Познание магии

Школа принцессы Селестии для одаренных единорогов является центром Магических исследований в Эквестрии. С тех пор, как Эппл Блум углубилась в изучение зельеварения, она признает, что учится там было бы честью для нее. Но это означало бы быть единственным студентом, не являющимся единорогом со времени основания Школы, оставляя своих друзей, семью и переезжая в чужой город... и это если ей удастся сдать вступительный экзамен, предназначенный для отбора самых одаренных в изучении магии единорогов. Спайк ничего не хотел больше, кроме как быть помощником номер один для Твайлайт. Но, когда Твайлайт указывает, что прямо перед ним пони, которая нуждается в опытном помощнике даже больше, чем она, это означает, что перед ним открывается жизнь, в которой он максимально использует свои таланты... но рядом с ним больше не будет Твайлайт. Для них обоих принятие трудных решений является частью взросления.

Твайлайт Спаркл Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Другие пони

Большая Проблема Макинтоша

История о том как Макинтош осознал кто он на самом деле и пытался с этим справиться

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек Эплблум Биг Макинтош Лира Бон-Бон Другие пони Карамель

Вокруг света через скуку и лень

Маленькая пони по имени Саншайн и её верный компаньон Эйс Гамбит отправляются в далёкий город за магическим артефактом. Однако, их путь с самого начала оказался полон сюрпризов и бесценного опыта, не говоря о растянутости путешествия..

ОС - пони Дискорд Чейнджлинги

Это ведь конец, да?

Юная Октавия переживает свою первую в жизни любовь.

DJ PON-3 Октавия

Рождение богов: новая жизнь

Рождение нового мира из руин старого

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Человеки

Тайны Твайлайт

Твайлайт немного изменилась. Почти незаметно, но всё же. Стала реже видеться с друзьями, придумывать нелепые отговорки. Занавесила все окна плотными шторами, теперь в библиотеке стоял полумрак, нарушаемый лишь магическими светильниками. Но сегодня Твайлайт пригласила всех подруг к себе, чтобы что-то рассказать. "Приходите и всё узнаете. Будет небольшой сюрприз"

Твайлайт Спаркл

Мемуары Флаттершай

Я расскажу вам свою версию жизни Флаттершай от начала до конца.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Зекора ОС - пони Дискорд

Королева Кризалис реформируется (случайно).

Для ченджлинга любовь - это магия, и магия - любовь. Внутри тела ченджлинга это одно и то же. Поделиться магией значит поделиться любовью. А мы все знаем, что происходит, когда ченджлинг делится любовью. К сожалению для Кризалис, она была занята и забыла об этом всего на секунду. Но секунды было достаточно. Альтернативная концовка S9E8 Frenemies.

Другие пони Кризалис Тирек

Dear princess Luna...

Дорогая принцесса Луна...

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Алые подковы

Рассказ о трех пони, которые делали мир лучше. О них мало, что было известно если бы не один случай в Клаудсдейле...

Спитфайр Сорен

Автор рисунка: MurDareik
Неоправданные ожидания.

Black mesa inbound

"Если есть вероятность того, что какая-нибудь неприятность может случиться, то она обязательно произойдёт." Эдвард Мерфи.

Я так и знал, что что-нибудь да пойдёт не так. В прочем, как всегда. Я сидел на диване, и смотрел на горящую занавеску. Нет, не подумайте, занавеска лежала на улице, а не в доме. Но всё-таки. Итак, я сидел на диване. Слева от меня с ковбойской шляпой на глазах спал сидя в углу Мелома, а в кресле валялся обмякший Аликорн. Их можно было понять, денёк реально выдался весёлый. Об этом говорило конфети, тут и там раскиданное по полу, и крем, которым было уляпано всё возможное. Вечеринка? Нет, всё намного печальнее. Моя рука, вопреки моей воле потянулась к лицу, и под храп Меломы я произнёс всего одну фразу:

— Господи, что за дебилы?

За несколько часов до этого...

— Ну что, будем начинать? — мой вопрос разнёсся по комнате. Мелома, до этого что-то искавший в своём рукодельном ПДА обернулся, и кивнул. Алукард, сидевший в кресле, встал.

— Отлично. Итак, у нас всё готово? Шарики, — я посмотрел в сторону Меломы, который начал надувать их гелием из балона, — Шарики есть, конфети... Алукард, где конфети?

— Здесь оно, здесь, — он медленно подошёл к большому пакету с цветными бумажками, — что с ним делать?

