Автор рисунка: BonesWolbach
Память об ушедших. Чешуйчатая надежда.

Когда темная полоса переходит в светлую.

О страсти, женских годах, жадности и наблюдающих за вами хомяках.

http://www.youtube.com/watch?v=_T43Gmh1G_U

Подобное пробуждение никто бы радостным не назвал: голова болит, будто от удара с разбега об стену, а мышцы ноют как после кросса с раненым на спине.

Диана застонала и попыталась пошевелиться.

Связана. Забавно: неужели она начинает к этому привыкать? Или просто нынче сил не хватает даже не возмущение?

Лучше второе – а то ведь того и гляди начнет думать о себе как о рабыне без кавычек.

За что интересно он её так отделал?

Ничего не помню.

Кобылка потыкала метафорической палочкой в дегтярную стену недавнего прошлого, поморщилась, столь же мысленно сплюнула и открыла глаза.

Вернее глаз. Правый. Второму чего-то мешало.

Пещерка, крохотная, с пробивающимся снизу светом. Странно.

Защитница извернулась насколько позволяли веревки и осмотрела собственные измученные телеса. К счастью, всё оказалось на месте и кое-где аж снабжено перевязками, вот только бедные крылышки не иначе как впопыхах уложены крайне неправильным манером. Сразу видно, копыт какого безрогого и вообще совершенно никчемного создания дело.

Собственно источник всех несчастий и воплощение абсолютного зла стоит чуть поодаль и всматривается в здоровенную дыру в полу. Ноги перевязаны. Куртка и лежащие в противоположном углу сумки выглядят так, будто их вместе с владельцем долго и со вкусом тащили по грязной каменистой земле. Поделом, однозначно.

Ученица Королевы рискнула повернуться на другой бок, неловко при этом дернувшись и зашипев от боли, чем привлекла внимание Принца.

Он обернулся. Морды из-под бинтов не видно.

Неужели у нее получилось-таки достать его?

Неудивительно, что на Наследнице живого места нет.

— Ага, наш законспирированный по самое не могу тягловый медведь изволил вернуться в юдоль скорби! – вопреки ожиданиям, дружелюбно произнес пони, со слегка сдвинувшей перевязки улыбкой направившись к ней.

Диана на всякий случай попыталась сконцентрироваться и проверить вражеские намерения. Не вышло.

Ладно: желай идиот избавиться от пленницы — банально не дал бы проснуться.

Ну, если конечно не хочет причинить ей на прощание несколько незабываемых минут.

— Не зная я вас, решил бы, будто вам страшно, – насмешливо заметил наблюдательный выродок. – Как самочувствие?

Лежащая в грязи леди промолчала, будучи неуверенной в правильном ответе — или хотя бы его принципиальном существовании.

— Перефразирую: стоит ли ожидать иррационального поведения в случае освобождения? – приблизившись вплотную и наклонившись, спокойно спросил Принц.

Пара десятоков секунд, пущенных на внимательное изучение уставившихся на нее буркал. И вердикт:

— Нет.

Ее развязали и почти куртуазным образом помогли встать. Тело болит неимоверно.

— Что происходит? Где мы? – сразу приступила кобылка к главному.

— Вы не помните? – сделал собеседник удивленное лицо.

Защитница раздражённо покачала головой.

— Хорошо, постараюсь разогнать тучи,– серые глаза сверкнули. Бескрылое чудище вдруг встало в театральную позу и начало проникновенную речь. — На вас напал приступ прежде невиданной мною страсти, видимо в силу потаенных чувств и роковой случайности обрушившийся на оказавшегося поблизости вашего покорного слугу. Минимум четверть часа, не обращая внимания на летящее во все стороны содержимое сумок, вы так и сяк валяли руководителя по земле, проявляя при этом воистину достойную всяческой похвалы и ранее за вами не замеченную прыть и физическую развитость. Я прямо всей кожей ощутил ваши попытки сорвать с меня не очень-то мешавшее обмундирование, а уж как данное проявление основного инстинкта отметилось на моем лице…-одобряющее цыканье зубом. Оценивающий взгляд на её клыки. И разочарованный вздох. – Увы, перед самым кульминационным моментом отключились. Не волнуйтесь, — весьма неприятное подмигивание, — партнер, будучи настоящим жеребцом, сумел в полной мере самостоятельно довести дело до ума и всеобщего удовлетворения.

Слушательница меж тем схватилась за трещащую голову. Нет, разумеется, ничего на подобии разворачивающегося у нее в голове кошмарного спектакля не было потому что быть просто не могло – но он так это рассказывает…

— Вынужден признать: несмотря на всю, эммм, эксцентричность произошедшего, по моему мнению, оно определенно способствовало Высшему Благу. Наше высочество не будет возражать в случае повтора данных экзерсисов, – миг задумчивости. Смешок. — Естественно в уместных обстоятельствах. Единственная просьба – будьте аккуратнее…

Диану перекосило

— …и можно даже сказать, нежнее.

-
Мда, честно говоря затрудняюсь сказать что же хуже: дикий обезмозгливающий страх перед драконами или произошедшее с ней после моего рассказа.

Пожалуй второе — чувство юмора в обиходе всё же полезнее способности сохранять трезвый ум в критических ситуациях. Во всяком случае, для окружающих-то точно.

Стоп, она скулит?

Пора принять меры.

— Я, конечно, очень извиняюсь, — отнюдь не подходящим к словам тоном начал Принц,– но ваша реакция чрезмерна, — скукожившаяся в углу подчиненная подняла на ментора глаза.- Под нами обыкновенный звероящер, к тому же довольно дохлый – вам стоило бы устыдиться столь недостойного присягнувшего поведения, — перевертыш приступил к неспешному подъему на ноги. Неужто выходит? Ага, рот пошире раскрой. – Говоря без прикрас, мне самому неудобно за принятие присяги от такого трусливого существа и почему-то не возникает особых сомнений: прочие представители вашей испорченной породы также изобразят осиновый лист при одном только виде какого-нибудь…

Договорить не успел – дырявая, несмотря на во всех смыслах плачевное состояние, бросилась на соверена.

Животное.

Очередная тварь Леса, по хитрому выверту фортуны навязанная ему в питомцы и обладающая, мягко говоря, ограниченной полезностью и сдержанностью уровня чуть ниже обожравшейся гуляй-травы коровы. В принципе, если поразмыслить рационально, то в предоставлении ей какого-либо голоса при решении собственной судьбы нет ровным счетом ни крупинки смысла – ибо, когда чувствуешь вместо того, чтобы думать, о выборе и вообще свободе говорить вовсе не приходится.

Оные философские размышления естественным образом сопровождались вполне соответствующими им по духу действиями и к моменту формирования вывода первопричина пришла к успешной упаковке. Забавным следствием данного деяния стало появление некой осмысленности в её шипении – во всяком случае, достаточной для обращения на него внимания:

-…УРОД, отродье Кладбища, – пока ничего необычного – Не будь у вас этих чудовищ – и от проклятой расы убийц и предателей давно не осталось бы и воспоминания! Мы уничтожили бы ваш убогий народ с не меньшим «милосердием», чем в свое время оказанное вами нам.

О как! Очень интересно. Подольем-ка маслица:

— Ой, да что вы говорите, – презрительно-сюсюкающим голос прям на все десять получился. – Наверное, ящерик слегка подпалил прозрачные крылышки и…

— СЛЕГКА ПОДПАЛИЛ!? – опустилась до откровенного крика перфорированная. — Монстр уничтожил тысячи наших предков! Они ничего ему не сделали, а он взял и изжарил заживо большую часть Народа! Сама Королева едва уцелела.

Внезапно. И надо заметить, довольно неприятно:

— Так таки «наш», городской дракон?

— Ваш, ваш, – зашипела допрашиваемая, – Долбанное страшилище живет в ваших пещерах, охраняет ваше проклятое Кладбище, БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ…- хватит.

