Автор рисунка: Stinkehund
Там. Обратно.

Внутре.

Удары склонны прочищать головы.

Долгое скольжение наконец завершилось.

Чем-то мягким.

Биг Мак с трудом сконцентрировался.

Что-то пушистое и влажное…

Сердце пропустило удар.

Тихо. Это совсем не обязательно то, о чем сейчас подумал. А даже если и так, то ты все еще жив.

Успокойся.

Вдохни глубже.

Прислушайся.

Ничего не слышно, хотя это ни о чем не говорит – просто уши еще заложены после грохота и лязга, который ты тут устроил.

Подумай, вспомни, осознай.

Дыра в полу.

Скользкая поверхность под большим углом.

Доспехи должно быть задели выступающий камень.

Он перекувырнулся. Выронил бабахалку. Взрыв.

Осколки барабанят по металлу и бьют по неприкрытым частям тела.

Обвал, скольжение наперегонки с валом.

Повороты, удары, кувырки.

Он во мху.

Без бабахалки, с чуть было не свернутой шеей и расхристанных доспехами.

Копыто судорожно дернулось.

Все в порядке. Остальные подарки при нем.

Впрочем, случись с ними чего, он бы вряд ли сейчас мог думать.

Так. Попробуем подняться.

— АХС – прошипел Биг Мак, валясь обратно.

Все тело болит.

Этот спуск здорово его отделал.

Слава Принцессам, вроде ничего не сломано и не вывихнуто.

Так, нужно подумать…

Звук. Тихий.

Что-то вроде металлического звона.

Друг за другом.

Добавился перестук.

В горле мгновенно пересохло и из сумки появилась зажигалка.

Еще что-то.

Спокойно.

Все больше и больше.

Ближе.

Упорядоченней.

Что-то вроде мелодии.

А затем был голос, который мог бы показаться даже ласковым, если бы не был таким замогильным.

Вспыхнул свет.

-
— Нет, я не дам ее тебе – Биг Мак спрятал зажигалку обратно в сумку – все. Выдвигаемся.

Красный жеребец с трудом поднялся.

Боль вроде, поуспокоилась – Страшила, оказывается, умеет не только калечить. Впрочем, куда более странным Макинтошу показалось само его желание лечить главу экспедиции, члены которой, в сущности, бросили иностранца на смерть. Хотя, кто знает, что в голове у этого типа.

Если он все правильно понял, то никакого столкновения с монстрами не было. Иноземец просто провалился в дыру на полу, так же как и сам заместитель мэра. Лязг, скрип и «что-то неописуемое» были результатом его попыток остановить скольжение по тоннелю. Они же привели к ране на спине Биг Мака – уже внизу он вытащил из себя кусок кинжала, отломавшийся, когда Страшила пытался им затормозить.

Рев, вопли и крики издавал сам пришелец, которые благодаря местной акустике становились на выходе чем-то ужасающим. А неожиданное прекращение концерта объяснилось еще проще – он охрип, однако не сдался и начал выстукивать непонятные мелодии. Тут одно из двух: либо парень лишен слуха, либо это были какие-то специфические иностранные сигналы. Причем скорее первое. Так или иначе, со своей ролью членистонога Страшила справился – оказался достаточно убедителен, чтобы запугать несколько десятков здоровенных жеребцов и заставить их потратить в никуда драгоценную игрушку единорогов, заодно завалив ею выход отсюда.

Ладно. Они бы все равно не смогли подняться по скользкому склону.

К тому же не стоит забывать об очевидно хорошей новости – никакого жуткого, покрытого толстенным панцирем и вооруженного гигантскими лезвиями монстра здесь нет, а есть только один худощавый, также сильно побитый и истрепанный пони, который просто пытался подать своим «соратникам» знак, чтобы его вытащили. Не получилось.

Зато смог дождаться компании. Причем если бы Страшила не был столь «деликатен» при встрече, то перетрусивший главный по безопасности превратил бы его в пепел. Откровенно говоря, парень вел себя настолько рационально, что Биг Мак даже немного забеспокоился. Видно удар головой об стену вправил ему мозги. Или это только так кажется?

