Истории Лас-Пегасуса. Адвокат Беатрикс.

Казино устало ждать, Чарли. Так что появятся сборщики, и станут вас трясти. Вы же знаете, как они работают. Приходят к вам в офис, устраивают сцены. Вопят, чтобы отдали их деньги. А когда на вам вопят двое огромных парней ростом по семь футов и требуют взад свои денежки, это может несколько расстроить."(Марио Пьюзо "Дураки умирают")

Трикси, Великая и Могучая

По ту сторону гор

Снег и холод — не преграда для дружбы. Твайлайт хочет развенчать ещё одну городскую легенду, но для этого ей нужно отправиться на крайний север Эквестрии. Удастся ли ей подтвердить общеизвестное... Или она найдёт там тех, кого уж точно не ожидала?

Твайлайт Спаркл Другие пони

Папа

Очередная история про Ольху и Рябинку.

Диамонд Тиара ОС - пони

Я что, похож на маньяка?!

«В этом Понивилле живут одни психи, — с раздражением думал Роксолан, затачивая огромный тесак под полное ужаса мычание надёжно привязанной кобылки, — Похоже, что единственный нормальный здесь я!»

ОС - пони

Бар "Сиреневая ириска"

Двое приятелей из военной академии решили хорошенько отдохнуть в выходные.

ОС - пони

Баллада о Сомбре

Баллада о Короле Сомбре

Король Сомбра

Мои мечты, моё воображение

Данделайн – простой жеребёнок. Единорог, мечтающий научиться летать, как пегасы. Книголюб и выдумщик. Ученик Твайлайт Спаркл. Вместе им предстоит пуститься в приключение, полное опасностей и древних тайн, скрытых ещё с зарождения самой Эквестрии. История о величайшем зле начинается здесь…

Твайлайт Спаркл Пинки Пай ОС - пони

Под омелой

Усталый писатель уходит в гостиную в канун Рождества. Он рассеянно желает, чтобы особая пони появилась под его ёлкой. И особая пони исполнила его желание.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Координаты

Каково это – потерять всё? Когда надежды практически нет, можно пойти на крайние меры. Но какова цена всего этого? Будет ли шанс начать новую жизнь, оставив прошлое позади? А если ты не хочешь этого и стараешься всеми силами сохранить остатки своей личности? Но, как говорится – всё происходит не так, как бы ты не подстраховывался.

Другие пони ОС - пони Дискорд Человеки

Как я мыл голову Рарити

Маленькая зарисовка того, как я помыл голову одной замечательной кобылки

Рэрити Человеки

Автор рисунка: MurDareik
34-45 58-64

46-57

Сорок шестая глава.

— Етить, колотить! — буркнул я, отряхивая свой берец, от кучи дерьма.

И какая скотина, догадалась насрать прямо на тропинке!? Везет мне, аж слов нет… Вернее — есть, но все матерные.

— Эй, ну ты идешь!? — крикнула Бэйри.

Блин, почему она всё время так спешит? Мало того что в поезде, мне весь день мозги полоскала, так еще и чуть-ли не бежать заставляет...

Я уже начинаю жалеть, что согласился приехать сюда.

Пока мы ждали ночной поезд, Бэйри вытрахала мне всю голову, насчет разного рода пьянок. Мол, не дело это, для древнейшего существа, участвовать в таких мероприятиях...

Ну охренеть теперь! Древнейшее существо! И как ей только такое в голову взбрело?

Хотя, в каком-то смысле она права... Я ведь и вправду родился задолго до всех этих принцесс, и им подобным, да и бойцы мои, помладше будут... Блин, что-то я не тяну на древнейшее существо, они вроде-бы должны быть мудрыми и всё такое… А хрен с ним, пускай думает что хочет...

Бэйри всю ночь мешала мне спать, задавая свои тупые вопросы.

— А как ты попал сюда? Каким образом вы собираетесь продолжать свой род? Это правда что вы размножаетесь делением? — и тому подобное.

Делением... Блин, совсем долбанутая! Она видимо не понимает, что её дебильные вопросы, мне совсем не хочется выслушивать.

Особенно про продолжение рода!

Вообщем, до места я добрался в очень хорошем настроении... В такой хорошем, что мне хотелось придушить эту гребанную журналистку и развесить её кишки по деревьям!

Место назначения, оказалось каким-то полустанком, возле леса... Я уже думал что ошибся, но нет, это и была наша остановка... Нет, ну нахрена в чистом поле делать полустанок!? Не понимаю этих лошадей...

Не успел я закурить, как кобыла чуть-ли не насильно потащила меня в сторону леса.

Из той кучи бреда, что журналистка рассказывала мне по дороге, я понял очень немногое.

Главное гребанная деревня, находится у черта на куличиках, сюда толком никто даже не ходит. Чем же они тут занимаются и откуда посреди леса берут жратву, я тоже не понял... Население здесь, хрен-да-нихрена, человек пятнадцать не больше... Тьфу, то есть лошадей!

Как сюда могло занести человека, идей у меня не было. Но расположение этой деревушки это хотя бы объясняет почему я о нем до сих пор не слышал...

Или о ней...

Черт, почему каждый раз когда я думаю о бабах, в голову лезут мысли о Сивире!? Я точно ненормальный...

Из задумчивости меня вырвал хлюпающий звук. Видимо я опять во что-то наступил... Не к добру это всё...

Бэйри всю дорогу поторапливала меня. Я лишь молча терпел, но чувствовал, еще немного, и одной журналисткой станет меньше...

Лес оказался очень густой, но до зарослей возле Понивилля, явно не дотягивал. И слава комбригу! Надеюсь сороконожек здесь не водиться... Очень, блин, надеюсь!

Впрочем, кобылку совсем не пугало возможное нападение, кажется она даже не задумывалась над этим... Ну никакого чувства самосохранения, настоящая журналистка... Ети, её за ногу...

Примерно через пару часов блужданий по лесу, я наконец решился спросить:

— Ты вообще знаешь куда идти!? — крикнул в спину идущей кобылке.

Та даже ухом не повела...

— Неа! Но это не важно, у меня нюх на такие дела! — ответила Бэйри.

За*бись! И где мы сейчас!? Твою мать, вот только заблудится с этой кобылой мне не хватало... Я же её точно замочу и сожру нахрен с голодухи! Или просто так, потому что за*бала....

Я уже хотел высказать этой засранке, всё что думаю о её обонянии, и что ей следует понюхать, но не успел.

— Ага! Вот и пришли! — радостно крикнула Бэйри и ускорила шаг.

Чертыхнувшись, я последовал примеру кобылки и ускорился. Через двадцать метров, мы с журналисткой, миновали последнее дерево и перед нами открылось не очень приятное зрелище.

Это Чистое Сено, ничем особым не выделялось... Пять обычных, ярких домика, стояли вдоль, проселочной дороги, по бокам, росли всякие цветочки и прочая мура... Блин, да это же Понивилль, только мелкий!

Неужели в этом хуторе уже целый месяц живет человек? Что-то мне в это не верится...

Впрочем, реакция кобылки была далека от моей. Она с серьезной физиономией принялась бегать от дома, к дому, колотя копытами по дверям.

Странно, но никто не открывал...

— Ух ты! Еще человек! — воскликнул кто-то за моей спиной.

Обернувшись, я обнаружил перед собой, счастливо улыбавшуюся, крылатую лошадку зеленого цвета...

— Ох, меня Дэйзи зовут! А вас? — протарахтела крылатая.

Не успел я ответить, как разговор вмешалась журналистка.

— Лукин, а я Бэйри Фэйсед, мы из Кантерлота. Прибыли из за письма...

— Письма!? Что за письмо!? — настороженно спросила кобылка.

Хм, что это она так запереживала? Хотя... Какая мне нахрен разница!? Уже примерно три часа дня, а я не жрал нихрена...

— Ну, позавчера в редакцию "Эквестрийской правДы" пришла записка, что в вашей деревне живет человек... — несколько смущенно ответила Бэйри, поправляя кепку.

Крылатая ощутимо расслабилась. Выдохнув она ответила:

— Ох, конечно! Совсем уже забыла! Пойдемте, я думаю Лере очень захочеться познакомится с вами...

Махнув копытом Дэйзи, повела нас в сторону дальнего домика. Лера!? Ё-мое, всё таки баба! Ну слава министерству обороны, я не стану зоофилом!

Надеюсь она не страшная...

Бэйри явно о чем-то волновалась и то и дело оглядывалась назад, будто ожидая чего-то. Понимаю её, местечко еще то, надеюсь только, что со жратвой у них получше чем с внешним видом...

Крылатая кобылка приблизилась к двери довольно внушительного домика и постучала копытом. Дверь открыл фиолетовая единорожка, очень похожая на Твайлайт, но какая-то... Неправильная что ли? Наверное потому что от неё совсем не веяло заумностью и книжками... Увидев нас с Бэйри, позади крылатой, "Твайлайт" залепетала:

— Ох... Проходите, проходите! Меня звать Синс, а вас!? Ох, что это я... Лера!!! Тут еще один человек!!! — заорала кобыла, куда-то внутрь дома.

Мда уж, видимо у них на хуторе, убираться не принято... Подумал я, заходя в дом. Повсюду валялся какой-то хлам, доски, щепки, инструменты...

Журналистка, должно быть будет чувствовать себя как дома, у неё в кабинете бардак не лучше...

— Добр... Добрый день! — услышал я чей-то сладкий голос.

Закрывая за собой дверь, из под лестницы вышла она... Блин, а симпатичная! Высокая, стройная блондинка... Молоденькая... И с огромными сиськами!!! Твою мать, она компенсирует все мои страдания по дороге сюда!

— Добрый! Разрешите представится... Лейтенант Дмитрий Лукин! А вы должно быть Лера? Очень рад знакомству! — заливаясь краской сказал я.

Красивые барышни, всегда вгоняли меня в ступор... Наверное потому что, я слишком мало с ними общался. Служба, ети её налево... Может быть поэтому я стал избегать Сивиру как только запахло чем-то личным? Тьфу, опять эта младлей...

— Ох... Такой молодой, а уже лейтенант... — с намеком пропела она и рассмеялась.

Ё-мое! Да она со мной заигрывает! О да, ну наконец-то!

Бэйри, как-то неуверенно топталась в стороне, прижимаясь поближе к выходу. Чокнутая блин, чего она их боится-то? Это её боятся надо, мало-ли, понапишет еще в своей газетенке...

— Может... Пройдем на кухню, мы как раз обед готовили... — с веселой ухмылкой произнесла единорожка и подмигнув крылатой, скрылась в дверном проёме, слева от меня.

Обед? То что надо! Твою мать, а жизнь-то налаживается!

Как рассказала мне за обедом блондинка, она понятия не имеет, как здесь очутилась...

— Я просто очнулась в лесу с... Совсем одна! А потом, примерно через пару часов, повстречала этих прекрасных созданий... — ответила Лера на мой вопрос.

Блин, какая-то она странная, да и рассказ у неё тоже, невнятный. Да еще эта странная привязанность, к этим двум пони...

Черт, опять моя параноя! Лейтенант, перед тобой сидит настоящая красавица, возможно последняя на этой земле, а ты, дебил, подозреваешь её, в хрен пойми чем... Точно дурак!

Но Бэйри не разделяла моей радости... Она то и дело перебивала, наш с Лерой лёгкий флирт, задавая свои дебильные вопросы...

— А где остальные пони? В других домах никто нам не открыл. — с серьезным видом спросила кобылка у Дэйзи.

— Уехали... — печально протянула крылатая и взглянула на единорожку.

— Да, уехали... Давно уже... — пробурчала она, продолжая с жадностью поглощать суп.

Хм, никогда не видел чтобы пони могут жрать с такой жадностью.

— Куда уехали? Почему? — продолжала долбить газетчица.

Да когда она уже успокоится!? Блин, тут сидит девка с огромными сиськами и откровенно флиртует со мной, а эта кобыла всё пытается испортить!? Прибью нахрен...

Лера изменилась в лице. Сперва мне показалось, что она озлобилась, но чуть погодя, заметил что на самом деле на её лице проступила печаль.

— Давняя история... Скажите, Дима, вы не могли бы нам помочь? — вопросительно обратилась ко мне блондинка.

Помочь, да с радостью! Ёпт, да я тебе так помогу, неделю в раскоряку ходить будешь...

Я с важным видом кивнул, мол — помочь женщине, мой офицерский долг. Чуть не рассмеялся правда, но вроде справился....

Лера улыбнулась мне и накрыла мою руку своей ладонью.

— О, я не сомневалась в вас! — игривым тоном пропела девушка.

Бэйри недовольно покосилась на нас, но меня это не волновало. Всё-же не каждый день ко мне клеится такая барышня... Черт, да ради этой бабы, я готов пойти хоть дракона голыми руками захерачить... Зря я это подумал...

— Недалеко от деревни, в пещере примерно пару месяцев назад, поселился дракон... Наших соседей напугала эта новость, поэтому они вообщем-то и сьехали в спешке... — сказала Дэйзи, глядя на меня. Хм, мне показалось что три пары глаз впились в меня, явно ожидая моей реакции.

Твою-же мать! Только не говорите мне, что они хотят...

— Он совсем не агрессивный... Но, он отказывается улетать! Дима, я уверена тебя-то он послушает...Ты ведь поможешь мне? — за крылатую, закончила речь Лера, плаксивым тоном.

Я уже хотел послать её куда подальше... Ну сиськи это конечно здорово, но к дракону соватся я не собираюсь!

Уже открыв было рот, я почувствовал легкое прикосновение возле моей ширинки. Лера глядела на меня хитрыми глазами и улыбалась...

Ну ох*еть теперь...

Через час я уже шел по лесу в направлении, указанном мне единорожкой. Я продвигался выискивая ручеек, у основания которого должна была быть та самая пещера пещера...

Бэйри братьс собой не стал, не хватало еще чтобы мне всю дорогу мозги трахали! Да и нехрен ей, с драконами общатся...

— Ты, ты, ты... Глупый, похотливый, маленький.... — шипела кобылка, когда я сказал ей что она не пойдет со мной.

Блин, радовалась бы лучше! И почему ей так сильно хочется увидется с этим драконом? Больная...

Хм, а может она просто не хотела оставатся одной среди наших новых знакомых? Черт, а вот это больше похоже на правду! Странно, но мне казалось что журналистка побаивается Леру и двух пони, что живут с ней...

Впрочем, она ничего не сказала, так что меня это не шибко волнует. Пускай боится чего хочет, мне то какая разница!? Ну не изнасилуют же они её? Если конечно она их вопросами не задолбает...

А ведь, как легко эта девка подбила меня на дело... Мда уж, перед смазливыми бабами я бессилен... Служба, мать её ети!

Утешало только то, что местные уже общались с драконом и вернулись целыми. Странно, мне всегда казалось, что драконы жрут всё что движется... Но видимо в этой стране чокнутых лошадей, даже драконы ненормальные!

Да и блондика, пообещала мне кое-что....

— Ёпт! — буркнул я, почувствовал что вода попала мне в ботинок.

Оглядевшись, я обнаружил что стою одной ногой в ручье.

Блин, гребанная Лера! Что-то я слишком замечтался о грядущей ночи, что даже ручей не заметил...

Выйдя обратно на траву и закурив я двинулся против течения...

Впрочем, идти долго не пришлось, не успел я докурить, как чуть не провалился в огромную яму. Здоровенная дыра в земле вела куда-то вниз...

Черт, неужели здесь!? Что-то мне стремно...

Хотя, дракон ведь не агрессивный... Да и сиськи... Черт!

Сплюнув, я начал спускатся в яму...

— Бл*ть! — вскрикнул я, когда почувствовал что соскальзываю.

Оступившись я полетел вниз... Плюхнувшись на дно ямы, я уже хотел порадоватся, что ничего не переломал, как вновь начал скользить... Тщетно пытаясь ухватится за траву, я продолжал нестись по наклонной вглубь ямы... Мне уже чудилось, что вот-вот я наеду на какой нибудь острый камень... От страха я зажмурил глаза и попытался начать молится... Блин, да я же незнаю никаких молитв! Твою-же мать!

Моё поездку прервало что-то мягкое, уткнувшееся мне в задницу.

— Вроде пронесло... — облегченно выдохнул я, открывая глаза.

Блин, да это же не пещера нихрена!

Я оказался в каком-то огромном подземном зале... Странно, но повсюду висели зажженные факелы... Впрочем удивило меня не это.

— Ох*еть! — вырвалось из меня, когда я увидел в центре зала огромную кучу драгоценностей...

Алмазы, рубины, золото и еще куча каких-то драгоценностей! Охренеть! Я богат!

— И правда, ох*еть... — раздался чей-то голос над моей головой.

Глянув наверх, я чуть не обделался.

Прямо надо мной, возвышалась огромная рептилия с крыльями, размером с двухэтажный дом...

— Дракон... — только и смог выдавить я, тщетно попытавшись встать.

— Человек... — сказала рептилия, внимательно рассматривая меня..

Да ну нахрен! Никакие сиськи в мире не заставят меня сказать этой махине, чтобы он убирался отсюда! Ну его...

Стоп!

— Не понял, ты знаешь кто я!?

Глядя на моё ошарашенное лицо, дракон медленно расправил и сложил крылья, словно красуясь передо мной и ответил:

— Знаю... Я слышал очень много историй о вас. Но никогда не думал, что увижу живого человека...

Замолчав, дракон как-то странно посмотрел на меня.

— Может быть... Чайку? У меня тут пара мешков завалялась... — предложил монстр, медленно двинувшись в конец зала.

Чайку!? Он что, предлагает мне выпить чая!? Охренеть...

— И ты приперся сюда!? Из за бабы!? Ну ты и дебил... Я же тебя сожрать мог! — рассмеялся Валентин... Нет, я серьезно! Эту махину зовут Валя! Охереть можно...

— Ну почему сразу из за бабы... Мои погоны обязывают меня... — начал было я, как дракон вновь заржал, да так что аж с потолка земля посыпалась.

Черт, как-то странно устраивать чаепитие с таким чудищем... Хотя нет, странно смотреть как этот гигант сжимая в лапе деревянную бочку, отхлебывает из неё чай и довольно жмурится... Твою мать, ну почему здесь все такие чудики!? А я то дурак думал, что Спайк странный...

— Ладно, посмеялись и хватит. Тебе ведь не терпится узнать, откуда мне известно о твоём народе? — серьезным тоном сказал Валя.

Блин, а я уже и забыл... Вечно так!

— Ага...- только и удалось выдавить мне.

Здоровяк отложил бочку с ручкой в сторону поглядел по сторонам, словно проверял не может ли нас кто подслушивать и начал говорить:

— Знаешь... Я ведь не всегда жил в этой... Землянке. Когда-то давно, во времена когда еще не было никаких пони или грифонов, минотавров и бизонов...

Во времена мир пронизовали ледяные ветра и нигде не было и намека на жизнь, властвовало одно существо... — Валя хитро прищурился и взглянув на меня, продолжил

 — Моя мать.

Спустя тысячи лет, её называли странным и длинным именем и поклонялись как богине, но своё настоящее имя, она никому не говорила кроме нас... Сашенька. Именно так твой сородич звал её. Она говорила что в память о нем, отказалась от своего прошлого имени и стала нарекать себя Александрой...

Мать никогда не говорила о своих истинных целях, но и без этого я знал что она одержима идеей о воскрешении того мёртвого мира. Мама никогда не рассказывала мне, как так вышло, что эта планета погибла в холодных ветрах и оказалась погребена под снегом. Но она очень любила рассказывать истории...

Истории которые сама когда-то слушала от своего названного отца.

Дракон вновь потянулся к бочке и хлебнул из неё.

— Я очень рад что наконец встретил существо из легенд... Меня всегда восхищали мамины рассказы... Голые, слабые, без когтей и острых зубов. Вы покорили эту планету, заставили её плясать под свою дудку... Не плакались, не бегали жаловатся своей богине, как любят делать эти мелкие пони. А стиснув зубы продолжали упорно трудится, строить и разрушать, рожать и убивать, дружить и воевать... Черт, да вы даже в космос летали! Я до сих пор помню...

Как его? Гагара? Нет…

— Гагарин… — скромно вставил я.

Гагарин! Точно, Гагарин, именно он был первым кто побывал за пределами этой планеты... Столько достижений... Не то что эти мерзкие лошади! Тьфу, да они ничего кроме как песенки распевать не умеют! Не понимаю, почему мама решила их воскресить...

Черт, никогда не видел плюющегося дракона... Меня аж чуть не забрызгало… Мерзость!

Ну да ладно, всё бывает в первый раз...

Чуть помолчав, Валентин продолжил:

— Мама несколько тысяч лет учила меня своей мудрости. Незнаю, может быть она хотела чтобы я занял её место? Впрочем, теперь это уже не интересно...

Однажды, когда я учил этих тупых лошадей летать, она вызвала меня к себе... Я до сих пор помню её слова... Мама сказала что обучила меня всему что знала и что больше не может оставлять свой последний долг, не выполненным. До сих пор мне неизвестно, что она имела ввиду... Последние слова матери, говорили о том, что однажды в этом мире вновь появятся люди. Они будут очень напуганны и не будут понимать как их сюда занесло. Мама просила меня помочь им, защитить, обучить, позаботится о них... Это был последний раз, когда я её видел.

Дракон как-то странно закашлялся. Мне показалось что он сдерживает слёзы...

Блин, если эта махина заплачет, я точно в обморок грохнусь!

— Шли годы, столетия, тысячелетия... Но ни одного человека я так и не встретил... Если быть честным, мне просто надоели эти бесконечные поиски! — здоровяк развел когтистыми лапами.

— Я решил отдохнуть... Ну и вот я здесь! Безвылазно сплю в этой землянке уже которое тысячелетие. Ах, чуть не забыл...

Валентин снова отложил бочонок и двинулся в сторону горы драгоценностей. Покопавшись в куче, монстр подцепив на коготь какой-то кулончик, вернулся ко мне.

— Это, последнее что она мне оставила... Она просила передать это людям, незнаю зачем оно но, всё равно, возьми! — Валя протянул мне странный медальен, усыпанный какими-то непонятными надписями.

— Зачем он мне? — буркнул я, удивленно вертя в пальцах безделушку.

— А мне зачем!? Я без понятия для чего он… Да и к тому же, он тут валяется уже целую прорву времени... — со смешком ответил дракон.

Ну охренеть теперь... Хм, спал несколько тысяч лет? Странные дела...

— Погоди, а разве к тебе недавно не приходила женщина, с двумя кобылами? Они не просили тебя улететь отсюда?

Валентин удивленно посмотрел на меня.

— Неа... Когда я ложился спать, никаких деревень поблизости не было... Город был, большой… Но сюда уже давно никто не ходит... У меня же репутация... Все боятся, думают что сожру! Даже легенды есть, хочешь расскажу?

Это что-же получается!? Эта с-сука отправила меня сюда... Чтобы он меня сожрал!? Нихера не понимаю…

Стоп, сколько он тут спит?

— Этому чаю больше тысячи лет!? — изумленно спросил я, глядя на свою чашку.

Дракон чуть помялся и ответил:

— Вообще-то, пять тысяч… Но он ведь хорош, правда?

Пять тысяч лет!? Да меня отравить хочет!

И Лера видимо тоже...

— Валь, ты уж извини, но у меня срочные дела... Помоему меня где-то на*бали... — извиняющимся тоном пробормотал я, поставив фарфоровую чашечку на поднос и выдвигаясь на выход из землянки.

— За чай обиделся что ли… — пробубнил Валентин.

— Нет, у меня дела появились, срочные… — ответил я.

— Стой! — крикнул дракон.

Я остановился и раздраженно посмотрел на него. Что ему еще нужно!?

— Выход не там, это раз... И потом, где ты теперь живешь? — улыбаясь своей страшной пастью, спросил здоровяк.

— В Понивилле... — недоуменно ответил я.

— Хорошо, хорошо… Не знаю где это правда, но ничего. Спрошу у кого нибудь… — рассмеялся Валентин.

И зачем ему это надо? Хотя, какая мне нахрен разница!? Сейчас меня больше волнует, почему Лера соврала мне... Неужели она хотела меня прикончить!? Бред какой-то...

Было уже темно, когда я вернулся в деревню. И это еще быстро управился! Дракон отправил меня по какой-то сети тунеллей, в которых нихера не было видно... Да и выбрался наружу, хрен пойми где... Впрочем, хоть и с трудом, мне всё-же удалось отыскать дорогу обратно.

