Автор рисунка: Siansaar
1.Смена обстановки 3.Долгожданная встреча

2.Подготовка к войне

Мэтт со стоном поднял веки и сел на диван. В голове у парня гудело, а перед глазами все кружилось. То ли он заболел чем-то, то ли это от недосыпа, Мэтт точно не знал. Он до полуночи был погружен в глубокие раздумья и не мог уснуть. Но нужно было отправляться в замок. И юноша, доев остатки торта, с которым он не смог покончить вчера, направился вверх по лестнице, в спальню к пони. Поднявшись, он увидел Пинки Пай, лежащую на кровати. Одеяло, укрывавшее её лишь наполовину, слезло на пол, а оставшаяся часть скромно прикрыла тельце земнопони. Лежащая на кровати Пинки запрокинула голову и изредка посапывала, и, как показалось Мэтту, пускала слюни на подушку. Подойдя поближе к ней, парень понял, что не ошибся. Но такого сильного отвращения, как он ожидал, МакКонал не испытал. Он все еще продолжал думать о принцессе Луне, но в замок нужно было обязательно вернуться, иначе его начнут серьезно искать.
 — Пинки, эй, Пинки, проснись, — тронув ее за плечо, сказал Мэтт.

 — А, что? Вечеринка, Гамми? — пробормотала просыпающаяся пони. Пропустив ее слова мимо ушей, юноша продолжил будить розовую земнопони.

 — Давай, просыпайся. Нам нужно возвращаться в замок, — тормоша сонную подругу, произнес Мэтт.

 — Веселье?! — тут Пинки резко вскочила с кровати и посмотрела прямо в глаза парню. Его каменному спокойствию в тот момент оставалось только позавидовать. В другой раз он бы вскочил с места и заметался по комнате, но сейчас МакКонал лишь спокойно взглянул на розовую пони и, встав, сказал, чтобы та собиралась побыстрее. Спустившись в зал, он заварил себе чаю и, попивая горячий напиток из слегка великоватой ему кружки, начал ждать Пинки Пай.


"Пони... Звучит так, словно это не существо, которое меня лишь на голову ниже, а маленькая лошадка, умещающаяся на коленях. Только если Пинки ляжет мне на колени, у меня могут оказаться сломаны обе ноги. Я не думаю, что пони толстые, просто все они хоть и ниже меня, но потяжелее будут, да и в размерах я им уступаю. Но при этом они выглядят довольно мило. Такие вот дела, Мэтт." — Последняя мысль пролетела в голове у молодого человека, когда Пинки выскочила из своей комнаты. Спросив друга, не хочет ли тот есть, она направилась к импровизированной кухне. Но, получив ответ, что они и в замке успеют перекусить, и что надо выдвигаться, Пинки пошла к двери. За ней последовал Мэтт.


Выйдя из дома, розовая пони напрямую направилась к вокзалу. Сам путь немного отличался от того, каким они пришли вчера. Засомневавшийся юноша тут же озвучил свою мысль, с закравшейся ноткой тревоги:

 — Пинки, а мы правильно идем?

 — Да, просто так быстрее, — коротко бросила его спутница. Сегодня она была немногословна, и, чтобы прервать это неловкое молчание, парень продолжил казалось бы, завершившийся диалог.

 — А тебе не накладно меня кормить, возить туда сюда? Мне неудобно как-то, — замявшись, сказал Мэтт.

 — Неудобно ночью в Вечнодиком лесу гулять, а это — простое гостеприимство. Не волнуйся, Мэтт, все в порядке. Чувствуй себя как дома, — похлопав его по плечу копытом, весело бросила пони. В скором времени они уже зашли в поезд и устроились на одном из сидений. МакКонал предпочел сесть ближе к окну и сейчас смотрел на пролетавший мимо пейзаж. И хоть он видел такие же растения, жителей, предметы ландшафта и различные строения, ему все равно казалось, что здесь он чужой. Даже неизвестные растения пугали своей загадочностью.
"А ведь тут, наверное, и вещества другие, привычную мне таблицу Менделеева здесь не найдешь." — с грустью подумал парень.


