Автор рисунка: Stinkehund
Последняя.

Первая.

Над гладкой плоской равниной дул ураганный ветер. Он нёс в себе одновременно песчинки, грязные крупинки серого льда и хлопья пепла, отчего вся эта смесь действовала как арбазив. Ветер был настолько силён, что мог бы запросто ободрать плоть с костей, если бы кто-нибудь по глупости высунулся из укрытия без какой-либо защиты. Хотя, если бы кто-то был здесь без защиты, его бы быстро убили вещи похуже ветра.
Медленно переставляя ноги, обутые в светящиеся магией ботинки, по равнине след в след шли трое пони. Они были закутаны в защитные комбинезоны с большими респираторными масками, скрытыми под капюшонами. Их костюмы явно видали и лучшие времена: кое-где на ткани виднелись аккуратные заплатки, а противогазный шланг на маске замыкающего пони вообще был заменён на гофрированную сливную трубу от кухонной раковины.
Как только кто-нибудь поднимал ногу, ветер тут же заметал его след. Если бы эти пони не были надёжно связаны страховочными фалами со встроенным кабелем связи, ветер давно разметал бы их в разные стороны. Но старые магические ботинки держали пони на земле, а верёвки не давали им потерять друг друга из виду.

— Эй, Умник, мы точно идём в том направлении? Этот ветер меня уже достал, даже твоего хвоста не вижу! — прокричал пони, шедший по центру.
— Док, не обязательно так орать, — спокойно сказал ведущий, многозначительно подёргав за кабель связи, а затем остановился и открыл защитную крышку сканера, закрепленного на ноге. Ему удалось лишь на секунду взглянуть на светящийся экран перед тем, как его полностью забили песок, снег и пепел. Пони вполголоса выругался и повернулся по ветру, держа сканер под защитой своего тела.
— Идём правильным курсом, уже почти пришли, — сказал Умник, закрывая крышку. — Эй, Громила, ничего не потерял?
— Громила ничего не потерял, — басом ответил замыкающий пони размером раза в полтора больше остальных. — Громиле сказали нести, а не терять, вот Громила и несёт.
— Да бросай уже, нашёл время дурачиться, — сказал Док, на всякий случай обходя Громилу кругом и осматривая его снаряжение.
— А вы не обращайтесь со мной как с полоумным, и строить не буду, — пробубнил тот. — Пусть я не учёный пони и не умею хорошо обращаться с этими вашими хитрыми штуками, но я ведь не тупой. Да и кто генераторное топливо на себе понесет, если найдём? Ты чтоль, Док?
— Да не обижайся ты, Гром, — сказал Умник, — мы просто беспокоимся. В таком хаосе можно даже зад свой потерять, не то что бур или лопату. Если потеряем — придётся возвращаться, а это лишнее время, которого у нас нет. Если вдруг не успеем до ночи, нас просто расщепит ветром. Я вон тоже хорош, чуть сканер не испортил.
— Ладно, — ответил Громила, разминая затекшие под тяжелым снаряжением плечи, — долго ещё идти то? Ненавижу по поверхности шастать. Разве нельзя было по низу, как обычно?
— Везде, куда можно было добраться по низу, — вздохнул Док, — уже добрались и всё вычистили. Еще лет двести назад.
— Мы почти на месте, — сказал Умник, обходя толстую металлическую трубу, торчащую вертикально из земли. Поверхность трубы была до блеска отполирована ветром. — Глядите-ка какая штука.
— Это вентиляция, — ответил Док, постучав по трубе копытом, — под нами что-то есть.
— Конечно же, там что-то есть, — бросил Умник, — я без полной уверенности носа бы не показал из дома. В той пластинке, которую ты мне притащил, было много всего. Удивляюсь, как её до сих пор никто не смог расшифровать.
— Ну, ты у нас один такой умник, — сказал Громила. — Если бы не ты, мы бы все без топлива загнулись давно.
— Если бы всё зависело только от топлива... — тихо проговорил Умник, но его никто не услышал.

Вскоре пони начали петлять между пологими песчано-пепельными наносами, из которых торчали гнутые куски труб и арматуры, так же отполированные ветром. Док по пути зазевался и порвал штанину комбинезона об острую железяку. Коротко выругавшись, он остановился и принялся спешно заматывать ногу куском тряпки.

