Странник

Он ничего не помнит о своём прошлом, даже имени... Что будет, если человеку считающему себя выше законов морали дать шанс поступать так, как он хочет, не боясь ничего? Действуя не оборачиваясь на последствия своих решений, очень легко не заметить под своими ногами судьбы абсолютно разных существ, затянутые водоворотом событий, виною которым является простая человеческая недальновидность.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Неприкаянный

История о пони, который пытается делать что‐то хорошее. Оценят ли окружающие его талант и старание?

ОС - пони

Инсайд Меджик

Cаркастический рассказ. Имея большой опыт жизни на земле, рандомный чухан попадает в мир каней. Станет ли он добрым сопляком водовозом или заставит всех протирать свои стальные яйца до блеска?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек Другие пони Человеки

Хантер. Свет и тьма

Мрачный мир темно-фентезийной Эквестрии. Полный монстров, демонов, духов и всякой нечисти. Сто пятьдесят лет прошло с тех пор как Дейбрейкер, темная сторона личности Селестии, покорила всех несогласных и взошла на престол. В своем безумном стремлении защитить подданных и страну, сильнейший аликорн в Эквестрии стал ее самым страшным кошмаром. Друзья, враги в этом уже не было смысла, со временем все стали равны перед ликом Солнца.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Реабилитация

Перед вами фанфик, основанный на фанфике «Лечебница» («Asylum»). Он представляет собой продолжение истории после 27 главы. Крайне рекомендуется сначала прочитать «Лечебницу».

Твайлайт Спаркл Другие пони

DOOM - Эквестрия. Том 1: Железный коготь

Фанфик основывается на совмещении сюжетов Doom 2:hell on earth и Doom 3. Основное действие разворачивается через 11 лет после событий первой серии мультфильма. Сержант химической разведки Айрон "Коготь" Лоуген служит под командованием Генерал-Нагибатора Рейнбоу Деш. Все начинается в не самый лучший из дней его жизни. Неизвестная цивилизация чудовищ врывается в измерение Эквестрии. Отчасти вторжение вызвано экспериментами корпорации ОАК, но не все так просто, как кажется...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл ОС - пони

Красный Яр

Леро не первый попаданец в Эквестрии и не последний. Пройдёт тысяча лет и люди не будут редкостью в Эквестрии. Именно в этот мир попадает подросток по имени Владислав Летяга. Но не один. Из нашего мира его спасает Сомбра, который в прошлом был королём Кристальной Империи.

Человеки Король Сомбра

Сети призрака

Что делать, если поступки нельзя назвать однозначно плохими или хорошими? Как поступить, если душа полна противоречий, а свои собственные принципы могут оказаться неверными?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Человеки

Кого не видно за окном

Спайк помогает Рарити. Поможет-ли это ему?

Твайлайт Спаркл Рэрити Спайк

Окти, ты изменила меня.

Этот рассказ про то,что в мир людей попала поняшка. Да я знаю, что всем это тема надоела, просто мне очень захотелось это написать под свой лад)

Принцесса Селестия Октавия Человеки

Автор рисунка: MurDareik
11-22 34-45

22-33

Двадцать вторая глава.

— Спокойно, лейтенант, спокойно... — я тщетно пытался взять себя в руки.

Это наверняка не то, что ты подумал! Точно, ну не мог же я по пьяни её...

— Кхм... Почему мы спали в одной кровати? — осторожно спросил я, попутно осматривая комнату.

Хм, это точно не библиотека, может гостиница какая? А хотя, какая, нахрен, разница!?

— Ох, Селестия! Ты не помнишь!? Я так и знала! Ты так напился... — игриво залепетала Брейзен, но заметив выражение моего лица, быстро поправилась:

— Ладно, расскажу. Уже за полночь я подошла к тебе напомнить о своей просьбе. Ну помнишь, насчет изучения?

Я с трудом кивнул.

— Ну, мы пошли ко мне в гостиницу, выпили немного. Если кратко, то мы слишком много выпили... — краснея продолжала она.

— Так мы... — тихо заговорил я, но зоолог прервала меня.

— Трахались? О да, будь уверен! И не один раз! — с радостной физиономией проговорила Брэйзен. — Меня всегда тянуло к другим видам, ну это профессиональное...

Дальше я уже не слушал.

Меня изнасиловала лошадь!!! Или это я её? О нет, если об этом узнают бойцы... Больше никогда не стану пить! И о чем я только думал!? Вот ведь кретин...

Заметив выражение моего лица, доктор затараторила:

— О! Ты не волнуйся, я никому ничего не скажу! В конце концов, что в этом такого? Ну да, мы разные виды, но все же... Тебе понравилось, мне понравилось — вот что главное. Один раз, как говорится...

Что же в этом такого!? Да она совсем долбанутая!

Договорившись с Брэйзен о молчании насчет этой ночи, я собрался и спустился по лестнице, вышел на улицу, закурил и медленно поплелся в сторону библиотеки.

Блин, даже автомат в дереве оставил, ну дебил... Лейтенант — конее** — именно так меня станут называть бойцы, если прознают.

Я остановился, чтобы поглядеть, сколько денег у меня осталось. Мешочек заметно полегчал, но около сотни монеток всё еще при мне — и то хорошо.

Ладно, лейтенант, рано или поздно это должно было случиться... Всё-таки с бабами тут сложно — одни лошади, блин.

Половина дороги пошла на безуспешные попытки убедить себя, что ничего страшного не произошло.

— Здорово, герой-любовничек! — обернувшись на голос, я обнаружил помятую Сивиру. Видимо, она тоже вчера перепила.

— Что ты мелешь!? — черт, если она знает... Блин, я в жопе!

— Ой, не надо мне тут! Я прекрасно видела, как вы проворковали весь вечер! А теперь ты возвращаешься с гостиницы... — продолжала хихикать младлей. Только одного не могу понять... Она настолько помешана на животных, или просто перепила? — с невинной мордой поинтересовалась серая кобылка.

— Ты пришла, чтобы поиздеваться? — злобно зашипел я.

Скатился, надо мной смеется лошадь.

— Ха, какой ты догадливый! — захохотала Сивира.

Уже на подходе к библиотеке она вновь смущенно заговорила:

— Ладно... Если ты хочешь, я не скажу, что видела тебя возле гостиницы.

Оставалось только молча кивнуть. Может быть, мне бы и удалось забыть это происшествие, как страшный сон...

Зайдя в дом, я осмотрелся. В зале было пусто. Даже бутылки — и те убрали. С кухни доносились чьи-то голоса — один из них, принадлежал Кабанову.

Шагнув в дверной проем, я услышал громкий хлопок. Что-то тяжелое ударило мне в грудь.

— Кабанов, пида**с...

Вот так, а вроде всё налаживалось... И так тупо помереть, от своей же пули! Я чувствовал, как немеют мои конечности и темнеет в глазах.

Обидно-то как!

Глупее смерти просто не бывает...

— А это "рукоять"? — с любопытством спросила Твайлайт, разглядывая "автомат".

— Нет, это затвор, а рукоять вот здесь. — ответил Кабанов, показывая ей своё оружие.

Твайли едва ли не запищала от восторга, когда Владимир предложил ей рассказать о своей железке.

За прошедший час единорожка узнала очень много всего нового: она изучила внутреннее устройство автомата, узнала принцип его действия, осмотрела боеприпасы.

Её завораживало это чудо техники! Но она никак не могла понять — зачем тратить столько сил на разработку только для того, чтобы сделать орудие для убийства!?

Но тем не менее она восхищалась этим оружием. Она было настолько сложным и одновременно таким простым!

— Так, а вот это предохранитель? Я сдвигаю его, и автомат может стрелять? — Твайлайт продолжала расспрашивать Кабанова.

— Нет, тебе нужно будет еще дослать патрон в ствол... Дерни затвор, короче — сказал он, прикладываясь к бутыльку, чудом уцелевшему после вчерашнего вечера.

Единорожка сделала так, как сказал Владимир.

— Всё, "Калашников" в полной боевой готовности! Чтобы выстрелить, надо только надавить на крючок, но не вздумай... — начал было Кабанов.

Кобылка, не дослушав его, спустила курок. Ей очень хотелось увидеть автомат в действии.

Раздался громкий хлопок. Единорожка поджала ушки и зажмурила глаза.

— Ох бл**ь, так и думал, надо было разрядить... — сказал Кабанов, глядя на автомат.

Твайли скосила глаза на дверной проем, куда был нацелен ствол “Калашникова”.

— Ох, Селестия!... — в ужасе воскликнула кобылка.

На полу валялся Лукин.

Вот же дебил! Нахрена он лошади автомат дал!? Я его убью нах**!

Черт, а как же я его убью, если я умер? Болит-то как!

Стоп...

Мертвые не чувствуют боль!

С этой мыслью я открыл глаза, вперился взглядом в незнакомый потолок и попытался привстать.

В груди будто что-то будто сжали кулаком и, чуть приподнявшись, я опять рухнул на койку.

Хм, кровать? Да, это определенно кровать. Я в больнице? Я живой!?

От этих мыслей мне захотелось засмеятся, но боль в груди не позволила. Вместо смеха получился какой-то хриплый стон.

Чуть погодя я решил осмотрется.

На больничную палату, конечно, не тянет. Но где-то близко: две кровати, тумбочка, два стула и всё мелкое. Гребанные лилипуты!

Хорошо, хоть сразу пару коек под меня выделили...

Вместо формы на мне оказалось некое подобие халата. Странно, он был нормального размера. Специально, что ли, шили?

А! вот и форма, висит на вешалке в углу. Там же — автомат с кобурой и остальное моё барахло. Даже вещмешок приперли... Кабанов, придурок, это он сюда все притащил, я уверен...

Блин, в сортир хочу!

— Эй, народ! — как-то тихо попытался я позвать кого нибудь.

В комнату вошла какая-то белая кобыла в больничном халате и с какой-то фигней на башке.

— О, я вижу, вы пришли в себя. У вас, наверное, много вопросов... Ох, позвольте представиться — я медсестра... — тихо залепетала кобыла, словно с ребенком разговаривала.

— Где тут сортир!?

Мне сейчас не до вопросов. Да и какие тут, нахрен, вопросы!? И так всё ясно!

Меня подстрелили, но я выжил и валяюсь какое-то время в больнице, что тут неясного?

— О, секундочку... — промямлила медсестра и полезла куда-то под мои кровати. Секунду покопавшись, она достала больничную утку.

Утка!? Вы что серьезно!? Да чтобы я да....

Видя моё замешательство, кобыла с улыбаясь сказала:

— Ну что вы как маленький!? Я с вами уже неделю занимаюсь и ничего...

Неделю!? Етить, я этого дебила вместе с рогатой прибью нахрен!

Это как так, неделю без сознания проваляться? Как я вообще выжил-то?

Не успел я согласиться на утку, как в дверь просунулась чья-то знакомая голова с синей гривой.

Вот только её мне тут не хватало!

Двадцать третья глава.

— Здорово, покойничек! — радостно сказала Сивира, подходя к койке.

Час от часу не легче!

— Офицер, я прошу прощения, но больному нужен покой! — тихо, но настойчиво заговорила медсестра.

Младлей покосилась на утку и, ухмыльнувшись, пошла к выходу.

Впрочем, покоем мне насладится так и не дали. Когда белая кобыла унесла использованную утку, в палату ввалилась уже не только Сивира, но и Кабанов с фиолетовой.

— Хвала Селестии! Как ты себя чувствуешь!? Где болит? Я могу чем-то помочь!? Прости меня, пожалуйста... — затараторила Твайлайт, подбегая ко мне.

— Тащ лейтенант, это я не стал разряжать автомат... — понуро опустив голову, бурчал капрал.

Я не стал предъявлять никаких претензий, хотя очень хотелось. Остановило то, что все они действительно сильно переживали за меня — это мог понять даже такой придурок, как я. Даже как-то и злиться не получалось. Первый раз на моей памяти кто-то за меня волновался. Странно как-то... Но на удивление приятно.

Как выяснилось, меня спасла Селестия и еще какая-то принцесса Луна. Твайлайт с помощью своей магии умудрилась связаться с ними.

По словам единорожки, принцессы целые сутки колдовали надо мной. Хрен пойми как, но они смогли заживить разорванные легкие, благо сердце не пострадало.

Но тем не менее я не приходил в сознание целую неделю, поэтому все уже начинали думать, что мне не удастся очнуться. Твайлайт искренне радовалась, что её страхи не подтвердились, а уж я то как рад...

Впрочем, от всех этих радостей у меня быстро разболелась голова. Или от новостей?

Как выяснилось, Скоков с Пугачевым работают на яблочной ферме. Уж не спрашивал, что они там делают, но уверен — это связано с алкоголем!

Лисин помогает Рэрити с заказами. Я еще помню. Как его по "духанке", дембеля заставляли парадку шить... Опыт все же пригодился. Швея-мотористка, блин.

Но больше всего меня поразил Кабанов. Этот тупень теперь в ассистентах у Твайлайт. Она, как оказывается, чего-то там постоянно изучает, а Спайка ей уже мало. Он теперь консультант по "человеческому миру"! Что он там такое ей рассказывает, я не уточнял, но думаю — ничего хорошего.

За бойцов можно искренне радоватся, правда от этого рассказа мне стало не по себе.

Как утверждали личные дела — у Пугачева образование как-то связано со строительством, Скоков всю жизнь в деревне прожил, Лисин — хоть и программист, но высшее образование всё же. Кем был Кабанов на гражданке — не помню, что-то там с животноводством.

Все они смогли более-менее устроиться здесь, вдали от дома и людей.

А как быть мне? Я же нихрена не умею! Всю гребанную жизнь по училищам да казармам шляюсь, кроме армии ничего не знаю! Кому я тут нахрен нужен!?

Прямо как папаша, не пришей пиз** рукав...

С такими грустными мыслями я попрощался со своими посетителями.

На следующий день пришли Лисин с Пугачевым. Хвастались, засранцы. Хорошо хоть сигарет принесли и откуда у них столько? Как оказалось, Лисин смог уговорить Рэрити починить мою форму. Правда, сначала пришлось её хорошенько выстирать. По словам бойца, кобыла, увидев состояние одежды, завалилась в обморок.

У Пугачева тоже всё было хорошо. Он работал не только на ферме, а вообще бегал как умалишенный по всему городу — тут дверь новую врезать, там крышу поправить и так далее.

Принесли мне целое ведро яблок... Они смеются, что ли? Нахрена мне столько яблок!? Медсестра и так меня всякой херней кормит. Хорошо, хоть каша овсяная есть, но без мяса — хреново! Правда, всё бесплатно, вернее — Твайлайт полностью оплатила моё содержание. Не, ну правильно! Ведь это она меня подстрелила!

На третий день я уже мог сам перемещаться. Тело, правда, сильно болело, будто меня не пулей прошило, а поезд поимел. Медсестра, заметив мои потуги, пригрозила, что если я не буду соблюдать постельный режим — она меня ремнями привяжет.

Пришлось подчиниться.

Откровенно говоря — мне было уже на всё насрать...

Смотреть на то, как мои бойцы так легко адаптировались к новому миру, было невыносимо.

Зависти не было. Была лишь сильная обида на себя самого, ну почему я нихрена не умею!? Вот поправлюсь — и что дальше!? Снова жить в библиотеке? Бухать и жрать за чужой счет? Или жить за счет своих бойцов!? Нах** такое!

На четвертый день пришла только Сивира. Я бы не сказал, что был ей сильно рад, но все же делать тут совсем нечего, хоть с ней поболтать.

Как выяснилось, все стражники уже свалили в какой-то Кантерлот, а младлей осталась присматривать за городком и заодно — приглядывать за Брэйзен, чтобы в лес не поперлась, за живым "экземпляром". Одного мертвого Мака ей мало.