Теперь он переключился на мысли о принцессе Луне. МакКонал думал, откуда он может ее знать, но в голове была лишь тьма. Память юноши отзывалась гулким эхом прошлого, но кроме этого эха больше ничего не было. Как будто кто-то стер все воспоминания, связанные с принцессой Луной, оставив лишь эмоциональный след.


Пока Мэтт ехал в поезде в замок, сама принцесса Луна спала крепким сном. После пробуждения ей первым делом ей первым делом в голову пришел вчерашний гость. Приведя себя в порядок, она направилась к своей сестре, дабы обсудить создавшуюся ситуацию, а после поделиться своими мыслями. Придя в тронный зал, Луна увидела, что ее сестру окружают различные полководцы и командиры из Эквестрийской армии. Все они галдели вокруг сидящей на троне принцессы и о чем-то спорили. Подойдя поближе к толпе военных, лунная пони услышала, как они обсуждают Мэтта. Кто-то был против идеи взять его в войска, кто-то был "за". Каждый из толпы выдвигал свои аргументы.


Одни считали, что лучше не брать в армию чужака, потому что они ничего не знают о нем, другие им отвечали, что он может стать хорошим командиром и тактиком, третьи говорили, что если он будет воевать вместе с ними, то Эквестрийская армия получит хорошее преимущество, последние же твердили, что при призыве Мэтта в армию, его будет сложно лечить, так как они ничего не знают об анатомии подобных существ.


Принцессе мрака это вскоре надоело, и она, отведя глаза в сторону, наколдовала небольшую сферу, которая вскоре, разорвавшись, издала оглушительный хлопок, заставивший всех пони замолчать. Поблагодарив Луну за оказанную услугу, Селестия принялась объяснять план действий.

 — Для начала, господа, мы получим знания об оружии, которое принес нам тот грубый пришелец. Мэтт расскажет нам все, что знает сам, и мы начнем научные и военные разработки. Всем нам надо уложиться в короткие сроки, потому что в Даркленде затишье. От них нет никаких известий, а значит, они готовятся и наращивают силы к войне. Для начала, нам нужно выполнить хотя бы этот пункт. С сегодняшнего дня начните изучать технологии той планеты, это в первую очередь касается ученых. — произнесла Селестия, посмотрев на одного военного физика-мага. — Чем больше полезных сведений мы получим, тем лучше. Военные, незамедлительно начните копирование существующих образцов и их последующие испытания. От всех вас я жду отчетов о проведенной работе. Ученым докладывать обо всем в первую очередь. Я требую ежечасно предоставлять мне доклад о проведенных исследованиях. Сделаем все, что в наших силах. Мы должны сохранить нашу страну и народ в целости! — заключила принцесса. — Все свободны.


Когда все пони разошлись по делам, порученным им Селестией, Луна наконец смогла поговорить с сестрой.

 — Хорошая речь, — похвалила принцесса ночи. — Но я думаю, что ты продумала гораздо больше, чем этот первый шаг.

 — Да, сестра, — вздохнула Селестия. — У меня есть подозрения, что в замке шпион. Именно поэтому я рассказала военным только самую малость. После разработок мы пошлем разведку к силовому полю Даркленда, но только разведку, хорошо экипированную оружием и прочим оборудованием. Я думаю, что мы сможем нарастить наш военный и технический потенциал не хуже них. Главное, их опередить. По результатам разведки мы либо атакуем их, либо предложим мирное урегулирование конфликта, — Уверенно сказала принцесса.

 — Я поняла. А что с Мэттом? — поинтересовалась Луна.

 — Мы не будем принуждать его к чему-либо. Он и так сделает большой вклад в развитие армии. Пусть решает сам, — спокойно произнесла Селестия.

Луна отвела взгляд от сестры и с тоской во взгляде посмотрела в одно из окон, расположенных в зале.

 — Тебя что-то беспокоит, сестра? — спросила Селестия.

 — Да. Помнишь то дитя, что Старсвирл Бородатый принес, когда я была еще жеребенком? — с ноткой печали произнесла Луна.

 — Помню, а что? Ты думаешь, что Мэтт и есть тот ребенок? — с интересом в голосе сказала Селестия. Белая кобылица знала свою сестру так хорошо, что иногда своими репликами опережала ее мысли.

