, лишний. Однако в чужую Общину со своим уставом не ходят и однажды взятую политику нужно вести до конца. Поэтому ответ получился предельно четкий и честный:

— Не могу сказать, будто в данный момент кого-либо люблю. Изображаемая вами кобылка мертва, братья предали меня, а другие демонстрируемые вами пони, откровенно говоря, никогда не были настолько дороги для меня. Если же вы спрашиваете про абстракции, то могу с уверенностью сказать лишь, что имею обязанности перед своей Родиной, — нехороший прищур и кивок. — И поскольку вы задали последний вопрос, то не могли бы ответить на пару моих?

Спрашивал Принц уже спину уходящей тюремщицы.

-
 — Демон Кладбища, – Оставшаяся с удовлетворением отметила про себя, как ее подчиненные отпрянули. Будто она не слышала, как эти лентяи шушукались о бесполезности караульной службы.

Хотя конечно эту устаревшую терминологию ласкающей слух никак не назовешь.

— Значит и правда Шпион? – вякнул один из младших.

— А разве вы не сами заявили мне об этом всего пару дней назад? – притворно удивилась начальница.

Вопрошавший пристыженно потупился. В разговор вступила заместительница:

— Поступим с ним как с остальными – Королева будет рада.

— Демон Кладбища, – с нажимом повторила руководительница. – Не стоит лишний раз рисковать. Тем более этот враг бесполезен – он никого не любит. Я завтра сама отведу его на встречу с Вдохновителем. Ты, – она указала на все еще смотрящего в пол подчиненного, – пойдешь со мной. Думаю этот пони оценит, если в последний путь его проводят братья.

-
Результаты общения определенно можно назвать положительными – вряд ли потерянные души интересуются географией, и тем более беспокоятся по поводу шпионов. Хотя, конечно же, облик местных жителей — как в смысле способности мимикрировать, так и неизвестность естественного — сильно беспокоит, да и зловещая улыбка на губах “Сили” почему-то не спешит выходить у меня из головы (надо будет тоже так попробовать – вкупе с маской эффект наверняка получится потрясающий). Подозреваю, что в этом деле не обошлось без магии, а ваш покорный слуга знает не так много вещей, на которые эта палочка-выручалочка единорогов не способна.

Впрочем, надежда на цивилизованное и мирное разрешение данного недоразумения всё еще имеется. Вот только мне в нее почему-то не верится. А значит стоит подготовиться.

Так или иначе, на все воля Единого.

-
Воистину правильно говорят: планирование и подготовка – ключи к победе. И не важно, кто и когда придет за тобой – даже сама Смерть порой склонна отступить перед готовым к ее явлению индивидом. Впрочем, куда эффективнее ей противостоят коллективы высокопрофессиональных и опытных врачей, но это уже частности.

И разве имеется нечто плохое в эксплуатации невежества явно нежелающих мне ничего хорошего дикарей?

Хотя конечно к настолько безалаберному отношению к коммуникациям подготовится трудно. Откровенно говоря, и смотреть на этот мост тяжело — дыра на дыре, а в конце самая большая, но зато под аркой.

Не суть.

План давно готов, осталось только сказать чего-нибудь героическое, прежде чем рвануть запал. А на уме, как назло, лишь мысль о том, что я “подкладываю им свинью”.

-
Оставшаяся злорадно предвкушала намечающуюся “беседу” шпиона со Стариком, уже воображая себе грядущие впечатления от представления их друг другу. Сам бескрылый и безрогий пони ее радости явно не разделял: шел понурившись, всё время спотыкаясь и периодически покусывая свою грязную переднюю конечность — хорошо она решила увести его сегодня же, а то бы он еще напустил в замок своих паразитов. Удивительно, как только такая уродливая тушка может состоять в родстве с красавцем – пегасом, в облике которого она сейчас находилась. Его второй брат – единорог, ныне изображаемый младшим — тоже довольно неплох, но весь как-то прилизан и слащав – ей такие не нравятся.

Дорога к “дому” Вдохновителя скоро совсем развалиться: все-таки даже пещеры иногда нуждаются в ремонте. Впрочем, как будто Народу есть до того дело – пусть низшие твари заботятся о земле под ногами.