— Интересно, что на этой равнине было раньше? Ну, совсем раньше, — спросил Громила, закрывая Дока собой от ветра.
— Судя по сохранившимся данным, лес здесь был. От горизонта до горизонта, — ответил Умник, снова сверяясь со сканером.
— Лес — это где куча деревьев? И куда они делись?
— А я знаю? Куда-то да делись. Наверное, туда же, куда и всё остальное. Кстати, это вы удачно остановились. Судя по срезу, здесь войти удобнее всего.
— Здесь? Где именно «здесь»? — растерянно промолвил Громила, стаскивая со спины здоровенную лопату.
— Прямо там, где ты стоишь.
— Но тут же песок один!
— Песок только сверху, тонким слоем. Дальше будет бетон с пустотами. Сейчас поставлю щит, но имей ввиду, он последний, на двадцать минут. Не успеешь выкопать — пойдём обратно.
— Обижаешь, — фыркнул пони с лопатой.

Умник подошел к Громиле, взял у него со спины какое-то устройство на длинном остром штыре и глубоко воткнул в песок. Сняв с устройства тряпичные обмотки, он вытянул откуда-то у себя кабель и подключил к разъему на устройстве.
Через секунду пони пошатнулись на месте, избавившись от давления непрерывного ветра. Вокруг устройства возник ярко-синий ячеистый магический щит радиусом в десяток метров. Умник и Док замерли на месте, наслаждаясь долгожданной тишиной, а Громила поправил импровизированный шланг своей маски и принялся умело копать.
Почва под печаным верхним слоем состояла из плотно слежавшейся серой почвы и пепла, отчего копать было не так уж и трудно. Пони просто делал небольшие кубы и вытаскивал их. Вскоре лопата со звоном ударилась о бетон. Расчистив небольшую площадку, Громила закинул инструмент обратно за спину и вопросительно посмотрел на Дока.

— Умник, ты уверен, что лучше всего именно здесь? Взрывчатки у нас осталось еще меньше, чем щитов, — скептически сказал Док, заглядывая в расчищенную яму.
— Обижаешь, — проговорил Умник, подражая голосу Громилы.

Док тяжко вздохнул, открыл сумку и вытащил оттуда небольшой ярко-оранжевый ящичек. Из него пони очень бережно извлёк заряд взрывчатки и аккуратно передал Умнику. Тот повертел в копытах раскрашенный в желтые полосы цилиндр и бросил Громиле. Дока при этом заметно передернуло.
Громила поймал цилиндр, вытащил из кармана маленькую палочку детонатора и вставил в заряд. Затем аккуратно положил взрывчатку на бетон и придавил сверху несколькими кубами плотной почвы.

Как только пони вылез из ямы, Умник переставил щит подальше и снова включил его, а Громила взял в копыто устройство дистанционного подрыва, промурлыкал под нос какую-то скороговорку и щёлкнул выключателем. Земля вздрогнула, на секунду ветер изменил направление и осыпал песчинками и пеплом противоположную сторону щита.
Устройство два раза громко пискнуло, щит моргнул и исчез.

На месте выкопанной ямы оказалась круглая чёрная дыра в которую тут же посыпались песок и пепел. Пони, не теряя времени, прижали передними копытами шланги своих масок и один за другим прыгнули в дыру.

***

— Ну и ну! — выдохнул Громила, тараща глаза в темноту и отстёгивая веревку, связывавшую его с остальными.

Пони стояли посреди длинного коридора со сводчатыми потолками. Один за другим они сняли капюшоны, включили нашлемные фонари и начали шарить лучами по стенам. С одной стороны проход оказался безнадёжно закрыт песком и пеплом, непрерывно прибывающим из только что пробитой в потолке дыры. Противоположная сторона коридора уходила далеко в темноту, куда свет фонарей не доставал.

— Ни фига себе! — воскликнул Док, подскакивая к стене. — Глядите, парни! Как хорошо тут всё сохранилось!

