Навеки верная

В результате несчастного случая, произошедшего по вине погодной команды Клаудсдейла, Твайлайт погибает от удара молнии. Но завеса смерти относительно тонка…

Твайлайт Спаркл

Tannis

Два корабля землян вынужденны срочно отступать, преследуемые вражеским флотом. Адмирал Таннис прикрывает отступление. Во время прохода через врата, на корабле случается сбой гипердвигателя, из-за чего его кидает в неизученную часть вселенной, прямо на орбиту обитаемой планеты. Впоследствии он падает на поверхность, и знакомится с местными обитателями, которыми оказываются раса пони.<br/>Новое видение прошлого Дискорда, правительственные заговоры грифонов, раскрытие прошлого Эквестрии и многих тайн, скрытых в глубине веков. Новые герои, которые присоединятся к главному герою в его приключениях.<br/><br/>Вселенная StarGate, My little pony, и необычный главный герой. Конец знаменуется крупномасштабной космической битвой, и началом новой истории Эквестрии.<br/>PS Не судите о главном герое с первых же глав, так как его более точное описание идет в главе «Предыстория».

DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Октавия Человеки

Эти голубые крылья

Короткая поездка в Кантерлот вместе с Рэйнбоу Дэш и Эпплджек - хорошая возможность для Твайлайт проверить новое заклинание телепортации на дальние расстояния. Но противная простуда разбила надежду на скорое путешествие и рассеяла заклятие: вместо того, чтобы оказаться в Кантерлоте, трое пони оказываются в соседнем Вечнодиком лесу, где обнаруживают, что их положение — не единственное, что пошло не так... Если Рэйнбоу обменяла свои крылья и хвост на светло-соломенный, то Эпплджек приобрела радужный хвост, а также пару сильных голубых крыльев. В то время, как Твайлайт пытается найти заклинание, чтобы вернуть части тела их законным владельцам, остальные должны справиться с этой ситуацией... и с их меняющимися чувствами.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек

Сказка о павших божествах

Сколь тяжко порой пережить зиму.

Рэйнбоу Дэш Рэрити Эплджек Принцесса Луна Зекора ОС - пони

Исправить всё

Именно так я вижу возвращение 4 сезона, именно так я жду, что у Твайли заберут крылья. Что-то не описано, что-то не добавлено. Я мог бы развивать эту вселенную, но пока оставлю так. Надеюсь вам понравился рассказ, хотя он очень маленький!

Твайлайт Спаркл

Страж Смерти

Прошло очень много времени со дня заточения Дискорда в камень. Но так ли это? Смогут ли Хранители победить его раз и навсегда? Или же их использование обернется против них самих?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд

Отраженный свет

Принцесса Селестия мечтает провести выходные, как обычная пони из обычной семьи. Внезапно, ей приходится стать обычной пони на целую неделю. Дети, муж, родители - так-ли беззаботно живется простой семейной пегасочке?

Принцесса Селестия Дерпи Хувз ОС - пони Доктор Хувз

Хрустальный змей

Злодей угрожает самому существованию дружбы! Сможет ли герой его остановить? (рассказ посвящается папе и маме, потому что я самый послушный сын)

Другие пони

Необычное Задание, или, BlackWood, не трогай пони

BlackWood и Warface. Как много значат эти слова на Земле. Две могущественные организации борющееся за свои идеалы и власть. Но я же хочу поведать не об этом, а о том, что изменится в душах рядовых бойцов, если место битвы будет не совсем обычным. Что если именно на их плечи возляжет судьба чужого мира, который им будет чужд до самой последней секунды. Смогут ли бойцы впустить в свое сердце гармонию... и любовь?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора DJ PON-3 Человеки Кризалис

DJ Pon-3 в Норвегии или знакомство с новым DJ

DJ pon-3 по официальному приглашению приехала в Осло на съезд лучших DJ-ев мира.

DJ PON-3

Автор рисунка: Noben
22-33 46-57

34-45

Тридцать четвертая глава.

— Кабанов! Сволочь ты такая, какого х** берцы не начистил!? — обратился я к бойцу.

Тот немного смутился и неуверенно взглянув на свою ботинки, промямлил:

— Дык, ну это... Не успел просто...Я же обед готовил!

Остальные бойцы как-то неуверенно кивнули, мол "да, готовил!" Под**здыши, блин...

— Ладно, разойдись. Через полчаса выдвигаемся! И где Лира!? Её что, команды не еб**!?

Вдруг вспомнил я про “новобранца”. Пусть прошло совсем мало времени, но что я, что бойцы уже основательно к ней привыкли. Она прямо как “сын полка”, только лошадь, блин.

— Ну дык, тащ лейтенант! Она же к выступлению готовится! — буркнул Скоков.

Тьфу, черт, что у меня с памятью-то? Не выспался нихрена... Она же вчера вечером все уши прожужжала про концерт, всё уговаривала нас прийти посмотреть...

Распустив строй я решил заняться и собственным внешним видом.

Зайдя в умывальник, я взглянул в зеркало.

Блин... видок у меня не очень, когда последний раз брился-то? Пытался я вспомнить, рассматривая себя в зеркале. Морда уже основательно заросла, да и подстричься не помешает. Интересно, у этих пони, парикмахеры есть?

Хорошо хоть, что станок с собой взял, а то штык-ножом бы скаблить пришлось...

Черт, да какого хрена!? Прихорашиваюсь как девка на выданье!

Гребанная Сивира совсем меня запутала! Прогуляться...

Если она имела ввиду именно то что я подумал, то я попал.

Не то, чтобы она мне не нравилась или еще что-то, но она лошадь блин! Ну, то есть пони... Какие тут нахрен свидания!? Черт... Да я тут недавно такое узнал, что мне нужно на год в запой уйти, прежде чем по свиданкам шляться!

Покончив с щетиной, я вновь принялся рассматривать себя в зеркале.

Ну не мог я ей понравится! Это, бл**ь, не реально! С их точки зрения я просто какая-то здоровенная лысая хрень, да еще и агрессивная! Она же сама мне говорила, всего-то пару недель назад!

Черт, а ведь с момента моего сна в землянке, прошел всего лишь месяц...

Говорящие пони, огромная "сороконожка", негры и зло**учие записочки...

И всё за один месяц — многовато как-то...

На праздник я решил пойти не только с Сивирой.

Моим бойцам расслабиться не помешает, заодно может быть удастся наладить отношения с местными... Да и Лира порадуется. Она прямо как ребенок, который упрашивает родителей прийти к ней на детский утренник....

Хотя по правде, я просто боялся оставаться с кобылкой наедине. А вдруг она целоваться полезет!? Что делать-то тогда? Обижать её не хочется, но и зоофилией я не страдаю...По крайней мере, когда трезвый... Гребанные зоологи!

Мои размышления прервал стук в дверь.

Началось, блин...

Вздохнув я вышел из умывальника и подошел к выходу.

На пороге, как я и ожидал, стояла Сивира...

Бл**ь! Этого-то я и боялся...

Видимо, она не один час потратила на приготовления. Расчесанная грива, уложенная шерстка, начищенные до блеска "набалдашники" на копытах...

Ёпт! На прогулку так не собираются!

— Привет, ну как, готов идти? — явно смущаясь моего пристального взгляда, сказала кобылка.

На свиданку... Ага, щаз-з-з! Меня не так-то просто за жопу взять!

— Я-то готов, сейчас бойцов соберу и пойдем! — как можно спокойней сказал я.

Сивира лишь удивленно вылупилась на меня, явно собираясь что-то сказать, но промолчала, опустив голову.

Немного поразмыслив, я приказал бойцам оставить автоматы в оружейке. Нефиг местных пугать, а то они и так от нас шарахаются. Ну во всяком случае — от меня.

Впрочем, кобуру я все же прихватил, мало-ли что.

Заметив младлея, мои бойцы как-то странно поглядывали на меня... Бл**ь! Догадались, похоже! Пришлось соврать, что Сивиру приставили к нам в качестве гида.

Кобылка, услышав мои слова, как-то сразу помрачнела и молча повела нас к центру городка. Расстроилась похоже...

По дороге бойцы всё выпрашивали у младлея, что за праздник такой и что на нем делают. Как выяснилось, у этих лошадей принято праздновать начало каждого времени года, сегодня вот, осени.
"Новый год", четыре раза в году... Интересно, они хоть догадываются откуда у них все эти праздники взялись? Сомневаюсь... Да и лучше им не знать!

В центре Понивилля соорудили довольно таки большую сцену для выступления. Мы подошли как раз к моменту, когда на сцене какая-то кобыла в очках радостно что-то говорила в микрофон. Что она там несла, я не слушал, поздравляла наверное...

Подойдя к лавкам с алкоголем, я заметил невдалеке Твайлайт со своими подругами.

— Твайли! Я смотрю ты с друзьями? Привет, меня зовут... — радостно затараторил Кабанов, приближаясь к единорожке с её компанией.

Не успел я ничего сказать, как передо мной возник голубой "пикировщик".

— О, и ты тут, длинный! А я уж думала, что ты не прийдешь! — с самодовольной мордой произнесла кобылка.

Я лишь кивнул головой, общаться с ней мне совсем не хотелось.

— Знаешь, а ты не такой уж и трусливый, раз всё таки заявился... с издевкой в голосе начала было кобылка, но больше её терпеть я не собирался...

— Ты сейчас допизд***я! — тихо сказал я.

Не успела голубая кобылка ответить, как к нам подскочила Твайлайт.

— Рэйнбоу! Помнишь ты говорила что хочешь посоревноваться с человеком? Вот, Владимир тоже хочет! — поспешно затараторила единорожка явно пытаясь предотвратить конфликт.

Пикировщик с интересом взглянув на переминающегося Кабанова, удовлетворенно хмыкнула и повела его в сторону, объясняя правила какой-то игры.

Черт, она меня уже задолбала... Я её точно придушу! И чем только эти лошади так нравятся Кабанову? Надо будет уточнить...

Не успел я опомнится, как Твайлайт с друзьями начали настойчиво приглашать нас присоединится к их компании. Я взглянул на Сивиру, та стояла с грустным видом и смотрела на сцену, где пел какой-то конь.

Блин, всё-же обиделась...

— Тащ лейтенант, разрешите нам с ними пойти? — вырвал меня из размышлений Лисин.

Глянув на кобылок, затем на бойцов, я кивнул. Отпускать своих ребят без оружия, было конечно глупо, но устраивать очередной сеанс паранойи я не хотел... Не пропадут.

— Идите, у меня тут еще дела есть... — буркнул я.

Сивира, блин, ну нахрена она всё усложняет!? Черт, чувствую себя полной скотиной.

И с чего ей это только в голову пришло!? Тут совсем мужиков что ли нет!?

Взглянув на сцену еще раз, я обнаружил что коня уже сменила какая-то кобылка с гитарой и принялась играть какую-то веселенькую мелодию...

Тут что, все желающие выступают? Хм, а гитара вроде нормального размера...

В голове появилась безумная идея...

— Ты когда нибудь слышала человеческие песни? — спросил я у младлея.

Та лишь удивленно взглянула на меня и, чуть помедлив, медленно покачала головой.

— А послушать хочешь?

Идея, конечно, не очень, но в ней есть смысл.

Когда-то давно, еще в училище, я немного играл на гитаре, получалось не ахти, но тем не менее, армейские песни играть мог... На каждый новый год даже в клубе выступал, бойцам вроде нравилось... В мои голову пришла мысль, как можно немного развеселить Сивиру, а то чувстую, она скоро мне пиз**лей наваляет... Да и если честно, мне казалось, что это может немного улучшить отношение местных, к моей персоне... А то у меня здесь репутация какого-то мудака, который всех грабит и избивает!

А так буду поющим мудаком...

— А... Ты хочешь выступить? Ты разве играешь? — с издевкой спросила кобылка.

Блин, видимо она меня за полного дебила держит... Уж пару аккордов на гитаре любой дурак сыграть может, даже я...

— Смотри и оху*вай! — буркнул я, направляясь за сцену.

Там была уже целая очередь... Охренеть, я и не думал что у этих лошадей есть столько инструментов! У этой кобылки с бабочкой на шее, даже контрабас есть!

Ждать правда не пришлось, едва я спросил разрешения выступить, как меня сразу же пропустили и даже выдали гитару, едва попросил... Блин, всё еще боятся что ли? Или может быть им интересно что я сыграть собрался?

Подождав, пока кобылка с гитарой закончит выступление, конь в смешной кепке-бескозырке махнул мне копытом, мол — поднимайся!

Забравшись на сцену, я немного растерялся.

Хренова куча пони на площади как-то сразу замолкли и уставились на меня. Вся уверенность куда-то испарилась... Сразу же поползли мысли, о том что они сейчас накинутся на меня и сожрут нахрен! Рука непроизвольно потянулась к кобуре...

Что они так вылупились-то!? Не ожидали, что люди тоже могут выступить, или они просто меня так не любят? С-суки...

А, хер бы с ними!

Взяв табуретку с края сцены, я поставил её у микрофона и уселся...

Бл**ь! А что играть-то!? Я только армейские знаю!

Блин, ну не петь же им песни про дембелей! Да и Афганистан они тоже не поймут... А, хер с ним! Сыграю эту...

Чуть примерившись к гитаре, я начал перебирать струны. Никогда бы не подумал, что буду петь перед толпой лошадей...

Закончив разминку я запел:

Мы так давно, мы так давно

Не отдыхали,

Нам было просто

Не до отдыха с тобой.

Мы пол-Европы

По-пластунски пропахали,

И завтра, завтра, наконец,

Последний бой.

Первый куплет я пел в ожидании тухлых помидоров, но местным похоже нравилось.

Странные они, ведь не понимают нихрена, а слушают...

Ещё немного, ещё чуть-чуть,

Последний бой, он трудный самый.

А я в Россию домой хочу,

Я так давно не видел маму.

А я в Россию домой хочу,

Я так давно не видел маму...

Перебирая струны, я замечал как все пони всё еще смотрят на меня, но не так как прежде. В их глазах виделся.. Интерес? Хм, да они даже не знают что такое война! У них и их никогда и не было, наверное!

Четвёртый год нам нет житья

От этих фрицев,

Четвёртый год солёный пот

И кровь рекой.

А мне б в девчоночку

Хорошую влюбиться,

А мне б до Родины

Дотронуться рукой!

Последний раз сойдёмся завтра

В рукопашной,

Последний раз России

Сможем послужить.

А за неё и помереть

Совсем не страшно,

Хоть каждый всё-таки

Надеется дожить!

Голос предательски задрожал.

Черт, зря я эту песню выбрал! Слишком много ассоциаций...

С трудом пересилив себя, я все-же продолжил:

Ещё немного, ещё чуть-чуть,

Последний бой, он трудный самый!

А я в Россию домой хочу,

Я так давно не видел маму.

А я в Россию домой хочу,

Я так давно не видел маму...

Не успел я закончить, как услышал страшный шум, словно по плацу маршировала рота солдат.

Взлянув на площадь, я обнаружил что почти все лошадки долбят передними копытами по земле... Они еба**ись чтоли!? Или это у них заместо аплодисментов?

Ёпт, да я популярен! Может ну нахрен эту армию? Буду как Дима Билан! Только Лукин, блин. Хотя никакой армии уже и нет...

Ну ох**ь теперь!

Молча поставив табуретку на место и не обращая внимая на выкрики типа "давай еще!", я спустился по лесенке.

Конь в кепке, принялся выпрашивать у меня, много-ли еще таких песен в моем репертуре.

— До**я — буркнул я и сунул ему гитару.

Не успел конь взять гитару, как ко мне подскочила Лира с какой-то... Арфой чтоли?

— Тащ лейтенант, это было так здорово! — возбужденно запищала единорожка.

Блин, как она на струнах-то играть будет? Копытами что ли!? Или рогом? Надо всё посмотреть на этот цирк...

Смущенно махнув рукой и буркнув что у меня еще дела, я двинулся искать младлея.

Как я бл**ь буду играть в паре с арфой!? Это тоже самое, как хреначить дешевое пойло, когда все вокруг дегустируют дорогие вина!

Сивира обнаружилась возле прилавка с яблочным пивом. Заметив моё приближение, она немного оживилась и протянула мне кружку.

— Молодец... — затем чуть помолчав, задумчиво глядя на кружку, она вдруг снова заговорила обиженным голосом:

— Почему ты избегаешь меня?

Я поперхнулся и присосался к кружке.

Младлей внимательно смотрела мне в глаза, явно ожидая ответа.

Ёпт. Похоже, я всё таки не ошибся... Что сказать-то? Отмазаться уже не выйдет, а обижать её совсем не хочется. Мало-ли, может она мне по яйцам вмажет, с неё станется!

Везет мне, блин...

Тридцать пятая глава.

— Слушай, я конечно очень рад, но... Блин, мы же разные виды! Ты понимаешь это!? — выпалил я.

Ну а что мне ей еще сказать!? Что-то типа, "прости, но я гей"? Или "я люблю другую"? Тьфу, на эту фигню даже лошадь не купится...

Хозяйка прилавка изо всех сил делала вид, что не слушает нас.

Сивира чуть помедлила, тщетно пытаясь сохранить спокойствие, затем, хлебнув из кружки она сказала:

— Знаешь что... Пошел ты нах**!

После чего поспешно двинулась на выход с площади.

Продавщица пива как-то странно на меня покосилась. Гребанные лошади!

Блин... Ну почему она всё портит!? Твою мать, разве не она говорила, что с точки зрения пони — люди уроды? Черт, еще и материться научилась...

— А бл**ь, пошло оно всё... — буркнул я, и двинулся в след за ней.

Благо, толпа на площади расступалась передо мной, прямо как красное море перед жидами...

Я плохо понимал, что буду делать, когда догоню младлея, но упускать её сейчас было бы полной глупостью...

— На месте, бл**ь!!! — скомандовал я, обгоняя и преграждая путь Сивире.

Одного взгляда на её лицо, хватило чтобы заметить, как по щекам текли слёзы...

Блин, неудобно как-то. Что-то я не припомню, чтобы из-за меня бабы рыдали...

— Ты еще не всё сказал!? — с вызовом в глазах закричала кобылка.

Окружающие нас пони с интересом поглядывали на нас. Твою мать, почему на меня сегодня все косятся!?

Чуть замявшись, я закурил и сказал:

— Послушай, мне, конечно, очень приятно твоё внимание... Но, бл**ь, мы абсолютно разные виды! Какая тут, нах**, любовь!? Ты же сама говорила...

Закончить мне не дала Сивира.