— Вот мы и пришли, дорогой братец, – насмешливо произнесла руководительница, останавливаясь перед чернеющим под аркой провалом и даже сквозь ставшую привычной заглушку ощущая эмоции заранее предупрежденного о внеплановом кормлении Старика. – Последнее слово?

— Хрю, – вдруг выдал шпион.

— Не поняла? – аж отступила на шаг опешившая начальница.

— Случается, – дружелюбно отозвался вторженец, делая какое-то резкое движение.

И грянул гром, обдавший ее волной крошки и режущих осколков, забарабанивших о доспехи, а камни под копытами внезапно приказали долго жить.

Переборов первоначальный шок, она попыталась набрать высоту. К счастью, у этого облика имелись крылья и Оставшейся не пришлось тратить усилия на уже не шибко привычную даже несмотря на еженедельные упражнения перестройку – всё же без практики и врожденные умения склонны ржаветь.

Однако секунду назад казавшееся почти штатной ситуация внезапно перешла в категорию очень опасных – пролетавший мимо наглец вцепился в нее мертвой хваткой. Видимо рассчитывал, что довольно крупный на вид пегас сможет вынести заодно и его, не учитывая реальные размеры Оставшейся – итогом стало лишь ненамного отличающееся по скорости от падения движение по наклонной дуге вниз.

Краем глаза пытающаяся одновременно удержаться в воздухе, увернуться от падающих сверху объектов и скинуть прилипшего к ней типа руководительница заметила, как уже успевший превратиться младший продемонстрировал свою полную профнепригодность, получив камнем по голове и ныне стремится ближе пообщаться с как раз начавшим шевелиться полом.

Последний факт заставил Оставшуюся резко сменить доктрину поведения со сбалансированной на «линять, срочно!» в рамках которой кобылка предприняла довольно рискованный кувырок, успешно даровавший ей частичное освобождение от “наездника”…вот только она не учла при этом инерции его тела и собственной реакции на резкое снижение веса, следствием чего стала потеря управления.
“Дыхание Вдохновителя” спасло ее от встречи с камнем. Враг, и без того уже едва цеплявшийся, не удержался и наконец отпустил ее, прорвав более тонкое полотно снизу и кубарем вкатившись в коридор. Однако начальница не спешила радоваться – потому как попавшие в паутину мухи вообще не склонны уже думать о чем-либо, кроме выпутывания.

Причем чем дольше она пыталась выкрутиться из этой липкой ловушки, тем ближе ощущала себя к упомянутому насекомому.

А пока руководительница извивалась злодей, кряхтя и постанывая, встал на ноги и обернулся к только что покинутому залу. И застыл, уставившись куда-то ей за спину.

-
Надо же, бирер. Очень, очень большой – втрое больше любого представителя своего вида. Одно только покрытое панцирем тело могло бы стать многоквартирным домом, а вместе с щупальцами так и вовсе выглядит как целая гора. Хотя скорее он похож на гигантский продолговатый гриб, с чего-то решивший полевитировать.

Зачем тюремщики привели меня сюда? Всем ведь известно, что эти летучие аномалии отнюдь не хищники и, несмотря на свою очень прочную шкуру и длинные мощные щупальца, в случае опасности всегда пытаются сбежать. Некоторую угрозу представляют лишь их симбионты — или паразиты — выбрасываемые гигантом в минуту опасности. У них и рта-то в общем-то нет.

Мои размышления оказались прерваны истошным визгом второго, менее удачливого противника. Нависшая над ним почти вплотную к земле зверюга шумно выпустил воздух. А затем резко втянула, заодно с воздухом затянув в себя и орущего “Рефела”.

Итак у ЭТОГО бирера рот есть. А также намерение использовать его по назначению.

Принц не сдержался и бросил на “Хэилста” сочувственный взгляд – после чего развернулся и как мог быстро зашагал в тоннель.

В конце концов, не он же пытался скормить случайного прохожего первому попавшемуся мутанту?

