Любовь - это магия

Глава 5. Серебро

В ту ночь Пинки никак не могла заснуть, беспокойно ворочаясь с одного бока на другой и слушая заливистый храп мистера Кейка. Как бы она ни пыталась отключить сознание, её мозг в полудрёме упорно продолжал крутить и рассматривать картинки с Твайлайт. Твайлайт, стоящая совсем рядом и облизывающая губы, перепачканные в сливочном креме. Твайлайт, растянувшаяся на кровати и соблазнительно манящая Пинки к себе. Твайлайт тянется к ней, чтобы урвать ещё один поцелуй; Твайлайт бежит от неё по пшеничному полю, игриво оглядываясь на то, догоняет Пинки или нет...

— Ну всё, — сердито буркнула Пинки и села на кровати, — больше не могу. Мне нужно уединиться и хорошенько подумать.

Выглянув в окно, она несколько секунд смотрела на виднеющийся вдали Вечнодикий лес и белоснежный диск полной луны, подсвечивающий кудлатые облака. А почему бы, собственно, и не сходить туда? Ей нужно всего лишь пройти несколько метров среди чёрных деревьев, сесть на первый попавшийся пенёк и пораскинуть мозгами над тем, как избавиться от этого навязчивого влечения к Твайлайт. Пожалуй, она так и сделает. Выбравшись из постели и тихонько спустившись вниз, Пинки отворила дверь и вышла в ночной сумрак. Дойдя до края Вечнодикого леса, она сообразила, что можно ориентироваться в пространстве по лунному свету. «Совсем не страшно», — убедила она сама себя, осторожно шагая по сплетённым корявым корням деревьев. Боязливость заставила фантазии о Твайлайт исчезнуть из разума Пинки. Найдя небольшую полянку, освещённую ярким лунным светом, она уселась на ней, вырывая отдельные травинки, и рассеянно огляделась вокруг. Её внимание привлекли две загадочные светящиеся точки позади неё, и Пинки вся затряслась от внезапного страха и осознала, насколько безумной была затея пойти ночью в Вечнодикий лес... Две излучающие свет точки начали приближаться. Ужас сковал Пинки по передним и задним ногам и лишил голоса; она пыталась кричать и не могла. Наконец из мрака выступило чьё-то лицо, и, приглядевшись, Пинки увидела большого и лохматого оленя. На вид он был очень стар; его рога покрывали мох и паутина.

— Здравствуй, Пинки Пай, — надтреснутым старческим голосом сказал он. — Я знал, что ты придёшь сюда именно в эту ночь.

— А-а... А откуда вы знаете м-моё имя? — всё ещё боязливо спросила Пинки. Её страхи увидеть какого-нибудь огромного монстра улетучились, но зубы продолжали отбивать чечётку.

— Я многое знаю, Пинки. Меня зовут Муни Визард. Я знаю прошлое, настоящее и будущее; я видел многое, когда ты даже не догадывалась о моей слежке за тобой. Идём, я покажу тебе то, ради чего ты здесь. Идём же, — настойчиво повторил он, и Пинки, несмотря на дрожащие ноги, поднялась и опасливо последовала за ним. Несколько минут он вёл её через тёмную чащу, и ветки, которые он задевал рогами, хлестали Пинки по лицу. Пинки уже потеряла счёт времени, когда бурелом вдруг кончился и они вышли на большую поляну, по центру которой было что-то блестящее, но Пинки не могла разглядеть это нечто из-за спины Муни. Волшебник с силой ударил копытом по земле, и блеск усилился, отражая лунный свет; на шершавых стволах деревьев заиграли яркие водяные блики. Пинки наконец поняла, что это было маленькое светящееся озеро, которое удивительно сверкало и переливалось в лунных лучах.

— Подойди ближе, — подсказал ей Муни Визард. — Только не вздумай трогать, пока я не скажу.

— Что это за штука такая? — немного оправившись от испуга, спросила Пинки и подошла на несколько шагов. Вода в озере была совсем не похожа на обычную: это была тягучая и блестящая субстанция, напоминающая жидкое серебро.