На стене четким красным шрифтом была нарисована большая стрелка с надписью «Путепровод 4». Рядом с ней оказался маленький пластмассовый выключатель пожарной тревоги под прозрачной крышечкой. Умник, недолго думая, начал отковыривать выключатель от стены.
— Ты чего делаешь-то? Брось этот мусор, ты глянь вокруг! — сказал Док, останавливая его. — Тут всё целёхонькое, в первый раз вижу такое. Бьюсь об заклад, найдем ещё столько вещей, что придётся несколько ходок делать.

Громила снял объёмистый рюкзак с рацией, и с облегченным вздохом поставил на пол. Умник открыл крышку растянул длинную антенну и принялся щёлкать переключателями.
— Холл, это поисковая партия два, приём, — повторил он несколько раз, но из динамика раздавалось только противное шипение.
— Буря мешает, наверное, — предположил Док, ткнув копытом в потолок.
— Нет, не должна, в ней минимум статики. Скорее всего, это само помещение, может быть, в стенах что-то фонит. Зря не оставили наверху бипер, если что-то случится, нас никто не найдёт.
— Да брось, что с нами случиться может? — фыркнул Док. — Стены на вид сохранились идеально, не обвалятся.

Коридор оказался очень длинным. Пони шли по нему быстрым шагом, а лучи их фонариков то и дело выхватывали из темноты всё новые и новые предметы, один вид которых заставлял кго-нибудь из друзей прерывисто вздыхать или таращить глаза.
Они прошли нечто вроде поста охраны с хромированным турникетом, покрытым вековой пылью. На столе охранника, отгороженном бронированным стеклом, стоял давно мёртвый телефон рядом с потемневшей изнутри кофейной кружкой, и лежал ворох полуистлевших бумаг.
Через какое-то расстояние от «поста охраны» коридор чуть расширялся. Здесь находилось несколько мягких диванов и низеньких столиков, также заваленных кипами бумаги. У одной из стен оказался огромный автомат, продававший шоколадки. Громила, недолго думая, разбил пыльную стеклянную дверцу автомата и извлёк шоколадный батончик, но после вскрытия упаковки пони оставалось только высыпать на пол чёрный порошок.

— Смотрите, — послышался сдавленный голос Умника с противоположного конца помещения.

Он стоял перед большим плакатом, находившимся в рамке с толстым стеклом. На плакате была изображена счастливая семья разноцветных земных пони и единорогов, устроившая пикник на зелёной лужайке. Далеко в небе маячило несколько облаков, на которых в вальяжных позах валялись пегасы. На склоне горы, занимавшей половину горизонта, высился гротескный город с множеством башен и водопадов. В нижней части плаката красовалась размашистая надпись «Эквестрия».

— Неплохо, неплохо, — промолвил Громила, жадно разглядывая симпатичную пони с плаката так близко, что почти касался стекла трубкой своей маски.
— Что за «Эквестрия»? — спросил Док.
— Не знаю. Может, спектакль какой или книга, — ответил Умник, пытаясь различить содержимое бумаг с одного из столиков. — Тут какие-то расчёты и что-то совсем непонятное.
— Наш Умник не может разобраться в содержимом каких-то древних писулек? — злорадно поинтересовался Док.
— Я разберусь в них... Потом. Сначала нужно узнать, что это за место, и самое главное — найти генератор, в котором ещё есть топливо.
— Гром, ты идешь? — окликнул Док после того, как Умник направился дальше по коридору. Громила несколько раз переступил с ноги на ногу у плаката, будто не решаясь, затем тряхнул головой и побежал догонять остальных.

Коридор был прямым, как линейка. Кое-где у стены стояли скамейки, видимо, для отдыха пони, решившихся на столь длинный переход. Иногда попадались знакомые стеклянные рамки с плакатами, изображавшими весёлых беззаботных пони за разнообразными повседневными делами или прогулками на природе. Под каждым плакатом красовалась неизменная надпись «Эквестрия».

— А вот это уже становится интересным, — меланхолично бросил Умник, шедший первым. Его фонарь осветил конец коридора.