При виде деревеньки, мои страхи и подозрения как-то незаметно улетучились.

Может потому что тут попахивало Понивиллем? Мелким Понивиллем.

Приблизившись к дому Леры, я постучал в дверь. Никакой реакции, спустя несколько секунд мне показалось, что кто-то промелькнул в соседнем окне...

Не заперто.

— Что за херня... — прошептал я, заходя в дом.

Ну не совсем же они долбанутые, чтобы на ночь дверь не запирать!? Может кто вломился!? Хм, хотя... В этой стране разноцветных хиппи, про грабителей врятли слышали... Да и деревушка совсем маленькая.

В доме было темно как в жопе негра, только на кухне был какой-то свет... Ужин у них чтоли?

Я осторожно вошел в помещение...

— Что за...

Повсюду валялись щепки, какие-то деревяшки... На кухонном столе, возле светильника, в ряд лежали, вилки, ножи, садовые ножницы и даже топор...

Тут что-то не то...

Почувствовав какое-то движение сзади, я хотел было обернутся, но не успел.

— Ай, бл*ть! -
Что-то располосовало мне штаны на заднице, не слабо порезав кожу

Выдергивая нож из своей жопы, я завопил:

— Что за херня…

Сзади меня стояла крылатая и с интересом рассматривала мою порезанную жопу.

— А где кьютимарка!? — с обиженной мордой спросила Дэйзи.

— Что ты тво... — не успел я договорить, как заметил единорожку, которая с помощью, гребанной, магии держала перед собой какую-то железяку, похожую на гарпун.

Они меня завалить хотят!

Копьё со страшной скоростью полетело в мою сторону, но мне всё же удалось вовремя отскочить.

— В очередь сукины дети, в очередь!!! — дурным тоном завопил я, выхватывая "Кольт" из кобуры.

Крылатая тварь, попыталась кинутся на меня... Быстрая с-сука! Но пуля, всё-же побыстрее будет...

Свинцовый снаряд в латунной оболочке, калибра .45 ACP, вынося за собой больные мозги из тупорылой башки этой бл*ди и, разламывая дерево, вошел в стену.

Кобылка, продолжила свой полет, но уже без головы... Обезглавленная тушка, грохнулась у моих ног.

— Дэйзи! Милая... Ох, Селестия, ты грязный ублюдок! — завопила Синс, подхватывая, зло*бучей, магией нож у моих ног.

А вот хер тебе!

Быстро наведя ствол на эту скотину, я наугад сделал три выстрела.

Голова осталась на месте, но вот остальное... Переднее копыто, оторвало к еб*ням собачьим, разбрызгивая всюду кровь. Две остальные пули, врезались прямо в грудь этой психопатки, оставляя внушительные, кровавые воронки.

— Лера!!! Бэйри!!! — заорал я во весь голос.

Надеюсь с этими дурочками ничего не случилось...

Не успел я ничего сообразить, как получил сильный удар чем-то тяжелым по голове. Охнув, я повалился на пол, выронив пистолет.

Быстро перевернувшись на спину, я обнаружил на собой блондику. В её руках лежала доска...

— Ха, а здорово ты с этими дурами расправился... Уважаю! — захохотала еб*нашка, занося деревяшку для нового удара.

Черт, больно то как! Как-бы сотрясения не было... Да еще и задница...

Бл*ть, хер я позволю это суке себя прикончить! Кое-как, игнорируя пульсирующую боль в затылке, я со всей дури пнул Леру ногой прямо между ног.

Та, взвизгнув, выронила доску и, отшатнувшись к столу положила руки на промежность.

С трудом поднявшись с пола и подняв пистолет, я уже собирался начать допрос, с каких таких х*ев, они пытались меня завалить. Но блондинку это не устраивало... Не успел я ничего сказать, как она схатившись за нож на столе, с диким визгом бросилась на меня...

Ох, бл*!

Я быстро вскинул пистолет и отходя назад сделал еще три выстрела... Все пули попали в цель, одна вошла в плечо, вторая в руку с ножом... Третья, прямо в промежность... Блин, куда-то не туда я всё время целюсь...

Черт, сколько кровищи-то...

Лера, взвизгнув от боли, повалилась на пол. Ну наконец-то можно поговорить...

Уже приближаясь к этой сумасшедшей бабе, я услышал тихий стук со стороны лестницы. Глянув на корчащуюся от боли суку, я быстро перезарядил пистолет и двинулся в прихожую.

Звук шел из за двери под лестницей. Быстро приблизившись ко входу в подвал, я дернул дверь. Заперто...

Нахрена запирать подвал!? Ох, что-то мне всё это не нравится... Башка раскалывается, да еще и жопа болит... Какое-то не героическое ранение у меня...

Вздохнув, я со всей дури долбанул по дверце ногой, та чуть поддалась... Сквозь боль, я сделал еще несколько ударов.

На пятом пинке дверь распахнулась, открывая вид на лестницу вниз... Чуть помявшись, я вернулся на кухню и попутно пнув шипящую Леру, взял со стола светильник вернулся к лестнице.

— Ёпт...- вырвалось из меня, когда я спустившись по лестнице увидел Бэйри.

Кобылка была прикована цепью к стене, изо рта торчал кляп, но самое херовое было не это. Несчастная пони стояла ко мне боком, и даже в туслом свете светильника, я заметил что в её причинное место воткнуто что-то непонятное. Приблизившись, я обнаружил что это отрезанный конский хрен... Что за херня здесь происходит!?

— Так, спокойно... — как можно ободряюще сказал я, осторожно вынимая инородный предмет, из кобылкиного крупа.

Та, чуть вздрогнула когда я закончил и принялся вынимать кляп из её рта...

— Ты, ты убил их!? — со страхом в глазах спросила бедняжка.

— Да...

Хотя я еще не закончил...

Пока я возился с цепями, кобылка, всхипывая, рассказала мне что произошло:

— Как только ты ушел, они начали… Очень странно себя вести… Спрашивали меня о жеребцах… К-когда я сказала что у меня еще ни с кем никогда не было… — журналистка прервалась собираясь с силами.

— Л-лера… Она рассмеялась… Дейзи и Синс накинулись на меня… Я не могла пошевелится, а Лера… Она воткнула в меня… — кобылка тщетно пыталась сдержать слёзы, но не вышло.

— П-п-потом… Там на кухне… Они кормили меня… Ох, нет… Они кормили меня мясом… Мертвый пони, я ела его!!! — вдруг завизажала Бэйри.

— Они угрожали мне, били… Ох Селестия… Лера говорила что я должна помочь им… Они хочели убить тебя!

Черт, да она молодец! Продержалась… Не поддалась несмотря ни на что…

Ёпт, да это же пи*дец! Ё-мое...

— Ну ничего... Всё будет хорошо, скоро домой поедем... — утешал я Бэйри, вынося её из подвала.

— Там... Они еще там! Помоги им, прошу... — сквозь рыдания лепетала пони, тыкая израненным копытом в сторону лестницы ведущей вниз.

Там еще кто-то есть? Ё-мое, да какого рожна эти твари тут творили!?

То что я увидел в подвале, сложно было описать...

В углу стояло два жеребца, с прибитыми к ногам досками... Одному вырезали язык и кусок мяса со стороны крупа, второго оскопили... Черт, да на них живого места нет! Уши отрезаны, хвосты, яйца... Боже мой, кем же надо быть, чтобы такое сделать!?

Бедняги долго не могли поверить что я здесь не для того чтобы измыватся над ними... Кое-как вырвав доски из их ног, мне всё же удалось поднять их по лестнице.

Мои раны сильно болели, но это всё херня, по сравнению с их болью...

Последней, в самом дальнем углу подвала, обнаружилась совсем мелкая кобылка. Подросток, наверное... Не обращая внимания на её визги, я подхватил мелкую и пулей вылетел из подвала... Находится там мне больше не хотелось. Даже в тусклом свете были видны повсюду валявшиеся куски плоти и костей...

Суки... Просто, твари! Лично расстреливал бы таких, на добровольной основе, без выходных!

Когда я вынес кобылку в прихожую, к остальным несчастным, то понял почему бедняжка так сильно визжала и дергалась.

Задняя нога у неё буквально болталась на соплях... Черт, судя по ране, она уже не первый день в таком состоянии находится!

Я аккуратно положил мелкую на пол и достал штык-нож.

Не обращая внимания на всхлипывания кобылки, я осторожно поковырял запекшуюся кровь на ноге... Черт!

Я конечно не ветеринар, но тут и без корочек всё ясно, ноге пиз*ец! Ё-мое, да как у неё только гангрена не началась!? А болевой шок? А потеря...

Блин, сильная малышка...

— Сейчас будет немного больно... Не смотри! Отвернись, кому говорю! — приказал я мелкой.

Кость переломана, нога болтается только на сухожилиях и на куске мышцы... Блин, будет очень больно, но выбора нет. Либо нога, либо жизнь... Это просто чудо, что кобылка до сих пор жива!

Всхипнув мелкая отвернулась и стиснула зубы. Умная... Ну ничего, дядя Дима быстро управится... Я начал резать... Кобылка взвизгнула и дернулась.

— Терпи! Скоро всё кончится! Х*ли встали!? Держите её! — дрожащим голосом орал я, продолжая перерезать сухожилия...

Бэйри, стояла в стороне. Увидев как я ампутирую конечность мелкой, она проблевалась и плюхнулась в обморок, прямо посреди собственной рвоты... Мерзость!

Пока двое измученных жеребца держали несчастную, я сумел отрезать конечность и, забинтовал культю чуть ниже колена, куском своего кителя...

Голова уже кружилась от всего этого... Бедняги просто сидели на полу. Они ничего не говорили, не обсуждали... Никакой радости, никакого страха.

Эти глаза выражали только одно, отчаяние. Пленники не верили, что весь этот кошмар уже кончился...

Мелкий жеребенок сжался и тихо плакал в уголке, обнимая Бэйри.

— Кто-то мне за это ответит... — прошипел я, подрываясь с пола.

Лера всё так же валялась на полу кухни, тщетно пытаясь поднятся из лужи крови.

— Что ты сделала, тварь!? — завопил я, сходу врезав ей берцем в грудь.

Блондинка закашлялась, но спустя несколько секунд захохотала:

— Ничтожество! Что, лошадок жалко стало!? Чмо!

Вот же сука...

— Да они разумные, ёб*утая ты потаскуха! — вновь зашипел я, доставая "Кольт" из кобуры.

— Разумные? Да они же лошади! Посмотри на них... Живут в сказочном мире и ничего их не тревожит... Слабые выбл*дки, вот кто эти пони!

Я молча навел пистолет на голову этой суки.

— Мне достаточно было только чуть поморить голодом двух этих дур, как они сразу же стали жрать себе подобных... И не говори мне, что ты считаешь их равными себе, ты ведь тоже думаешь о них, как о слабаках... Ты ведь военный. — закончила Лера и вновь расхохоталась.

Я почувствовал как в голове что-то щелкнуло... Пистолет полетел в сторону и звонко стукнулся о пол, когда я приблизился к блондинке и присев, схватил её за горло.

— Тварь, Сука! Ты бл*дский кусок дерьма! Мразь... — шептал я, душа этот комок дерьма и месячных.

— Пусти... — хрипела Лера, суча ногами и тщетно пытаясь выцарапать мне глаза, простреленной рукой.

Но отпускать я не собирался... Мне хотелось увидеть как эта сука подавится своими словами.

— Больно... Не надо... Прости... — продолжала хрипеть шлюха, уже даже не пытаясь оборонятся, а лишь сопротивлялась оттягивая миг собственной смерти.

Я наслаждался её агонией... Мне хотелось вцепится зубами ей в глотку и добратся до трахеи, но душить её было куда приятней...

Когда я наконец очухался, то обнаружил себя сидящем в луже крови возле трупа Леры. У тела были выколоты глаза и порвана гортань… А ногти намертво вцепились мне в скулы.

Отпихнув безвольный труп я тихо буркнул:

— Ёпт...

Это сделал я!? Них*я себе... Впрочем, мне совсем не жаль её...

Ни её, не этих двух кобыл. Черт, да если бы я мог, то воскресил бы их, и снова прикончил...

Из размышлений меня вырвала Бэйри. Она аккуратно приблизилась ко мне, и с испуганной мордой произнесла:

— Нам пора ехать. Сэйли нужна срочная помощь... — дрожащим голосом произнесла журналистка.

Сэйли? Наверное это та девчонка... Бедняга, в таком возрасте и пережить это...

С трудом поднявшись с пола и подобрав пистолет, я двинулся в прихожую. Нужно как можно быстрее выбираться из этого пиз*еца...

Ебан*тый денек выдался. Столько дерьма... Крови и... Да что-же было не так с этой дурой!? Чертова тварь... И почему я сразу не понял?

Боже, как же хочется уже домой...

Сорок седьмая глава.

— Гнилое сено, где этот проклятый поезд!? — пробормотала Сивира, глядя на часы висящие возле вокзальной кассы.

Кобылка была очень взволнована пришедшим этим утром письмом принцессы.

Селестия просила встретить Лукина на станции и помочь ему с какой-то попутчицей. Младлей никак не смогла понять из письма, что за попутчица,и где лейтенант шлялся целую неделю? В письме никаких объяснений не было.

Впрочем, новости о том, что сегодня в полдень вернется Лукин, сполна хватило для того, чтобы кобылка, еще с утра спешно расчесавшись, пулей полетела на станцию...
"Ох сено, он ведь только в полдень прибудет..." вспомнила Сивира, но возращаться домой ей уже не хотелось....
"В этот раз точно скажу!" со смесью ужаса и решимости подбадривала себя младлей. Сегодня она твердо решила поговорить с человеком об их отношениях...

Сивира очень переживала по поводу внезапного исчезновения лейтенанта.
"Неужели это из-за меня?" с грустью думала кобылка. Она никак не могла поверить в то, что человек мог испытывать к ней какие-то чувства. Но письмо, полученное два дня назад от Селестии, настаивало на том, что может и еще как! В глубине души, младлей понимала, что принцесса не ошибается…

Но Сивира всё равно боялась поверить в это. Ведь если произошла ошибка, или она не правильно поняла то письмо...

— Задница минотавра... Ну не могу же я во второй раз высмеять его!? — пробурчала ночная пони.

Ей и так было дико стыдно за тот случай на празднике.

Когда Лукин раскусил её истинные намерения и вслух заявил об этом, кобылка не нашла ничего лучше, как соврать... Младлею вдруг стало очень страшно, что человек может отвергнуть её. Тем более, после его слов о том, что они разные биологические виды.

А потом еще тот случай с расстрелом...
"Ну ты и дурочка... Будто не знала, что он жутко агрессивный психопат!" — пронеслось в голове у Сивиры.

После случая в лесу кобылка еще долго не могла придти в себя. Разочарование. В тот момент она увидела не своего друга, а кровожадную сволочь, убивающую своего же безоружного бойца... Если бы Кабанов не рассказал Твайлайт, а Твайлайт Сивире...
"Дура!" гнобила себя пони. Она чувствовала себя виноватой, что не была с лейтенантом в то время. Она чувствовала, что он нуждался в ней...

Но та сцена... Жестокость друга поразила кобылку, и она даже не попыталась выяснить правду...

Мысли в голове прервались, когда она услышала протяжный свист и нарастающие фырканье паровоза. Быстро взглянув на расписание, кобылка убедилась, что это именно тот поезд...

— Пусть псих, пусть жестокий, лживый. Пускай чудовище... Но он моё чудовище! Или хотя бы друг… Мой друг! — шептала кобылка.

Бегло осмотрев себя и удовлетворенно хмыкнув, она подошла к перрону.

— Всё будет хорошо, успокойся... — бурнула под нос Сивира и приготовилась к встрече.

Откровенно говоря, я смутно помнил, каким образом мне удалось вывести всех этих страдальцев из деревни. Как-то смутно помню, что тащил мелкую кобылку через лес на руках, а Бэйри с жеребцами кое-как плелись позади, то и дело подгоняемые мной.

Бедная малявка...

У Сэйли, видимо, очень сильно болела культя и, с каждым моим шагом, из её горла доносились приглушенные стоны.

Бэйри больше напоминала привидение. За всю дорогу она не проронила ни слова, лишь понуро опустила голову, ковыляла поддерживая одного из жеребцов.

Машинист товарняка наверное очень удивился, увидев всю нашу затраханую компанию у себя на пути.

Впрочем, вдаваться в подробности и рассказывать нашу веселую историю не пришлось... Как только старый седой конь увидел в каком состоянии мои попутчики, оссобенно мелкая пони, он едва ли не сам начал умолять поехать в город.

Кое-как, нам всё же удалось загрузится в пассажирский вагончик прицеплен к паровозу. Тесновато конечно, но намного лучше, чем в товарном сидеть...

Когда поезд тронулся, в вагоне воцарилась какая-то гнетущая атмосфера.

Жеребцы не выражали абсолютно никаких эмоций, они просто улеглись на пол и молча уставились в никуда...

Журналистка, поглаживая мелкую по голове, как-то отрешенно смотрела в окно. Сэйли, обхватила копытами Бэйри и тихонько сопела, изредка подергивая культей слегка постанывая.

Повезло, что у машиниста оказались какие-то обезболивающие настойки... Старого пердуна мучала боль в суставах вот он и таскал с собой целый мешочек со всякими лекарствами.

Я едва ли не насильно впихнул все эти травы в пострадавших... Вроде полегчало. Во всяком случае, жеребцы уснули, даже Сэйли перестала стонать и дергать культей. С трудом, кобылке даже удалось забытся, пускай и беспокойным, но всё же сном.

Бэйри молча прижимала к себе мелкую и с отрешенным видом смотрела в окно...

— Беременность у наших женщин длится в среднем девять месяцев... — начал говорить я тихим голосом.

— В основном рождается только один ребенок, но изредка их число может доходить до трёх...

Ну же! Тебе ведь было так интересно как мы размножаемся!

— Твою мать! Да задавай ты уже свои дебильные вопросы! Спроси что угодно, отвечу! Черт, да не молчи же ты... — как мог я пытался расшевелить кобылку.

Если бы я сразу обратил внимание...

Офицер, блин. Как малолетка клюнул на весь этот бред что та сука мне наговорила... Дебил! Всё на сиськи пялился... Не будь я таким бараном, если бы только обратил внимание... Пригляделся. И что мне теперь сказать Бэйри!? Извини, я не заметил!? Мне было насрать на тебя? На твои намеки? Мудак...

Глядя на опустошенную журналистку, я прекрасно осозновал, как сильно я виноват перед ней. Мог ведь предотвратить всё это? Мог! Но клюнул на бабу... Чмо! Вафля ты лейтенант, самая настоящая вафля, а не мужик...

Я сидел и нес какую-то лабуду... Мне жутко хотелось отвлечь журналистку от воспоминаний. Вновь увидеть блеск в глазах и услышать тупые, наивные, вопросы.

Она ведь хотела узнать побольше о людях?

— А еще, на каждого военнослужащего полагается минимум двенадцать кубометров воздуха в расп...

— С..Спасибо... Мне... Мне казалось что ты не вернешся или еще хуже ты... Нет, не важно... — еле слышно промямлила Бэйри.

Спасибо!? Мне!? Да она совсем рехнулась...

— Какое нахер спасибо!? Какое нах*й извини!? Это я виноват, мать твою! Если бы я не тупил, а как нормальный...

— Это моя вина... — неожиданно заговорила спящая возле Бэйри кобылка.

— Я нашла этого ч-человека... — со слезами на глазах продолжила Сэйли.

Журналистка попыталась успокоить мелкую шепча какую-то фигню ей на ухо и гладя её по головке, но та не унималась.

— Мы с Дэйзи играли возле ручья... Мы часто там веселились. Она учила меня летать! Я всегда хотела быть прямо как она, даже называла её старшей сестренкой... — из глаз бедняги потекли слёзы.

Погоди-ка... Летать!? Так она, что, пегас!? Я уставился на раны, на её боках... Черт, да ей же крылья вырезали! А я то думал, что это просто...

— Я увидела странное тело, лежащее в грязи. Это был труп, какого-то человека в белом халате... Он был весь... Изрезан и словно... — кобылка заревела еще сильнее.

— Покусан... Дэйзи просила меня не лезть, но мне стало так страшно, я никогда не видела ничего подобного! — на этот раз Сэйли уже не смогла продолжать.

Она самозабвенно зарыдала, дергая культяпкой и закрыв морду копытами. Жеребцы лишь понуро смотрели в окно, не обращая внимания на происходящее Только спустя пару минут Бэйри всё же удалось чуть успокоить кобылку.

— Она просила меня не подходить... Но мне так захотелось казатся смелой в глазах Дэйзи... Возле тела пряталась она... — кобылка остановилась, пытаясь побороть дрожь в голосе.

— Она очень напугалась меня и попыталась убежать, но запнулась обо что-то. Видимо во время падения, она ударилась обо что-то головой и потеряла сознание.

Мы не могли бросить её там... Я не знала... — навзрыд, почти прокричала мелкая.

— Д-дэйзи слетала в деревню и позвала на помощь. Мама с папой решили оставить эту женщину в нашем доме... Мама когда-то была медсестрой в Мэйнхэттене и решила что под её присмотром человеку станет лучше... Лера казалась очень милой девушкой... Она очень много времени проводила со мной, Дэйзи, Синс...

Мы играли и дурачились пока... — плач резко стих, словно слёзы закончились.

— Во время осеннего праздника, она вызвалась испечь пирог для всей деревни, в благодарность за приём... Всё было здорово, пока... Я очнулась вместе с родителями в подвале собственного дома, там была почти вся деревня. Лера... Она всё смеялась и вытворяла... Дэйзи со своей сестрой не выдержали, они умоляли человека пощадить их... Лера сказала что так и поступит, но только если они докажут что не такие же ничтожества как остальные... Мама, она... И папа, они всех...

— Сэйли вновь зарыдала с новой силой. Уже казалось что ничто на свете не сможет прекратить её рыдания...

Кобылка еще что-то бормотала сквозь слёзы, раскачиваясь под стук колес, но разобрать её речь было уже невозможно.

Хватит уже! Нехрен ей вспоминать всё это дерьмо! Чертова тварь...

— Спи уже! Хватит реветь! Скоро в Кантерлот приедем... Была когда нибудь в столице!? Нет? Вот и хорошо... Знаешь как там за*бись!? Да что ты ревешь!? Не ссы... Селестия всё исправит, она же божество как никак... — бессовестно врал я, пытаясь утешить кобылку.

К горлу у самого подступал предательский комок... Принимать то что никто и никогда не сможет утешить эту кобылку было невозможно...

Нихрена Селестия не исправит! Тут уже никто ничего не исправит... Но ей знать об этом, совсем не обязательно!

Странно, но мои слова оказали достаточно сильный эффект.

Что жеребцы, что Бэйри... Да даже Сэйли как-то... ожила чтоли? Восторга и танцев не было. Но эта неуловимая атмосфера отчаяния испарилась, устпуя место надежде.

Неужели они так сильно верят в принцессу? А что они сделают когда поймут что я их на*бал? Когда поймут что прежнюю жизнь не вернуть?

Да какая разница? Я не могу просто сидеть и смотреть на них. Пусть уж лучше на чудо надеются, чем вот так...

Селестия среагировала очень оперативно. По прибытию в Кантерлот, машинист бегом побежал на вокзал выкрикивая рабочих. Что там творилось через полчаса описать сложно... Куча лошадей в белых халатах, стража, журналисты... Черт, полная задница.

Принцесса внимательно выслушала мою историю, расспросила Бэйри, жеребцов... Она уже хотела полезть к кобылке, но я не позволил.

Слишком много на неё свалилось, чтобы вот так вот запросто выспрашивать подробности того п*здеца, что она навидалась.

В итоге, всех четверых отправили в госпиталь.

Их вид, когда принцесса сказала что ничего не может исправить... Я никогда не забуду эти лица. Такое выражение бывает только у покойников...

Впрочем, меня в госпиталь класть не стали... Вместо отдыха и продолжительного запоя, я получил отборную порцию словесных п*здюлей длинною в ночь.

Оссобенно плевалась Луна. Она кляла меня во всех смертных грехах.

— Да что вы за существа такие! Проклятые конееды, ублюдки, нежить! — орала кобыла, страшным голосом.

Если бы не Селестия, она меня бы точно попыталась прикончить...

Раз за разом, они выспрашивали меня подробности всей этой истории. Я несколько раз пересказал им всё без утайки... Почти.

Про дракона я промолчал. К делу это не относится...