— Это Серебряное озеро, — с благоговением ответил олень. — Оно появляется только в полнолуние и исчезает с первыми лучами солнца. Оно способно показать будущее любому, кто владеет даром предвидения. Когда ты появилась на свет, Пинки, озеро показало мне, что в будущем должна произойти наша с тобой встреча. Ты обладаешь магическими способностями, хотя и не знаешь об этом. Я говорю о твоём даре видеть ближайшее будущее.

— Пинки-чувство?.. — догадалась Пинки.

— Именно. И сейчас настал момент, когда тебе суждено увидеть своё грядущее, — сохраняя торжественность тона, продолжил Муни. — Для этого тебе нужно всего лишь коснуться воды озера и мысленно сконцентрироваться на том, что ты хочешь увидеть. Но будь осторожна: если ты задержишься у озера больше, чем на минуту, оно превратится в водоворот и затянет тебя навсегда. Итак... Ты готова?

— Н-нет, — призналась Пинки, — вдруг меня утянет в воронку? Что если я умру? А может, и того хуже?

— Постарайся сохранять трезвость мысли и помнить о времени, только и всего, — порекомендовал волшебник, подталкивая её к озеру. — Иди же! Я знаю, тебя мучает вопрос, на который ты никак не можешь получить ответ. Так вглядись в воды Серебряного озера, и оно покажет тебе ключ к разгадке! Но не забывай: ты не должна никому рассказывать о том, что увидела здесь, иначе ты навлечёшь на себя Серебряное проклятие, которое тебя уничтожит. Ты поняла?

Судорожно сглотнув, Пинки кивнула и шагнула к переливающемуся озеру, над которым стоял лёгкий туман. Во рту у неё пересохло от волнения. «Я хочу знать, будем ли мы с Твайлайт вместе», — еле слышно прошептала она и опасливо дотронулась до воды. Стоило ей коснуться серебристой поверхности, как вода забурлила, туман рассеялся... Пинки принялась вглядываться в возникающие неясные формы, но никак не могла увидеть ничего похожего на точное и конкретное видение: блестящие пузыри и волны рябили у неё перед глазами, то создавая, то вновь разрушая абстрактные силуэты... И тут Пинки почувствовала, что бурлящая вода начинает затягивать её копыто; серебряные струи закружились, превращаясь в одну большую воронку, и невероятной силы тяга оторвала её копыта от земли и потащила Пинки за собой, туда, в сверкающую бездну. Она попыталась ухватиться за берег, но было уже поздно: её понесло к центру озера.

— А-а-а! Помогите! — закричала Пинки, пытаясь бороться с засасывающей круговертью. — Муни! Помогите! Сделайте хоть что-нибудь...

Серебристая жижа начала заливаться в нос и уши, и она оглохла и почти ослепла, фыркая и плюясь, пока водоворот тащил её тело всё ближе к своей самой глубокой точке.

— Помо... — только и успела выкрикнуть Пинки, когда её накрыло волной и затащило под воду. Открыв глаза, Пинки Пай беззвучно крикнула «...гите!» в холодную пучину, отчего из её рта пошли блестящие пузыри. Как вдруг частицы серебра стали складываться перед её взором в чёткие и ясные силуэты... Вот одна пони, с кудрявыми волосами, протягивает второй сердце, вырванное из груди. Вот вторая пони прячет его за спиной. Водяные потоки снова забурлили и сменили картинку: у обеих пони вырастают огромные прекрасные крылья, и они летят вместе меж облаков, как вдруг одна из них — та, что с кудрями — штопором падает вниз... Вторая пони пытается помочь ей, но кудрявая отталкивает её, всё быстрее приближаясь к земле... Но буквально в нескольких дюймах её крылья вдруг вновь расправляются, и она плавно опускается на землю, а затем обнимает вторую пони, спустившуюся за ней... Тут Пинки почувствовала, что её тело опутывает магическая сеть, и мощный рывок вырвал её из холодного плена воды; Пинки Пай оказалась на поверхности, а затем второй рывок выбросил её на берег. Обессиленная и напуганная, она принялась кашлять серебряной водой, которую вдохнула или проглотила, и растянулась на траве, постанывая от облегчения. Глаза плохо видели из-за осевших на них серебряных частичек; единственное, что она смогла разглядеть — это мутная фигура Муни, который ещё раз ударил копытом по земле и поскакал прочь. И Пинки Пай потеряла сознание.