Мне казалось, что я был готов ко всему, но как выяснилось, я ошибался.

Не успел я договорить, как кобылка изумленно вылупилась на меня, а затем расхохоталась. Закрыв лицо копытом, она обильно краснея, заливалась смехом.

— Ох Луна, какой же ты дебил! Любовь, ой не могу... — скозь смех выдавила младлей.

Я почувствал себя полным идиотом. Затягиваясь американскими сигаретами, я огляделся вокруг, эти чертовы пони они глядели на меня с явной насмешкой.

— То есть... Ты подумал, что я пригласила тебя на свидание? — закончив смеятся, произнесла младлей, вытирая слёзы.

Я лишь кивнул, жадно затягиваясь дымом. Чувствую себя полным ничтожеством...

Кобылка, глядя на моё лицо, немного успокоилась и заговорила вкрадчивым голосом:

— Лукин, мы конечно друзья... Ох, какого сена!? Без обид, но с нашей точки зрения ты...

Не дав ей договорить я буркнул:

— Урод, да знаю!

Сивира лишь покачала головой и продолжила:

— Нет, дело не в этом, в конце концов — не такие вы и страшные, скорее необычные...

Ну охренеть теперь... Замечая мой злобный взгляд, окружающие пони, делали вид, что не обращают на нас внимания. Чертовы ублюдки...

— Дмитрий... Тебя ведь так зовут? Дело не в твоей внешности. А в твоем поведении... Ты когда нибудь замечал, с каким выражением лица ты смотришь на пони!? Вот, даже сейчас! Ни одна кобылка не захочет иметь с тобой ничего общего... — продолжала как можно спокойней говорить младлей, явно удерживаясь чтобы не заржать еще раз.

Я удивленно посмотрел на неё. Это каким таким взглядом? Что опять не так в моём поведении? Я же никого не убиваю...

— Значит, не замечаешь... Ты смотришь на нас, как на еду... Знаешь, в глазах мантикоры нет столько злобы и агрессии, сколько есть в твоих... И это я еще молчу про твоё поведение.... — продолжала втаптывать меня кобылка.

Она всё говорила мне всякую фигню, суть которой сводилась к тому какой я мудак и подонок, алкоголик, дебошир и просто агрессивный придурок, ненавидящий всех вокруг...

Блин, таких приятных слов мне даже "насос" никогда не говорил, а уж он то меня просто "обожал".

— И вообще... С чего ты решил, что это свидание!? — неожиданно спросила Сивира.

Я немного замялся. Теперь все мои умозаключения выглядели настолько тупо, что мне было как-то стыдно рассказывать.

— Ну... Ты вся причесалась, да и вела себя как-то необычно, вот я....

— Ох Селестия... По твоему офицер гвардии не может прихорошится перед праздником? Я же взрослая кобылка, мне тоже иногда хочется выглядеть красивой!

Младлей, чуть замялась, оглядываясь вокруг, затем чуть приблизившись ко мне, тихо произнесла:

— А смущалась я потому, что мне еще никогда не доводилось сходить куда-то с другом... А ты повел себя как полный засранец...

— Ладно, я понял! Пойдем уже, мы пиво не допили... — недовольно буркнул я.

Сивира чуть помедлила, похлопала меня копытом по колену и сказала чтобы я не обижался.

Остальная часть праздника прошла гораздо спокойней. Мы вместе с Сивирой стояли возле прилавка, изредка заказывая новую порцию яблочной бурды и глядели на сцену, то и дело обсуждая способности того или иного "артиста".

Посмотреть на выступление Лиры я, к сожалению, не успел, придется ей потом соврать...

То и дело я замечал в толпе компанию своих бойцов, всместе с Твайлайт и её подружками. Странно, но я не видел никаких косых взглядов в их сторону, даже наоборот, с ними охотно общались и даже и не думали пугаться...

Бл**ь, может Сивира права и я на самом деле просто какой-то агрессивный мудак!? Да, наверное так и есть, даже бойцы и те меня побаиваются...

А каким мне еще быть!? Я, бл**ь, всю жизнь только и делаю, что служу! Армия совсем не учит к хорошим манерам и доброте...

Я хорошо помню как командир роты всё время жаловался, что его побаиваются собственные дети, мол только он заходит домой, а они сразу затихают...

И это притом, что по его словам, он старался никогда не ругать их, даже пальцем ни разу не тронул. Наверное, всё дело в поведении, жестах, взгляде...

Да я и сам прекрасно помнил, как боялся собственно папашу...

Гены, мать их!

Уже ближе к вечеру я, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд Сивиры, попрощался с ней и двинулся в сторону дома. Кобылка всё волновалась, не задела ли она меня своими словами, пришлось соврать ей, что меня не еб*т мнение каких-то лошадей... Получив копытом под колено, я двинулся на выход с площади.

Идя домой, я всё думал надо словами младлея.

Блин, получается, меня отшила лошадь! Смех, да и только... Я, конечно, рад, что ошибался по поводу свидания, но всё-же...

Обидно как-то, ну не такой уж я и козел в конце-концов! Что, значит, никто не захочет иметь со мной дело!? Я же...

Блин, неужели Сивира права насчет меня...

— Да и пошли вы нах**! — буркнул я заходя домой.

В расположении,, было тихо как в гробу, видимо, бойцы еще не вернулись с праздника.

Значит, я всего лишь агрессивный ублюдок!? Да и х** бы с ним! А с каких ху*в мне быть добрым? Может быть, мне тут цветочки в городе сажать, да старых кляч через дорогу переводить!?

Я, мать вашу, офицер! Моя задача служить родине, не больше, ни меньше! Я же не виноват, что моя страна вместе со всем миром накрылась медной пизд*ю!?

Чертовы хиппи! Значит, я слишком агрессивен и груб, да? Я военный, бл**ь, я должен быть таким!

Все пацифисты, пока нет войны. Это тоже самое, что быть вегетарианцем, когда нет мяса. Сказал однажды один иностранец и был полностью прав!

Мясо... Бл**ь, как же я хочу мяса! Задолбала меня уже эта рыба...

Немного постояв в нерешительности, я двинулся в оружейку.

Все эти гребанные гринписовцы сейчас на празднике, никто и не заметит, если я подстрелю какую нибудь зверушку... Лишь бы на сороконожку не нарваться...

А хотя по**й! Какая мне нахрен разница!? Свою задачу я выполнил полностью, бойцы без меня не пропадут. Уж лучше сдохнуть как настоящий офицер, в бою, чем загнуться от осознания своей никчемности... Гены, мать их.

Зарядив автомат, напялив вещмешок и повесив подсумок, я двинулся на выход из дома.

— Мы еще посмотрим, кто тут ничтожество — злобно прошептал я, удаляясь в лес.

Тридцать шестая глава.

— Етить.. Что, опять!? — яростно зашипел я, отряхивая дерьмо с берца.

Какие-то нехорошие у меня ассоциации возникают.

Каждый раз, когда я вляпываюсь в говно, происходит что-то совсем нехорошее...

Черт, уже третий час по лесу шарюсь, а нашел только кучу говна.

Везет мне блин...

Когда я закончил вытирать ботинок о траву, то услышал что-то метрах в пятидесяти от себя. Я замер и, пригнувшись, пошел в сторону звука...

А вот и мясо! Ну наконец-то, а то я уже думал что охотник из меня такой же, как из Кабанова образцовый солдат!

Гребанный лес...

Пока я бродил по лесу, то никак не мог заставить себя перестать думать о словах Сивиры.

А ведь в чем-то младлей права, я самый настоящий мудак! И никаких оправданий этому я уже не имею — нет больше никакой армии, вообще ничего нет... Теперь я сам по себе!

Вроде можно уже и положить на устав и субординацию...

Но всё равно продолжаю гнуть свою линию... Распорядок, чистые воротнички и прочая фигня.

Хрен бы с этими лошадями, а вот бойцов жалко...

Им и так крепко досталось, потом еще эти записочки...

Ребятам ведь отдых нужен, немного свободы, да возможность повеселится! Им же по девятнадцать лет максимум! Только Лисин чуть постарше, да и то ему всего-то двадцать один год... Юнцы совсем еще, а я их по уставу жить заставляю! Придурок...

Как же я раньше об этом не думал!? Черт, всё время вижу в них лишь солдат, забывая что каждый из их — молодой парень в самом расцвете сил. Им ведь хочется жить спокойной жизнью, как на гражданке! Пускай и среди лошадей...

Может, я им завидую? Они ведь в армии меньше года служат, это всего лишь короткий промежуток их жизни! Может поэтому-то они так хорошо поладили с этими пони?

А вот я даже в школу толком походить не успел, сразу в суворовском оказался... Наверное поэтому никак не могу приспособится к новым условиям.

Ладно, вернусь, принесу им мяса, пускай порадуются, может и шашлыки забабахаем! Да еще и под пиво, пускай и яблочное.

Да и вообще, разрешу им свободно передвигаться по городу в течении дня, пускай гуляют, с лошадьми общаются! Им ведь хочется, уж я-то вижу...

А что, хорошая идея! Главное, только не переборщить... Прежде всего, они солдаты, пускай и давно погибшей страны. Ребята должны помнить о своем долге...

Хотя какой тут уже нахрен долг!?

— Ладно, потом разберемся... — буркнул я.

Не успел я стряхнуть с себя мысли о своих подчиненных, как почувствовал что куда-то вляпался...

Чем ближе я приближался, тем отчетливее доносились чьи-то голоса.

Туристы что ли из местных? Или опять негры!?

Перехватив поудобнее автомат, я с удивлением отметил, что мне очень хотелось чтобы там были негры... Черт, какой-то я кровожадный стал!

— Ёпт.. — еле слышно прошептал я, глядя на костер метрах в пятнадцати впереди.

Что-то мне все это напоминает...

Распластавшись на земле, я как можно тише подполз поближе.

Вокруг костерка сидело семеро черножопых и о чем-то тихо переговаривались на своем непонятном языке. Возле них была разбита одна, довольно большая палатка, примерно на четыре койко-места.

Присмотревшись к странным теням чуть дальше палатки, я охренел...

Неподалеку от костра лежали две лошадки, видок у них был не самый лучший... Даже с такого расстояния и при таком освещении, я хорошо разглядел на их телах синяки и кровоподтеки. Видимо, коняшки были еще живы, посколько они были привязаны за шею веревками к ближайшему дереву.

Хм, странные дела, эти засранцы их в плен что ли взяли? А почему не сожрали?

Переведя взгляд на людей, я едва не выругался вслух.

Там сидели не только негры... Возле костра, напротив черножопых засранцев, сидело трое белых мужков в форме американских морпехов. С озабоченным видом, морпехи чистили свои винтовки.

Но им я даже не удивился. Меня беспокоил один парень, сидящий в удалении от них и собирающий автомат Калашникова.

Шепилов... Живой! Черт, я уже и не надеялся увидеть этого придурка! Блин, как удачно на охоту-то сходил...

Я уже собирался встать и подойти к костру, как мне в голову пришла одна нехорошая мысль, заставившая меня остатся лежать в кустах.

Какого черта он тут делает!? Он разве не в курсе, что эти гребанные негры завалили Леликова!? Или же...

Шепилов обратился к неграм на английском, от чего те радостно заржали.

Это не может быть! Бл**ь, я не верю в это! Ну не мог же Шепилов предать нас...

Хотя... А может это именно он навел этих чернозадых макак на свой взвод? Иначе как объяснить, что он спокойно сидит с ними рядом и еще шутки рассказывает!? Ублюдок...

Стоп!

Так, лейтенант, не делай поспешных выводов! Сам прекрасно знаешь, что ты гребанный параноик, который везде видит подставу...

Сперва нужно поговорить, может всё совсем не так как кажется! Черт, что-то мне стремно выходить одному к семерым вооруженным людям...

Нет, один я сюда не сунусь!

Надо сперва бойцов собрать, а потом уже и поговорить можно будет, так хоть я буду уверен, что они не станут сразу стрелять — побоятся.

А то сдохну здесь, не за хер собачий и никто не узнает где могилка моя...

— Я никак не могу понять, почему вы слушаетесь этого длинного? Он же ненормальный! — всё допытывалсь Рэйнобу Дэш до своих новых знакомых.

Четверо людей и целая компания пони сидели в "Сахарном уголке", тщетно пытаясь сьесть все сладости, что им натаскала Пинки, несмотря на их протесты.

— Он лейтенант, командир нашего взвода, поэтому мы и подчиняемся... Верно ведь? — ответил Кабанов, вопросительно взглянув на своих сослуживцев.

Младшему сержанту совсем не нравились все эти разговоры. Он был не настолько глуп, чтобы не замечать недостатков своего командира, но он не был слепым, чтобы не видеть его достоинств. Да и к тому же, он уже привык подчинятся приказам и не видел в этом ничего плохого.

— Вот об этом-то я и говорю уже которую неделю! Он псих! Черт, да иногда мне кажется что он и нас когда нибудь перестреляет! — возбужденно затараторил Пугачев.

Найдя поддержку в своей новой знакомой, он вновь принялся агитировать своих товарищей.

— Серег, заткнулся бы ты уже... Бесишь, чес-слово... — недовольно буркнул Скоков, с трудом пытаясь затолкнуть в себя очередной кусочек торта.

Не обращая внимания на смущенные взгляды пони и недовольное ворчание своих друзей, Пугачев всё не унимался.

— Да ёпт! Как же вы не понимаете, нет больше никакой армии! Она накрылась херову тучу лет назад! Неужели вас не задолбало всё это? Распорядок, устав и "Тащ лейтенант, разрешите обратится!?"

Твайлайт, напряженно смотрела на людей, её очень беспокоило то что подчиненные Лукина могут вот так, запросто предать его. Их командир, конечно, был не примером для подражания, но всё-же...

Друзья кобылки тоже чувствовали себя неуютно, наблюдая за спором людей.

Капрал, немного поковырявшись в своей тарелке, вновь заговорил:

— Неправильно всё это... Я думаю... — но закончить ему не дал ефрейтор.

— Да что тут думать!? Присягу давали!? Давали! Да и вообще, что ты предлагаешь!? Поделить деньги и разбежаться!? Нам всем вместе держаться надо! Как же ты этого не понимаешь... — выпалил Лисин.

Пугачев смущенно замолчал. Он еще не задумывался о будущем.

— То есть, он ваш командир? — ошарашенная сценой, вновь спросила пегаска. Она совсем не ожидала такой бурной реакции, на столь простой вопрос.

Не успели бойцы ответить, как в дверь протиснулся весь запыхавшийся лейтенант.

— Бл**ь... Вас хрен найдешь! Фух... Собирайтесь и на выход! — скомандовал Лукин.

Бойцы удивленно посмотрели на своего командира, но всё же подчинились.

С трудом поднявшись из за стола, солдаты нехотя пошли на выход из дома.

Пони лишь с интересом смотрели им вслед, то и дело поглядывая на Лукина, но не решаясь заговорить.

Выйдя из домика, Лисин сразу же обратился к командиру:

— Тащ лейтенант, а куда мы идем-то!?

Лукин, как-то неуверенно взглянул на него, чуть задумался и ответил:

— Мы идем спрашивать Шепилова, почему он в лесу с неграми да американцами братается. Да еще и местных в плен берет. — с мрачным видом закончил лейтенант.

Бойцы как-то неуверенно переглянулись, явно сомневаясь во вменяемости своего командира. Лишь Кабанов с присущим ему спокойствием буркнул:

— Че стоим? Мы это... Как их? В черножопых стрелять сегодня будем или как!?

Лукин лишь удовлетворенно хмыкнул и скомандовал выдвигаться к оружейке.

Его явно порадовала, готовность Кабанова пустить в ход оружие, возникни такая необходимость.

Выскочившая из дома Твайлайт напряженно смотрела вслед удаляющимся людям.

— В кого они стрелять собрались!? Ох, сено! Нужно срочно найти Сивиру... — тихо прошептала единорожка и, не обращая внимания на изумленные взгляды подруг, со всех ног припустила в сторону домика гвардейцев.

Тридцать седьмая глава.

Всем взводом мы сидели на кухне и проверяли свою амуницию. На выход я решил взять лишь автоматы — вещмешки и каски нам нахрен не пригодятся. Если что, налегке и убегать будет проще...

— Ориентировочно, нас ожидает семеро вооруженных человек. Четверо негров, Шепилов и трое морпехов. Но, возможно, их там гораздо больше...

Инструктировал я бойцов, собирая автомат. Солдаты заметно волновались, они уже один раз в лесу нарвались на черножопых, а тут еще и американцы...

Да и с Шепиловым ничего не ясно. Ну не мог же он, так просто, не за хер собачий кинуть нас!? Может быть, он даже не догадывается, что эти чертовы негры атаковали его взвод? А вдруг это какие-то другие макаки, вовсе не агрессивные? Блин, хотелось бы верить...

— За двести метров до их места расположения мы разделимся. Кабанов, ты с Пугачевым, проследи чтобы эта сволочь мне в спину не пальнула!

Пугачев вылупился на меня, даже шомпол из рук выронил, от удивления.

— Тащ лейтенант, да как вам... — начал оправдыватся рядовой.

Я лишь махнул рукой. Пугачев конечно засранец, но поверить, что он сможет выстрелить мне в спину, я не мог. Он придурок, а не предатель...

— Скоков, ты с Лисиным. Я выйду к костру и попытаюсь переговорить с Шепиловым... Может быть, всё совсем не так, как кажется. Вы в свою очередь в две пары вы заходите с по флангам от меня, скрытно занимаете позицию и ждете моего сигнала. — продолжал я.

— Тащ лейтенант, вы думаете что Санек просто не вкурсе последних событий? — еле скрывая насмешку, спросил ефрейтор.

Из всех четверых только Кабанов не проявлял никаких эмоций по поводу возможного предательства Шепилова. Он молча слушал инструкции, проверяя магазины. Лишь изредка он кивал в ответ на мои вопросы, показывая что внимательно слушает.

— Сигналом будет... Короче если я закурю, валите всех нах**! Первым делом кладите американцев! Не думаю, что негры успеют быстро среагировать, а вот эти засранцы смогут, я уверен... Пленных лошадей по возможности не зацепите... Не хватало нам еще проблем с местными властями. Но если будут мешатся, валите и их нах**!

Я всё вспоминал учебные фильмы, что нам показывали в училище за "закрытыми занавесками". Подготовка, основная тактика и вооружение войск стран НАТО.

Очень надеюсь, что их там только трое. Мне совсем не хочется иметь дело с целым отделением обученных и вооруженных солдат, имея с собой лишь четырех срочников с автоматами...