Хорошая всё же штука – кляп. А теперь к воспитательной работе и расставлению точек. Ну и к, положим, легкому эксгибиционизму. Короче, со всей бережливостью разматываем на морде бинты, являя зрительнице в качестве аперитива зело неаппетитный результат волочения по камням, а затем отделяем немного порванную и окровавленную маску.

Кушать подано!

Дадим угощаемой пару минут на осознание и впитывание.

Можно приступать к собственно просвещению:

— Это сделал со мной зверь, живущий в наших пещерах – Принц неожиданно поймал себя на мысли, что и правда получает крохи некоего извращенного удовольствия от лицезрения застывшей в широко раскрытых глазах подчиненной гаммы чувств. – Причем облик – лишь малая, ничтожная часть отнятого у меня в тот день. В эти самые мгновения чудовище продолжает высасывать жизнь из Родины. А вместе с ней уходит и наша душа. Мы вновь превращаемся в монстров, некогда и правда столь ужасно поступивших с твоим народом.

Грустный вздох: напавшая из-за угла совесть вгрызлась в неготовое к отпору сознание. Тем не менее, проясним уж ситуацию до конца:

— Помнишь Машину? Ты постоянно спрашивала об её назначении, – неслучившийся спаситель грустно улыбнулся, возвращая маску на положенное оной место. – Она предназначалась для уничтожения проклятой твари и спасения породившего меня народа. Увы, Единый рассудил иначе.

Замечательно выверенная драматическая пауза.

К сожалению, аплодисментов или хотя бы достойных внимания комментариев так и не последовало, а там в права вернулась и привычная суровая обыденность.

Личико пришлось перевязать теми же бинтами, просто повернув грязной стороной наружу – последний моток чистых пошел на обработку спутницы. С едой вообще беда: случайно завалившийся между сумками кусок вивецы пришлось пожертвовать так славно сегодня потрудившейся дырявой, естественно не забыв присовокупить замечание о необходимости предоставления тягловым животным усиленного питания.

В смысле запить имелся только производственный дистиллят. Пришлось делиться, пусть внутренняя жаба чуть не задушила. А там и к восстановлению рабочей атмосферы приступить не лишне:

— Раз уж у нас зашла речь о достоинствах некоего законспирированного медведя, то позвольте вновь выразить восхищение вашими способностями к мимикрии – хотя конечно сейчас, осознавая вашу истинную природу, не могу не обратить внимание на выдающую вас с головой талию, — взгляд, исполненный даже не ненависти или там презрения к низшей расе, а чуть ли не вынужденного сочувствия к его пожизненной ущербности. М-да, пожалуй действительно пора со смехотворством завязывать. – Забудьте прежде сказанное: ваши пропорции никак не свидетельствуют об излишнем весе. Напротив – на лицо неестественная, откровенно болезненная худоба. Кстати, неслабо интригующая: жду не дождусь возможности провести вскрытие и понять, каким образом столь…внешне нестойкое телосложение способно выдерживать ваш рацион.

Свободная от бинтов бровь приподнялась:

— Да ты настоящий мастер по части комплиментов. Вот-вот растекусь от столь изящно поданной заинтересованности в моих скромных достоинствах.

Неловкая пауза.

— Короче, прошу прощения за излишнюю требовательность, — глядя в сторону, подошел собственно к цели беседы жеребец. – Ведь, по крайней мере, в силу вашего юного возраста мне не следовало…

— Кхэ-кхэ-кхэ! – возмущенно откашлялась собеседница. – Какого простите юного возраста? Мне вообще-то давно за сорок – некий бескрылый безрог минимум вдвое младше меня.

Изгнанник аж присел. Воистину, мир прекрасен и уди…ахс – по привычке начавшее стучать по подбородку копыто принесло владельцу немало боли. Тем не менее, до одного тезиса он таки успел додуматься:

— Знаете, вы – первая представительница прекрасного пола на моей памяти, хвастающаяся собственной хронологической продвинутостью…

-
Драгоценное послание потомкам – ну или скорей уж случайным путникам или очень-очень везучим археологам — эти несколько часов бессмысленного сидения над пещерой со спящим драконом принесли больше интересной информации, чем елки-палки последние недели три.

В качестве изящной экзистенциальной издевки оказалось, что Дракон некогда оказал Городу замечательную, в прямом смысле спасительную услугу — парой плевков уничтожил большую часть собиравшихся восстановить историческую справедливость войска «Принявших». Разумеется, не стоит думать, будто он стремился помочь нашим предкам: по словам подчиненной источником сего славного деяния является искренняя, сердечная, впитываемая звероящерами со скорлупой и первыми драгоценностями ненависть к чейнджлингам. У них аж сложилось некое сверхъестественное чутье на перфорированных, пусть и неодинаково развитое у разных подвидов. Конкретно докучающий нам ныне далеко не самый бесчувственный – смог обнаружить одиночного перевертыша на расстоянии чуть меньше часа ходьбы от себя. При этом никакого сравнения с «нашим» Драконом он не выдерживает: атакующую армию уничтожили более чем в сутках полета от цели.

Рогокрылы также чуют огнедышащих тварей, но только после обнаружения себя противником. По словам присягнувшей, одна только их ненависть жжет сильнее сотни одновременно кусающих тебя муравьев и заставляет обращаться в бегство.

Благодаря последней новости ваш покорный слуга сумел совершить вовсе сногсшибательное открытие: искаженные аборигены Родины способны ощущать чувства других существ. Становится очевидным, каким образом ей удавалось столь непринужденно находить и развивать болезненные для меня темы. Данная сенсорная способность открывает им поистине внушительные перспективы в шпионаже и при общении, а также представляет из себя невероятно удачное дополнение к их трансформационным возможностям. Снимаю шляпу перед неведомым конструктором – эффективных тварюшек сбацал.

Кроме того присягнувшая внезапно разболтала интереснейшие подробности быта своего народа — например, про склонность проводить немалую часть жизни в состоянии «долгого сна». Вероятно, некий аналог анабиоза у насекомых. Отсюда забавный факт: родилась подчиненная за пару десятков лет до пишущего сие, а вот активного существования в этой бездне времени хорошо если половина. Увы, доподлинно узнать не удалось: Диана периодически вспоминала о смертельной ненависти к «демону Кладбища» и обрывала беседу.

Предполагаю, стоит сказать сторожащему нас дракону «спасибо» — без его нервирующего присутствия счастливому изгнаннику вряд ли бы удалось вытянуть из ручного монстрика и десятую долю полученной ныне ценнейшей информации. Чай если посидеть тут подольше, то она мне и о «Вдохновителе» расскажет? Или об их способности к мимикрии?

Мечты-мечты. Так и так придется выбираться со всей возможной поспешностью — хотя бы экономии дистиллята ради.

Ну и последняя новость, за чью достоверность Принц не ручается: кажется, дырявые животины тоже могут заливаться краской.

-
— Прежде всего, позвольте напомнить вам главное: я сам могу сбежать отсюда в любой момент, — ишь, лыбится, урод. – Ящер, как вы можно легко заметить, в данный момент особой прыти не проявляет и даже в случае возвращения в яростное состояние, целью его поползновений очевидным образом станете вы.

В качестве ответа Защитница демонстративно возвела очи горе, а спустя секунд тридцать — вновь вернул взгляд на явно заимевшего некий план пустого.

— К сожалению, ваш любимый – в конце концов, чего сейчас-то скрывать — Принц банально не имеет права на свершение этого в высшей степени рационального деяния в силу принятой от вас присяги,- упивается. Наслаждается беспомощностью. Мерзавец. – Тем не менее, вы и сами должны понимать: единственный путь из сего неприглядного положения лежит в плоскости оставления вами основного желания и полноценного приобщения к командной работе.

Пауза. Ответа ждет.

— Да что ты знаешь о моих желаниях? – резко бросила, разумеется, крайне недовольная ситуацией Диана. Увы, больше сказать, в общем-то, нечего.

