Еще один день

2. Пинки Пай. Три строчки

Выплеск не очень позитивных эмоций. Прошу прощения у тех кому не понравится, кто не одобряет подобные действия и прочая-прочая.

Звонок будильника… боже, как это надоело. Даже вставать за ним лень, может ему надоест и он выключится сам?..

… Нет, не выключится. Ээээх, прощайте милые подушка и одеяльце, прощайте до вечера.

Полусидевшая в кровати розовая поняшка, не открывая глаз, стукнула по будильнику, заставляя того прекратить настолько противно визжать. После чего провела копытом по кудрявой гриве, как бы причесываясь — расчесок в доме она не держала, кудряшки ни в какую не соглашались лечь ровно.

Взгляд едва-едва проснувшихся глаз остановился на медленно поворачивающемся копыте, а точнее на том, что осталось на нем после «причесывания». Клок бледно-бледно-розовых волос мягко спланировал на пол комнаты, в полете распадаясь на отдельные волоски, усеявшие пространство около кровати.

Встав, поняшка проигнорировала розовые и пушистые тапочки и подошла к зеркалу. Оттуда, из-под длинной кудрявой челки, на нее взглянули два небесно-голубых глаза, окруженные красной сеточкой полопавшихся сосудов.

— Доброе утро, Пинки, — прошептала она своему отражению, прижимаясь лбом к прохладной поверхности, прикрывая глаза и заставляя себя улыбнуться. — Новый день…

С недавних пор ее жизнь круто изменилась. Нет, не так чтобы она вдруг перестала шутить, смеяться и закатывать вечеринки по любому поводу. Изменилось то, как она стала видеть происходящее вокруг, то, как она стала к этому относиться.

Ее считали едва ли не лучшей пони в Понивилле. Ее праздники были лучшими, даже несмотря на то что она устраивала их для всех и по любому поводу. Быть тем, кому устроила вечеринку сама Пинки Пай… А она… она ненавидела каждую секунду этой жизни. Ненавидела каждый миг, когда, натянув на мордочку улыбку, она прыгала и танцевала. Ненавидела тот факт, что уже поздно все менять.

И это чувство, чувство ненависти к самой себе, к своей жизни, преследовало ее постоянно. А удачные попытки скрыть его ото всех лишь усугубляли ситуацию, становилось все тяжелее и тяжелее.

И когда все это наконец кончится, пройдет месяц… и обо мне никто не вспомнит. — Пинки, не отстраняясь от зеркала, дотронулась копытом до метки. — Пони с самым бесполезным талантом в мире.

Тихо вздохнув, Пинки отстранилась от прохладной поверхности и открыла глаза. Отцепив от края рамы зеркала сложенный вчетверо маленький листочек, она развернула его и в очередной раз перечитала три строчки, намертво засевшие внутри нее.

Пинкамина Диана Пай

Диагноз неизвестен

Лечение невозможно