Точнее, коридор продолжался и дальше, но здесь к нему примыкал огромный тоннель трапециевидного профиля. Пони инстинктивно поёжились, выходя на середину этого колоссального путепровода. Прямо по центру тоннеля проходили железнодорожные рельсы с обычными бетонными дорогами по обочинам. Рядом с выходом из коридора было устроено небольшое подобие перрона с рядом скамеек, захламлённых почти разложившейся вездесущей бумагой.
На одной из бетонных дорог невдалеке стояло какое-то транспортное средство на спустившихся от старости шинах. Громила тремя прыжками подскочил к нему, но почти сразу понуро вернулся:
— Топлива нет.
— Даже если бы было, толку никакого. Нам нужны топливные стержни от капитального генератора, а не от этой штуки, — ответил Умник.
— Сдается мне, что генератор мы будем искать недели две, — рассеянно произнес Док, освещая фонарем потолок путепровода, испещрённый множеством кабелей разной толщины.

Умник сделал несколько шагов ко входу в продолжение знакомого маленького коридора, как вдруг его внимание привлекло что-то у стены, завёрнутое в помутневший от времени полиэтилен. Пони еле слышно сказал «бинго» и сорвался с места.
Под пленкой оказался оранжевый терминал, раньше служивший для получения информации о маршрутах по путепроводу.
Умник на ходу раскрыл свою сумку и, сдернув с терминала полиэтилен, начал раскладывать вокруг себя разные электронные приспособления. Доку и Громиле при виде всей этой тонкой электроники оставалось только стоять и переминаться с ноги на ногу.
Открыв крышку, Умник принялся извлекать наружу внутренности терминала, то и дело удивленно цокая языком и покачивая головой. Разрезав несколько проводов, пони подключил их к странной машинке с крутящейся рукояткой. Повернув ручку, он с удовлетворением взглянул на мельком вспыхнувший зелёный огонёк внутри терминала и протянул машинку Громиле. Тот сел на пол и со знанием дела начал размеренно, словно шарманщик, крутить рукоятку. Машинка противно завизжала, но на это никто не обращал внимания, потому что внутри терминала загорелось несколько зелёных и красных лампочек, а по экрану забегали строчки символов, означающие загрузку операционной системы.
Умник взглянул на Дока со странным выражением нетерпения и испуга.

— Эта штука всё ещё работает, — протянул Док, разглядывая оживший терминал, — удивительно. Ни разу не встречал в развалинах настолько исправной электроники или маготроники.
— Я тоже, — ответил Умник, сухо сглотнув, — всегда приходилось тащить домой и разбирать. А этот завелся с пол-оборота.
— Ну, тем лучше для нас, — хохотнул Док, — меньше хлама будет в Холле. Сможешь что-нибудь из него выкопать?
— Попробую... — сказал Умник, подключая кабель из своего костюма к разъёму на боку терминала.

По экрану побежали строчки данных и какие-то схемы. Никто не знал, как Умник управляет электроникой из своего костюма, но он почти никогда не пользовался клавиатурами или манипуляторами. Были даже слухи, что этот кабель подключен прямо к его мозгу, но этим слухам пока не суждено было быть подтверждёнными или опровергнутыми. Костюмы полностью никто не снимал уже много столетий.

— Умник, ну что там? Я уже задолбался эту штуку крутить, — подал голос Громила.

Умник ничего не ответил, расширившимися глазами глядя в экран терминала.

— Эээ... аууу? Раз-раз! — бросил Док, махая копытом перед носом у Умника. Тот дёрнулся и шумно выдохнул, повернувшись к своим товарищам.
— Что-нибудь есть? — спросил Громила. — Нашёл что-нибудь о генераторе?
— Нашёл... — прошептал Умник, глядя в темноту коридора.
— Ну и? В какую сторону?
— В любую.
— Что значит «в любую»? Ты нашёл, где топливо, или нет? Есть оно тут вообще? — нервно сказал Док.
— Есть.
— Ты издеваешься? — воскликнул Громила, отбрасывая машинку с рукояткой, а затем замер, тупо уставившись в терминал. Тот продолжал работать.
— Парни, вы не представляете, куда мы залезли, — проговорил Умник, щёлкнув по нескольким клавишам на терминале. Послышалось отдалённое жужжание. — Здесь есть и топливо, и генератор. Похоже, самый большой и мощный генератор, какой мне доводилось видеть. Более того, их здесь четыре. И один из них всё ещё работает.