Похоже, Сивиру оставили в виде наказания — всё таки участвовала в пьянке, да и за Твайлайт не уследила...

Впрочем, судя по всему, младлей положила на свои обязанности и целыми днями зависала у меня.

Я совсем не ожидал от нее такого. Она ведь меня ненавидит! Но отказываться от её компании я не стал.

Так и прошла неделя. Мы с младлеем травили байки, играли в шахматы и какое-то подобие покера. Даже книжки мне какие-то приносила. Она рассказывала про свою жизнь, я про свою.

Черт, а ведь если прикинуть, то мы с ней мало в чем различаемся! Удивительно, даже истории похожи!

На восьмые сутки моего вынужденного безделья я все же решился спросить у нее, на кой ляд она проводит со мной столько времени? А то мало ли, может шпионит!

Она как-то замялась, видимо решая, отвечать или нет.

— Я тебе уже рассказывала про свои курсантские годы... Ты ведь знаешь мой характер! Меня всегда боялись из-за него и моей силы! Если честно, я чувствовала себя каким-то монстром... — через силу говорила младлей. Несколько минут посмотрев в окно, она продолжила:

— А потом вылез ты... Ты первый, кто не смотрел на меня с ужасом, не боялся. Ох, сено! Да по сравнению с тобой я — сама невинность! — посмеявшись она вновь заговорила:

— Со мной никогда не общались на равных, либо начальство либо подчиненные, остальные офицеры меня как могли избегали. Друзей у меня никогда не было... Гвардейцы ненавидят меня, начальство терпит только из за моих боевых навыков, а офицеры считают ненормальной! Так что... В общем, я считаю тебя своим, вроде как, другом... — смущенно закончила Сивира.

Вот значит как? Даже не знаю, хорошо это или плохо. Хотя, с другой стороны, в отличие от остальных местных, она хоть не шарахается от меня...

— Ну друзья, так друзья. Лично я не против. — сказал я.

Все-таки не так всё и плохо. Друзей у меня и самого как-то не было, всё больше приятели да сослуживцы, а настоящие друзья...

Впервые младлей искренне улыбнулась мне. Даже как-то странно воспринимать её как товарища, а не врага или шпиона.

— Ну, коли мы теперь друзья... Так и быть, я постараюсь помочь тебе с твоей проблемой! — произнесла Сивира.

Я вопросительно уставился на нее, мол, какая — такая проблема?

Посмеиваясь, кобылка продолжила::

— Работа! И не надо юлить, я прекрасно видела твою реакцию, когда ты слушал о том, как твои бойцы устроились. Будь уверен, мы что-нибудь тебе подыщем! В крайнем случае, я думаю, Селестия согласится взять тебя к себе в стражу, хотя бы рядовым.

Рядовым!? Не в этой жизни!

Я лучше в лесу жить буду, чем служить у какой-то лошади, да еще и рядовым!

Провалявшись двенадцать дней, я всё же выписался из госпиталя. Видимо, помогли эти чертовы настойки, которыми меня каждый день поили — редкая гадость!

Встречать меня пришла лишь Сивира. Твайлайт со своими друзьями и моими бойцами укатила в Кантерлот, на какой-то праздник.

Меня даже не предупредили... Ну оху** теперь! Хотя это вполне логично.

Нахрена я теперь им нужен?

В лесу они выжили и в городе пристроились без моей помощи. Это там, в России, я был товарищ лейтенант, а здесь — просто плохо воспитанный мудак.

Сивира хотела поселить меня у себя в домике, что ей выделила мэр, но я отказался.

— У меня есть еще немного денег, на комнату хватит — расставшись с такими словами с младлеем, я направился в гостиницу.

Заплатив и зайдя в комнату, лег на кровать — все тело болело от длинной прогулки.

— Х** вам по всей морде! Вот увидите! Вам еще всем покажу! — злобно зашипел я, раздумывая о своем будущем.

Двадцать четвертая глава.

Купив на ферме очередную пару бочонков яблочной водки, я сидел у себя в номере и тупо пил уже второй вечер.

Вчера я пытался найти хоть какую-то работу, но ничего не вышло. Местные хорошо помнили меня и никто не хотел со мной разговаривать. Они лишь испуганно улыбались и лепетали, что им никто не нужен. Сообразив, что никто не будет иметь со мной никаких дел, я прекратил все попытки.

Блин, я даже в грузчики пойти не могу, все тело болит! Мне даже вещмешок таскать сложно...

Откупоривая второй бочонок, я всё пытался придумать выход из этой ситуации. Если на работу меня никто не берет, а деньги нужны, значит есть один выход...

Но воровать или грабить мне не хотелось. Хватит уже бандита корчить. Один хрен, не получается.

Черт, неужели я так и загнусь, в этой гребанной стране лошадей? Или буду попрошайничать на улице!? Да ну нах**! Лучше уж пуля в лоб...

Не успел я отпить из бочонка, как в комнату, даже не постучавшись, зашла Сивира.

Не говоря ни слова, она подошла ко мне и вдарила копытом в бок.

— Ай, какого хера!? — заорал я.

Да что она себе позволяет!? Да хотя... Пусть делает, что хочет, какая мне теперь разница?

Младлей не видела Лукина со вчерашнего утра. Она уже начала беспокоиться, не случилось ли чего?

Её волнение было небеспочвенным. Несколько дней назад в библиотеке она случайно подслушала разговор подчиненных Лейтенанта.

— Да и хер бы с ним! С какого черта я должен ему подчиняться!? Всё, мы больше не в армии, придурки, мы теперь сами по себе! — злобно кричал Пугачев.

— Но ведь, он наш командир, как бы... — неуверенно протянул Кабанов.

— Х** он с горы, а не командир! Да забудь ты про него, неужели не понимаешь, что всё! Мы больше ничего никому не должны!

— Ну, наверное ты прав...

Больше Сивира не смогла ничего расслышать, но и этого было более чем достаточно.

У нее в голове не укладывалось, что они могли вот так просто бросить своего командира.

Нет, Лукин, конечно, далеко не идеален, но всё же! Как же можно просто взять и плюнуть на свой долг?

Сивира помнила, как сильно переживал лейтенант, хороня своего бойца. Нет, нельзя ему ничего говорить. Он и так расстроен, а это его добьет.

Впрочем, младлей подозревала, что Лукин и так всё понял. Она видела его реакцию, когда он узнал, что бойцы не предупредили его, что уезжают в Кантерлот.

— Сено, как бы он не натворил чего! — проворчала Сивира. Направляясь в сторону гостиницы.

Еще не зайдя в комнату, она уже всё поняла. Запах перегара чувствовался даже на лестнице.

— У них это семейное чтоли!? — зашипела младлей и открыла дверь.
“Этого то я и боялась” — вздохнула кобылка, глядя на лейтенанта с бочонком в руках. Сивира подошла к Лукину и врезала ему копытом по ребрам.

— Ай, какого хера!? — завопил пришелец.

Ответа не было. Младлей не знала, что ему ответить. Сказать, что ей больно на него смотреть? Или что она не собирается позволить ему спиться? Или что-то другое?

— Вставай и собирайся, ты переезжаешь! — максимально спокойно произнесла Сивира.

— Чего!? Куда это... — попытался возмутиться Лукин, но получил еще один удар по голове.

— Живо! Шевелись, пьянь недоделанная! — командным голосом завопила кобылка.

Лейтенант больше не сопротивлялся. Он с обреченным видом встал и поплелся к вещмешку с автоматом.

Именно эта безропотность больше всего беспокоила Сивиру.
“Если он даже не сопротивляется, то дела еще хуже чем я думала...

Подождав, пока Лукин заберет свои вещи, младлей едва ли не пинками погнала его в сторону своего домика.

Он лишь злобно матюкался, но сопротивления не оказывал. Случайные прохожие странно косились на них. Наверное, думали, что чужак снова что-то натворил.

Когда они вошли в дом, Сивира приказала сдать оружие и вещмешок.

Лукин подчинился.

— Да ты совсем с дубу рухнул!? Соберись, тряпка! Что же ты за офицер-то!? — не выдержала кобылка.
“Гнилое сено! Да если бы я две недели назад сказала бы ему такое, он бы меня застрелил! А сейчас...”
— Слушай, мне насрать! Делай что хочешь, на вот забирай — автомат, подсумок, деньги! Все забирай, только оть**ись от меня... — простонал лейтенант.

— Мне стыдно за тебя... Заткнись! За мной иди! — вновь применила командирский голос Сивира.

Затолкав Лукина в комнату на втором этаже, она заперла дверь.

— Проспись, придурок! Завтра я еще тобой займусь... — грозно пообещала кобылка через дверь.

Ответа не последовало.

Вздохнув, Сивира отправилась на кухню. Она еще не успела поужинать.

Без апетита ковыряясь в тарелке, младлей всё размышляла о лейтенанте. Ей было очень неприятно видеть его в состоянии полного отчаяния — и это всего то за два дня!

Обычно младлей не лезла в чужие проблемы, но Лукин вроде не чужой... Надо что-то придумать, но что?
“Ну, для начала нельзя давать ему пить, потом... Не знаю... может, найти ему какое-то занятие? Пускай хоть порядок в доме наводит...”
Она отправилась спать, даже не помыв посуду.

Утром её разбудил сильный грохот.

Мгновенно вскочив, пони обнаружила, что шум идет со стороны кухни.

Там младлей увидела Лукина, стоящего возле холодильника с банкой в руках.

— Доброе утро! Мать твою... — буркнул лейтенант и присосался к банке.

Стыдно!? И чем это она со мной заниматься собралась!?

Да она вообще охренела, лошадь несчастная! Кому еще тут стыдно должно быть!? Мне!? Потому что меня кинули? Потому что я напился? Потому что я отдал ей свой автомат? Или потому что я выполняю её приказы!?

Стоп...

Я что, действительно выполняю её приказы!? Какого х** со мной творится!? Черт, позорище то какое! Весь в папашку, блин...

Ладно, нахрен... В чем-то эта дура права — проспаться мне не помешает!

Наутро меня ждало похмелье, причем жуткое! Вскочив с кровати, я стал спешно дергать дверь. Мне нужно было сделать два дела: сходить в сортир и опохмелиться... Или нет, лучше рассольчику! Нафиг эту водку, а то уже приказам какой-то лошади подчиняюсь! Дожил, блин!

Дверь, впрочем, совсем не волновали мои потребности. Она отказывалась открываться. Сивира заперла меня, что ли!?

— Да пошло оно... — сказал я и ударил ногой по двери. Та отлетела в сторону, благо на людей её не расчитывали.

Кое-как спустившись по лестнице, попутно держась за стену, я обнаружил кухню. Конечно же, лилипутских размером, но всё же кухня: раковина, тумбочка, столик...

Холодильник!? Откуда у этих... Ах да, магия и все дела, что-то меня память подводить начинает. Да и к тому же у них электричество есть, пускай и не везде, хрен ли я тут удивляюсь?

Подскочив к холодильнику, я опрокинул какую-то тумбочку. Блин, нужно быть поакуратнее, не у себя дома...

Внутри обнаружилась банка с маринованными огурцами. Не ахти, но выбирать не приходится. Схватив и откупорив стеклянную тару, я принялся жадно глотать рассол

вместе с огурцами. Заодно и позавтракаю, блин.

Оторвавшись от банки, я заметил Сивиру и поздоровался.

— Доброе утро! Мать твою...

— Ты что творишь!? — спросила младлей, вылупившись на меня.

— Завтракаю... Хочешь немного? — я решил проявить дружелюбие.

Всё-таки я у нее в гостях, надо быть вежливым. Хотя больше похоже на то, что она меня в плен взяла!

Двадцать пятая глава.

— Завтрак!? Да ты совсем ненормальный... — пробормотала Сивира

Нормальный, ненормальный...

А мне уже ощутимо полегчало.

Во всяком случае — муть из глаз прошла. Еще одна вещь — и я буду полностью боеспособен!

— Где у тебя тут сортир? — вежливо поинтересовался я.

Сивира немного постояла, глядя на меня выпученными глазами, но всё же ткнула копытом в сторону двери рядом с лестницей.

Не говоря ни слова, я пошел делать свои утренние дела.

Боже мой! Да у них тут вообще всё мелкое! Блин...

Никогда еще не мылся в лилипутском душе, рассчитанном на пони. Ну да ладно. Последний раз я беспокоился о гигиене еще в солдатской бане. Воняю так, будто меня использовали вместо туалетной бумаги, блин.

Кое-как помылся каким-то непонятным мылом, от которого пахло... Яблоками!? Опять!? Чертовы пони! Впрочем, не важно.

Одевшись, я вышел из уборной и застал младлея за готовкой...

Опять овсянка! Блин, я скоро сам лошадью стану!

— Кхм, на меня не рассчитывай, я уже поел... — попытался я отмазаться.

— Размечтался... Тумбочку на место поставь! — как-то вяло скомандовала младлей.

Не успел я поставить мебель на место, как меня усадили за стол и сунули тарелку с какой-то кашей. Вроде не овсянка... Чуть поковырявшись в тарелке, я всё же отважился попробовать... Цветочки!? Серьезно!? Мерзость...

— Спасибо, я уже огурцами наелся...

— Как хочешь. Чем сегодня думаешь заняться? — буркнула Сивира.

Хм... А чем бы мне занятся? Работы нет, бойцы уехали...

Стоп!

Да, они, конечно, уже устроились тут и им больше не нужен командир, но... Что бы они себе там не думали, они всё еще солдаты, хотят они того или нет.

Я, естественно, не собираюсь заставлять их жить в казарме и устраивать построение каждый день, но субординацию соблюдать заставлю! Расслабились, блин!

— А где этот... Кантерплот, или Кантерврот, как правильно? — осторожно спросил я.

— Кантерлот! Ох, сено.. До чего же ты тупой... Хм, а зачем ты спрашиваешь? — заворчала младлей.

— Ну, там моих засранцев вздрючить надо... Ты же говорила, что они на какой-то праздник укатили? Как до этого города добраться-то?

Сивира чуть помедлила, доедая свою порцию. Закончив с ней, заговорила:

— Ну, самый быстрый способ, это на поезде... Погоди, ты что, правда решил отправиться во дворец!?

Дальше она принялась во всех красках объяснять мне, какой я дебил, и что никуда она меня не пустит. Мол, всех городских своим видом распугаю.

Она мне тут за мамочку, что ли!? Задолбала уже!

Это нельзя, то нельзя... Я лейтенант, или кто!?

Правда, когда я с трудом довел до младлея свою мысль, что мне глубоко насрать на чувства каких-то лошадей, она вроде успокоилась.

— Ладно... Я не буду лезть в ваши разборки... Но я еду с тобой — и даже не пытайся спорить! принцессы меня на Луну отправят, если узнают, что я отпустила тебя на поезде одного. Ты же опять что-нибудь натворишь! — поставила условие кобылка.

Ну, в чем-то она права, один я просто заблужусь. Да и в компании как-то веселее.

Спустя неполный час, я уже стоял на станции со всем своим барахлом. Даже вещмешок забрал, на всякий случай.

Сивира хотела купить билеты из своего кармана, но я запротестовал. Брать деньги у бабы... тьфу, кобылы, было как-то стыдно.

Когда объявили посадку на поезд, младлей мне уже все мозги прополаскала на тему:
“Не воровать, не бить, не пить, не стрелять”, ну и так далее. Черт, да она голову трахает получше чем ротный замполит...

Впрочем, несмотря на все её усилия, без происшествий не обошлось.

Уже в вагоне очкастый кондуктор докопался до меня насчет багажа, мол, вещмешок из за габаритов надо оплачивать отдельно.

— Отвали! — буркнул я.

Его морду надо было видеть... Она покраснело от злости и одновременно побледнело от испуга, когда я встал в полный рост.

