Страховка на троих

Глава 11

Здесь пили. Здесь пили не много, заливая литровые кружки сидра, в не менее огромные рты, противно причмокивая и заедая несвежим салатом, нет. Маленькими чашечками, степенно размешивая ложкой то, что стоит больше любой бочки отменного. И еще. Здесь никогда не смеялись. И пока на поверхности очередного посетителя в бессознательном состоянии относили куда-то на задние дворы, там, в глубине подвалов, разыгрывалось самое настоящее представление. Бетонные струйки стекали с потолка, почти ничем не отличаясь от дождя – разве что капельки их пылинок были в разы меньше, да и сами они были довольно редки, по сравнению с отвесной частотой ливня – все это не мешало им противно забиваться в носы и скапливаться там склизкими комками, постоянно заставляя чихать и припорашивая кровь пегаса, который сидел на стуле и ничего не мог поделать со своим заключением.

Бззз! – гулким эхом отразился удар шокера по этим стенам. Черному пегасу почти что не было больно, однако он картинно выгибался, молил о пощаде и бесновался, сам не зная зачем, по неполной вере неполному другу, который сейчас исполнял свой неполный план. Пегаска, стоящая рядом, высоко вскинула крылья и ярко-зелеными глазами впивалась в это зрелище, не замечая наигранности, впитывая каждую частичку иллюзорных страданий. Даже кульки по темницам с краев коридора, казалось, подползали, чтобы посмотреть на этот концерт.

— Чего ты добиваешься? Чего ты хочешь? – кричал узник железного стула и шокера. – За каким чертом ты это делаешь?

— Все очень просто, — пегаска взмахнула дергающимися крыльями, — я просто хочу, чтобы ты испытал боль. — Она продолжала курить, и с каждой новой затяжкой крылья все сильнее хлопали ее по бокам.

Хряссь! – шокер влетел точно между ухом и шей, оставив небольшое обугленное пятнышко шерсти и оглушив даже будучи почти выключенным. Серви остановился.

— Чего ты ждешь? Или ты с ним заодно?

Следующие несколько секунд вместили в себя слишком много событий, чтобы их описывать. Громкие крики где-то наверху, выстрелы и удары копыт и нарастающее в воздухе напряжение, которое, казалось, можно было резать ножницами, ну или ножом, если у вас хорошая фантазия и плохая психика.

— Какого крупа? Эй ты, бросай его, это облава! Бежим! – Лекси хотела было взлететь, но, как я с удовлетворением заметил, пьяные крылья не слушались ее. Странно когда она была со мной, она не так часто пила. Внезапно я вспомнил все ее отсутсвия и «походы к подругам». Ах ты грязнеплотка… Кстати взлететь ей мешала еще одна проблема.

— Не так быстро, мэм. – Серви подскакал к ней и накинул на пытающиеся подняться крылья металлический жгут.

Затянув его у самого основания на пять щелчков (и получив задним женским копытом в бочину) он развернулся и ударил Лекси по лицу. Нет. По морде, по сумасшедшей, съехавшей с катушек морде. Кобыл бить не хорошо, а вот кобылядей – вполне естественно. С громким всхлипом, беспорядочными каплями крови и рассеченным ухом, которое пострадало меньше всего, она плашмя упала на пол, растекаясь гривой по холодному полу. Дверь распахнулась: в нее влетели пара пегасов, синий и зеленый, они буквально осветили мрак подвала, и вскакали фиолетовый единорог с грузным, коричневым земнопони. Уже совершенно трезвым сознанием (Желтая Смерть, где ты?) я слушал их диалоги.

— Фэт, что наверху?- Серви окинул взглядом бригаду.

— Все в порядке. Мардер то ли ушел, то ли его тут и не было – он не такой идиот, как его дочь. Пара поставщиков с плотицином ну и еще по мелочи. Главное – он кивнул на брыкающуюся Лекси на полу, которой Серв неизвестно когда успел обмотать веревкой задние копыта – нашли эту. Рад видеть тебя, Тонг. И тебя Рот. Извини что так вышло – начальник полиции помахал мне выглянув из-за сухонького силуэта Серви.

— Буэээарбоо. – я сказал спасибо, на которое был сейчас способен. Язык все еще не слушался.

— Спитайс, Вингоунер облетите клетки. Всех связать и доставить в участок. Хорнбонер – поднимись наверх, допроси бармена. Он валяется без сознания, но думаю, от пары отрезвляющих ударов, не факт что копытом – прервал он свою речь, глубокомысленно посмотрев на слабосветящийся рог – он быстро проснется.

Фэт пересек коридор и подошел к стулу, на котором сидел я. Развязать веревку у него не получилось («Крупанная нитка!») и поэтому он просто распорол ее ножом. Я буквально стек по стулу – оказывается на нем меня держала только она.

— Извини, что так долго.- Фэт закурил и сел на круп, довольно смешная поза для главы отделения, но его это не волновало. Рядом стоял облокотившийся на тумбочку Серви.

— Наверное, ты многое хочешь узнать, да?

— Больше, чем ты можешь себе представить.

Крыса сидела около здания таверны, своим чернеющим фундаментом уходившего, казалось, в самые глубины преисподней. Поведя лысым носиком, она уловила запах трупной гнили, среди дождевых потоков и побежала через улицу, в уже укрепившейся привычке не обращать внимания, на то, что она ест себе подобных. Где-то ударила молния и она боязливо прижала уши к телу, но почти не замедлила семенящие ножки, на пути к своему обеду, с которым она быть может еще вчера лазила по помойке.

— Где ты шлялся всю ночь?!

— Я-ик нигде! Не шлялс-ик-я то бишь. Я у д-друга был!

— Ублюдок! Изменник! Поганый круп!

Окно, из которого раздавались крики стандартного утреннего скандала, выронило цветочный горшок, с жалким подобием растения, отвратительнейше склизкого и прижатого к земле, которое только и могло вырасти в этом городе. Освежающие линии дождя и надвигающаяся тень какой-то особо большой, неправильно капли, стали последними воспоминаниями бедной крысы, пробегающей мимо дома. Зверюшка лежала в земле и черепках, дождь медленно вымывал от нее грязь, чтобы позже такие же как она, смогли спокойно позавтракать, не замарав лапки, как хотела она.

К сожалению, крысам не часто везет на пути к своей цели.