И притворявшаяся пегасом тварь определенно не является моим ближним…

-
Начавшая отчаиваться Оставшаяся попыталась успокоить себя мыслью, что Вдохновитель никогда не тронет Принявшего, но визг младшего, сопровождавшийся громким всасывающем звуком, оставил сему доводу очень мало шансов. А уж когда пустой пони глянул на нее с жалостью – вовсе задрожала всем телом, тут же зачем-то попытавшись рассмотреть, что происходит сзади, но увидев лишь кусок завешанной «Дыханием» балюстрады.

А затем где-то совсем близко раздался очень хорошо знакомый шум, а в спину ударил поток теплого воздуха.

С губ сам собой сорвался отчаянный крик – однако разве он мог чем-то ей помочь?

Старик снова начал всасывать. Биться нет смысла. Сейчас она оторвется от полотна и присоединиться к младшему.

Краем глаза всё еще для чего-то старающаяся встретить смерть лицом Оставшаяся заметила, как нечто светящееся пролетело мимо и, подхваченное ветром, устремилось в пасть Вдохновителя.

Грянул взрыв и волна жара опалила ей крылья, заставив взвыть. “Дыхание” вспыхнуло.

Внезапно оказавшись в центре стены пламени, кобылка снова забилась – уже не думая об освобождении. Вдруг на ноге сомкнулись челюсти – рывок – и горящее полотно наконец выпустило ее.

Появившийся перед глазами шпион что-то крикнул, но расслышать слова за воем Старика оказалось невозможно. Тогда он просто потащил дезориентированную кобылку за собой, почти сразу перейдя на бег.

Как раз вовремя – спустя всего пару секунд на анфиладу обрушились удары щупалец. Стены задрожали.

Храм рушился. Вдохновитель вопил. Они изо всех сил перебирали копытами.

Сил как раз хватило, чтобы шум позади затих прежде, чем Оставшаяся свалилась в изнеможении на пол.

Меньше минуты спустя рядом остановился слегка отставший враг, тут же привалившись к стене. Какое-то время они лишь шумно отдувались, пытаясь восстановить дыхание, а затем этот урод вдруг с улыбкой посмотрел на нее и протянул копыто…

-
Вопреки всем ожиданиям, существо свалилось с одного удара. Видно они куда хлипче, чем кажется на первый взгляд.

Я жив. Даже почти цел.

Однако несравненно большее счастье наполняет меня при мысли о том, что я выполнил свой долг. Смог таки заставить себя сделать шаг навстречу Творцу. Сили гордилась бы мной.

До чего же хочется отдохнуть. Но сперва необходимо связать «спасенного». И обработать раны. И развести костер. И понять собственное местоположение. В общем, куча дел.

-
Судя по всему, это какой-то жилой комплекс или дворец, только давно не используемый. Причем, если глаза и уши меня не обманывают, тянущийся чуть ли не на километры, хотя сие утверждение еще нуждается в проверке.

Вряд ли бы тюремщики стали тащить схваченного «шпиона» куда-то совсем уж далеко от места поимки и ни одно из виденных мной в городе зданий не тянет на обладание подобными площадями. Следовательно, наиболее разумным вариантом будет предположить, что меня в данным момент окружает толща горы либо за, либо под «Верхним кварталом».

В качестве топлива для костра решил использовать в изобилии разбросанный вокруг мусор – ну или сложенные по чуждой моему разуму схеме и слегка подпорченные временем драгоценные, для другой культуры, произведения искусства. Впрочем, скорее всё же эти шпалеры, останки мебели и обоев, двери и ковры действительно являются обыкновенным, не представляющим для аборигенов никакой ценности хламом, брошенным гнить в сих влажных тоннелях десятилетия назад.

Припасов кот наплакал – хозяева не сочли нужным кормить пленника, видимо сразу взяв курс на использование его в качестве фуража для питомцев. Хорошо быть параноиком – не набери некий перестраховщик перед входом в город двойной запас пищи, сейчас бы уже бурчал животом на всё подземелье.