Во всяком случае, пламя в его глазах зажглось только когда речь зашла об единороговом оружии. Интересно…

Копыто прошло сквозь предполагаемый пол.

Макинтош резко сдал назад и лишь с большим трудом смог удержатся на краю обрыва.

Ругнулся про себя.

Толчок сзади чуть не сбросил его вниз.

Послышались знакомые гавкающие звуки. Только сейчас весьма хриплые.

Не щелкая клювом — тем более в кругу таких «друзей».

Ты еще не в Понивилле.

Его фонарь превратился в лепешку во время падения, факелы намокли, а единственный уцелевший источник света – прозрачная емкость со светящимися жуками из запасов Страшилы – скорее подчеркивал тьму, чем разгонял. Однако это уже было не так важно: чернота вокруг них сменилась тусклостью. На другом конце огромной подземной залы что светилось.

А внизу виднелось что-то округлое…

-
— Назад – зашипел Биг Мак, преграждая маньяку путь.

Страшила заворчал и снова начал бешено жестикулировать. Ему не терпелось запустить свои ножи в очередную жертву. Только посмотрите: глаза горят, зубы оскалены, копыта дрожат от предвкушения.

Может приложить его о стену? Авось поможет…

Макинтош вдруг фыркнул, осознав ситуацию.

Дожили – офицер армии Эквестрии, заместить мэра Понивилля по безопасности, грудью встает на защиту яиц, готовых вот-вот выпустить в этот мир очередную порцию чудовищ.

Вот только если дать этому психу возможность осуществить свои фантазии, то от них вряд ли останутся даже кости – родители наверняка где-то по близости и, судя по размеру детишек, гостей им хватит ровно на два укуса. Страшиле-то может и все равно, а вот Биг Мак, как ни странно, все еще хочет жить.

— Да не собираюсь я их тут оставлять – шепотом ответил он на бешеную пантомиму спутника, который, похоже, уже успел обвинить его в измене родине и предательстве собственного вида – пойми, нас же здесь прихлопнут еще прежде, чем мы успеем их расковырять. Они ж уже почти вылупились…

В итоге этого идиота удалось привести в относительно спокойное состояние – видимо перспектива погибнуть, не убив перед этим все, что только можно никак его не устраивала. В горящих глазах появился намек на осмысленность.

Взгляд переместился на сумку.

А что, идея и правда неплоха.

-
Так. Заряд поставлен: несколько бабахолок из новоделов и одна настоящая зажигалка, чтобы их всех взорвать. Конечно, немного не то, но на яйцо или, если им так уж не повезет и рождение произойдет прямо на их глазах, маленького монстра хватит. Должно хватить.

Биг Мак еще раз проверил свою конструкцию.

Где же этот урод? Неужели так сложно найти выход и вернуться? Ведь родители могут навестить своих детишек в любой момент.

Да. Это, пожалуй, самая слабая часть его плана – он вынужден понадеяться на честность сумасшедшего. Ну, или по крайней мере, на его жажду крови. Впрочем, себе-то можно сказать честно: необходимость обнаружения пути отхода не единственная причина — Макинтошу никак не улыбалось заниматься сложным, требующим внимания и сосредоточенности занятием с неуравновешенным иностранцем за спиной. Страшила выглядел даже хуже, чем обычно. Вероятно, просто прошел шок после падения и накатила боль…

Не важно.

Они слишком расслабились: заместитель мэра, узнав, что звуки производил его подчиненный, и думать забыл о куда более важном и зловещем признаке – этой странной штуке на полу, которую, за неимением лучшего, можно назвать «мхом». Склизко-пушистая непрестанно шевелящаяся масса. Никто из его знакомых, включая Магистресс, так и не смог ответить, ЧТО это такое. Однако все сходились во мнении касательно крайней опасности нахождения рядом с ним.