Промурыжив меня двадцать часов к ряду, обе принцессы всё-же поблагодарили меня за оказанную помощь уцелевшим и мягко попросили удалится в Понивилль.

— Один я не уеду... — буркнул я.

Когда я спросил у Селестии о дальнейшей судьбе Сэйли, принцесса ответила что её определят в приют или школу интернат...

Это-то меня беспокоило. Я слишком хорошо знал что такое оказатся в подобном месте, брошенным всеми и забытым.

Ведь я сам когда-то был определен в суворовское училище...

Пожелать такой судьбы кому, либо еще я не мог. Пускай даже ихние интернаты не похожи на "Суворовку", но всё равно не сахар. Оссобенно беря в расчет последние события. Я сильно сомневался, что Сэйли там смогут помочь... Эти лошади никогда ни с чем подобным не сталкивались.

Бросать эту кобылку на произвол судьбы я не хотел.

— Я забираю Сэйли с собой... — не успел я договорить, как Селестия буквально разразилась тирадой.

— Да вы в своем уме!? Она ранена! Ей нужна медицинская помощь! Не говоря уже про её душевное состояние! Вы действительно считаете что ей будет лучше с сородичами той...

— В Понивилле есть медицинское учереждение. И со мной и моими бойцами ей будет уж точно лучше, чем с абсолютно левыми людьми... Тьфу, пони!

— В любом случае, это не вам... Да и не мне — как-то тихо ответила принцесса.

Ну в чем-то она права...

Жутко хотелось спать, да и башка раскалывалась... Но всё-же я решился. Сэйли точно не место в интернате! У нас конечно не детский дом, а казарма, но всё-же... Мне совсем не хотелось бросать кобылку на произвол судьбы. Нельзя оставлять её одну, после всего этого кошмара, она может не выдержать...

Я чуть побродил по городу... Не мог же я соваться к мелкой с пустыми руками? Понимаю, сраная плюшевая игрушка никогда не заменит ей родителей, и не вернет вкус к жизни... Но во всяком случае, возможно это покажет ей, что мне не насрать на неё. Может быть, она мне поверит...

— Привет, как самочувствие? — осторожно спросил я, заходя в палату.

Врачи долго не хотели меня пускать, говорили мол, пациент в глубокой депрессии и всё такое... Будто бы я сам не знаю! Черт, да я ей только позавчера ногу оттяпал! Хорошо хоть эти гребанные "Гарри Поттеры" залечили культю. Так хоть проблем с переездом не возникнет...

Кобылка ничего не ответила, а лишь уставилась на меня пустым взглядом.

— Это...На держи.. Подарок короче... — неуверенно буркнул я, протягивая ей плюшевого единорога, размером с неё саму.

Она всё так же смотрела на меня, без какой либо реакции.

Блин, всё еще хуже чем я думал! Черт, уж лучше бы ревела...

— Ты... Ты ведь знаешь что тебя хотят в интернат определить?

Сэйли не ответила, она лишь безразлично отвернулась в сторону, уставившись в окно.

— Слушай... Дело в том, что у меня есть дом в Понивилле... Может быть тебе лучше будет пожить с нами? — осторожно задал я вопрос.

Она вылупила на меня свои глазенки. На секунду мне показалось что они вот-вот выпадут из орбит.

— Нас там пятеро... Знаешь у нас ведь будет всяко лучше чем в интернате! — продолжил я.

— Вы хотите удочерить меня? — каким-то странным тоном спросила Сэйли.

Удочерить!? Да ну нахрен… Папашей я становиться…

Хотя, а почему бы и нет? Пускай думает как хочет. Самое главное, это то что я смогу гарантировать ей нормальную, полноценную жизнь.

Немного погодя, я кивнул.

Это будет не так просто, всё таки брать в казарму ребенка, тьфу, жеребенка это не самая лучшая идея. Но всё-же, почему бы и нет?

Сорок восьмая глава.

— Пустите... — еле слышно произнесла кобылка, лежа у меня на плече.

Мы уже около часа просидели на вокзале, пропустив свой поезд, до Понивилля.

Блин, я теперь что, папаша что ли? Ну охренеть теперь...

Честно говоря, я совсем не ожидал, что Сэйли согласится на моё предложение. Кобылка смотрела на меня такими глазами, что мне чудилось — вот-вот она накинется на меня. Но, к моему изумлению, после довольно длинной паузы. Мелкая медленно кивнула и произнесла:

— С-спасибо... Я очень хочу поехать... — голос кобылки дрожал, но всё же она изо всех сил старалась казаться спокойной.

Долго оставатся в Кантерлоте я не собирался. Поэтому, без особых церемоний подхватил жеребенка и, повесив его на плечо, двинулся на выход.

Когда персонал заметил нас с Сэйли, они словно с ума посходили... Возможно, решили что я её сожрать хочу, или еще что то... Ну не могу их винить в излишней бдительности, даже наоборот, они молодцы, правильно поступали!

Вот только нахрена в меня "утками" швырятся!? Проклятые лошади...

Будь моя воля, поубивал бы нахрен... Тьфу, то есть вломил бы всем, таких лещей, что закачаешся!

Но увы, Селестия не оценила бы моих благих намерений. А получить по башке от древней кобылы мне не очень хотелось, так что пришлось терпеть и пытатся объяснить происходящее.

Кое-как, мне всё же удалось втолковать персоналу госпиталя, куда и зачем я тащу Сэйли.

Удивление на их мордах... Особенно, когда я упоминул принцессу... Блин, смотрел бы и смотрел! Но, впрочем, главное, что они вроде поверили. Во всяком случае, "утками" никто больше не кидался.

Но толстого белоснежного коня, в странных очках и белом халате, мои слова не успокоили. Он начал трахать мне мозги по поводу состояния подростка:

— Да послушайте же вы меня! Ей нужен отдых и покой! Бедняжка пережила страшный стресс и последнее, что ей сейчас нужно — это нервотрепка с переездом! Особенно, если она будет жить с вами, вы же абсолютно другой вид! — не унимался конь, загородив мне проход и не давая и шанса моим попыткам проскочить мимо.

Задолбал...

— Ох сено, да у вас даже нет нужных лекарств и обезболивающего! Я уже молчу про квалифицированную медицинскую помощь!

Хм, а ведь он прав! Промедол то я отдал...

— Ну так тащи свои лекарства! Задолбал уже нудеть! Нечего ей у вас делать. Ногу и крылья залечили? Все, дальше мы сами... — как можно спокойней сказал я.

Сэйли молча висела у меня на плече, не выражая никаких эмоций... Блин, это плохо, похоже, что ей уже на всё насрать!

Может поэтому она и согласилась поехать со мной? Думала, что я её сожру? Черт, только суицидницы мне не хватало!

Главврач хотел было возмутиться моей наглости, но осекся. Видимо,понял, что спорить тут бесполезно и раздраженно буркнул ближайшей медсестре, чтобы та принесла медикаменты… Через несколько минут она вернулась, таща в зубах мешочек со всякой фигней.

Таблетки, пузырьки, пилюли, даже инструкция была! Блин, а они предусмотрительные! Или забывчивые? А, неважно… Еще в мешочке оказалась коробка с ампулами...
"Ну нифига себе! Да эти лошади... Черт, я хренею..." — удивленно думал я, вертя в руках коробочку с промедолом. Ну дают! Даже маркировку скопировали! Больные... Или, может быть, они подумали, что надписи — это, типа, какие-то заклинания? Тьфу, дураки!

Хотя... Не такие уж и дураки, раз промедол заделали так быстро. Или тут опять дело в какой-то гребаной магии? Блин, да какая мне разница!? Промедол и промедол… Стоп!

— А нахрена они мне промедол принесли!? — тихо удивился я, неся кобылку к вокзалу.

Автомат пришлось перевесить на грудь, чтобы мелкая не билась головой о ствол... Да и плюшевую фигню нести как-то надо, не выкидывать же?

И всё же, нахрена они нам промедол дали? Пилюли, как я понимаю, это что-то вроде лошадиного анальгина, настойки и прочая мура — тоже вся подписана... А промедол-то зачем? Мне его в кобылку что ли колоть? Блин, он бы еще героин от бессоницы предложил... Хотя ладно, карман не тянет и хорошо. Мало ли, пригодится?

Сэйли вела себя тихо. То есть, совсем тихо, я даже заволновался.

Окружающие пони, то и дело поглядывали на нашу странную компанию. Мать их, нашли на что любоваться, уродцы любопытные! Тьфу, даже противно...

Когда мы уже подошли к станции, кобылка вдруг издала какой-то странный протяжный вздох.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил я.

Вдруг заболело что-то? Или ей в сортир захотелось...

— Нет, ничего. Извините. — еле слышно пропищала Сэйли, как-то неуверенно поерзав на моем плече.

Блин, нихрена не понимаю в детях... Тем более в подростках! Тут что-то не то, может она пожрать захотела, но стесняется? Хм, или всё-же в сортир...

Обернувшись, я уставился на лоток с мороженым, стоящий возле входа на возкал.

Охренеть! Эти лошади жрут мороженое!? Ну ничего себе!

Хм, так она что, сладкого захотела!?

— Блин... Слушай, если тебе чего-то хочется, не нужно мяться! За спрос денег не берем... — сказал я в сторону своего плеча и направился к лотку лотка.

Что же это, я ребенка мороженным не угощу? Черт, да не такой же я козел!
"Мда… Уже, видимо, давненько эта мелкая сладостей не ела..." — размышлял я, сидя на лавке и наблюдая за тем, как Сэйли поглощает уже пятую порцию клубничного мороженого.

Хм, мне почему-то вспоминалось, как я, еще по кадетке, примерно также уминал конфеты... Даже хуже! Но, правда, у нас там со сладким совсем всё плохо было.

Чем кормили в столовой я даже вспоминать не хочу. А денег на буфет у меня никогда не было...

Другим пацанам родители деньги да всякую фигню таскали а мне… Блин, вот интересно, а почему мамаша так ни разу и не приехала? Неужели так сильно была занята с новым хахалем?

С-сука... Надеюсь, она сдохла еще до того, как меня к этим пони закинуло!

На наш поезд мы уже опоздали, но я не решался торопить обжору. Когда она в последний раз ела мороженное?

Черт, да Сэйли там такого навидалась... Если бы она только попросила, я ей бы весь лоток скупил!

Да и к тому же, когда кобылка ела, то больше напоминала обычного послушного ребятенка, хоть и вся в бинтах, да без ноги. А не измученную жертву психопатов, потерявшую родителей и всех друзей...

Наконец, когда мелкая съела все девять порций... Блин, да как в нее столько влезло-то!? Ей плохо не будет? Ё-мое, надо было контролировать...

В общем, когда Сэйли закончила, я подхватил её и, повесив на плечо, собирался уже двинуться к кассе за новыми билетами, но кобылка тихо потребовала, чтобы я её отпустил.

Хмыкнув я подчинился. Положив плюшевого единорога обратно на лавку, я аккуратно поставил мелкую на платформу.

— Спасибо. Я сама попробую... — смущенно проговорила Сэйли, пробуя пройтись.

Без задней ноги получалось не очень.

Блин, ладно, если хочет быть самостоятельной — ну не заставлять же её?

Кое-как, нам все же удалось, обменяв старые билеты на новые, сесть на нужный поезд. Уже в вагоне я снова попытался помочь мелкой забраться на сиденье, но, наткнувшись на недовольный взгляд, отпступил. Ну и хрен бы с ней... Хочет быть самостоятельной -пускай.

— У меня боец, Скоков, вроде неплохо по дереву работает... Протез тебе забабахаем, будешь как новенькая, блин. — с наигранным весельем в голосе сказал я.

Мне хотелось вселить немного надежды, в беднягу. Если она не будет верить, что её будущая жизнь будет нормальной, то ей уже ничем нельзя будет помочь.

Сэйли как-то неуверенно уставилась на меня. Чуть помедлив, она поиграла своими мышцами на спине, там где раньше были крылья.

— А... Крылья!? Вы сможете сделать мне крылья!? — с надеждой в голосе и недоверием в глазах, спросила мелкая.

— Хрен его знает... — случайно вырвалось из меня.

Сэйли грустно улыбнулась и отвела взгляд, уставившись куда-то за окно.

Черт, ну почему я вечно ляпну что-то не то!?

— Сделаем тебе крылья, куда мы нахрен денемся? Не знаю, правда, как, но сделаем, можешь быть уверена! — как можно убедительней сказал я.

Врать ей больше не хотелось. В конце концов, как она сможет доверять мне, если я постоянно буду вешать ей лапшу на уши? Даже если буду это делать, чтобы не задеть её... Надо заканчивать со всем этим. Либо правду, либо вообще ничего! Бедняжка это заслужила...

Сэйли внимательно посмотрела на меня и, чуть погодя, кивнула.

Именно сейчас я заметил в её глазах то, что так сильно хотел увидеть. Надежду. Кобылка начала потихоньку верить что жизнь всё еще может наладится. Пусть и не так, как раньше...

Остальной путь до Понивилля мы проделали без происшествий. Окружающие пассажиры то и дело косились на нас, тщательно скрывая свой интерес, но меня это мало волновало. Хрен бы с ними, пускай таращатся, не устраивать же сцену из за это!?

Тем более, я был занят, рассказывая кобылке всякую скучную фигню. Про Понивилль, про человечество, про бойцов и армию, даже про свои кадетские годы не забыл...

Блин, офигительные истории! Одна охренетительней другой, просто!

Впрочем, мелкая всё равно с нескрываемым интересом слушала мой бред. Даже пару раз переспросила! Черт, кому могут быть интересны мои тупые истории!?

Блин, надеюсь её заинтересованность это хороший знак...

Когда наконец объявили о том, что поезд прибыл в Понивилль, я снова попытался подхватить Сэйли, но она была настойчива.

— Я сама! — как отрезала, заявила кобылка и похромала на выход из вагона.

Странно, совсем недавно, она стеснялась и мямила, а теперь едва ли не приказывает! Охренеть... Может быть на неё так подействовал мой трындеж? Ну если было скучно, могла бы и сказать...

Пока вешал вещмешок за спину и забирал свой автомат с плюшевой игрушкой, мелкая уже успела выйти из вагона.

— Бл*ть!
"Черт, неужели она решила сбежать!?" — испуганно подумал я.

Быстро собрав вещи, я вылетел на станцию.

Сэйли стояла на платформе и испуганно смотрела на... Ох, ё-мое!

— Что так долго!? Ты должен был в полдень приехать! — с напором, грозным голосом произнесла Сивира, стоя перед мелкой.

— Дела были... М-мороженое и всё такое... — запинаясь пробормотал я.

Черт! Ну нахрена она приперлась!? Да еще и вся расчесанная, гладкая такая... Симпатичная...

Бл*ть! Отставить зоофилию, товарищ лейтенант!

Ё-мое, надеюсь, что я не покраснел, вот же...

— Вы... Вы вампир? Ваши клыки... — испуганно пробормотала Сэйли глядя на младлея.

Вампиры? Хм, помоему она больше смахивает на летучую мышь. Большую и надоедливую мышь...

Сивира удивленно уставилась на мелкую, перевела взляд на меня, потом снова на кобылку...

— Ты её похитил что ли!? Ох, Луна! Что ты с ней натворил, Дискордово ты отродье!? — злобно зашипела "мышепони".

Несмотря на все эти угрозы и злобное шипение, я всё равно был очень рад её видеть. Хоть я и тщательно это скрывал.

Здорово всё же вернутся домой....

Но почему меня вечно принимают за хрен пойми кого!? Похитил... Ну охренеть теперь!

Сорок девятая глава.

Мда уж... Объяснить Сивире, откуда у меня появилась "дочь", оказалось ненамного проще, чем младлею пояснить, кто такие ночные пони, и почему они не похожи на вампиров.

Хм, а Сивира, похоже, понравилась Сэйли. Мелкая не давала кобылке расслабиться, буквально завалив её вопросами о этих "мышепони" и гвардии.

— А это очень тяжело!? А принцесс видели!? А как вы получили своё звание!? А оно намного ниже чем у дяди!? — и тому подобное...

Если бы кто угодно другой спрашивал при мне такую дурость, я бы отправил его в пеший тур до ближайшего проктологического отделения!

Но Сэйли... Блин, я просто в восторге! Причем сразу по двум причинам: главное — то, что мелкая очень оживилась, и только её прихрамывающая походка напоминала о случившемся. Да и Сивире досталось по заслугам. Нехрен было обвинять меня не пойми в чем!

Правда Сэйли и до меня добралась....

— Дядя Дима, а почему вы не сказали, что женаты!? Про "суворовку" рассказали а... — с невинным видом обратилась ко мне кобылка.

— Да с чего ты... — хотел я уже спокойно объяснитть подростку, что она ошиблась, но меня прервала младлей...

— Женат!? Когда ты успел!? Или ты врал мне!? Какого сена, Лукин!? — завопила Сивира, что на нашу странную компанию уставилась вся Понивилльская площадь.

— Да не женатый я!!!

Блин, задолбала...

— Сэйли, ты ошиблась — уже спокойным тоном обратился я к маленькой кобылке.

— Кхм, прости... Просто всё это как-то неожиданно было — пробормотала Сивира, заливаясь краской.

Черт, и чего она так разоралась? А вдруг я и вправду женат? Нельзя что ли!?

Хм, а однажды мне почти довелось расписаться. Правда, потом я протрезвел... Ну, откровенно говоря, внешний вид и способ заработка моей "невесты" оставлял желать лучшего...

Остаток пути мы с Сэйли провели выслушивая невнятные оправдания младлея.

Блин, и чего она так заволновалась? Странная кобыла, нихрена её не понимаю.

— Ой, а это твой дом? Такой огромный... — пораженно спросила мелкая.

Удовлетворенно хмыкнув, я ответил:

— Нет, не мой, а наш! Ты теперь с нами живешь, со всеми вытекающими... — начал я, но меня снова перебила Сивира.

— Только не говори мне, что собрался заставлять малышку мыть полы, ходить строевой и стрелять!? — возмущенно выпалила темная пони.

Остановившись и закурив... Черт! Последняя сигарета! Твою же мать...

Выбросив пустую пачку, я заговорил:

— Ясный хрен, нет! Почему ты из меня какого-то садиста лепишь!? И кстати, откуда ты знаешь про полы и строевую? Опять шпионила!?

От негодования у Сивиры едва пар из ноздрей не повалил.

— Да как ты смеешь!? Ты, ты... Да ты же... А! Ну его к сену! — заключила кобылка.

Чуть успокоившись, она продолжила:

— Бойцы твои... Уже все уши прожужжали, о том, какой ты придурок, и всё время гоняешь их и заставляешь "пахать"... Кстати, что-то не пойму... А где вы землю-то вспахиваете? — неуверенно закончила крылатая кобылка.

Я уже собирался сказать что-то нелестное в адрес своих нытиков, да заодно пройтись по тупости младлея, но меня прервала Сэйли.

— Я не малышка! Мне уже тринадцать лет! — обиженно протарахтела кобылка и забавно притопнула копытом, едва не потеряв опору.

Это здорово, всё-таки, видеть, что она ведет себя, как нормальный подросток. Пусть и не сразу, но я верю, что Сэйли сможет прожить своё детство без постоянных воспоминаний о Чистом Сене.

Уж я-то приложу все усилия к этому!

Убедив мелкую, что все относятся к ней как к взрослому чело... Тьфу, пони! Я повел её в дом.

Сивира двинулась вслед за нами. Видимо их, в гвардии, разрешения спрашивать не учили.

Ну да ладно, я в принципе не против, не чужая всё таки...

— Ох, ёпт... — буркнул я, зайдя в дом.

Расположение больше напоминало какой-то свинарник... Повсюду валялись бутылки, пустые сигаретные пачки, всякий хлам.

Зайдя на кухню я еле сдержался, чтобы не заматерится вновь, не дело, при ребенке ругатся.

В раковине и вокруг неё стояли огромные нагромождения грязной посуды. Полы повсюду были почти черные от грязи и разводов, но самое плохое ждало меня в конце коридора...

Оружейка была распахнута настежь...

— Второй взвод! На месте построения становись, форма одежды номер ноль, с вазелином, с-суки!!! — завопил я что есть силы.

Сэйли пугливо отшатнулась от меня и боязливо покосилась на младлея.

Блин, напугал...

— Кхм, я тут пока занят буду... Может сходишь с тетей Сивирой, подберешь себе пока комнату? Постараюсь побыстрее управиться... — как можно спокойней сказал я в сторону кобылки.

Сивира, хмыкнув и косо взглянув на меня, повела мелкую в первую попавшуюся дверь... Блин, да это же моя комната! Черт! А, ладно, потом разберусь.

— Тащ лейтенант! Товарищ лейтенант! — с безумными визгами вылетела откуда-то из умывальника Лира и буквально накинулась на меня.

Единорожка с радостной мордой встала на задние ноги и, обхватив копытами, прижалась к моему животу.

Ёлы-палы! А это приятно... В смысле то, когда кто-то так сильно рад тебя видеть, а не то, что Лира уперлась своим мягким носом в мою грудь... Блин, опять меня не туда понесло!

Единорожка вдруг отстранилась от меня, встала в строевую стойку и затараторила:

— Товарищ лейтенант, за время вашего отсутствия происшествий... — кобылка осеклась на полуслове, явно подбирая слова.

— Тащ лейтенант, тут тако-о-ое было! Полковник Скоков издал приказ об отмене обязанностей военнослужащего! Личный состав... — Лира снова замолчала, раздумывая над дальнейшим.

Впрочем, долго думать она не стала, вздохнув и махнув копытом, единорожка возмущенно затараторила:

— Лисин почти не появляется в расположении взвода, всё время проводит у Черили. Сергей с Полковником целыми днями или пьют, или тоже пьют, но уже на ферме, вместе с Биг Макинтошем. Только младший сержант Кабанов продолжает выполнять свои обязанности, готовит и покупает продукты... Но он почти весь день проводит у Твайлайт! Совсем мне времени не уделяет... — обиженно закончила кобылка.

— Та-а-ак... Кто сейчас в расположении? Только ты?... — от таких новостей я позабыл все стандартные формы речи. Полковник!? Приказ!? Скоты, что они тут устроили!? Совсем расслабились...

— Одна я... Мне сказали убираться в умывальнике, но из инструментов выдали только вилку... Как я вилкой буду убираться!? — возмущенно воскликнула Лира.

Ей, наверное, было очень обидно, что бойцы не воспринимали её всерьез и не брали с собой на пьянки... Тьфу! Да причем тут пьянки!? Совсем уже башкой тронулся...

Блин, да из этой рогатой, солдат выходит лучше, чем из всех этих дегенератов вместе взятых!

— Ох, ёлки... Ладно, пойдем прогуляемся по городу... А то я смотрю, расслабились... — спокойно сказал я расплывающейся в улыбке Лире.

Заодно про Сэйли расскажу по дороге. А то еще начнется! “Что у тебя с ногой? А с крыльями? Почему ты здесь, где твои родители?” И тому подобное...

Подождав, пока единорожка сбегает за своей кепкой, я двинулся на выход.

Надеюсь, Сивира с Сэйли поладят... Очень на это надеюсь! Даже стыдно признаться почему...

------------Я медле-е-енно снимаю звёздочки(Матюки, как они есть, ибо заебало уже...)------------

— Чё сказал!? Ты, конеёб сраный! Я тебе сейчас глаз на жопу натяну, вафелька злоебучая! — зашипел Скоков, дергая затвор и медленно приближаясь к ефрейтору.

Возле библиотеки уже начинала собиратся любопытная толпа пони. Всем было жутко интересно, из-за чего люди ругаются в этот раз?

— Леха, хорош уже! Задолбал ты со своими пьяными замаш... — начал было Кабанов, но Скоков прервал его, не побоявшись больших размеров "капрала"
— А тебя я вообще не спрашиваю! Ты совсем уже расслабился! Хули ты в казарме бардак устроил!? А на кухне кто посуду мыть будет, а!? — переключился на здоровяка пьяный солдат.

В последнее время рядовой всё сильнее сдавал свои позиции зеленому змию. С тех пор, как лейтенант уехал в неизвестном направлении, бойцу было не по себе...

Поначалу всё было отлично! Даже очень! В первые пару дней Алексей и сотоварищи откровенно шланговали и балдели от безделья. Попутно беззлобно прикалываясь над наивной единорожкой, которая требовала от них соблюдения устава. Только Кабанов не выказывал никакой радости по поводу резкой пропажи командира.