Я связал своего неудавшегося палача и постарался оказать ему медицинскую помощь. По счастью, в наличии лишь ожоги по большей части первой и в паре мест — второй степени тяжести к тому же пришедшиеся в основном на спину и конечности – в общем, ничего такого, с чем моя самодельная мазь по идее не должна справиться. Впрочем, имеются некоторые сомнения по поводу того, что рассчитанные на меня лекарства помогут этой твари. Впрочем, обо всем по порядку.

Лежащее передо мной существо теоретически имеет право претендовать на звание пониойда – то есть обладает сходной структурой тела, из которой в первую очередь следует отметить горизонтальная направленность туловища и наличие четырех опорных, вроде бы даже копытных, конечностей.

Первая ассоциация, посетившая меня при более детальном осмотре, указала на сохранившиеся в памяти описания дикарей, в незапамятные времена живших на месте Города: оно действительно изящней нормального пони (хотя в целом пропорции несколько искревлены), а также обладает одновременно и рогом и крыльями – оба расоопределителя выглядят неразвитыми. Однако вряд ли наши предки забыли упомянуть о таких несущественных мелочах, как здоровенные и явно намекающие на отнюдь не растительную диету клыки, инсектойдные полупрозрачные крылья, гребни вместо ушей, скорее смахивающую на густо растущие вибриссы шерсть, навевающую воспоминания о хитине при ощупывании кожу, глаза без зрачков (вероятно неверно – могли закатиться), более похожий на ткань, чем на волосы, хвост и, самое странное, дыры в теле.

Честное слово – я не сдержался и ткнул в одно из отверстий иглой, почти спокойно прошедшей насквозь. Не знаю, что вызвало помеху – моя ли дрожь или какая-нибудь неразличимая в полутьме тонкая пленка. Больше экспериментировать почему-то не хочется.

В целом, возникает ощущение, будто сие несчастное создание кто-то слегка пожевал и выплюнул.

Ну и, конечно, никак нельзя забывать про способность к перевоплощению – хотя тут, разумеется, самым реальным ответом будет обыкновенная магия.

Последнее: доспехи. Латы для верхней части туловища с видимо отсоединяемым нагрудником, довольно толстые и длинные поножи, также кирасоподобный накрупник, плоский шлем – на мой взгляд, всё какое-то недоделанное и малофункциональное. Впрочем, откуда мне знать, какая именно у этих тварей боевая доктрина – те же совершенно бессмысленные с точки зрения бронников Города дыры для «ушей» могут иметь решающее значение, скажем, при обеспечении ориентации в пространстве. К тому же, как минимум от пламени они его по большей части спасли.

Так или иначе, передо мной вполне разумный и определенно недружелюбный вид, о котором у меня нет никаких сведений. И я, скорее всего, посреди их цитадели.

Следовательно, нужна информация.

Кажется, тот обязательный полугодовой курс пыточного мастерства таки вот-вот понадобиться мне в реальной жизни. Кто бы мог подумать.

-
Оставшаяся очнулась. Голова болит, особенно правая сторона, причем явно от физического воздействия. Но думать можно – и это главное.

Оценка обстановки принесла неожиданно радующие результаты: пусть на ногах явно стянутые со знанием дела веревки, однако все конечности на месте, да и обгорела она далеко не так сильно, как можно было ожидать. Выпитая “Дыханием Вдохновителя” энергия практически не восстановилась — но зато сей факт наглядно демонстрирует, что и дня еще не прошло.

Шпион лежит у костра и смотрит на нее. Стоило таки постараться удержаться от потягиваний и стонов – может удалось бы застать его врасплох.

Ладно.

Чуть поднапрягшись, ей удалось превратиться в уже неоднократно использованный образ подружки – слишком непривычно начинать разговор с чужаком в настоящем обличье. Но сказать пленнице ничего не дали:

— Я отлично понимаю желание скрыть доставшийся от судьбы уродливый облик, но, ради вашего же собственного блага, искренне рекомендую выбрать другую пони для имитирования, – напряженным голосом заявил враг, приподнимаясь.

Оставшаяся скрипнула зубами и превратилась в пегаса.

— Урод здесь ты, – само собой вырвалось.

Жеребец вдруг рассмеялся.