Эта пакость всегда присутствует в гнездах. Настоящих – не той ерунде, на которую они обычно охотятся. Только действительно большие Твари могут похвастаться ее наличием. И местные жители определённо заслуживают свой мох – судя по размеру яичек, каждое из которых было в полтора раза больше немаленького Эппла. Шуршащих, пульсирующих, даже чем-то красивых вместилищ жизни, по сравнению с которой пони выглядят неконкурентоспособными.

Макинтош снова провел по ближайшей склизкой поверхности. Ощутил ее тепло и шероховатость, движения почти готового выйти на свет монстра. В этом было что-то завораживающее. Они как будто звали его.

Нет, никаких голосов в голове или вспышек перед глазами. Что-то тоньше, скрытнее, спокойнее.

Будто легкий ветерок на коже и пламя свечи за спиной.

Ничего, детишки, я вас не оставлю. Даже если этот придурок вовсе бросил меня помирать здесь, я возьму вас с собой. Туда, где нет боли…

Красный жеребец сам не заметил, как начал гладить пульсирующий кокон и бормотать ласковые слова.

Он не услышал шелеста и похрустывания за спиной.

Удар, от которого доспехи чуть смялись, а тело отправилось в полет.

Недалеко – до ближайшей стены.

Дикий лязг, чудовищная боль, потемнение в глазах.

Огромный, непрестанно движущийся силуэт.

Кровь изо рта. Не получается вздохнуть.

Чернота и смрад.

Зажигалка на копыте.

Яркий свет озарил пещеру, когда волна пламени ударила прямо в морду хозяина.

Рев, от которого могли бы рушиться стены и новый полет.

Удар.

-
Во тьме виднеются проблески.

Появляется кровавая муть.

Просыпается разум.

Приходят вопросы.

Кто я?

Биг Макинтош Эппл.

Вспышка. Вселенная приняла ответ.

Что со мной?

Темно и страшно. Опасно. Враги.

Зачем?

Обещания. Мысли. Желания.

Спокойно.

Клетка начала пропадать.

Сознание больше не в тюрьме.

Можно воспринимать мир.

Холодно.

Какое-то шевеление.

Его двигают.

Ритм.

Раз-два-три-четыре.

Запах. Знакомый.

Нечто живое. Опасное.

Важное.

Раз-два-три-четыре.

Звуки. Приглушенные.

Звяканье, дыхание, шаги.

Слова. Не разобрать.

Раз-два-три-четыре.

Вдох.

Свежий воздух.

Но что-то в нем есть.

Раз-два-три-четыре.

Все равно не понятно.

Видно, придется открыть.

Веки не так тяжелы, как кажется.

Раз-два-три-четыре.

Белое, красное, черное…

Оскал.

Смерть.

-
-…ну кто ж знал, что ты как раз в тот момент очнешься – старик умоляюще уставился на него – прости уж нас, а?

Биг Мак перевел взгляд с одного на другого, подумал минуту и наконец прошептал:

— Агась.

«Ближний круг» в лице каптенармуса и ассистента Дока облегченно вздохнул.

— Нет, мы правда старались его отгонять – любому же понятно, чего этому придурку надо было…-запел ту же песнь единорог, но заместитель мэра прервал его.

— Замяли – говорить тяжело, как и дышать, но боли нет.

Хорошая все-таки штука – личный врач. Всегда бы так.

— Расскажите, что случилось – решив, что уже достаточно окреп, попросил Макинтош.

Их рассказ был не очень связным – маг постоянно перебивал ветерана, зачем-то стремясь смягчить формулировки. Как будто могло произойти что-то более мерзкое. чем картины на войне.

Услышав крики, лязг и последовавший за ними взрыв, отряд пришел к однозначным выводам и в этот раз рванул внутрь уже целиком. Очень, ОЧЕНЬ глупое решение. Будь они в армии, всех бы разжаловали. Пони набились как огурцы в банку, начисто лишившись маневренности, а заодно и чуть ли не самой возможности драться. Слава Принцессам, взрыв вышел знатный – тоннель просто завалило, так что его солдаты далеко не ушли.