Бл**ь! Если там будет хоть пяток морпехов, то никакая внезапность нам не поможет, дадут пару очередей или даже гранат по кустам и пиз**ц... А если они догадались выставить охранение, то нас перестреляют еще на подходе... Черт, ну почему всё так хреново выходит!?

Всех обезвредить ребята не успеют. Блин, был бы у нас пулемет, или хотя бы пара гранат...

— Если там окажется больше пятерых морпехов, уходите оттуда и дуйте в казарму. Я вас потом догоню...

В случае полной задницы нефиг в героев играть, пускай сваливают... Не всем же взводом дохнуть, хрен пойми за что!?

Хотя, если откровенно, помирать мне совсем не хотелось... Хотя с другой стороны, если всё пройдет гладко, эти засранцы будут видеть во мне героя... Прикольно, блин!

— Тащ лейтенант, а если что... Шепилова валить? — задал вопрос Скоков, заряжая автомат.

Черт... Надеюсь этого, "если что" не произойдет... Очень надеюсь!

— По возможности оставить в живых, у меня к нему слишком много вопросов... Но при малейшей угрозе стреляйте не раздумывая! — ответил я.

Подождав пока бойцы закончат заряжать оружие, я закурил и обратился к ним:

— Так, а теперь повторим... Ваши действия в случае моего условного сигнала?

Мне совсем не хотелось чтобы всё пошло через жопу, только из за того что кто-то забыл инструкции.

Было уже совсем темно и мне с трудом удалось найти место расположения американцев, заметив издали огонек костра, я отдал приказ о начале операции.

На удивление, ребята без суеты разделились и, пригнувшись, двинулись в разных направлениях. Не зря я им всю дорогу мозги полоскал насчет инструкций...

Блин, что-то мне стремно. Ну да ладно, уже поздно на попятную идти.

Вздохнув, я поправил автомат за спиной и двинулся к костерку.

Возле палатки сидел Шепилов и о чем-то трепался с одним из морпехов. Выйдя к костру, я заметил, что возле огня спят все четверо негров... Видимо, в палатку их не пускают, расисты, блин...

Заметив моё приближение, Шепилов напару с американцем, одновременно подскочили и схватились за оружие.

— Тащ лейтенант? Бл**ь, откуда вы здесь!? — изумленно спросил рядовой, немного отводя ствол от меня.

Морпех, низенький мужичек, похожий больше на бульдога чем на человека, неуверенно покосился на бойца, но убирать оружие не стал.

— Из пи**ы на лыжах! Я тут уже почти месяц среди каких-то говорящих лошадей живу... Длинная история... Где остальной взвод? — сыграл я в дурачка.

Шепилов как-то подозрительно посмотрел на меня, и что-то сказал "бульдогу". После чего морпех крикнул что-то в палатку и принялся пинками будить черножопых.

Подождав, пока заспанные американцы выберутся из палатки, Шепилов о чем-то заговорил с ними. Блин, ну почему я английский не учил!? Знаю только два слова “Beer” и “Fuck”... Черт, что же он им такое говорит?

Закончив переговариватся, морпехи как-бы невзначай окружили меня, только "бульдог" остался рядом с бойцом. Оглянувшись, я заметил, что негры весело переглядываясь, что-то обсуждали, тыкая в меня своими черными пальцами...

Шепилов... С-сука! Мразь! Тварь, ты даже не человек них*я!!! Внутренее бесился я.

Чуть помедлив и внимательно посмотрев на меня, рядовой заговорил:

— Незнаю я, где все остальные... Последний раз я их видел, еще когда мы в окопы спать ложились! А вы одни пришли? — не моргнув глазом, соврал боец.

Значит, я всё же не ошибся...

Выходит, их всего семеро, больше, видимо, никого тут нет. Скосив взгляд в сторону, я заметил, что пленные лошадки уже не спят, а испуганно смотрят на меня. Странно, но морда одного из пленников мне показалсь знакомой...

Я как можно медленней потянулся в нагрудный карман. Американцы, заметив мои дейтвия напряглись, но увидев, что я достал сигарету, немного расслабились.

Вставив сигарету в зубы, я чуть помедлил и спросил у Шепилова:

— Замуруева давно видел?

Мне хотелось быть точно уверенным, что я не совершаю ошибку. Убить собственного солдата, это не тот поступок, который можно исправить...

Когда я увидел реакцию Шепилова на мой вопрос, от сомнений не осталось и следа. На его наглой роже проступила смесь безотчетного страха и крайнего удивления...

Перед тем, как я чиркнул зажигалкой мне показалось что боец понял, что сейчас произойдет.

Сигарета не успел зажечься, как почти одновременно загромыхали четыре автомата. Послышались чьи-то крики и звуки падающих тел.

Не теряя зря времени, я схватился за кобуру, выдернул пистолет и навел его на американца. Черт, а этот "бульдог" резкий малый, отметил я про себя скорость американца. Едва услышав автоматные очереди, морпех мгновенно присел и навел автомат на меня.

Быстрый или нет, но он явно опоздал, подумал я, спуская крючок. Пистолетная пуля вонзилась ему прямо в голову, пробивая каску и превращая его мозги в кашу.

Шепилов стоял как вкопанный, с широко раскрытыми глазами глядя на меня. Немного отвлекшись от своего бойца, я бросил взгляд себе за спину.

— Ё-мое... Снайперы, бл**ь! — не смог сдержатся я, глядя на трупы морпехов лежащие вперемешку с неграми.

Черт, сколько секунд прошло, три!? За три секунды мои ребята как кур перещелкали всю эту пизд*братию! Блин, будь мы на войне, я бы на каждого рапорт на наградной лист подал!

Впрочем, моё восхищение проделанной работой прервал Шепилов. Краем глаза я отметил, как этот придурок дрожащими руками наведя на меня автомат, пытается выстрелить...

Вновь обернувшись к бойцу, я едва не рассмеялся над его попытками пристрелить меня.

Вот ведь мудила! С предохранителя сними, дурень! Блин, мне даже как-то стыдно, что он из моего взвода...

Руки так и чесались разнести его тупую башку, но этот говнюк еще должен ответить на мои вопросы...

Быстро прицелившись ему в ногу, я сдавил крючок.

Боец взвыл от боли и рухнул на землю как мешок дерьма, когда пуля прошила его колено.

Облегченно вздохнув, я закурил и принялся звать своих ребят. Вот как всё здорово вышло! А я, дурак, боялся...

— Никого не задело!? — сразу же спросил я, как только бойцы вышли к костру.

За всех, немного помедлив, осматривая своих товарищей, ответил Кабанов:

— Никак нет, тащ лейтенант... Вроде всё в порядке.

Удовлетворенно хмыкнув я наконец обратил внимание на стонущего от боли Шепилова. Не успел я подойти к нему, как вновь услышал голос Кабанова:

— Тащ лейтенант, разрешите лошадок развязать!? — обеспокоенно спросил боец.

Тьфу, черт! Совсем забыл уже. Приказав бойцам занятся пленными, я подошел к раненному и надавил ногой ему на грудь.

— Что? Больно? А думаешь Леликову было приятно!? Или может Замуруеву!? — злобно зашипел я, глядя в лицо Шепилову.

Откровенно говоря, этот засранец не рассказал мне ничего интересного. Интересной была только его реакция, когда он увидел своих бывших товарищей...

Мне даже показалось, что этот мудак обоссытся от страха...

В ходе разведки на них с Замуруевым напала гребанная "сороконожка". Шепилов сказал, что капрал испугался и побежал, а тварь погналась за ним...

Врет, если кто и побежал, так точно не Замуруев. Несмотря свою слабую физическую подготовку, он никогда бы не бросил своего товарища. Даже в казарме перед дембелями он всегда заступался за свой призыв. И несмотря на пиз**ли, никогда не бросал своих.

Получив от Скокова берцем по морде, Шепилов заверещал, как побитая псина... Приказав бойцу прекратить воспитательную работу, я спросил у поганца, как же он с иностранцами спутался.

По его словам, по дороге к своим он случайно наткнулся на отряд американцев, которые, вместе с какими-то неграми, пытались выбраться из леса.

Его чуть не пристрелили, придурка спасло то, что он неплохо знал английский. Этот мудень рассказал им всё, и про огромную рептилию, и про сороконожку, да еще и указал им место расположения своего взвода. После его рассказа черножопые, о чем-то переговорили с офицером и, не сказав ничего остальным, ушли куда-то в лес.

По словам Шепилова, он и не думал что негры решат напасть на наш отряд...

Врет, паскуда! Очко у него сжалось, вот он и сдал весь взвод, лишь бы его не завалили...

Пришлось приказать Кабанову отвести Скокова подальше от засранца. Рядовой вопил страшным голосом, клялся и божился порвать Шепилову очко, не обращая внимания на мои приказы. Они ведь с Леликовым дружили вроде, во всяком случае в наряды всегда вместе просились... Пугачева тоже пришлось отослать успокаивать пленных, а то мало-ли... Черножопые ведь его тоже подстрелили.

Господи! И это чмо у меня во взводе служит... Служило! Этот ублюдок с готовностью предал не только страну, но и своих товарищей, лишь бы оставить свою жопу в сохранности...

Вместе со своими новыми "друзьями", обезоруженный боец в роли пленного двинулся искать выход из леса. Но во время похода их атаковал какая-то тварь, похожая на льва. морпехом удалось отбится, но офицера и еще трех солдат тварь проткнула насквозь своим жалом... В спешке собрав оружие с тел павших товарищей, американцы двинулись дальше.

Блин, задолбало...

— Мать твою, что ты мне тут басни рассказываешь!? Говори, что нужно было американцам!? На**я вам эти лошади!?

Меня уже задолбало выслушивать рассказ этого дегенерата. Нахрена мне слушать как они несколько недель, почти безвылазно сидели в какой-то норе, пытаясь связаться хоть с кем-нибудь по рации. Охотились на каких-то зайцев и ждали помощи!? Мне нужно знать не что они делали, а зачем!

И тут боец рассказал кое-что действительно любопытное.

Как сказали Шепилову, их отряд вместе с аборигенами действовал в рамках какой-то секретной операции, где-то в южной африке. Где именно и что за секретность такая, раз из за неё они решили отправить негров атаковать русских, бойцу, конечно же, не рассказали...

Примерно неделю назад, они наконец поняли, что никакой помощи не будет и решили действовать самостоятельно. Через пару дней они нашли группу каких-то негров, но не тех, которых видел Шепилов вместе с американцами. Морпехи уже собирались перестрелять их, как заметили, что черножопые ведут какую-то мелкую цветную лошадь.

С трудом солдатам всё же удалось избежать перестрелки и пообщатся с неграми.

Со слов рядового, он охренел когда лошадь заговорила с ним на чистом русском. Впрочем, удивился не только он...

Использовав Шепилова как переводчика, морпехи вместе с неграми, наконец сообразили, куда их, собственно, занесло...

Ну и тут всему этому разношерстному сброду пришла в голову вполне нормальная идея.

Узнав о стране говорящих лошадей, а также об отсутствии здесь не то что армии, а даже полиции, они решили использовать это.

Эти придурки решили устроить вооруженный переворот, чтобы затем установив свой режим, связаться с командованием... Медалей им что ли захотелось? Не понимаю я эту типично американскую логику, всех поубивать, а потом орать на каждом углу про освобождение угнетенного народа. Может, им не понравилось что здесь монархия?

Блин, ну и дебилы, чес-слово... Хотя, они же не знали, что их командование уже херову тучу лет назад скопытилось в атомном огне!

Только сегодня днем, ведомые цветной лошадкой, они вышли к городу и встали лагерем ждать ночи, чтобы выступить под покровом темноты.

Правда, во время изучения окрестностей, они наткнулись на странного, пьяного коня, который распевая песни, бродил по лесу. Мигом скрутив его и принеся в лагерь и пользуясь услугами Шепилова, американцы принялись допрашивать несчастного забулдыгу.

От него они и узнали про то, что в городе живут какие-то военные, правда, что за военные конь так и не смог ответить. Несмотря на все угрозы и пи***ля, американцы так и не добились внятного ответа: пленник лишь верещал что-то непонятное и бормотал пьяным голосом. Промучавшись с ним до заката, они вместе с черножопыми решили отложить начало атаки до утра...

— Ну а тут вы, тащ лейтенант, я так рад что вы... — вновь начал испуганно бормотать Шепилов, сидя на земле и сжимая трясущимися руками сигарету.

Дав ему прикурить, я позвал бойцов. Подождав, когда все соберутся возле меня, я встал и буркнул раненному:

— Встань!

Шепилов лишь удивленно уставился на меня, явно не понимая, что именно от него хотят. Правда, когда я вынул пистолет кобуры, в его глазах отразилось понимание ситуации.

— Тащ лейтенант, не надо, я ведь... — начал испуганно бормотать боец.

Впрочем, все эти бабские сопли меня не волновали. Я приказал Кабанову поставить этого подонка на колени.

— Что здесь происходит!? — раздался знакомый голос позади меня.

Обернувшись, я увидел Сивиру, вместе с группой стражников испуганно оглядывающих мертвые тела.

Блин... Ну почему эта кобыла мне вечно мешает!? Задолбала...

Не обращая внимания на вопросы младлея о том, что здесь произошло, я обратился к хнычущему Шепилову:

— Из-за тебя погиб ефрейтор Леликов и был легко ранен рядовой Пугачев. Если бы остальные не вмешались, ты бы позволил этим засранцам меня пристрелить...

Ты ведь понимаешь что это такое? Нет? Это измена Родине! Предательство, если хочешь знать... Да не реви ты как баба! — раздраженно закончил я.

Меня откровенно раздражало его нытье. Сейчас я видел перед собой не изменщика, просто напуганного мальчишку, который так сильно хотел жить, что был готов на всё... Даже на предательство...

Бойцы хмуро смотрели на меня, но ничего не говорили. Они сами прекрасно понимали, что такое не прощают...

Я молча навел пистолет на ревущего бойца. Мне совсем не хотелось смотреть ему в глаза, но я был должен...

Если бы я в первый день не бухал и не занимался всякой херней, а как нормальный командир искал бы свой взвод, ничего этого бы не было!

И теперь, мне придется выстрелить в своего же подчиненного из-за предательства, которое я мог предотвратить.

— Не делай этого! — испуганно вскрикнула Сивира за моей спиной.

Блин, хорошо быть лошадью! Нихрена не понимать, но всё равно указывать кому что делать!

Вздохнув, я сдавил крючок.

Раздался громкий хлопок. Пуля, пройдя через глаз, вылетела из затылка, разнося с собой остатки мозгов. Шепилов медленно рухнул на спину...

Даже конвульсий особых не было, пару раз дернулся и затих...

Не обращая внимания на испуганные взгляды гвардейцев, я приказал бойцам собрать оружие и выдвигаться в город.

Натолкнувшись на взгляд Сивиры, я увидел страх в глазах кобылки.

Такими же глазами она смотрела на меня в первую нашу встречу...

Как же я ненавижу этих лошадей! Своими действиями мы с бойцами только что спасли их город от карательной акции, а они продолжают смотреть на нас, как на чудовищ... Гребанные пацифисты!

Тридцать восьмая глава

Долго с трупами возиться мы не стали. Собрав оружие и обшарив карманы на предмет боеприпасов, сигарет и прочего хлама, мы двинулись в сторону дома.

Пока мы с бойцами шмонали убитых, никто из гвардейцев не решался не то что подходить, а даже смотреть в нашу сторону. Они лишь тихо переговаривались с освобожденными пленниками и опасливо поглядывали на трупы..

Только у Сивиры хватало смелости смотреть прямо мне в глаза, пока я руководил сбором трофеев. На лице кобылки было отчетливо видно чувство глубокого разочарования, она явно хотела высказать мне всё, что думает. Но за всё время, что мы собирали оружие, младлей не сказала ни слова.

Ведя бойцов домой, я всё размышлял над сегодняшними событиями.

Еб*нутый денек выдался. Мало того, что я отдал приказ об убийстве пятерых человек, так еще и сам, лично, прикончил двоих... Даже своего собственного бойца!

И словно этого было недостаточно, единственная пони, что ко мне нормально относилась, теперь ненавидит меня!

Черт, да теперь я в её глазах выгляжу каким-то психованным, кровожадным упырем.

Впрочем, меня немного утешал тот факт, что мои бойцы, если и не восхищались моим поступком, то хотя бы одобряли его...

Они прекрасно понимали ситуацию. В лесу этого засранца не оставишь, а жить в одном доме с человеком, виновным в смерти твоего товарища... С человеком, готовым продать твою задницу, лишь бы сберечь свою...

Да уж, тяжело ребятам пришлось. Но, несмотря на это, они отлично справились со своей задачей!

Черт, да они определенно заслужили награду! Медали выдать я, конечно, не могу, но дать парням немного свободы...

Пора уже заканчивать со всеми этими казарменными замашками!

Уже перед самым домом, я остановился и объявил построение. Бойцы как-то хмуро выстроились в шеренгу, явно не ожидая ничего хорошего.

Возможно они решили, что мне взбрело в голову их вз**бать за какие-то косяки... Блин, ну почему все всегда ждут от меня только плохое!?

Закурив, я обратился к строю:

— Так, ребят, теперь у нас всё будет немного по-другому...

Бойцы опасливо переглянулись. Наверняка они ожидали, что теперь я объявлю что-то типа военного положения, и вообще перестану их куда-либо отпускать... Наивные!

— От подъема и до отбоя я разрешаю вам свободно передвигаться по городу и его окрестностям. Так же, вы будете получать денежное довольствие один раз в неделю... Скажем, по тридцать монет! — продолжал говорить я.

Ребята явно не верили своим ушам... Блин, еще немного и они начнут прыгать от радости, как маленькие дети! Надеюсь, хоть это сможет отвлечь их от последних неприятных событий.

Немного понаблюдав за их реакцией, я продолжил:

— С деньгами можете делать всё, что вам в голову взбредет... Но свои обязанности в расположении вы всё же будете соблюдать, не проеб**есь! И чтобы к местным не приставали! Обстановка и так хуже некуда, не хватало еще спровоцировать новый конфликт... Оружие будете оставлять в оружейке, от греха подальше. А то по пьяни пальбу устроите!

Черт, их морды нужно было видеть... Они ожидали чего угодно, но только не этого! Блин, можно подумать, что я изверг какой-то! Неужели они видят во мне лишь психованного эгоиста!?