Со всех сторон посыпались громкие щелчки, и начали загораться ртутные лампы под потолком. Многие из них сразу же лопались, но даже оставшихся хватало на то, чтобы в гигантском тоннеле стало светло как днём. Громила с Доком закрыли глаза копытами, чтобы не ослепнуть. Воздух сразу наполнила масса звуков работающих механизмов. Откуда-то из дальней части путепровода эхо принесло скрежет двигающегося поезда.

— Мать моя кобыла! — воскликнул Док. — Работающий генератор?! Да что это за место-то?
— Это убежище, — тихо ответил Умник.

***

Громила стоял и увлечённо вертел головой, щурясь от яркого света. Умник сел прямо посреди своих электронных штуковин, потянулся губами к трубке водного рециркулятора в маске и сделал несколько хороших глотков.

— Нет-нет, погоди... — сказал Док, задумчиво рассматривая своё копыто. — Это место не может быть убежищем. Последнее из них растащили три или четыре сотни лет назад. Да что там, мы сами живём в бывшем убежище, и у нас есть информация обо всех остальных подобных сооружениях. Но про это не было ни слова. Ведь так?
— Так, — коротко ответил Умник, вертя в копытах ближайший подвернувшийся прибор.
— Во-от! — воскликнул Док, повернувшись к Громиле, будто ища у него поддержки. — Да всё это даже на убежище не похоже! Зачем оно такое громадное? И гермодверей не видно. Если бы это и вправду было убежищем, его обитатели сразу передохли бы по дюжине разных причин.

Умник вздохнул и начал собирать свои приспособления обратно в сумку.

— Почти вся информация давно потеряна, — сказал он, сматывая провод, — здесь носители данных не на пластинках и давно размагнитились. Но в оставшихся обрывках логов это место всё-таки называется убежищем. И, судя по куче незакрытых накладных и прочей дребедени, это убежище просто не успели достроить.
— Не достроено? — переспросил Док. — Ну тогда во всем это хотя бы появляется доля смысла. Но всё равно не понимаю, как они собирались ставить гермозатворы в уже построенные коридоры.
— Без понятия, — меланхолично ответил Умник, — ты у нас здесь инженер, а не я.
— Если они сумели создать такое... — Громила развел копыта в стороны и оглянулся, — тогда они точно сумели бы затащить сюда парочку больших железяк. У них ведь и магия настоящая была в те времена.
— Магия-шмагия, — передразнил его Док. — Толку-то? Всё равно передохли все. И поверхность превратили в кошмар какой-то. Живём как кры...
— А откуда ты знаешь, что это они виноваты? — перебил его Громила. — Может от них ничего не зависело?

Док набрал полную грудь воздуха, видимо, собираясь выдать какую-то длинную теорию, но почувствовал на своем плече копыто Умника.

— Хватит вам, не сотрясайте зря воздух. Все равно наверняка ничего не знаем, — сказал Умник.

Док выдохнул и бессильно посмотрел вглубь путепровода. Сейчас тоннель был ярко освещён мощными лампами. По обочинам от железной дороги действительно оказалось множество больших ящиков и штабелей стройматериалов. Дальше путепровод сворачивал в сторону.

— Будь это место настоящим убежищем, мы бы сюда переселились... — с грустью сказал Громила, пиная ногой оставленную кем-то в незапамятные времена пластиковую строительную каску. Каска ударилась о стену и раскололась на мелкие кусочки. Время сделало пластик хрупким, как стекло.
— Мне и в Холле хорошо, — сказал Умник, снова углубляясь в изучение терминала, — а здесь с этими песчаными бурями носа на поверхность не высунешь. Да и не переживут жеребята перехода сюда. Сам знаешь, какие они.

Док сжал губы и отвернулся.

— Так, здесь есть почти не повреждённая карта железнодорожной ветки. Судя по

всему, пути идут как раз по направлению к работающему реактору, — продолжил Умник, водя копытом по экрану терминала.
— Постой, «реактору»? — переспросил Док.
— Да, здесь четыре магических реактора.
— Мать моя кобыла... — выдохнул Док.

Умник и Громила переглянулись.