Затормозить мчавшаяся со всех ног по узкому проходу колонна смогла только, когда в куче-мале было уже штук пятнадцать понивилльцев. «Ближний круг», который, ясное дело, бежал впереди всех, буквально впечатали в преградившие проход валуны. Хорошо, что к моменту освобождения они и сами уже поняли весь идиотизм своего поведения и никто из подчиненных наказан не был. Как ни странно, столь болезненная встряска положительно повлияла на их мыслительные способности: первым приказом было начать поиск другого прохода, вторым – разбор завала.

В итоге, пригодились оба.

Приятно, что в итоге бабахалка оказалась потрачена не зря: под валунами, дальше по коридору, оказались ошметки твари. Неизвестно какой – пони обнаружили проход вниз и, в полной мере осознавая невозможность моего выживания под расплющившими монстра камнями, начали копать в сторону, еще подающую надежду на спасение главы экспедиции. Она оправдалась.

Тут врач особо настойчиво стал просить прерваться, дабы не тревожить больного, однако его быстро удалось убедить в том, что не узнав главного пациент разнервничается куда больше, чем от очередной слегка окровавленной истории со счастливым концом – ведь в итоге все остались живы. Хотя, сказать честно, я бы предпочел, чтобы каптенармус все-таки не так красочно расписывал мое искалеченное тело в погнутых доспехах, зацепившихся за сталагмит. Причем настолько удачно, что сперва им показалось, будто каменное острие проходит сквозь меня.

Все оказалось далеко не так страшно: всего-навсего куча сломанных костей, синяков, ушибов и порезов. А так же пара вывихов. Учитывая, с ЧЕМ я столкнулся, везение просто сказочное – ведь эта пещера была обиталищем «генерала».

Проще всего эту тварь можно описать как гигантскую улитку, таинственным образом парящую над землей. Из-под панциря свешивается множество щупалец, в копыто толщиной, которыми он с впечатляющей скоростью и силой хлещет во все стороны. Помимо этого монстр снабжен немаленькой пастью и самое страшное – мощным интеллектом. Их и прозвали так за то, что они, судя по наблюдениям, действительно были вождями чудовищ, как бы странно это ни звучало.

Конечно, как и все остальные чудища, улитки подчинялись дракоаликорнам – первенцам убийцы Селестии, одним из которых был Безумец – однако их разумность, в отличие от прочих исковерканных созданий, практически неоспорима. Как и то, что «генералы» способны влиять на других тварей. Наверное, этих летунов правильнее было бы назвать «лейтенантами».

Судя по произошедшему в пещере, их мысленному воздействию могут быть подвержены не только дети Создателя.

Биг Мак не был точно уверен в последних минутах перед нападением, однако помнил, что вел себя определенно ненормально. Вроде даже с яйцами начал разговарить. В любом случае: должно было произойти нечто экстраординарное, чтобы такой опытный – перед самим собой скромничать смысла нет – солдат взял и не заметил тварь размером с трехэтажный дом. В принципе, она могла бы превратить его в лепешку одним ударом, однако совершила ошибку, сперва аккуратно отшвырнув нарушителя от драгоценной кладки.

Вообще, все сложилось удивительно удачно: генерал был столь небрежен, что попытался съесть его живьем, получил поток огня в морду и издох, что само по себе уже является чудом – прежде ни разу еще не удавалось завалить такого монстра без потерь, подавляющего численного преимущества и куда большего количества магического оружия. Пришедшие вскоре понивилльцы имели возможность вскрыть представителя одного из самых редких и опасных видов тварей, одни только щупальца которого ценятся больше, чем половина всех собранных за этот поход трофеев. И это еще не говоря о яйцах.