Жеребец открыл рот. Закрыл. Еще немного подумал и произнес:

— Короче, работать будем?

Кобылка оценила это решение перестать нагнетать обстановку и, скрепя сердцем, ответила взаимностью:

— Ладно. Объясняй.

Облегченный выдох – и елки-палки длиннющая тирада о всякой хрени с «противовесами» и «традиционными вариантами грузоподъёмных механизмов». Вот прям заняться ей больше нечем, помимо попыток разобраться в вовсе чуждой Высшей Расе ерунде, существующей исключительно в силу ущербности не имеющих даже крыльев пустых.

Оное возмущение, конечно же, не замедлило выплеснуться. Очередной пучок проведенных в неловкой тишине минут, обмен нескрываемым презрением, а под конец – неожиданное вручение ученице Кризалис ни много ни мало, а драгоценного кристалла с наказом «просверлить в стене, вот тут, дырочку, аккуратненько».

Не передать, насколько восхитительное, пьянящее ощущение захватило изгнанницу в момент касания к маслянистой поверхности – все драконы, демоны и Принцы мира не стоили и чешуйки с её крыла, а уж про зароившиеся в голове образы с коленопреклонённой Королевой и говорить-то нечего. К счастью, наличие в непосредственной близости вполне живого, а не иллюзорного пламенного губителя подействовало на нее отрезвляюще – благо сладостный камешек уже однажды подвел излишне понадеявшуюся на него Наследницу, что чуть не стоило последней крайне мучительной смерти.

И тем не менее, выданная былой начальнице гарнизона мощь намного превышала и самые смелые мечты. Управлять таким богатством тяжело, а потому первое «глухое отверстие» ослепительно зеленый луч разнес в щепки и крошку. Второе постигла схожая участь. Пришлось сделать небольшой перерыв на калибровку собственных возможностей и третья попытка принесла-таки искомые плоды – только для того, чтобы с трудом удерживающуюся от воплощения сердечных чаяний кобылку перенаправили с той же задачей на противоположную часть отнорка.

Забавно: такая сила, а вместо завоевания мира используется на всякую ерунду.

Вторая стена также пришла в удовлетворяющее идиота состояние, за каковым свершением последовала не слишком-то вежливая конфискация сокровища. Представительница Народа не сопротивлялась: с драконом прямо под ними ясный ум ценнее неизвестной надежности дурманящей магической подпитки.

Путем хитрых манипуляций Принц собрал из сложенных в сумке жердей шест для копья и, немного попыхтев, жестко установил его двумя концами в сделанных ею дырах.

А потом вдруг начал раздеваться. Какая радость.

Да еще и требовать с нее какой-то «крепеж».

— Стоп, — подняла ногу чувствующая легкую слабость и головокружение кобылка. – Тебе нужна веревка? Воспользоваться чем меня связывал фетишизм не позволяет?

— Короткая, будет в качестве собственно люльки, — раздраженно поморщился всё это время задвигавший чего-то заумное выродок. – Предвосхищая следующий тупой и уже отвеченный вопрос: вам туда лететь нельзя – почуять может. Поэтому хватит кочевряжится – раздевайтесь. Доспехом закре…

— Облизнешься, — скакнуло в затуманенное сознание внезапная идея. – И собственными костями светить не надо – ослепну же. Будет тебе «гибкий элемент» — закачаешься. Отвернись.

Пропитанный глубинным недоверием взгляд встретившегося с новыми воротами барана.

— Помнишь такое очень гладкое, прочное и со всех сторон отличное вещество – из него занавески в своей комнате сделал? — искорка понимания. – Ну вот, сейчас получишь такого же. Разве что лучше: не каждый день подобным занимаются Защитницы Короны.

Стоит. Смотрит. Когда успел настолько отупеть?

— Эммм, позвольте уточнить, — прикусил осел губу. — Правильно ли понял: вы, как вероятно и любой другой представитель вашего народа, способны производить называемый мной «зеленой тканью» материал, используя при этом лишь собственное тело?

— Да! – кобылку с чего-то охватили нехорошие предчувствия. — И именно этим я и займусь – только кончай уже пялится и дай даме немного рабочего пространства, – ну вот и мигрень подоспела. Вовремя однако.

— А можно мне всё-таки посмотреть? – вдруг просящим тоном выдал безмозглый недопонь. – Уж больно интригующе.

Тут уж и комментировать ничего не понадобилось: леди хватило одного взгляда, чтобы надоеда наконец заткнулся, вздохнул и отошел в противоположную часть пещерки, уставившись в стену. Но ведь наверняка подглядывать…всё, долой смущение: не ей и не перед ним стесняться сих совершенно естественных процессов – одного из множества ярких отличий, поднимающих Народ над всей этой условно разумной пищей.

-
Дорогой дневник, спешу порадовать: затраченные на инженерное обучение годы не прошли даром и ныне твой благословенный создатель смог одарить вселенную сделанной из подручных материалов простейшей лебедкой, заодно и открыв очередную интереснейшую подробность бытия чейнджлингов.

Барабанная дробь.

Зеленая ткань — их физиологические выделения. Вроде паутины у пауков.

Чуть себе копыто от досады не откусил при мысли о том, что какие-то жалкие месяцы назад Диана была целиком и полностью в моей власти – и я этим, елки палки, не воспользовался! Проклятье, если бы Принц тогда меньше думал о всякой эмоциональной хрени и капельку бы мыслительных мощностей определил на познание…

Спокойствие, только спокойствие.

Нет ну всё-таки: откуда она хотя бы это выводит? Из чего? Отхаркивает? Через поры на коже? Да не, ерунда – зуб даю: для того им и нужны дыры! Сок, ну предыдущая, жидкая итерация, скапливается по периметру отверстия и потихоньку просачивается наружу, под воздействием воздуха сгущаясь и преобразуясь…

Хватит. Без конкретного наблюдения за процессом строить теории бессмысленно – с тем же успехом они получают продукт особой перевертышной магией, например, заставляют свои вибриссы резко увеличиваться в размерах и отваливаться по достижении определенной длины. Сопровождавшие процесс звуки, благо закрытия ушей договоренность не предполагала, конечно также не лишены информативности, однако формирование на сей шаткой основе гипотез тоже рациональным не выглядит.

В общем, как обычно: вскрытие покажет.

Так, теперь о не столь животрепещущем, зато более адекватном положению.

По результатам моего «полета» выявлено следующее: цветы на дне пещеры венчиком похожи на тюльпаны, имеют ярко-алую раскраску и распространяют примечательно сильный аромат, обладающий успокоительным эффектом, достаточным для усыпления дракона, почуявшего смертельного врага всего своего вида.

Бред.

Но другого объяснения не вижу.

Звероящер несколько раз уходил из залы, затем снова обнаруживал дырявую – её начинало жечь – и с рыком возвращался. Дабы вновь, едва осмотрев помещение, улечься на пол и вздремнуть – зуд естественно гас.

Чутье на чейнджлингов основано на обонянии? Или опять-таки всё упирается в эмоции?

До высоко сидящих нас запах не доходит из-за множества небольших явно искусственного происхождения отверстий в дальней стене. Кстати, по пути заметил вот-вот готовую отказать ирригационную систему – видимо частично естественный трубопровод банально засорился и совсем скоро тонкий ручеек живительной влаги окончательно иссякнет, ознаменовав кончину прелестного цветника.

К счастью, не наша проблема.

План созрел, пора осуществлять – только проведу последний тест.

Дитя Города поставил точку и глянул в сторону с каждым разговором становящегося всё более привлекательным объектом изучения. Перевертыш сидел в углу, обхватив себя передними копытами и пытаясь унять дрожь. Гребни обвисли, вся грязная, доспехи набекрень – в общем, ей определенно стоит помочь успокоиться. Да и вообще, в топку научную этику — всё стало слишком интересно.