— Не могу спорить с очевидным, особенно когда слышу это из уст Хэйлста, – он хихикнул еще раз, – однако не кажется ли вам, что в современном положении неразумно вот так открыто говорить правду?

— Я не боюсь тебя, – вскинула голову наследница одного из величайших родов Убежища.

— Дело ваше, – демонстративное пожатие плечами, – а теперь ответьте-ка мне на пару вопросов.

— Ты ничего от меня не узнаешь.

Новый смешок.

— Вы находитесь в связанном состоянии посреди давным-давно покинутого своими сородичами подземелье, один на один с пони, успешно сочтенного вами убийцей и обладающего как минимум одной весьма веской причиной не желать вам благополучия и долгих лет, — враг издевательски изогнул брови. – Вас не волнует, что я могу рассердиться?

— Ты!? Идиот, который рискнул жизнью ради своего палача? – усмехнулась в ответ Оставшаяся — Да еще и судя по ощущениям смазал мне полученные в процессе собственной казни ожоги мазью. Удивительно, как у тебя вообще хватило решимости хотя бы обвить меня веревками.

Шпион встал и неспешно подошел к ней вплотную:

— Сей жеребец спас вас исключительно потому, что счел данное действие своим долгом, выполнение коего есть суть и цель моего существования, – он наклонил голову почти вплотную к ее носу. – И смею уверить: если ради Высшего Блага мне придется вас немножко попытать, затем чуточку убить и в довершение слегка съесть, причмокивая и сыто цыкая зубом — то я это сделаю.

Жуткая морда расплылась в сладострастной улыбке, от которой по телу Оставшейся прошла дрожь – ей в лицо будто оскалилась сама Смерть. Причем очень любящая свою работу.

— Надеюсь, вы будете вести себя хорошо, – зловеще произнес враг. – И не заставите меня прервать наше душевное общение прежде, чем оно будет совершенно необходимо.

Она, находясь под впечатлением, кивнула.

— Рад, что мы достигли взаимопонимания, – страшила отвернулся и начал тушить костер.

-
Существо оказалось неожиданно легким (видимо сказывается пористая натура) и даже иногда изволило отвечать на задаваемые вопросы, выдав, например, информацию, что мы прошли «преддверье» и сейчас направляемся в «старую часть» — без каких-либо пояснений, разумеется.

Вопросы типа “где выход?” задавать бессмысленно – несомый индивид уже неоднократно и весьма четко продемонстрировал свое искреннее нежелание моего благополучия и периодически напоминает мне о том фразами вроде «ты обречен» и «тебе никогда отсюда не выйти».

В общем, пока решил ограничиться чисто экскурсионными запросами об окружающем нас пространстве – как-то нет пока настроения применять полученные во время учебы знания на практике.

Тем более посмотреть тут действительно есть на что: величественные, хотя зачастую и несколько непонятные статуи, замечательные разноцветные фрески, изящные витые колонны, слаборазличимые останки картин, сложные каменные мозаики и прочие произведения искусства, вопреки всем ожиданиям в большинстве своем так или иначе изображающие существ, куда более похожих на пони, чем мой «спутник». Версия о военных трофеях опровергалась пленником, время от времени неохотно называвшим непонятные имена и неизвестно к чему привязанные даты создания того или иного творения. Хорошо хоть названия вроде «сбор урожая» не нуждаются в рассмотрении через призму местных культурных особенностей, хотя конечно конкретно сей идентификатор, на мой взгляд, довольно слабо отражал содержание неоправданно хорошо сохранившейся картины, заставившее меня устремить взгляд в пол и под презрительно-насмешливое хмыканье груза пройти мимо.

Честно говоря, мне может понравиться подобная жизнь. Я будто в книге про Названного-В-Честь-Собаки Йонса, по прозвищу “Тихий” (или я чего-то перепутал? Не важно): иные цивилизации, забытые произведения, тайные дворцы, набитые сокровищами подземелья, а также адреналин, жуткие монстры, погони и красочные взрывы. Спутник только подкачал – это клыкастое средоточие недовольства никак не назовешь даже верным оруженосцем, не то что прекрасной кобылкой.