Макинтошу вдруг стало мучительно досадно, что он не принимал участия в потрошении. Такого никогда прежде не было – жеребец отродясь не испытывал удовольствия от копания во внутренностях, пусть они и были источник нынешнего процветания Понивилля. Сейчас остается только надеяться на профессионализм его соратников, который, как ни крути, скорее всего, оказался недостаточным: ведь ни один из них до этого никогда и близко не участвовал во вскрытии «генерала» — туши обкладывали льдом и целиком увозили на исследования в Орден. А уж его вот-вот готовые родится потомки…

От одной мысли обо всех неизвестных им и по этой причине не взятых сокровищах у Биг Мака заныли зубы. Хозяйственность, от рождения присущая этому достойному представителю семьи Эпплов, чуть ли не вопила от возмущения.

— Прости меня Твайлайт – вдруг прошептал красный жеребец.

— Что-что? – дернулся успевший о чем-то задуматься врач.

— Прошу прощения у кобылки, не пожалевшей собственной жизни ради нашего спасения – также тихо ответил глава экспедиции – за то, что, едва не потеряв свою жизнь, горюю о груде ошметков, в которых МОЖЕТ БЫТЬ осталось что-нибудь достойное быть отмародеренным.

Он усмехнулся.

На какое-то время все замолчали, а потом каптенармус дорассказал, как они аккуратно и тщательно распотрошили кладку, в том числе взяв с собой целиком одно из яиц и затем соединились с нашедшим другой вход отрядом, после чего воспользовались их находкой для бегства.

Старик уже начал извиняться за их очередную глупость – не подумали, что в пещерах может быть еще монстры и потратили кучу времени на вскрытие коконов, пусть и сделав кое-какие магические приготовления, когда Биг Мак прервал его:

— А где вы нашли его – кивок в стороны только что попавшегося на глаза Страшилы. Парень только что приковылял в лагерь с сразу свалился на ближайшую расстеленную постель.

— Вот этого ты точно не хочешь знать – мгновенно отреагировал единорог. Как ни странно, в этот раз каптенармус согласился с ним, тем самым лишь раззадорив любопытство начальника.

После долгих уговоров они начли плести какую-то байку про тварей в боковых коридорах, которым не повезло встретится с их спутником и павших смертью храбрых. Вот только Макинтош не верил им ни на грош: помимо явной путаници в деталях, эта история никак не объясняла столь стойкое нежелание рассказать ее с самого начала.

В итоге, ему пришлось пригрозить отказом от лечения. Только тогда они, после совещания с присоединившемся к ним пегасом, решились поведать ему правду.

— Видишь ли…точно не известно, что случилось – глядя в сторону, начал единорог – вполне возможно, что мы ошибаемся.

— Агась – подбодрил их Биг Мак.

— Такое дело, кажись зажигалка-то генерала того, не совсем укокошила – продолжил старик – он, видать, повернуться успел, так что пламя-то внутрь не все пошло, а больше по панцирю, вроде…

Все интереснее и интереснее.

— Короче, когда они пришли на место – пегас кивнул в сторону соратников – этот…индивид частично высовывался у монстра из глазницы.

Макинтош непонимающе поднял брови.

— Меня самого там не было – чуть запоздало пояснил караванщик – но я смотрел потом в пасть, хоть и мерзко было. Там была здоровенная пропалина и раны, как от ножа. А еще дыра. Очень большая.

Что за бред.

— Это кажется невероятным, но другого ответа мне найти не удалось – вновь вступил врач – существует возможность, что наш…спутник каким-то образом смог удержаться в ротовой полости сего существа и не дать себя заглотить. Видимо, ножами. Затем, вероятно, используя их же, он смог прорезать твари небо и пролезть вверх…

Он также замолчал, подбирая слова.

— Этот парень заставил животину жрать собственные мозги – в голосе каптенармуса был ужас вперемешку с восхищением – он ему буквально всю башку прочистил. Причем помер бедолага не сразу – еще успел побиться о камни. Нет, ты только представь себе…

Не стоило ему этого говорить – Биг Мак послушался.

Его стошнило впервые за много лет.