Впрочем, выпендриться мне не дала младлей. Не успел я сказать что-то еще, как она бесцеремонно наступила мне на ногу копытом.

Пришлось заплатить еще две монеты.

Блин, эта гребанная кобыла обращается со мной, как со своим подчиненным!

Весь путь до Кантерлота занял всего три часа. Странно, мне казалось что уйдет минимум полдня! Всю дорогу Сивира продолжала пудрить мне мозги, только уже насчет этикета. Мол, к принцессам обращатся на “вы”, прислуге не хамить, гостей не бить, и самое главное — не до**ыватся до начальника стражи.

Интересно, почему? Он что, сильно крутой или просто еб**тый? Надо будет проверить...

Выйдя в город я слегка охренел. Я то, дурак, думал что удивляться уже ничему не буду... Увидев поня в цилиндре и с моноклем, я понял, насколько сильно я ошибался. Пони в платьях, пони в пиджаках... Етить, это уже даже не смешно!

Младлей повела меня, как она сказала, в сторону замка. По дороге я с интересом изучал местное население.

Рассматривая крылатых лошадей, я обнаружил, что крылья у них с перьями, а у моей подруги — кожистые.

— Хм, слушай, а что у тебя с крыльями? Ну всмысле, других из перьев, а...

— Ты только сейчас заметил!? Ну придурок... Они пегасы, а я ночная пони, дошло!? — зашипела Сивира.

Я лишь кивнул, хотя на самом деле нихрена не понял.

Какая еще нахрен, ночная пони!? Она наркоманка, что ли? А хотя... Чему я, собственно, удивляюсь?

Пройдя за кобылкой около двухсот метров, я всё же увидел замок. Хотя по мне, это и не замок вовсе, а какая-то декоративная байда!

Мысленно я уже приготовился отстаивать своё право на ношение оружия.

Правда, как оказалось — зря. Стража пропустила нас через воротоа, даже не спросив, кто мы, собственно, такие! Ну охренеть у них служба...

Хотя... Бойцов-то они наверняка видели. Может, решили что я — один из них и просто вышел подышать свежим воздухом? Черт, да какая мне разница!

Когда мы уже зашли во дворец, Сивира вновь начала читать лекции:

— Веди себя вежливо, не спорь, не дерзи, не вздумай напиваться... -
— Ой, да понял я, понял! Только отвали...

Выдохнув и, видимо, приготовившись к худшему, она повела меня через зал, в сторону здоровенной двери.

Открыв дверь и зайдя внутрь, я уже который раз за этот день охренел...

Нет, я конечно не в деревне родился, москвич всё-таки, но во дворце прежде никогда не бывал. Большой даже по человеческим меркам зал то ли из белого мрамора, то ли из чего-то еще. В конце зала стояло два трона. Нахрена два? А, ну да, тут же две принцессы... Кстати, а почему они принцессы? В смысле, они же королевы получаются! А хотя...

По всему залу была расставлена целая куча столов со всякой фигней — еда, наверное.

Всё было здорово, но кое-что мешало, вернее кое-кто. Целая толпа лошадок слонялась по залу. Кто разговаривал меж собой, кто жрал, а кто просто шлялся от нечего делать...

Ага! Вот и мои гаврики...

Я заметил своих засранцев, стоящих возле Селестии и еще какой-то странной крылатой темно-синей единорожки — может, это и есть вторая принцесса?

— Становись!!! — крикнул я, приблизившись к бойцам.

Все бойцы замерли по стойке. Один лишь Пугачев как-то странно усмехнулся и проигнорировал мою команду.

Вот как значит!? С-сучонок, я тебя на место поставлю! Забыл, гандон, как очки драил!? Ну ничего, напомним...

— Рядовой Пугачев, вас что, команды не е*ут? — спокойным голосом спросил я.

— Идите нах**, товарищ лейтенант! — сказал боец и рассмеялся.

Да он вообще ёбн**ся!? Да я его, как собаку, отх**рю!!!

— Опа... Ты что, боец, дембель дох** стал? По стойке встал, когда к тебе командир обращается!!! — заорал я.

Принцессы стояли, с интересом следя за развитием событий. По-моему, они плохо понимали, что тут происходит.

— Командир!? Отсоси, понял!? В жопу себе свои приказы...

Закончить Пугачев не успел.

Резко подскочив к нему, я со всего маху врезал прямо в центр груди. Тот выпучил глаза и упал, закашлявшись.

Бойцы, видимо, уже собирались вмешаться, но я достал из кобуры пистолет и скомандовал:

— На месте, говнюки! Вы ещё из армии никуда не ушли! Чё, бл**ь, воздух свободы жопу защекотал? Я, бл**ь, защекочу нах**!
“Говнюки”, заметив оружие, испуганно замерли. Похоже, до них начало доходить, что мы не в игрушки играем.

— Товарищи солдаты, я понимаю ваше стремление к свободной жизни и не собираюсь ограничивать вас. Но неподчинение приказам, самовольное оставление гарнизона и встречу с правительством другой страны я расцениваю как государственную измену! Вы ведь понимаете, что в таких случаях полагается?
"Засранцы" стояли не двигаясь. Они понимали, что я не шучу.

— Простите, но что происходит!? — подала голос Селестия.

Не обращая на неё внимания, я вновь обратился к бойцам:

— Итак, я хочу узнать, кто зачинщик? Кто первым решил дезертировать? Молчите...

Взгянув на скорчившегося Пугачева, я заорал:

— Встать, паскуда!!! Что, пиз**к, в армии служить надоело!? Расстреляю нах**!!! Встать, тварь!

От былой спеси не осталось и следа! С трудом поднимаясь, этот ублюдок едва не ревел, как побитая шлюха. Мне его даже жалко стало... Не, ну ведь он ничего такого не сделал...

— Тащ лейтенант... Мы это... Извините нас, короче! Мы просто не подумали вас предупредить... — забормотал Кабанов

— Не подумали!? Так вот как это теперь называется? Тащ офицер, я не дезертировал! Я просто не подумал вас предупредить, что ушел! — передразнил я рыжего дебила.

Пнув Пугачева, я скомандовал ему встать в строй.

Немного успокоившись, я убрал пистолет обратно в кобуру и закурил.

Затягиваясь, огляделся. Все пони в зале с ужасом таращились на меня.

Блин, ну почему так всегда?

Выдохнув дым, я буркнул:

— Че вылупились? Военных никогда не видели!?

Принцессы синхронно закашлялись. Сивира закрыла лицо копытом и что-то прошептала. Я услышал лишь "...меня точно разжалуют..."

Двадцать шестая глава.

Не успел я докурить, как услышал приятный голосок.

— Могу я поговорить с вами... Наедине? — осторожно произнесла Селестия.

Я кивнул, оглядел напоследок на своих дегенератов и отправился за принцессой. Лошадки в зале продолжали испуганно перешептываться.

Выйдя за дверь, Селестия остановилась и как-то странно посмотрела на меня.

— Я так понимаю, ваши люди действовали без вашего ведома?

— Действовали? Чего эти чудилы опять натворили!? — вспыхнул я.

— Кхм, ну я полагала, что они действуют от вашего лица, и мы собирались заключить несколько соглашений...

И тут я офигел по полной! Со слов принцессы, этот гребанный Пугачев за бабло пообещал выдать этим лошадям все, что у нас есть!

Даже образцы оружия обещал подогнать, гандон! Правда, Селестию больше интересовал мой командирский промедол, а не оружие.

Интересно, как этот дебил собирался забрать ампулы у меня!?

Черт, специально для этого урода я построю в Понивилле общественный туалет и назначу его главным говночистом!

— Принцесса, я надеюсь, вы понимаете, что никакого оружия вам не видать?

Она как-то печально вздохнула и, немного постояв, заговорила:

— Оружие меня не сильно интересует, слишком оно опасное... Но ведь обезболивающие? Вы ведь можете дать их нам? Это сильно поможет нашей медицине и...

Её снова понесло...

Оказывается, в качестве анестезии у них обычно используется магия, ибо всякие настойки слишком слабые. Проблема в том, что единорогов, достаточно сильных для того, чтобы поддерживать заклинание нечувствительности, не хватает. В небольших поселениях их вообще нет, поэтому она так заинтересовалась промедолом.

— Сколько вы готовы заплатить за двенадцать ампул?

Я решил сразу перейти к делу. Всё-таки от промедола никому хуже не станет, надеюсь...

— Двести тысяч. Я думаю, вас это устроит...

Етить! Я конечно не сильно разбираюсь в здешней валюте... Но сумма, наверное, внушительная, ладно, хрен с ним!

— Мало... Тьфу, то есть сойдет!

Селестия расплылась в улыбке и спросила:

— Ампулы у вас с собой?

Ага щаз-з-з! За лоха меня держит что ли?

— А деньги у вас собой? — ответил я.

Она возмущенно фыркнула. Обиделась, наверное...

— Я понимаю вашу осторожность, но будьте уверены- мне вы можете доверять! Чем раньше вы передадите мне ампулы, тем быстрее мы сможем их изучить и запустить в производство!

Немного повздыхав, я полез в вещмешок. Конечно, доверяться какой-то лошади не хотелось, но всё же... Ну не такой же я козел, чтобы отказывать? Всё-таки промедол действительно сможет спасти чьи-то жизни. Хотя я не уверен, что он будет правильно действовать на пони, но принцессе об этом знать совсем не обязательно!

Достав коробку из вещмешка, я протянул её Селестии. Та подхватила её с помощью своёй гребанной магии и, достав ампулы, принялась их рассматривать.

Потратив на осмотр пару минут, она что-то сделала с коробкой, и та испарилась в воздухе. Походу телепортировала, как Спайк то письмо... Блин, чего я там написал то? Нихрена не помню!

Её рог засветился, и прямо из воздуха появилась какая-то бумажка... Гребанный Гарри Поттер!

— Это чек на двести тысяч бит, написанный на ваше имя. Вы сможете обналичить его в любом банке. Признаюсь, я опасалась иметь с вами дело, но мне приятно осознавать, что моя тревога была беспочвенной. — сладким голосом произнесла принцесса.

Заеб**ь! Черт, а жизнь-то налаживается! Вчера я был почти что бомжом, а сегодня... Блин, двести штук — это, наверное, много! Хм, а ведь если бы Сивира мне втык не устроила... Кстати, где она?

Взяв чек, я вместе с принцессой отправился в зал.

Прежде чем зайти обратно, она прошептала мне на ухо:

— Я прекрасно понимаю ваши действия, но прошу вас воздержаться от дальнейшего... Хм, воспитания подчиненных на глазах у моих подданых. Боюсь, они неправильно поймут...

Мне оставалось только кивнуть.

В принципе, она права. Нехрен у всех на глазах разборки устраивать.

Собственно, тут мало чего изменилось за время моего отсутствия. Правда, мои бойцы заметно приуныли... Ну ничего, засранцы, я вам такую жизнь устрою, что вы окопы добрым словом поминать станете!

Уже двинувшись к своим засранцам, я заметил в углу зала какого-то белого единорога.

Судя по жестикуляции, он отчитывал Сивиру.

А, это навеное этот самый начальник гвардии!

Блин, а ведь её наверняка из за меня отчитывают. Надо бы помочь...

Подойдя поближе, я обратился к поню:

— Добрый день, я так понимаю вы начальник королевской гвардии?

Мне больших трудов стоило быть вежливым.

Единорог прервался и тупо уставился на меня. Чуть помедлив, изучая меня, он кивнул.

— Мне бы хотелось выразить своё восхищение качеством подготовки ваших подчиненных! И да, также хочу заметить, что младший лейтенант очень сильно помогла мне. Если бы не её действия, то, боюсь, без происшествий бы не обошлось. Местное население на меня, знаете ли, нервно реагирует.

Говоря это, мне пришлось прикладывать большие усилия, чтобы не заржать. Подготовка!? Да даже мои дегенераты им сто очков вперед дадут!

— Кхм... Я рад, что мой заместитель смогла помочь вам. — недовольно проговорил начальник стражи.

Видимо, он не поверил ни одному слову... Значит, не такой уж он и дурак! Но продолжать полоскать мозги Сивире не стал и, попрощавшись, двинулся в сторону двух принцесс.

— Я думала, он никогда не закончит... Спасибо! — радостно проговорила младлей.

Впрочем, не успел я ничего сказать, как она злобно зашипела:

— Какого сена!? Зачем я тебя всю дорогу инструктировала!? Ты же обещал, что не будешь никого бить!

Я промямлил — мол, больше так не буду! Правда, успокаиваться Сивира явно не собиралась...

Она продолжала злиться на меня. Я уверен, если бы мы не были в зале, — точно бы врезала мне.

Её тираду прервала Твайлайт, появившаяся непонятно откуда.

— Рада тебя видеть! Как рана? Не сильно беспокоит? Прости меня еще раз, это было так глупо с моей стороны! — затараторила кобылка.

Да что ж такое!? То одна мозги полоскает, теперь вот и эта будет до посинения извиняться! Задолбали!

Мне кое-как удалось отделатся от этих ненормальных кобыл. Посетовав на важные дела, я чуть ли не бегом двинулся к своим бойцам.

Солдаты заметно напряглись. Особенно Пугачев... Боятся, засранцы! Ну ничего, пиз**ки, я до вас еще доберусь!

Построив своих оболтусов, я скомандовал двигаться на выход из замка и, подгоняя их по дороге, размышлял, где бы мне обналичить деньги и на что бы их потратить...

Не успели мы выйти за ворота, как меня догнала Сивира. Да что она ко мне привязалась-то!?

— Ты... Дискордово семя... Куда ты собрался!? — задыхаясь, спросила кобылка.

Куда? Я ей докладывать должен, что ли!? Вообще охренела...

Перед носом младлея появился чек.

— Что это? — раздраженно спросила кобылка.

Несколько секунд она изучала писанину на бумажке, потом скосила глаза на меня, потом опять на чек... Она так и стояла целую минуту, тупо переводя взгляд с одного на другое. Хм, наверное, двести штук — это очень много... Блин, как это удачно я приехал!

— Как ты... Ты угрожал принцессе!? Ты её шантажировал!? — злобно зашипела младлей.

Блин, ну почему сразу шантажировал? Почему все такого невысокого мнения обо мне? Да ну её...

— Приданное, блин! Замуж она за меня выходит!

Правда, я забыл, что Сивира к юмору не очень расположена...

Младлей вылупилась на меня, от удивления раскрыв рот. Постояв так пару секунд, она грохнулась в обморок.

— Твою мать! Что я такого сказал-то!?

Совсем шуток не понимает, что ли?

Обернувшись к своим бойцам я обнаружил, что их реакция не сильно отличалась от Сивириной.

Четыре полудурка таращились на меня, будто я только что на их глазах ребенка съел. Блин, вечно я ляпну что-то не то!

Двадцать седьмая глава.

Был уже вечер, и мы с бойцами сидели на станции в ожидании поезда.

Побегушки по городу в поисках банка прошли не так гладко, как хотелось. Нет, банк то мы нашли быстро, но вот когда зашли внутрь... Управляющий, заметив Сивиру, висящую в бессознательном состоянии на плече у Кабанова, поднял такой визг! Наверное. Решил, что мы бандиты какие-нибудь? Ну не бросать же было младлея возле ворот? Конечно, можно было отнести её в замок и отдать кому-нибудь из стражников, но объяснять, почему она грохнулась в обморок, я не хотел. Может, у них за такие шутки о принцессе смертная казнь положена? Монархия, мать её!

Правда, обналичить и взять с собой вышло всего сорок тысяч, уж больно много монеток. Да и тяжелые, зараза! Так что теперь вещмешки моих бойцов были доверху набиты золотом. Мне не особо хотелось им доверять столь дорогой груз, но не самому же тащить... Сивиру у Кабанова пришлось забрать. Он хоть и здоровенный, но и так сильно загружен.