-
Защитницы дала себе по лицу копытом, чуть не порезавшись о разболтавшееся в перипетиях последних часов выкидное лезвие. И тут же снова не стерпела и будто последняя влюбленная дура со смесью надежды и ужаса глянула вниз.

Никого.

Слегка прочистившееся после воспитательной меры сознание немедленно разродилось очередной порцией панических измышлений стиля «а если он сбежит?».

Чего спрашивать-то? Выбора-то особого не наблюдается: один на один с тварью у Дианы шанса нет по определению.

Как же мерзко – надеяться на кого-то.

Более того – зависеть.

Кобылка опять просунула голову в дыру.

Не видно. Где эта проклятая куча шрамов?

Жжение. Дракон возвращается.

— Эррагв! – клинки заплясали по стенам, тупясь и вышибая искры.

Буйство продолжалось недолго – всё же благосклонность самой Кризалис не обретается благодаря лишь случаю – однако сам факт подобного позорного поведения никак Наследницу не красит.

Она на пределе. Скоро изо рта пойдет пена, а конечности вовсе откажут мозгу в подчинении. А дальше?

Ее бросят за полнейшей бесполезностью.

Так может не стоит ждать неизбежного и хотя бы перед смертью исполнить волю Королевы?

Идея упала на благодатную почву. Потихоньку распадающийся разум резко заострился и даже начал просчитывать, что выгоднее: просто обрубить на нужной высоте веревку, остановить подъем точно в момент соответствия «люльки» драконьей морде или таки опуститься до более прямой конфронтации и разрешить дело достойно Защитницы Короны: ногами, рогом и лезвиями?

Кобылка облизнулась, представив стекающую у нее по лицу и броне горячую кровь, хлещущую из распоротого горла так долго измывавшегося над ней врага – и решение стало очевидным. По крайней мере на прощанье изгнанница сполна насладится болью и смертью обрекшего её на погибель ублюдка, а там, подкрепившись, можно будет банально подгадать время и рвануть наружу с кристаллом на перевес.

Лебедка тихонько звякнула — будто сама судьба одобрила засверкавший в измученном сознании план. Подъем в кои-то веки не казался позорным и тяжким. Эксплуатирующий изгнанницу подобно последней работнице жеребец буквально взлетел в их закуток – одинокий, безоружный, опутанный для безопасности веревками и никак не ожидающий от сломленной рабыни сопротивления…

Внезапно, цветы.

Прям в нос.

Целый букет.

Чего?

— Мог бы уж и поприличней дать, — ни с того ни с сего выдала истерзанная леди. – На колени хотя бы встал, а то суешь, будто корове какой…

К счастью, мозг таки оправился и вернулся в свои права, не только отдав команду немедля закрыть рот, но и вспомнив о будоражащем воображение плане. Вот только поздно: подонок успел выпутаться и теперь с легким недоумением и нескрываемым интересом смотрел на нее с противоположного конца дыры. Защитница замешкалась.

— Пардон, — прервал жеребец еще спустя полминуты неловкую тишину, обходя отверстие. – Сейчас исправим.

На самом деле встал перед ней в позу принца, протягивая свободной конечностью новый пучок тюльпанов. Тут бы его и по горлу…однако от удивления Диана взяла. Полной грудью вдохнула аромат. Аж закачалась. Мир без предупреждения стал выглядеть куда порядочнее и доброжелательнее.

— С головой меня цветами забросать собрался? – кивнула против воли расслабившаяся кобылка на напичканные алыми венчиками сумки пустого.

— Если придется, — с непонятной интонацией лаконично отозвался тот, доставая следующий букетик.

Защитница уже с готовностью приняла его, зажмурилась и зарылась лицом в восхитительный дар природы. Оторвавшись же от него и встретившись взглядом с чего-то настороженно ожидающем от нее кавалером, кобылка расплылась в счастливой улыбке – настолько тепло и приятно стало измученной всем этим драконом, походом, выродком, изгнанием и вообще бытием душе. Даже вдруг появилась крошечная толика благодарности, к счастью мгновенно погасшая: она и в страшном сне ЕМУ спасибо не скажет – не после того, во что проклятый убийца превратил её жизнь.

Да и вообще: низшие должны славить Народ за одно только принятие последним их подношений и оставление в живых.

Еда ходячая.

Защитница сделала новый глубокий вдох. Запах живо напомнил все те чудесные вечера, кои Королева позволяла сироте проводить рядом с ней. Ощутив слабость в ногах, присела. Затем легла, ни на секунду не переставая дышать источаемым чудесным растением раем.

Вселенная в кои-то веки выглядела радостным местом.

Вопреки собственным ожиданиям, задремать, несмотря на всю внезапную комфортность голого камня, не вышло. Пожалуй, оно к лучшему – во сне бы она не смогла должным образом прочувствовать и насладиться упавшим на нее счастьем.

Изгнанница никогда бы не подумала, насколько сладка бывает тишина.

Возможно, в итоге Диана таки немного соснула. Во всяком случае, на момент поднятия век она чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Эйфория немного пригасла, превратившись из бурного водопада в спокойное величавое озеро. Наследница встала, протерла глаза, пошевелила чуточку затекшей шеей и наклонилась, дабы понюхать свою драгоценную подушку, быстро впрочем поняв отсутствие в том нужды – вся пещерка успела насквозь пропитаться великолепным ароматом.

Откуда-то накатило желание поговорить:

— Чего мы ждем? — сидящий в противоположном конце крохотного помещения жеребец дернулся.

— Когда дракон уйдет, — слова из-под мокрой повязки звучат капельку глуховато. – План составлен, заряды положены, семена и целые особи чудного растения взяты — будьте готовы. Насколько возможно.

Непонятно к чему относящееся хмыканье.

В общем, начало положено.

— Скажи-ка, перед тем как я заснула. Ну, то есть тогда, – пауза, подбор слов. — Меня укачивали и…

Он удивленно на нее взглянул и поморщился:

— Давайте без скандала – займемся сим увлекательным занятием по прибытии в безопасность.

— Речь не о том, хотя мне, разумеется, не нравится подобное отношение, – на всякий случай не преминула уточнить леди. – Песня. О чем она?

— Которая? Успел перебрать несколько, пока вы не заснули, – уже спокойней отозвался Принц. – Последней стала «Баллада о граде Единого».

— Это в ней речь шла о саде, встрече, яркой звезде? – на всякий случай уточнила кобылка.

— Да – а что? – с легкой степенью заинтересованности в голосе ответил вопросом жеребец.

— Помню её с детства, – неожиданно для себя призналась Защитница и столь же неосторожно продолжила. – Поется со времен аж до Принятия, когда Народ еще верил в Вечный Дом. Сейчас, конечно, эта глупость никому не интересна, а сама колыбельная осталась.

— Забавно, — фыркнул земной пони. — У нас данный памятник древности также зело популярен – при, вероятно, той же степени непонимания его сути.

— Но ты, разумеется, не такой и всё о ней знаешь? – подковырнула неестественно благодушная пленница аромата.

— Знаю достаточно, – качнул собеседник головой. – Вы прослушали переработанные в стихотворную форму видения города, открывающего свои ворота перед достойными по окончании ими земного существования.

— И мой любимый господин в это верит? — зевок.

— Конкретно в песню, не очень, – он приподнялся и глянул вниз. – Какой смысл в золотых стенах, саде, прозрачных дверях и странных зверях? По-моему, идеальное существование должно выглядеть иначе.

— Как же? – Диана снова легла.

— Ну… – «демон Кладбища» надолго задумался. — Крылья и рога всем даром, бесконечное количество шоколада, а также кошек, пушистых, воспитанных, шелковистых.

— Больше-то ничего не надо для счастья? – усмехнулась ученица Королевы, лежа с закрытыми глазами.

