Автор рисунка: MurDareik
Глава I. Сenaculum

Пролог


"Sera nunquam est ad bonos mores via"


"Никогда не поздно начать честную жизнь"



Юникорнская народная мудрость.


Была глубокая ночь. Я расслаблено лежал на жестком, холодном мраморе парковой скамьи, уставившись в тёмное небо над головой. Мой рог светился мягким, лавандовым светом и звёзды наверху послушно выстраивались в живописную, пусть и несколько хаотичную картину. Я не люблю рисовать привычные всем созвездия, в отличие от большинства единорогов, придерживающихся строгих канонов. Мне просто нравится выстраивать эти яркие мерцающие точки, подчиняясь внутреннему чувству эстетики.

Умиротворенная улыбка заиграла на моих губах. Всё-таки я хорош в этом! Ну, не столько потому, что так уж красиво расставляю звезды, столько из-за того, что могу делать это в одиночку. Обычно, для того чтобы начать ритуал звёздного пейзажа требуется как минимум дискордова дюжина дилекторов1 «Круга Луны».

Я хмыкнул и пряданул ушами. Собственно, мой талант к управлению звёздами в ночном небе был единственной причиной из-за которой я смог попасть в «Великую Академию Юникорнии». Правда, на правах послушника, а не аколита. И тем не менее, я чувствовал себя самым везучим существом во вселенной. А всё почему? Нужное место, удачное время, выступление перед одним из многочисленных отпрысков венценосного семейства Платина, и вот — безродный бродячий артист получает доступ к единственному месту в Юникорнии, где можно заработать статус адепта: признанного и востребованного мага.

Ха! До сих пор помню вытаращенные глаза и отвисшую челюсть Миррор Платины. Мало того, что я заставил множество звезд сложиться в гигантские, на пол-неба, символы моего имени, так ещё и уход со сцены под множественные взрывы последних запасов роамского серого порошка2 определённо сыграл на копыто моей репутации великого и могучего мага.

Жаль только, не такой уж я великий, могучий и богатый, как хотелось бы. Иначе быть бы мне не послушником, а аколитом. Разница между этими двумя статусами огромна. Это как безродные и аристократы под одной крышей. В академии, традиционно, всего три кафедры: социальной, технической и боевой магии. Послушник может учиться на любой из них, кроме боевой. А ещё, он обязан выполнять различные «общественные работы», как это здесь называют, по распоряжению магистра своей кафедры. На практике же, «общественные работы» выливались в прислуживание всем вышестоящим по социальной лестнице персонам. Это помимо того, что каждый анно3, послушник обязан был сдавать экзамы4: выступления перед магистрами трёх кафедр, на которых он показывал на сколько продвинулся в своих исследованиях и обосновывал целесообразность дальнейшего своего нахождения в стенах академии. Аколит же, ничем не был ограничен в выборе кафедры и не имел никаких особых обязательств перед академией, кроме усердной учёбы и успешной сдачи экзамов каждый анно. Стоит ли говорить, о том, что среди аколитов каждый первый был из знатной или богатой семьи? Хм, да, я ведь уже сказал... Ну, а успешно завершившие свои исследования послушники и аколиты становились адептами магии. О, да! Это была мечта каждого, кто когда-либо впервые переступал порог академии. Адепт получал редчайший, бесценный в нашем мире дар — право выбора. В зависимости от таланта, кафедры и желания он мог остаться в академии и стать магистром-исследователем, мог пойти в гвардию, мог занять почётное место в «Круге Солнца» или «Круге Луны», мог даже попасть в большую политику! Ну, или, по крайней мере, так говорят в народе, сам я не слишком в это верил. Многовато «но» и «если». Свободой выбора тут и не пахнет, а вот материальным благополучием — вполне.

Что же, пусть я пока всего лишь послушник, но в академии всегда есть крыша над головой и всегда есть чем набить живот. А это многого стоит, в наши-то времена. Особенно, учитывая то, что мой магическая талант — самый обычный, ничего сверхъестественного.

