RPWP 5: Находка Зефирки.

“Старые жильцы” от Escapist.

– Расскажи историю, тетушка ЭйБи! – просили жеребята.

– Ох, все бы вам болтовню разводить, голодранцы, – проворчала тетя ЭйБи. – Нет, чтоб пойти яблони пооколачивать.

Жеребята уселись поудобнее и приготовились слушать, потому что ясно было, что тетушка просто интересничает. На самом-то деле она никогда не отказывалась поболтать, да привычки работать просто со скуки у она не имела. А всяких баек и сказок тетя знала не меряно, еще от своей бабушки.

– Ну, какую же вам историю рассказать? – старушка сделала вид, что ее таки уломали.

Они сидели на затененной террасе у дома ЭйБи – его так и звали Эпплы: Дом ЭйБи – и пили чай. На столе стояли чашки, сто раз битый и клееный чайник, сидела залетная курица; над головами шелестел вышитый тент, сверчком сверчал ручеек внизу между камнями, и звонко хлюпало колесо тетушкиной мельницы. Погода стояла ясная аж до прозрачных небес, таких, что можно днем разглядеть звезды.

Жеребята выбрали историю по погоде:

– Страшную!

– Про монстров!

– Про привидений!

– Вы уж разберитесь, что вам надо – монстры, привидения, – опять заворчала тетушка. – У нас в Понивиле всякого добра хватает, есть и те, и другие. Откуда ж мне знать, о ком вам надо. В общем, – тут же без перехода начала ЭйБи, – торговали мы раз с сестрой на рынке, как вдруг прискакала моя подружка, Свити.

– Здравствуй, Эпплджек, – поздоровалась она. – Привет, Эпплблум! Я нашла что-то невероятное!

– Что там такое? – спросила я. Эпплджек покосилась на меня, ну как всегда, когда я собиралась куда-нибудь убежать по своим делам.

– Ну, на самом деле это Рэрити нашла, – поправилась Свити Бель. – Оказалось, что в ее бутике была лестница на чердак, и на чердаке вовсе не пусто, как мы думали. Там целый огромный склад разных древних вещей.

– Ух ты! Ты имеешь ввиду – вообще всяких вещей?

– Самых разных. Куча старинной одежды, мебель, и какие-то совсем непонятные вещицы.

– Здорово! Мы могли бы позаимствовать что-нибудь для нашего клуба, – обрадовалась я.

– Мы могли бы позаимствовать что-нибудь для хозяйства, – заметила Эпплджек – ну, она всегда думает о хозяйстве. Но я обрадовалась ее словам, потому что мне вдруг очень захотелось бежать в бутик, но я не могла оставить Эпплджек на рынке. Она совсем не умеет работать с покупателями.

В общем, я смогла ее уболтать. Мы решили, что быстренько посмотрим на богатства Рэрити, а за лотком попросили приглядеть соседей. Так мы все и оказались там, в тот день.

Не буду рассказывать, как мы дошли до бутика, и что делали в нем самом. Туда вы и сами можете сходить посмотреть. А если подниметесь на верхний этаж, то там и найдете ту самую дверцу на чердак. Теперь она всегда заперта.

Тогда же мы могли заметить, что она была заперта, и даже спрятана – прежние хозяева как закрыли ее, так и заштукатурили потолок вместе с ней заподлицо, и закрасили. Немудрено, что за все годы Рэрити ни разу не замечала ее, странней даже, как она ее в конце концов нашла. В дверь была встроена лестница; она совсем рассохлась, бледное, как кость, дерево растрескалось так, что страшно ступить. Наверху я не могла разглядеть ни лучика света: чердак казался совсем темным, как чей-нибудь открытый во сне рот, и воздух оттуда шел какой-то странный, не такой.

Мы поднялись наверх; лестница под нами скрежетала так, что я думала – не миновать нам падения. Обошлось. На чердаке и впрямь стоял мрак, Рэрити пришлось засветить рог, а сестра взяла свечку. Там было окошко, но совсем маленькое, с плотной решеткой, а стекло его покрывали какие-то засохшие ржавые пятна, вроде сухой тыквенной слизи.

Зато богатства нам открылись дивные. Нигде я не видала столько необычных вещей. Больше всего оказалось одежды, она лежала кучами под пыльными чехлами, висела на странных древних манекенах, на которых зачем-то давным-давно нарисовали глаза и рты. Рты вроде как улыбались, но от того не выглядели приятней; у прадедов был странный вкус.

