Лабиринт в душе

Лабиринт в душе

Твайлайт резко открыла глаза, судорожно хватая ртом воздух и приподнялась на постели, опираясь на копытце. Сердце в груди бешено стучало, а на лбу выступил холодный пот. «Ну что такое, почему опять эта ерунда приснилась», — подумала единорожка. Присела на краешек кровати, сделала несколько глубоких вдохов, вспоминая, что из прошедшего за день могло вызвать ее очередной ночной кошмар.

Ничего особенного в голову не приходило — обычный денек, даже лучше обычных. Хорошая солнечная погодка, работа в библиотеке, никаких ненормальных посетителей… «И на ночь я не объедалась. Эх, как я терпеть не могу такое… Без причинно-следственных связей».

Твайлайт немного посидела, прислушиваясь к монотонному тиканью настенных часов. Запах старых книг приятно щекотал ноздри, действуя успокаивающее. Чтобы забыть о неприятном сне, единорожка некоторое время развлекалась тем, что пыталась припомнить все книги, стоящие на полке напротив нее, сейчас неразличимые в темноте. Это оказалось довольно просто — здесь, в ее спальне были собраны самые любимые, зачитанные до дыр фолианты, с каждым из которых у Твайлайт была связана частичка ее жизни. Восстановив мысленно даже порядок их расположения на полках, ничуть не сомневающаяся в своей правоте единорожка полностью пришла в себя.

Спать Твайлайт совсем не хотелось, и она решила освежиться и принять душ. Легко вскочила с кровати, проскакала по ступенькам лестницы, перепрыгивая их, спустилась на первый этаж, открыла дверцу ванной, и… Перед ней предстал длинный, грязный коридор с обшарпанными стенами. По обеим стеным коридора располагались двери, разительно отличающиеся друг от друга. Деревянные, из разных пород дерева, железные, некоторые из них были покрыты толстым слоем пыли и паутины, некоторые совсем новые. Последние в большинстве своем были изготовлены из легкой фанеры, украшенные стеклами из разноцветной мозаики.

«Чудесно, — подумала Твайлайт. — значит я все еще сплю».

Страха единорожка пока не испытывала, ей напротив, было очень любопытно. Поэтому Твайлайт решила не торопиться с пробуждением, сделала несколько шагов по коридору, внимательно оглядываясь по сторонам, остановилась рядом со старой, покрытой ржавчиной дверью, толкнула ее копытцем…

И оказалась в знакомой ей с детства аудитории Кентерлотского университета магии. В центре огромного круглого зала светились четыре магических экрана, возле одного из них стоял пожилой единорог и что-то обьяснял внимательно слушающим его студентам. Никто из находившихся в зале никак не отреагировал на появление Твайлайт, казалось ее никто не замечал.

Осмотревшись, Твайлайт заметила совсем молоденькую, по сравнению с остальными студентами, фиолетувую единорожку, сидевшую в первом ряду. Та что-то сосредоточенно писала в своей тедрадке, и не обращала на лектора никакого внимания. Наконец, оторвавшись от своей работы, пони подняла вверх копытце и помахала им в воздухе. Покосившись в ее сторону, пожилой единорог отвернулся и начал что-то чертить на одном из экранов, не прекращая объяснений, но маленькая пони не унималась — продолжая тянуть вверх копытце, она начала легонько постукивать вторым по парте.

— Ну, — наконец устало вздохнул единорог, — что у тебя?

— Этот метод слишком непрактичен. Я нашла более простое решение.

— Мы же обсуждали это еще вчера… У тебя там ошибки.

— Это вчера. Я только что все исправила. Позвольте, я сразу продемонстрирую на практике.

Опережая возражения лектора, маленькая единорожка выскочила в центр зала и подняла над головой тетрадку.

— Согласно методу коньюнктивно-резонансной трансформации Старсвирла, процесс преобразования займет как минимум несколько минут. Если же действовать по моему, то…

Единорожка сотворила заклинание и прогремел взрыв. Клочки обгоревшей бумаги разлетались по вcему помещению, а маленькая пони, понурив голову, стояла в центре защитного барьера, который успел сотворить пожилой единорог. Впрочем, защитный барьер спас ее лишь частично — фиолетовая пони была с копытцев до головы вымазана сажей.

Громкий смех разнесся по аудитории.

— Любимая ученица… — Донесся чей-то приглушенный голос и Твайлайт обернулась.