— Уехал — значит надо... Наверное... — заключил здоровяк и не стал ничего менять в своём дневном распорядке. "Капрал" всё так же ходил на рынок за продуктами и занимался готовкой, но чужие обязанности брать на себя наотрез отказывался.

— А че я? Это Серега у нас по уборке... Вроде... — отвечал рыжий на замечания товарищей по поводу бардаку на кухне.

Впрочем, Пугачев вовсе и не думал заниматся уборкой, мотивируя это тем, что "Че я, очкотер что ли какой? Пускай сам убирается, почему я-то должен?".

Как-то незаметно во взводе назрел раскол. Всем хотелось заниматся своими делами и никто не собирался решать общие вопросы...

Скокову было не по себе от всего этого. Уезжая, Лукин нарушил устав и, несмотря на звание, оставил именно его за главного...

Бойцу, откровенно говоря, было стыдно за себя и за собственную некомпетентность. Ему казалось, что удержать в "строю" своих товарищей будет простой задачей, не требующей никаких его действий — но, как оказалось, рядовой ошибался.

Кабанов всё меньше и меньше времени проводил в казарме, постоянно пропадая в библиотеке, помогая Твайлайт с её эксперементами. Пугачеву было наплевать на своего постоянно орущего и чего-то требующего товарища. Сергею было совершенно наплевать на всё, даже наоборот — ему нравился новый порядок вещей, ведь это именно он уже два раза пытался избавиться от командира...

А Лисин... Ефрейтора уже совсем ничего не заботило. С уходом лейтенанта, он почти совсем перестал появлятся в казарме, проводя всё своё время либо в школе, либо в доме Черили... Чем они там занимались, Скокову знать совсем не хотелось...

От осознания собственной неудачи и откровенной тоски по тем временам, когда все, более или менее, соблюдали порядок и какое-то подобие устава, Алексей запил. Причем довольно сильно... В то время, как Пугачев помогал Эплджек по хозяйству, Скоков на пару с БигМаком запирались в погребе и просто напивались, попутно обсуждая собственные проблемы.

Ярко-красный пони быстро превратился из простого, забавного собутыльника в неплохого товарища для рядового. Возможно, теперь единственного товарища в этом мире... Скокову было откровенно жаль поня, ведь он уже не один месяц ухаживал за Черили, а тут...
"Мда уж, Лисин явно влез не своё дело." — думал рядовой, выслушивая жалобы Биг Мака. Пони, в свою очередь, выслушивая сетования своего человеческого друга советовал последовать примеру лейтенанта:

— Ну, у него-то получалось... Агась! И еще как! — говорил понь, прикладываясь к яблочной настойке.

Алексей лишь вяло отмахивался, просто боясь поступать так же. "Не такой же я мудак!?" — думал боец, вспоминая своего командира.

Но сегодня утром, проснувшись с похмельной головой и оглядев полное запустение в расположении, Скоков наконец решил.

— Да пошло оно всё... Заебали! Не хотите по-хорошему — будем по-плохому! — недовольно пробурчал боец, двигаясь к оружейке.

Забрав своё личное оружие и отправив Лиру, от греха подальше, на уборку в умывальник, Алексей двинулся к библиотеке.

Солдат смутно помнил, что ефрейтор с Пугачевым сегодня вроде собирались сходить в библиотеку, помочь Твайлайт в каких-то исследованиях по человеческой культуре...

— Леха, ты совсем съехал!? Убери автомат, придурок! — испуганно отходя назад, крикнул Лисин, глядя на приближающегося к нему солдата.

Впрочем, бойца мало волновали слова ефрейтора... Скоков уже плохо осознавал свои действия. "Нехрен с ними в бирюльки играть, пора уже..." — думал Скоков, пытаясь унять дрожь в руках.

Рядовой вовсе не собирался применять оружие на своего же сослуживца, но вот припугнуть...

— Слушай сюда... Либо ты сейчас мухой метнешся в казарму и начнешь работать, как все, либо я тебя... — начал было Скоков, но его прервал сильный удар чем-то железным по затылку. Боец, отшатнувшись и едва не завалившись на землю, ошарашенно обернулся... Но, не успел он ничего сообразить, как у него мгновенно отобрали автомат и добавили еще одним ударом в грудь.

— Совсем уже охуели!? — крикнул Лукин, сжимая в одной руке "Калашников", а в другой — "Кольт". В лейтенанта испуганно вперились несколько десятков пар глаз, явно ожидая чего-то нехорошего. Только какой-то пони, еле слышно шепнул своему другу:

— Ну наконец-то...

Лукин внимательно обвел взгядом своих бойцов и сплюнув, коротко скомандовал:

— В казарму, бегом марш! — и, взглянув на Лиру, уже тише добавил:

— Сходи, поищи Пугачева... Посмотрим, как он вилкой чистить будет...

Бойцы неуверенно переглянулись, явно не решаясь ни возвразить, ни подчиниться.

— За мной! В колонну по одному, становись! Че стоим? Приказ не слышали!? — безэмоционально скомандовал Кабанов и принялся подгонять своих товарищей.
"Капрала" откровенно порадовало появление командира.
"Теперь хоть посуду помоют..." — подумал боец, прежде чем повести солдат в сторону расположения.

Пятидесятая (Юбилейная) глава.

— Тащ лейтенант, ну как я буду вилкой-то чистить!? — ныл Скоков, скребя столовым прибором по тарелке.

— Руками, блять! Чисти-чисти! Засранец, работай давай! — буркнул я, закуривая "Перекур".

Фу, ну и мерзость... Прощайте лёгкие, блин! Ну да ладно, хоть что-то, не сено же курить!?

Как только мы с бойцами добрались до казармы, Сивира, видимо заслышав нас, вместе с Сэйли вышли из дома.

— Нечего кобылке смотреть на всё это! Лучше в "Сахарный уголок" сходим... Когда прекратишь тут сцены устраивать, тогда и заходи. Разговор есть... — многозначительно закончила младлей и двинулась в сторону Понивилля.

Ну, в принципе, она права... А то мелкая еще бояться меня начнет, пускай уж лучше сладкого поест, ей вроде нравится!

Блин, что-то быстро они спелись! Не думал, что Сивира сразу же начнет крутиться вокруг кобылки. Странно всё это... И что за разговор? Надеюсь, она не начнет канючить мол ребенку не место в казарме, тем более рядом со мной... Очень на это надеюсь!

Впрочем, за Сэйли я был спокоен — с младлеем она не пропадет. Хоть мне и не хотелось надолго оставлять её с Сивирой: мало ли чего она мелкой наговорит про меня? Да и к тому же, у меня были дела поважнее...

Как только Сивира на пару с Сэйли, скрылись за поворотом, я тут же принялся отдавать команды:

— Лисин, собираешь весь хлам в расположении, складываешь в мешок и выносишь на улицу! Кабанов, следи, чтобы эта скотина не халтурила! Кстати, мешки на помойку относить будешь ты. Так, теперь Скоков... — замолчал я, уставившись на пьяного бойца.

Рядовой неуверенно переминался на месте, ожидая своей участи.

— Любишь над Лирой прикалываться!? Ну это мы еще посмотрим... — веселым тоном обратился я к солдату, вспоминая про вилку.

Примерно через полчаса после начала ПХД пришли Пугачев и Лира. Не став выслушивать объяснения и оправдания бойца, я, не отвлекаясь от наблюдения за моющим посуду Скоковым, отослал рядового мыть полы в расположении. Реакция Пугачева на мой приказ была достаточно интересной: боец, видимо, собирался высказать мне что-то, но, заметив мою руку, как бы невзначай потянувшуюся к скалке, солдат быстро пошел за ведром.

Запустив процесс уборки дома и надавав подзатыльников, я собирался двинуться на поиски Сивиры.

За старшую решил оставить Лиру...

Удивление бойцов было неописуемо, но перечить моему приказу никто не осмеливался. Понаблюдав немного за тем, как единорожка с натянуто грозной мордой прикрикивает на бойцов, я, с трудом сдерживая смех, отправился в сторону городка.

— Шевелитесь! Что вы как сено безвольное!? — слышал я крики кобылки, выходя из дома.

Блин, когда я принимал её во "взвод" — мне и в голову не приходило, что от неё может быть какая-то польза, кроме моральной поддержки.

Хм, странная она всё же...

Ну да ладно, вряд ли её станут слушаться, но вот Кабанова... Здоровяк не даст в обиду кобылку, в этом я уверен. Да и к тому же ребята сами понимают, что накосячили, врят ли они будут сильно возбухать по поводу ПХД.

Вот только где этот "Сахарный Уголок"? Блин, сколько уже живу в этом городишке, а нихрена незнаю!

— Ладно... Найдем! — буркнул я, закуривая новую сигарету.

— Подождите... Это опять мне!? — удивленно спросила Сэйли, неуверенно глядя на поднос с кексами.

— Тебе! Кому же еще, глупенькая!? — весело воскликнула Пинки Пай, садясь за стол напротив кобылки и с интересом смотря на неё.

Сэйли была, конечно, рада сладостям, но не такому же количеству!? Не успели они с Сивирой зайти в кондитерскую, как странная розовая кобылка едва ли не насильно усадила их за стол и принялась пичкать сладким.

Младлей была явно не в восторге от такого внимания к их скромной компании, но отказываться не стала.
"На меня тут и так уже косо посматривают... Да и Сэйли не помешает съесть немного кексов...." — подумала ночная пони.

Она плохо поняла, что именно произошло с кобылкой, Лукин явно не решался рассказывать подробности при Сэйли. Но младлей прекрасно видела, что с малышкой произошло нечто ужасное…

Да и сама Сивира очень любила разного рода сладости, хоть и пыталась это скрывать. Кобылка думала, что любовь к конфетам и тому подобному — непозволительна для заместителя начальника гвардии.

Впрочем, несмотря на это, она всё равно незаметно для себя съела уже примерно три кекса и пару рулетиков....

Сэйли вздохнула, явно собираясь с силами и принялась за новую порцию вкусняшек, чем заметно порадовала Пинки.

— Правильно! Кто сладкого не ест — у того хвост облез! — весело сказала розовая пони и переключилась на Сивиру.

— А ты почему не ешь? Клыки мешают? — заинтересованно спросила кобылка.

Младлей поперхнулась. Её очень часто спрашивали подобное. Сивиру задевало такое отношение.
"Я такая же, как и все остальные пони!" — возмущенно думала кобылка, смотря на Пинки. Ей очень не нравилось, когда другие пони напоминали о различии их народов.

— Нет, не мешают... — недовольно буркнула кобылка, поглядев в сторону Сэйли, с трудом уминающую кексы.

— Но ведь они такие большие, как же они могут не мешать? — продолжала допытыватся Пинки.

Сивира уже хотела сказать что-нибудь резкое в адрес надоедливой кобылки, но её прервала открывшаяся дверь. Розовая пони, взглянув в сторону входа, вдруг резко вскочила и заорала:

— Нет! Только не снова! Я не отдам тебе свой барабан!

И не успела младлей хоть как-то среагировать, как Пинки Пай побежала в сторону лестницы на второй этаж.

— Мой барабанчик, я спасу тебя! — крикнула странная кобылка, взбегая по лестнице.

Сивира с Сэйли проводили удивленными взглядами розовую пони и одновременно обернулись на дверь.

В проёме, согнувшись, стоял Лукин и удивленно смотрел на лестницу.

— Черт, и почему мне так везет на ненормальных... — буркнул себе под нос лейтенант, заходя внутрь.

— Хм... Не ожидала от тебя подобного... — тихо сказала Сивира, поежившись от ночной прохлады.

А ведь уже осень... Хм, интересно, а зимой у них много снега выпадает? Не думаю...

Черт! А ведь у нас зимней одежды то и нет! Ё-мое, надо будет Лисину сказать, чтобы вместе с Рэрити какие-нибудь бушлаты сшили. А то получить обморожение по причине собственного раздолбайства мне совсем не хочется!

Немного посомневавшись, я все же, с трудом, снял с себя китель и протянул кобылке. Мужик я или что? Ну не мерзнуть же ей?

Кобылка, всё еще пораженная моим рассказом о событиях в "Чистом Сене", неуверенно взяла китель в зубы. Ловким движением накинув его себе на спину, она смущенно кивнула и сказала:

— Спасибо...

Вставив сигарету в зубы, я кивнул и, чиркнув зажигалкой, спросил:

— В смысле? Ты не ожидала чего?

Младлей неопределенно взмахнула копытом, и, осмотревшись по сторонам, как-то тихо сказала:

— Ну... Это был правильный поступок. Для тебя... Прости, но даже я была о тебе не слишком высокого мнения.

Ну охренеть теперь! Опять из меня какого-то ублюдка лепят! А как я еще мог поступить? Поубивать там всех, или, еще лучше, присоединится к Лере!? Совсем рехнулась!?
"Блин, да хрен бы с ней" — обиженно подумал я, оглядывая ночную яблоневую рощицу. Сидеть здесь было не очень комфортно, но уж лучше прохладный ветер, чем заставлять Сэйли во второй раз переживать случившееся. Да и остаться наедине с Сивирой... Блин, опять меня понесло!

— Извини, мы ведь друзья. Я должна была быть лучшего мнения о тебе... — извиняющимся тоном пробормотала младлей, плотнее укутываясь в китель.

На мгновение мне показалось, что она будто бы принюхивалась к моей одежде. Странно...

— Кстати... Могу я... Кхм, можно я буду навещать Сэйли? — напряженно посмотрев на меня, спросила кобылка.

— Ну да, почему бы и нет... В конце концов, ты ей вроде понравилась! — ответил я, ухмыльнувшись.

Блин, это что же получится? Я буду за папу, а младлей за маму.... Ё-мое, никогда бы не подумал, что удочерю цветастую лошадь. Дожил, блин!

Еще с полчаса мы просидели с Сивирой, обсуждая, куда лучше всего будет сводить жеребенка завтра. Младлей настаивала на библиотеке, мол там книжки и всё такое... Блин, ну нахрена подростку книжки!? Уж лучше еще раз сходить с ней в кондитерскую или, на худой конец, из негритянской "берданки" пострелять, чем заставлять мелкую слушать пространные лекции Твайлайт.

В итоге мы сошлись на компромиссе. Сводить кобылку в школу — не самая плохая идея. Может, и товарищей себе найдет? Только надо будет как-то замаскировать её раны, а то детишки начнут расспрашивать... Да уж, надо будет постараться.

Сойдясь на школе, мы решили сворачиваться и расходиться по домам, а то уже поздновато как-то.

Вернув мне китель, Сивира, смущенно помявшись, встала на задние копыта и обняла меня.

Ух, ё-мое... Черт, ощущать её теплый нос на своей, почти не прикрытой груди и прижиматься к её теплому, мягкому телу, было на удивление приятно...
"Так, отставить! Отставить, я сказал!" — судорожно пытался я остановить нахлынувший поток пошлых мыслей.

Кое-как, борясь с собой, я приобнял младлея, легонько потрепал её за гриву и буркнул:

— Ну ладно, давай... До завтра!

Кобылка отстранилась от меня, покраснела и, не говоря ни слова, помахала мне копытом и, взмахнув крыльями, полетела в сторону городка.

Блин, что это сейчас было!? Неужели это то, о чем я подумал!? Ё-мое...

Хм, интересно, а это прикольно? Ну в смысле летать? Надо будет поинтересоваться...

С такими мыслями я направился в расположение.

В доме уже все дрыхли. Даже Сэйли, тихонько посапывая, спала на кроватке в углу моей комнаты. Блин, и когда они успели кровать сюда притащить!?

И где они её взяли, купили что ли? А хотя... Хм, а ребята то молодцы! Всё-таки зря я переживал по поводу их возможной реакции на мелкую. Вроде хорошо отнеслись... Только Кабанов, блин, зараза такая! Чуть не закормил беднягу за ужином... Хорошо хоть я успел вмешаться, а то черт его знает, что случилось бы с беднягой, съевшей за сегодня целую гору сладостей, да еще и под вечер умявшую целый тазик тертых яблок с сахаром.

Странно, что мелкая настояла на том, что хочет спать в моей комнате... Наверное, побоялась, что "капрал" посреди ночи попробует закормить её до смерти.

Надо будет побеседовать с бойцом по поводу его внезапно открывшегося материнского инстинкта. А то задолбал уже, чесслово!

Немного помявшись, я лег на свою койку, не раздеваясь и стараясь не потревожить Сэйли.
"День прошел — и хуй бы с ним... Завтра будет день опять, ну и в рот его ебать!" — подумал я, закрывая глаза.

Не успел я задремать, как услышал какие-то постукивания в окно.

— Что еще за хрень!? — прошептал я, испуганно вскакивая с кровати и расстегивая кобуру.

В окне никого не было... Блин, стремно что-то.

Взяв "Кольт" в руки, я акуратно приблизился к окну. Распахнув створки, я чуть не завизжал как маленькая школьница.

Не успели оконные створки распахнуться, как в проём "залетела" огромная, зеленая морда.

— Привет, надеюсь не разбудил? — вежливо произнес Валентин, с интересом осматривая комнату.

Твою же мать! Только этого мне еще не хватало! Блин, в этом мире долбанутых лошадей ненормальные абсолютно все! Даже древние драконы... Блин, и чего ему надо!? Опять что ли чаем своим поить собрался!? Черт... Ну охренеть теперь!

Глава пятьдесят первая.

— Странно... — пробормотал Кабанов, оглядывая пустую кровать лейтенанта.
"Ладно, может куда пошел... К мыше своей что ли?" — подумал "капрал", устремляясь на кухню.

Было еще ранее утро, бойцы, как и Сэйли, еще не проснулись, и Кабанов решил по — быстрому приготовить завтрак и двинуть в библиотеку.
"Твайли, наверное, злится..." — грустно хмыкнул здоровяк, счищая кожуру с картофеля.

Еще вчера "капрал" вместе с сослуживцами должны были помочь единорожке с её докладом по человеческой культуре. Кобылка хотела представить её на ежегодный, научный съезд в Кантерлоте... Фиолетовая пони просто подпрыгивала на месте в предвкушении возможной реакции участников съезда на её доклад.

— В этом году на съезде я буду не просто гостем, а самым настоящим участником! Да еще и с такой интересной темой! — радостно говорила Твайлайт своим помощникам.

Спайк, так же как и Кабанов, были рады за единорожку, но её суетливая работа над докладом их откровенно раздражала.

Даже дракончик, будучи уже не первый год в ассистентах у ученой кобылки, не мог скрыть своё негодование:

— Съезд не съезд... Зачем ночью-то так шуметь? — обиженно фыркал коротышка, с сонным видом помогавший Твайли с её проектом.

Только "капрал" не выражал никаких негативных эмоций, а с видом поклонника феназепама спокойно отвечал на бесконечные вопросы единорожки.
"Ученые, что с них взять?" — флегматично размышлял Кабанов, засыпая картошку вместе с овощами в кастрюлю. Сегодня на завтрак будет какое-то подобие овощного рагу... "Чертовы овощи!". Бойца, как впрочем, и всех остальных людей, жутко раздражало отсутствие в их рационе мяса.

Когда Кабанов закончил с готовкой, в доме никто так и не проснулся.

— Сэйли побольше оставил... Ну и ладно. Потом подогреют, наверное... — хмыкнул младший сержант и, быстро позавтракав, двинул в сторону библиотеки.

Почти каждый его день начинался по давно заложенной колее.

Умыться, приготовить поесть, быстро расправиться со своей порицией и пойти в библиотеку. Иногда по дороге здоровяк с трудом протискивался в "Сахарный уголок" чтобы перехватить немного вкусняшек для Твайлайт... Ну и себе со Спайком немного. Супружеская пара Кейков не очень любила "капрала". Каждый раз когда он заходил в кондитерскую, им казалось что здание вот-вот развалится... Только Пинки Пай была рада новому знакомому. Кобылка едва ли не насильно совала в руки человеку целые мешки со сладостями.

— Твайли ест слишком мало шоколада... Мало шоколада — мало веселья! Веселье всем и каждому! Уиии!!! — примерно так говорила розовая пони, провожая Кабанова до выхода.
"Веселье всем и каждому... Коммунистка наверное..." — думал "капрал". Когда боец общался с этой странноватой кобылкой, то почему-то всегда вспоминал отца.

Кабанов был родом из совсем небольшой деревеньки из Смоленской области. С развалом Союза и без того небольшой населенный пункт окончательно захирел.

Только благодаря отцу Владимира деревня не вымерла окончательно. С помощью старых связей, его отцу удалось открыть в деревушке небольшую ферму по разведению лошадей, а заодно и пони.

У Родислава Ивановича Кабанова привязанность к меринам сформировалась еще в молодости, когда он служил кавалеристом в красной армии еще во время войны.

Закончив войну в Будапеште, Родислав, вернулся в свою родную деревню. Почти всю жизнь он, как убежденный коммунист, честно проработал механиком в колхозе "Красный Партизан". Человек он был достаточно замкнутый, нелюдимый... Только выйдя на пенсию, он все же женился, на местной ветеринарше. Несмотря на свой уже приличный возвраст ветерану всё-же удалось зачать сына.. И всё было бы хорошо, да только вот коммунизм "отменили"...

Деревушка резко стала никому не нужна, народ повалил оттуда толпой, остались только самые старые, да упёртые. Но Кабановы решили, что их место здесь...

Воспользовавшись своими старыми, еще армейскими, связями Родиславу удалось прикупить небольшой табунлошадей вместе с несколькими пони и преобразовать здешнюю конюшню, в коневодческое хозяйство.

— Колхоз будет жить! — говорил Кабанов старший, на вопросы зачем ему всё это?

Собственно, эта ферма — единственное, что держало деревушку от окончательного запустения. Благо Москва и Смоленск были недалеко и городские предприниматели с охотой покупали лошадок — детишек в парках катать или еще куда...

Владимир был единственным ребенком в семье... Да что там семье!? В деревне не было никого моложе сорока! Мальчик даже в школу никогда не ходил. Хорошо, что мать, будучи образованным человеком, смогла научить сына, руководствуясь школьной программой. Аттестат смогли просто купить, в те годы это не представляло особой проблемы, лишь бы деньги были.

Поскольку сверстников у мальчика не было, то и дружбу он водил не с людьми вовсе, а с пони. Владимир очень любил этих забавных существ, даже несмотря на то, что они были довольно-таки агрессивными.

— Их же вывели, чтобы уголь в шахтах таскать... Ага! — объяснял отец, повадки своих "подопечных".

Но младшего совсем не смущала возможность лишиться кисти руки во время игры со своими непарнокопытными "друзьями".

Так и прожил бы свою жизнь Кабанов-младший, спокойно проведя её в деревне, да разводя пони, если бы не смерть отца.

После ухода из жизни своего основателя ферма пришла в упадок — работников не хватало, да и конкурентов прибавилось — не то, что в девяностых...

Мать Владимира продала предприятие и на вырученные деньги пристроила сына в Москву, в сельско-хозяйственный университет. Правда, спокойно проучиться Кабанову не позволили даже деньги. Будучи простым, незакомплексованным парнем, он никогда не скрывал своего мнения и все высказывал прямо в лицо.

Собственно в армию он из за этого и попал — честно признался проверочной комиссии, что в школе никогда не учился и что в университет попал только благодаря деньгам....

Впрочем, в армии Кабанову понравилось... Всего-то делай, что говорят, да молчи пока не спросят! Да и коллектив... У бойца никогда не было друзей, а тут...

К Кабанову все относились хорошо: свой призыв — потому что простой и честный, а старослужащие — потому что боялись внушительных размеров "духа".

Даже взводный ценил Владимира за исполнительность и как только освободилось место заместителя командира взвода, тут же опредилил Кабанова на эту должность.

Боец совсем не скучал по дому, да и друзей на гражданке у него никогда не было.

Но вот Замуруев... Боец частенько тайком пробирался на могилу товарища. Владимиру очень не хотелось что бы его сочли "вафлей" из за тоски по другу.

Алексей Андреевич Замуруев, несмотря на своё высшее педагогическое образование, быстро сошелся с плохо образованным и простоватым здоровяком.

Кабанову нравилось слушать своего "заумного" товарища, а Замуруев был педагогом по призванию и ему очень импонировал такой хороший ученик как Владимир. Они много времени проводили вдвоем, в расположении, в нарядах... Да вообще везде! Даже спали на одной двухярусной койке!

В их компанию более-менее затесался Шепилов, но боец не любил вспоминать об этом.

Кабанову было очень трудно поверить, что можно вот так просто, бросить своего товарища и сбежать... А потом еще и сдать весь отряд! Для "капрала" Шепилов умер, еще до того как его расстрелял лейтенант.