Правда, не успели мы дойти до станции как кобылка очнулась и подняла такой визг, что я чуть не упал от неожиданности.

Ох, какими только словами она меня не называла! Ё-мое, даже я так материться не умею!

— Ты, гнилой мешок протухшего овса, как ты вообще посмел сказать такое!? Ты хоть понимаешь...

От всех этих слов мне уже становилось дурно. Хорошо хоть, что Сивира быстро выдохлась. Буркнув что-то неразборчивое, она двинулась в обратную от станции сторону. Хм, а я думал, что она с нами поедет... Ну и ладно, без нее даже проще!

До Понивилля доехали без происшествий. Никакие кондукторы не решались докапываться до пятерых агрессивных людей.

Чтобы бойцы не заскучали во время поездки, я заставлял их повторять вслух обязанности военнослужащего... Все пони косились на нас, как на сумашедших наверное, со стороны это было похоже на молитву. Ну и пофигу! Какая мне разница, что обо мне подумают разноцветные лошади?

Когда мы зашли в библиотеку, было уже совсем темно.

— О, привет, ребята! А я уже думал, что и вы тоже уехали! — встретил нас в доме Спайк.

Оказывается, дракончика на тусовку не взяли. Может, он еще мелкий для этого? Хотя спирт он пил с куда большим мужеством, чем принцесса... Странные у них понятия о половозрелости...

Похоже, Спайку было скучно сидеть в библиотеке одному. Брэйзен со своим ассистентом свалила на какое-то собрание зоологов, прихватив тушку "Мака" с собой, так что он принял нас с огромной радостью — даже помчался на кухню готовить ужин.

Блин, хороший он всё таки парень, хоть и дракон. Услышав о жратве, мои дегенераты поскидывали вещмешки и уже было намылились сесть за стол.

— Куда, обезьяны еб**ые!? А руки кто мыть будет!?

Бойцы как-то неуверено переглянулись, но всё же пошли в сторону уборной.

— Не все сразу, идиотины! — вздохнул я, глядя на солдат, которые никак не могли решить, кто пойдет первым.

Ну и дебилы... Черт, ну неужели они так сильно хотят жрать!? Я могу понять Кабанова, этот увалень и в столовой чуть ли не столы переворачивал, пробираясь к раздаче, но остальные! А, да какая разница!?

Закончив с гигиеной, они всё так же быстро уселись за стол... Бедный Спайк! Я боялся, что его удар схватит, когда бойцы принялись поглощать салат.

Чертовы овощи... Без мяса мы долго не протянем. Надо что-то придумать. Может — всё же на охоту в лес сгонять? А хотя пофигу, потом разберемся, если что, можно и рыбы наловить, тоже сойдет...

Подождав, пока бойцы закончат измываться над продуктами, я объявил отбой. Разместив своих говнюков в зале, я решил и сам перекусить. Да заодно с драконом пообщаться — завтра мне понадобится его помощь.

— У вас в городе строительством кто-нибудь занимается? — задал я вопрос, разливая яблочное пиво по кружкам. Хорошо, что с прошлого раза хоть пара бочонков осталась.

— Смотря что строить... Если дом-то это к Эпплам — они всей семьей за несколько часов могут здоровенный амбар построить! — задумчиво протянул Спайк, беря в лапу кружку.

Амбар... Ну, амбар мне не нужен, но то что здоровенный — это как раз то что надо! Нет, можно, конечно, прикупить и обычный домик, но они все мелкие! Блин, боюсь, мы впятером там не поместимся... Да и, честно говоря, я уже начинаю скучать по казарме... Блин, никогда не думал что дойду до этого! Гребаная армия!

— Ну а большой дом, с водопроводом, электричеством и так далее, они забабахать смогут? — уточнил я, отпивая из кружечки.

— Наверное, смогут... Только это будет недешево! Материалы там, да и не на один день работы! — произнес Спайк.

— Как думаешь, десять тысяч хватит?

Дракончик поперхнулся, разбрызгивая пиво. Затем вылупился на меня и сказал:

— Чего!? Да они и за три тысячи всё сделают, и то много! Откуда у тебя десять тысяч!?

— Нет у меня десяти штук, у меня сорок...

Не успел я закончить предложение, как Спайк закашлялся. Да так сильно, что чуть не грохнулся со стула.

Ё-мое — неужели это так много!? Я богат? Ёптить, никогда бы не подумал, что разбогатею в стране говорящих поней!

— Вот здесь, Пугачев, ты будешь проводить большую часть своего времени! — с улыбкой сказал я к бойцу, показывая рукой на унитазы.

— Тащ лейтенант, вы прикалываетесь, что ли!? — изумленно спросил солдат.

— Ты, выбл**ок тараканий, скажи спасибо, что я тебя за измену Родине не расстрелял, нах**!!! — заорал я ему на ухо.

Пугачев, понуро опустив голову, смирился со своей судьбой.

Дом, а вернее — какое-то его подобие, семейка Эпплов заделала за четыре дня! Правда, мои засранцы тоже помогали, да и яблочникам пришлось звать своих родственников из других городов... Блин, да сколько же их!?

Насчет строительства договаривался Спайк. Я в здешних делах не понимаю, поэтому и попросил его помочь. Отличный он всё-таки парень! За два часа он успел договориться с фермерами и еще каким-то образом связаться с архитекторами из Кантерлота, чтобы те прислали своего специалиста. Правда, была одна проблема: мебель и сантехнику человеческого размера никто никогда не производил, так что пришлось дракончику заказывать её отдельно, за приличную сумму. Но несмотря на всю нервотрепку и потраченные деньги, оно того стоило.

Четыре дня!!! Я хренею с этих лошадей... За неполную неделю они успели составить чертежи, привезти материалы, изготовить мебель... И это при том, что раньше они никогда этого не делали!

На оплату труда, материалов и еще кучу всякой фигни ушла довольно-таки приличная сумма — одинадцать тысяч... Плюс еще пять сотен монет я решил отдать дракончику. Он честно их заработал. Поначалу он не хотел брать награду, но, вспомнив о подруге своей начальницы, он сразу согласился, сказав, что купит ей самый лучший подарок...

Бедняга, неужели он настолько сохнет по этой кобылке, раз все деньги готов на неё спустить? Но это уже не мои дела...

Хоромы у нас получились знатные! Очкастый архитектор для строительства выбрал место на отшибе, между яблочной фермой и городком. И теперь на недавнем пустыре стоял большой продолговатый домик в два этажа и восемь комнат, не считая кухни и умывальника с сортиром.

Черт, я слишком долго служу! У меня даже дом получился как казарма...

Каждому бойцу вышло по отдельной комнате — они хоть и хотели меня кинуть, но всё — таки их можно понять: слишком уж много на них свалилось за последнее время. Кабанова я не стал наказывать, прекрасно понимая, что он просто пошел на поводу у остальных, слишком уж он тупой... И нахрена капитан ему младшего сержанта дал!? А вот остальные по стройке летали, как ошпаренные... Нехрен было бунт устраивать!

Когда казарма была готова к заселению, я распределил обязанности между солдатами.

Кабанова назначил ответственным за продовольствие: раз жрать любит, так пусть готовит и продукты покупает! Скокова поставил каптером, пускай за имуществом следит, а то я знаю — не успеешь отвернутся, как попиз**т всё! Как в пословице "Армия — страна чудес, сел посрать — ремень исчез!".

Лисина я ничем не запрягал. Работая у Рэрити, он и так сможет заниматься ремонтом нашей одежды, а то и вообще новую сделать!

Ну, а Пугачев... Как я и обещал, он стал главным дерьмочистом! В обязанности я вверил ему порядок в расположении — и, самое главное, сортире.

Пускай развлекается, дембель х**в...

Всё не так уж и плохо выходит. Деньги есть, дом есть — теперь и будущее не кажется таким безрадостным!

На второй день после нашего заселения из дворца должна была вернуться Твайлайт со своими друзьями, так что я уже морально готовился выслушивать очередную порцию извинений.

Сидя на кухне и наблюдая за тем, как Кабанов в фартуке с цветочками пытается выпотрошить рыбу, я спокойно чистил автомат. От процесса меня оторвал стук в дверь. Твайлайт, что ли!? Спайк ведь говорил, что она приедет не раньше чем после полудня, а сейчас еще утро...

— Пугачев! Мать твою, открой дверь! Ты там дрочишь, что ли!? — заорал я на весь дом.

Тьфу! Этот поганец пошел вместе со Скоковым на рынок. А я то уже и забыл, что отправил их за инструментами...

Нехотя поднявшись из за стола, я поплелся к входной двери. На пороге обнаружилась единорожку какого-то салатового цвета. Но охренеть мне пришлось не от её цвета, а от одежды.

Кобылка была одета в пиксельную форму. Точно такую же, как у меня, и с какими-то сумками, похожими на вещмешки, на боках. Даже на башке у нее была надета армейская кепка с прорезью для рога...

— Новобранец Лира для вступления в человеческие вооруженные силы, прибыла! Сэр... Товарищ лейтенант! — радостно затараторила единорожка, встав по стойке и приложив копыто к кепке.

Ох, ну нихера себе! Блин, что делать-то!? Эти лошадки меня уже задолбали своими выходками!.

Двадцать восьмая глава.

Я сидел за столом и смотрел, как Кабанов сюсюкается с "новобранцем".

Капрал чуть ли не силой заталкивал в единорожку яблоки и еще какие-то фрукты, приговаривая:

— Тощая-то какая! А ну ешь давай! А то, это... Плохим солдатом будешь, короче!

И чего он этих поней так любит? Может, он извращенец какой?

Ой бл**ь, кто бы говорил... Еба**ые зоологи!

Я был не в восторге от пребывания в нашем доме посторонней кобылы, но...

Закончив свой "доклад", единорожка уставилась на меня, нервно переминаясь на месте. Не дождавшись от меня ни одного слова, она вновь заговорила:

— Сэр... То есть товарищ лейтенант... Вы не подумайте, я вам пригожусь! Я всю жизнь изучаю людей и могу стать настоящим солдатом!

Всю жизнь изучает людей!? Тут есть еще люди? И, причем, они тут уже давно!? После такого я не мог её просто прогнать...

Правда, допросить её мне помешал Кабанов со своей странной привязанностью к местному населению.

— Э-м, спасибо, но я уже наелась... Сэр, то есть товарищ... А какое у вас... — попыталась заговорить Лира, но капрал жестко прервал её, поставив перед ней целую тарелку с яблочной кашей, посыпанной сахаром.

Задолбал уже, нянька хренов!

— Кабанов! Отставить издевательства!!! Иди лучше рыбу поджарь, я тоже жрать хочу!

— А как-же... — промямлил здоровяк, но, заметив мой взгляд, тут же осекся и принялся за готовку.

— Итак, ты сказала, что всю жизнь изучаешь людей, верно? — обратился я к кобыле.

— Да! То есть.. Так точно! — радостно завопила "новобранец".

— То есть в Эквестрии есть еще люди, верно? — продолжил я свою мысль.

Ответ был очень важен для меня. Ведь если тут есть еще люди, это в корне всё меняет!

— Ну... Вы первые, кого я встретила... Да и если честно, вас всегда считали за детскую легенду! — затараторила Лира.

Как выяснилось из её рассказа, люди в этом гребанном мире говорящих ошибок природы — всего лишь сказочные персонажи...

Нет, эти лошади точно издеваются! Мы сказочные персонажи!? И кто мне это говорит, единорог!?

Многие пони про людей никогда, ничего не слышали. Упоминания о нас есть лишь в старинных книгах и редких сборниках о мифологических существах.

Весь этот рассказ меня сильно взволновал. Если в книжках есть упоминания о людях, то выходит, что мы здесь были.

У меня в голове сложилось несколько вариантов: это какие-то "левые" люди, не имеющие к Земле никакого отношения, либо эта планета и есть Земля, а я меня с бойцами закинуло в далекое будущее, когда человечество уже вымерло. Ну или это простое совпадение, и на самом деле никаких людей, среди этих пони, никогда не было.

Задачка, блин... В любом случае, мне стоит полистать эти самые книжки и сборники. Может, я пойму что-то, до чего не додумалась Лира?

По словам единорожки, все книжки она нашла либо в Кантерлотской библиотеке, либо у Твайлайт.

Глянув на часы, я убедился что уже далеко за полдень, Твайлайт уже наверняка вернулась...

Блин, а что с "новобранцем" — то делать... Прогонять её мне не хотелось, слишком много в её глазах было какой-то щенячьей восторженности и детской наивности.

Она напоминала мне ребенка, который, наигравшись в войнушку, выпрашивает у настоящих солдат отстрелянные гильзы. Даже форму сама себе сшила.

— Кабанов, займись молодым пополнением, а я пока в библиотеку схожу... И чтобы не откармливал больше! Займитесь пока уставом, что ли... У меня в вещмешке найдешь — приказал я, поднимаясь из за стола и собирая автомат.

Кобылка, услышав мои слова, радостно запищала, но мгновение спустя осеклась и попыталась сделать серьезную морду. Блин, ну и чудики же, эти пони!

Впрочем, от неё тоже может быть толк...

Я уже давно замечаю тоску в глазах своих ребят.

Мы устроились в новом мире и устроились неплохо. У нас были деньги, дом, еда и очень много свободного времени. Слишком много...

В голову лезли мысли о доме, семье, друзьях. От осознания, что той жизни больше не увидим, у ребят началась депрессия. Даже меня постоянно тянуло напиться... Чтобы хоть как-то отвлечь своих бойцов, я постоянно гонял их — то на рынок, то рыбу ловить, то еще куда. Чем бы не занимались, лишь бы не сидели на месте и не скучали, а то так и до нервного срыва недалеко.

Глядя на реакцию Кабанова, я решил что эта забавная кобылка может отвечь бойцов от грустных мыслей. Пускай уж лучше учат её строевым приемам и угорают над её попытками выполнить воинское приветствие. А то мало ли, напьются с горя, и черт знает что они по пьяни натворить могут...

Не успел я зайти в библиотеку, как на меня накинулась Твайлайт:

— Почему вы уехали, ничего не сказав!? Ты вообще знаешь, что весь Кантерлот про вас шепчется? Что вы в банке натворили!?

Блин... Опять я в чем-то виноват, задолбали...

— Я перед тобой что, отчитываться должен!?

Кобылка осеклась и как-то обиженно фыркнула. Мне показалось что она вот-вот заплачет. Блин, даже как-то стыдно стало.

— Извини, что-то сорвался... Но я не должен тебе обо всем докладывать! И ничего мы не устраивали, это всё из-за Сивиры...

Пришлось объяснить, почему младлей в обморок грохнулась... Ну, я соврал, конечно, а то вдруг и вправду казнят! Сказал, что она потеряла сознание от количества цифр на чеке, выданном мне принцессой.

В общем, кое-как я все же смог подойти к делу.

— Мне тут одна ненормальная сказала, что в каких-то книжках есть упоминания о людях. У тебя такие имеются?

Твайлайт кивнула и принялась копаться в книжных полках... Блин, никак не могу привыкнуть к этой сраной магии! Как посмотрю на то, как эта единорожка книги телекинезом таскает, даже страшно становится...

— Странно... Я была уверена, что они здесь! Спайк! Ты не мог бы мне помочь!?

Минут двадцать спустя Твайлайт с дракончиком перерыли всю библиотеку, но ничего не нашли.

— Ничего не понимаю! У меня было несколько книг в которых упоминались люди... Вот, даже в учетной книге есть! — проговорила единорожка, разглядывая толстый журнал, на письменном столике.

Понятно, блин. Литературы я сегодня не почитаю, ну и ладно!