Криков "Ура!" и "Да здравствует лейтенант!" я, конечно, не услышал. Но, во всяком случае, бойцы хоть немного отвлеклись и, пускай не сильно, но всё же настроение у них явно улучшилось. Главное, что я больше не видел вселенской грусти на их рожах...

Пока бойцы, толкаясь и подкалывая друг друга, готовились к отбою, я сидел на кухне и осматривал трофейное оружие.

До чего же красивая игрушка! Думал я, вертя в руках американский "Кольт".Уж что-что, а в оружейном дизайне американцы хорошо разбирались! Это, конечно, не идеальное оружие, но в качестве замены моему ПМ, "Кольт" точно сгодится!

Даже когда солдаты уже вовсю храпели, я продолжал сидеть на кухне и изучать устройство пистолета. Спать мне совсем не хотелось...

В голову всё лезли мысли о Шепилове. Я до сих пор не мог думать о нем, как о предателе... Мне вспоминался напуганный восемнадцатилетний мальчонка, только что прибывший в роту, прямо с пересылки. Мне вспоминалось, как я лично учил его вместе со всеми строевой, как выдавал оружие, доводил до присяги... Как всыпал ему пять нарядов по роте, когда застал его за курением в сортире. А теперь...
"Бл**ь... Я же мог всё это предотвратить! Мог!" думал я, приближаясь к буфету, что мы использовали в качестве бара.

Мне прекрасно было известно, что напиваться мне никак нельзя, но я ничего не мог с собой поделать... От трехсот грамм ничего не случится, подумал я, доставая бутылку с яблочной водкой.

Сегодня мне пришлось убить человека... Конечно, я и до этого прирезал четырех негров, да и американца застрелил, но тут не было ничего личного. Просто так фишка легла! А вот с Шепиловым... Бл**ь, именно на мне лежит полная ответственность за его смерть! Будь я более ответственным, такого бы просто не случилось!

Не успел я откупорить бутылку, как меня прервал стук в дверь.

Черт, готов поспорить, что это приперлась Сивира! Наверняка захотела потрахать мне мозги и почитать мораль, а также высказать всё, что обо мне думает!

Слушать истории о том, какой же я подонок, мне совсем не хотелось...

Плюнув на всё, я вновь вернулся к бутылке. Опять послышался стук в дверь — на этот раз куда более настойчивей... Блин, придется открыть, а то вышибут нахрен!

— Бл**ь! Задолбали, лошади вонючие! — злобно зашипел я, приближаясь ко входу.

Распахнув дверь, я едва не ахнул от неожиданности. На пороге стояла принцесса Селестия.

— Я надеюсь, что не побеспокоила вас? Нет? Отлично! Могу ли я с вами переговорить? — произнесла кобыла тоном, не терпящим возражений.

Черт, пришла устраивать разборки...

— Ну давайте поговорим... — буркнул я и двинулся на кухню.

Проследовав за мной, принцесса как-то странно покосилась на меня, когда я достал два стакана и уселся за стол.

— Вы, конечно, извините, но у меня сегодня не самый лучший день... — буркнул я, разливая водку по стаканам.

— Как раз насчет этого я и хотела с вами побеседовать — медленно проговорила Селестия, осторожно садясь за стол.

Не обращая внимания на удивленные взгляды принцессы, я залил в себя порцию водки и вновь принялся наполнять стакан.

Пододвинув к ней порцию алкоголя, я принялся рассказывать принцессе, что же на самом деле произошло.

Сивира уже во всех подробностях поведала ей о произошедшем. И теперь принцессу мучала масса вопросов касательно наших действий.

Пришлось во всех красках рассказать этой наивной лошади, какие мы с моими солдатами молодцы и как рисковали жизнями, только для того, чтобы спасти несчастных пони от лап проклятых империалистов... Я так заврался, что даже почти забыл упомянуть, что мы спасли город от негритянского нашествия... Пускай считает нас героями, мне не жалко!

Про бойца тоже соврал, что он был вовсе не из моего взвода, да и вообще — был переодетым американцем.

Говорить ей правду про Шепилова мне совсем не хотелось... Её это не касается! Нехрен сор из избы выносить, как говорится...

Селестия слушала мои басни, делая изумленные глаза и лишь изредка прикладываясь к яблочному вину, от водки она вежливо отказалась.

Эх, надо было мне в замполиты идти! Такой талант пропадает...

— Я сочувствую вашей утрате... Мне жаль вашего бойца. — вдруг тихо сказала она.

Я лишь ошарашенно вылупился на неё. Как она догадалась!?

Селестия лишь как-то печально вздохнула и немного отпила вина из своей кружки.

Помолчав, кобыла тихо заговорила:

— Когда-то давно, мне самой довелось пережить предательство... Меня хотела свергнуть собственная сестра, но мне всё же удалось одолеть её. Чтобы удержать трон, я была вынуждена отправить её в ссылку...

Селестия вдруг резко, в один миг, опустошила свою кружку.

— Я до сих пор чувствую свою вину перед ней. Если бы я была более внимательна к своей сестре, тех ужасных событий никогда бы не произошло! Мне бы очень хотелось сказать, что я прекрасно понимаю ваши чувства, но это не так... — едва слышно проговорила кобылка.

Немного смущаясь, она протянула мне пустую кружку, не успел я её наполнить, как принцесса вновь заговорила:

— Не удивляйтесь. Пони, что оказались в плену, всё мне рассказали. Я знаю, что ваш солдат предал своих товарищей и даже пытался убить вас. Я не одобряю вашего поступка, но... Я сочувствую, ведь его предательство...

— Что я!? Мать твою! Да ху** ты понимаешь!? Вы, бл**, живете в этом еб**ном игрушечном мире и ни хера не знаете! Как ты можешь мне сочувствовать!?

Ты вообще понимаешь, что этот придурок вовсе никого не хотел убивать!? Он жить хотел! Домой вернуться, к мамке с папкой! Никакой он, бл**ь, не предатель, ты слышишь!? — яростно зашипел я.

Меня достал этот снисходительный тон! Что эта белоснежная тварь может вообще понимать!? В ссылку она свою сестру отправила, жуть-то какая! Сравнивает тут жопу с пальцем...

— Тебе когда-нибудь приходилось убивать!? Выстрелить в лицо малолетнего сопляка, который просто пытался выжить!? Только потому, что этот дурак настолько хотел жить, что готов был убивать! Нет!? Так о каком, нах**, сочувствии ты говоришь!? Что ты можешь об этом знать!? — продолжал говорить я. Мне с трудом удавалось не повышать свой голос, чтобы не разбудить бойцов... Не хватало еще, чтобы они увидели мою истерику...

Селестия сидела, тупо смотря на свою кружку. Кажется, её совсем не заботили ни мои слова, ни оскорбления... Чертова лошадь!

— Вы не виноваты! — вдруг прервала Селестия меня.

Я осекся на полуслове. Да что она порет!? Ей-то откуда...

— Вы виноваты лишь в том, что ваш человек оказался слабее, чем вы думали. Не вы подтолкнули его к измене. Никто не заставлял его стрелять в вас... Это был его осознанный выбор! Но вы не хотите в это верить... Ведь вам так нравится винить во всем себя! Вы дурак... — с нажимом продолжала принцесса.

Я не смог устоять перед её напором... Мне совсем перехотелось с ней спорить, кричать, что-то доказывать...

— Глупый, самонадеянный дурак! Очнитесь! Вы далеко не всесильны! Не думайте что всё зависит только от вас, у других тоже есть право выбора... Даже мне не удалось повлиять на свою сестру! А вы думаете, что умнее меня? Считаете себя лучше существа, что живет уже не первое тысячелетие!? Не льстите себе...

Закончила Селестия уже более спокойным тоном. Я всё так же сидел, понуро опустив голову, мне совсем не хотелось признавать её правоту. Но что ответить, я не знал.

Немного посмотрев на меня, принцесса самостоятельно налила вино себе в кружку. Глотнув вина, она тихим голосом, словно с ребенком говорила, произнесла:

— Не вините себя в случившемся, вы всего лишь человек...

Что она несет? Хрен ли она понимает!? Я офицер, я должен был... Блин...

Может, она права? Не слишком ли много я на себя беру?

Да, возможно, я смог бы предотвратить случившееся, если бы сразу нашел свой взвод. Но где гарантии?

Черт, да и как бы я их нашел!? Ёпт, откуда мне было знать, где искать? Я же вообще не понимал где, и как я тут оказался!

Всё одно если бы да кабы... Бл**ь, знал бы, где упасть, перинку подстелил!

А эта Селестия гораздо умнее, чем я ожидал... Тысячи лет прожить, это не в тапки гадить...

Блин... Устроил тут истерику, да еще перед лошадью... Почему я такой дебил!?

— Я думаю... С вас должок за спасение города, не так ли? — как можно спокойней произнес я. Но, как бы не старался, мой голос всё равно дрожал...

Селестия лишь фыркнула и, поставив кружку на стол, с плохо скрываемым презрением спросила:

— Что вы хотите? Деньги, возможно, информацию? Или, может...

— Выпейте со мной, пожалуйста... — прервал я её тираду.

Кобыла осеклась и изумленно посмотрела на меня.

Мне совсем не хотелось спать... В конце-концов, тысячелетняя кобыла — далеко не самый худший собутыльник... Мне надоело играть в командира.. Я хочу почувствовать себя простым человеком... Поговорить с кем-то, не разыгрывая из себя сурового офицера… К тому же, я уверен, что ей есть, что рассказать, тысячи лет прожить, это не в заднице ковыряться...

Тридцать девятая глава.

— Ёлки! Проспал... — пробурчал Лисин, глядя на часы.

Полночи бойцу никак не удавалось заснуть, а все из-за Кабанова, вернее, из-за его храпа... От комнаты капрала Лисина отделяла достаточно толстая стена, но даже она не могла сдержать мощный храп сержанта.

Вскочив с кровати, ефрейтор принялся поспешно одеваться. Несмотря на вчерашние события, он никак не собирался отказываться от сегодняшних планов.

Сегодня с утра он должен был помочь Рэрити с заказами в мастерской. Последнее время Александр старался как можно больше времени проводить в мастерской.

И дело было совсем не в работе...

В доме было тихо, как в гробу...
"Я раньше всех что ли проснулся?" Удивленно подумал боец.

Выйдя из комнаты и зайдя на кухню, чтобы по-быстрому хлебнуть горячего чаю, ефрейтор опешил.

На заставленном пустыми бутылками столе спал Лукин.
"Попил чайку, блин" С грустью подумал боец. Будить лейтенанта ему совсем не хотелось. Не потому, что Лисин боялся получить утреннюю порцию отборных матюков, а потому, что понимал — командиру нужен отдых...

Лисин был совсем не глупым парнем, а что главное — внимательным. Пожалуй, он единственный во всем взводе мог понять, о чем думает их офицер.
"Пускай спит, ему можно..." Подумал боец и двинулся в сторону умывальника, пугать Рэрити своим внешним видом солдат не собирался.

Вчерашней ночью ефрейтор впервые убил человека... Но, к удивлению самого парня, никаких душевных терзаний по этому поводу он не ощущал.
"Если бы не мы, морпехи от города, ничего не оставили бы..." Спокойно размышлял боец, проводя бритвой по подбородку.
"Хм, может бородку отрастить? Прямо как до армии?" Ухмыльнулся боец своим смелым мыслям. Лейтенант никогда бы не позволил неуставную растительность на лице. Правда, учитывая последние события, Лисин был уже не так уверен в реакции своего командира.

Ефрейтор немного переживал за Лукина. Его беспокоила мысль, что их командир может сломаться из-за последних событий. Вчера ночью, возвращаясь домой, Лисин отлично видел, как у лейтенанта тряслись руки...

Возможно, боец был единственным, кто замечал подобные вещи за своим командиром. Остальные ребята видели в Лукине лишь дотошного офицера, готового любому порвать задницу за несоблюдение субординации... За это его и недолюбливали, особенно теперь. Бойцы не могли понять, зачем их командир раз за разом нагружает их работой, да еще и полоскает мозги за всякие мелочи, вроде неподшитого воротничка.

Наверное, только ефрейтор понимал действия Лукина. Ведь если не следить за порядком и не пресекать бездельничество, то всё станет еще хуже...

Если бы не вечные головомойки и втыки командира, бойцы давно бы уже дошли до ручки. Уж лучше надраивать берцы и стирать подворотнички, чем просто сидеть и поддаваться отчаянию. Прошло меньше недели с того момента, как бойцы узнали о судьбе их родного дома. Только лейтенант смог предотвратить разлад и пьянство среди выживших...
"Ну еще и Лира" Подумал боец, выходя из дома и с улыбкой вспоминая забавную единорожку.

Кобылка видела в людях настоящих солдат и, как могла, пыталась соответствовать своим представлениям. Ребята были настоящим примером для подражания для лошадки, и Лира смотрела на них с плохо скрываемым восхищением...

Разрушать иллюзии кобылки и представать перед ней в плохом свете бойцам не хотелось...

— Ох, дорогуша, ты опоздал! — с наигранной строгостью произнесла Рэрити, едва боец протиснулся в дом.

Судя по разложенным повсюду рулонам ткани и драгоценностям, на сегодня работы было достаточно...

— Извини, плохо спал, не смог вовремя встать. — смущенно пробормотал боец.

Ему до сих пор был непривычен гражданский стиль общения. Каждый раз заходя в мастерскую, он подсознательно ожидал целую кучу матюков и приказов...

Единорожка поправила очки на своем носу и смущенно заговорила:

— Да, я знаю... Принцесса сегодня утром выступила с речью, в центре города.

Лисин удивленно посмотрел на Рэрити. Принцесса? Селестия, что ли?

Странно... Боец вспомнил стоявший на кухне бокал, возле пустых бутылок из-под вина. Сомневаюсь, что лейтенант запивал водку яблочным вином...

Кобылка рассказала ефрейтору о том, что сегодня утром принцесса выступила с речью, стоя на еще не убранной сцене в центре города.

Как выяснил боец, Селестия рассказала о ночных событиях, а также о том, что действия пришельцев не только спасли двух несчастных пони, но и уберегли город от нападения... Принцесса призывала горожан быть благодарными людям за спасение города. Правительница говорила, что солдаты являются союзниками Эквестрии и просила относится к ним соответствующе... И, что самое интересное, принцесса отметила личный героизм Лукина, заявив, что, несмотря на риск для своей жизни, он отвлекал внимание противника от пленных пони, тем самым давая своим подчиненным шанс на их спасение...

— Наверное, в качестве извинений, мне стоит сшить ему костюм. Всё-таки, я слишком предвзято относилась к нему... — задумчиво произнесла Рэрити, закончив свой рассказ.

Лисин не верил своим ушам. Всё время, что он работал в её мастерской, ему постоянно приходилось выслушивать нелестные эпитеты в адрес своего командира.
"Неужели пони настолько преданы своей правительнице, что способны так быстро изменить своё мнение только из-за её слов!?", подумал боец, вспоминая вчерашний вечер. Меньше суток назад местные считали Лукина ненормальным и психованным чудищем, в чем совсем не стеснялись признаваться бойцам. А теперь даже Рэрити видит в нём едва ли не героя!

Поразительно...

Выпив немного травяного чая, они вместе с единорожкой принялись за работу.

У Лисина выходило значительно хуже своей "начальницы", но, благодаря своему опыту и ловким пальцам, у него отлично получалось пришивать и прошивать ткань. Чем он, собственно, всё время и занимался. На Рэрити лежал проект, мерка и резка ткани, а пришивал уже готовые части к основе уже сам Лисин.

К удивлению бойца, со всеми заказами они закончили еще до обеда. И теперь ефрейтор сидел за столом и пил чай, нервно поглядывая на часы.

Он никому не говорил о своем истинном мотиве работы в мастерской...

Рэрити всё рассказывала бойцу о своих планах насчет Кантерлотского показа мод и о том, что их наряды, приведут в восторг столичных жителей.

Их прервал стук в дверь...
"А я уже боялся, что не придет..." Немного краснея, подумал боец.

Когда единорожка открыла дверь, в дом вошла давняя подруга Рэрити...

— Здравствуйте, Александр! Я слышала о ночных событиях...С вами... С вами всё в порядке!? — явно смущаясь, обеспокоенно спросила Черили.

Лисин лишь буркнул, что ничего страшного не произошло и, краснея, уставился на чайный столик.

Рэрити быстро усадила свою подругу за стол и едва ли не насильно вручила ей чашку травяного чая. Единорожка всё расспрашивала алую кобылку о последних событиях. Та лишь как-то вяло отвечала, то и дело поглядывая на ефрейтора...

Лисин смущенно пил чай, не решаясь заговорить...

Вот уже который день он приходит в мастерскую только с одной целью — повидаться с местной учительницей. Он не мог никому признаться в своей симпатии к вишневой кобылке, боясь реакции своих сослуживцев.
"Лукин наверняка придет в ярость, если прознает про это... А ребята подумают, что я свихнулся" — грустно подумал боец, но ничего не мог с собой поделать.

— Ох, время так быстро летит! Мне уже пора на занятия... — с грустью в голосе произнесла Черили.

Рэрити лишь кивнула, но затем, о чем-то задумавшись, посмотрела на Лисина и, ухмыльнувшись, произнесла:

— Дорогуша, а почему бы тебе не взять с собой Александра? Заказов на сегодня уже нет... Я уверена, ему есть что рассказать твоим ученикам! Вы ведь учились в университете? — лукавым голосом закончила кобылка.

Лисин лишь поперхнулся и обильно покраснел.

Черили как-то странно посмотрела на бойца и, чуть запинаясь, сказала:

— Александр... Вы ведь не против? Я... Я думаю, что ребятам было бы очень интересно... Да и мне тоже...

Ефрейтор, собравшись с силами, решительно кивнул. Как бы он не боялся оставаться наедине с кобылкой, такой шанс нельзя было упускать!

По дороге в школу они оба сохраняли молчание, Лисин лишь смотрел себе под ноги, не решаясь заговорить.

Только возле школы Черили нарушила молчание и принялась собирать своих учеников на урок, попросив бойца, проследовать в класс.

Когда ученики расселись по своим местам, Черили, с трудом скрывая смущение, с наигранным весельем в голосе обратилась к классу.

— Тише ребята! Сегодня у нас особый гость. Вы ведь все уже видели и знаете, что недавно в Понивилле поселились люди? Я знаю, вам наверняка интересно будет послушать об их мире.

Жеребята с интересом разглядывали солдата. Они уже слышали о выступлении принцессы и, не скрывая восхищения, наперебой принялись задавать вопросы...