— Нет, конечно. Однако было бы неплохо, – зубовный скрежет от подавленной зевоты. – Так или иначе, не сомневаюсь: дар Вседержителя будет ничуть не менее великолепен, нежели Его творения.

— Тебе просто лень подумать, – вновь впадая в дремоту, заявила воспитанница Кризалис.

— Откровенно говоря, данный вопрос не то чтобы очень интересен – не столько же ради награды служу, хотя естественно Бездны изо всех сил хотелось бы избежать, сколько за уже подаренное сему скромному отпрыску безвестных родителей, — небольшая пауза. – Кодекс. Познание добра и зла. Ориентир в океане неопределенности и опора для мнения о самом наличии выбора. Вера в существование Высшего Блага, Абсолютного Порядка. Смысл и оправдание бытия, — опять молчание. – Да и просто хочется сделать приятное тому, кто столько всего совершил и стольким пожертвовал ради неблагодарного творения. В общем, Слово даровало мне Истину и она сделала меня свободным.

— От чего? – стоя на краю сна, бросила последний камешек раздумий дама.

— В первую очередь от убеждения, будто я сам по себе знаю что такое «правильно», — тихий смешок. – Во всяком случае, на то надеюсь. Каноничный же ответ значительно более сложен, многообразен и включает в себя такие тезисы как разрушение стягивающих всех нас и тянущих к погибели уз греха, снятие видом собственного величия бремени суетности, удаление обещанием вечности страха смерти, избавление от дамоклова меча Совершенной Справедливости…

О лучшем снотворном и мечтать нельзя.

-
Дрыхнет. И это еще даже до объяснения, почему воплощенное Правосудие вынуждено идти на такие ухищрения ради прощения – такая ведь клевая кстати концепция.

Может оскорбиться?

А толку?

Да и неохота – слишком уж благодушно и спокойно на душе.

Соснуть или не соснуть, вот в чем вопрос.

Ой, разумеется второе.

Впрочем, глянем в дыру, увидим спящую ящерицу и пожалуй…

Фер!

Уходит.

Прямо сейчас. В эту, елы-палы, секунду.

Тело будто ватное.

О Пламень…ЗАПАХ! Идиот.

На повязочку понадеялся.

Спокойно, предусмотрено.

Бутылочка. Маленькая. Красненькая.

Дрожащее копыто с трудом поднесло копыто к губам.

Глоток. Обжигает.

Полегчало. Только слегка дурно.

Теперь дырявая.

Земной пони прыжком встал на ноги и рванул к подчиненной. Затряс ее.

Лишенные зрачков глаза приоткрылись. Принц без промедленья поднес ей к губам склянку с зельем.

Неловкое движение.

Всё содержимое булькнуло в горле порождения Леса.

ФФфер.

В общем, последовавшие за тем минуты имеют все шансы стать самыми хаотичными во всей принцевой жизни. Чудище очухалось в мгновение ока, а в следующее – вовсе перешло на следующую стадию бытия, естественным образом немедленно вывалившись из пещерки и утянув успевшего ухватиться за нее руководителя за собой. Самодельная лебедка взревела и развалилась на составные части, заодно предоставив жеребцу достойную его коня уздечку.

К сожалению, перфорированный представитель старшего поколения даже не заметил наброшенной подобно сети люльки, без малейшего замедления или маршрутополагания несясь вперед.

— Осторожнее! – земного пони знатно хрястнули об останки ирригационного столба.

Чрезмерно возбужденный чейнджлинг не обратил на чуть не стоившее ей головы столкновение никакого внимания и стремительно двигался навстречу новому.

— Не туда! – бессмысленно. Не слышит. Придется физически.

Жеребец уперся в землю копытами и будто в далеком-далеком обучательно-состязательном детстве со всей силы попытался потянуть на себя…не успел. Веревка слишком коротка. Нет, крылатую дернуло назад – вот только разменом за то стал явственный хруст в позвоночнике тормоза. Причем подчиненная напрочь проигнорировала начальственную жертву, немедленно вскочив на ноги и бросившись в другую сторону.

Повтор. Очень болезненный.

И еще раз – дитя Города не устоял и опять оказался на положении волокуши. Слава Единому, хотя бы направление теперь правильное. Дрожащие копыта вставили укороченный вчетверо фитиль в рот — к заранее сунутому туда и чуть не проглоченному в процессе бешеной скачки зажигателю. Обжегший нёбо щелчок, отчаянный бросок и разнесший по зале яростный рёв возвращающегося монстра.

Грохот и летящие каменные осколки. Небось скакунью знатно посекло.

Взрыв всего один.

Фер.

По преодолении очередного желоба Принц извернулся и вскочил на ноги.

Да благословенен Владыка Воинств – пусть вентиляционная решетка стоит, но едва-едва. Плохая новость: козырек, зараза, сыпется. Только бы успеть.

Губы сами собой забормотали молитву, меж тем ноги заработали на всю мощь. В итоге беглецы выровнялись, однако узость прохода не дала им обоим одновременно покинуть обреченный цветник. Секунда промедленья стоила изгнаннику прилетевшего в плечо камня, развернувшего его на полборота назад – идеально, чтобы заметить исторгнутый преследователем длинный язык пламени.

Подрывник пробкой вылетел на опоясывающий гору небольшой карниз – за считанные мгновения до того, как огонь коснулся окружавшего последнюю гранату «сырец»…

-
Жива. Жива. Жива. Жива.

Диана подобно безбашенному жеребенку радостно отплясывала на уступе, не обращая внимания на отсекший их от проклятого чудовища обвал и всё никак не находя сил поверить в собственный счастливый побег.

Причем чувствовала себя при этом минимум на миллион — ни усталости, ни боли, разве что уши слегка заложило от взрыва. Ну и кучка порезов. Не важно.

ЖИВА!

Кобылка звонко рассмеялась и пустила в небеса зеленую вспышку. Ей сейчас море по колено.

Тут продолжающееся неизвестно сколько веселье прервали.

— АУУУУ! – поскакал по горам знакомый голос, аж перекрыв грохот до сих пор падающих за стеной камней. — Вы не могли бы помочь? А то вишу, понимаете ли, над пропастью…

Это ОН!

Изгнанница танцевальным шагом приблизилась к краю и перегнулась через него.

Точно. Висит. Держится за частично вывороченное деревце.

Защитница засмеялась еще радостнее.

— А дракона-то и нет уже, –заметила ученица Кризалис, кокетливо подмигивая.

— Знаю, – как-то слишком уж ровно отозвался урод.

В одурманенной голове зашевелилось некое расплывчатое подозрение.

Но всё же настолько хорошо.

Сейчас изгнанница убьет его. Вернется домой. Будет счастлива.

Новый взрыв смеха.

— Будет последнее слово? – решила на прощание проявить благородство Наследница.

Принц посмотрел на нее. Спокойно так.

Улыбнулся:

— А то!

Диана начала стремительно трезветь.

— Поехали! – идиот резко оттолкнулся от склона.

Связывавшая их веревка натянулась и сдернула не успевшую ничего понять кобылку с обрыва.

Мамочки.

А они оказывается очень, очень высоко.

Хлестнувший в лицо воздух выбил из головы всю дурь и представительница Народа неожиданно обнаружила на своих крыльях какую-то не дающую им раскрыться сеть. Едва же она успела это осознать, как на несчастную узницу чужого безумия рухнула новая напасть – вернее старая. Главная. Единственная. Источник всех прочих.

— УР-РОД! – Защитница отчаянно забилась в объятиях пустого пони. – Отпусти меня! Ты убьешь нас обоих!

— В ТОЧКУ! – с безумной радостью заорал придурок ей в ухо, перекрывая свист. – Дергай ручку!

— Что!? – хвост захлестал демона по морде.

— На спине! Ручка! – жеребец чуть ли не обвился вокруг нее и выгнулся. Действительно, ручка.

Кобылка дотянулась до нее зубами и резко потянула на себя.

Громкий хлопок.

Рывок.

Тошнотворный хруст.