— Ох сено! Да куда они пропасть-то могли!? Слушай, Лукин, если тебя так интересуют эти книги, я могу заказать их в главной библиотеке, но это против правил... Так что сначала мне придется получить разрешение у принцессы. Я сообщу тебе о её решении. — извиняющимся тоном проговорила единорожка.

Поблагодарив Твайлайт за помощь, я двинулся в сторону дома. Хотя толку от неё! Блин, зря приперся.

Ё-мое, у меня есть дом! Черт, как странно-то... Почти всю жизнь по казармам да общагам мыкаюсь, а дома своего никогда не было. Никогда бы не подумал, что заимею собственное жилье в стране говорящих пони... Хотя мой "дом" больше на казарму похож, гребанная армия!

Мои размышления о коварстве вооруженных сил прервал голубой "пикировщик".

— А вот и ты! Что? Думал, сможешь сбежать от меня!? Как бы не так! Здесь и... — начала свою помпезную речь голубая кобылка.

Блин задолбала! Что она ко мне привязалась-то? Как её зовут-то? Как же Твайлайт её называла... Рэйн.. Райн.. Рон....

— Слушай... Тебя ведь Ранбодас вроде зовут? Я не хочу... прервал я крылатую пони, но осекся, увидев её реакцию.

Услышав своё имя, крылатая вылупилась на меня и открыла рот, тщетно пытаясь что-то сказать.

Да что я сказал-то!? Почему эти тупые лошади на меня так реагируют!? Чувствую себя полным дебилом...

Двадцать девятая глава.

— Ранбодас!? Ты назвал меня Ранбодас!? — шипела голубая кобылка.

Блин, по-моему, я попал! Может быть, ей прикладом по башке съездить, да свалить? Или попытаться договорится?

Пока я судорожно искал выход из ситуации, "пикировщик" всё не унималась:

— Ну всё длинный! Это была последняя, капля! Мы разберемся как...

— Ты, конечно, извини, мне жаль что я задел тебя, но... Иди нах**! У меня нет времени на твои игры! — буркнул я и, не замечая протесты крылатой, двинулся дальше.

— Испугался!? Ха! Ну беги-беги! Курица! — орала мне вслед кобылка.

Я уже хотел остановится, и пойти настучать её прикладом по башке, но передумал.

Пускай орет, какое мне дело до обиженной лошади? Она же даже не человек нихрена!

Оставшийся день прошел достаточно спокойно, если не считать попытки Кабанова закормить Лиру до смерти.

Все же хорошо, что я не стал прогонять кобылку. Бойцам она определенно понравилась.

Когда я вернулся из библиотеки, то застал Лисина, пытавшегося научить единорожку строевому шагу. У бедняги совсем не получалось, она никак не могла одновременно оторвать от земли обе правые ноги. Но как ни странно, мои бойцы, наблюдавшие за процессом, сдерживали смех и искренне подбадривали кобылку. Странная она всё-же... Надеюсь, её интерес к людям никак не похож на интересы доктора Брэйзен... Очень надеюсь!

Впервые за очень долгое время мне не хотелось напиться. Глядя на своих бойцов, возящихся с Лирой, как с маленьким ребенком, у меня появилась какая-то странная уверенность. Пусть этот мир чужд нам, пусть местные смотрят на меня, как на чудовище, пускай. Но мы здесь приживемся, я в этом уверен. Мы сможем адаптироваться здесь.

Ведь если присмотреться, то повадки этих лошадок не очень сильно отличаются от человеческих...

Бл**ь! Да некоторые из этих лошадей больше похожи на людей, чем я сам! Блин, пора бы мне уже избавляться от своих армейских замашек — они идут только во вред.

После ужина я предложил Лире комнату, но та отказалась. Как выяснилось, кобылка живет вместе со своей подругой и не хочет заставлять её переживать за себя.

Странные у них отношения... Так что кобылка отправилась домой, пообещав прийти завтра, для дальнейших занятий. Ей понравилось, что ли!? Точно ненормальная!

Мы уже и сами готовились к отбою, как в дверь постучали... Блин, уже второй раз за один день!

— У нас тут что, табличка "Военкомат" висит!? — ворчал я, открывая дверь.

На пороге стоял Спайк с каким-то бумажным пакетом в лапах.

— О, привет! Я ведь тебя не разбудил? — обеспокоенно спросил дракончик, глядя на мою пиксельную майку.

— Нет, не разбудил. С чем пожаловал? — я кивнул в сторону пакета.

Может, Селестия все-же дала разрешение? Блин, что-то быстро! Ах да, магия и всё такое...

— О, это посылка от принцессы, она адресована тебе! Твайлайт получила её в ответ на запрос о твоём допуске в библиотеку. — официальным тоном произнес дракон.

— Зайдешь? — спросил я, принимая посылку из лап Спайка.

Тяжелая, зараза! Может, тут золото!? Тьфу, какое нахрен золото!? Совсем уже рехнулся, со своими деньгами...

В гости Спайк всё же не зашел. Посетовав на позднее время, он попрощався и отправился в библиотеку.

Поглядев вслед уходящему дракончику, я закурил и двинулся на кухню. Блин, надо срочно найти нормальный табак, а то скоро придется долбить "Перекур" — мои лёгкие мне еще нужны...

Солдаты уже вовсю дрыхли — я даже с кухни слышал храп Кабанова, "тигр" хренов! Сев за стол, я принялся распечатывать пакет.

Под бумагой обнаружилась деревянная коробочка со свернутой запиской на крышке.

Это было письмо от Селестии:
"Моя ученица передала мне, что вы интересуетесь книгами, преданиями и легендами о своём народе. Я удовлетворяю вашу просьбу, но боюсь, что в даже в королевской библиотеке вы не найдете что-либо ценное. В знак дружбы между нашими народами я передаю вам посылку.

Вместе с письмом, к вам доставят одну коробку. Внутри вы найдете предметы, настолько старинные что я не могу даже приблизительно назвать их возвраст. Вещи в посылке были найдены задолго до начала моего правления, и, по легенде, находились в ныне утерянном древнем подземном храме, посвященном какому-то языческому божеству. Я хочу заострить ваше внимание на одной старинной книге, что вы обнаружите внутри. Очень надеюсь, что вы не измените своё мнение о нашем мире после её изучения.

Ваш искренний друг — Принцесса Селестия."
Друг!? Да она совсем рехнулась! Хотя... Уж лучше друг! Мне совсем не хочеться ссорится с целым государством. Даже если его населяют мелкие говорящие лошади.

Хмыкнув, я открыл коробку.

Внутри обнаружилась целая куча всякого барахла. Какие-то медали, звездочки, заколки и целая куча гнилого тряпья.

— Что за фигня... — презрительно фыркнул я, вытряхивая содержимое коробки.

На стол, помимо всякого барахла вывалилась какая-то железка и непонятный целлофановый сверток, наполненный пенопластом.

Взяв железяку в руки, я обнаружил что это проржавевшие остатки какого-то пистолета.

Нихрена себе! Это сколько понадобится времени, чтобы стальной затвор так сильно изьело!? Я удивленно разглядывал "пистолет" вертя его в руках, но мне так и не удалось распознать его модель. Отложив железку в сторону, я принялся за сверток.

Немного повозившись, у меня так и не вышло его разорвать, даже ножом не вышло! Что за целлофан то такой!? Блин, придется развязывать...

Провозившись около пяти минут, я все же смог высыпать содержимое свертка на стол. Вместе с пенопластовой крошкой выпала хорошо сохранившаяся, маленькая записная книжка.

Взяв в руки книжечку и закурив еще одну сигарету, я открыл первую страницу.
"Дорогая Сашенька.

Мама постоянно спрашивала про твоё здоровье и интересовалась, хорошо ли ты кушаешь. Знаешь, она ведь очень переживает.

Сегодня она даже хотела навестить тебя, но сама понимаешь, я не мог взять её с собой. Я бы просто не смог пронести её по улице, слишком много снега. Мне и с рюкзаком трудно было дойти.

Снег... Иногда, бродя по улице, я чувствую как снежинки касаются моего лица. Я знаю, это невозможно, но глядя на огромные сугробы, я просто ощущаю, как мне в лицо задувает холодный ветер.

На улице я очень часто вспоминаю детство, новый год, ёлка, праздничный стол.

Мне очень стыдно, что у тебя никогда не было нового года. Я обещаю тебе — когда ты подрастешь, ты будешь праздновать новый год, день рождения, и еще много интересных праздников! Ты, главное, подрасти!

Недавно я ходил к могилке Леночки, знаешь, она ведь умерла совсем маленькой! Ей еще и трех годиков не было.

Знаешь, когда зима была еще не такой холодной, мы с мамой жили в школе. Мы были там не одни, с нами жило еще пятеро человек.

Мы и не думали, что выпадет так много снега. Его было столько, что выходы из нашего подвала полностью завалило и мы никак не могли выбраться.

Все вместе мы несколько недель тщетно пытались прочистить выход, но как только нам казалось что мы уже почти выбрались, как в лаз насыпалось еще больше снега.

Еда у нас закончилась в первые же дни и кушать было нечего. А Леночка ведь совсем маленькая была, она очень капризничала и просила кушать.

Она же всегда слабенькая была больная, а в подвале было очень холодно. На вторую неделю она уже не могла передвигаться и ребята говорили что она не выживет.

А мы ведь, так хотели кушать!

Примерно на четвертую неделю нам всё же удалось расчистить проход и мы с мамой переехали жить в музей.

Ты ведь помнишь? Мы ведь нашли тебя возле музея! Ой, и какой же забавной ты была!

Сначала ты нас даже боялась, убегала, помнишь? Я еще под снегом тебе старую траву выкапывал! Ты с таким аппетитом кушала!

Знаешь, ведь трава когда-то была зеленой! Нет, правда, я тогда был еще совсем маленький, но хорошо помню. Зеленая трава и деревья и много-много людей на улицах, все такие счастливые, нарядные! Я иногда нахожу старую одежду. Она, конечно, вся в пыли и её нельзя носить, но так хочется! Она ведь такая яркая!

Недавно я всё-же не удержался и подарил маме зеленую кофточку. Она носила точно такую же, когда мы в первый раз встретились. Она так радовалась!

Я не видел в ней такой радости с тех пор, как у неё отнялись ноги. Помнишь, когда она к тебе в последний раз приходила? Она еще тебе мясо приносила.

С тех пор, как Леночку похоронили, мама сама мясо не кушает, вот тебе всё и носит! Без мяса-то в таком холоде жить сложно. Вот по дороге от тебя она и замерзла. Хорошо, что я вовремя её нашел, но ноги она всё же отморозила.

Знаешь, я иногда всё думаю, что мы все умрем. Ведь рано или поздно все запасы закончатся и кушать станет совсем нечего.

А без еды, да еще и в таком холоде, человек жить не сможет! До встречи с тобой, меня это сильно волновало, но теперь я спокоен.

Ведь, ты и такие как ты, смогут выжить. Я верю, вы сможете жить в этом мире. Знаю, вы сможете исправить наши ошибки, вы сможете построить новый мир!

Я даже рад, что человечество умрет, ведь мы уступим место вам!

Сашенька, я всегда любил тебя как свою дочь, и мама тоже тебя очень любит! Но мы не можем больше выкапывать траву из под снега, да и крыс больше ловить не получается. Но ты не волнуйся, я принес тебе мяса. Знаю, ты его не любишь, но ничего другого у меня нет. Мама ведь всё равно ходить не может, она не обидится!

Я уже научил тебя всему, что знал сам. Ты уже умеешь считать, писать и свободно говоришь на моём языке. Ты намного совершеннее меня! Ты умеешь летать, ты не боишься радиации и холода! Тебе подвластны силы, о которых человек не мог даже мечтать!

Я так рад, что нашел тебя! Ты — самая лучшая смена, о которой люди только могли мечтать !

Ты, главное — расти, кушай, учись. Главное — выживи! Переживи зиму, переживи этот холодный ад! Ты моя последняя надежда! Только у тебя есть шанс возродить этот мир!

Я хочу, чтобы когда-нибудь в воде снова плавала рыба, а в небе летали птицы. Чтобы снова было лето, чтобы была зеленая трава и деревья! Чтобы снова были города. И чтобы снова праздновали новый год! Пусть в новом мире людей не будет, это не важно!

Ты, главное, выживи! Переживи зиму, переживи человечество, переживи меня!

Я знаю — тебе не нравится мясо, но это всё что у меня есть.

Я люблю тебя!

Папа"

Я с трудом закрыл книжку. Скосив глаза на пепельницу, я обнаружил что во время чтения, выкурил уже четыре сигареты.

— Да и пох**! — буркнул я, закуривая следующую.

Тридцатая глава.

— Пошевеливайтесь! Эй, что ты там встал!? Быстро в строй! — кричала Сивира на своих подчиненных. На сегодня у неё запланировано много дел, а времени маловато... Ей еще предстояло добраться до Понивилля и разместить своих гвардейцев в доме, да и к Лукину тоже стоило наведаться...

Когда младлей сказала своему начальнику, что не собирается больше шпионить за пришельцами, тот рассвирепел:

— Что!? Что значит "доверяю"!? Ты хоть понимаешь с кем мы имеем дело!? — орал начальник стражи.

Шайнинга очень беспокоило наличие пятерых вооруженных пришельцев в Понивилле. Возможно, его беспокойство усиливалось тем, что в том же городке живет его младшая сестра.

Он всё говорил о халатности Сивиры и её легкомысленному отношению к чужакам.
"Теперь, меня точно разжалуют" — думала кобылка.

— И как тебе только в голову пришло привезти этого психа сюда!? Да он же совсем ненормальный! Ты хоть понимаешь, что...

— Достаточно! — раздался чей-то мощный голос в зале.

Сивира повернула голову на звук и обнаружила принцессу Луну. Начальник стражи, заметив её приближение, вытянулся по стойке и поднял копыто вверх.

— Мне кажется,что действия офицера Хувс хоть и выходили за рамки её компетенции, но помогли продвинуть наши переговоры с пришельцами. Капитан, вы свободны. — произнесла принцесса глядя на Шайнинг Армора.

Тот хотел было запротестовать, но осекся и, кивнув, двинулся к выходу из зала.

Подождав, пока капитан стражи скроется за дверьми, Луна обратилась к младлею:

— Скажите, вы действительно считаете, что мы можем доверять чужакам?

— Доверять... Не думаю, ваше величество. Но я уверена — беспричинной агрессии со стороны пришельцев больше не будет. — спокойным тоном произнесла Сивира.

Принцесса немного постояла, явно раздумывая над чем-то. Спустя некоторое время, она вновь обратилась к кобылке:

— Офицер, возможно, вы — единственная, кому пришельцы хоть немного доверяют. Поэтому я хочу, чтобы вы со своим отрядом отправились обратно в Понивилль...

Вчера моя сестра отправила их главному одну посылку. Вам не обязательно знать, что в ней было. Но я боюсь, что её содержимое сможет спровоцировать Лукина на агрессивные действия. Я хочу, чтобы вы со своими подчиненными расквартировались в Понивилле и проследили, чтобы люди не причиняли беспокойства местным жителям. Я могу на вас рассчитывать?

— Да, принцесса — сухо ответила кобылка.

Она была далеко не в восторге от приказа, но ослушаться принцессу офицер не могла.

Всё-таки она считала Лукина своим другом, а шпионить за своими друзьями ей совсем не хотелось. Но одно дело — ослушаться приказа Шайнинга и совсем другое — Луны...

В Понивилль они прибыли уже после обеда. Отправив своих стражников отнести вещи в дом, выделенный им мэром, Сивира направилась искать пришельцев.

Впрочем, искать долго не пришлось. Огромное здание — наверное, самое большое во всем Понивилле — было сложно не заметить.

Дверь открыл рыжий здоровяк. Младлей не запомнила его имени.

— Лукин здесь? — спросила кобылка.