Учительница строго попросила ребят соблюдать тишину в классе и обратилась к Лисину:

— Александр, вы можете что-нибудь рассказать ребятам? — волнуясь, произнесла кобылка.

Боец прокашлялся и, явно смущаясь столь пристального внимания, громко представился:

— Младший специалист РЭБ, оператор автоматизированной станции помех, ефрейтор Лисин...

По привычке произнес солдат. Он так волновался, что не мог придумать ничего лучшего, как представиться.

— Оу! Эй! Мистер Лисин! — вытянув копыто вверх, не в силах спокойно усидеть на месте, громко затараторила маленькая пегаска.

Черили лишь смущенно поглядела на ефрейтора и разрешила молодой кобылке спросить.

— А это правда, что вы в лесу на мантикор охотились!? — с блеском в глазах спросила пегаска, с сиреневой гривой.

— Что? Эм... Нет, это не правда... — смущенно выдавил Лисин.

Впрочем, жеребят такой ответ вовсе не смутил. Они наверняка решили, что боец просто стесняется, и продолжали засыпать его вопросами.

Они всё расспрашивали бойца про человеческий мир, про армию, спрашивали, насколько вкусные у них конфеты и с трудом верили в то, что самолет может летать, не взмахивая крыльями...

Уже после уроков, когда Лисин собирался вернуться в казарму, к нему подошла Черили, и, явно волнуясь, спросила:

— Вы не могли бы и завтра прийти? Давно я не видела такого интереса у своих учеников, им очень понравились ваши истории... Да и мне... тоже... — цвет лица кобылки из розовато-лилового превратился в ярко — красный.

С трудом сдерживая глупую улыбку, боец кивнул и, смущенно попрощавшись, двинулся домой.

Впервые за долгое время он был по-настоящему счастлив. Сегодня ему совсем не хотелось тосковать по дому...

Лисин верил, что его нынешняя жизнь будет совсем не хуже прежней...

Сороковая глава.

— Тащ лейтенант! Эй! Товарищ лейтенант!!! — едва не кричал чей-то голос над моим ухом.

Медленно открыв глаза и повернув голову, я обнаружил перед собой морду Лиры. Кобылка была явно чем-то недовольна и обиженно смотрела на меня, надув губки.

Уже собираясь высказать ей всё, что думаю о её наглых попытках меня разбудить, я остановился.

— Чего тебе надо? Рядовой, блин, иди спать! — сонно пробормотал я, с трудом вставая из-за стола.

Глянув на целую кучу пустых бутылок, разбросанных по полу, и, не обращая внимания на осуждающий взгляд единорожки, я двинулся в сторону умывальника.

Количество выпитого сегодня ночью заметно превысило мою допустимую норму, но, тем не менее, чувствовал я себя на удивление хорошо...

Может, Селестия чего намудрила? Магия там, и прочая фигня... Хотя на людей вся эта абракадабра особо не дейтсвует...

Впрочем, какая мне, нахрен, разница?

Интересно, а у принцесс бывает похмелье? Если да, то сегодня во дворце наверняка кончился весь рассол...

Выжрать столько вина!? Ё-мое, да она его хлебала, как... Как лошадь, блин! По-моему в доме полностью закончились все запасы вина... Да и водки немного осталось. Придется отправить бойцов на ферму, за новой партией алкоголя. Впрочем, оно того стоило...

Селестия, на удивление, оказалась довольно приятным собутыльником. Правда, поначалу она явно чувствовала себя не в своей тарелке. Должно быть, ей было очень неуютно сидеть за одним столом с таким придурком, как я.

Селестия, как могла, сопротивлялась мои попыткам споить её. Впрочем, воспитание не позволяло ей послать меня куда подальше и, мало-помалу, мне удалось залить в нее целую бутылку вина...

Зря я это сделал!

От протокола и благородных слов не осталось и следа. Принцессу было не заткнуть...

Она полночи полоскала мне мозги насчет всякой фигни. Жаловалась на своих курьеров, что путают Клаудсдейл с Клодсдейлом, на дотошность начальника гвардии, на вечные проблемы с перевозкой и хранением яблок... И особенно — на вечные подколки своей сестры.

Ну вот какого черта? Я пригласил её выпить не для того, чтобы выслушивать её жалобы... Это я тут плакаться должен, ё-мое, а не наоборот!

Правда, после третьей бутылки, от обсуждения дворцовых проблем мы плавно перешли на личные.

Не давая Селестии повторно изнасиловать моё нежное сознание своими безумными историями, я принялся рассказывать ей о своих проблемах с местными.

Рассказал, что ввиду последних событий пони стали относиться ко мне только хуже...

— Как это печально... — с ехидной ухмылкой произнесла принцесса.

Блин, да она издевается! Впрочем, не успел я сделать ей замечание относительно неприемлемого поведения, как кобыла, не переставая ухмыляться, заговорила:

— Ну, предположим, я могу помочь вам наладить отношения с жителями Понивилля... Но что мне за это будет? — многозначительно закончила принцесса, прикладываясь к бокалу.

Охренеть! Эта лошадь еще вымогательством занимается! Черт, а ведь наладить контакт с местными мне очень даже нужно...

— Сколько? — как можно безразличнее спросил я.

Селестия лишь удивленно посмотрела на меня, явно соображая, шучу я или нет. Немного поглазев на мою серьезную рожу, она, закрыв рот копытом, тщетно пыталась сдержать смех.

— Ох сено! Вы в своем уме? Как вам могло прийти в голову, что я хочу от вас денег!?

Стараясь не показывать своё смущение, я спросил:

— А что тогда? Оружие я вам не выдам, даже не...

— Что вы, какое оружие!? Мне это вовсе не нужно! — поспешно перебила меня принцесса.

Допив вино и вновь наполнив свой бокал,она ехидным голоском произнесла:

— Ответьте мне на один вопрос, и тогда я помогу вам...

Я лишь кивнул головой. Что она может меня такого спросить? Сколько мне лет, или почему я всё еще в лейтенантах? А может...

— Скажите, а какого рода отношения между вами и офицером Хувс? Признаюсь, её отчеты становятся всё интереснее и страннее...

Замолчав, Селестия с интересом глядела на меня.

Отношения? Какие тут нахрен отношения!? И какие еще отчеты!? Она опять шпионит, что ли!?

— Я плохо понимаю, к чему вы клоните? Какие у нас отношения!? Блин, да мы вроде как друзья, вчера даже на праздник ходили...

— Праздник!? Вместе с младшим лейтенантом? Мне не терпится узнать подробности! — как-то по-детски произнесла кобыла, отпивая немного вина.

Какая-то она слишком любопытная...

Хмыкнув, я принялся рассказывать о событиях вчерашнего дня.

В конце концов, что такого, если она узнает? История вышла не самая приятная для меня, но всё же... Считать меня глупее, чем раньше, принцесса точно не станет! Надеюсь...

— Ха! Лукин, да вы еще больший болван, чем я ожидала! — заливаясь смехом и стуча копытом по столу, сказала принцесса.

Я лишь злобно уставился на нее. Вчера я поступил весьма глупо, когда решил, что Сивира позвала меня на свидание, но не до такой же степени!?

— Ох... Вы и вправду поверили словам кобылы, что всё это была лишь дружеская прогулка? — с вызовом спросила меня лошадка.

Я лишь непонимающе уставился на неё.

— О, понятно... Знаете, я никогда не видела, как офицер Хувс прихорашивается... Даже на важных государственных приёмах она никогда не наряжалась и не расчесывалась! Максимум, что удавалось от неё добиться, так это надеть парадный доспех! Да и то, только если Луна лично попросит её... Я сильно сомневаюсь, что ради простой прогулки она изменила своим привычкам. — веселым тоном пояснила принцесса.

Твою же мать! Выходит, я был прав!? Сивира высмеяла меня лишь от испуга? Или обиды... Черт, что же делать-то!?

— Хм, я так понимаю, вас очень смущает внимание моего офицера к вашей персоне? Интересно... Знаете что? Если вы мне честно ответите на последний вопрос, то обещаю — местные пони будут едва ли не боготворить вас! — еле сдерживая ухмылку, предложила Селестия.

Несмотря на плохие предчувствия, я вновь кивнул.

— Неужели она вам совсем не нравится?

Ну и вопросик... Конечно, она мне не нравится, она же лошадь! В смысле, может как товарищ, она меня и устраивает, но не как... А ведь я уже не первый раз убеждаю себя в этом!

Блин, со мной точно что-то не так...

— Тащ лейтенант, разрешите обратиться!? — прервала мои воспоминания Лира.

Совсем не смущаясь, она вломилась в умывальник и была явно чем-то недовольна.

Поборов раздражение, я спокойно спросил у неё, чем она так расстроена.

— Тащ лейтенант, я же ведь тоже солдат! Почему вы вчера не взяли меня с собой!? Это нечестно! Вы же говорили, что я такой же боец, как и все!!! — едва не плача от обиды, заговорила единорожка.

Блин, ну почему она такая глупая!? Надо как-то отмазаться, а то еще разревется... Как ребенок, чес-слово!

— Как бы ты пошла с нами, если ты еще стрелять не умеешь!? — вывернулся я.

Кобылка смущенно взглянула на меня.

— И правда... Какой от меня толк... — грустно буркнула Лира, выходя из умывальника.

Блин, расстроилась! Не успев вымыть рожу, я выскочил из умывальника и обратился к единорожке.

— Куда намылилась!? Дуй к оружейке, сейчас подойду... Сделаем из тебя настоящего снайпера, блин...

От печали не осталось и следа. Лира, едва не подпрыгивая от радости, поскакала в сторону арсенала.

До чего же она всё-таки странная! Блин, патронов-то не так уж и много...

Хотя… Ниггерские стволы нам нахрен не вперлись, пускай на них и учится!

Хмыкнув, я двинулся вслед за единорожкой.

Пускай уж лучше я буду заниматься огневой подготовкой. Бойцам доверять это дело мне совсем не хотелось... Особенно Кабанову.

Сорок первая глава

Последние несколько дней прошли на удивление спокойно.

Видимо, принцесса сдержала своё слово и каким-то образом ей удалось убедить местных перестать от меня шарахаться.

Блин, поначалу это было здорово, но теперь...

Эти гребанные лошади, едва завидев меня, тут же принимались выспрашивать всякую фигню, типа сколько мне лет и почему я так много пью, люблю ли я танцевать... Черт, это всеобщее дружелюбие достаёт меня не хуже, чем всеобщая неприязнь...

Почему они все такие любопытные, ё-мое!?

Бойцы целыми днями шарились по городу. Кабанов в библиотеке, Пугачев и Скоков на ферме, а Лисин...

Где всё время пропадал этот поганец, я так и не понял.

Он говорил, что всё так же работает в мастерской. Но, по словам Пугачева, Рэрити свалила на какой-то показ мод... Хрен ли он там в мастерской один делает!?

Впрочем, спросить его прямо я не решался. Не мои это дела! Сам ведь разрешил ему свободное перемещение...

Пока бойцы целыми днями пропадали в городе, я всё время проводил с Лирой. По-моему, кобылка была просто счастлива...

Блин, да она лучший боец, о каком я только мог мечтать, только лошадь,блин... Где еще найти призывника, который будет искренне радоваться трехчасовой строевой подготовке!? Или ежедневному изучению устава? Блин, даже когда я заставлял её учить обязанности военнослужащего и дневального по роте, она просто сияла от радости...

До чего же она всё-таки странная!

Мне откровенно нравилось заниматься с ней. В конце концов, единорожка была настолько искренней и веселой, что иногда мне казалось, будто я с ребенком общаюсь! К тому же, она отвлекала меня от невеселых мыслей...

Я старался как можно меньше передвигаться по городу. И как можно незаметней. Видеться с Сивирой мне совсем не хотелось...

Сидя на кухне, я в который раз всё вспоминал наш поход на праздник. И чем больше я об этом думал, тем больше убеждался — принцесса была права.

Младлей позвала меня вовсе не на дружескую прогулку...

Впрочем, переживал я вовсе не из-за этого. Мотивы Сивиры мне были не совсем ясны, но я списывал это на её "ненормальность".

Но всё же, с какого хрена она могла заинтересоваться мной!? Мы же, бл**ь, разные виды! Это тоже самое, если я в обезьяну влюблюсь! Даже хуже...

Вздохнув, я закурил. Затягиваясь и попутно раскачиваясь на стуле, я пытался что-нибудь придумать.

Сивира не будет бегать за мной и присылать любовные записки, я это прекрасно понимал. Младлей считает, что я пока еще ни о чем не догадываюсь.

Но, рано или поздно, она пойдет в открытую...

А что я ей скажу!? Черт, мне совсем не хочется её посылать! Но не могу же я встречаться с лошадью!? Ё-мое, да бойцы же меня за больного примут!

Прощай, авторитет...

— Долго бегать всё равно не получится... — грустно хмыкнул я.

Когда-нибудь мне всё же придется сделать выбор... Либо младлей, либо взвод. Я всё старался убедить себя, что вопрос тут даже не стоит. Не могу же я променять своих ребят на какую-то кобылу, пускай даже если это Сивира... Но легче мне от этого не становилось, даже хуже...

Мои мысли прервала страшная долбежка в дверь.

Вскочив и схватившись за кобуру, я осторожно приблизился ко входу. Дверь тряслась так, будто по ней ломом долбили.

Какие-то нехорошие у меня предчувствия...

Вздохнув, я резко распахнул дверь попутно нацеливая пистолет на... Лиру!?

— Какого черта!? — ошарашенно спросил я.

Единорожка была явно не в лучшем виде. Её грудь тяжело вздымалась, а со лба ручьями лился пот.

Твою мать, на город напали, что ли!? А почему я не слышу выстрелов? Да и...

— Тащ лейтенант! Скорее... за мной! — произнесла кобылка, тоном не терпящим возвражений.

— Куда!? Что, мать твою, происходит вообще!? — раздраженно буркнул я, убирая "Кольт" обратно в кобуру.

— Там...Ребята... Подрались! — только и смогла выдохнуть Лира.

Что!? Какого хера!? Я сколько раз объяснял этим полудуркам, чтобы не лезли к местным! Ну ёпт...

— Кто-то у меня огребет... Где эти пид**асы!?

Кобылка, немного постояла, обдумывая мои слова. Чуть погодя она махнула мне копытом и быстро пошла в сторону города.

— Серег, ху*и ты там ковыряешся!? Слезай уже, за**ал дрочить! — орал Скоков своему напарнику.

Пугачев сидел на крыше сарая и тщетно пытался дотянуться до лестницы. Когда ЭплДжек попросила их помочь с ремонтом крыши, рядовой как-то забыл, что боится высоты... Даже такой маленькой.

— Давай, Сахарок, не волнуйся, тут не высоко! — подбадривала бойца кобылка в шляпе.

Ей было очень неуютно, ведь человек полез на крышу именно из-за её просьбы.

— Блин, надо было самому лезть... — буркнул Скоков и быстро приблизился к лестнице. Взяв её в руки, он, словно дубиной, стал колотить ею по крыше.

— Леха, ху*и ты творишь!? Ай, бл**ь!... — вскрикнул Пугачев. От неожиданности он не смог удержаться на покатой крыше и, соскользнув, грохнулся на землю.

— Вот и всё, а ты боялась! Даже юбка не помялась... — весело сказал Алексей.

Подкалывать Пугачева было его любимым занятием с тех пор, как они оказались в Эквестрии. К тому же, Скокова уже порядком достало, что его товарищ мало того, что два часа возился, заделывая крышу, так еще и минут десять никак не мог с неё слезть.

— Скоков...- тихо произнес боец, вставая с земли.

— Че?

— Х** в очко! Ты чем, мудила, думал!? Я же убиться мог нахрен! — обиженно затараторил рядовой.

Скоков рассвирипел.

— Слышь, вафелька, ты не прих*ел ли? Да я тебя обоссу нах**! Ты у меня...

Его тираду прервала ЭплДжек. Встав между ними, она смущенно подняла копыто вверх и произнесла:

— Ребят, не надо! Это моя вина, я не подумала, что крыша может быть скользкой...

Глядя на виноватое лицо кобылки, бойцы немного успокоились. ЭплДжек уже привыкла выступать в роли миротворца. Её очень удивляло то, что два парня, несмотря на обоюдную неприязнь, продолжают всё время работать в паре.
"Я никогда не пойму этих людей" — подумала кобылка, ведя ребят в сторону дома. Несмотря на задержку в работе, от обеда отказываться они не собирались.

Бойцы были не в восторге от здешнего меню, в основном состоявшего из яблок. Но старая кобыла, которую все почему-то называли бабулей, специально ради них каждый день покупала и варила рыбу, чему ребята были очень благодарны.

Обед мог пройти довольно тихо, если бы не одно событие...

Это "событие" вылетело из подвала и едва не накинулось на двух парней, сидящих за столом.

Как рассказала ЭплДжек, её брат, вернувшись вчера из города, заперся в подвале и до сих пор не вылезал оттуда, несмотря на просьбы.

И вот теперь, БигМак, наконец соизволив вылезти из погреба, едва не набросился на ребят, но рассмотрев их лица, остановился...

Пьяный в дюпель и с красными глазами он, чуть ли не срываясь на крик, спросил у бойцов:

— Где Лисин!?

Пугачев ошарашенно посмотрел на пони и как-то неуверенно ответил:

— В мастерской, по-моему... А че такое-то!?

— Знаю я его мастерские... — злобно буркнул конь и едва ли не бегом двинулся на выход из дома.

— БигМак, да что с тобой? — обеспокоенно крикнула вслед уходящему брату ЭплДжек.

Рядовые удивленно переглянулись, соображая, зачем этому пьяному коню вдруг понадобился ефрейтор.

— Так, нам пора! — буркнул Скоков и, вскочив из-за стола почти одновременно с Пугачевым, двинулся вслед за братом кобылки.
"Какого сена тут происходит!?" — подумала ЭплДжек и, попрощавшись со спящей прямо на стуле бабулей, побежала догонять людей.

У Лисина вдруг появилось какое-то нехорошее предчувствие. Он остановился и огляделся по сторонам. "Хм, вроде тихо..." — подумал боец, не замечая ничего подозрительного. Вокруг почти никого не было, только парочка случайных прохожих и его спутница.

Сегодня занятия в школе закончились еще до обеда. Лисин, поборов своё смущение, наконец сделал то, что уже давно собирался — пригласил Черили немного погулять по городу. К удивлению Александра, кобылка согласилась с большой радостью.