Хватка ослабла, а в высоте над ними появилась какая-то простыня.

— Лети к лесу – сквозь зубы простонал Принц, освобождая крылья и повисая на кобылке мертвым грузом.

Белая полетная хрень держалась совсем недолго, спустя считанные минуты выгнувшись и вернув пару в свободное падение — но кроны деревьев успели заметно приблизиться.

Тем не менее, спуск вышел крайне болезненным.

-
Ах, сколь чудесная, возвышенная картина предстала перед глазами.

Прекрасное летнее утро. Роса. Зеленая трава. Шикарная листва. Пение птиц.

Я лежу под раскидистым деревом, а в моих объятиях покоится она.

Вокруг рассыпаны алые цветы и налетевший ветерок нет-нет, да и снимет еще парочку застрявших в ветвях лепестков.

А уж насколько романтично мы забрызганы кровью…



О, Надзирающий, до чего же больно.

Дырявое чудище до сих пор не проснулась, а когда очнется их перфорированность наверняка ожидает дикая головная боль и слабость – вылакать целый флакон возбудителя да еще и сразу из химически вызванного расслабления. Слава Единому, что она вообще жива.

Возможно, ненадолго.

Ну хоть какие-то приятные новости.

Помимо полученных в пещере повреждений, на нас образовалось куча новых мелких и не очень ран. У нее — в основном от дерева, к счастью ничего смертельного. Так, во всяком случае, выглядит. А вот у меня…

Ладно, самого страшного удалось избежать: задние ноги до сих пор ощущаются. И терзающие меня муки в данном разрезе даже в некотором смысле радуют. Хребет ноет просто неимоверно, а плечо вторит – камешек попал зело метко. Зубы не целиком пережили общение с фауной. Плюсом ко всему, раны на морде вроде бы воспалились.

Медикаментов почти нет – флаконы истрачены, побились или потерялись. Лишь кучка экстренных колб из неприкосновенного сохранилась. Увы, придется их использовать.

Быть может Создатель, по всевеликой милости своей, позволит дойти – в конце концов, будет банально обидно сдохнуть от ран после такого-то яркого побега.

Сказано – сделано и пролившаяся в пасть рубиновая жидкость резко преобразовала мир в нечто несравненно более радостное, заодно сократив ожидаемую максимальную продолжительность жизни на пару месяцев. По крайней мере, получилась свалить с себя успевшую слегка его обслюнявить Диану и встать на ноги.

Вопреки собственным же ожиданиям, первое, чем занялся избитый и измученный жеребец – это сбором и упаковкой еще живых цветов, а какие бесполезно спасать — посадил. Скорее всего, не приживутся, однако и такой шанс лучше, нежели пустота. Видать земнопонность проявляется.

Ну и естественно данное великое мероприятие нельзя не отметить второй дозой – задолго до рекомендованного времени. Прощай годик.

Боль растворилась, инвентарь собран, осталось дождаться очухивания клыкастой обузы. Оставим пока наследие потокам.

О возлюбленные мои читатели, ваш одухотворенный автор внезапно жив. Пока. Дам некоторые пояснения о произошедшем.

Итак, приютившая нас пещера посредством кристалла и рогокрыла обзавелась сделанной из моего копейного древка, частей доспеха, веревки и зеленки примитивнейшей лебедкой на монстрячьей тяге. Агрегат позволил вашему покорному слуге вдоволь полетать с целью разведки местности – куда более очевидный вариант использования для того же подчиненной выглядел нерациональным по целому ряду причин, включая её трусость и, предположительно, недостаточное образование.

Нет смысла описывать проваленный план. Скажу главное: виноват Принц – о чем я вообще думал, заваливая рабочую лошадку предположительно усыпляющими цветами? Любопытство рано или поздно меня убьёт, может и не раз.

В общем, оба заснули, а впоследствии воспользовались в принципе невосполнимым в силу моих скромных познаний городским возбудителем, слегка тронулись и всё завалили. С другой стороны, случившийся вариант с заваливанием за собой прохода сыграл даже лучше изначального – если конечно не считать нашего падения с площадки за решеткой. Коли не следующий, позволивший нам перевести дух и подготовить экспериментальную систему экстренного спуска, утес – вы бы сие больше не читали. Кстати, простынку надо доработать: чуть спину не сломала, да еще и держалась очень недолго.

В итоге, подлинно спасительной стала не гениальность пишущего, а банальная крылатость мешающей.

О, героиня, наконец, просыпается.

Пора двигаться.

-
Зебра тяжело вздохнула и рывком встала из-за стола – кто бы её не посетил, а подобный стук явно свидетельствует о немалой нужде.

В целом, нельзя сказать, будто она разочаровалась: стоявший на пороге странный знакомый – тот самый жеребец в куртке и с маской – определенно выглядел достойным отрыва от любезного глазу и желудку обеда.

— Госпожа Зекора, я снова нуждаюсь в ваших талантах, – вопреки обыкновению, без предисловий начал таинственный бродяга.

Хозяйка хижины мигнула, закрыла рот, поспешно освободила проход и махнула копытом, приглашая израненного бедолагу внутрь.

— Вот только я не один, — не торопился гость входить. – Пожалуйста, не бойтесь: моя…спутница не будет нападать на вас…

Помянутая «спутница» неспешно выдвинулась из-за земного пони.

-…и ей тоже требуется ваша помощь.

Уроженка далеких земель с немалым трудом превозмогла желание немедленно захлопнуть и забаррикадировать дверь. Прокрутила в голове разные варианты развития событий. И всё-таки повторила предыдущий жест.

Полтора часа спустя дырявое создание уже лежало на кровати для пациентов. Его раны промыты, обеззаражены, перевязаны, а также в него влили целый графин зелья для очищения организма. Короче, с ней всё будет в порядке – о каковой «радости» зебра не замедлила сообщить мирно просидевшему всё это время на грани обморока жеребцу, не забыв, разумеется, присовокупить благодарность за предоставление столь редкого и интересного больного.

— Слава Единому, – с облегчением выдохнул несчастный безумец. – А то уж думал пора готовиться к похоронам – настолько смирной и покорной её в жизни не видал.

Зекора понимающе покивала и мягко, но настойчиво повела чуть живого пони к столу. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, кому тут на самом деле нужна помощь – и если бы таинственный иноземец так не настаивал на первоочередном осмотре перевертыша…не важно. На сей раз работа затянулась до ночи. Хорошо хоть припарки необходимо подогревать, а то совестливая, не бросающая дела на половине полосатая кобыла так бы и не поела.

Причем это только начало: горный обитатель по факту представлял из себя говорящий труп, передвигающийся исключительно за счет вливания в себя неожиданно эффективных зелий – она аж испытала небольшой приступ профессиональной зависти и выпросила предпоследнюю целую бутылочку на исследование. Увы, чудные составы предназначены исключительно для поддержания видимости жизни, а никак не для лечения. Да и будь иначе без постельного режима и ухода всё равно вряд ли бы удалось обойтись – кои, к счастью для иноземца, хозяйка лесного домика была в состоянии предоставить.

Вопреки здравому смыслу, вынужденный гость показал совершенно неуместное в его положении упрямство, напрочь отказавшись от, по собственным же жеребцовым словам, щедрейшего предложения, обосновав данную феерическую глупость каким-то долгом, фортом, грибами, а в качестве вишенки – еще и «цветы надо посадить, а то погибнут». Как ни забавно, а столь яркая пылкая и выглядящая подозрительно искренней приверженность защите жизни, в том числе растительной, Зекору умилила и растрогала, заставив в противоречие собственной традиции опуститься сперва до уговоров, а затем – и к раскопкам истинной (вернее, главной) причины столь нерационального поведения.

Оказывается, последняя всё это время дрыхла за занавесочкой.