Любой жеребенок-единорог знает, что под таинственным словом «магия» скрываются всего лишь различные формы телекинеза. И сила мага измеряется по двум основным параметрам: по объему магической энергии которую он может впитать в себя из окружающего мира и по мастерству владения телекинезом. Объем магической энергии это своеобразная «кровь», наполняющая «мышцы» телекинеза. А мастерство владения телекинетическим полем можно представить как размер этих самых «мышц» и ловкость их использования. Например, легендарный великий магистр со звучным именем Фэйри Тейл — живое воплощение по-настоящему сильного единорога. Её показатели настолько высоки, что она способна своим телекинезом крушить в мелкую крошку гранитные глыбы размером со среднего пони. Или же выполнять ювелирную работу по плетению нескольких птичьих гнёзд одновременно. Поговаривают, даже, что, однажды, ей удалось с помощью всего двух дюжин единорогов поднять луну на небосвод! Эх, она настоящий гений. И очень примечательная кобылка, должен сказать. У неё прекрасная фигура! А эта рыжая, ниспадающая длинными локонами грива... Ох, так бы и укусил её за ушко. А хвост! Её хвост, в полном соответствии с именем... эм... да. Что-то меня занесло.

Я приподнял голову над скамьей, воровато огляделся и, тяжело вздохнув, опустился обратно на холодный мрамор. Да, хороша поняша, но не наша.

Что же касается моих собственных сил, как мага, то магической энергии я могу накапливать довольно много. Я бы даже, без лишней гордости, сказал «выше среднего». А вот с мастерством телекинеза дела обстоят весьма плачевно. Я легко создаю достаточно стабильные телекинетические среднего размера для бытовых нужд, но что-то большее мне пока недоступно. Да и, честно говоря, без особой надобности, до последнего времени. Я, ведь, жил вольной жизнью бродячего артиста, и мои выступления не требовали особого мастерства в обращении с телекинезом. Главное — зрелищность, а уж в неё то я толк знал. Спасибо роамскому серому порошку. Так вот, меня всегда выручали зрелищность, пафос и принцеписса5 Луна. Ах, Луна... Моё сердце, моя сцена, мое жильё, мой милый домик на колёсах! Она была лучшим из всего что я когда либо сделал вкопытную. Ну, ладно, не совсем я и не совсем вкопытную. Но моя принцеписса все равно была прекрасна, уютна и... э... многофункциональна! Поэтому, имя я ей подобрал соответствующее. Луной, почему-то всегда с устаревшим титулом "принцеписса", наши предки звали волшебного тёмного духа, по преданиям, обитающего где-то на луне. Не знаю, правда это или нет, но лично мне просто понравились изображение этого духа, подсмотренное на одном из свитков в какой-то столичной лавке: стройная, длинноногая кобылка, с крыльями и рогом. Люблю экзотику! И кобылок. Так что ничего удивительного в том, что это длинноногое создание очень скоро оказалось вырезано на деревянном боку моей любимой собственности на колёсах.

Да... Но теперь всё это в прошлом. Моя принцеписса нынче собирает пыль где-то на западном складе «Великой Академии Юникорнии». Продать её копыто так и не поднялось. Более того, теперь приходится каждый сезон отстёгивать кладовщику кругленькую сумму в четыре короны6 за аренду места в складском помещении. Дорого, да, но разве я могу продать лучшего друга?

И вот опять. Деньги, деньги, деньги... Снова всё вертится вокруг них. Я криво усмехнулся сам себе. Что же, теперь у меня, по крайней мере, появился вполне реальный путь, пройдя который я смог бы навсегда избавиться от удушающих тисков нищеты. Я должен стать адептом. Это моя основная цель на обозримое будущее.

Другой вопрос — как? Чтобы стать адептом нужно открыть новый, социально, технически, или военно значимый способ применения телекинеза. Ну, в зависимости от кафедры на которой учишься. А так же необходимо защитить этот способ перед Великой Аттестационной Комиссией, в которую входит семёрка сильнейших магов Юникорнии: великий магистр Фэйри Тейл, великий архонт7 Вельвет Платина, консилиариус8 Роуз Платина, консилиариус Игноуз Платина, консилиариус прима Мунрайз Шиммер, ректор академии Сильвер Пэнтс и экс-ректор академии Стеллар Платина.