— Ну так... Почему же ты пошел в армию? Ты же говорил, что хотел... "Откосить", правильно? — обратилась Черили с Александру. Кобылке был очень интересно слушать про прошлое ефрейтора. Кобылку завораживали его истории про университет и большие города, но она никак не могла понять, зачем же он всё это бросил и ушел в армию?

Ефрейтор взглянул на учительницу и, заложив руки за спину, смущенно заговорил:

— Ну, не знаю... Всё было какое-то... Скучное, что ли? Да и всё же интересно было, почувствовать себя бойцом... Знаешь, у нас ведь каждый парень в детстве мечтал стать солдатом, хоть разок... Романтика, наверное... — неуверенно закончил ефрейтор.

Этот вопрос он и сам себе не раз задавал. Но не находил ответа.

— Кстати, если бы я не пошел служить, то не оказался бы здесь! И не гулял бы сейчас...с тобой...

Боец отвел взгляд в сторону и обильно покраснел. Он до сих пор так и не решался объясниться кобылке в своих симпатиях.

В этом они были похожи, Черили тоже никак не могла признаться, что он ей нравится...

Учительница смущенно улыбнулась и чуть прижалась к бойцу, отчего тот вздрогнул и удивленно посмотрел на неё. Он чувствовал, как от страха у него подгибаются ноги...

Секунду поколебавшись, Лисин всё же решился. Ефрейтор аккуратно положил руку на кобылкину шею и прижал к себе.

На лице у солдата появилась глупая улыбка. Ему казалось что этот момент никогда не закончится...

— Эй, уродец! — окликнул кто-то их сзади.

Боец нехотя обернулся.

Не успев ничего сообразить, как он уже лежал на земле со сломанным носом.

— Что ты делаешь!? — закричала Черили.

БигМакинтош взглянул на неё мутными глазами и стал вновь приближаться к человеку.

— Вообще сдурел!? — ошарашенно крикнул Лисин, пошатываясь вставая и сплевывая осколки зубов.

Но пони не волновали его слова. Он был полон решимости разбить смазливое лицо человека. Этот двуногий разрушил все его планы, ведь БигМак не первый год ухаживал за учительницей...

Лира привела меня к какому-то большому дому, отдаленно напоминавшему школу. Ну точно школа или ясли какие! Вон, даже качели стоят!

Впрочем, качели меня совсем не интересовали...

Чуть дальше, примерно в тридцати метрах от школы собралась целая толпа лошадей, выстроившись в форме круга. Приблизившись я заметил Скокова с Пугачевым, бойцы стояли в сторонке и тихо переговаривались, изредка поглядывая в центр круга.

Приказав Лире ждать меня возле солдат, я, расталкивая пони, двинулся в центр круга.

— Какого ху* здесь происходит!? — завопил я.

В окружении толпы оказались Лисин и тот большой красноватый конь с фермы... Гамбургер, что ли?

Ефрейтор и пони обменивались "любезностями" и стояли в паре метров друг от друга. У обоих были отчетливо видны синяки и кровоподтеки... Так вот значит, кто тут драку затеял...

— Не лезьте не в своё дело! — крикнул мне боец, сплевывая кровью.

Не моё дело!? Да он вообще оху*л!

— Сынок, ты совсем ёбн**ый!? Упор лёжа принять!!! — заорал я.

Боец не подчинился, а лишь фыркнул и вновь уставился на коня.

— Ложись мудила!

Я приблизился к засранцу и от души вдарил ему кулаком в грудь.

Лисин закашлялся и рухнул за землю, хватая ртом воздух.

— Ох Селестия! Что же вы творите!? — завопила какая-то розовато-лиловая кобылка и бросилась к бойцу.

Не понял...

— Да что ты в нем нашла!? Ты только посмотри на них! Они же все одинаковые, жестокие и самовлюбленные уродцы! — завопил Гамбургер.

— Вы тут че, из-за бабы драку затеяли!? — недоумевающе спросил я.

Глянув в сторону своих солдат, я заметил, как Скоков кивнул мне.

Ох ёпт...

Выходит, Лисин на кобылу запал!? Ёлки-палки, и откуда у меня во взводе зоофил!? Хотя, я и сам-то...

Нет, по пьяни не считается!

— Нет, он не такой! Не говори так! — со слезами на глазах сказала кобылка красному коню. Она нагнулась к Лисину и пыталась поставить его на ноги, но получалось не очень. Тяжеловат он для неё...

Конь начал было приближаться к бойцу, но я преградил ему путь.

— Только попробуй, мудила! Я тебе башку нах** снесу! — тихо обратился я к коню.

Тот встал на месте, опасливо глядя на меня. Всё еще боятся... Правильно, бл**ь, делают, мутанты злое**чие!

— Молодец.... Так, а теперь расскажи мне, что тут происходит!? Тебя ведь Гамбургер зовут? — как можно дружелюбней сказал я.

Не хватало еще сильнее накалять обстановку. Чувствую, Селестия мне и так жопу порвет, когда узнает...

— Гамбургер!? — удивленно спросил конь.

Я недоумевающе посмотрел на него, затем оглядел окружающих. Все пони молча стояли вытаращив на меня глаза, даже розово-лиловая кобылка с Лисиным удивленно глазели на меня. Тишину нарушали только Скоков с Пугачевым. Два придурка стояли в удалении от всех и, совсем не сдерживаясь, ржали в голос.

— Блин, что я не так сказал-то!? — осторожно спросил я.

Сорок вторая глава

— Равняйсь! Отставить... Равняйсь! Отставить... Нале-во! Упор лежа, принять! — командовал я третий час кряду.

В горле уже пересохло, но меня утешала мысль, что бойцам еще тяжелее... Особенно коню!

Как выяснилось, у Лисина с местной учительницей был роман... Я даже не знаю, смеяться или плакать? Бляха-муха, и как так вышло? Ё-мое, да про нас можно реалити-шоу снимать...

Мне было откровенно жаль ефрейтора, но оставлять драку с местными безнаказанной было бы как минимум — чревато последствиями. Да и Скоков с Пугачевым, два засранца, блин... Нет чтобы разнять драку, стояли в стороне и тихо угорали, уродцы...

Пришлось провести воспитательно-строевую работу. Заодно и коня припахал... Этот гандон Лисину чуть все кости не переломал!

БигМак был явно удивлен, что я и его припахал, но меня это не сильно волновало.

— Либо в строй, либо я тебе все рёбра переломаю... — примерно это прошептал я ему на ухо, когда конь собирался по-тихому свалить.

Мои доводы оказали должный эффект, он испуганно кивнул и занял место в строю... Блин, почему они меня так боятся-то!? Ну да, я побольше Лисина буду, но всё же...

Чтобы не устраивать представление, воспитательную работу я решил провести в яблочной роще, возле казармы.

И вот уже третий час, я срывая голос, продолжал "дрочить" бойцов...
"Шляпа" и Лира сидели в сторонке и о чем-то тихо переговаривались. Признаться, я был удивлен тому, что ЭплДжек не попыталась заступиться за брата...

— Он сам виноват! Ох сено, да он же мог покалечить несчастного парня! Я ему еще мозги вправлю... — как-то печально ответила кобылка на мой вопрос.

Откровенно говоря, я бы предпочел выбить этому коню все зубы и закончить на этом, но, увы, Селестия не одобрит. Да и Сивира тоже...

Впрочем, мои ребята тоже виноваты! Что эта парочка дебилов, что Лисин... О чем он только думал, прежде чем отбивать кобылу у этого коня!? Может, он ненормальный какой? Ну фетишист там, или мазохист...

— М-м-мистер Лукин... Ну прекратите вы уже! Они же еле на ногах стоят! — плаксивым голосом обратилась ко мне Черили.

Блин, как же она задолбала ныть! Неужели эта дура не понимает, что это из-за неё такая байда приключилась!? Чертова овца...

Уже собираясь в очередной раз послать её куда подальше, я закашлялся. Блин, пора уже заканчивать, а то охрипну нахрен...

— Отставить! Вольно! Через пять минут продолжим... — как-то неуверенно приказал я.

Откровенно говоря, мне очень хотелось пообщаться с учительницей. Неужели она вправду запала на Лисина? Или я чего-то не понимаю...

— Следуйте за мной... — буркнул я кобыле и двинулся в сторону дома.

Краем глаза я заметил, как она замялась и взглянула в сторону Лисина. Тот, видимо, кивнул или еще что-то, и кобыла неуверенно двинулась за мной.

Прямо с порога я двинулся в сторону кухни. Не успел я хлебнуть воды из под крана, как услышал голос кобылы:

— И долго еще собираетесь измываться над ребятами!?

Вот же дура...

— Вот только не надо из меня козла лепить! Вся эта байда из за тебя, между прочим! — как можно спокойней ответил я, поворачиваясь к учительнице.

Та хотела что-то ответить, но оселась и опустила голову. На секунду мне показалось, что на её глазах появились слезы...

— Хватит мне тут спектакли разыгрывать! Влюбленную она изображает, знаю я такую любовь... — раздраженным тоном сказал я.

Меня откровенно бесило, что какая-то сраная кобыла имеет такое влияние на моего бойца. Из-за неё Лисин влез в драку... Эта вафля! Черт, да у него же очко даже перед Пугачевым играет...

— Знаете!? А что вы знаете!? Да, я.... Люблю... Александра... — запинаясь, прошептала учительница.

Ну да, конечно любит! Охотно, блин, в это верю! Еще бы она честно сказала "Я люблю манипулировать двуногим уродцем!". С-сука!

— Какая тут, нах*й, любовь!? Вы, бл**ь, разные виды! Ёпт, да вы же знаете друг друга всего-то месяц от силы! Не пудри мне мозги, я всё прекрасно понимаю! Играться с моим бойцом!? Не позволю... — вновь вспылил я.

Эта скотина, может быть, и запудрила мозги моему ефрейтору, но со мной такая херня не пройдет!

Я уже собирался вернуться в рощицу, чтобы вправить мозги Лисину, как кобылка заговорила:

— А вам-то откуда знать!? Вы говорите так, будто в этом что-то понимате! Вы сами-то когда-нибудь любили? Нет? А знаете почему!? Да потому что вы злобный подонок! Вы завидуете чужому счастью и пытаетесь убедить себя в том, что на самом деле поступаете правильно... Ненавижу! — прошипела кобылка и со слезами на глазах вылетела из дома.

Остановившись, я с мрачным видом закурил.

Неужели она и вправду втрескалась в ефрейтора? А Лисин? Блин, если ради неё он полез в драку...

— Твою же мать! — буркнул я.

Немного постояв и покурив, я двинулся в рощу.

При моём приближении бойцы вместе с конем нехотя поднялись с земли, уже морально готовые к продолжению... Черт, неужели кобыла права? Нахера я над ними издеваюсь? Дал бы пару затрещин, попугал, да отпустил, делов-то... Блин, что-то мне как-то стыдно...

— Разойдись... Ху*и встали!? Свободны, я сказал! — злобно прикрикнул я на бойцов.

Те, явно не веря своим ушам, медленно разошлись. Пугачев со Скоковым понуро побрели в сторону дома, а конь с виноватым видом подошел к своей сестре...

Только Лисин остался на месте и просто сел на траву. Вид у него был крайне мрачный.

— Что вы ей сказали!? Почему она попросила больше к ней не подходить!? — злобно спросил боец, когда заметил моё приближение.

Блин, похоже, она уже успела с ним пообщаться...

— Ничего... Встань, когда с тобой...

— Да пошел ты нах*й! Офицер херов! Какого черта вы всё время лезете, куда вас не просят!? — срываясь на крик, перебил меня солдат.

Я уже хотел поставить бойца на место, но, взглянув в его глаза, осекся. Отвернувшись в сторону, я всё пытался подобрать правильные слова.

Что мне ему ответить? То, что я мудак!? Так это все и так прекрасно знают... Черт, ну нахера я влез!? Чувствую себя полной задницей...

Офицер? Х*й я, а не офицер... Собственного бойца подставил, блин...

— Извини... — только и смог выдавить я.

В голову всё лезли мысли о взводе, о Шепилове, о Сивире...

Я всегда действую в полной уверенности в своей правоте. Даже не задумываясь... Рублю с плеча и всё тут.

Всё время что-то требую от своих солдат... Считаю, что мне все чем-то обязаны. Обвиняю их... А сам-то!

Ёпт, ну что я за мудак-то такой!? Весь в папашку, блин...

Боец молча уставился на землю и о чем-то грустно размышлял.

Подвел я тебя, Лисин... Всех вас подвел...

— Х*ли сидишь!? — злобно спросил я.

Ефрейтор со смесью удивления и раздражения взглянул на меня.

— Иди уже к своей бабе , хер ли расселся!? Или она тебе уже не нужна!? Хочешь, чтобы это я ей сопли вытирал!?

Лисин недоумевающе посмотрел на меня, затем что-то сообразил. Вскочил на ноги и, не говоря ни слова, быстро двинулся в сторону города.

Я лишь молча смотрел ему вслед.

— Тащ лейтенант, разрешите идти? Мне уже домой надо... — смущенно спросила Лира, подойдя ко мне сзади.

Я с трудом кивнул и, не обращая внимания на ругающую своего брата "Шляпу", двинулся домой.

Надо что-то решать. Либо я дальше буду играть в офицера и лезть в чужие дела, либо... Либо что? Жить также как и все?

Блин, да я же нихрена не умею! У меня даже интересов-то никаких нет... Всё, что я умею — это служить. И нихрена больше!

Зайдя в дом, я, не говоря ни слова бойцам двинулся в свою комнату.

Хватит уже заниматься херней! Никакой я больше не лейтенант, а они никакие не солдаты... Мы просто люди. Пятеро мужиков, живущих в стране пони...

Вернее, четверо парней и один мудозвон...

Подхватив вещмешок, я пошел в оружейку.

Как бы то ни было, с пустыми руками я уходить не собираюсь. Повесив за спину автомат и закрепив на портупее подсумок, я взял несколько свертков с монетами...

Нах*я я тут нужен? Всё время докапываюсь до парней и запугиваю местных. В конце концов, если меня здесь не будет, всем станет только лучше! Даже мне...

Я никак не мог выкинуть из головы слова кобылы. Черт, неужели она права!? А Лисин? Я действительно завидовал ему? Он ведь решился и не побоялся чужого мнения....

— Тащ лейтенант? — удивленно сказал Скоков, глядя на то, как я выхожу из оружейки.

Лейтенант... Какой я уже нахер лейтенант!?

— Меня Дима зовут... — с трудом выдавил я.

У парня отвисла челюсть. Он ожидал услышать что угодно, но только не это.

— Скоков, ты теперь за старшего. Я уезжаю... — буркнул я и двинулся к выходу.

Боец что-то пытался сказать, но я уже не слушал.

Идя в сторону станции, я всё размышлял о своем будущем. Что делать? Куда идти? Как себя вести?

Столько вопросов и ни одного ответа... Черт, поступаю как маленькая школьница! Сбегаю от проблем, вместо того, чтобы решить их!

Чёрт... Уж лучше бы я сдох в атомном огне...

Дойдя до станции, я, не обращая внимания на косые взгляды прохожих, принялся изучать расписание. Куда ехать? Я же тут нихрена не знаю...

Мой взгляд остановился на надписи "Понивилль — Кантерлот". Поезд отходил через полчаса...

Ты меня в это втравила! Сволочь крылатая! Ненавижу...

Я двинулся к кассе за билетами.

Если всё, что я умею, это служить... Плевать! Справлюсь! Подчиняться какой-то лошади, это, конечно, не очень, но альтернативы я не вижу.

Если это Селестия открыла мне глаза, пусть теперь она отвечает за всё... Пусть только попробует не взять! Насрать кем, хоть рядовым... Это лучше, чем оставаться здесь.

Подальше отсюда, от бойцов, от местных и самое главное, от Сивиры...

Признаться себе в том, что я мало чем отличаюсь от Лисина, стоило мне больших трудов. Но легче после этого не стало.

Несмотря на страшное желание пойти к младлею и всё рассказать, я сдерживался. Мне было прекрасно известно, моя симпатия к Сивире ни к чему хорошему не приведет... Ни её, ни меня.

Я просто не могу приспособиться к этой жизни, но и старую вернуть не могу. Прямо как мой папаша...

И закончу точно так же, как он. Даже хуже...

Сивира не сможет мне в этом помочь... Мать не смогла удержать отца и эта кобыла не сможет. Зачем её втравливать в свои проблемы?

Если кто и сможет мне помочь, так только принцесса... Уж лучше служить у какой-нибудь лошади, чем спиваться и трахать мозги окружающим.

Но больше всего меня беспокоило не моё пьянство... Я ненавижу этих лошадей! Ненавижу их за всё это приторное дружелюбие! Живут как в сказке! Живут и радуются на костях моего мира! Бойцы, может быть, и смирились, но я... Рано или поздно я просто не выдержу...

Черт, я и вправду психованный.

Занимая место в вагоне, я глядел в окно. В глубине души, мне очень хотелось, чтобы сейчас на станцию вбежал кто-нибудь из бойцов с целью остановить меня. Или даже Сивира...

Но этого не произошло, поезд медленно тронулся, увозя меня из этого дурдома.

Если я не могу приспособиться к здешней жизни, то, может быть, у меня выйдет начать новую?

Кабанов будет спокойно помогать Твайлайт. Пугачев со Скоковым, работать на ферме. Лисин с Черили... Не знаю, чем они будут заниматься, но уверен, всё у них будет отлично. А Сивира... Не знаю, но скатывать её до своего уровня я не собираюсь. Она уже насмотрелась на всё то дерьмо, чем я занимаюсь... Не хочу, чтобы она дальше попадала под моё влияние... Её и так свои же за ненормальную считают.

Сорок третья глава

До Кантерлота я добрался без происшествий. Даже кондуктор не приставал... Запомнил, наверное.

Выйдя с вокзала я уже хотел было спросить у местных дорогу в замок, но передумал.

Когда я последний раз прогуливался по городу? В конце концов, теперь свободного времени у меня навалом...

Пони в пиджаках... Блин, я никогда к этому не привыкну! Реакция горожан была интересней, чем в предыдущий раз...

Они глазели на меня, но не так, как раньше. Теперь в их глазах был не только страх, но и интерес...

Большинство местных словно бы хотели подойти ко мне, но не решались, а лишь незаметно поглядывали в мою сторону.

Странно...

Проходя мимо прилавка со свежей прессой, я краем глаза заметил на первой полосе одной из газет свою небритую физиономию. Пройти мимо было нельзя...

В газетах про меня еще не писали... Ну если не считать той статьи о пьяном дебоше в одном ночном клубе....