— Ничего, пусть лежит. МЕЛОМА! Аккуратнее! — Звук лопнувшего шарика заставил меня вздрогнуть.

— Извини. — Парень в шлеме Стальный Рейнджеров из Fallout, с нахлобученной поверх ковбойской шляпой, который надувает разноцветные шарики не может не вызывать улыбку. В приподнятом настроении, я подошёл к коробке с фейрверками.

— Фейрверки — есть. Так, вроде всё. Алукард, где книга?

— На столе за Меломой. Карабин доставать? — Он говорил серьёзно. Абсолютно. Хотя, он прав. Хрен его знает, что у нас может получиться в этот раз...

— Доставай. Только по шарам не стреляй, — улыбнувшись своей глупой шутке, я взял со стола старую книгу и начал читать.

— Так... Ага, а, нет... Угу... Так-с, или можно ещё, ага... Так. Нужно начертить пентаграмму. Ага. Где крем? — Не успел я начать поиски, как мне в руку воткнули кондитекский рукав, полный розового белкового крема. — ...спаси-и-ибо.

Я начал чертить большую пентаграмму из крема. Зачем? Потому-что так написано в ритуале призыва. Ну, там был не совсем крем, однако мы призываем Пинки. Пинки Пай. Ту самую. И не нужно сейчас вызывать мне врача, и тащить в комнату с белыми стенами. Я и сам могу дойти. Однако, несмотря на бредовость самой идеи, это могло сработать. Ритуал был хорошо описан, и довольно реалистично выглядел. Ну, если такое можно сказать о ритуале призыва существ из других миров. А ещё он должен работать. Я вспомнил наш прошлый раз... Нет, тогда я просто неправильно всё сделал. Сейчас я лучше подготовился.

Закончив разрисовывать пол кремом, я поставил в один из лучей фигурку Пинки Пай, а в другой положил кекс.

— Мелома, тащи то-о-о-О-ОООРТ... ТВОЮ НАЛЕВО! — Я обернулся как-раз в тот момент, когда Алукард падал. Падал в торт. В ТОРТ. В самую главную составляющую ритуала! В тот торт, который мне делали на заказ! Ох-х...

Мелома стоял с кучей шариков, и смотрел скозь линзы своего шлема на лежащего в куче крема и шоколада парня с винтовкой. Алукадрд же громко матерился, и грозился ржущему Меломе тем, что затащит его к себе.

Ну а я... Мне было бы смешно, если бы не было так грустно. Тортик. Чёрт, ну и что нам теперь делать?

Видимо, последнюю фразу я произнёс вслух. Алукард и Мелома прекратили свои перепалки, и посмотрели на меня.

— Так, тащите остатки торта в центр. — Мелома хотел было что-то сказать, но увидев мои сердитые глаза решил промолчать. — Алукард, развешай шарики по периметру. Ага, да, вот так.

Я продолжил расставлять "предметы, отражающие сущность призываемого" по краям пентаграммы, краем глаза наблюдая за бегающим туда-сюда Меломой. В дверь постучали. Ну, не совсем.

Дверь распахнулась, и оттуда появилась убитая рожа Степвея.

— Ту-тук, псны, я тут. — он, пошатываясь, пошёл к центру комнаты. — Гыгы, нифга мня плющт. Шаркикии-и-и.

— Так, фиг с ним, — я показал пальцем на Степвея, — начинаем ритуал. Все помнят, что делать? Мелома! — Он продолжал суетиться, будто мы собираемся призвать Ктулху, — Вставай сюда!

Тот молча встал туда, куда указал я, но стоять на месте ему явно было сложно. Он заметно нервничал. Алукард стоял рядом с Степвеем, и курил. Я даже знаю, что он курил.

— ВЫ ЧТО, СОВСЕМ ОФИГЕЛИ?? — Сорвался я на крик, — МЫ ТУТ ПИНКИ ПРИЗЫВАЕМ, А ОНИ ТРАВУ, БЛЕАТЬ, КУРЯТ!! — Эти ребята посмотрели на меня, поржали, и легли в торт. Шлепок. Смотря сквозь пальцы на болтающих о чём-то посреди остатков торта Алукарда и Степвея, я попытался надеть белый балахон.

— А ну живо встали! ОБА! Алукард! Вставай туда! Быстро!

— Эй, а карабин то зачем? — Мелома сильно нервничал. — А вдруг она испугается?

