Мордочкотыкание приводит к кариесу

Стоматология

Писатель-фантаст

Всем иногда хочется отдохнуть от скучного, привычного мира и окунуться в мир удивительный и необычный. Один молодой единорог уже давно мечтает подарить пони такой мир, написав свои фентези-книги. И тут судьба преподносит ему подарок! В своих снах, герой попадает на планету, заселенную загадочными существами под названием "люди". Он с интересом исследует ее и попутно описывает все в своих книгах. Но чем больше он узнает, тем больше у него появляется вопросов.

Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Выпекать до корочки

Старлайт Глиммер и Трикси Луламун пекут кексы на кухне замка.

Трикси, Великая и Могучая Старлайт Глиммер

Неудачники

Небольшая серия маленьких зарисовок на тему попаданчества, представляющая из себя поток бредовых ситуаций, происходящих в одной и той же вселенной.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Ночь Морозной Смерти

Есть на севере Эквестрии существа, которым нужно тепло...живой плоти.

Дерпи Хувз Другие пони ОС - пони Доктор Хувз

Добавить по вкусу

Строго следовать рецепту или импровизировать? Бесспорно, у каждого повара свой подход. А существует ли рецепт дружбы, от которого можно было бы отступать?

Пинки Пай Лира Бон-Бон

Обратная сторона медали

Иногда мы просто не знаем всей истории.

Твайлайт Спаркл Трикси, Великая и Могучая

Дождь над миром

Сказ о том, откуда (и что) есть пошли на Эквусе аликорны. Миф придуман в рамках сочинённой мной вселенной «Полярной звезды», но вполне вписывается и в мир «классической» Эквестрии, ибо кто знает, что там было десяток тысяч лет назад между киринами, зебрами и пони.

Другие пони

Клубок Спаркл

Началось с того, что Твайлайт Спаркл втянулась в изучение специфического вида магии. А выбраться назад оказалось намного сложнее.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Литературная дуэль Клуба Чтения

Дуфа и Пуфа от мира фанфиков

ОС - пони

Автор рисунка: MurDareik
Глава 2. Неуклюжий житель серого города Глава 4. Серость как стиль жизни

Глава 3. Много вопросов и много ответов

— Откуда ты меня знаешь и почему ты ждал меня на вокзале, если ты не проводник?

— Ну что же, — пересел Банджо в кресло-качалку и начал ритмично раскачиваться. –Расскажу немного о себе. Начну с того, что я пишу стихи. Мне 22 года и я уже как два года работаю в Понис Интерсити Ньюс.

— А, что, интересно, поэт делает в ПИНе?

— Зарабатываю на хлеб насущный. Кушать-то хочется, – усмехнулся поэт. — Так вот. Наши осведомители узнали об истории связанной с Малыми Уздцами. Там происходит что-то странное, и меня отправили выяснить, что же. Так же мне сказали, что туда Кантерлот отправил опытного хирурга, владеющего таинственной техникой лечения. Так я узнал твоё имя. Это была единственная зацепка. Я думал ты знаешь что-нибудь об этом городе.

Тут пришла очередь смеяться Хило.

— Да, правда? – ржал он. – Серьёзно? Опытный хирург? Таинственная техника лечения? Так и сказали? И что же странное происходит в Малых Уздцах? Дай угадаю, там в болоте булькают пузыри… Или нет! Вот! Лучше! Таинственное исчезновение маффинов с прилавков! Хочешь, я скажу тебе, что случилось? Под покровом ночи загадочным образом начала исчезать совесть у сотрудников вашей жёлтой газетки — вот что!

— Ну, надо же как-то привлекать внимание, — хитро улыбнулся Банджо, — скажи, а ты правда не тот, о ком мне рассказывали? Не опытный хирург с сакральными знаниями древней философии медицины?

Единорог давно так не смеялся. Дома наверное ему сделали бы замечание за некультурное и столь бурное выражение своих эмоций. Но он не мог себя сдерживать. Он ржал и бился и даже упал со стула.

— Я? Ваххахаха! Я – опытный! Ахахах! Я позавчера прощался со своим наставником, а на прошлой неделе защитил свой диплом!

— Ну хотя бы для статьи ты можешь представиться таковым? — Банджо с надеждой посмотрел на друга.

— Нет, — улыбнулся Хило. — Ни за что. Когда об этом узнают в Кантерлоте (а они обязательно узнают) поднимут на смех и я уже тогда точно не смогу стать доктором.

— А ты разве итак уже не доктор? — удивился Скриптор.

— Нет, я прохожу здесь что-то вроде ординатуры.

Банджо был сегодня удивительно смелым. Обычно он не был настроен разговаривать с незнакомцами, впускать их в свой дом и вести долгие распросы. Но сейчас было что-то необычное. Он преодолевал свою робость, потому что ему был крайне интересен его новый знакомый. И вот он настолько осмелел, что решил задать мучивший его уже давно вопрос.

— Прости, может я чего-то не понял? Для ординатуры нужна медицинская академия или что-то вроде того, — предположил хозяин дома. — А в Малых Уздцах ничего такого нет. Там даже больницы нет. Тогда зачем тебе туда?

— Вот, ты прям мои мысли читаешь, — вздохнул Хило. — Если бы я знал!

— Ладно… — Банджо подумал, что учёный не хочет раскрывать каких-то секретов. Ясное дело. Научная тайна. Но увы он был неправ.

Они помолчали некоторое время, налили себе ещё чаю. Ливень, казалось, и не думал прекращаться. Снаружи с монотонной периодичностью сверкали молнии, на гром жеребцы уже перестали обращать внимание.

Медик начал присматриваться к обстановке в комнате. Аккуратно сложенные пластинки. Погодите-ка? Чьи это? Не может быть! Понис Жеребенщиков!