Да, так и есть, большая часть механизма, благодаря которому функционирует наше государство сделана из платины. Ха, и, да, я умею шутить на политические темы.

За два сезона моего пребывания в академии я продвинулся в изобретении нового способа применения телекинеза, примерно на-а-а... э... так, дайте подумать... ага, двадцать четыре ревизии на складах академии берём в квадрат... далее, сто шестьдесят две чистки отхожих и не очень мест в жилом корпусе аколитов держим в уме... хм, делим всё это на более пяти сотен часов прозябания на посту стражи академии и чтения таком свитков по истории Юникорнии... умножаем получившееся значение на бесконечные попытки подзаработать, и-и-и, да, всё верно! Я продвинулся в исследованиях ровно на ноль целых ноль десятитысячных процента!

Так дальше продолжаться не может, иначе в конце этого анно я просто не смогу сдать экзамы и с треском вылечу, как ощипанный пегас, за порог академии. Или, что ещё хуже, проснусь однажды в своей послушнической келье, загляну в зеркало и увижу там седого старика с пустым, ничего не выражающим взглядом. Да, есть здесь парочка таких «вечных послушников», которых держали на правах слуг, по непонятным причинам закрывая глаза на отсутствие успехов в исследованиях.

Я резко мотнул головой, пытаясь вытрясти из головы этот пугающий образ.

— Нет, этому не бывать! — ровным, низким голосом, словно со сцены, обратился я к миру. — Я, великий и могущественный маг, имя которого прогремит сквозь тысячелетия, вызывая трепет и благоговение в сердцах бесчисленных поколений единорогов!

«И, особенно, в сердцах миленьких кобылок», — хмыкнув, додумал я про себя. Почувствовав удовлетворение от того как уверенно и твердо прозвучал в окружающей тишине мой голос, я блаженно растянулся на скамье. Мой рог мигнул магией в последний раз и погас.

Звездное небо над головой приятно ласкало взор миллиардом маленьких созвездий сплетённых мной в единый гармоничный узор, покрывающий всё обозримое пространство.

Как здорово, что сегодня нет облаков. В моем распоряжении был весь холст ночного неба. Осмотрев ещё раз своё творение, я удовлетворенно кивнул.

Какое-то время я просто лежал на скамье, всматриваясь в высь и позволяя всем мыслям покинуть мою бренную голову. Через несколько минут веки сами собой начали смыкаться и весь мир поглотила теплая, сладкая темнота.


1Dilector (староюникорн.) — поклонник. Подробнее о системе юникорнских культов в первой главе.
2Роамский серый порошок — зебринская механическая смесь калиевой селитры, угля и серы. Не получила распростронения в качестве средства массовой экстерминации, так как месторождения калиевой селитры крайне редки. Аналог — примитивный черный дымный порох.
3Anno (староюникорн.) — год. В Юникорнии не знали понятия "месяц", поэтому год делился на четыре сезона. Сезоны, в свою очередь, делились на двенадцать септиман (недель). Септиманы на семь дней. Фраза "я родился восьмого февраля 1987 года", например, будет выглядеть как "я родился анно 1987, первого дня десятой септиманы зимы". Добро пожаловать в античность. И образец это весьма условный, так как количество дней в абстрактном месяце поней не всегда совпадает с количеством дней календаря, к которому мы с вами привыкли.
4Exam (староюникорн.) — экзамен.
5Princepissa (староюникорн.) — титул на ранг ниже чем Celestia, о котором речь пойдёт в первой главе.
6Корона — денежная единица Юникорнии. Серебряная монета с изображением кьютимарки великого монарха древности, Митоса Платины: символ бесконечности, над которым возвышается стилизованная корона. Отсюда и название. На одну корону можно прожить неделю, если не шиковать.
7Archont (староюникорн.) — верховный правитель Юникорнии.
8Сonsiliarius (староюникорн.) — советник. Должность аналогичная министру по экономике/военному делу/социальной сфере. Консилиариус прима — соответственно, первый советник, являющийся правой рукой архонта.