Быстро приблизившись к прилавку, я молча взял газету.
"Древние. Правда или вымысел!?"
Прочел я заголовок газеты "Эквестрийская правДа".

Далее шел пространный пересказ недавних событий в Понивилле. Сороконожка, мои пьяные похождения. Даже про перестрелку не забыли...

Но больше всего меня заинтересовала статья на седьмой странице...
"Как нам стало известно из надежных источников, "Понивилльские чудища" существуют! Более того, это не просто неизвестные существа, это люди! Согласно записям Мисс Спаркл, люди — не просто древние сказки. Это выскоразвитая цивилизация, существовавшая за многие тысячелетия до рождения принцесс.."
Далее шли бредовые рассуждения, о том куда эта самая цивилизация подевалась... Твою же мать! Разве принцесса не говорила всем держать язык за зубами!?

Фигня какая-то... Статья была подписана кем-то по имени Климбинг Маззл... Псевдоним что ли? Черт, если это Твайлайт нас сдала...

Хотя, не думаю. Она слишком предана принцессе, об этом Кабанов мне уже все уши прожужжал. Выходит, кто-то за нами шпионил? Или просто спёр записную книжку у Твайлайт? Хм, а это вариант...

Я отвлекся от газеты, взглянув на продавца. Бедная кобыла смотрела на меня широко раскрытыми глазами и явно ждала чего-то...

— Тьфу... — сплюнул я, протягивая ей пару монет.

Вечно забываю расплатиться...

— А это... Правда!? В газете? — запинаясь промямлила продавщица.

Вставив сигарету в зубы, я кивнул и двинулся дальше, не обращая внимания на открытый рот кобылки.

Откровенно говоря, меня радовала мысль, что эти гребанные лошади наконец узнают, в чьем мире они живут...

Теперь мне хотя бы понятно, почему на меня все так пялятся. Если бы на Московских улицах бродил какой нибудь динозавр, реакция прохожих была бы примерна та же.... Ну почти.

Остаток дня прошел без каких-либо эксцессов, если не считать странное ощущение, что за мной кто-то постоянно следит... В принципе, так и было, куда бы я не пошел, что бы не делал, все пони продолжали пялиться на меня.

Побродив по городу и не найдя ничего интересного я, наконец, вспомнил, что за весь день еще ничего не сожрал. Промотавшись минут двадцать, я заметил какую-то лавку с пирожками в маленьком парке.

Выбирать особо не пришлось, единственное, что там было съедобным — несчастные пирожки с капустой... Блин, ну хоть что-то вменяемое, не цветочками или сеном мне давиться!? Рыжий конь удивился, когда заметил мою физиономию. Еще сильнее он удивился когда я купил сразу тридцать штук...

Блин, мне показалось, что его удар хватит.

Расплатившись, забрав жратву и прихватив, заодно, бутыль какого-то сока, я двинулся к ближайшей лавке.

Пока я заглатывал пирожки, проходящие мимо лошадки таращились на меня глазами полными ужаса... Разве что, никто не визжал и не звал полицию.

Задолбали уже! Пожрать спокойно, и то нельзя! Гребаные расисты...

Затолкав по быстрому в себя пирожки и запив это дело морковным соком, я решил всё же выдвигатся к замку. Всё-таки, будет не очень красиво, если я припрусь к принцессе посреди ночи...

Был уже вечер, когда я в поисках дороги во дворец, случайно наткнулся на парикмахерскую.

Постояв возле дверей и почесав голову, я решил зайти. Всё-таки я уже основательно зарос... Когда волосы отрастают выше уставной нормы, мне становится как-то неуютно, про недельную щетину я вообще молчу...

— Добро пожа.... Ох, сено.... — попыталась поприветствовать меня какая-то очкастая кобыла, но не вышло... Видимо, мой видок вогнал её в ступор. Ну да, я конечно не красавец, да и побриться забыл, но не настолько же!

— Здрасте, здрасте... Мне бы подстричься. — скрывая раздражение буркнул я.

Очкастая лишь кивнула и молча указала на деревянный стульчик возле зеркала... Твою мать, я же на нем не помещусь! Гребаные лилипуты....

Найдя еще пару стульев возле входной двери, я поставил их возле зеркала. Так вроде сойдет...

Когда я уселся на место, то заметил в зеркале, что кобылка как-то неуверенно мнется за моей спиной.

— Извините, я на секунду... — пискнула она и исчезла за какой-то дверью... Подсобка там чтоли? С минуту покопавшись, она вернулась, толкая перед собой какой-то деревянный ящик.

Тьфу... Она же не может дотянуться! Сказала бы, я и на пол мог сесть, не проблема...

Поставив за мной ящик, парикмахерша залезла на него и как-то смущенно спросила:

— Как стричься будем...

— Под переход — по привычке буркнул я.

— Тьфу, то есть... Покороче... То есть совсем коротко! — запинаясь продолжил я, подумав, что у этих лошадей наверняка нет машинок.

Кобылка кивнула и одела на копыта какие-то странные ножницы, похожие на садовые...

Стоп!

Она что, собралась меня копытами стричь!? Твою же...

Не успел я возмутиться, как кобыла начала быстро водить лезвиями по голове, срезая волосы. Охренеть... Эти лошади не устают меня удивлять! И пугать тоже...

Пока кобыла молча стригла меня, я с трудом сдерживался, чтобы не схватиться за кобуру... Уж больно острые у неё ножницы...

— Готово! Бриться будем? — вдруг произнесла очкастая.

Я оторвал взгляд от пола и посмотрел в зеркало... Хм, а неплохо! Будто бы машинкой подстригли... Но бриться... Блин, пофигу! Пускай бреет.

— Будем... — дрожащим голосом произнес я.

Парикмахерша схатила какую-то кисточку из банки перед зеркалом и, вставив её в зубы, принялась быстро намазывать моё лицо чем-то похожим на мыло.

Черт, она слишком близко! Я почувствовал, как начинаю краснеть...

Закончив с кисточкой, кобылка взяла в зубы бритву....

Ох ёпт... Не нравится мне всё это!

Через пятнадцать минут, я, красный как советское знамя, расплатившись вылетел из парикмахерской и принялся закуривать. Ну нахрен такое бритье! Мало того, что страшно, так еще и её морда в нескольких сантиметрах от моей...

Черт, что-то я не о том всё время думаю. Извращенец хренов!

На улице было уже темно, хорошо хоть фонари освещали дорогу... Немного повозившись с зажигалкой я двинулся, как мне казалось, в сторону замка.

Но, не успел я пройти и десятка метров, как, краем глаза, заметил странную тень в переулке.

Гопота! Ну я сейчас...

Стоп, какая еще нахрен гопота? Совсем уже двинулся... У этих лошадей и слов-то таких нету! Но, тем не менее... Какая-то сволочь следила за мной.

Может днем меня не просто так мучала паранойя? Черт, не нравится мне всё это...

Я сделал вид, что ничего не заметил и медленно положил руку на кобуру. Сейчас мы всё узнаем...

Пройдя еще около пятидесяти метров, я резко свернул в первый попавшийся переулок.

В темноте обнаружилось несколько деревянных ящиков...

— Заеб*сь! — буркнул я и быстро спрятался за ними, предварительно затушив окурок.

Просидев за ящиками пару минут, я уже начал было сомневатся что мне не показалось.

Я уже начал вставать как, заметив какое-то движение на улице, сел вновь. Какая-то кобылка в кепке медленно зашла в переулок и, осмотревшись, начала медленно продвигатся дальше.

Ёпт, а ведь моя паранойя не ошибалась... Эта херня за мной шпионит, не иначе!

Как только пони прошла мимо ящиков, не заметив меня.

Сейчас кто-то огребет…

Я быстро выскочил из за ящиков и схватил её за шею, утаскивая в конец переулка.

Если гасить, то в каком-нибудь невзрачном месте, на автомате подумалось мне... Хотя, а нахрена гасить-то сразу!? Совсем уже ёбн*лся...

Кобылка судорожно сучила копытами и пыталась что-то прокричать, но изо рта выходили лишь сдавленные хрипы.

Блин, слишком сильно сдавил, задушу еще...

Дотащив шпионку до тупика, я отпустил шею и тут же толкнул руками в бок, отчего она завалилась на землю, как куль с дерьмом...

— Кто такая!? Звание, фамилия, должность!? — затараторил я, тыча пистолетом в лошадиную морду.

Какое нахрен звание? Ну точно ёбн*лся...

— Ай не надо! Пожалуйста! Я ничего плохого не хотела! — в ужасе затараторила кобыла в кепке.

Что-то мне всё это напоминает... Наверное все молодые и любопытные лошади одинаковые...

Чуть успокоившись, я убрал "Кольт" от её лица и позволил ей поднятся. Кобылка несколько смущенно поправила кепку на своей голове и представилась:

— Здравствуйте! Я Бэйри Фэйсед, журналист... Вы наверняка слышали обо мне как о Климбинг Маззл! Это мой постоянный псевдоним... И я собираюсь взять у вас интервью! — наглым тоном закончила "кепка".

Вот значит как.... Так это она эту статью намалевала? А теперь еще и меня допросить решила? Вообще охренела! Мы тут еще посмотрим, кто у кого что возьмет...

— Ну попробуй, возьми... — тихо сказал я.

Глаза у журналистки в ужасе распахнулись.

— Н-н-ненадо... П-пожалуйста! У меня еще никогда н-небыло... — заикаясь, испуганно забубнила кобылка.

Блин, что я такого сказал-то!? Ну почему эти гребанные лошади держат меня за хрен пойми кого... То за психа принимают, то за вора, теперь вот, за сексуального маньяка... Вернее зоофила... Блин, опять всё через задницу выходит.

Сорок четвертая глава.

— Подождите, я плохо поняла... Так вы едите мясо или рыбу? — с наглой мордой спросила у меня Бэйри.

— Твою мать! Да я тебя сейчас сожру, задолбала! Мы всеядные, твою за ногу... — не сдержался я.

Уже целый час эта гребаная лошадь мучала меня своими вопросами... Я уже начал жалеть о том, что попросил её показать дорогу до дворца.

И ладно бы нормальные вещи спрашивала, так нет! "А в туалет вы стоя ходите?", "Каким образом вы размножаетесь?" и всё в таком духе...

Почему мне так везет на чокнутых пони?

Её рассказ о том, откуда она узнала о истории человечества, был очень краток...

— В редакцию пакет прислали... Внутри лежали всякие записи Твайлайт Спаркл и парочка писем с описанием ваших похождений. Подписи на пакете не было, ну я и решила... — смущенно ответила пони на мой вопрос.

Верить ей или нет? А хрен его знает! Но не допрашивать же её? В конце концов, я совсем не против, если эти лошадки узнают правду.

Спасительные ворота замка уже были в сотне метров от меня. Черт, поскорее бы уже. Во дворец её точно не пустят...

— Так вы едите пони!? — ошарашенно спросила желтоватая кобылка.

Задолбала! Это какая-то безумная помесь Лиры с Твайлайт... Только жутко надоедливая помесь!

— Если не заткнешься, я тебя точно сожру... — злобно прошипел я.

Бэйри испуганно покосилась на меня и обиженно замолчала. Блин, теперь мне стыдно...

Когда мы уже подошли к воротам, журналистка снова обратилась ко мне:

— Может быть, мы завтра продолжим? Ну, интервью!? — как ни в чем не бывало сказала кобылка.

Покосившись на стражников, я кивнул и двинулся к воротам.

— Завтра в девять! Я буду ждать вас в редакции! Эй, вы слышите!? — кричала Бэйри мне вслед.

Ага, как же! Делать мне больше нечего... Хотя, если её так сильно волнует вопрос о том, какого цвета мой "стул", я могу прислать ей образец...

Блин, а это идея! Хотел бы я посмотреть на её рожу...

— Добрый вечер... Вы, должно быть, лейтенант Лукин? Боюсь, нас не предупредили о вашем прибытии... — вежливо произнес гвардеец.

Еще бы их предупредили... Блин, а что сказать-то!? Ёпт, ну почему я никогда не думаю...

— Я...Э-м... Я по важному вопросу... К принцессе, ага! — как можно уверенней попытался произнести я, но получилось не очень.

Впрочем, стражник не сильно разбирался в людях и, видимо, решил, что я просто устал... А может быть, ему просто было глубоко похеру, кто я такой и зачем явился...

— Проходите, принцесса в главной башне. — флегматично ответил стражник, тыча копытом в высокий шпиль, возвышающийся над стеной.

Пока его напарник открывал ворота, я всё пытался сообразить, а что мне ей сказать-то!? Типа "Здорово, возьми на работу! Я и блинчики печь умею..." Тьфу, дурость какая! Ладно, насрать!

Вздохнув, я вошел в ворота и двинулся в сторону башни

— Звезды, звезды, звезды.... Ох, сено... — ворчала принцесса Луна, глядя в телескоп.
"Меня от этих звезд уже тошнит... Надо будет с Сели поменяться хоть разок, я тоже днем хочу подежурить! Хоть не так скучно будет..." с грустью думала темно-синяя кобыла.

Не успела принцесса вернуться к созерцанию ночного неба, как услышала звук открывающейся двери за своей спиной.

Обернувшись, кобылка увидела человека. Она сразу вспомнила его. Они уже мимолетно виделись на прошлом празднике:
"Ну наконец-то! Теперь хоть не будет так скучно..."

— Э-эм, а ты кто? В смысле.. Где принцесса? — неуверенно протянул лейтенант.

Луна ошарашенно уставилась на человека.
"Да как он смеет!? А я кто!? Кухарка что ли!?"
— Мы принцесса! Мы есть принцесса ночи! — с трудом скрывая раздражение, пробурчала Луна.

Кобылка понимала, что чужак не хотел её задеть, но всё же... "Я же тоже принцесса!" — обиженно подумала Луна. С тех пор, как она вернулась к правлению, кобылку очень задевало, когда кто-то не принимал её всерьзез. А тем более, если кто-то не знает, что она вообще принцесса.

Ночную кобылку слишком задевало это...

— Ночи? А Селестия, типа, принцесса дня? Это.. Вроде как сменами меняетесь? И что значит “Мы”!? У тебя раздвоение что ли? Или тут еще кто-то прячется? Кстати, давно хочу спросить, а с каких рожнов вы принцессы? Ну, в смысле, а где король, или еще кто? — смутившись, спросил чужак. Видимо, ему очень хотелось выговорится...

Луна закрыла лицо копытом.

— Ночь будет еще тяжелее, чем я думала... — прошептала она.
"Зато не скучно!" пронеслось в голове кобылки. "Во всяком случае, это лучше, чем сидеть всю ночь на балконе и смотреть на звезды..."

— Пардон... — извиняющимся тоном буркнул я после того, как нечаянно столкнулся с прохожим. Бессонная ночь давала о себе знать, солнечный свет слишком слепил, и я плохо разбирал, куда иду... Где эта чертова редакция!? Хрен что найдешь, чесслово!

Гребаная Луна! Всю ночь мне мозги компостировала! Найтмер-что-то-там, элементы, то ли гармони, то ли аккордеона... Что за бред!? Черт, до сих пор голова кругом идёт...

Еще и Селестия, когда проснулась, начала канючить:

— Да как вы можете быть таким беспечным!? Это же ваши люди! Неужели вы не понимаете, что без вашего контроля конфикты только добавятся!?

И так далее... Твою мать, я уже начал жалеть, что вообще приехал сюда! Мне почему-то казалось, что мы с принцессой просто посидим за столом, напьемся и она предложит мне должность начальника гвардии... Эх, мечты!

Вместо этого, она чуть ли не пинками выгнала меня из дворца, настойчиво требуя, чтобы я вернулся в Понивилль.

Блин, ну не хочу я обратно! Не сейчас во всяком случае... Может, завтра? А еще лучше через недельку...

Как только я вышел за ворота замка, один из вчерашних стражников выдал мне какой-то конверт.

Поблагодарив его, я развернул бумагу и охренел.
"Вы ведь не забыли о вашем вчерашнем обещании? Даже и не думайте забывать! Мне ведь известно о ваших делишках с доктором Брэйзен..."
Не став дочитывать, я спросил дорогу к редакции у удивленного моей реакцией гвардейца. Не успел он толком объяснить мне дорогу, как я уже едва ли не бежал в сторону редакции.

Чертова Бэйри! Если эта скотина опубликует, что я по пьяни с Брэйзен... Блин, даже думать не хочу! И откуда она только узнала!? Черт, неужели Сивира проговорилась? Да нет, вряд ли... Выходит, стукачок в Понивилле окопался? Фигня какая-то!

В таких размышлениях, я всё же наткнулся на трехэтажное каменное здание, с надписью возле входа ""Эквестрийская ПравДа".

Черт, я всё же надеюсь, она не затребует мои "отходы" на изучение...

— Доброе утро, добро пожаловать в Экве... Ох, это же вы! — странным образом поприветствовала меня какая-то белая кобыла за столом в приёмной.

— Где у вас тут Бэйри Фэйс... Как её там? Короче, где у вас тут желтая, надоедливая кобыла!? У меня назначено вроде... — запинаясь и подходя к столу, обратился я к администраторше.

— Ой, конечно же! Второй этаж и последний кабинет налево... Извините, мне правда очень неудобно вас просить, но...- начала мямлить что-то невнятное кобылка.

Заметив мой напряженный взгляд белая лошадка всё-же собралась с силами и сказала:

— Можно, ваш... Кхм, автограф? Извините, я не могу упустить шанса взять что-нибудь на память у существа, что жило задолго до принцесс...

Афтограф!? Ох, ну нихрена себе! Блин, да я знаменитость, ёлы-палы...

— Ладно... Где расписаться? — скрывая волнение, ответил я.

Кобылка немного замялась и протянула мне копыто.

— Здесь... — игривым тоном произнесла она, положив переднюю ногу на стол.

Ох, ёпт... Ё-мое, хорошо, хоть не на сиськах... Кстати, а у них вообще сиськи есть? Блин, должны быть вроде...

Краснея как вареный рак, я схватил ручку со стола и как можно быстрее поставил свою подпись на копыте. Блин, а это даже прикольно!

— Простите, но могу я узнать ваш адрес? Ну знаете, письма там… Или в гости... — играя глазками, тихим голосом произнесла кобыла.

Да ну нахрен! Это уже ни в какие ворота, блин!

— Понисранск, дом шестьдесят один, четыреста шестьдесят, лейтенанту залупе, до востребования... — быстро пробормотал я, торопливо взбегая по лестнице.

Черт, почему эти гребанные кобылы вечно ляпнут что-то пошлое? А может, мне просто кажется?