-
Где-то на второй час после подъема дошли до комнаты, представленной как “Зал истории”. Мой воспрянувший было при мысли о длинных стеллажах с фолиантами дух почти сразу вколотило в землю осознание невозможности их прочитать – всё ж таки вряд ли их родное чириканье пишется нормальным городским алфавитом – однако реальность в итоге оказалась куда интереснее и в кои-то веки дружелюбнее, чем ожидалось.

Хотя поначалу меня ждало вовсе откровенное разочарование – местное хранилище воспоминаний о былых веках явилось не величественной библиотекой, чьи стены теряются вдали, а всего-навсего маленьким круглым помещением с единственной колонной посредине при полном отсутствии книжных шкафов, сундуков, карт или другого привычного инвентаря для исторических хранилищ. Пребывавший в особо зловредном состоянии палач нагло ухмыльнулся и отказался отвечать на расспросы. Но и просто уйти из столь многообещающего места мне не позволяла совесть (ну или как минимум жадность).

Поскольку ничего необычного, кроме центрального столба, поблизости не имелось, исследование началось именно с него – и тут же дало результат в виде нескольких рядов маленьких, но глубоких дырочек где-то на уроне моих плеч. Быстро совместив имеющиеся факты, я без колебаний всунул наличествующего аборигена рогом в отверстие. И он подошел.

Перед нашими глазами предстал призрак. Точнее бледно-зеленый образ немолодой уже кобылы с вычурным и массивным украшением на шее. У нее также имелись неразвитые рог с крыльями и телосложением она казалась похлипче, но в остальном никаких по-настоящему существенных отличий от нормальных пони я не обнаружил. Самое же приятно заключалось в том, что у этого сгустка энергии имелись губы и он использовал их по назначению, тем самым позволив бывшему торговому представителю Города понять рассказ.

Их предки называли себя просто и без изысков – «живые». Они обитали в “Доме мечтаний” под управлением обожествляемых повелителей – “Детей Великого”, на протяжении сотен лет мирно сосуществуя с опасным и непредсказуемым, но при этом щедрым и богатым “Дающим и Берущим” – вероятно, имеется в виду Вечный лес.

Видимо раннее бытие сего народа заключена в других дырочках – потому как едва закончив крошечное вступление, учительница начала говорить о «демонах с запада», выглядевших как лишенные рогов местные жители. С явным страданием и печалью призрак поведал подозрительно знакомую историю о том, как принятые в качестве друзей и почетных гостей монстры обманом убили почти всех Детей Великого в одну ночь и, «начертав на знаменах смерть», ввергли несчастных аборигенов в пучину рабства и мук, продолжавшуюся целое поколение.

Но божественные правители не бросили своих подданных – после десятков лет мучений последние из них вывели оставшихся верными живых из Дома, ставшего Кладбищем, и повели их тайными тропами Берущего в долгий и страшный путь, которого многие не пережили.

Однако цель оправдала заплаченную цену, ибо благословенная гора даровала выжившим новое место для жизни и радости. Почву, в которой «Народ» смог укорениться и вновь расцвести. Убежище.

Далее (в следующем отверстии) следовало длинное перечисление различных строительных, военных и агрокультурных свершений, завершившееся демонстрацией вида с высоты птичьего полета на уже знакомый мне город, хотя и поменьше современного – «выселков» и частокола не наблюдалось, а пристенное строительство только-только намечалось. Затем речь пошла о множестве потерь за годы страданий и расколе четверки властителей на пары, одна из которых отправилась на поиски «ушедших до срока» детей, так никогда («до сих дней») и не вернувшись. Оставшиеся переразвитые правили долго и мудро, вновь приведя своих подданных к счастью и процветанию, со временем позволившим «дикарям» вовсе позабыть о годах лишений и просто наслаждаться дарованным им существованием, посвящая бытие совершенствованию и приближению к некой «Цели».

Но мир отказался отпустить местных жителей с миром, как не собирались делать сего и не ведающие покоя древние демоны, некогда разрушившие Дом и вновь, спустя сотни лет поисков, нашедшие былых рабов в Убежище. Вот только на сей раз их притворство и лицемерие не помогло – живые не повторили ошибок своих предков и истребили пытавшихся вновь притвориться друзьями вторгшихся.