— Это хорошо или плохо? — спросил Громила.
— Представь, что ты на ночь оставил в шкафу конфету, а с утра обнаружил там большой торт, — улыбнулся Док. — Не знаю, зачем этому месту такая прорва энергии, но бьюсь об заклад, здесь можно найти что-то покруче, чем полуразряженные топливные стержни. Если всё пройдёт хорошо, нам не придется вылазить из Холла еще лет семьдесят.

Громила вскочил и принялся на пару с Доком отплясывать какой-то сумасшедший танец, заставляя стук своих копыт эхом разноситься по тоннелю. Умник на миг прекратил копаться в терминале, скосил глаза и взглянул на пол, задумавшись о чём-то своем.

— Как далеко? — выдохнул запыхавшийся Док, когда они с Громилой перестали плясать.
— Двадцать миль по тоннелю, — ответил Умник.
— Тебе там нолик не померещился? Двадцать миль?!
— Точнее, двадцать две. Тоннель идёт не прямо под поверхностью, а углубляется вниз. Не бойся, пешком идти не придётся, я вызвал дрезину.

Как будто услышав его слова, из-за поворота послышался шум, и спустя секунду показалась приземистая четырёхместная дрезина, раскрашенная в чёрно-желтые полосы. Истошно взвизгнув тормозами, она остановилась как раз у перрона.

— О-хре-неть, — проговорил Громила, проводя копытом по пыльному металлическому борту, — всё ещё работает!
— На поверхность бы такую, — с сожалением сказал Док, аккуратно усаживаясь на переднее место.

Умник спихнул вниз синий рабочий комбинезон, прилежно сложенный кем-то на заднем сидении. Одежда, упав на пол, рассыпалась в прах. Когда все уселись на свои места, Док с благоговением передвинул вперёд рычаг на передней панели, на перроне раздался короткий звонок, и дрезина тронулась. Сначала из-под её колес раздавался только дикий скрежет, но постепенно он сменился низким гулом и равномерными постукиваниями.
Какое-то время мимо проносились скопления разнообразных строительных материалов, каких-то аппаратов, укрытых плёнкой, и просто валявшихся инструментов. Иногда попадались и оставленные машины самых разных размеров. Через каждую милю дрезина проезжала мимо одинаковых перронов, на которых ещё издалека загоралась зеленая лампа и раздавался звонок. За перронами чернели знакомые коридоры, примыкавшие к основному тоннелю как ножки у сколопендры.
Когда дрезина проезжала мимо очередного перрона, Док замедлил ход и молча указал копытом куда-то в сторону. На выходе из коридора лежал ворох истлевшей рабочей одежды, в которой виднелись чьи-то выбеленные временем кости. Пони с грустью посмотрели туда, но никто из них не проронил ни слова. Они излазили множество древних подземелий и видели гораздо более ужасные картины. Док вздохнул и снова ускорил ход.

Громила подал Умнику знак копытом и показал разьём на конце своего кабеля связи. Умник кивнул и протянул свой.

— Слушай, а чего он такой дёрганый в последнее время, а? — вполголоса спросил Громила по внутренней связи. Хоть до Дока было совсем недалеко, шум дрезины заглушал слова.
— Его дочери осталось от силы полгода, — ответил Умник, — и жене столько же. Говорили ему не заводить жеребят, но ты же знаешь этого упоротого оптимиста.
— Что с ними? Та же хрень?
— Со всеми «та же хрень», Гром. Как и с моей семьёй, и с тобой. Тебе-то ещё повезло, ты почему-то не умер, как все.
— Скажешь тоже, «повезло»... На меня ни одна кобылка даже не смотрит...

Умник ничего не ответил и просто похлопал Громилу копытом по плечу.

— Эээ... парни, — подал голос Док спустя какое-то время, — эта штука больше не хочет останавливаться.

С этими словами Док демонстративно дёрнул рычаг туда-сюда и дрезина никак на это не отреагировала.