— Мелома, хрен его знает, что мы там призовём, меры предосторожности не помешают. А то будет, как в прошлый раз... Алукард, шашки у тебя?

Ответа не последовало. Алукард молча складывал в свой рюкзак шашки. По нему даже и не скажешь, что он под дубом.

— Отлично. Так, этого упоротого, — я пальцем показал на Степвея, — поставить вон туда. Начинаем ритуал! Так, 23 глава... Алукард, на место! Так. Точно тот ритуал. Пентаграмма — есть, предметы...блаблабла, ага... Так. Мелома, твой выход.

Парень снял шляпу, и прямо поверх шлема нахлобучил Пинки-гриву. Мда. Это выглядело ещё глупее, чем кажется. Затем, он повешал набитую конфети пеньяту над центром пентаграммы. Вроде кривовато висит... Ну да ладно. А теперь...

— Все молча стоят. Так... Ага. "песня о персонаже на латыни"... Так. Всё. НАЧАЛИ.

В полумраке стояли четыре фигуры. Мелома нервно переминался с ноги на ногу, Алукард просто молча стоял и смотрел, держа наготове карабин, Степвей же пошатывался, и иногда издавал гыгыкающие звуки. Мда. Если бы не нужно было столько людей — выпнул бы сразу. Ох, как же мне всё это не нравится. Торт расфигачили, двое упороты... Я же, стоя в белом балахоне с книгой в руках, и, не обращая внимание на редкие пересмешки Степвея, начал петь.

— Est nomen meum Pinkie Pie, — свет ламп стал тускнеть, пентаграмма начала гореть мягким светом.

— Et ego hic dicere, — торт в центре комнаты начал стекаться в одну точку, и исчезать в ней. В этот самый момент произошло то, от чего у меня чуть не посыпались волосы. В комнату зашёл Вовчик.

— Ребят, чё за хуйня творится? — однако я продолжал петь.

— Im 'agnus dei facere vos smile, et ego perspicuus sursum vestri dies-aaay! — свет в комнате почти потух, она теперь освещалась лишь свечением пентаграммы. Мой голос немного дрожал. Ритуал начал медленно проваливаться.

— Мы Пинки Пай призываем, гы-гы. — Ответил Степвей. ЧЁРТ, я же сказал молчать! Аххрх, чудо, что всё ещё идёт нормально. Всё, что находилось в пентаграмме уже превратилось в большой светящийся шар.

— Non refert nunc. — шар начал краснеть.

— Чо, психи дофига? — Вовчик подходил ко мне. Вот идиот...

— Si vos tristes sunt aut caerulei, — в самом конце этой строчки, когда я произнёс последнее слово, Вовчик сделал такую глупость, от которой мне хотелось его ударить чем-нибудь тяжёлым по голове. Он вошёл в пентаграмму. Ничего страшного, конечно. Совсем. Ударной волной наз разметало по всем концам комнаты. Мелому унесло в дальний угол, Алукарда снесло вместе с креслом, а Степвея и Вовчика откинуло в сторону двери. Меня же вбило в небольшой диван. Уже полуосипшим голосом на выдохе я прошептал:

— Quia videretur, erigentes amicis meis est iustus quis Pinkie suus 'hic facere...

Однако, несмотря на перевёрнутую комнату, небольшую дымку и почти кромешную темноту, было видно, что в круге что-то лежало. Похоже, что мы таки что-то призвали.

Алукард зажёг шашку. Она немого разгоняла тьму, однако света всё равно было мало. Из другого конца комнаты раздался голос Вовчика, который, несмотря на то, что находился почти в эпицентре взрыва совсем не пострадал.

— Пацны, вы чо, опять ритуал зумутили? — Я злостно глянул в сторону двери.

— ВОВЧИК! Помолчи! — Алукард тоже был на взводе. Он явно бы сейчас выстрелил в Вовчика, если бы у него в руках был карабин.

— ЧЁРТ ВОЗЬМИ! ВОВЧИК, ТВОЮ НАЛЕВО, ТЫ НЕ МОГ ЕЩЁ БОЛЕЕ НЕВОВРЕМЯ ПРИИДТИ, Ирод!?!? — Под конец вопля я выдохся, и продолжил уже нормальным голосом. — Чёрт, ритуал не закончен. Мелома, ты там живой? — я встал, и осторожно пошёл в сторону круга призывания.

— Ага-сь, — раздался тихий голос из угла.