Здоровяк чуть покачался и неуверенно махнул ей рукой, мол — "заходи!".

Он пьяный что-ли? Ох сено, да они вообще когда нибудь просыхают?

Пройдя вслед за рыжим на кухню, кобылка обнаружила всех пятерых пришельцев.

Они сидели за столом, заставленным кучей разных бутылочек и склянок, в абсолютной тишине, то и дело наливая себе новые порции алкоголя.

— О! А ты что здесь забыла!? — с какой-то странной улыбкой воскликнул Лукин.

Остальные бойцы как-то странно на неё покосились. Младлею стало не по себе, в этих взглядах было стольно неприязни, что её казалось, что ощущала её кожей.

— Насчет этого... Я могу поговорить с тобой наедине? — переминаясь на месте, спросила кобылка.

Она хотела сообщить ему, что её прислали следить за ними, но говорить здесь младлей не собиралась.

Ей очень не хотелось оставаться рядом с другими людьми. Она чувствовала себя так, словно оказалась в клетке с голодными мантикорами.

Лейтенант как-то неуверенно хмыкнул и направился к выходу из дома.

Сивира удивленно отметила, что Лукин не взял с собой даже автомат. Он ведь никогда не выходил из дома без него!

Выйдя за порог, лейтенант молча пошел в сторону яблоневой рощи. Сивире ничего не оставалось, как последовать за ним.

Пройдя первые деревья, он остановился и принялся закуривать дрожащими руками. Кобылка, в очередной раз удивившись его поведению, подошла к нему и неуверенно спросила:

— С тобой всё в порядке? На тебе лица...

Сивира осеклась. Лейтенант, не сумев закурить, как-то странно вздохнул и сел прямо на землю.

Младлей удивленно вытаращилась на него. Она могла поклясться, что Лукин плачет.

Я так и просидел до утра на кухне. Всю ночь я перечитывал книжечку, ковырялся в тряпье, осматривал медали.

Это невозможно! Так не бывает! Это чертова Селестия меня разыгрывает!

Пытался я утешить себя, но в глубине души понимал — это не подделки.

Столько тысяч лет истории, столько трудов, крови и пота. Столько самопожертвований и великих открытий — и ради чего!? Этих пони!?

Чтобы чертовы мутанты считали нас вымышленными персонажами!? Да пошли они нах**! Ёбан**е уродцы!

Я долго не мог решиться сообщить своим бойцам. Зачем им это знать? Сейчас будет лучше промолчать!

Но промолчать я не смог... Какими бы ни были обстоятельства, я не просто не могу скрывать от них правду.

Реакция была достаточно сильной... У Лисина началась истерика, а Кабанов что-то буркнув, принялся готовить завтрак.

Пугачев со Скоковым куда-то пошли, не сказав ни слова. Я не стал их останавливать — вернутся, никуда не пропадут. Через час они принесли с собой целый мешок с разными бутылками...

Пускай пьют, им нужно хоть как-то отвлечься!

Ближе к обеду зашла Лира, но я вовремя успел отправить её домой. Не знаю, как бойцы могут среагировать на неё, но нечего ей сегодня тут делать!

Я сидел на кухне и глядел, как мои бойцы молча ужираются в сопли. Истерик больше не было. Сильные эмоции, уступили место полному безразличию.

Чтобы хоть как-то отвлечь бойцов от грустных мыслей, я принялся вслух вспоминать нашу совместную службу.

— Лисин, х*ли ты мимо проливаешь!? У тебя руки под х** заточены? Ха, а я помню, как ты, п*здюк, все тарелки в столовой разбил! Забыл, как потом от дембелей пизд**ей получал? — смеясь, говорил я.

Бойцы, хоть и вяло, но изредка посмеивались, вспоминая то какие-то свои косяки, то полевые выходы, то как портянки учились наматывать...

Мне больших трудов стоило улыбаться во всю рожу и травить все эти байки. Но я не мог иначе!

Солдаты смотрят на меня, и если я на их глазах сломаюсь... Я должен подавать пример, я обязан быть спокойным и веселым! Командир я, или хрен собачий!?

Они не должны видеть меня подавленным, тогда и им самим будет легче!

Блин...

Как же мне хочется напиться...

— Или когда Пугачев в наряде штык-нож в очке утопил! Ты как так умудрился, придурок!? И как ты его достал? С головой нырял что-ли? Или еще...

Меня прервал стук в дверь.

— Блин, кого еще принесло!? Кабанов, посмотри кто там!!

Капрал, кряхтя, поднялся из за стола и двинулся к двери. Через несколько секунд он вернулся, ведя за собой Сивиру.

— О! А ты что здесь забыла!? — с наигранной улыбкой бросил я.

— Насчет этого... Я могу поговорить с тобой наедине? — неуверенно протянула младлей.

Бойцы уставились на неё... Я просто чувствовал, что еще чуть-чуть — и случилось бы что-то непоправимое...

Бл**ь, нужно срочно убирать её отсюда!

Встав из за стола, я повел Сивиру на выход из дома. О чем она поговорить-то хотела? Блин, мне сейчас не до её проблем!

Чуть подумав, я двинулся в сторону рощицы. Не хочу, чтобы мои бойцы подслушивали. Мало ли что она хочет сказать...

Достаточно отойдя от дома, я почувствовал какую-то жуткую усталость. Всю ночь, блин, не спал... Нервно трясущимися руками я пытался закурить, но спички просто ломались в руках... Гребанное, лилипутское говно!

Сивира как-то странно косилась на меня...

Что, смешно, да!? Ну с-сука! Ёбан**я лошадь! Как оно, на человеческих костях-то жить, заеб**сь!? Тебе же, твари, насрать на нас, мы же для тебя всего лишь злоебу**е обезьяны!

Очередная спичка сломалась в моих пальцах.

Как же меня всё заеб**о! Еще и этот Лисин, истеричка ёбну**я! Он солдат или кто вообще!? Сидят там, пьют всем скопом, слезки роняют... Бабы!

Вонючие тупые бабы! А я им сиди, бл**ь, сопли вытирай, клоуна изображай! Заеб**о!

Мне, что ли, легко!? Я, может быть, тоже обратно хочу! Я, может, и из армии бы ушел, семью завел, детей наху**рил! Пида**сы гребанные!

Хрустнула еще одна спичка...

— С тобой всё в порядке? На тебе лица... — услышал я голос младлея.

Но мне уже было насрать. Я просто плюхнулся на землю и закрыл лицо руками, тщетно пытаясь сдержать слёзы.

Пусть смотрит! Пусть радуется, мразь! Живите, твари, пока можете! Недолго вам осталось, еб*а лошадиные!

Я почувствовал какое-то прикосновение. С трудом убрав всё еще трясущиеся руки от лица, обнаружил, что Сивира положила голову мне на плечо.

— Тише... Всё будет хорошо! Успокойся.. — шептала она мне на ухо.

— П-правда? — как-то по детски спросил я.

Всё будет хорошо? И пох*й на всё... Еб**ь оно всё понем...

Хрен ли я тут ною!? Я лейтенант или кто вообще!? Из армии меня еще никто не списывал! И пох*й, что никакой армии больше нет...

— Я обещаю. Ты, главное, расскажи, что случилось... — тихонечко сказала кобылка, всё так же лежа у меня на плече.

Странно, но от этих слов мне как-то полегчало.

Рассказать? Ладно, расскажу... Только посижу, вот так, еще немного... С младлеем на плече я чувствовал себя гораздо лучше.

Тридцать первая глава.

После того, как я вкратце пересказал Сивире историю их мира, она пребывала в ступоре больше минуты.

Я даже начал волноваться — она практически не реагировала на мои попытки её растормошить!

Но, спустя некоторое время, она резко вскочила и завопила во всю глотку:

— Врешь! Ты всё врешь!!! Это неправда! Принцессы никогда бы не допустили такого! — вытирая слёзы, продолжала вопить она.

Блин, да что сегодня за день-то такой!? Я ною, Лисин ноет, теперь вот и Сивира! Я надеюсь, что хоть Кабанов не станет!

Увидеть эту рыжую гориллу, вытирающую слёзы, мне совсем не хотелось...

Подождав, пока младлей немного успокоится, я все же уговорил её зайти в дом и взглянуть на доказательства.

Бойцы заметно напряглись при её приближении, но, заметив мой взляд, ничего не предприняли, а лишь подозрительно покосились в сторону Сивиры.

Видимо, записная книжка убедила её в правдивости моих слов, и уже через полчаса она чуть ли не насильно вела меня в библиотеку.

— Нахрена!? Вот скажи мне, чего я там забыл? — протестовал я по дороге.

— А по твоему лучше сидеть на кухне и напиваться до беспамятства!? Забыл, чем твоя последняя пьянка закончилась? — с издевкой произнесла Сивира.

Блин... Лучше не напоминай! Немного помявшись, кобылка продолжила:

— Да и к тому же... Я думаю, что Твайлайт сможет найти примерное местоположение того храма, о котором упоминала принцесса в записке!

— А нахрена оно мне!? Что я там забыл-то!? Совсем уже... — я осекся.

А ведь в этом есть смысл! Возможно, там найдутся пара ответов на мои вопросы...

Например, как за такой короткий срок смогла возникнуть новая разумная жизнь!? Я, бл**ь, не зоолог конечно, но, по-моему, на формирование видов уходит по несколько милионов лет! А прошло несколько тысяч, может десять, может двадцать... Блин, не знаю сколько, но точно не миллионы.

Хотя, на кой х** мне это надо? Можно подумать, что-то изменится, если я узнаю ответ!

Впрочем, так мы с бойцами будем хоть чем-то заняты, а то я уже начинаю бояться, как бы они на местных кидаться не стали!

— Чтобы на крупе ровно не сидеть и к местным не приставать! Хоть какая-то от вас польза будет! — озвучила мои мысли Сивира.

Блин, эта кобыла соображает быстрее меня, стыд-то какой...

Надеюсь, в моё отсутствие, бойцы ничего не учудят? Хотя... По-моему, они уже уснули, где-нибудь под столом, слишком много выпили...

Реакция Твайлайт на посылку от принцессы превзошла все мои ожидания.

Ну почему она постоянно так и норовит грохнуться в обморок!? Хорошо хоть Спайк постарался, быстренько привел её в чувства.

Пока единорожка отфыркивалась от воды, Сивира пояснила ей, чего мы, собственно, приперлись. Промямлив что-то неразборчивое, фиолетовая начала носиться по библиотеке как умалишенная.

Чтобы не мешать, мы с Сивирой двинулись на кухню.

— Интересный у неё метод поиска книг... — решил немного пошутитья, садясь за стол.

— Ты и вправду ничего не понимаешь!? Дело ведь не только в гибели твоего народа! — зашипела Сивира.

— Что бл**ь, значит не только!? По твоему это так, ху*ня!? — выпалил я.

Младлей смущенно закашлялась, явно понимая, какую херню сморозила, и попыталась пояснить свою мысль.

Как я понял, эта самая Селестия, знатно дурит свой народ — даже сам Товарищ Сталин позавидовал бы её "культу личности". Местные полностью уверены, что это принцессы поднимают солнце и луну... Блин, это даже не смешно! Оказывается, обеим принцессам уже несколько тысяч лет, и многие полагают, что они были с момента сотворения мира... Блин, интересно, а прикольноли жить на протяжении тысячелетий? Что-то мне подсказывает — не очень.

А Сивира, да и Твайлайт тоже, привыкли думать, что всё происходит по воле двух правительниц, и признать, что задолго до их появления была еще какая-то цивилизация, да еще и более развитая — им было очень тяжело. Ну, частично я её даже понимаю, я бы тоже охренел, если бы узнал, что задолго до появления человека по земле бродили разумные лошади...

Рассказывать правду про луну и солнце и объяснять простые законы физики я не стал. Потом, наедине поговорю с принцессой, посмотрю, что она мне расскажет интересного... Может даже денег за молчание подгонит?

Наши посиделки прервал Спайк:

— Ребят, вас там Твайлайт зовет!

Поднявшись из за стола, мы с младлеем направись в зал.

В центре стояла какая-то школьная доска с непонятными надписями и какими-то рисунками.

Единорожка стояла возле доски, и с важным видом что-то на ней рисовала.

— И что, бл**ь, всё это значит!? Что за ху**ю ты мне тут нарисовала!? — сказал я, глядя на школьную доску.

— Кгм... Вообще-то, это примерное местоположение храма! А никакая, не... Кхм, ерунда! — неуверенно закончила Твайлайт.

Я почувствовал, как копыто надавило мне на ботинок. Глянув в сторону, я заметил осуждающий взгляд Сивиры. Блин, опять сорвался...

— Извини, просто сразу не понял. — пробормотал я.

— Да ничего... Итак, насколько я поняла из записки, послание было найдено в древнем подземном храме... — фиолетовая сделала паузу, ожидая от нас с младлеем хоть какой-то реакции.

— Мисс Спаркл, прошу вас — продолжайте — виноватым тоном сказала Сивира.

Единорожка, чуть погодя, вновь заговорила:

— Согласно записям в книге о древних культах, подземные храмы строили только для одного божества — вернее богини. Эква Кладис, как сказано в книге, почиталась как сотворительница мира. — Твайлайт прервалась, явно ожидая от нас восторженных вздохов.

Блин, да мне насрать, в кого их предки верили! У нас, так некоторые вообще деревянным х*ям поклоняются! Вернее, поклонялись...

Блин, даже Спайку пофигу, он уже уснул на книжной стопке... Эх, хорошо быть драконом!

Разочаровано вздохнув, рогатая продолжила:

— Самое интересное я узнала покопавшись в записях Сенем Фатума, археолога, жившего несколько сотен лет назад. Он занимался древними культами много лет, и, согласно его исследованиям, культы этой богини были распространены только в одном месте. — Твайлайт снова сделала паузу.

Так, ну она уже задолбала...

— Покороче не можешь!? Ты, конечно, извини, но меня дома ждут четверо вооруженных и пьяных дегенератов! — раздраженно выпалил я.
"Зануда" немного смутилась и быстро затараторила:

— Согласно его исследованиям, находились лишь на территории древней пустыни под названием Нихилест... Ладно, ладно! Можно подумать, что они без тебя, всех пони в городе сьедят! — раздраженно буркнула Твайлайт. Ей, видимо, было обидно, что меня не интересует древняя история.

— На данный момент, никакой пустыни уже давным-давно нет. На её месте сейчас растет Вечнодикий лес. Воспользовавшись картами Сенем Фатума, напечатанным в атласе древнего мира, я накидала примерное местоположение главного храма древней богини. — обиженным тоном проговорила единорожка.

— Мисс Спаркл, вы хотите сказать, что сможете указать место его расположения? — обратилась Сивира к Твайлайт.

-Кхм... Не совсем. Карты слишком старые, да и, откровенно говоря, очень не точные...И если честно, то карты вечнодикого леса просто не существует... Как я уже сказала, я знаю его приблизительное местоположение, но круг поиска будет достигать несколько десятков тысяч шагов, возможно — больше... И, честно говоря, мне не верится, что храм мог всё еще сохраниться. Даже если предположить, что он был способен пережить тысячелетия, то всё равно — его вход давным-давно завален. Мы же не можем перекопать половину леса? — со смешком закончила кобылка.

Несколько километров... Да еще в этом лесу... Блин, это сколько мне придется сороконожек завалить!? Да ну нах**!

— Подождите... Но ведь, если я верно понимаю, в храмах проводятся магические ритуалы? — на вопрос младлея единорожка непонимающе кивнула.

— Если я всё верно понимаю, то вы ведь с помощью своих заклинаний сможете почувствовать остатки чужой магии даже под землей?

Твайлайт все так же непонимающе смотрела на Сивиру.

Блин, да тут даже я уже всё понял! Чего она тупит-то!?