Возможно, Кабанов сломался бы из за потери двух друзей, но работа в библиотеке не позволила. Эти разноцветные лошадки напоминали ему тех самых пони, с которыми боец провел своё детство. Да и Твайлайт своей заумностью очень походила на Замуруева...
"Может, именно поэтому мне здесь так нравится?" — подумал Кабанов заходя в библиотеку.

В зале никого не было...

— Эй, Твайли, Спайк! Я пришел, где вы есть-то... — крикнул Владимир проходя в дом.

В библиотеке ничего не изменилось. Книги были аккуратно расставлены по полкам и только большая стопка листов бумаги на письменном столике, рядом с чайной чашкой, говорила о том, что ночью здесь кипела работа.
"Опять допоздна сидела!" — недовольно подумал "капрал" направляясь на кухню, чтобы положить сладости в буфет.

Осуществить задуманное ему не позволил Спайк. Дракончик сидел за столом на кухне с жутко печальной мордой.

— Э-эм, ты в порядке? — осведомился Кабанов, неуверенно оглядывая помещение в поисках "своего" стула.

Вес Владимира был весьма внушителен даже по человеческим меркам, и овощная диета этого так и не смогла исправить. Поэтому ему пришлось принести стул из дома, иначе бы в библиотеке ни одного сидячего места не осталось...

— Ага... — как-то грустно буркнул дракончик.
"Что-то не похоже, может съел чего не то?" — подумал "капрал".

Кабанов, немного помявшись, приблизился к столу и положил мешочек со сладостями на стол.

— На вот... Конфет покушай. — буркнул "капрал".

— Спасибо, не хочу. — тихо сказал Спайк, отворачиваясь в сторону окна.

Кабанов приблизился в сторону кухонной плиты и наполнив чайник, поставил его на огонь.
"С ним точно что-то не так... Даже шоколада не хочет!" — удивлялся боец отсутствию апетита у своего товарища.

— Кхм... Нет, с тобой точно что-то случилось! — обратился солдат к Спайку и не обращая внимание на его недовольное фырканье, аккуратно сел на пару стульев.

Дракончик уже хотел что-то раздраженно ответить, но осекся и вновь повернулся к окну.

— Ты ведь знаешь Рэрити? — как-то безэмоционально спросил коротышка.

— Ну да. — буркнул Кабанов, внимательно следя за дракончиком.

Боец плохо понимал к чему он клонит.

— Вчера... Вчера я позвал её на свидание... — все так-же тихо продолжил Спайк.

Владимир кивнул. Ему было известно о симпатии своего напарника к подруге Твайлайт.

— Она сказала, что я слишком маленький... Даже не восприняла меня всерьез! — с обидой выпалил дракончик.
"Капрал" задумчиво почесал небритый подбородок. Ему было откровенно жаль Спайка... Кабанов смутно понимал его, но всё же представлял себе чувства дракончика, когда его отвергли.

— Ну... Может я могу помочь? — неуверенно произнес солдат.

— Можешь!? — с надеждой в голосе воскликнул Спайк, да так, что Кабанов испуганно дернулся....

Стулья не выдержали испуганного движения здоровяка и с треском поломались, заставляя бойца упасть на пол.

— Блин, больно.... — буркнул "капрал", вставая с обломков и потирая копчик.

— Могу, не могу... В армии есть такое слово — “надо”! Ну, а если надо — значит, могу... Наверное. — спокойным тоном сказал рыжий, приближаясь к свистящему чайнику.
"Не дело это — за пустым столом сидеть" — думал боец, разливая кипяток по кружкам.

Пятьдесят вторая глава.

— Хм... А ты уверен, что это здесь? По-моему, это просто какие-то ямы... — сомневаясь, протянул Кабанов, заглядывая в дыру в земле.

Поежившись от ночной прохлады, боец оторвался от созерцания темной впадины в земле и повернулся к дракончику.

— Да, это точно здесь! Я-то помню! — с наигранной уверенностью в голосе ответил Спайк.

Откровенно говоря, он никогда бы не осмелился сунуться в логово алмазных псов. Но вместе с Кабановым...

Здоровяк представлял собой силу, способную одним своим видом запугать "плохишей".

На самом деле, Спайку вовсе не хотелось идти на преступление. Дракончик прекрасно понимал, что на самом деле их затея, зовется грабежом.

Но ради Рэрити малец был готов почти на всё ... Ради того, чтобы доказать ей, да и себе, свою зрелость, самодостаточность и мужество, коротышка был готов на многое.
"Ведь воровать у воров — это не преступление! Это... Конкуренция! Да и подумаешь, возьмем несколько красивых камушков... Делов-то!" — мысленно подбадривал сам себя Спайк.

Когда Кабанов предложил свою помощь, дракончик удивился. Но когда здоровяк выслушав идею Спайка, относительно алмазных псов, всё равно согласился, фиолетовый ящер опешил.
"Ему что, совсем не страшно!? Может он просто не знает что это за псы такие? Да и как так можно вот так просто взять и согласится на преступление!? — ошарашенно думал дракончик, глядя как рыжий парень спокойно пьет чай, будто бы он только что согласился помочь с покупками, а не подписался на опасную авантюру...

Впрочем, "капрал" не разделял переживаний своего товарища по поводу предстоящего "дела".
"Прийти, припугнуть, забрать, уйти... Чего тут сложного? Тем более, что они и сами бандиты... Наверное." — размышлял Кабанов, спокойно сидя за столом в ожидании когда его "начальница" проснется.

Этой ночью Твайлайт опять засиделась допоздна, разбирая накопившийся материал. Она, конечно, могла попросить Спайка о помощи — так было бы быстрее, но кобылке совсем не хотелось тревожить и без того уставшего помощника.

Когда единорожка наконец продрала глаза и спустилась на кухню, то обнаружила своих ассистентов за какими-то подозрительными разговорами.

Но Твайлайт не придала этому значения — мало ли что спросонья покажется... Да и дел еще куча! В Кантерлот нужно ехать уже послезавтра, а доклад готов примерно только на две-трети!

С трудом кобылке всё-же удалось отказатся от предложенного завтрака, но от чая отвертеться не вышло...

— Нечего на пустой желудок фигней страдать! Тьфу, то есть наукой... — пробормотал извиняющимся тоном здоровяк, заметив неодобрительный взгляд единорожки.

Возможно, кобылка так и не простила бойца за его нелестные высказывания о её работе и, быстро выпив чай с порцией кексов, начала "допрос".
"Интересно, а у командира с той мышкой то же самое что у Лисина с Черили? Хм, было бы забавно... Наверное." — флегматично думал здоровяк, сидя на своем стуле в библиотечном зале и спокойно отвечая на бесконечный поток вопросов.
"Хм, а чем кормят на этом съезде? Надеюсь Твайли не будет бродить там голодной... Нужно будет ей что нибудь в дорогу собрать!" — продолжал свои рассуждения младший сержант, пока Твайлайт записывала его ответы.

За своими размышлениями боец не заметил что единорожка вдруг отложила в сторону письменные принадлежности и как-то неуверенно взглянув на парня.

Немного помедлив, словно не решаясь начать, Твайлайт всё же собралась с силами и, кашлянув, заговорила:

— Слушай... А вот почему... Как бы это сказать? — "начальница" замолчала, задумавшись.

Кабанов внимательно посмотрел на единорожку, ожидая продолжения.

— Ну, вот ты и твои друзья, как-то сразу хорошо поладили с нами... Ну то есть, с пони! А почему Лукин — нет? — смущенно спросила Твайлайт, напряженно ожидая реакции человека.

Кобылке совсем не хотелось его обидеть, но если уж она взялась изучать человеческую культуру, то понять хотя бы основы их психологии просто необходимо!

Боец задумчиво почесал подбородок.

— Ну... Он ведь офицер... Профессиональный военный, наверное поэтому... — неуверенно ответил Владимир.

— Да, но почему он не похож на вас? То есть по поведению... Вы ведь тоже военные? — не унималась единорожка.

— Ну я же говорю, он профессиональный военный! Работа у него такая... А мы, типа, временные... Наверное... — задумчиво сказал Кабанов и глянул на Спайка, что возился возле книжных полок.

— Но ведь в Эквестрии тоже есть офицеры! И они ведут себя совсем иначе! — выпалила Твайлайт, позабыв про манеры.

— Они ведь не настоящие офицеры... — смущенно буркнул рыжий, и с виноватым видом развел руками.

Ему очень не хотелось обижать кобылку, но как сказать иначе, он не знал.

— Как это — "ненастоящие"!? — недовольно переспросила Твайли.

Единорожка слишком близко приняла слова Кабанова.
"Шайнинг что, получается "ненастоящий"?" — возмущенно подумала она.

— Но ведь у вас нет войн... Да и армия игрушечная... — спокойно ответил человек.

Фиолетовая пони уже хотела разозлится из за невнятных ответов парня, но её прервал настойчивый стук в дверь.

Не желая отвлекать Спайка от сортировки книг и боясь что солдат опять сломает дверь, кобылка нехотя вышла из за стола и подошла к входной двери.

— О, привет, Твай! Кхм... Слушай, у меня тут проблемка небольшая... — с наигранной улыбкой обратилась Рэйнбоу Дэш.
"Ох, сено! Ну почему всё всегда так не вовремя!?" — с грустью подумала Твайлайт. Но отказать в просьбе своей подруге она не могла.

— Странно... Твайлайт обещала вернуться к вечеру... — задумчиво протянул дракончик, глядя на часы.

Время приближалось к полуночи, а единорожки всё еще не было.
"Хм, она вроде говорила, что хочет зайти по какому-то делу к Лукину... Может с той, новенькой кобылкой познакомится пошла?" — размышлял дракончик о целях своей "начальницы".

— Это самое... Нам бы уже идти пора... Наверное... — неуверенно буркнул Кабанов, отворачиваясь от окна и подходя к Спайку.

Хмыкнув, маленький ящер подошел к письменному столу и, взяв в лапы чернильное перо, принялся записывать на бумаге:
"Твайлайт, я с Владимиром пошли на ферму к Биг Маку и Скокову. К утру вернемся, Спайк."
"Ну нельзя же заставлять её волноваться!?" — подумал коротышка и, отложив перо, подошел к здоровяку.

— Ну что, пойдем уже... — с наигранным безразличием в голосе произнес дракончик.

Спайку было не по себе от предстоящего приключения... Даже при условии что он будет не один, ящеру всё равно было жутко от одной мысли что он окажется глубоко под землей, в жилище алмазных псов..."
Впрочем, Кабанов совсем не разделял переживания своего товарища и, подхватив небольшой мешочеч, двинулся к выходу.

— Помоему, я не пролезу... — протянул рыжий, неуверенно косясь на фиолетового коротышку.

— Пролезешь! Пролезешь, не волнуйся! — подбодрил, здоровяка Спайк.
"А ведь если он и вправду не пролезет... Ох Селестия..." — ящеру, очень хотелось чтобы Кабанов всё-же смог пролезть в этой норе.

Одному лезть в логову алмазных псов... Это было последнее что мог пожелать дракончик.

— Ну раз пролезу... — хмыкнул Владимир и затянувшись пару раз, отправил окурок в полет.

— Короче, я пошел... — флегматичным голосом буркнул "капрал" и немного повздыхав, начал спускаться вниз.

Не успел Спайк ничего сказать, как боец уже скрылся в яме.

Из тоннеля доносились лишь кряхтения и тихие ругательтва... Судя по всему, солдату всё-же удалось втиснуться в довольно узкий лаз.

Вздохнув и оглядевшись по сторонам, ассистент Твайлайт, собрался с мыслями и последовал примеру здоровяка.
"Как бы не застрять..." — подумал рыжий ползя по тоннелю и попутно вспоминая сказку про Винни-Пуха.

Но к радости бойца, спуск прошел благополучно, если не считать того, что вся одежда бойца, перепачкалась в земле...

Впрочем, не успел Кабанов перевести дух и осмотреться, как из тоннеля прямо на него, с диким воплем, вывалился Спайк.

— Извини... Я сорвался. Скользко... — тихо попросил прощения дракончик, слезая с завалившегося здоровяка.

— Бывает... — пропыхтел Владимир, медленно вставая и отряхивая форму.
"Ну вот, опять лейтенант ругаться будет...” — с грустью подумал рыжий представляя в каком виде сейчас его одежда и пытаясь предугадать реакцию своего командира.

Не успел Кабанов толком погоревать над “убитой формой” как Спайк как-то нервно зашептал:

— Смотри! Свет!

Приглядевшись вперед, боец заметил примерно в тридцати метрах впереди них, всполохи пламени, будто от костра.

— И правда... Ну так, пойдем, что ли? — буркнул боец и не дожидаясь ответа, медленно двинулся в сторону света.

Дракончик чуть поежился, то ли — от подземного холода, то ли — от нехороших предчувствий, и медленно двинулся вслед за здоровяком.

Оглядывая окружающую их тьму, коротышка уже начал сомеваться что эта вылазка, была хорошей идеей...
“Не думаю что алмазные псы, просто так, возьмут и согласятся поделится своим добром... Ох Селестия, и о чем я только думал!?” — проносилось в голове у нервничающего дракончика. Но идти на попятную было уже поздно. Ударить лицов в грязь перед своим напарником, Спайку не давала гордость...

— Ох, ну нихера себе! — прервал сомнения коротышки, голос Кабанова.

За своими размышлениями, ящер не заметил как они вошли в огромный подземный зал, освещенный огнем факелов, висящих по стенам. Но удивило дракончика не это...

Прямо в центре зала, переливаясь от всполохов пламени, находилась громадная куча драгоценностей.

Не успел Владимир ничего сказать, как Спайк, не в силах бороться с искушением, подбежал к сокровищам и, с довольной мордой, позабыв про всё на свете, принялся поглощать блестящие камни.

— Эм, а зачем ты драгоценности кушаешь!? Это же камни! Смотри, ведь живот болеть будет... — неуверенно протянул боец, явно удивленный этой сценой.

Но обжору это мало волновало.
“Ну я ведь совсем чуть-чуть... Всё равно ведь Рэрити надо будет самый лучший откопать! Вот и отсею те что помельче...” — думал дракончил проглатывая довольно крупный рубин.

— Малец, ты бы послушал дядю, а то ведь и вправду, животик болеть будет... — раздался чей-то голос сверху.

Спайк удивленно поднял голову, и в ту же секунду отскочил от сокровищ. Коротышка попытался пятится дальше, но не вышло, он запнулся обо что-то на земле и плюхнулся на задницу.

— Д-д-дракон... — еле выдавил из себя ящер.

— Еда... — буркнул дракон, осматривая “грабителей”.

— Ох, ну нихрена себе чудище! — удивленно буркнул Кабанов, рассматривая спускаивающегося откуда-то сверху монстра.

Опустившись возле драгоценностей, дракон замер, с интересом осматривая “гостей”.

— Так... Это что у нас тут получается... — протянуло чудище оглянувшись назад и смерив взглядом своё имущество.

— Проникновение в чужое жилище... Воровство, да еще и оскорбления! Я звоню в... Как её? Монация? Мониция... Милиция! Точно, звоню в милицию! — каким-то странным тоном произнес Валентин, с трудом вспомнив слово из древней книжки, что он однажды прочел.

Пятьдесят третья глава.

— Становись! Отставить! Вспышка слева! Слева, я сказал! Спайк, куда ты ломишься!? Где у тебя правая рука... Тьфу, лапа!? — прикрикивал я на Кабанова с дракончиком.

— Тащ лейтенант, ну мы это... Всё поняли, короче... — пропыхтел задыхающийся "капрал", лежа на земле.

— Лукин, ну серьезно, ну что такого-то!? — поддержал своего подельника Спайк.

Не спеша достав из кармана "нормальные" сигареты и закурив, я обратился к "грабителям":

— Что такого? Да вы ёбнутые! Ромео херовы! Ладно, этот мелкий... Кабанов, мать твою, ты-то о чем думал!? А если бы он вас сожрал!? Вы хоть понимаете, как вам повезло, придурки!? — как можно доходчивей постарался я объяснить этим дегенератам их просчет.

Блин, ну что за день!? Я уже вторые сутки на ногах... Думал — вернусь от Валентина, посплю — да хрен там! Сначала Сивира, затем Твайлайт, потом вот, эти два умника!

Везет тебе, лейтенант...

Причина моего раздражения крылась не только в недосыпе, но и в недавних событиях.

Ночью мне с трудом удалось предотвратить всеобщую панику. Эти несчастные лошадки обделались бы на месте, если бы увидели эту крылатую махину в городе…

Но дракона, видимо, это мало волновало...

Кое-как, едва ли не пинками, я всё же увел Валентина в сторону леса, подальше от городка. Крылатой махине явно не нравилось такое к нему отношение и всю дорогу он что-то бубнил про хреновое гостеприимство:

— Я тебе и чайку, и амулетик, а ты!? Тьфу, да еще и с этими пони живешь... Ну что ты за человек после этого? — обиженно бурчал монстр, пока мы уходили подальше от дома.

Когда я наконец задал главный вопрос, на кой ляд он приперся посреди ночи и как он вообще оказался в Понивилле, дракон сплюнул и раздраженным тоном, словно с дебилом разговаривал, ответил:

— А крылья мне зачем? Просто так, для девиации... Девальвации... Декорации, точно, декорации! Взял да прилетел, разве не ясно?

Кое-как увернувшись от плевков этой махины, я злобно рявкнул:

— А нахера!? В смысле — что ты тут забыл!?

Меня откровенно раздражала его манера себя вести. Он же дракон, мать его! А ведет себя как дебильный, шестнадцатилетний подросток!

Валя удивленно взглянул на меня и, сплюнув еще раз, обиженно ответил:

— Что значит, забыл!? А в гости!? Почему ты не пригласил меня в гости!? Тьфу, невоспитанный, бескультурный виверн! Тьфу, варен! То есть, варвар! Да точно, варвар! А теперь еще и выгоняешь... — печально закончил Валентин.

Че-его!? Он что, вправду обиделся!? Ну охренеть теперь...

— Блин, какие нахрен гости? Ты ко мне в дом не поместишься! Да и вообще, ты хоть понимаешь что будет если тебя местные увидят!? Да это же... — начал я оправдываться, но крылатое чудище похоже мало волновали обстоятельства.

Сплюнув еще раз, едва-ли не на меня Валентин резко прервал меня.

— Ну так пошли ко мне! Я тут местных немного потеснил... Чайку выпьем, за жизнь поговорим! — весело предложил дракон.

Да он совсем больной... Какой, нахрен, чай!? Он меня что, отравить хочет? Или задолбать? Блин, как же меня всё это достало...

Я молча достал "Перекур". С видимым отвращением, неохоно вставил "сигарету" в зубы и закурил.

Хм, а ведь он наверное самый старый дракон во всей этой Эквестрии... Да что там дракон!? Он же был вместе с той инопланетной хренью! Твою же мать, да он вообще самое старое существо, что когда-либо бродило по этой планете! А я его нахер посылаю... Ну почему я такой дебил!?

— Кхм... А почему от этих сигарет так воняет? В прошлый раз, вроде лучше пахло... — прервал мои размышления, вопрос Валентина.

— Кончились, теперь вот "Перекур" долблю. — не задумываясь ответил я.

Блин, что бы у него такого спросить... В каком году была война? На территории какой страны мы сейчас находимся? И сколько же лет прошло с тех пор?

Столько вопросов…

— Кончились... А у меня вроде несколько коробок валяется... Хочешь — подарю? — вновь прервал мои мысли дракон.

Он курит что ли!?

— У тебя есть сигареты!? В смысле... Нормальные сигареты!? — со смесью удивления и надежды спросил я.

Валентин кивнул.

Так, все сомнения отменяются за ненадобностью!

— Ну пошли тогда, попьем твоего чаю... — как можно вежливей сказал я.

Монстр, как-то странно посмотрел на меня, радостно взмахнул крыльями и произнес:

— Вот это другой разговор! Только это... Пойдем пешком! На спине я никого катать не собираюсь... Не лошадь какая-нибудь! — с важным видом закончил дракон и не спеша двинулся вглубь леса.

Ну, может для него-то и не спеша, а вот мне чуть ли не бежать пришлось... Хорошо быть здоровенным! Твою мать, ну почему я не дракон!?

Ходи где хочешь, делай что хочешь, и никто тебе не указ!

Стоп... А я разве не так же делаю? Блин…

Ну, у него хотя бы крылья есть! Ну и...

— У тебя вроде какие-то проблемы были? Ну возле моей землянки, ты говорил, деревушка была? И баба там какая-то... — прервал мои фантазии Валентин.

Дракону было явно скучно идти в тишине. Странный он. Хотя, я бы тоже башкой двинулся если бы проспал несколько тысяч лет! Да еще и в яме какой-то...

С трудом поравнявшись с драконом, я начал рассказывать недавние события, попутно удивившись его способности к маневрированию между деревьями.

Весь путь я рассказывал Валентину про Леру, двух ёбнутых кобыл и про тот пиздец, что творился в подвале…

Странно, но по всей видимости Вале было глубоко насрать. Он что, и правда так сильно презирает этих лошадок, раз ему всё равно?

Хотя… Ему же хренова тонна лет, он и не такое видел, наверное…

— Завтра... То есть, уже сегодня днем, поведу её в школу... Только надо какую-нибудь одежду прикупить, ну чтобы обрубков видно не было…- подходил я к концу рассказа.

— Пришли! — прервал мою историю крылатый монстр.

Я остановился и уставился на здоровенную дыру в небольшом холме. Этот "тоннель" вел куда-то вглубь земли…

Да ну нафиг! Там темно как заднице, не полезу, даже не просите! Но Валентина видимо совсем не смущала темнота.

Не став ждать моей реакции на этот "парадный вход", дракон двинулся внутрь тоннеля.

— Блин... — буркнул я и пошел вслед за своим "проводником".

Ударить в грязь, даже перед этим психом, мне совсем не хотелось.

Черт, темно как в жопе... А у меня и фонарика с собой нет! Стремно как-то... Сейчас заведет куда и сожрет нахрен!

Хотя… Хотел бы сожрать, то зачем ему меня куда-то вести? Можно подумать, я со своим "Кольтом" смогу что-то сделать этой махине! Вот была бы у меня КСВК...

Не успел я помечтать о обладании мощной противоснайперской винтовкой, как Валя остановился, и словно о чем-то задумался.

— Ага, сойдет... — буркул дракон и подобрал что-то с земли.

Секунду спустя тьма расступилась под напором света от пламени, что изрыгнул из себя Валентин.

— На, держи! А то, наверное, уже обделался от страху-то! — дракон, с ехидной ухмылкой протянул мне какую-то дубину, облитую какой-то горящей слизью...

Охренеть! Черт, я тоже так хочу! Все таки классно быть драконом…

Взяв в руки “факел” я брезгливо поморщился.

Фу, мерзость! И как она только гореть может? Это даже не слизь, а какие-то сопли! Стоп...

— Погоди-ка, ты что, напалмом плюешься!? — ошарашенно сказал я в спину удаляющемуся монстру.

— Ага! Знаешь, самое тяжелое, это когда я простужусь... Насморк, знаешь ли... — спокойным тоном ответил Валентин.

Ну нихрена себе! Теперь я понимаю почему он не курит... Всё, отставить свои фантазии на тему драконов! Уж лучше человеком быть. Мне хоть в случае насморка не нужно будет с собой огнетушитель таскать...

Остаток пути прошел без происшествий. Валя всю дорогу что-то бубнил про каких-то собак, мол они ему спать мешали и он этих псин немного того, сожрал...

— Не всех конечно... Не вкусные они! Вот мантикоры... М-м-м, надо будет тебя угостить, у меня еще полтушки осталось! — веселым голосом говорил дракон.

Точно ненормальный... Хотя, от мяса я бы не отказался! Блин, всё таки не зря сюда пошел! Интересно, а что у него за сигареты? Вот бы японские...

Шел я, вспоминая про то как однажды капитан приволок в канцелярию целую коробку японских сигарет, что купил у рыбаков. Потом, правда, всем офицерским составом получали пиздюлей от бригадного "воспитателя", мол "Вы же офицеры! Вы же должны подавать пример бойцам... А вы тут западопоклонничеством занимаетесь!". Мда уж, у этого старого пердуна с башкой было не всё в порядке. Запад с востоком, сигареты с ракетами, и СССР с Россией мог спутать. Долбанутый мужик был, чесслово! Был...