Но цена победы оказалась велика — один из божественных повелителей пал ради спасения своих подданных и с его смертью Народ ослабел…

Знакомая история, не правда ли? Хотя конечно о втором походе “демонов” мне до сих пор никаких упоминаний не встречалось. Надо будет посмотреть в магической книге.

Приведенный выше рассказ продолжался по моим прикидкам не менее трех часов. Прочитанный вами текст – лишь выжимка из весьма обильного, подробного и созданного явно со знанием дела повествования. В общем-то единственной причиной, заставившей меня оторваться от столь любезного сердцу процесса познания, стало совсем уж странное поведение энергоресурса.

Первые полтора часа пленник всё время дергался и пытался чего-то сказать (заткнул ему рот еще в самом начале урока — дабы не мешал слушать), потом где-то минут семьдесят лишь постепенно затихающе стонал, а затем вовсе замолчал. К моменту, когда ваш покорный слуга наконец отвлекся ради краткого перекуса, абориген уже не подавал признаков жизни.

Должен признать: я перепугался – всё-таки несколько неудобно ощущать себя убийцей, да еще и собственноножно спасенного. Тем более, если он к тому же является единственным источником информации о современном положении вещей.

Тонкая бесплотная нить, соединившая отверстие с рогом после оттаскивания существа от колонны, не поддавалась физическому воздействию. Не видя выхода и, откровенно говоря, слегка паникуя, Принц просто взвалил своего палача на спину и совершил маневр номер четыре – т.е. побежал, без особого внимания к направлению, как можно дальше от опасности.

В итоге, слава Единому, едва заметная черточка всё же оборвалась и жертва моего любопытства выжила.

Вряд ли мне теперь удастся найти тот зал.

И на подсказки рассчитывать не приходиться.

-
Не знаю, сколько уже длится это путешествие по подземелью.

Я видел аборигенов — все как две капли воды похожи на пленника: такие же черные, рогато-крылатые и покусанные. Но одеты похуже – надеюсь в силу низшего звания.

А еще здесь есть рабы. Десятки нормальных пони – земные, единороги и пегасы, трудящиеся на подземных плантациях и чинящие никому не нужные здания.

Их никто не охраняет. Они смотрят сквозь меня и не реагируют даже на пощечины, всё так же механически поднимая и опуская мотыги. Никакого выражения. Зрачок каждого обрамляет зеленое пламя.

Мой план не назовешь иначе как идиотизмом. Но я просто не имею права бросить их.

-
Наследница бредила. Колонна Истории выпила все оставшиеся после Старика силы. Странно, что она все еще жива.

Иногда сознание выплывало из дремоты и открывающиеся глаза показывали потолок со стенами, а тело ощущало мерный шаг несущего ее существа. Периодически приближенная чувствовала, как кто-то пытается влить ей в горло воду и даже иногда умудрялась сглатывать. И каждый раз волна беспамятства вновь накрывала едва живую представительницу Народа с головой.

Вот сейчас мерещится тронный зал. Подчиненные, столпившиеся вокруг нервничающей заместительницы. Крики, взрывы, цоканье копыт…

Стоп.

Веки поднялись выше, а взгляд сфокусировался на одной знакомой с детства вещи.

Трон.

А перед ним чьи-то копыта.

-…смотри мне в глаза, — однозначное требование.

Она все еще бредит? Каким образом они оказались в зале? Что происходит?

— Ты уверен в сказанном? – звенящее напряжение.

Оставшаяся едва слышно застонала от боли вернувшегося сознания.

— Да, милостивый государь, – знакомый голос откуда-то сзади.

— Но почему? Как вам может нравиться эта жизнь? Неужели никто из вас действительно не жаждет свободы? – с искренним непониманием и возмущением спросил первый.

— Потому как мы счастливы, – кажется это один из рабов–пегасов.- И потому, что у нас больше ничего нет.