Вдруг единорожку будто бы током ударило, и она со всего маху треснула себя копытом по голове.

— Верно! Как же я могла такое упустить!? — извиняющимся тоном сказал фиолетовая.

Чуть помедлив, кобылка убрала копыто от лица и внимательно осмотрела меня с младлеем. Закончив осмотр, она вдруг улыбнулась и возбужденным голосом сказала:

— Так вы хотите идти в экспедицию и вам нужен маг? Я с вами! Ох, Селестия, это будет так интересно! Прямо как в книжках про Дэринг Ду! Когда отправляемся!?

— Я рассчитываю на послезавтра. Мои ребята слишком устали за сегодня, и, я боюсь, что бойцы Лукина завтра будут не в состоянии куда либо идти... — ответила Сивира.

Что!? Они серьезно!? Бл**ь, да ну нахрен! Мотаться по какому-то лесу, где водятся твари, способные сожрать целый взвод солдат? Да еще и с живым

магия-детектором в нагрузку? Черт, да Твайлайт еще и радуется! Она хоть понимает, что её сожрать могут!?

Блин... Они точно ненормальные...

Тридцать вторая глава.

Етить-колотить! — разнесся выкрик по лесу.

— Ну какого ху*!? Почему я постоянно во что-то вляпываюсь? — бормотал я, вытирая ботинок о траву.

Что-то мне всё это напоминает... Это даже не смешно!

— Не ори! Ты хоть представляешь, сколько здесь всяких тварей водятся!? — зашипела рядом Сивира.

— Тише, ребята, это где-то рядом, я просто чувствую... — задумчиво произнесла Твайлайт. Рог кобылки уже не просто светился, он полыхал, словно факел.

Блин, ну нахрена мы поперлись в эту сраную экспедицию? Сидели бы дома...

Мои бойцы совсем не обрадовались информации о том, что через сутки мы двинемся в турпоход по лесам. Еще бы они, блин, обрадовались!

Я прекрасно понимал их чувства. В конце концов, в этом гребаном лесу полегла большая часть взвода и идти туда снова — чистый идиотизм! Не мог же я им прямо сказать, “ребят, мы идем туда от нехрен делать”?

Они пытались возражать. Пугачев всё орал, что он “срать хотел” на все эти храмы. Пришлось мне напомнить им, что такое субординация.

Получив словесных пизд**ей, а Пугачев даже телесных, бойцы всё же принялись собираться. Весь день я только и занимался, что бегал между ними и проверял снаряжение. Оружие, вещмешки, шанцевый инструмент, одежда — я даже берцы заставил их начистить!

Кто знает? Может быть мы и не вернемся... Какие еще там твари в лесу водятся?

После обеда заявилась Лира. Узнав, куда мы собираемся, она начала настойчиво напрашиваться пойти с нами. Блин, прямо как ребенок...

— Совсем рехнулась!? А штаб кто охранять будет? Ты думаешь, я доверю это своим оболтусам!? — применил я военную хитрость.

Она сделала серьезную мордочку и попыталась выполнить воинское приветствие. Получилось не очень.

Правда, после того, как я назначил её приглядывать за домом, она начала требовать оружие — причем еще более настойчиво. Пришлось выдать ей одно из "негритянских" ружей, предварительно разрядив его. Про то что ружье не заряжено, я ей ничего не сказал. Пускай считает себя настоящим караульным, мне не жалко.

Несмотря на похмелье, к вечеру бойцам всё же удалось подготовить снаряжение. В качестве еды решили купить орехов и закоптить рыбы. Всё же лучше, чем яблоками давиться...

Строевой смотр закончился только к полуночи. То Кабанов нож не заточил, то Лисин никак не мог форму отстирать...

Знаю, все это без надобности, мы в лес идем, а не на парад. Но мне была доступна одна простая армейская истина — солдат чувствует себя также, как выглядит. Да и помирать в чистой и хорошо выглаженной форме куда приятней...

Чем там занималась Сивира со своими засранцами, я не в курсе. Но утром они были все какие-то помятые и явно не горели энтузиазмом участвовать в нашей прогулке. Как и остальные...

Из всех нас только Твайлайт искренне улыбалась и чуть ли не подпрыгивала от возбуждения. Точно — ненормальная...

Без громких речей и прощального оркестра мы, пересчитавшись, побрели в сторону леса.

Как только мы прошли первые деревья, я отдал приказ привести оружие в боевую готовность. Услышав щелканье затворов, пони как-то испуганно сжались и чуть приотстали от нас.

В течение трех часов нашего похода ничего не происходило. Вообще ничего! Построившись в колонну по два, мы тупо шли по лесу. Твайлайт всё жаловалась, что ничего не чувствует. Я уже хотел объявить привал, как вдруг фиолетовая остановилась, и её рог засветился. Гребаная магия!

— Там! Я что-то ощущаю! — едва-ли не завизжала от восторга единорожка.

Блин, детектор хренов! Надеюсь, она там не сороконожку почуяла...

Мы перестроились, я с Твайлайт и моими бойцами спереди, гвардейцы позади.

Единорожка неуверенно потопталась на месте, но всё же решилась и повела нас куда-то в самую чащу. Через полчаса я почувствовал, что опять во что-то вляпался.

— Етить-колотить!

— Здесь! — воскликнула Твайлайт, тыча копытом в какие-то кусты.

— Сейчас проверим... — сказал я, проходя через растение.

Раздвинув листу, я оказался на небольшой просеке. Попытавшись двинуться дальше, я запнулся обо что-то и едва не растянулся на земле.

Блин... Гребаные ветки, да сколько их...

— Что за ху**я!? — буркнул я, разглядывая какой-то мешок на земле. Присмотревшись внимательней, я обнаружил нашивку "USMC" на ткани.

— Вы бл**ь, что!? Издеваетесь? Сначала негры, теперь вот морпехи... Твою мать! — едва не закричал я.

Оглядевшись, я обнаружил еще четыре таких "мешка".

Минуту спустя почти вся наша экспедиция сгруппировалась на просеке и с отвращением рассматривала трупы. Впрочем, мои бойцы о чем-то весело переговаривались в сторонке, то и дело тыча пальцами в сторону морпехов.

Нет, ну охренеть! Какая херь положила здесь отделение американских морпехов!? И откуда они вообще взялись? Блин, да они тут уже давно валяются, воняют жутко... Как их только зверье не сожрало?

— Тащ лейтенант, посмотрите сюда! — услышал я голос Лисина откуда-то из леса.

Пойдя на звук, я обнаружил ефрейтора, стоящего возле трупа какого-то огромного льва...

Стоп!

У львов не бывает жала! Что это за срань господня!?

— Твайлайт!!! Подойди сюда!!! — заорал я в сторону просеки.

Некоторое время спустя, к нам подошла единорожка вместе с Сивирой.

— Ох, значит их убила мантикора... — как-то грустно произнесла фиолетовая, глядя на труп "льва".

Мантикора!? Это разве не сказочная хрень из мифологии!? Хотя чему я удивляюсь...

— Манти-что!? Много у вас таких х*ебин по лесу шарится!?

Блин, чем дальше в лес — тем хреновей! У них тут что, весь сказочный зоопарк поселился!? Я надеюсь, у них тут драконы не водятся... Ох, бл**ь! Спайк ведь...

— Мантикора! Это дикий... — не успела начать единорожка, как её рог вновь вспыхнул, да с такой силой, что я несколько секунд никак не мог проморгаться.

— Здесь, это здесь!!! — радостно завопила кобылка, позабыв про всё на свете.

— Бегом ко мне!!! — завопила Сивира своим подчиненным.

Твайлайт указала место на каком-то земляном холме.

Собравшись вокруг холма, мы на пару с Сивирой проинструктировали своих подчиненных.

Интересно, а эти пони окопы когда-нибудь копали? Ха, сейчас мы и узнаем!

Перекурив, мои бойцы вместе с гвардейцами принялись за раскопки.

Археологи, блин...

В первые же минуты стало ясно — копать эти лошадки совсем не умеют.

После первого часа работ энтузиазм заметно иссяк. Я уже начал сомневаться в правильности выбора места, но Твайлайт лишь тараторила:

— Это здесь! Я точно уверена! Такой сильной магии я никогда не ощущала... Даже от принцессы... — как-то грустно закончила кобылка.
“Археологи” уже порядком устали, так что пришлось объявить пятнадцатиминутный перерыв. Откровенно говоря, я опасался далеко отходить от своих парней.

Вся эта история с запиской явно не добавила им любви к местным. Даже на Лиру и то косились, хорошо что она не заметила...

Правда, во время перерыва я отметил, что неприязнь уступила место пофигизму.

Солдаты даже не смотрели в сторону гвардейцев, явно не воспринимая их всерьез — так, говорящие лошадки...

Спустя три часа я сидел возле большой ямы, на дне которой ковырялся Скоков, и то и дело подкалывал бойца. Сивиру, видимо, уже всё задолбало и она преспокойно дрыхла на моём вещмешке.... Наглая, зараза!

Единорожке тоже надоело бродить вокруг раскопок, и она, усевшись на землю, принялась записывать что-то в своей книжке. Студентка, блин!

— Скоков! Ху*и ты там отдыхаешь!? Представь, что ты могилу для комбрига копаешь! — весело говорил я Скокову.

— Тащ лейтенант, вы бы сами покопали немного! Вы же должны пример подавать! А вы тут сидите, отдыхаете, блин, нехорошо это... — задумчиво протянул рядовой.

— А у меня, товарищ солдат, шанцевого инструмента нет!

— Ну дык возьмите мою лопатку! Мне не жалко! — решил подколоть меня боец.

— Ты, Скоков, совсем дурак, устав не учишь! Саперная лопатка — это твоё оружие! Ты, придурок, уже забыл, что нельзя никому передавать своё личное вооружение!? — ответил я, оглядываясь вокруг.

Блин, Сивира уже пятый сон смотрит, может быть мне тоже вздремнуть?

— Нет, вы не правы, это никакое не...- продолжил было Скоков, но его прервал крик Пугачева.

— Нашел! Бл**ь, наконец-то! — орал из своей “ямы” боец.

Сплюнув, я с чуть ли не бегом устремился Пугачеву.

Подойдя к его “окопу” я удивленно уставился на какую-то блестящую железку на дне ямы.

На глубине примерно в полтора метра под землей обнаружился какой-то железный лист. Странно, даже не проржавел...

Спрыгнув в яму, я забрал лопату у Пугачева и принялся обкапывать железку вокруг. Провозившись около пяти минут, я понял, что это никакой не лист...

— Бл**ь! Походу это и есть ваш храм! — сказал я.

Железный лист занимал всю площадь ямы и никак не реагировал, когда я долбил по нему лопаты. Похоже, что это крыша...

Метрах в трех от меня раздался радостный визг Твайлайт...

— Нашли, нашли!!!

Задолбала! Чего она так радуется!? Можно подумать, мы тут не древний храм откопали, а кондитерский склад!

Вылезая на поверхность, я отметил, что и мои бойцы с гвардейцами расслабленно уселись на землю и о чем-то весело переговарилась.

Быстро они, что-то отношение изменили... Иногда я совсем не понимаю своих бойцов...

Вот к примеру — как, дураку, Кабанову, удалось так быстро сдружится с Твайлат!?

От меня-то она до сих пор шарахается...

— Рано радуетесь, придурки! — прошептал я.

Но всё же дал ребятам час на отдых и обед.

Стражники как-то странно косились на нас, когда мы достали копченую рыбу...

Вегетарианцы херовы! Не нравится им, видите ли, что мы всеядные...
“Скажите спасибо, что Кабанов рыбу закоптил, а не вас, гринписовцев недоделанных!” — хотел сказать я, но вовремя остановился — нечего тут конфликты на пустом месте устраивать.

От возбуждения Твайлайт даже нормально поесть не могла. Блин, да что она такая любопытная-то!? Она все ходила вокруг ямы с железкой на дне и продолжала что-то записывать в свою книжку. Интересно, а не Селестии ли доклад она там пишет?

Пообедав и передохнув немного, я вместе с Сивирой вновь погнали своих подчиненных на раскопки.

Уже ближе к вечеру Кабанов что-то заорал про "гребанные подвалы" и стал звать остальных.

Подойдя на шум, я обнаружил здоровенные, трехметровы стальные ворота...

Интересно, для кого они? У этих поней таких здоровенных дверей я даже во дворце не видел!

Провозившись еще сорок минут и раскопав вход, бойцы принялись пытаться открыть створки.

Охренеть, эти двери даже не три метра, а все четыре! Что же это за храм-то такой!?

Блин, эти двери мне больше напоминают вход в какой-нибудь армейский бункер...

Только через двадцать минут нам всем вместе удалось чуть приоткрыть их... Черт, да сколько они весят-то!?

Впрочем, образовавшейся щели было вполне достаточно, чтобы пролезть.

Первой в проем едва ли не с разбегу заскочила Твайлайт, за ней осторожно пролезла Сивира.

Мне не особо хотелось соваться в какие-то катакомбы, но еще сильнее не хотелось, чтобы эти лошадки считали меня трусом.

Немного потоптавшись на месте и буркнув остальным, чтобы приготовили оружие и ждали нас у входа, я закурил и двинулся за кобылками.

— Них*я себе! — только и смог выдавить я.

Единорожка, видимо, что-то наколдовала и теперь её рог больше напоминал фонарик.

Блин, помоему я никогда не смогу привыкнуть к этой магии...

Даже в таком плохом освещении я все же смог осмотреть помещение.

Все стены, пол и потолок были сделаны из какого-то непонятного металла. Блин, это даже не сталь нихрена! Не было даже следов ржавчины. Стены выглядели так, будто бы их только вчера построили... Оху**ь, просто оху**ь...

Впрочем, Твайлайт мало интересовали стены. Дождавшись, пока мы с Сивирой подойдем к ней поближе, она двинулась вглубь помещения. Не пройдя и десяти метров, я услышал голос младлея:

— Тут как-то жутко... — пробормотала Сивира.

Я ощущал что в полумраке она идет как-то слишком близко ко мне. Струсила, что ли!?

Неожиданно стал чувствоваться запах свежей хвои... Что за черт!?

Твайлайт вдруг резко остановилась и уставилась на что-то впереди.

В скудном свете, мне удалось различить какой-то ящик.

Единорожка как-то неуверенно посмотрела на меня, но всё же подошла к продолговатому предмету.

В более ярком свете я обнаружил, что это вовсе никакой не ящик, а очень даже гроб...

Даже крест на крышке есть. Охренеть, просто охренеть!

Это, бл**ь, не храм, а мавзолей! Ё-мое, что-то и мне не по себе стало...

Возле гроба стояла совсем свежая ёлка... Будто бы её только сегодня срубили... Магия, что ли!?

На стальной крышке “ящика” стояла какая-то стеклянная шкатулка, набитая какой-то фигней. Присмотревшись, я понял что это пенопластовая крошка... У меня начали возникать неприятные ассоциации

— Это зачарованное стекло! Ох, сено...Чтобы открыть шкатулку, понабиться вычислить кодовое слово! — разочарованно вздохнула Твайлайт.

Нахрен ваши шифры! Я РЭБовец или кто?

— Сим-сим, откройся, бл**ь! — заводясь, буркнул я и снял с плеча автомат. Приблизившись к шкатулке, я со всей силы долбынул прикладом по стеклу...

Нихрена! Оно даже не треснуло!

— Я же говорю, что это зачарованное... — начала было единорожка, но её прервал автоматный выстрел.

Не собираюсь я тут торчать и играть в угадайку! От пули никакая ваша ёба**ая магия не поможет!

Шкатулка разлетелась вдребезги. Пуля вонзилась в стену. Блин... А ведь надо быть поакуратнее, могла и отрикошетить... Ну почему я никогда не думаю!?