— Ты слушаешь Жеребенщикова? — просиял Инсепт.

— Конечно! У меня и папа его слушал! Это, практически, мой любимый бард, — так же загорелся Банджо. — Его идеи… Такие безумные и одновременно такие адекватные… Он поёт о любви, и об отсутствии условностей… О любви такой разной… Я бы даже сказал о всеобщей любви и личной любви единовременно. Как будто об эмпатии…

— Да, да, да. Именно за это я его и люблю. Слушай! Банджо, может сыграешь, что-нибудь из него? Не знаю… Может быть из его последнего альбома “Пони белая”*? — предлагал наперебой Хило. — Например “Селестии видней” или “Марш священных аликорнов”? А может чего-нибудь более раннее? Из альбома “Пониология”? Например, “Партизаны принцессы Луны”, “Эквестрийская нирвана” или “Две сестры”?

— Боюсь, я не смогу сыграть эти песни, — смущённо улыбнулся Банджо.

— Ну, а может тогда “Десять прекрасных лам” или “Беспечный Эплузский Поняга”?

— Эм… Хило… Я только месяц назад достал банджо и начал потихоньку учиться. Так что…

— Стоп… Серьёзно? Его зовут Банджо и он не умеет играть на банджо? — проскочила у Хило странная, но весёлая мысль.

— Ну хорошо… Ладно. Не страшно. Когда научишься сыграешь, — улыбнулся ординатор.

— Боюсь тебя огорчить, но я сомневаюсь, что когда-то научусь. Кому бы я не пел, все говорят, что у меня отвратительный музыкальный слух, как будто тимбервульф на ухо наступил. И у меня совершенно нет чувства ритма. Так что, я вряд ли буду когда-нибудь кому-нибудь петь песни.

Хило подумал, что совершил ошибку, затронув эту тему и видя как его новый друг погрустнел, решил больше не спрашивать его о банджо, только решил дать Скриптору совет, которым Кайндхил всегда помогала ему самому в похожей ситуации:

— Знаешь что? Ты только продолжай пытаться и не сдавайся. Пусть кажется, что цель недостижима. Уныние только и ждёт, что ты опустишь копыта после неудачи. А вот если ты не сдашься, то когда тебе уже покажется, что ты испробовал всё и удача невозможна, именно в этот момент откроются новые возможности и произойдёт качественный переход на новый уровень.

Скриптор подумал над этой новой для него мыслью секунд десять.

— Спасибо за то, что веришь в это, — ответил он странно. — Я буду стараться.

— Хорошо, — улыбнулся Хило. — Слушай, а почему ты всё-таки догнал меня?

Кажется ординатор опять не угадал с темой для разговора. Банджо вновь нахмурился. — Я имею в виду, ты здорово поступил, что не оставил меня под дождём, просто почему ты решил вернуться?

Банджо слез с кресла качалки и поставил чайник кипятиться ещё раз прежде, чем ответить.

— Видишь ли, — начал Скриптор. Было видно, что ему трудно говорить, — я не очень люблю общаться с посторонними пони. Я и от тебя бы убежал. Просто мне почему-то показалось, что у нас с тобой много общего. Обычно я так не делаю. Но тебя я искал, и я около минуты раздумывал, а ты ли это? И тогда я решил вернуться, подумав, что если это ты, то тебе будет нужна помощь. Раз уж ты тоже отправляешься в эту дыру, было бы здорово сделать это не в одиночку.

В этот момент из окна ему в глаза посветил жаркий лучик солнечного света, показавшийся из кусочка лазурного неба.

— Вот так обычно и случается! — улыбнулся Банджо. — Сильный дождь не бывает долгим, а долгий дождь не бывает сильным. Через минут десять небо будет чистым. Ветер отгонит тучи от города и мы отправимся в путь. У тебя есть плащ?

— Нет, только зонтик, — показал ординатор свою гордость — потрясающий кантерлотский зонтик трость.

— Э не, брат! Зонтик у тебя улетит или порвётся на первой же минуте матча, — рассмеялся Банджо. — Держи. Это тебе, — сказал он, протянув Хило прорезиненный плащ.

Он вышел в прихожую, отворил дверь, а с другой стороны ему в морду пахнуло свежестью.

— Да! Этот день будет просто за-ме-ча-тельным! — нараспев проговорил он, надевая сомбреро. Она до этой минуты висела на крючке рядом с плащами и гость никак не мог бы подумать, что это не предмет декора, а повседневный атрибут одежды гостеприимного хозяина.

— У вас принято носить такие шляпы? — с беспокойством спросил Хило.

— Нет! — рассмеялся Банджо. — Это моя оригинальная идея. Дело в том, что сейчас по дороге будет лупить солнце, и нет ничего лучше шляпы с большими полями. И плевать на мнение окружающих!

— Что?! Но ведь только же что была гроза!

— Погода в Санкт-Понисбурге и его окрестностях — это ещё одна “изумительная” вещь, о которой я не успел тебе рассказать. Как и о некоторой особенности жителей нашего славного города, — многозначительно кашлянул он. — Я жил здесь всю жизнь, но много времени проводил с приезжими, а потому знаю чем отличаются повадки южан от наших. К сожалению, — вздохнул он, — не в выгодном для нас свете. Ладно, в путь! В дороге ещё будет время поболтать!


* — вот то пояснение которое я обещал. это всё пародии на названия альбомов и песен группы Аквариум. Да простит меня Борис Борисович. Думаю, он был бы не против...

В порядке упоминания в тексте это были названия следующих песен: “Господу видней”, “Марш священных коров”, “Партизаны полной Луны”, “Русская нирвана”, “Три сестры”, “Десять прекрасных дам”, “Беспечный русский бродяга” и альбомы: "Лошадь белая" и "Ихтиология"