— К сожалению, не вижу сейчас возможности во всей полноте объяснить связывающие нас узы, — чуть заплетающимся от обильных возлияний языком лепетал не способный из-за своих снадобий заснуть земной пони. – Скажу лишь, что имеет место нечто вроде взаимно обусловленного добровольного рабства, построенного на глубокой ненависти и сердечной жажде выполнить возложенное на меня свыше обязательство. Это существо отнюдь не желает мне добра. Напротив: с самой нашей встречи всеми силами пыталась оборвать мою жизнь и если я воспользуюсь вашим великолепным предложением, то вы также имеете шанс пострадать при следующей атаке драгоценного чудища. И у несчастного изгнанника банально нет способа удержать чудовище на расстоянии от хижины в течении столь продолжительного времени,– усталый вздох, облизывание пересохших губ и извиняющаяся улыбка. – К тому же тюльпаны на самом деле необходимо посадить.

Чувствующая себя таки нарывшем сокровище кладоискателем зебра широко зевнула и успокаивающе похлопала пациента по плечу. Удивительно, из чего только пони не способны раздуть космического масштаба проблемы. По губам даже пробежалась улыбка – благо решение данной мелочи очень иронично накладывалось на описанные несчастным узником слова «узы».

-
Диана так и застыла с открытым ртом и перекошенным от негодования лицом, сверля исполненным ненависти взглядом закрывшуюся прямо посередь её отповеди дверь. Казалось, будто кипящая в ней злоба вот-вот прорвет наложенные на всё тело швы и выплеснется наружу, сметя долбанную хижину-дерево с лица земли заодно со всем лесом.

Передняя нога поднялась, дабы пнуть преграду и открыть обзор для прелестного зеленого луча, коий сперва перережет горло этой спесивой полосатой корове с застрявшем в животе сборником третьесортных стихов, а потом пройдется и по прямо-таки приглашающем себя убить беззащитному Принцу…

…и не смогла опуститься.

Так и застыла в высшей своей точке, будто перед ней выросла невидимая стена.

Никак не ожидавшая подобного кобылка не удержала равновесия и отступила на пару шагов назад. Чтобы в следующую же секунду обнаружить невосстановимость прежних позиций. Ученицу Королевы не пускало. Причем не как с теми кобылами, когда по крайней мере имелась возможность сравнить препятствие с желе, а вообще без малейшей зацепки. Просто ни одна частица изгнанницы не могла приблизиться к домику. Только отдалиться.

Проклятье, голову — и ту не наклонить для выстрела!

Ладно, а если вжать…да в топку! Что толку-то? Если и прожжет дверь, то на второй сил не хватит – и уж хозяйка-то определенно не дура в смысле защиты, бо в лесу проживает.

Нет, ну естественно Защитница Короны не боится какой-то уродины и, разумеется, легко одержит над ней верх – когда выздоровеет. Всё же буквально позавчера чуть до смерти не отравили.

В общем, ваша взяла – на сей раз. Она уйдет. Аж цветочки посадит – чего не сделаешь во вред огнедышащим тварям. Ха, да Диана собственную цель расцеловать готова, если от этого пострадает хоть один дракон!

М-да. Не самой радужный мысленный образ. До подобных крайностей лучше не опускаться.

И уж не сомневайтесь: за отягощающий ей шею раззолоченный ошейник дитя Народа вам всем лично глотки перегрызет – в своё время.

-
Драгоценный кусок прессованной древесины, ты не поверишь, но я до сих пор жив — спасибо проживающему в живом дереве полосатому чуду.

По порядку. Мое и без того очевидно не лучшее положение по осуществлению профессиональной диагностики обернулось натуральными предгробовыми схватками. Во всяком случае, именно в таком виде представила дело более квалифицированная южная дама. Обильные внутренние повреждения, трещина в позвонке, обширное воспаление, куда-то спрятавшийся болевой шок и знатнейшее отравление – короче, богатый и разнохарактерный выбор причин для оставления юдоли скорби, даже поодиночке требовавших немедленной госпитализации.

При этом едва ноги волочившая подчиненная отделалась несравненно легче: кучка царапин, легкая сотрясение мозга и небольшая интоксикация – работы меньше, чем на день.

На лицо конфликт интересов. Точнее, его крайнее обострение в силу подзуживания дырявой стороне противостояния самой вселенной. И тут замечательная хозяйка в очередной раз доказала свое прибытие из страны сказок, за жалкие минуты решив казалось бы неразрешимое – конкретно взяла и надела на спящую под зельями Диану некое богато украшенное золотое ожерелье вроде собственных колец.

В результате, стоило только завершиться её курсу лечения, как их перфорированность, с диким ропотом и возмущением, но отправилась-таки сажать цветы. Естественно немедленно приставший к благодетельнице с расспросами о магическом рабском ошейнике земной пони получил лишь уклончивое «кому рабский ошейник, а кому свадебный обруч». Ну и пахнувший ностальгией вздох. Слава Спасителю, хватило такта дальше не копать.

Тем паче, что обо всем остальном приютившая изгнанника зебра болтает без малейшего смущения, да и вообще ведет себя почти соответственно высочайшим городским стандартам гостеприимства: у нас аж появилось нечто вроде ежеутреннего ритуала вокруг вопроса о причинах моей, мягко говоря, странной заботе о жаждущей уничтожить спасителя синеглазой особы. Пока удается отбрыкиваться традиционным «долгом» — сцепить и удержать в голове полноценное объяснение просто нету сил.

Причем, по словам медика, данное самочувствие является лишь началом трудного и зело болезненного процесса «быстрого» лечения. Когда только пришел сюда, чувствовал себя разбитым. Сейчас – перемолотым. В общем, ближайшее будущее обещает мне интереснейшие ощущения стиля сваривания живьем.

Короче, так надо.

Только бы присягнувшая за время отсутствия надзора ничего не сотворила.

-
Дорогой дневник, всё путем.

Записи пока будут короткие – не хочу тратить бумагу из-за неровного нынче подчерка.

Врач говорит, лечусь уже скоро неделю как.

Перед глазами в основном студенистое серое марево, в коем периодически плавают галлюцинации. Одна из них никак не желает пропадать. Хомяк. К чему бы это?

-
Я поймал его!

Ну как бы, в прямом смысле.

Аж оказался за нос цапнут, стоило трясущимися копытами поднести глюк к лицу.

К счастью не до крови.

Что за бред.

Может, вообще сплю.

-
Фух, наконец-то появилась возможность общаться с потомками чем-то кроме каракуль. И вроде бы еще изображение чего-то в беспамятстве нарисовал. Щупальцеватая однако хрень.

Итак, утром их полосатость объявила о скором выздоровлении, не преминув упомянуть, сколь неожиданно успешно и стремительно прошло лечение – вестимо стоит поблагодарить родной Город. На самом деле удивительно: вчера еще вселенная меня вовсю пилила, а сегодня не более чем лобзиком дорабатывает.

Соответственно ожиданиям, спасший вашего любимого автора лекарь неизменно уходит от каких-либо разговоров о награде. Проведенные же с ней недели до сих пор не дали мне достаточно информации о культуре зебр для самостоятельного подбора ей благодарственного подарка. Видимо действительно придется банально притащить сундук с частью драконьих сокровищ.

О помянутой выше галлюцинации. Вынужден признать: хомяк реален. Причем вопреки всякой логике, передо мной, скорее всего то же животное, что месяц назад я лично преподнес подчиненной. Вот счастливчик-то – пережил бегство от рептилии, распитие драгоценного дистиллята, падение с елки-палки целой горы и общение с деревом.

Почему он вообще за нами увязался?

Да и в принципе зверь очень-очень странный. Меня постоянно преследует ощущение осмысленности и даже заинтересованности в этих глазах-бусинках. Регулярно и подозрительно однообразно пищит. Без чьей-либо помощи достает еду. Никого не боится. Любит садиться посреди комнаты и наблюдать за чужими действиями.

Потихоньку начинаю нервничать в его присутствии.