Черт, а ведь я больше никогда их не увижу. Ни капитана, ни комбрига... Твою мать, ну хоть что-то хорошее во всей этой истории!

С такими мыслями я вошел в огромный зал, освещенный факелами, развешанными по стенам.

Прямо посреди зала на земле валялась "знакомая" куча сокровищ... Блин, он их специально, что ли, разбрасывает!? Типа приманка, или еще что?

— Так, ты пока посиди тут, я быстро! — буркнул Валентин и скрылся в проходе в конце пещеры.

Пока из проёма доносились какие-то странные звуки, будто кто-то железнодорожные вагоны с моста скидывал, я решил немного покопаться в сокровищах.

— Ну нихуя себе... Сколько же всё это стоит!? — прошептал я, пытаясь представить себе ту кучу денег что можно было бы получить от продажи всего этого барахла.

— Это? Не знаю... Да эти уже старые, невкусные... Вон там на складе у меня свежие есть! Хочешь попробовать? Только вчера у алмазных псов забрал! — радушно предложил Валенин, неожиданно появившись передо мной и вывалив под ноги кучу всякой дребедени...

— Ох ёпт... — буркнул я нагибаясь к разбросанным на земле пачкам сигарет.
"Сталь", "Победа", "Партизан", "Враг Капитала"... Твою мать, кто только такие названия придумал? И главное, когда!? У нас там союз, что ли, возродился или мода какая-то началась!? А ладно, насрать... Всё же лучше чем "Перекур". Надеюсь...

— Ну что, чайку? У меня тут еще где-то шахматы завалялись... Или сначала перекусим? — проговорил монстр и уставился на меня в ожидании ответа.

Ох, ну начинаеться...

— Блять! — недовольно буркнул я, заслышав долбежку в дверь.

Ну почему мне никак не дадут поспать!? Надеюсь, это не Валентин со своей безумной гостеприимностью...

Кое-как, с трудом мне удалось оторвать свою задницу от койки и выйти из комнаты. Как-же я хочу спать… Ненавижу драконов!

Этот Валентин, будь он неладен, полночи продержал меня в своём "доме".

Всё расспрашивал про людей. Особенно его интересовали войны и оружие... А еще чай... Точно ненормальный!

Да и хрен бы с ним, но этот невменяемый не смог ответить ни на один из моих вопросов!

Да про дату начала войны ничего не сказал! Он вообще ни хрена не знал! Все его знания о людях, он подчерпнул из огромной кучи книг, что держал у себя на "складе".

Видимо эта инопланетная херня ничего ему не рассказывала… Сволочь проклятая!

В надежде найти ответы самостоятельно, мне удалось уговорить Валентина показать все эти книжки.

Правда, когда дракон провел меня в своё хранилище, я выснил что большинство этих "книг" были не совсем книгами… Донцова, В.Э.С., Учебник информатики за восьмой класс.... Вся эта “литература" была свалена в несколько огромных куч. У некоторых книжек отсутствовал переплет, у некоторых — пара страниц, а некоторые вообще было невозможно прочесть — опаленные, словно печку топили... Твою же мать! Теперь понятно, почему он такой долбанутый! Я бы тоже "поехал", если бы мне пришлось прочесть всю эту тонну бреда...

Но вопреки моим ожиданиям ни газет, ни новых учебников по истории в помещении не оказалось.

Как сказал Валя, всё это барахло было собрано еще его матерью, и ей же "заколдовано" от порчи. Так что установить даже примерно, сколько уже времени хранится эта макулатура, невозможно… Гребанная магия!

Чудик также хранил у себя еще кучу всякой фигни, навроде старой одежды да всякой мелочи типа зубных щеток, мыльниц.... Я уже понадеялся на оружие, но его не оказалось. На "складе" вообще ничего более-менее полезного не оказалось, кроме сигарет.

Впрочем, и это хоть что-то. Правда брать всю эту херню я не стал, нехрен из располаги помойку устраивать...

Домой я вернулся усталый и заёбанный всякими мудовыми историями этого дракона. Зато сытый и не с пустыми руками! С собой я приволок пару картонных коробок с сигаретами и цельный кусок грудинки мантикоры… Валентин едва-ли не насильно всучил его мне, приговаривая:

— Бери, бери… А то еще травоядным станешь, цветочки все эти есть начнешь… Фу, мерзость! — плевался дракон, от одного только упоминания о “цветочках”.

Было уже утро когда я вошел в казарму. Убедившись, что в расположении никого нет, я быстренько запихнул мясо подальше в холодильник и прикрыв его несколькими свертками с зеленью, отправился в свою комнату.

Скосив глаза в сторону пустой кровати Сэйли и решив, что бойцы, должно быть, повели её куда-нибудь погулять, я с чистой совестью лег на свою койку, но нормально поспать мне опять не дали...

— Да иду я, иду! Заебали стучать! Дверь не казенная! — злобно крикнул я, сдвигая дверной засов.

На пороге оказалась Сивира. В иной раз, я может быть и был бы рад её визиту, но сейчас все мои мысли были лишь о моей койке.

— Ты где был!? Какого сена я тебя искать должна!? — сходу зашипела на меня младлей.

Чего это она? Что я опять натворил-то!? И почему она такая злая, у нее что, эти… Как их? Месячные?

— В смысле? Я тебе что, докладывать обязан!? — обиженно буркнул я в морду злобной кобылке.

Вообще уже охренела! Разбудила, да еще и прямо с порога начала мне...

— Обязан! Ты, придурок, мне вчера обещал что мы вместе Сэйли в школу сводим! А сам... Почему тебя утром не было!? — продолжала долбить меня Сивира.

Ёпт! А ведь и вправду обещал! Ё-мое... Как-то нехорошо получилось...

— Кхм... Блин извини, забыл... Ночью... Ну дела у меня были, не могу сказать. К другу ходил, короче. — как-то можно спокойней сказал я.

Кобылка вся аж позеленела от злости.

— Забыл!? Дела были!? Друг!? Да какого сена!? Что-же ты за отчим такой, раз тебе наплевать!? Как можно забыть о таких вещах!? — прошипела младлей и с обиженным видом развернулась.

— Малышка сейчас в школе. Я забираю её к себе... Нечего Сэйли жить с таким тупым безответственным кретином! — как-то странно сказала Сивира и направилась прочь от дома.

— Эй! Погоди, ну забыл... С кем не бывает то!? — попытался я остановить бешеную кобылу, но она делала вид что не слышит.

Черт... Надо бы... А ладно! Хрен с ней, высплюсь и схожу за Сэйли. Время еще есть... А Сивире потом совру что-нибудь... Или, может, лучше правду про Валентина рассказать? Да ну нахрен! Она же всё принцессам растрещит! Тут же такое начнется...

Немного помявшись на пороге, я захлопнул дверь и двинулся спать дальше.

Пару часов я проворочался, не в силах заснуть. В голову лезли мысли о Сивире.

Мне было очень не приятно осознавать что я подвел кобылку… Блин, ну мужик я или что!? Мог ведь запомнить такую простую вещь… Черт, да даже мой батя никогда не забывал забрать меня из школы, а он был еще тем отцом — врагу не пожелаешь...

Блин! Может, и вправду рассказать ей о драконе? Ну может, тогда она поймет что я не такой уж и раздолбай... Нет, ну правда, как можно всё упомнить, когда к тебе посреди ночи здоровенное чудище ломится и пытается чаем напоить!?

Откровенно говоря, “задним мозгом”, я понимал что всё это лишь нелепые отмазки…

Провозившись больше двух часов, я всё таки успокоился.

И только я задремал, как вновь услышал стук в дверь.

Черт, дайте-ка угадаю — это Лира. Сейчас потащит меня куда нибудь, пострелять там или еще что-то… Задолбала!

— Вашу мать! Вы издеваетесь что ли!? — крикнул я, вскакивая с кровати и чуть ли не бегом приближаясь к входной двери.

На пороге стояла Твайлайт. Только её мне тут не хватало...

— Эм... Извини, я, наверное, тебя разбудила... Потом зайду! — извиняющимся тоном тихо пролепетала рогатая и уже собралась намылилась сбежать.

— Что случилось!? И кстати, привет еще раз! — как можно бодрее сказал я, стараясь не напугать и без того трясущуюся кобылку.

Нехрен выпендриваться на любимицу принцессы, я ей и так месяц назад люлей навешал… Даже не извинился до сих пор...

— А, да так... Кхм, завтра я уезжаю в Кантерлот... Слушай, тут такое дело, могу я войти? — храбрясь, попросила Твайлайт.

Блин, мне поспать сегодня дадут или как!? Задолбали, чесслово…

Ну да ладно, не прогонять же её? Может и вправду что-то важное? Вдруг там опять кто-то из моих бойцов открыл в себе симпатию к лошадям? Блин, командую не солдатами, а сборищем озабоченных идиотов… Хотя сам то!

Нет, по пьяни не считается! Черт...

Отодвинувшись от дверного проёма, я махнул рукой, мол — входи.

Ох что-то мне подсказывает, что я еще пожалею о своем гостеприимстве.

Уже вечером я, уставший и небритый, бродил по деревушки в поисках одного здания...

— Вроде этот... — сонно буркнул я себе под нос, осматривая знакомый двухэтажный домик.

Я уже плохо помню, этот дом или нет... Они, блин, все одинаковые! Да и я тогда пьяный был в драбадан!

Да еще и эта рогатая меня немного удивила своей просьбой, присмотреть за "подругой моей подруги"... Блин, ну и формулировка!

Как рассказала фиолетовая, к какой-то там Рэйнбоу Дэш приезжает её давняя подруга, и поскольку у этой самой Рэйнбоу нихрена нет дома… Нет, вернее есть, но в облаках! Охренеть, эти лошади даже в облаках живут! Наши таджики со своими подоконниками отдыхают…В гостиницу селить гостей не вежливо, подруга поживет несколько дней в библиотеке.

— Ну, я рад за вас... А теперь, с вашего позволения, мне уже баиньки пора... — заключил я и уже начал вставать из за стола, как Твайлайт быстро затараторила:

— Нет, ты не понял! Гильда... Ну, как бы это сказать? Она немного грубая... В общем, я боюсь, как бы она чего не натворила в городе. Ты и твои ребята ведь сможете присмотреть за ней? — неуверенно закончила кобылка.

Чего!? Я вам тут что, надзиратель какой?

— Да ну нахрен! Не знаю что там у тебя за подруга... Но мне глубоко на... — начал было я, но единорожка, вновь начала канючить:

— Ну пожалуйста! Я уверена, что всё будет в порядке, но всё равно! Если Гильда будет кого нибудь донимать, мы ведь сможем на тебя рассчитывать? — чуть ли не умоляя, произнесла Твайлайт.

Что это за Гильда такая? И почему единорожка так её боится? Херня какая-то...

От этой фиолетовой просто так не отделаешься. Блин... А черт бы с ней!

— Ладно, ладно! Всё будет хорошо! Присмотрю... — недовольно ответил я.

Рогатая кобылка просияла поблагодарила меня и, сорвавшись со стула, побежала собираться на завтра.

— Тебе что-нибудь привезти из города? Нет? Ну ладно... Это будет сюрприз! — весело прокричала Твайлайт, чуть отбежав от дома.

Сюрприз... Засунь-ка ты его себе... А ладно, не важно.

Я уже собирался вновь отправиться спать, но, взглянув на часы, передумал.

Был уже вечер, и, если я хочу помириться с Сивирой и рассказать ей, почему меня не было утром, то лучше уж идти сейчас. Ну не ночью же?

Подойдя к входной двери, я уже хотел постучать в неё, но не успел... Дверь быстро распахнулась и передо мной предстала всё такая же злобная, Сивира.

— Даже не пыта... — начала было она возмущаться.

— Нужно поговорить... И где Сэйли!? Ну чего стоишь, дай пройти! — раздраженно буркнул я, впихивая кобылку внутрь дома и проходя вслед за ней.

Выслушивать новую порцию комплиментов мне не хотелось.

Реакция Сивиры не заставила себя ждать. От ярости у нее даже крылья распахнулись:

— Какое поговорить!? Выметайся от...

На этот раз её прервал не я.

— Дядя Дима! — вскрикнула Сэйли, выбегая, насколько помню, с кухни.

Мелкая выглядела на удивление довольной… Наверное, поход в школу прошел удачно.

Блин… Ну почему я вечно пропускаю всё хорошее!?

Прихрамывая, кобылка подбежала ко мне и, не обращая внимания на удивленного младлея, затараторила:

— А где ты был? Почему тетя Сивира сказала, что мне не стоит с тобой общаться? Ты что-то натворил? — засыпала мелкая меня вопросами.

Ну начинается... Блин, может ей затычку купить? Чтобы говорила поменьше?

Интересно, что эта чертова мышь успела тут нагородить про меня!? Гребанные бабы...

С трудом, но у меня всё же получилось немного успокоить Сивиру.

Крылатая “мышь” видимо не хотела устраивать сцену на глазах у мелкой и лишь молча сопела, явно не довольная моим вторжением.

Кое-как, несмотря на протесты, мне удалось отправить мелкую кобылку спать.

Когда Сэйли, явно недовольная тем что её не оставили послушать “взрослые” разговоры, скрылась на втором этаже, Сивира молча поманила меня на кухню.

— Ну и? — явно сдерживая своё раздражение, спросила кобылка.

— Что, “ну и”!? — сонно буркнул я.

От негодования у младлея даже шерстка встала дыбом…

— Зачем ты приперся!? Ты тупой? Или… Напился опять!? — еле сдерживаясь что бы не сорваться на крик прошипела кобылка.

— Ах это… Извини, не выспался нихрена… — как можно доброжелательней ответил я.

Устраивать драку с, пусть и обнаглевшей, Сивирой, мне совсем не хотелось. Уж очень симпатично она выглядела, когда злилась… Тьфу, опять понесло! Нужно срочно выспаться.

Откровенно говоря, я не очень хотел рассказывать ей про дракона, но когда она согласилась не рассказывать ничего принцессе, я всё же решился.

Пока я рассказывал про недавние события, грозная “мышка” то и дело скрытно принюхивалась ко мне, явно пытаясь учуять запах перегара.

Но после нескольких неудачных попыток, она всё же успокоилась и стала уже более спокойно слушать мою историю…

Когда я дошел до ”подземного” чаепития, кобылка начала то и дело вставляя свои ехидные коментарии, типа:

— А там, случаем, Селестия в уголке мешками с овсом не жонглировала? Или может Луна картошкой торговала? — посмеивалась надо мной младлей.

Но, несмотря на все эти подколки, мне всё же удалось проявить свой навык убеждения и заставить Сивиру поверить в мои слова.

Кобылка до последнего делала вид что не верит мне, но было прекрасно видно — кобылка рада что ошиблась на мой счет.

— Но всё равно, это не повод! — стояла на своём младлей, всё еще злившаяся на меня за то, что я забыл про Сэйли.

— Блин, ну я же извинился! Ну забыл, бывает... — буркнул я, доливая себе в чашку кипятка.

— Забыл он! А больше ты ничего.... А ладно, проехали... Надеюсь, ты не собираешься будить малышку и тащить её к себе!? — с нажимом в голосе произнесла младлей.

Блин, а я ведь так и собирался поступить... Ну ладно, хрен с ней, пускай сегодня здесь переночует! А то эта “мамаша” мне точно голову оторвет!

Надеюсь, гвардейцы мешать не будут...

Стоп!

— А кстати, где твои гомики... Тьфу, то есть подчиненные? — спросил я у кобылки.

Та, неопределенно махнула копытом и как-то недовольно буркнула:

— Уехали... Принцесса решила, что держать здесь целый отряд стражи не имеет смысла. — как-то обиженно закончила младлей.

А её оставили? Видимо начальник всё же не простил её за тот инцидент на приеме у принцесс… Блин, ну не виноват я! Это всё Пугачев мудила! Блин… Неудобно как-то

А ладно, уехали так уехали. Хрен бы с ними.

Быстро допив свой чай, от которого меня уже тошнило, и договорившись с Сивирой по поводу завтрашнего дня, я спокойно засобирался домой.

Кое как, нам всё же удалось договориться, что с завтрашнего дня мелкая начнет ходить в школу, как и все нормальные дети… Тьфу, жеребята!

Но мне удалось настоять на том, что перед началом обучения, мы вместе, сводим её к Рэрити… Нужно как-то прикрыть раны бедняжки, последнее что мне хочется, это чтобы над ней издевались в школе из за её вида… Я ведь не сдержусь, точно кому нибудь башку проломлю!

— Ладно, завтра в девять… И не забудь завтраком её накормить! — обратился я к Сивире, задержавшись в дверном проёме в полусогнутом положении

— Не забуду... Слушай, извини меня за сегодняшнее. Я там такого наговорила... — смущенно сказал кобылка.

Блин... А она милая когда смущается! Может, мне и не уходить... Так, отставить! Отставить, я сказал!

— Да ничего, я не обидчивый... Давай, до завтра! — поспешно ответил я и быстрым шагом устремился к казарме.

Впрочем, быстрый шаг давался мне не очень. Передвигаться быстро мне мешало кое-что ниже пояса... Блин, докатился…

Впрочем, несмотря на неудобство, я был откровенно рад, что наконец уладил все проблемы, теперь хоть выспаться смогу!

Уже ближе к утру меня разбудил громкий стук в дверь.

— Да ёпт вашу мать! — злобно рыкнул я, медленно вставая с кровати Быстро “вкинувшись” в свою форму и нацепив кобуру на пояс, я вышел из комнаты.

Ну не может же офицер предстать в одних трусах!? Хоть и перед лошадью...

— Если это опять Твайлайт... — матеря про себя фиолетовую пони я распахнул дверь.

Но единорожки не оказалось... Вместе неё, возле дома стоял Валентин.

— Доброе утро! Твои ребята тут немного заблудились... — веселым голосом сказал Валя и показал лапой себе за спину.

Че-его!? Этот дебил… Блин, я ему сейчас…

Стоп! Спокойно лейтенант, спокойно! Этот мутант тебя сам сожрет и не подавиться, тоже мне, Рэмбо хренов… Дракона он завалить собрался! Ну и дебил, чесслово...

Немного помявшись, я обошел дракона и удивленно уставился на Кабанова со Спайком.

— Представляешь, эта сладкая парочка вломилась ко мне, наследила… А этот мелкий еще и понадкусывали мои вкусняшки!!! Да они меня еще и ограбить хотели! — возмущенно посетовал дракон на "домушников".

Я молча смотрел на Кабанова.

Боец, в грязной, неглаженной форме, смущенно переминался на месте .

Под моим взглядом "капрал" как-то неуверенно сжался и переглянулся с мелким дракончиком.

— А че мы... Мы ничего... Мы думали там бандиты будут... Вроде... — промямлил боец.

Какие нахер бандиты!? Твою же мать! Дебилы, всю секретность, псу под хвост пустили! Хотя... Какая нахер секретность!?

— Это мы еще посмотрим... — как можно сдержанней произнес я.

Нечего на глазах у Валентина разборки устраивать. Сор из избы, как говорится...

— О, я вижу, у вас тут своя атмосфера... Ну пойду тогда, спать уже пора. А то с этими грабителями даже вздремнуть не успел! — сказал чудик и взмахнув крыльями, полетел в сторону леса.

От порыва ветра, я чуть не завалился. Гребанный вертолет! И какая, нахрен, атмосфера!? Что он несет вообще!? Точно, ненормальный...

Когда дракон скрылся из виду, я многозначительно посмотрел на "сладкую парочку":

— Кхм... Думаю, начнем с утренней физической зарядки! Заодно и послушаем ваши объяснения! Упор лежа, принять! — скомандовал я.

Кабанов тут же распластался на земле, а вот Спайк...

Дракончик неуверенно покосился на "капрала" и уставился на меня непонимающим взглядом.

— Та-ак... Отставить! Сейчас мы будем разучивать положение "упор лежа"... — всё еще сдерживаясь, произнес я.

Блин, ну мне сегодня поспать — то дадут или как!? То дракон, то Сивира, то Твайлайт, то опять Сивира и теперь вот снова дракон... Задолбали, чесслово!

Пятьдесят четвертая глава

— М-м-м... Будьте добры, две! Ага, вот эти! — вежливо обратился Пугачев к продавцу.

Желтый пони быстро подхватил сковородки зубами и протянул человеку.

Забрав покупку и расплатившись, боец двинулся на выход с площади. Солдат собирался вернуться назад на ферму.

Собственно причина, по которой рядовой отправился на рынок за покупками, заключалась в следующем: кухня в жилище Эпплов вчера лишилась двух сковородок из-за пьяного спора между Скоковым и Макинтошем о возможности расплавить одну сководку на другой…

Одна сковорода успешно расплавилась, вторая обгорела так, что стала полностью непригодной к использованию на кухне.

В итоге за заменой решили отправить ничего не делающего Пугачева: Эпплджек была занята работой в яблочной роще, а Скоков с Биг Маком уже второй день пытались привести в рабочее состояние агрегат по производству сидра. Даже бабуля Смит с Эпплблум были заняты сортировкой яблок.

На ферме полным ходом шла подготовка к ежегодному "ПониФесту", именно так Алексей назвал фестиваль сидра.

Впрочем, боец был вовсе не против порученной работы. "Все же лучше, чем в располаге с этим ебланом сидеть" — вспоминал солдат своего взводного.

Сергей вообще не любил армию, субординацию и офицеров, но Лукина он недолюбливал отдельно.
"Подумаешь, уснул в патруле... Ну я же не знал, что "насос" посреди ночи заявится!" — примерно так оправдывался боец, за свой "косяк".

Хотя лейтенанта мало волновали его оправдания.
"Но всё равноэто ведь не повод при каждой удобной возможности заставлять меня сортиры драить!" — возмущался боец, по поводу своего наказывания.

Примерно на четвертый месяц службы Пугачева поставили патрульным по парку боевых машин. Не успел солдат порадоваться назначению — еще бы, двое суток плевать в потолок и ничего не делать — как узнал, что его взводный заступает дежурным по этому самому парку...

И все бы обошлось, не взбреди в голову лейтенанта поставить рядового своим помощником на время дежурства.

В первую же ночь Лукин, оставив рядового за старшего, двинулся честно просыпать свои положенные четыре часа отдыха. Сергей сам плохо понял, как же его угораздило уснуть.
"Вроде перед печкой сидел, грелся... И тут бац! И уже "насос" за шкирку трясет!" — расказывал про свой "залет" Пугачев.

Как бы то ни было, в ту ночь Лукина хорошенько "встряхнули" на тему его безответственного подхода к охране границ Родины и полной неспособности проинструктировать дневального.

С тех пор лейтенант при каждом подходящем случае напоминал бойцу о его халатности и с нескрываемым удовольствием, зачитывая книгу нарядов, говорил:

— Пугачев, дневальный по роте... Сергуня, там тебя уже очки с позавчерашнего дня заждались!
"Подонок! И почему только остальные его никак послать не могут!? Ну вот какого черта я должен подчиняться этому самовлюбленному дегенерату!?" — возмущался Сергей полной революционной несознательности своих сослуживцев.

Пугачев уже два раза подбивал своих товарищей на полное игнорирование субординации и посыл их командира в известное место.

В первый раз ему это почти удалось! У Сергея практически получилось заставить поверить Селестию в полную невменяемость Лукина.

Всё было на "мази",еще бы чуть-чуть, и солдаты продали бы своё оружие и, на вырученные деньги зажили нормально гражданской жизнью! Пусть и среди говорящих пони...

Но лейтенант всё испортил! Мало того, что сорвал сделку, так еще избил и унизил Пугачева прямо на глазах у обеих принцесс и всей Кантерлотской знати!

И, будто бы специально назло бойцу, Лукин сумел вытрясти очень приличную сумму из Селестии в обмен на коробочку промедола, что сам боец и разрекламировал!

Сослуживцы рядового, увидев чек на двести тысяч битов, мигом "уверовали" в способности своего командира к адаптации в новом мире.

— Серег, ну хули ты как баба? Ну ёбнутный он, дальше то что? Расслабь булки и живи спокойно! — раздраженно один за всех отвечал Скоков, на очередной призыв к "мятежу".

Боец еще какой-то время пытался вновь подбить своих товарищей на переворот, но с каждый разом натыкался либо на непрошибаемое безразличие Лисина, либо безпрекословную исполнительность Кабанова, либо на раздраженные реплики Скокова.

Сергей наконец сдался...
"Хер бы с этим летехой! Один черт, я почти всё время на ферме тусуюсь!" — решил боец и прекратил свои попытки сместить Лукина.