Несколько секунд шумного дыхания и ощутимая даже сквозь почти непрошибаемую пелену волна эмоций:

— Да будет так, – процедил враг сквозь зубы и возвысил голос. – Вокс попули – Дэус вульт. Раз они так хотят остаться в рабстве, то кто я такой, чтобы их переубеждать?

Отдаляющееся цоканье копыт.

— Мы выполнили свою часть сделки, теперь ты выполни свою, — заместительница. – Отпусти пленника!

— Я сказал лишь, что убью его в случае невыполнения моего приказа. И это все еще может произойти, если вы не приведете мне остальных, – насмешливо отозвался враг.

— У нас больше нет работников, – в тоне послышалось откровенное раздражение. — И от одного твоего неверия в него сей факт никуда не денется.

— Значит, скажите своему командиру “пока”,– он вырвал что-то из лежащего на копыте красного шарика.

Подчиненные вскрикнули.

Постояв пару секунд, и видно не дождавшись ожидаемой реакции, шпион вставил закорючку обратно в сферу. Затем произнес:

— Ну ладно, допущу, будто сказанное является правдой. Принесите вещи, отобранные у меня при захвате — и золота. Побольше! – краткая пауза. — И нечего на меня так смотреть – надо же на что-то покупать шоколад.

-
Бескрылый и безрогий пони бросил Оставшуюся у самой кромки леса. Разумеется, предварительно потребовав, чтобы никто из стражей даже носу не казал из города.

Посланные за ним отряды, естественно, ничего не нашли.

Ничего удивительного, что поставленная во главе обороны их общего дома юная аристократка, смогшая самостоятельно встать только через несколько дней после бегства врага, впала в отчаянье.

Шпион Кладбища смог выбраться из Убежища, используя ее, Защитника Короны, в качестве заложницы. И убил Вдохновителя: всосанный Стариком младший оказался цел и почти невредим – его просто не успели переварить.

В довершение всего, этот выродок еще и утащил с собой целую кучу золота.

Выбора нет. Скоро демоны узнают местоположение их дома. И нападут.

Из-за нее.

Оставшаяся отдала приказ о начале подготовки к досрочному Пробуждению.

Ей предстоял разговор с Королевой.

-
Мой последний поход можно смело назвать провальным – карта практически пуста (спасибо вам, дорогие отсутствующие, перемещающиеся или, еще того хлеще, склонные к метаморфозам ориентиры), рабы не освобождены, история не узнана.

И сувениров набрал слишком мало: правильно говорят, будто от избытка героизма в крови пони тупеют. Но зато теперь смогу накупить себе (через Зекору, разумеется) достаточное количество шоколада, чтобы не беспокоиться о нем хотя бы до весны.

Интересно, кем же настолько важным являлся мой таинственный пленник, что в обмен на него аборигены были готовы отдать всех своих «работников»? Впрочем они, скорее всего, и так знали или по крайней мере предполагали отказ своих несчастных жертв от предложенного мною дара.

До сих пор с трудом заставляю себя верить в произошедшее: разве возможно, чтобы никто из десятков пони не принял возможность обменять иллюзорное счастье на в любом случае не намного худшую, чем рабский труд, свободу. И это несмотря на то, что ваш покорный слуга лично опросил дюжину индивидуумов, попутно проверяя им зрачки и пытаясь расшевелить воспоминания о былой жизни. Всё впустую.

Должен признаться: глубоко внутри, где-то уже под Принцем, свила гнездо животная радость – я ведь, откровенно говоря, и не собирался отпускать пленника. Идея проста: дать беглецам как можно больше времени, а затем взорвать то место, похоронив под обломками максимально возможное количество противников. Мне всё равно бы не удалось провести такую большую группу сородичей по лесу не замеченной. И даже намного более умелый и опытный боец не смог бы отбиться от стаи этих крылатых тварей в чистом поле. Получается, что своей покорностью эти несчастные сохранили жизнь и мне и многим своим хозяевам.

Но всё-таки пишущий это предпочел бы видеть иной результат. Чтобы все эти пони вернулись к своим близким, воссоединились бы с семьями, нарожали детей.

В конце концов, разве возможно сравнить меня с жизнями десятков?

Ладно, назад пути нет.

По крайней мере, я смог дать им выбор.