-
Мать моя кобыла, дневник, это охренительно!

Пардон, дайте успокоится, сейчас всё расскажу.

Во-первых, выздоровел. Во-вторых, в день «выписки» мы с Зекорой естественным образом беседовали особенно много – пытался выведать, чем могу отблагодарить. Слава Пламени, беседа со всякой хрени вроде обсуждения последнего похода плавно съехала на драконов и методы борьбы с ними, а с нее…

Хочется кричать.

Как я этого не увидел?

Сходиться же! Каждая последняя деталь!

Конечно, нужна проверка.

Однако и сейчас сомнений считай нет.

Сердцем, фер, чую.

У меня снова есть цель.

Способ спасти Город.

Заодно с заданием для подчиненной.

-
…в общем, ваша перфорированность без меня тут совсем деградировала, – наконец закончил безмерно пафосную речь подонок, отпивая из фляги. – Вам определенно пора кончать с просмотром шара на рабочем месте. А то ведь напади не я, а кто более разумный – и от моего маленького кровожадного монстрика остались бы одни дыры.

Дитя Народа промолчала. Разумеется, в первую очередь ради поддержания приличествующего Защитнице Короны надменно-презрительного образа, а вовсе не из-за вставленного в рот кляпа.

— Ути-пуси, как зыркаете-то, — внезапно умилился урод. – Аж дрожь по спине пробежала. Видимо, соскучился. Готов биться об заклад – вы по мне тоже. Естественно подарков наделали, пирожков наготовили ну или еще чего славного.

Дама возвела очи горе.

— Ну а поскольку ни у меня, ни у вас нету времени на разгадывание всех заготовленных сюрпризов, земной пони будет банально кидать вас перед собой на веревочке каждый десяток шагов, — изверг уже привычным движением взвалил её на спину. – Причем начну прямо от данного наблюдательного пункта.

Жеребец плавно выгнулся и на самом деле швырнул хрупкую кобылку вперед. Ни сгруппироваться, ни хотя бы развернуться веревки не дали – хорошо хоть петля затянута не на горле, а на спине, да и вместо камня приземление пришлось на густой предгорный вереск.

— Стильно, модно, инновационно – и весело! – радостно провозгласил мучитель, вразвалочку подходя к жертве. – Подобные командные игрища на свежем и не очень воздухе безусловно многократно интереснее и полезнее для нас обоих, нежели скучное и банальное словесное раскрытие всех ожидающих меня на пути домой ловушек. Согласны?

Не имея иных путей, Диана постаралась выразить всю глубину своей ненависти взглядом.

Не проняло. Более того: нечто зело пугающее сквозило в этом совершенно расслабленном, умиротворенном выражении по большей части скрытого маской лица, а легкая доброжелательная ухмылка на губах будто бы неким таинственным образом обещала в ближайшее же время обратиться в так печально знакомую широкую улыбку.

Проклятье. Столько труда насмарку.

— Продолжим метание снаряда, — меж тем устал ждать изувер, вновь вскидывая рабыню на плечи. – Раз, два…

— МММ! – звучит жалко. — МХМММ!

— Ну вот, на самом интересно месте, — посетовал враг, спуская несчастную и принимаясь за узлы. – Сейчас развяжем ножки, вытащим кляп и продолжим путь в приятной светской беседе. Кстати, предупреждаю сразу: услышу чего-либо мне неприятное – вернемся к занятиям спортом, угу?

— Угу, — мрачно отозвалась Диана и, стоило только ему открыть ей рот, плюнула прямо в безобразную морду.

Немая пауза.

— Уязвимость условия отмечена, — отер влагу идиот. – Перефразирую: если вами будет совершено или не совершено в каком-либо виде любое противоречащее интересам Принца действие – придется заняться воспитанием. Ясно?

Кобылка нервно кивнула – обуревавшие пустого в минуты затишья, да и сейчас, чувства очевиднейшим образом намекали перевертышу на крайнюю нерациональность ёрничья.

— Помимо словесного раскрытия карт вас также ожидает увлекательная прогулка по всему форту – на поводке и передо мной. На всякий случай, — мерзавец «галантно» помог леди встать. – По окончании же данного раута моё любезное чудище ждет увлекательнейшая миссия по ту сторону леса, в полной мере использующая все присущие перевертышам противные всему доброму и светлому таланты…тьфу ты, чуть не забыл.

В шею ткнулось нечто острое. Выдержавший все попытки снять его ошейник с тихим звяком разомкнулся. Ученица Кризалис немедленно выгнулась и позволила проклятому символу собственного позора соскользнуть на землю.

– Для достижения наших современных целей сия игрушка ни к чему, благо они в полной мере соответствуют вашим интересам, — эта добродушность неким непостижимым образом звучит до дрожи пугающе. – Если же в этой милой рогатой головке появились понятно какого рода мысли про зебру, то рекомендую немедленно предать оные забвению, — леденящий душу мечтательный смешок. – Поздно.

-
Тихо, спокойно, без нервов – он никогда бы не смог сделать чего-либо подобного, тем более с по факту спасшей их кобылой. Уж представительница-то Народа и, паче того, приближенная Королевы разбирается в пони.

Не то, чтобы Принц склонен совершать, мягко говоря, неожиданные для нее деяния.

И пользоваться только ему ведомой логикой.

Да еще и улыбаться как маньяк.

Чувствуя при этом…

Стоп. Стоп, стоп, стоп, стоп.

Без паники.

Хижина на месте — сейчас она лично во всем разберется.

Глубокий вдох. Сосредоточение. Внимание.

Пусто.

Ерунда какая-то.

Диана отогнала докучающие мысли, легла на широкую ветвь, закрыла глаза и принялась за дело по-настоящему.

Радостно обжирающийся вдали медведь.

Азартно охотящаяся лисица.

Дрожащий в ужасе заяц.

Съедаемый жук.

Ни одной зебры. Вообще ничего достойного внимания. Пусто.

По телу пробежал озноб.

Ладно, отошла за травой или еще какая отмазка.

Проверим место пре…дом.

Дверь закрыта, запора нет.

Беспорядок. Пока ни о чем конкретном не говорит.

Едой никакой не пахнет, остатков нет, посуды не видно, угли давно потухли.

Ну, мало ли диета?

А объяснения маленькой луже запекшейся крови тоже будут – или таки признаем очевидное?

Значит, смог.

Забавно: почему настолько тяжело об этом думать?

Да и кто знает, что на самом деле здесь произошло?

Ага, действительно, сколько вариантов-то.

Кобылка отерла с чего-то выступивший на лбу холодный пот, заодно с удивлением констатировав преисполнение себя появившимся из ниоткуда страхом – и разочарованием.

Не важно.

Она осторожно, не желая нарушать мертвую тишину, положила ошейник на стол и покинула опустевший лесной домик.

Неужели его ненависть к драконам настолько велика?

Предстоит большая работа.

-
Цветы в порядке. Подчиненная постаралась на совесть. Им придется подождать. Всё равно сперва должны разрастись.

Пора готовить сюрпризы и надписи. Диана стало намного изобретательней. И трудолюбивей. Не стоит ожидать, чтобы в будущем она покупалась на уловки в сти..

Не важно.

Данный форт исполнил свое предназначение и больше не требуется. Обезвреженные ловушки можно использовать снова.

После доработки, естественно.

Жаль не получится проконсультироваться у Зекоры по поводу правильности надписей. Зебра уже слишком далеко. Да и вообще совесть надо иметь: итак из-за меня задержалась неимоверно.

Ничего, справлюсь.

Нужно действовать быстро – момент Истины, как и положено, подобен собственной внезапностью ночному вору.

Не могу не покаяться: я рад, что целью стала та самая шестерка. Было бы немного неудобно обойтись подобным образом с какими-нибудь ни в чем не повинными пони.

Впрочем, разве там есть кто-то невинный?

Хомяк опять здесь.

Неожиданно вездесущая зверюга.