Поднявшись по лестнице и игнорируя удивленные взгляды пони в странных кепках, снующих туда-сюда, я двинулся в конец коридора.
"Бэйри Фэйсед" гласила табличка на последней двери. Вздохнув, я потянул за ручку.

— Ага! Я так и знала, что вы придете! Так, это к сену... Чай, кофе, спирт... Или сразу к делу? — энергично затараторила желтая кобыла, отпихивая от себя стопку каких-то бумаг.

Кабинетик у Бэйри был еще тот... Стол, пара стульев и целая куча всякого хлама, разбросанного то тут, то там... Какие-то кости, книги, деревяшки, камни... Что это за херня!? Черт, осталось только насрать сверху, для полноты картины!

— Откуда ты узнала о нашей с Брэйзен...Кхм, ночи!? — перешел я сразу к делу, садясь на стул перед журналисткой.

— У меня свои каналы... — начала она играть в секреты, но, заметив мой взгляд, осеклась и быстро протарахтела:

— Брат мой, в Понивилле живет... Ну он видел вас вместе возле гостиницы... До остального я и сама догадалась! Вернее, угадала... — с лёгким смешком закончила кобылка.

Блин, так она что, сестра того желтого коня? Продавца сковородок? Черт, как всё глупо...

— Кхм, прежде чем я начну брать интервью... Я хочу поблагодарить вас! Возьмите, пожалуйста, вот это. Я несколько дней трудилась... — запинаясь, произнесла желтая лошадка, протягивая мне какой-то зеленый шарф.

Неуверенно взяв его в руки, я заметил на нем какую-то вышивку...
"Лейтенанту Лукину, с благодарностью" Это еще что за хрень?

— Не понял... Зачем это? Всмысле, за что!? Я же нихрена не сделал! — удивленно буркнул я.

Подарки это, конечно, здорово, но нахрена мне шарф!? Вот если бы Сивира сшила... Стоп, не в этом дело! Мне просто не нужен никакой шарф, и младлей тут совсем не при делах!

— То есть, как за что!? Вы же спасли моего Арни! Вы не помните!? Ох сено... Он был в плену, у людей. То есть, у плохих людей... — смущенно закончила Бэйри.

Тьфу, а я-то думал, почему морда одного из пленников показалась мне знакомой? Ну ладно уж, возьму я этот шарфик... Приятно всё-таки.

— А теперь к делу... Вы пошли в замок к принцессе Селестии... Вы любовники? Или просто так, время от времени? Что думает по этому поводу принцесса Луна, или она участвует в ваших оргиях? — не моргнув глазом, выпалила кобылка и принялась что-то записывать в блокнотик.

От удивления я раскрыл рот. В голове пронеслась только одна мысль: "Что за ху*ня!?"
— Дмитрий поражен моими словами... Должно быть, они скрывают свои отношения... — тихо бурча себе под нос, записывала кобылка.

Гребаные журналисты! Да что она порет!? Черт, надо срочно начать рассказывать ей всё! А то понапишет тут, в своёй газетенке... Блин, ну почему мне так везет на ненормальных!?

Сорок пятая глава

Я уже третий час пересказывал Бэйри свою историю, та что-то увлеченно записывала в свой блокнотик и изредка уточняла некоторые моменты.

Она точно невменяемая! Журналистка всё время пыталась выудить из меня подробности моей личной жизни. Что ел, где ходил, как спал и даже — с кем спал?

Извращенка! А ведь говорила, что у неё еще ни разу не было...

За время интервью, больше походившего на допрос, мне несколько раз приходилось сдерживать себя.

Меня одолевало сильное желание резко вскочить и, сорвав портупею, отхлестать эту озабоченную кобылу прямо по заднице, чтобы дебильных вопросов больше не задавала, а то это уже ни в какие ворота!

Блин, видимо, со мной тоже что-то не так...

Меня уже откровенно задолбало докладывать этой наглой морде о своих похождениях, и я уже собирался прерваться и свалить отсюда подальше.

В Понивилль, на Сахалин или Луну... Да хоть к черту на рога, лишь бы не видеть эту желтую дуру!

Впрочем, не успел я осуществить задуманное, как мой рассказ прервала распахнувшаяся дверь...

-Фо Фефо фафое!? — пробубнила розовая кобылка выплевывая на пол кабинета обслюнявленную газету.

Бэйри с интересом взглянула на задыхавшуюся от возмущения посетительницу, отложила в сторону блокнотик и, откинувшись в кресле, заговорила:

— Шайния Копчак! Чем же я обязана та-а-акому визиту!? — растянула последние слова кобылка.

Шайния Копчак? Я удивленно уставился на гостью...

А что? Сходство определенно есть... Даже волосы на голове! Разве что — вся розовая и немного лошадь. Хотя, последнее сойдет скорее за сходство...

Реинкарнация что ли!? Блин, вот и не верь после этогово всякую загробную байду...

Розовая кляча в дебильной шляпке, прямо как та,что я видел у Рэрити в мастерской, вся аж позеленела от злости и едва не пускала пар из ноздрей.

Топнув ногой и взмахнув своей гривой, кобылка завопила дурным голосом:

— Ты спрашиваешь, что такое!? Это я тебя спрашиваю, что за бред ты тут понаписала!?

На секунду мне показалось, что вот-вот начнется драка...

Я с интересом уставился на газету. Немного помявшись, уж больно слюнявая она была, я все же встал и поднял бумагу...
"Шайния Копчак и тайные оргии?" Я едва не поперхнулся...
"Одна из самых известных кобыл в Кантерлоте проводит в своем доме оргии? Правда ли это? Читайте на девятой странице!" — гласила надпись под заголовком.

Твою же мать! Я даже знаю, кто автор этой статьи...

— Но это всего лишь предположение... В вашем доме постоянно собираются самые разные пони, вот я и предположила... И, кстати, я нигде не утверждала, что у вас проводятся оргии! Заметьте, в статье записаны лишь размышления... — продолжила отмазыватся Бэйри.

— Размышления!? — завизжала розовая пони.

— А в заметках, про то в каких позах мы этим занимаемся и приглашаем ли к себе минотавров, вы тоже всего лишь размышляли!?

Ох ну нифига себе!

Две кобылы спорили еще около десяти минут, совсем не жалея мои долбанные уши...

Копчак всё визжала, что никаких оргий она не проводит. Гости в её доме собираются исключительно ради вечеринок...

Бэйри, в свою очередь, оправдывалась тем, что она нигде ничего не утверждала...

— Я всего лишь выдвинула предположение, основанное на наблюдениях! — именно так выразилась журналистка.

Блин, что лошади, что люди — существа совсем разные, но вот газетчики...

Свободная журналистика здесь, видимо, мало чем отличается от нашей.

Практически разрушив мои барабанные перепонки, извращенка вместе с истеричкой сошлись на том, что Бэйри опубликует в газете опровержение...

Черт, да я уже сам готов бегать по городу и писать эти опровержения, хоть на стенах! Лишь бы эти кобылы заткнулись!

— Но запомните, в следующий раз я так просто это не оставлю! — грозно притопнув копытом, сказала Копчак.

Она уже явно собиралась уйти, но вдруг её взгляд устремился в мою сторону... Блин, похоже отсидеться не вышло...

— Ох... Добрый день! Простите мне мои манеры... Моё имя звучит как Шайния Копчак. А вы я полагаю... — кобыла прервала своё представление, явно ожидая от меня чего-то.

Ё-мое, ну зовут её Шайнией, а мне то что? Чего она хочет то?

Ох, блин!

— Лейтенант Лукин — немного поспешно выпалил я, после затянувшейся паузы.

— Очень приятно... — протянула кобыла, расплываясь в улыбке.

— Кхм, сегодня вечером у меня запланирован очередной приём... Не сочтете ли вы за дерзость, если я попрошу вас присоедениться к нашей, небольшой вечеринке? Ваше присутствие было бы очень кстати! Я уверена, моим гостям будет очень интересно с вами пообщаться. — закончила кобылка.

Ну нихрена себе! Эта скотина думает что я соглашусь поиграть в роли экзотичного гостя, на её тусовке!? Да хрен тебе!

С трудом поборов искушение послать розовую лошадку в пеший тур до известного органа, я как можно более вежливо ответил:

— Благодарю вас, мой боюсь мой ответ...

Меня прервала Бэйри:

— О, нет-нет! Он не сможет пойти на вашу вечеринку! Дело в том что сегодня вечером мы уезжаем в деревню Чистое Сено! Мы должны...

— Я согласен! Будет очень здорово пообщатся с вашими друзьями! — с наигранным весельем в голосе, поспешно прервал я журналистку.

Черт, уж лучше напится на местной тусовке, чем тащится хрен пойми куда, в компании этой шизанутой!

— Отлично! Буду ждать вас в семь! — отозвалась розовая пони и кивнув в сторону газеты, добавила:

— В статье указан адрес... До встречи! — она помахала мне копытом и с важным видом вышла из кабинета.

Бэйри возмущенно тряхнула головой, поправляя копну шикарных рыжих волос...

Блин, я конечно мало что в этом понимаю, но по моему любая баба готова была бы убить за такую шевелюру...

— Как же вам не стыдно!? Ну почему вы такой эгоист? Как вообще вы можете пренебрегать свободной журналистикой, в пользу каких-то оргий...

Начала долбить меня Бэйри, но уже не мог её выслушивать...

Её завывания про важность журналистики и прочий бред, доконали меня окончательно. Схватив шарф, я пулей вылетел из кабинета.

— В девять на станции! — крикнула мне вслед кобылка, но я уже не слушал, а быстрым шагом уходил по коридору.

В ожидании вечера, я просто бродил по городу, куда глаза глядят.

Селестия меня прибьет если узнает, что я не отправился в Понивилль, как она сказала... А тащится в какие-то еб*ня, вместе с журналисткой мне совсем не хотелось. Да и почему бы и не сходить на местную пьянку?

За день, я успел обойти несколько местных музеев и даже сходить в ресторан, хоть пожрать перед тусовкой.

Правда, от рыбы меня уже тошнит, а в музеях нет абсолютно нихрена интересного, но всё же...

Примерно в семь часов я уже стоял перед довольно-таки здоровенным особняком, стоящим на краю города... Мрачноватое местечко.

— Ох, мистер Лукин! Сегодня мы начали чуть пораньше... Проходите скорее! — открыла мне дверь розовая кобыла.

Не успел я зайти в дом, как меня едва ли не насильно поволокли знакомить с местными забулдыгами...

Я не успевал предствалятся, меня буквально окружила толпа самых разных лошадок.

Всем этим засранцам нетерпелось задать какой-нибудь дебильный вопрос о моём прошлом, или о человечестве, или еще, о какой-нибудь фигне.

Спрашивали даже какого цвета у нас унитазы...

Больные мутанты!

Меня спасло то, что какая-то странная, белая единорожка в очках и с синеватой гривой, встала за какой-то большой ящик, напоминающий диджейский пульт и врубила музыку...

Вернее, это она думала что это музыка! Такие же мелодии я слышал на полигоне, во время стрельб... Только там в этом хотя бы был смысл!

Розовая кобыла, настойчиво приглашала меня потанцевать, но мне всё же удалось сослаться на своё неумение и дикое желание чего-нибудь выпить.

Похоже она немного обиделась, но и хер бы с ней! Главное что указала где тут у них наливают!

А ничего домик-то! Больше напоминает ночной клуб для лилипутов, но всё равно прикольно и колонки везде забабахали и диваны с креслами, даже барная стойка с сиденьями есть! Прикольно блин...

Пока я приближался к бару, пони яростно колбасились под эту музыку ада... Черт, где бы затычки найти? А то через пару часов, я оглохну нахрен...

Странно, но несмотря на то, что бар не был ничем огорожен от общего зала, музыка звучала здесь гораздо тише... Магия что ли!? Хотя неважно...

Уже подходя к стойке, я обнаружил одинокую кобылку сидящую в самом углу и как-то грустно поглощающую какой-то салат.

Кобылка была очень странная... Тёмно-серого цвета, вся расчесанная и с галстуком на шее. Блин, нахрена ей галстук!? Она же без одежды! Чокнутые лошади...

Мне стало очень любопытно, какого черта она сидит тут одна и нахрена ей "бабочка"?

Зайдя за стойку, я взял пару бутылок вина с двумя бокалами и направился в сторону скучающей пони.

— Здорово... Нахрена тебе галстук!? — как можно спокойней попытался я поприветсвовать лошадку, но получилось не очень.

Пони удивленно посмотрела на то как я, ставя на стойку бутылки, сажусь рядом с ней.

— Прошу прощения... Вы должно быть тот самый специальный гость, о котором Винил прожужжала мне все уши? — монотонным голосом произнесла кобылка.

— Наверное я... Че еще за Винил!? Это имя такое что ли? — задал я еще один вопрос, откупоривая бутылки и разливая их содержимое по бокалам.

Заметив что я пододвигаю к ней бокал, кобылка смущенно подняла копыто.

— Спасибо, но я не пью. Совсем.

Ну, нет так нет... Мне больше достанется. Всё таки местное вино, я так и не попробовал... Селестия всё выжрала, зараза такая!

— Кхм, позвольте представится, я Октавия. — всё таким же спокойным тоном сказала кобылка.

— Лукин. — буркнул я, прикладываясь к бокалу.

А ничего так! Очень даже ничего! Напоминает яблочный сок, но будто бы с брагой смешан...

Октавия была не из болтливых, да и моя компания ей была явно не по душе... Но поскольку больше ей говорить было не с кем, то весь вечер, мы посвятили обсуждению этой дебильной долбежки, что остальные называли музыкой.

Как выяснилось, кобылка была достаточно известной музыканткой, правда на каком инструменте она играла, я так и не понял. Она говорила то про контрабас, то про скрипку, то про еще какую-то фигню... Она на всех их что ли играет!? Круто, наверное... Во всяком случае, явно лучше меня, дурака, знающего несколько аккордов на гитаре...

Как выяснилось, Винил — это имя белой пони в очках, что заместо музыки врубила эти звуки со стройки. Я так понял что они живут вместе...

Интересно, а они не из этих? Ну там, голубая луна и всё такое... Вернее розовая!

Впрочем, спросить напрямую я так и не решился, неудобно как-то...

Так и прошло около трех часов...

Она рассказывала про университетские годы и интересные случаи на концертах, а я травил армейские байки, от которых бедняжку передёргивало.

Оно и понятно, кому будет интересно слушать, как однажды я, будучи в наряде дежурным по парку, свалился в яму с отработанным машинным маслом вперемешку с навозом? Черт, иногда мне кажется что от меня до сих пор этой гадостью воняет...

Вообщем, вечер прошел не так уж плохо, как я ожидал по началу... Наверное это потому, что про меня все забыли как только врубилась музыка.

Октавия как раз рассказывала, что у неё однажды, прямо во время выступления, попыталась отобрать контрабас какая-то розовая пони. Но речь темно-серой кобылки была прервана резко затихшей музыкой. Мы обернулись в сторону зала.

— Простите, я по объявлению... — обратился к Шайнии здоровенный бык.

Ну нихрена себе! Это что, и есть минотавр!? Да еще и в штанах!? Здоровенный-то какой! Хотя, он совсем немного выше меня... Нет, не такой уж и большой... Видимо я просто уже привык, что тут все намного меньше меня. Но всё равно, его комплекция внушала уважение. Черт, не хотел бы я с ним встретится в темном переулке...

— Объявление? Простите, я вас плохо понимаю, что за объявление? — скрывая волнение, смущенно пробормотала розовая лошадка.

Здоровенный бык, немного помявшись, принялся копатся в карманах штанов. Чуть повозившись, он всё же вынул оттуда газету...

Блин, по-моему я уже понял, что там за объявление...

— Кхм, тут указано, что у вас проводятся оргии... И для этого вам требуются минотавры... Я ведь всё правильно понял? — краснея проговорил бычара, показывая окружающим газету.

Что было дальше, описать сложно...

Копчак сперва вся позеленела и уже явно собиралась что-то злобно закричать, даже воздуху набрала. Но спустя пару секунд она резко побледнела и охнув повалилась на пол... Обморок, наверное... Блин, какие же все эти лошади слабые!

Все пони, даже Октавия, в испуге бросились приводить в чувства хилую кобылку, даже минотавр кинулся к вазе с цветами возле прихожей и теперь прыскал водой на розовую мордочку.

Во всей этой суматохе никто не заметил, невзрачный желтый силует, прошмыгнувший в дом... Твою же мать!

— Ага! Я так и знала что ты не придешь! — радостно заговорила Бэйри, приблизившись к бару.

Блин, чекистка хренова... Что она ко мне так прицепилась то!?

— Да че тебе надо!? — недовольно буркнул я, с грустью глядя на пустой бокал.

— Как что!? А как же поездка в Чистое Сено!? — недоуменно спросила журналистка.

Ага, делать мне больше нехрен, как ехать хрен пойми куда, хрен пойми зачем...

— И что я там забыл!? Делать там нехрен... Отвали уже, а?

Впрочем, Бэйри совсем не смутил мой раздраженный тон, она поправила кепку на голове и глянув на дорожные сумки на своих боках, сказала:

— Еще как есть, что делать! Вчера же мне письмо пришло! Там уже целый месяц живет один из вас! Представляешь, целый месяц, а я и не знала об этом...

Я удивленно уставился на кобылу.

— Человек... Стоп, там уже месяц живет человек!? Х*ли ты молчала!? — ошарашенно крикнул я.

Кобылка немного стушевалась и обернувшись на толкучку позади себя, произнесла:

— Ну... Я просто не успела... Ты же так быстро убежал! Между прочим, даже не попрощался! — журналистка с укором посмотрела на меня.

Ну охренеть теперь! Твою мать, почему она раньше не сказала!? Черт...

— Когда... Во сколько поезд короче!? — буркнул я, вставая с лилипутского стула и подхватывая вещмешок с автоматом двинулся к выходу.

— Через полчаса... Так что придется бежать! — весело ответила кобыла и обогнав меня устремилась к выходу.

Бежать? Тьфу, ненавижу бегать, тем более с вещмешком... Черт, а ведь если бы она раньше сказала...

— Кто последний, тот и платит за билеты! — задорно крикнула Бэйри выбегая в дверь.

— Ну охренеть теперь... — прошептал я, переходя на бег.

Если в этом Сраном Сене, уже целый месяц живет человек... Черт, я просто обязан, как минимум переговорить с ним или может с ней? Хм, а было бы здорово...

Может хоть тогда я смог бы перестать думать о Сивире...