Но нас со Свити не очень интересовали старые наряды с их вуалями, пелеринами и прочей лишней тканью. Мы побрели глубже, в проход, оставленный кем-то давно среди старой мебели и других вещей. Тут был очень интересный огромный дубовый шкаф, запертый, ручки на дверях накрепко скручены проволокой; какая-то штука с большим деревянным колесом грозилась нам пучками острых спиц, она опиралась на ножки, похожие на паучьи лапы. На старой тумбе со следами когтей лежала какая-то истрепанная книжка в кожаной обложке, на которой зачем-то была кьютимарка – наверное, прежний владелец пошутил. Еще мы нашли интересное большущее трюмо с разбитым зеркалом: почему-то казалось, что за дырой в зеркале ничего нет. Все было ужасно перепачкано в пыли, и едва ли там кто-то был до нас. Мы видели лишь одни следы копыт – должно быть, там проходила Рэрити, когда впервые поднялась на чердак.

Я присмотрела огромный, необычный шерстистый плащ, и хотела прихватить его с собой, но он словно уполз у меня из-под копыт. Я сразу поняла, на кого думать, и потребовала:

– Эпплджек! В хозяйстве он не нужен, и вообще, я первая заметила!

– О чем это ты? – спросила ЭйДжей откуда-то сзади. Я обернулась, и увидела сестру. Она стояла, держа подсвечник, тени дрожали на ее лице, и она смотрела на Свити Белль, которая почему-то пятилась назад и смотрела вверх. Прежде чем я поняла, в чем дело, что-то упало меж нами.

– Ай! – вскрикнул кто-то.

– Кто это? – спросила я.

– Что там у вас произошло? – спросила Рэрити.

– Уронила свечку! – откликнулась сестра.

– Ее нужно немедленно найти! – испугалась Рэрити. – Здесь столько ткани, может случиться пожар!

Сестра что-то проворчала насчет того, что впотьмах не больно чего-то найдешь. [lim]Вдруг я услышала голос Свити Белль. Он дрожал.

– Здесь есть что-то! – сказала она. Загорелся маленький синий огонек – это подошла Рэрити.

Мы вновь смогли разглядеть друг друга, и я увидела Свити. Она спряталась под трюмо и смотрела куда-то вверх. Я подняла глаза, но ничего не увидела на темном потолке. Только шевелились клочья пыльной паутины.

И вдруг эта темно-серая паутина сдвинулась и как-то потянулась к нам всей своей массой. Рэрити завизжала – ну, как она умеет, и признаться, тогда мы все не удержали голос. Я успела выдернуть из-под трюмо Свити Белль, прежде чем ЭйДжей подхватила меня и потащила к окошку, к свету. Там мы обернулись, не в силах отдышаться и унять трясущиеся ноги, и уставились в темный проход.

Сперва ничего не было. Потом оно вновь зашевелилось: будто кусок темноты отделился от прочего пространства и двинулся к нам. Бледный оконный свет отразился в каких-то огромных черных бусинах, мы увидели копошение чего-то многосуставчатого, покрытого желто-сизой грубой щетиной. Рэрити опять завопила, но теперь хоть внятно:

– Моль!

И правда, это была моль, но какая! Ни до того раза, ни после я не встречала подобной матерой тварюги, она казалась с лошадь величиной. Мы не стали проверять, что она ест, кроме одежды, и метнулись вниз; Рэрити захлопнула люк и как могла, запечатала своей единорожьей магией. Мы никак не могли успокоиться. Я думала, Свити Белль впадет в истерику от пережитого, но с ней обошлось. С Рэрити, конечно, было потруднее, сгоряча она хотела спалить весь бутик, чтоб, значит, “не выпустить зло наружу”.

А потом мы сбегали за Флаттершай, и она увела эту животину к себе. Не такая уж страшная оказалась. Кстати, она до сих пор жива, прячется на чердаке в ее коттедже. Можете как-нибудь заглянуть в гости, и, если не жаль, прихватите что-нибудь из старых шмоток – она это любит, да Флаттершай ценит благотворительность.

К концу качество сильно проседает — торопился, время кончалось.

elk: да уж, в арсенале Эпплблум достаёт историй и про привидений и страшных и про монстров из бурной молодости. Поэтому очень непривычно видеть её старой, многих, но не её. Вообще, здорово, что моль в конце концов переселили к Флаттершай. Но как она прожила на чердаке все эти годы и чем питалась?

Я не перестаю удивляться бутику “Карусель”, зачастую успешно нарушающему принципы Декартова пространства.