— Хватай карабин — так же тихо ответил я. По звукам, Мелома встал, поднял что-то с пола и пошёл в сторону Алукарда. Тот что-то прошептал Меломе, и забрал у него оружие. В свете шашки глаза Алукарда сверкали детской радостью. Он очень любил своё оружие.

Туман понемногу рассеивался. Со стороны двери послышался небольшой грохот, затем звук падающего тела, а потом скрип двери. Мелома немного пошатывался в свете шашки, и внезапно грохнулся на задницу.

Алукард выстрелил.

— ЧЁРТ ВОЗЬМИ! — Неизвестно, что было громче, мой вопль или звук выстрела. Алукард отлепил щёку от винтовки и виновато произнёс:

— Я испугался...

— Что творишь?

— И что за нафиг? — сказал Мелома. Или попытался сказать. Судя по его дрожащему голосу, и периодическим пересмешкам, много этого тумана лучше не вдыхать...

— Да пох, у меня ещё три пачки патронов — Алукард явно не врубался, за что я на него наорал. Я, пытаясь ориентироваться на свет шашки, пошёл к нему.

— Это тут при чём? Вдруг оно испугается? Хрен его знает, ЧТО ТАМ. — последние два слова я чётко выделил голосом, давая понять, что лучше быть осторожнее, — Чёрт, темно как в жопе... Так.

— Не дай бог опять хэдкраб... — Алукард хорошо помнил, что произошло во время прошлого ритуала призыва. Если бы не старый ломик,которым мы укокошили ту тварь, никто не знает, что могло произойти...

Я подошёл к кругу. Алукард зажёг вторую шашку и кинул мне.

— Твою налево/Твою мечту... — Одновременно произнесли мы с Алукардом.

— Что за?.. — Издал звук Мелома, протирая окуляры шлема.

Я светил факелом в остатки торта.

— Ребят, оно сработало. — по моему голосу нельзя было сказать, что я рад этому.

— УРА, товарищи! — издал радостный вопль Алукард.

— ЕБ*ТЬ, ОНА РОЗВАЯ!!! — раздалось оттуда, где недавно что-то грохнулось на пол. Походу это был Степвей. Хотя я с его утверждением нельзя было согласиться. Розового тут не больше, чем на мне от света шашки.

— Не радуйся, Б*Я! — ответил я Алукарду, всё ещё разглядывая призванное существо. Вдруг раздался лёгкий стук в дверь. Алукард передёрнул затвор карабина, Мелома сидел на полу, немного покачиваясь, а я, не отвлекаясь на стук, тихо попросил:

— Мелома, можешь открыть? Чёрт, света мало, нифига не видно. — В ответ на это, Мелома с истерическим смехом упал на спину.

— Я прикрою. — Алукард настроен вполне серьёзно. Похоже, это единственный, кто понимаеть, что шутки тут неуместны.

— Ребят, нам нужен свет. Оно без сознания.

Вдруг я учуял запах травки... Чёрт! Алукард зажёг ещё две шашки, и кинул одну в сторону Степвея. Он стоял и курил косяк.

— Одна осталась — констатировал Алукард. Мелома, видимо, немного отошёл от побочного действия тумана, включил фонарик в своём ПДА и пополз ко мне.

— Мы призвали. И вы даже не угадаете что, — немного сухо произнёс я.

— ОНО ШЕВЕЛИТСЯ БЛЯ! — Вскрикнул Алукард, вскидывая карабин.

— Не стреляй! — Сказал я громко, но чётко, будто отдавал приказ. — Оно точно без сознания.

— Уверен? — Алукард немного недоверчиво посмотрел на меня. Призванное нами существо немного поёжилось во сне, я бы даже сказал — мило.

— Е*а-а-а-ать как мня распдрасило!.. — наполнил о своём существовании из дальнего угла Степвей. — Гыгы, светящийся кристалик! — Однако, на него никто не обращал внимания...

Алукард немного кивнул стволом в сторону центра круга. Я пожал плечами, и немного недовольно посмотрел на Алукарда. — Да убери уже ствол.

Мелома что-то потыкал на своём гаджете, и показал мне дисплей с кучей зелёных точек. Ну и что мне это должно было сказать?

— Ну и что с этим делать будем? — после своей реплики я услышал из дальнего угла "...uffalo soldier...", и недовольно покосился на Степвея, который в свете шашки слушал с мобильника Боба Марли.

Перед группой неудачливых брони-призывателей умильно посапывала розовогривая кобылка-чейнджлинг.