Сивира явно хотела меня обругать, но её прервала Твайлайт:

— Книга! — радостно запищала единорожка и принялась ковыряться в осколках.

И чего она так книжки любит... Стоп, опять книга!? Что-то мне подсказывает...

— Это записка! Смотрите! — всё так же возбужденно сказала кобылка.

С дурными предчувствиями я забрал книжку у единорожки и, усевшись возле гроба, открыл её...

"Здравствуй..

Ты не знаешь кто я, а мне неизвестно кто ты. Но это не важно.

С каждым днем, с каждым часом меня все сильнее пожирают муки совести. Я не могу так больше жить! Мне надо выговориться. Пусть на бумагу, пусть, возможно, никто этого никогда не прочтет, но я больше не могу молчать!

Однажды, бродя в поисках пропитания, среди холодных сугробов, я встретила человека. Внешне он мало выделялся среди прочих — тот же защитный костюм, такое же обычное лицо, скрытое за противогазом. Меня поразила не его внешность, а его реакция на меня. Он был первым, кто не нападал на меня, не пытался съесть. Наоборот, он остановился и достал из сумки старую банку с консервированными овощами и, отойдя в сторону, оставил её на дороге.

Он накормил меня! Человек сжалился надо мной! Я никогда не думала, что такое возможно... Уже через неделю я, не боясь, приходила к нему и его жене. Они кормили меня выкопанной из-под снега травой. В них не было ни капли той ненависти, что я привыкла видеть в людях. Я доверяла им.

Не прошло и месяца, как они стали приходить ко мне в землянку... Сюда. Человек учил меня своему языку, он учил меня писать и говорить, пользоваться их мерой счета, рассказывал мне о своем мире...

Каждую ночь я вижу его глаза, скрытые стеклами противогаза.

Когда он рассказывал мне о своем детстве, я видела в его глазах что-то, чего уже давно не было в этом мире. Счастье. Когда он вспоминал мир до войны, он был по-настоящему счастлив! В эти минуты я отворачивалась и тщетно пыталась остановить свои слёзы. Он рассказывал мне о давно погибшем мире, о том, чего лишился его народ! О мире, который уничтожила я!

Это мой корабль упал на человеческий город! Это он был причиной мощного взрыва. Именно этот взрыв его страна восприняла за нападение...

Из-за моей глупости эта некогда процветавшая планета превратилась в обледеневший и занесенный снегом ад.

Я не могла рассказать ему правду... Я не хотела, чтобы он бросил меня.

Меньше чем за год мы стали семьей, настоящей семьей! Я любила этих людей, как своего отца и мать, а они относились ко мне, как своей дочери.

Папа очень волновался за меня, порой он сам не ел, а приносил всё мне. Даже мама никогда не ела мяса, отдавая мне.

Отец верил, что я выживу. Он хотел, чтобы я пережила зиму. Он хотел верить, что после человечества жизнь не прекратится...

Я помню как он рассказывал мне про новый год. Выражение его лица... Когда он говорил про ёлку, подарки и всеобщее веселье... Я каждый день вижу это лицо в своих снах.

Однажды я решила выйти за пределы разрушенного города. Я хотела найти уцелевшую ёлку и принести её отцу. Мне так хотелось увидеть радость в его глазах.

Радость не из детских воспоминаний...

Вернувшись в землянку, я обнаружила папу. Он лежал на занесенной снегом земле, сжимая маленькую книжечку в окоченевших пальцах. Рядом лежал старый пистолет и мешок с мамиными останками...

Они посвятили мне свои жизни . Они отдали всё, чтобы я выжила. Они отдали даже самих себя...

Это я их убила! Я уничтожила их мир, отобрала у них всё самое дорогое! Я забрала у них счастье и душу! А теперь я забрала и их жизни...

Я выполнила просьбу отца! Несмотря ни на что, я выжила! Я пережила зиму...

Я столетия выполняла его последнюю волю. Он мечтал, чтобы разумная жизнь не прервалась. Он хотел, чтобы трава была вновь зеленая, а деревья были усыпанны листвой. Я сделала это.

Мои силы позволили мне возродить погибших животных. Тех, кого воскресить не удалось, я заменила на других, скрестив их друг с другом.

Папа хотел, чтобы вновь были города, чтобы вновь были праздники... Я нашла останки древних животных. Из всех эти наиболее походили на меня, это была какая-то карликовая разновидность лошадей. Отец, показывая мне старинные книжки, называл их пони...

Мне удалось воскресить их. Я дала каждому созданию частичку своей силы, своего разума, своей души. Я даже перевыполнила просьбу отца! Мне удалось наделить разумом не только пони. Почти все существа получили частичку меня, но это не помогло.

Всё равно каждый раз, закрывая глаза, я вижу отца. Я вновь слышу его истории о людях, о городах, о праздниках...

Я знаю, что свою настоящую мечту отец никогда не озвучивал.

Он не просто хотел, чтобы вновь была разумная жизнь. Папа мечтал, чтобы человечество выжило! Он боялся себе признаться в этой безумной фантазии, но всё равно продолжал мечтать.

Мои попытки воскресить человека не увенчались успехом. Я не могла воскресить ни их разум, ни их души. Вложить часть себя не удавалось — слишком сложная структура...

Я уже стара, даже по меркам моего народа. Я видела очень многое и сделала еще больше. Мои творения могут выжить без меня. Мир снова жив!

Но я должна выполнить главную просьбу отца. Просьбу, которую он никогда не озвучивал.

Я не знаю ни времени, ни места отправки, так же как не знаю времени и места прибытия. Время не подвластно даже моему народу. Мы можем лишь немного повлиять на него.

Но этого достаточно!

Я не знаю твоего имени, не знаю кем ты был и кем ты станешь. Мне неизвестно, много ли вас прибыло.

Но именно ты и такие как ты выполнят просьбу моего отца!

Манипуляции со временем требуют очень много сил, у меня их нет. Наверняка я бесследно растворюсь в пространстве, от меня не останется даже атома.

Но мне удастся спасти несколько человек. Я знаю, это глупо! Несколько людей не смогут возродить человечество. Но это не важно.

Отец хотел, чтобы люди жили и после зимы. Пусть совсем чуть-чуть. Пусть не так как он хотел. Пускай безнадежно. Но я выполню его просьбу.

Я хочу, чтобы ты жил. Ты, и такие как ты!

Живите так, как не мог отец.

Ешьте, пейте, наряжайтесь в красивую одежду, наслаждайтесь летним солнцем. Ходите по зеленой траве, гуляйте по живым лесам. Веселитесь и будьте счастливы, дарите друг другу подарки, наряжайте ёлки, празднуйте новый год...

Я выполню мечту своего отца, чего бы мне это ни стоило.

Даже ценой моего существования человечество будет жить! Пусть и не так, как раньше, пусть недолго, но будет!

Осталось только одно, что удерживает меня. Глупо просить вас о прощении.

Мне очень жаль! Мне правда очень жаль, что так вышло!”

Дочитав книгу, я закурил сигарету и вновь взглянул на зеленую ёлку.

Как же сильно она пахнет...

Я люблю запах хвои, но сейчас совсем не хотелось его вдыхать...

Затянувшись, я молча двинулся к дверному просвету.

Твайлайт попыталась остановить меня, но Сивира ей не позволила. Может, понимала...

Уже всё поху*. Нужно подышать свежим воздухом...

— В пиз*у всё это! И нахрена мы только сюда приперлись... — вяло пробормотал я, протискиваясь через ворота.

Тридцать третья глава.

.-Тащ лейтенант, это вы там стреляли!? — обеспокоенно спросил у меня Лисин, когда я протиснулся наружу.

— Да... — еле слышно буркнул я.

Мне совсем не хотелось продолжать разговор, а тем более — рассказывать, что-же мы там нашли. Не сейчас...

Не обращая внимания на удивленные взгляды бойцов, я двинулся в сторону полянки с трупами морпехов.

Черт, всё оказалось еще хуже, чем я ожидал...

Семь миллиардов человек, тысячелетняя истотрия.

Миллионы подвигов, неисчислимое количество человекочасов упорного труда, столько жизней...

И всё это разрушила какая-то инопланетная херня просто грохнувшись с орбиты.

С-сука! Нахрен я только сюда приперся!? Верно говорят "меньше знаешь, крепче спишь".

Приблизившись к трупам, я принялся тщательно осматривать их на предмет чего-либо интересного.

— Вот и доигрались... — прошептал я, склонившись над телом.

Судя по нашивкам, это был то ли сержант то ли офицер какой — нихрена не разбираюсь в их рангах! Да и какая теперь разница? Нет больше ни Америки, ни России, даже сраной Японии — и той нет!

Борясь с отвращением, я всё же смог обыскать тело. Ничего ценного не обнаружилось, за исключением сигарет... Блин, да у них даже ранцев с собой нет!

Ни оружия, ни снаряжения, не повезло ребятам...

Стоп!

А кто тогда мантикору завалил!? Не руками же они её задушили! А может... Ё-мое!

Может быть это лишь малая часть их отряда? Остальные двинулись дальше, забрав оружие и припасы? Хм, а почему тогда не похоронили...

Может спешили, а может мантикору и не американцы завалили... Черт, задолбали меня эти загадки!

Осмотрев другие тела, я обнаружил, еще несколько пачек сигарет и еще всякой мелочи, спички, деньги, зажигалки...

Мне совсем не хотелось мародерствовать, но и не осмотреть их, было бы глупостью. Да и тем, ребятам уже всё равно... Блин, похоронить бы их, да времени уже нет — темнеет.

Присев на пенек, я закурил и принялся жадно втягивать дым.

Глядя на трупы морпехов, я всё думал о будущем. Первый шок от находки в храме уже прошел, уступая место отчаянию.

Живите... Какая тут нах** жизнь!? Как можно спокойно жить, зная что ты один из последних людей в мире, и больше никого не будет? Жить, понимая, что все твои поступки и действия умрут вместе с тобой. Никто не будет тебя вспоминать, не будет никаких памятников, благодарных потомков и прочей херни!

Жить, чтобы в один прекрасный день сдохнуть, точно так же бесследно, как и всё человечество...

Выкидывая окурок в траву, я подняв голову, и взглянул наверх.

Медленно плывущие по голубому небу облака, солнце склоняющееся закату...

— Бл**ь... — обиженно буркнул я.

А солнцу абсолютно насрать, кому светить. Динозаврам, людям, или разумным лошадям — оно просто светит и всё. Так же и луна, просто вращается вокруг Земли и, чтобы не произошло на планете, она всё так же будет вращатся...

Может быть.... Чем черт не шутит!? Может быть и мы так сможем? Тупо жить и всё. Без какой либо цели, без будущего, без надежды — просто жить и всё.

А что? Распущу взвод, больше он нахрен не нужен, пускай ребята, как хотят так и живут, деньги поделим и вперед! Пусть Кабанов помогает в библиотеке, а Лисин шьет наряды Рэрити, да и Пугачев со Скоковым на ферме работают. Может и мне найдется место, в этом мире...

Стоп!

— Ётить! — воскликнул я, от переизбытка эмоций.

Какой нах** "этот" мир!? Это, бл**ь, наша планета! От того, что люди вымерли, и её заселила куча говорящих пони, нихрена не меняется! Этот сраный шарик всё так же зовется Землей. К тому же, здесь всё еще есть люди, значит человечество еще не...

— Ох, еб**ь! — прорычал я, вскакивая с пенька.

Твою же мать! А что, если где-то еще есть выжившие!? Ведь кто-то же забрал оружие этих американцев! Твою же за ногу...

Вот опять, нет чтобы делом заняться, я тут сижу и сопли на кулак наматываю... Дурак ты, лейтенант!

Вернувшись обратно к храму, я сразу понял — мои солдаты уже в курсе находки. Собравшись возле земляных насыпей, они сидели, не говоря друг другу ни слова. Гвардейцы тоже не отличались веселым настроением, все вместе, они сидели в стороне ото всех и что-то тихо обсуждали.

Мрачную обстановку нарушали Сивира и Твайлайт. Я заметил их возле входа в храм, они о чем-то оживленно спорили на повышенных тонах.

— Да как вы не понимаете!? Это же ценный материал для изучения, я не.... — едва-ли не вопила от возмущения единорожка, но младлея это не трогало:

— Изучение — это очень важно, но ваша сохранность, как и жизни моих бойцов, для меня превыше всего! Здесь я вас не оставлю! И это не обсуждается!

— Но ведь...

— Собирайтесь! Сивира, строй своих бойцов, через пять минут выдвигаемся. — буркнул я и, не обращая внимания на протесты Твайлайт, двинулся тормошить солдат.

Заметив моё приближение, бойцы неспеша поднялись и построились. Лисин немного помявшись, как-то неуверенно обратился ко мне:

— Тащ лейтенант... Если мы последние... Что нам теперь делать-то?

— Лошадей насиловать! Что за, бл**ь, тупые вопросы, ефрейтор!? — вспылил я.

Блин... Надо бы помягче.

— Ничего не делать... Как жили, так и будем жить — дом есть, деньги тоже, местные нам не мешают. Но тут такое дело... У американцев с собой нет них**, я уже обыскал. А на том льве отчетливо видны пулевые ранения! Так что, никакие мы не последние! — как можно спокойней изложил я свои догадки.

— Всё не так уж и плохо, в конце концов. Наша прошлая жизнь накрылась пиз**ю, но это не значит, что мы должны сидеть и ныть как маленькие девочки!

Хер его знает, сколько еще сюда народу закинуло или закинет... Бл**ь, не одних же военных сюда занесло! Наверняка и гражданские должны быть! Так что рано нам еще расслаблятся.

Закончив свою речь, я с удивлением обнаружил что бойцы заметно оживились. До радостных улыбочек, конечно, далеко, но отчаяния в глазах больше не наблюдается.

Кое-как собрав весь инвентарь и построившись в колонну, наша гребаная "экспедиция" двинулась обратно к городу. Фиолетовая была явно не в восторге, что её чуть ли не насильно утаскивают обратно в Понивилль. Она всё еще порывалась остаться и продолжала капать на мозги то мне, то Сивире, пока в дело не вмешался Кабанов.

— Твайли, ну какая разница, потом еще придем! Успеешь ты её еще тут полазить. Никуда этот... Эта хрень не денется! — сказал капрал кобылке.

Твайлайт как-то сразу повеселела и, с улыбкой до ушей, принялась рассказывать здоровяку о древней архитектуре.

Блин, и как у него это получается!? Мало того, что он умудрился найти с единорожкой общий язык, так еще и может спокойно выслушивать её лекции!

Правду говорят — дуракам везет...

Мои размышления относительно идиотов и их неоправданной удачи прервала Сивира. Поравнявшись кобылка чуть придвинулась ко мне и спросила.

— Сильно устал? Завтра днем дел никаких нет?

Немного удивившись странному вопросу, я помотал головой.

— Хорошо... Не хочешь со мной завтра прогулятся? — еще тише спросила младлей.

У меня отвисла челюсть.

Она на свидание меня что ли зовет!? Твою же мать, что делать-то!? Да что сегодня за день-то такой?

Стоп, опять меня несет. Почему сразу свидание? Может у нее какие-то дела важные есть! Точно, наверняка она хочет мне рассказать что-то важное...

— Ну давай прогуляемся... — неуверенно протянул я.

— Отлично! Завтра как раз городской праздник, нам не помешает развеяться! Я зайду к тебе в полдень! — радостно запищала младлей и тут же, едва ли не бегом, отправилась в конец колонны.

Праздник... Ёпт! Помоему я только что попал... Черт, а теперь уже и отказывать-то не удобно! Может мне всё таки показалось? Ну мы же вроде как друзья, это ведь нормально? Ну не могла же она меня в самом деле на свиданку пригласить!? А если... Бл**ь, что делать-то!?