Трое кобылок, сидевших неподалеку, о чем то оживленно переговаривались, бросая в сторону стоявшей в центре зала чумазой поняшки нехорошие взгляды.

Чувство стыда охватило Твайлайт. Она уже направилась в выходу, но что то легонько ударило ее в шею. Изумленная пони снова обернулась. По полу катился изжеванный шарик бумаги, а на заднем ряду, глядя прямо на Твайлайт, сидела единорожка, одетая в странный, расшитый звездочками костюм.

— Тр… Трикс? — изумленно выговорила Твайлайт. — Ты что здесь делаешь? Ты же с нами не училась… Я… Я тебя не видела.

Ничего не ответив, синяя единорожка вынула изо рта трубочку из свернутого тетрадного листа и скорчила гримасу. Потом показала Твайлайт язык.

Глаза фиолетовой единорожки расширились от удивления. Она забыла о происходящем вокруг, и полностью сосредоточила свое внимание на пони в странном костюме. Неожиданно, Твайлайт нисколько не задело ее поведение. В глазах синей пони не было издевки, скорее сочувствие, и Твайлайт внезапно рассмеялась. Посмотрела в сторону измазанной неудачницы студентки… Та неловко пыталась отскрести от себя сажу, и было заметно, что шерстка под толстым слоем грязи уже почему-то не фиолетовая, а белая… Или серая. Кьюти марка на крупе тоже изменилась — вместо прежней звезды напоминала нечто вроде изображения весов.

Твайлайт глубоко вздохнула и наконец вышла из зала. Прежний коридор преобразился. Стены раздались вширь, окрасившись в чистый, белый цвет, вдоль них была расставлена изысканная мебель, отделанная всевозможными украшениями. На самих стенах висели огромные картины. Высокий потолок подпирали мраморные колонны, где-то в далеке играла приятная музыка.

— Прямо галлерея Кентерлотского музея исскуств, — подумала Твайлайт.

Некоторые двери по стенам все же остались, но, теперь тоже были выкрашены в белый цвет и хорошо вписывались в общую композицию.

Твайлайт медленно шагала вперед, рассматривая картины. Преимущественно это были изображения небесных светил — солнце, луна, звезды… Астероидные поля в свете рождения сверхновых. Твайлайт твердо пообещала себе, что повесит такую у себя в библиотеке.

Лишь одна из картин выделялась на фоне общей массы — изображение серой земнопони с черной гривой. Она держала в копытцах виолончель, смычек и, горделиво подняв голову, надменно смотрела куда то вдаль. Твайлайт невольно залюбовалась этой работой, но, почувствовав некоторую неловкость поскакала дальше.

Коридор подошел к концу.

Рядом с последней дверью висели два плаката, с изображением синей единорожки в расшитом звездами плаще, нарисованные куда лучше, чем подобает обычным театральным афишам. Твайлайт улыбнулась и нетерпеливо поднесла копытце к дверной ручке…

Вздрогнула от холода. Она стояла в библиотеке, вся мокрая. Сзади, из ванной, раздавался шум воды. Твайлайт вернулась, закрыла кран, вытерлась насухо полотенцем. Приятное тепло разливалось по ее телу… И в душе. Неторопливо поднялась по лестнице, зашла в спальню.

— Ох, Твай.Ты чем там занималась столько времени? Я уж хотела идти тебя спасать, боялась что ты утонула.

— Да так… — Твайлайт потеребила копытцем кончик гривы и лукаво улыбнулась, — попутешествовала немного.

Трикси внимательно посмотрела на фиолетувую единорожку, встретилась с ней взглядом.

— Ох, Твай, — наконец произнесла она. — Ну, с возвращением… Я надеюсь, мне с тобой заново знакомиться не придется, и ты меня не отошьешь, — с наигранной озабоченностью в голосе произнесла Трикси.

Твайлайт счастливо зажмурила глаза, помотала головой и рассмеялась.

— Нет конечно.

Фиолетовая единорожка легла в кровать и две кобылки потерлись мордочками.

— Как ты могла подумать такое, Трикс. Ты нехорошая пони…

Твайлайт крепко обняла копытцами любимую и чуть слышно добавила, — Спасибо тебе.

— Спасибо тебе, — эхом отозвался нежный голосок…

… А где-то в вышине над Понивиллем падали звезды. Их было много, но они чувствовали себя очень одиноко. Неудивительно — в эту теплую, летнюю ночь никто из поняшек не обращал на них никакого внимания.