Но все равно, в глубине души солдат никак не мог смирится с тем, что он должен подчинятся какому-то безграмотному быдлу...

— Куда прешь урод бескрылый!? — прервал размышления Пугачева чей-то вопль.

От неожиданности едва не выронив сковородки Сергей изумленно уставился на какую-то странную птицу, стоящую на четырех лапах.

— Оглох, что ли!? С дороги, кому сказано! — вновь заверещала "птица".

Боец удивленно осмотрел странное злобное создание.

Эта "птичка" не шибко выделялась ростом по сравнению с другими пони. Но интересно было другое...

Птицей это существо было только выше пояса, ниже начинался лев...
"Словно какой-то наркоман-таксидермист в конструктор поиграть вздумал!" — пронеслось в голове у парня.

— Или ты сейчас же уберешся с дороги или я тебе... — вновь зарычало чучело, но боец его.

— Так ты это, грифон, да? — как можно спокойней спросил Сергей, прижимая сковородки поближе к груди, явно смущаясь злобного взгляда "птички".

Солдат вспомнил, как Твайлайт рассказывала о мифических созданиях, живущих на востоке от Эквестрии.

— Как ты ко мне обращаешься!? Ты!? Да ты рыба безвольная! — вновь заорал грифон.
"Хм, это баба что ли? Может, её с Лисиным познакомить, у него хорошо получается с этими чудаками общаться" подумал Сергей и решил включить "понты".

— А ты-то кто? Курица общипанная! А ну... — не успел Пугачев закончить предложение, как когтистая лапа метнулась к его лицу и схватила его за скулы.

— Что ты вякнул, ископаемое!? — зашипела "курица" вставая на задние лапы и медленно наклоняясь к человеку.
"Ох черт! Ну почему так всегда!?" — с обидой подумал боец пытаясь спешно придумать выход из сложившейся ситуации.
"Извиниться? Да нет, не прокатит... Позвать на помощь? Да ну... Кого звать, пони что ли!? Убежать? Блин, слишком крепко схватила..." — быстро проносились мысли в его голове.

— Что молчишь!? Обделался, отродье ты носатое!? — с ехидной ухмылкой прошипела грифина, обернувшись обратилась к собравшимся вокруг пони:

— Смотрите, у нас тут испуганный человечек! Он сейчас будет просить прощения! — крылатая явно издевалась над Пугачевым.
"Прощение? Да легко! Подумаешь... Пять минут позора — и свободен!" — облегченно вздохнул боец и уже было собрался извиниться, как в его голове промелькнула "левая" мысль:
"А вот Лукин бы её на три буквы послал, да еще и люлей бы еще навешал!"
— Ну, чего замолчал!? Извиняйся давай! А то как курицей называть, ты смелый, а как ответить…
“Да что я, хуже этого имбецила в погонах!?” — пронеслось в голове “человечка”.

Пугачев собрался с силами и, до сих пор не веря в свою решимость, зло вкрикнул:

— Пошла нахуй!

У грифины от таких слов даже клюв раскрылся в немом изумлении.

— Тупая!? Культяпки убрала! Оглохла, мразота не мытая!? — заорал боец, решив закрепить успех.

Судорожно пытаясь вспомнить и другие словесные обороты, что он узнал от Скокова, рядовой заодно пытался унять предательскую дрожь в коленках.
“Курица” ошарашенная от такой резкой смены ролей, невольно подчинилась.
“Так Сережа, спокойно… Уже поздно на попятную идти… И в конце концов, можно подумать, что эта курица тебе...” — не успели эти мысли сформироваться в голове солдата, как острый, словно бритва, коготь рассек ему щеку.

Пугачев, ахнув от боли, резко отскочил назад. Что и уберегло его от второго удара, который прошел мимо.

— Херли ты творишь, овца!? — возмущенно завопил человек, одной рукой держась за порез, а другой прижимая сковородки к груди.

— Я тебе сейчас покажу кто тут курица! — злобно проклокотала грифина, угрожающе протягивая лапу к Сергею.
“А вот хрен тебе! Я и пострашней видал, не запугаешь!” — подумал Пугачев и как-то сразу успокоился, вспомнив про гидру на поляне…
“Черт, да за эти полтора месяца я такого навидался… Этой мрази и не снилось!”
— Я даю тебе последний шанс извини… — начала было “мразь”, но её заставил замолчать мощный удар сковородкой по голове.

— Выхвати, тварь! — прорычал Пугачев, удовлетворенно наблюдая за падающей на землю “курицей”.

— Ах ты, лысая… — как-то слабо пробормотала грифина, тщетно пытаясь встать.
“Живучая зараза… Ну и слава богу, не хватало еще прибить её тут.”
Боец уже хотел сказать что-нибудь язвительное о текущем положении “агрессора”, но его оборвала испуганная желтая пегаска, выскочившая из ниоткуда:

— Прекратите немедленно! — боязливо скомандовала кобылка, вставая между драчунами.

Что Пугачев, грифина, удивленно вылупились на наглую пегаску.

— Как вам не стыдно!? Гильда, почемы ты каждый раз задираешь кого нибудь!? А вы!? Как вы могли вот просто взять и ударить эту несчастную грифину!? — быстро протараторила пегаска, явно борясь со своим страхом.

Бойцу почему-то становилось не по себе от взгляда этой желтой пони.

Кобылка смотрела прямо в глаза Сергею, то и дело скашивая взгляд на его порез.
“Черт, да что она вылупилась-то? Я же защищался!” — пытался взять себя в руки солдат, но не получалось.

— Я, я, я… Извините… — сам не веря в свои слова пробормотал рядовой.
“Что!? Какое извините!? Что я несу!? Она меня загипнотизировала что ли!?” — ошарашенно соображал Сергей.

— Гильда! А ты ничего не хочешь сказать человеку? — строгим голосом переключилась кобылка на “курицу”, помогая ей подняться с земли.

— Кхм…Да, мне есть что сказать… — как-то странно прошептала грифина всё еще опираясь на желтую пони.

Отстранившись от пегаски, Гильда развернулась и направилась куда-то на выход с площади, всё еще держась лапой за голову.

— Сегодня в семь, в яблочной роще… Не придешь — тебе же хуже! — донесся до Сергея злобный шепот грифона.

Впрочем, судя по всему, желтая пони не услышала слов Гильды и с озабоченным видом погарцевала за ней, приговаривая:

— Эй, тебе срочно нужно к Рэдхарт! Эй, подожди… -
“В семь!? Ага, щаз-з-з! Ищи дурака!” — хмыкнул боец и нагнулся к земле, поднимаю оброненную сковородку.

Обтерев её о свою форму от грязи, Пугачев направился в сторону фермы.
“Блин, если летеха узнает… Черт!” — подумал солдат и быстро огляделся по сторонам.

Пони, что наблюдали за дракой, всё еще удивленно перешептывались, стараясь делать вид, что ничего не произошло.
“Знакомых вроде нет… Ну и славно.” — облегченно вздохнул Сергей и двинулся дальше, размышляя по пути, как лучше всего будет соврать по поводу своего пореза на щеке.

Признаваться Лукину, что он затеял драку с какой-то “курицей”, боец совсем не хотел.
“Да ну его… Он и сегодня явно не в духе...” — размышлял парень, вспоминая как сегодня утром за завтраком застал уставшего Кабанова.

Судя по взмыленному здоровяку и его сонному лицу — лейтенант уже успел с утра поиздеваться над младшим сержантом.

Повторять опыт Кабанова Пугачев совсем не хотел…
“Скажу, что порезался при бритье… Поверит, куда он денется?” — решил боец и облегченно вздохнул.

— Одной проблемой меньше… — прошептал он, ускоряя шаг.
“В следующий раз пускай Леха на рынок идет, а то охренел совсем!” — подумал Сергей.

Впрочем, причина его нежелания идти в ближайшее время за покупками заключалась совсем не в пьяных выходках Скокова. Встречаться во второй раз с этим бешенным грифоном боец совсем не хотел...

Пятьдесят пятая

— Не пойдет... Слишком яркое, что ли... — задумчиво протянул я осматривая Сэйли, одетую в золотистое платье.

— О! Говорят, что в Мэйнхеттене сейчас в моде бирюзовый! Секундочку... — затараторила белая рогатая пони, поправив свои дурацкие очки на носу.

Этой гламурной лошадки явно нравилось наряжать кобылку во всё новые наряды.

Правда, мелкой это тоже вроде как нравилось. Она вся аж светилась, когда осматривала себя в зеркале. Сэйли с интересом изучала как на ней сидят те или иные шмотки. Время от времени я замечал что кобылка старается принять такую позу, чтобы в зеркале не было видно отсутствия задней ноги...

Блин, надо бы поскорее протезом заняться! Не хочу, чтобы она чувствовала себя ущербной...

— Да будь твоя воля, ты бы её в свою форму нарядил и автомат выдал! — раздраженно буркнула Сивира, стоящая возле Рэрити и делавшая вид, что совсем не обращает внимания на образцы одежды.

— Может всё же дашь ей самой выбрать? — с напором в голосе добавила она.

Младлею, похоже, совсем не нравилось торчать здесь уже третий час. Главное — чтобы снова ныть не начала: мол — "в школу опаздываем"...

Признаться, мне тоже было не очень приятно торчать здесь, но ради того что бы у Сэйли всё было нормально, я был готов и не на такое.

— Да я же не указываю! Просто говорю своё мнение... — спокойным тоном протянул я и вновь принялся осматривать кобылку.

Сивира как-то забавно фыркнула и прошептала что-то вроде "Ага, конечно".

Блин, вечно её всё не устраивает! Еще с утра бубнила — мол, я рано приперся. Потом мы с ней еще около получаса перед завтраком спорили, чем лучше всего будет кормить Сэйли утром...

Ну какие нахрен одуванчики!? Нет, я, конечно, понимаю что они тут все травоядные и всё такое, но не травить же теперь мелкую всякой дрянью?

Уж лучше тогда овсяную кашу или что-то в этом роде...

Впрочем, саму Сэйли похоже не волновали наши споры. Она спокойно съела как одуванчики, так и "салат", что я заделал из всяких овощей, которые нашел в холодильнике у Сивиры. И как в неё столько влезает!? Черт, да даже я столько не съем!

Хотя... Она ведь подросток, организм развивается и всё такое...

Младлей тоже проявила интерес к моему "салату" и даже попыталась попробовать, но после первой же ложки она скривилась и, явно борясь с собой, вежливо сообщила, что уже наелась.

Блин, ну не настолько же хреново я готовлю! Или настолько? Даже лошади не жрут!? Дожил, блин...

Черт, да пофигу! Один хрен, это Кабанов у нас готовкой занимается!

Еще с утра, перед тем, как отправится к Сивире, я приказал Лисину договориться со школьной учительницей по поводу Сэйли. Не думаю, что кобылка ефрейтора...

Черт, никогда бы не подумал, что у меня во взводе зоофил окажется! Тьфу...

Впрочем, как бы то ни было, я был почти уверен, что подружка Лисина будет сильно против, если мы с мелкой опаздаем на пару уроков... Ну может на пару-тройку... Или больше? Не важно!

Раны кобылки еще не зажили и были слишком хорошо заметны. А допустить того, чтобы над Сэйли из-за её шрамов хоть какая-нибудь сволочь издевалась или даже просто косилась, я не мог.

Так что было принято решение — перед первым учебным днем зайти к Рэрити и прикупить в её мастерской какое-нибудь симпатичное тряпье. Скрыть раны Сэйли одеждой, по-моему, не самая плохая идея.

Честно признаться, я немного беспокоился — как бы это визгливая рогоноска не начала вопить при виде Сэйли. Всё-таки, настолько я заметил, среди пони инвалиды — бо-ольшая редкость!

Но, мои опасения, к счастью, не подтвердились. Рэрити на удивление спокойно встретила мелкую и даже тактично предложила начать с примерки платьев, полностью закрывающих спину.

Я не сильно разбираюсь в бабских нарядах, но, по-моему показанное белай пони совсем не тянуло на повседневную одежду. Скорее — на какие нибудь официальные приемы в этих платьях ходить или еще куда, но точно не в школу!

— А может, что нибудь черное? — робко спросила Сэйли и осторожно посмотрела на нас с Сивирой, ожидая реакции.

— Как хочешь... Тебе же носить! — буркнул я.

Младлей лишь одобрительно кивнула.

Нет, ну правда, не мне же носить!? Хочет черное, пускай берет черное...

— Че-е-ерное... — задумчиво протянула Рэрити и начала неспешно что-то искать в своём каталоге. Пока кобылка спокойно перелистывала страницы, мелкая неуверенно протянула:

— А... А мои крылья... Ведь сильно заметно, что их нет? — спросила Сэйли и переминаясь с ноги на ногу.

— Нет, конечно! — поспешно соврала Сивира.

Блин, нагло врать детям, это не то, что мне хочется, но не расстраивать же её!? Черт... А ведь если я хочу что бы эта кобылка мне доверяла, то врать ей будет как минимум тупо...

— Видно... — нехотя ответил я.

Реакция не заставила ждать...

Младлей, услышав мои слова, резко повернулась и злобно уставилась на меня. А Сэйли как-то резко поникла и отвернулась обратно к зеркалу.

Черт!

— Ну видно и видно, какая нахрен разница!? Будешь красивые платья носить, никто даже не заметит! — попытался я утешить мелкую, но выходило не очень.

— Блин, да пройдет месяц или два, и всё зарастет! Останется парочка симпатичных шрамов... Да и к тому же, это же временно! Я же ведь обещал тебе, что мы всё исправим, и крылья и ногу! Сделаем протезы, делов-то... Надо только подождать. — сумел закончить я вопреки попыткам младлея отдавить мою несчастную ногу.

— Подожду... — тихо сказала Сэйли и вдруг, опять повернулась ко мне:

— Спасибо! — уже более веселым тоном воскликнула кобылка глядя на мне в глаза.

Я лишь улыбнулся ей в ответ. Всё же здорово видеть её в хорошем настроении!

— Та-ак, нашла! Дорогуша, ты будешь в восторге, я обещаю! — вдруг громко заявила Рэрити с наигранно веселой улыбкой.

Видно, даже эта истеричка жалела Сэйли... Блин, может быть она не такая уж и сука? В конце концов, я же её тогда ограбил да еще и в ковер замотал...

Черт, да я бы за такое вообще все руки переломал! Если бы смог, конечно...

За такими мыслями я пропустил момент, когда Сэйли успела одеть новое платье, что принесла единорожка. Черное платье с темно синей вышивкой по краям смотрелось очень даже ничего! Темный цвет на удивление пошошел к бледной кобылке.

Расплатившись с Рэрити и поблагодарив её, мы все втроем вышли на улицу и направились в сторону школы.

— На тебе отлично смотрится это платье, Сэйли! — с теплотой в голосе сказала Сивира

 — я уверена, ты произведешь хорошее впечатление в школе! Особенно на жеребчиков... — с веселой ухмылкой закончила младлей.

Так, блять... Какие еще, нахрен, "жеребчики" в тринадцать-то лет!? Да я тебе таких "жеребчиков" покажу, "мамаша" хренова! Она вообще понимает, что несет!?

Блин, может я просто не о том подумал? Наверное, Сивира имела в виду прогулочки за ручку да поцелуйчики в щеку... Хотя какие, нахрен, руки!? Она же пони, блин...

Дальше я особо не вслушивался в разговор двух кобылок. Я всё пытался вспомнить, когда в последний раз просто так гулял с девушкой за руку? Давненько, блин...

Странно, но на меня неожиданно обрушился приступ меланхолии. Перед глазами стояли лица людей, с которыми мне доводилось общаться, которых знал мимолетно и даже тех, кого, казалось, уже давно забыл. Сердце немного защемило.

Черт, а я ведь больше никогда их не увижу — ни сослуживцев, ни бойцов, никого... Все погибли, кто-то давно, а кто-то совсем недавно...

Шепилов, скотина, ну какой же черт тебя дёрнул!? Блин...

Когда мы наконец вошли в здание школы, я был просто оглушен криками и визгами мелких засранцев, которые, как умалешённые, носились по классу. У доски за этим локальным катаклизмом с самым невозмутимым выражением морды наблюдала виновница драки между Лисиным и Биг Маком... Как там ее, Шери, что ли?

Заметив моё появление, все лошадки как-то разом притихли и уставились в мою сторону... Странно как-то.

Впрочем, не, важно, не она меня интересует. Мне сейчас нужен во-он тот коротко стриженный парень, что стоит возле неё

— Лисин, подойди на секунду... — как можно вежливей "попросил" я бойца.

Тот сказал что-то своей подруге и торопливо пошел за мной на выход из класса.

— Здравствуй, Сэйли! Я очень рада, что ты смогла так быстро приступить к занятиям! Надеюсь, тебе вчера у нас понравилось... — донёсся из класса голос этой самой Шэрли, когда туда зашла Сэйли с Сивирой.

— Долго пиздеть не буду... Головой отвечаешь, понял? — как можно вкрадчивей сказал я ефрейтору.

Хотя, судя по всему, боец и так прекрасно понимал сложившуюся ситуацию. Умный он всё-таки парень... Уж поумнее меня будет, засранец!

Боец кивнул и буркнул:

— Разрешите идти?

— Иди... — тихо ответил я и начал хлопать себя по карманам в поисках сигарет.

Ну, пока тут находится Лисин, за Сэйли я более-менее спокоен. Он, конечно, не Кабанов и даже не Скоков, но по башке треснуть в случае чего тоже может...

Стоп, какое нахрен треснуть!? Опять эта чертова паранойя! Совсем уже долбанулся...

— Можешь сесть вон за ту парту. Там раньше сидел Снипс, но месяц назад он вдруг переехал... Надеюсь, что мы все вместе прекрасно поладим! Кхм, мисс Хувс, простите, но у нас уже урок начинается... — доносился из класса голос учительницы.

Через секунду из-за двери показалась младлей.

— Ну что, у тебя ведь ничего срочного не запланировано? — как-то странно протянула Сивира, как только мы вышли из школы.

— Да нет, вроде... — ответил я, на ходу вставляя в зубы сигарету.

Краем глаза я отметил, что младлей глубоко вздохнула, будто бы собираясь с силами. Как только я поднес зажигалку к сигарете, кобылка спросила:

— Тогда, может, прогуляемся? А то одной как-то скучно... — протянула "мышь", внимательно следя за моей реакцией

Руки предательски задрожали... Кое-как подкурив, я затянулся.

Блин, не нравится мне всё это! Остаться наедине с Сивирой — это, конечно, здорово, но что-то мне стремно...

А, черт с ним!

— Ну давай, прогуляемся... — как можно спокойней ответил я, жадно затягиваясь табачным дымом.

Младлей смущенно хмыкнула и подождав, пока я поравняюсь с ней, двинулась вперед по дороге.

— А мы идем куда-то конкретно или... — попытался завязать я беседу, но то ли мой голос стал очень тихим из за нервов, то ли Сивира просто не расслышала меня...

— Хорошая погода, правда? Сегодня ночью пегасы должны дождь устроить, слышал? — как-то нервно начала пороть лабуду кобылка.

Какая, нахрен, погода!? Твою мать, ты еще скажи, что у меня берцы симпатичные! Ага, и еще спроси, где такие прикупить можно! Ну или о чем там бабы треплются?

— Эм, эти пегасы у вас типа метеорологов, что ли?

— А ты знаешь, что Твайлайт сегодня должна была в Кантерлот уехать, у них там съезд какой-то... — Сивира вновь не дала мне завязать разговор.

— Да она мне что-то...

— Кстати, ты не знаешь, как там дела у Лисина с Черили? Может он что-то рассказывал? — продолжала меня игнорировать младлей.

Твою мать! Она долбанулась или просто издевается надо мной!?

— Нет, он не гово... — начал было я, но кобылку было не остановить...

Она всё продолжала задавать свои вопросы, но совершенно не собиралась ждать ответа! За двадцать минут я успел выкурить уже три сигареты и выслушать целый ворох абсолютно ненужной информации и кучу дебильных вопросов...

Мы уже ушли на другой конец города и теперь двигались по какой-то проселочной дороге, а серая пони всё не унималась...

— Как думаешь, насколько далеко Луна находится от земли? — каким-то наигранно беззаботным голосом задала очередной вопрос младлей.

Ну всё, задолбала! Какая нахер Луна!? Она совсем ёбнулась!? А может упоролась чем!? Черт, надеюсь, она не наркоманка! Очень, блять, надеюсь!

— Какая, нахрен, Луна!? Что ты несешь вообще!? Про пегасов, про накопытники, про еще какую-то хуйню!? Совсем долбанулась, что ли!? — недовольно проговорил я и быстро замолк, увидев реакцию Сивиры.

Младлей замерла на месте и испуганно опустила голову.

Вот ведь блин... Ну какого хера я всё время ляпну что-нибудь и только потом, подумаю!? Ну дебил...

Пони выглядела на удивление печальной. Она просто молча стояла на месте, понуро опустив голову и самозабвенно ковыряля копытом землю.

Странно как-то... Разве она не должна была наорать на меня? Ну или двинуть мне копытом? Фигня какая-то...

— Это... Слушай, я совсем не это хотел сказать... — начал я неумело пытаться извинится.

— Извини... Мне просто не совсем понятно, какого черта ты всю дорогу рассказываешь мне о какой-то “дребедени”? — всё так же как можно спокойней, спросил я у кобылки.

Сивира прервалась от ковыряния в земле и подняла голову.

— Это было в книге написано... Я её еще неделю назад у Твайлайт взяла... — тихо ответила она.

— Книге? Что это еще за книга такая? — удивленно спросил я.

Интересные дела... Это что же за книжка такая? Уж не единорожка ли её написала? "Вынос мозга собеседнику для чайников — Автор, фиолетовая пони".

— "Первое свидание, советы и инструкции"... — всё так же тихо сказала Сивира.

— Че-его!? — только и смог выдавить я из себя.

Какие еще, нахрен, свидания!? Твою мать, зачем ей такие книжки!? Неужели она...

Вдруг кобылка как-то резко собралась и принялась оглядываться, словно боялась, что за нами подглядывают. Никого не обнаружив, она резко набрала в лёгкие воздух и сказала.

— Ты будешь моим особенным по... Тьфу, сено! Ты будешь моим особенным человеком!? — закончила “мышь” голосом, в котором проскальзывали командирские нотки.

Я тупо уставился на Сивиру, которая внимательно вглядывалась мне в лицо, пытаясь узнать мою реакцию.

Впрочем, на моей роже и так было написано — "Что, блять!?"

Она предложила мне встречаться!? Твою мать, она хочет со мной встречаться! Охренеть! Черт, что же делать!?

Так, спокойно, спокойно... Да успокойся ты! Лейтенант ты или хер собачий!? Сейчас как можно тактичней надо ей отказать, но так, чтобы не обидеть! Ну не могу же я с лошадкой любовь крутить!?

— Э-э-эм, знаешь... — начал было я, но осекся.

Младлей продолжала внимательно смотреть на меня, явно нервничая.

Лукин, твою мать! Разве не этого ты хотел!? Может, хватит уже елозить и делать вид что ничего не происходит!? Признай, ты гребанный зоофил, ничем не лучше Лисина! Тебе ведь нравиться Сивира!? Блин, да как же мне может нравится лошадь!? Она же блять, просто гребанная лошадь! Не более...

Твою мать... Я не верю что это делаю!

Собрав всё, что осталось от моего мужества, потерянного перед лицом этой серой "мышки" я всё же решился:

— Да, буду!- с трудом выдавил я из себя.

Сивира, у которой еще секунду назад коленки от волнения подгибались, вдруг просияла и расплылась в улыбке. В самой лучшей улыбке, что я когда либо видел...

У лошади, конечно... Черт, неужели я всё же решился? Всё, пиздец? Рубикон перейден и теперь я официально зоофил!? Твою мать, да меня же бойцы засмеют! Как я им в глаза то смотреть буду? Черт…

А хотя… Да пошло оно всё нахуй! Зоофил, не зоофил — насрать!

Ебись оно всё понем и будь что будет!

Пятьдесят шестая глава.

Черт, а что дальше-то!? Может она уже скажет хоть что-нибудь!?

Мы с Сивирой уже больше двух минут стояли на проселочной дороге и тупо смотрели друг на друга.

Она улыбалась, а я тщетно пытался перестать смущатся как маленькая девочка....

— Кхм... А может, пойдем обратно? Ты же говорила, что там дождь будет и всё такое... — тихо обратился я к кобылке.