— Ну и что, что не хочет? — спросил Громила. Сколько нам ещё ехать?
— Судя по всему, недолго... — проговорил Умник, кивнув головой вперёд. Из-за поворота в сотне метров впереди показались ворота из металла, наглухо перекрывающие тоннель. Рельсы исчезали под ними.
— Ну, кто хотел гермозатвор? Вот, пожалуйста, — с издёвкой промолвил Громила, привычным движением прижимая копытом шланг на маске.
— Давайте, прыгаем, — заключил Док, также прижал шланг и спрыгнул с дрезины.

***

Дрезина двигалась не слишком быстро, поэтому прыгать было почти не опасно. Разве что существовал риск повредить что-нибудь из снаряжения: например, разбить маску или порвать противогазный шланг. Но пони были опытными в таких делах и всегда думали о сохранности экипировки даже больше, чем о целости собственных конечностей.

Умник перекатился по бетонному полу и поднял голову как раз в тот момент, когда дрезина с ужасным шумом ударилась о ворота и, подпрыгнув, сошла с рельс. Её электромотор продолжал работать ещё некоторое время, затем взвизгнул и заглох.

— Все целы? — окликнул Док, вставая на ноги и проверяя сохранность своего снаряжения.
— Да что нам сделается-то... — пробубнил Громила и бросил грустный взгляд на разбитую дрезину, — может, двигатель снимем? Док из него что-нибудь смастрячит, а?
— Некогда нам с этим хламом возиться, — сказал Умник, сверяясь со сканером на ноге, — нужно достать топливо и найти путь наружу. А там уже вернуться за менее ценными вещами сможем, наверное... Так, мы почти у реактора. Нужно найти ещё какой-нибудь терминал и подгрузить более подробную карту.
— Этот тоннель ведь построен в виде спирали? Значит, мы сейчас на хрен знает какой глубине? — спросил Громила.
— На порядочной. Мы в самом центре комплекса. За этим шлюзом должен быть транспортный лифт, ведущий ещё ниже. А там уже реакторы и ещё что-то.
— «Что-то»? — подал голос Док.
— Моя карта не показывает, что именно. Но если это убежище, думаю, можно догадаться, что там жилые отсеки или что-то в этом роде.
— Глубоковато они забрались, — изрёк Громила, — видать, важные шишки там...
— ..были, — закончил за него Умник и направился к двери сервисного коридора, расположенной в стене тоннеля рядом с гермозатвором.

Дверца оказалась не заперта, и пони вошли в узкий коридор, освещенный висячими лампами, одна стена которого оказалась покрыта множеством кабелей. Видимо, здесь строительство было в самом разгаре, потому что на кабелях висели временные бирки, обозначающие их назначение, а многие из разъёмов оказались не подключены и завернуты в вездесущий полиэтилен.
Чуть дальше посреди коридора лежал распростёртый скелет кобылки в синем рабочем комбинезоне. Рядом оказалось нечто вроде передвижного терминала на колёсиках, несколько кабелей из которого были подключены к распределительному щитку на стене.

— Извини, милая, — тихо проговорил Умник, осторожно отодвигая терминал от скелета. Затем сунул куда-то внутрь кабель, и компьютер ожил.

Пока Умник копался в терминале, Громила присел рядом с останками, поднял с них пластиковый бейджик и сдул пыль.

— «Блю Уайр. Младший электрик. Зелёный уровень», — прочёл он на бейджике и бережно провёл копытом по фотографии счастливо улыбающейся синегривой пони. — Эх, Проводочек, как же это тебя угораздило-то...
— Видимо, вот как, — бросил Док, ковырнув копытом противоположную стену. На светлой стене различалось древнее пятно, посреди которого чётко виднелись три пулевые отметины.

Громила бережно положил бейджик обратно и поднялся на ноги. Они за свою жизнь видели достаточно, чтобы давно перестать сокрушаться по каждой обнаруженной сцене, подобной этой. Но пусть они оставались спокойны внешне, на их сердцах всё равно появлялись новые и новые шрамы.

— Здесь есть подробная карта коммуникаций, — подал голос Умник, — сейчас я её... Так, готово. Первый поворот направо, потом ещё раз направо, и будет сервисный лифт на нижний уровень.
— То, что надо. Надеюсь, лифт будет работать... — проговорил Док, направляясь дальше по коридору.
— Спасибо, милая, — еле слышно сказал Умник и направился вслед за остальными.