— Ага... — ответила младлей и, чуть помялась, развернулась и медленно пошла в сторону городка.

Закурив и осмотревшись по сторонам, я быстро двинулся следом за ней.

— Да, и вправду будет дождь... — задумчиво произнесла Сивира, бредя рядом со мной.

Что!? Опять!? Да ети твою налево! Мы что, теперь будем...

Ёпт, как-то не так я себе это представлял... Или так и должно быть? А хер его знает, я же никогда не с кем не встречался... Да и с кем я мог романы крутить, когда вся моя жизнь состоит из казарм и бараков!? Блин, гребанные романтические комедии...

— Будет... — неуверенно буркнул я.

Черт, ну и о чем нам теперь разговаривать!? Может стоит спросить её родителях? Да она и так говорила, что у нее папаша ничуть не лучше моего — думаю, не стоит сыпать соль на рану...

— Надеюсь, Сэйли подружится с кем нибудь в школе... — продолжила Сивира пороть чушь.

— Надеюсь... — вторил я ей.

Блин, а ведь и правда было бы здорово, если бы мелкая с кем нибудь подружилась! Ну не в первый же день, но всё же!

— А как ты думаешь... -начала кобылка бормотать еще какую-то ересь, но осеклась и резко остановившись серьезно посмотрела на меня.

— Какого сена, Лукин!? Да Дискорд меня раздери, мы только что начали встречаться, а несем какую-то чушь! — громко и с нажимом произнесла кобылка, недоумевающе глядя на меня.

— Блин, да это же ты какую то херню порешь! Да и, етить-колотить, о чем же нам теперь говорить!? И почему это я должен что-то говорить!? — возмутился я обвинениям младлея.

Она еще и мне это в вину ставит, вообще охренела!

— А кто из нас жеребец!? Тьфу, сено! То есть, кто из нас… Как вы там себя называете? Мужик? — вновь продолжила гнуть свою линию "мышка".

Черт, а ведь и правда... Твою же мать! Ладно, раз я мужик значит инициатива за мной...

Блять, а что делать то!? Ёпт, да я же только по шлюхам ходил, да и то по пьяни... Да и то всего пару раз... И то по корейским... Твою же мать! Ладно, справлюсь!

— Ну, может тогда.... — сказал я и замолк.

Блин, что предложить-то!? Может куда нибудь сводить её, в бар там или еще куда... Стоп, какие, нахрен, бары!? Черт, ну почему меня всегда, чуть что, так сразу напиться тянет!? Блин! Так, а что обычно в фильмах делают? Трахаются?

Ох ёпт! Ну нахрен! Черт... Может, тогда лучше поцеловать её? Нет, лучше просто обнять! Да, точно!

— Давай, что ли... — осторожно начал говорить я, как меня резко прервали.

— Вот ты где... Какой ржи наелся твой гвардеец!? — услышал я чей-то знакомый голос.

Мы с Сивирой почти одновременно повернулись в сторону звука. В паре метров от нас, взмахивая крыльями, висела Ранбодас...

— Эй, длинный, я к тебе обращаюсь!? Почему твой гвардеец устроил драку с моей подругой!? — зло рявкнула голубая лошадка.

Не успел я ничего ответить, как Ранбодас резко изменилась в мордочке, словно что-то вспомнила.

— Кхм, нет, ну это Гильда, конечно, начала... — извиняющимся тоном произнесла она, но затем снова негодующе буркнула:

— Но всё равно, это он её оскорбил, а потом еще и сковородкой по голове огрел! У вас так принято, что ли!? — с вызовом закончила Ранбодас и уставилась на меня в ожидании ответа.

— Рэйнбоу Дэш, если я не ошибаюсь? — недовольным тоном, стараясь изобразить вежливость, спросила Сивира.

Ёпт! Так вот как её зовут!? Черт, а я то, дурень, её Ранбодасом обзывал. Мда некрасиво вышло…

Хотя, после того что эта голубая овца успела мне наговорить, извиняться я совсем не собирался!

Голубой “пикировщица” скосила взлгяд в сторону младлея и, кивнув, гордо произнесла:

— Она самая!

На секунду мне показалось что эта Рэйнбоу сейчас просто лопнет от чувства собственной важности…

— Расскажите поподробнее о случившемся… Прошу вас -всё так же вежливо попросила младлей.

Хотя что-то мне подсказывало, что “мышь” была так же недовольна появлением этой крылатой, как, собственно, и я.

— Ну, меня самой там не было… — с неохотой призналась голубая кобылка и чуть погодя добавила:

-Но мне всё Флаттершай рассказала! — уже с вызовом в голосе закончила Рэйнбоу.

Флаттершай? Это что еще за имя такое!? Ранбодасы всякие, да еще и Флаттершаи…

Впрочем, а чему тут удивляться? Это же говорящие пони, ети их за ногу! Еще бы у них нормальные имена были…

— И что же она рассказала!? — уже еле скрывая раздражение, продолжила свой допрос Сивира.

Блин, а что я молчу!? Это же вроде ко мне голубая обращалась…

Ёпт, твою мать! Это что же выходит!? Сивира в нашей “ячейке” за главную будет!?

Это я типа подкаблучник!? Какого хера!?

— Кхм… Действительно, давай уже — попытался вставить я своё “веское” слово, но меня просто проигнорировали.

Рэйнбоу словно бы специально не обращала на меня внимание и продолжала не замечать моих попыток влезть в разговор.

Черт, чувствую себя полным придурком…

К счастью, мне и не понадобилось вмешиваться в рассказ “пикировщика”.

Как выяснилось, Пугачев столкнулся с какой-то Гильдой и в ходе их словесной перепалки послал её на три буквы, отчего та, видимо обидевшись, расцарапала бойцу лицо.

Но, к моему удивлению, этот “пряник” не только не растерялся, но и умудрился хорошенько треснуть эту самую Гильду сковородкой по башке…

Блин, где этот придурок сковородку-то достал!? Я хренею…

Поруга Рэйнбоу вроде даже не получила сотрясения и отделалась лишь синяками…

А может и получила, я плохо понял.

Твою мать, что же это за пони такая волшебная, раз её даже сковородкой по балде не получается усмирить!?

В общем, потасовку прервала какая-то Флаттершай. Каким образом она их разняла, я плохо понял, но в принципе это и не важно.

Проблема была не столько в случившимся — в конце концов, обе стороны были неправы, а в том, что эта самая Гильда "забила стрелку" моему бойцу...

— Нет, ну это конечно не моё дело и всё такое... Но, сено, её раздери! Она же грифина! Гильда же не станет сдерживаться! Да и этот твой Пугачев тоже... Ох Селестия, да они же поубивают там друг друга! — с плохо скрываемым страхом в голосе закончила Рэйнбоу.

Друг друга? Ага, щаз-з-з! Черт, да я Пугачеву свой ПМ даже отдам, ибо нехрен какой-то сраной грифине выпендриваться на моего бойца! Даже на Пугачева...

Стоп, она сказал — грифина!?

— Погоди, что еще за грифина? Это что, половая ориентация или религия...

— Она грифон, дурень! — резко оборвала мою речь Сивира.

Грифон!? Это типа такая птица из сказок!? Охереть, у них тут грифоны водятся!? Да ёпт, вашу ма...

А хотя, чему я удивляюсь? Минотавры есть, драконы есть, так почему же не должно быть грифонов? По-моему, мне уже пора перестать удивляться подобным вещам...

— Может быть, вы поговорите с ней? Вы же офицер... Может, хотя бы вас она послушает? — явно борясь со своей гордостью, попросила Рэйнбоу.

Сивира как-то обреченно вздохнула и нехотя буркнула:

— Да, конечно... Предотвращение конфликтов — моя прямая обязанность... — последнюю фразу она произнесла с нескрываемым раздражением.

— Ну ладно, сходим к этой твоей грифине... — начал было я, но младлей не дала мне закончить.

— Нет, тебе идти не стоит. Не знаю, как она на тебя отреагирует... Да и выяснять желания нет!

Ну охренеть теперь! Это типа потому, что я человек!? Охренели совсем...

— Я думаю, тебе стоит с Пугачевым пообщаться, а то вдруг что... — уже более дружелюбно добавила Сивира.

— Ну может уже полетим? Мне сегодня еще дождь организовывать! — нетерпиливо заворчала голубая пони.

Сивира уже было собиралась взмахнуть крыльями, но остановилась и неуверенно уставилась на меня. Ей явно хотелось что-то сказать... Но при Рэйнбоу она явно не решалась демонстрировать наши так называемые "отношения".

В итоге, тупо посмотрев на меня несколько секунд, она кивнула и решительно скомандовала, повернувшись к пегаске.

— Ведите!

— Ха! Легко! Кто последний — тот мешок овса! — дебильно-веселым голосом проговорила Рэйнбоу и вдруг резко устремилась вверх.

Впрочем, Сивира тоже не отставала от "пикировщика". Резко взмахнув крыльями, младлей устремилась в след своему проводнику...

— Охереть... — не удалось сдержать мне своё удивление.

Чуть помявшись на месте, я достал сигарету и, почиркав зажигалкой, закурил. Затянулся пошел обратно в городок, по направлению к яблочной ферме.

Если где и искать мне Пугачева, так скорее всего там...

Блин, ну хоть бы чмокнула на прощание.... Даже обидно как-то: и поговорить не успели! Ну да ладно, еще успеем...

Черт, откровенно говоря, мне что-то стремно от всех этих "романов" — и дело даже не в зоофилии...

Сивира — мой, пускай и долбанутый, но все же единственный друг, а теперь... Блин, если я опять напортачу, то это будет звездец! О чем мне с ней говорить!? А если ей захочется меня с семьей познакомить, что я скажу!? "Здраститя, я Лукин, я ем мясо и пью спирт"!? А если она поцеловать меня решит!? У неё же клыки! Черт, а если ей захочется чего-то большего, чем просто разговорчики и поцелуйчики!? Если она решит... Ох ёпт! Как же всё хреново...

— А и хер бы с ним! — зло сплюнул я и выкинул окурок на дорогу.

Что там да как... Похуй! Вообще похуй... Будь что будет! В конце концов, никто меня не заставлял. Я сам решил и жалеть об этом не собираюсь!

Лишь бы бойцы не узнали... Блин, а ведь они узнают, рано или поздно! Твою же мать, ну почему мне всё время так не везет!? Дерьмо...

Хотя, ладно... Что это я, хуже Лисина, что ли!? Ему можно, а мне нет? А вот хуй! Я может тоже хочу...

Блин...

Примерно с такими мыслями я прошел по "городу" и миновав казарму зашел в яблоневую рощу.

Долго искать Пугачева не пришлось. Рядовой отыскался прямо в роще вместе с "колхозной" пони. Лошадка занималась своим "любимым" делом — мучила деревья, долбя по ним копытами, а Пугачев грузил корзинки с яблоками на двуколесную тачку.

Интересно у них разделение труда... Блять! Ему не западло этим мутантам подчиняться!? Тьфу, аж противно...

Так лейтенант, это не твоего ума дело! Не лезь, забыл чем в прошлый раз твоё вмешательство закончилось? Вот-вот, так что рыпаться не стоит...

Едва завидев меня боец вытянулся по стойке смирно.

— Здравия желаю, тащ лейтенант! — наигранно бодро сказал Пугачев и замер.

— Вольно... Пошли, нам поговорить надо... Кстати, привет, "шляпа"! — поздоровался с кобылкой.

Хм, видимо, на "шляпу" она обижается...

У "колхозницы" даже рот открылся от возмущения, но не успела она ничего сказать, как мы с бойцом уже отошли на безопасное расстояние.

— Так... Что у тебя там с грифоном случилось? — буркнул я, вставляя сигарету в зубы.

— Ну так, это же она первая начала! — сразу же стал оправдываться рядовой, возмущено всплеснув руками.

Блин, как баба, чес-слово! Можно подумать, я его осуждать собираюсь... Честно говоря...

— Да успокойся ты... Уж не видел, что у вас там вышло, но отхерачить грифона, да еще и сковородкой... Блять, да я тобой горжусь!!! — не смог сдержаться я.

Реакция Пугачева на моё признание была достаточно странной.

Попытался что-то ответить, но, видимо от удивления, смог выдавить лишь:

— Че?

Похоже боец всё никак не мог поверить что услышал это.

Еще бы, я же его почти всю службу чмырил... За дело конечно, но всё-же.

— Не, "че"! А "разрешите уточнить"! Вообще охерел! Расслабился, блин... — недовольно рыкнул я.

Блин, у этого придурка такой вид, будто я ему только что в любви признался! Зря я, наверное, про гордость ляпнул, ну да ладно...

Не всё же время ругаться да наказывать!? Похвалить тоже не помешает, да и тем более за дело!

Ну не совсем же я мудак!

Пятьдесят седьмая глава.

Инициализация…

Дислокация...

Цель...

Инструкции...
/Протокол маршрута 1b/
/Протокол допустимых действий 1b/
/Протокол перемещения 1b/
Инициализация завершена.

Четырехметровое тело задергалось и, извиваясь, принялось шевелить огромным количеством маленьких лапок на брюшке. Суча конечностями с бешеной скоростью, длинная тварь начала прокладывать свой путь на поверхность.

Проверка ограничений...

Добыча ресурсов: ограничения сняты

Самооборона: ограничения сняты

Скорость движения: ограничения сняты

Дислокация: ограничения сняты

Оставляя за собой тоннель диаметром чуть больше метра, здоровенная туша вылезла из своего убежища и, оказавшись посреди леса, остановилась.

Сканирование…

Направление: 225
Расстояние: 200000
Загрузка меток...

Метки загружены.

Четыре метра хитина вдруг резко сорвались с места и, извиваясь словно змея, двинулись в неизвестном направлении.

В комнате, погруженной в ночную темень, на кровати в самом углу что-то зашевелилось.

Сэйли медленно слезла со своего спального места, стараясь двигаться как можно тише. Оказавшись на полу, кобылка,, сунула голову под одеяла и, явно нервничая и чуть повозившись, извлекла из-под него кухонный нож. Сжимая рукоять ножа в зубах, трехногая пони тихонько развернулась и опасливо посмотрела на кровать Лукина.

Лейтенант спокойно спал, явно не потревоженный действиями кобылки. Сегодня вечером, он как и всегда в последнее время, грохнулся спать не раздеваясь.
"Сейчас или никогда!" — решила Сэйли и стала осторожно приближаться к спящему человеку. Отсутствие одной ноги сильно мешало скрытному передвижению, но кобылка передвигалась неспеша и акуратно. Судорожно сжимая нож в зубах, больше всего она боялась что человек проснется и заметит её, но к облегчению маленькой пони, этого не произошло.

Добравшись до койки Лукина, Сэйли тихонько выдохнула, стараясь унять бешено колотящееся сердце и принялась как можно осторожнее забираться на кровать.
"Еще чуть-чуть... Давай Сэйл, ты справишься!" — подбадривала себя кобылка, буквально "вползая" на койку.

Лейтенант не пошевелился. По всей видимости он так был сильно измотан дневными событиями, что совсем не замечал происходящего.
"Есть!" — пронеслось в голове у пони когда она наконец оказалась на кровати своего "отчима". Языком поправив нож во рту, так, чтобы он оказался повернут лезвием к человеку кобылка остановилась ища опору для рывка.
"Вот и всё... Ты даже не проснешся, подонок!" — мысленно крикнула Сэйли, но в то же время в её голове пронеслась и другая мысль.
"Но он же не виноват! Даже наоборот, дядя Дима взял тебя к себе и ни в чем не отказывает!"
"Ложь! Всё это грязное вранье! Он взял меня к себя только чтобы сожрать!" — Сэйли пыталась "вытряхнуть" из головы ненужные мысли.

Но сосредоточиться у неё все равно не получалось. Навязчивый голос всё продолжал говорить о неправильности её решения.

Идея отомстить за своих родителей, пришла в её голову еще в тот момент когда человек пришел к ней в госпиталь. Уже тогда, глядя на Лукина, в голове Сэйли появилась жгучая ненависть. Ненависть к людям и пони,. К принцессам и гвардии. Ненависть к себе...
"Никто! Никто из них не остановил Леру! Где!? Где они были когда эта лживая тварь скармливала мне моего же родного отца!?" — спрашивала сама у себя кобылка, но никак не могла найти ответа. Она никак не хотела поверить что её жизнь в Чистом Сене, останется в прошлом. Счастливое детсво осталось где то там, в темном подвале, рядом с останками её родителей...

Выдержать целую неделю в этой безумной, ужасающей тюрьме и остаться прежней, кобылке было не под силу. Каждый день, каждый час, она, изнывающая от жажды и голода, была вынуждена проводить прикованной к стальной арматурине, слушая стоны своих "сокамерников". Но Лере этого казалось мало...

Первой в "коптильню", небольшое углубление в стене подвала, отправилась отправилась папа Сэйли...

До сих пор трехногой пони слышатся крики и визги отца, когда человек, словно одержимая потрошила его изможденное тело.

Следующим на очереди оказалась мать пони. Лера "великодушно" предложила ей свободу и конец мучений, при условии что она съест собственного мужа.

Но мисис Форес упорно сопротивлялась несмотря на многочисленные избиения и пытки... Но это не помогло... Взамен неё, на предложение человека согласились Синс и Дэйзи. Подружки Сэйли, те кого она считала едва ли не членами семьи, чуть ли не с жадностью набросились на подгнившее тело жеребца.

Но и этого Лере показалось мало. Она потребовала доказательств того, что они "исправились". Она потребовала смерти Трэйли Форес...

Сэйли ничего не могла сделать глядя как её мать ведут вверх по лестнице, куда-то в дом. Мать что-то кричала, пыталась вырваться, но измученная и покалеченная пони ничего не могла противопоставить своим палачам.

— Выживи! Ты должа выжить, слышишь!? Ты слышишь меня!? Выж... — крик матери резко оборвался, его заменил глухой удар и странный треск, словно кто-то наступил на оскольки битого стекла. Сэйли видела свою маму в последний раз...

До самого конца, каждый день Лера не прекращала свою "программу исправления". Пытки и побои человека и её "асистенов" не выдержал никто. Никто кроме Сэйли. Пони, один за другим отправлялись в коптильню, или, не выдерживая издевательств соглашались на всё что предлагала им Лера. Но "свободы" больше не получил никто... Решившихся на отчаянный шаг отправляли наверх — дом. Что происходило там Сэйли незнала, но те звуки что долгое время раздавались сверху не оставляли никаких сомнений — живым не ушел никто...

Но несмотря на все испытания свалившиеся на маленькую пони, она, следуя просьбе матери, выжила.

Она не сломилась под пытками и угрозами. Она не издала ни звука когда её бывшие подруги, под присмотром человека, медленно отрезали ей крылья. Едва не откусив себе язык от напряжения несчастная пони смогла сдержать крики, что так и распирали её изнутри. Глядя на стонущую и плачущую кобылку, Лера бесилась от того что не слышит воплей и отчаянных просьб прекратить.

— Умоляй! Умоляй меня остановиться! Почему ты молчишь!? Немая!? Тупая!? Думаешь что лучше меня!? Умоляй, дьяволо ты отродье! — кричала женщина в самое ухо изкалеченного пегаса.

Но Сэйли молчала.

С того момента как она в последний раз видела свою мать кобылка не проронила ни слова. Её так и не смогли сломить.Ни крылья, ни нога, ни многочисленные раны и ссадины от избиений не заставили кобылку заговорить. Она уже не верила что сможет пережить всё это, но ошиблась...

Однажды дверь в подвал в очередной раз распахнулась. Сэйли уже морально готовилась к очередным издевательствам, но как оказалось — напрасно.

— Давай давай... Посмотрим как ты без своего солдатика запоёшь... — приговаривала Лера, таща за гриву незнакомую пони.

Сэйли слишком долго находилась в темном подвале и её глаза уже успели отвыкнуть от света. Поэтому кобылка не смогла разобрать кого же привели в подвал.

Да и откровенно говоря пони это мало волновало. Она уже готовилась услышать вопли "новенькой", но к её удивлению, Лера, приковав пони к стене, быстро покинула подвал.

Два искалеченных жеребца, которых человек держал исключительно для того что бы измываться над "блядскими мужиками", попытались завязать с "новенькой" беседу, но не вышло. Она лишь мычала в ответ.
“Кляп, наверное” — безразлично подумала Сэйли.

Примерно через час после того как Лера приволокла в подвал "новенькую", сверху раздались какие-то странные громкие хлопки и чьи-то крики. С минуту пони в подвале прибывали в полной тишине, словно боясь пропустить хоть один звук из дома, но тишину нарушила новая пони...

Мыча сквозь кляп, кобылка принялась молотить копытами по стене, явно надеясь привлечь чье-то внимание

Сэйли уже хотела прервать её, но осеклась. Надежда на спасение, всё еще жила в кобылке.

Маленькая пони незнала сколько времени прошло с тех пор как стих шум сверху, может пара минут, а может десять...

Сначала послышались глухие удары в дверь, затем, скрежет и треск ломающегося дерева. На лестнице ведущей вверх появился слабый свет из прихожей.

Спустя какое-то время в подвал, со светильником в лапе, вошел человек...

Тогда еще Сэйли не понимала что последует за его появлением еще одного странного существа. Но только того что он является человеком, хватило кобылке чтобы всем сердцем возненавидеть его...

"Ну давай же! Убей его!" — саму себя подначивала кобылка, глядя на мирно спящего Лукина.

Но зажатый в зубах нож так и не вонзался в шею человека. Пони тщетно пыталась заставить себя сделать рывок...
"Да давай уже! Столько времени ушло, что бы он поверил в то что я приняла его в качестве отчима! А чего мне стоило незаметно для того рыжего ублюдка, стянуть с кухни нож!?"
Но человек был всё еще жив, а нож, а голова кобылки отказывалась подчинятся ей.
“Он такой же как и Лера! Они все такие же! Думаешь они взяли тебя в семью!? Да ты всего лишь красивая игрушка!!! Они сожрут тебя как только им вздумается!” Ненависть всё же взяла вверх.

Сэйли отпрянула, беря дистанцию для удара, и повертела головой, плотнее сжимая нож в зубах. Её голова резко дернулась по направлению к человеку, но вдруго остановилась...

Ей вспомнилась плюшевая единорожка что принес Лукин в день, что она выписалась из госпиталя...
“Может... Может он не такой?” — пробиваясь сквозь волну ненависти и неприязни к людям вспыхнула мылсь в голове кобылки.
“Может они все не такие как Лера!?” — нож оставался в нескольких сантиметрах от шеи лейтенанта.
“Он ведь ни в чем мне не отказывал... Принял в дом, познакомил с друзьями, устроил в школу...” — лезвие не сдвинулось с места.
“Этот человек ведь ни разу мне не соврал... Он и вправду сделает протезы ноги и крыльев!? Неужели я действительно смогу жить так как прежде!?” — голова кобылки начала медленно отодвигатся от Лукина.
“Он не такой! Они не такие! Эти люди действительно приняли меня! Они не принимают на меня как на калеку! Ни врачи, ни пони, ни даже сама Селестия не помогли мне, а дядя Дима помог!” — Сэйли резко отпрянула от спящего лейтенанта выпуская нож из зубов.
“Дядя Дима!? Он... Он мой отчим!? Все эти люди теперь и вправду моя семья!?”
Кухонный нож, звякнув, грохнулся на пол. Человек резко открыл глаза и ничего не видящими глазами уставился на Сэйли.

— Т-ты чего это... — удивленно протянул лейтенант.

Кобылка, медленно легла на кровати и отвернулась от Лукина, пытаясь скрыть слёзы. Осознание того факта что она едва не убила человека спасшего её жизнь, подкосило пони.

— Ничего... — выдавила она из себя.
“Что же я наделала!? Сейчас он увидит нож и...” — мысли кобылки оборвала легшая на её голову рука лейтенанта.

— Кошмары? Бывает... У меня в детстве тоже было... Правда я тогда ужастиков насмотрелся. — вяло проговорил лейтенант.

Человек накрыл Сэйли одеялом и зевнул буркнул:

— Ладно... Давай уже спать... И это, не бойся. Я же рядом... — уже с закрытыми глазами добавил лейтенант устраиваясь поудобнее.

Сэйли слабо улыбнулась. Узнать о том что она всё же не одинока в этом мире, было хоть и неожиданно, но на удивление успокаивающе. Чуть поворочавшись, кобылка закрала глаза.
“Завтра ведь еще в школу... А ведь до Понивилля я ни разу не была в школе! Может и правда, новая жизнь не такая уж плохая...”