 — Я не знаю. Первый раз Старсвирл принес его мне, когда я была еще жеребенком. Он мне понравился, и позже волшебник принес его снова, но когда я была уже подростком. Я не поняла до сих пор, как Бородатый мог брать одного и того же ребенка. Но мне кажется, что Мэтт — то дитя. Правда, он бы вспомнил меня. Мою душу терзают сомнения, сестра. — печально произнесла Луна.

 — Я знаю, как ты о нем заботилась, как вы были дружны, но я не сказала тебе самого главного.

 — Чего? — перебила ее принцесса ночи.

 — Когда Старсвирл в последний раз вернул ребенка в его мир, он стер ему память при помощи магии. И стер так, что вспомнить нельзя. Но сердце Мэтта до сих пор помнит тебя. И если его разум сомневается, то душа до сих пор помнит те времена. Наверное, он сейчас пытается вспомнить, почему чувствует себя так, словно знает тебя всю жизнь. — сообщила Селестия. — Иди ко мне, сестренка. — сказала принцесса, прежде чем принять Луну в свои объятия.

 — Спасибо, сестра, — шёпотом произнесла принцесса, обнимая Селестию. — Но я помню, что наложила на то дитя заклинание, которое оставляет мой знак у него на теле.

 — И где же находится знак? — спросила Селестия. Разорвав объятия с сестрой, Луна сообщила:

 — На лопатке. Знак исчезнет лишь тогда, когда я сама захочу его снять.

 — Тогда тебе придется постараться, сестра. Но не расстраивайся понапрасну. Может, твои ожидания оправдаются.

Поблагодарив Селестию на прощание, Луна вышла из зала и направилась к себе в комнату, чтобы скрасить время за чтением книги, удобно расположившись на своей двуспальной кровати.

***


В небольшой комнате, на кресле у камина сидел старый, бородатый пони. На нем был колпак конусовидной формы, украшенный звонкими бубенчиками и плащ синего цвета со звездами, щедро рассыпанными портным по одежде. Размышляя на волнующие его темы он попутно курил трубку. Решение для одной из его проблем почти созрело и вот-вот было готово "вылупиться" из мыслей подобно птенцу из яйца. Но оно все никак не появлялось. Он уже было хотел переключиться на другую проблему, как понял что именно нужно предпринять по отношению к первой. Выпустив дым, он принял решение испробовать новое заклинание, которое сам же и придумал. Да, он был единорогом и довольно сильным магом.


В соседней комнате спала маленькая принцесса, которую погибшие родители назвали красивым именем — Луна. Луна была уже достаточно взрослой, чтобы читать и писать, но недостаточно, чтобы колдовать. Последнее время юной принцессе было ужасно одиноко и грустно. Ее старшая сестра, которая с головой зарывалась в учебники, не могла утешить младшую сестренку. Другие жеребята избегали Луну, объясняя это тем, что не хотели связываться с особой королевского происхождения. Лишь старый волшебник, практикующий магию, а иногда и зельеварение, был утешением Луны. Он часто угощал ее сладким, дарил разные игрушки и мог часами занимать ее рассказами из своей длинной жизни. Будущая принцесса называла его "Дядя Свирл". Но, как бы Бородатый не поддерживал Луну, иногда той все равно было грустно. Волшебник уже долго бился над решением проблемы синего жеребенка.


В тот вечер решение пришло из ниоткуда. Прочитав текст заклинания, Старсвирл перенесся в незнакомый ему мир. Перед ним предстала картина — женщина, лица которой не было видно из-за ее одеяний, положила на порог дома сверток, из которого выглядывала пара ручек.
В Эквестрии на дверях были небольшие подковки, с помощью которых пони могли аккуратно постучаться в дверь. Здесь же, в этом мире, их не было. Но вместо них волшебник углядел рядом с дверью кнопку. Быстро сообразив, что кнопка работает по подобию подковок, Бородатый одним быстрым заклинанием оплавил кнопку так, что она перестала функционировать. Пластмасса меж тем почти мгновенно отвердела и остыла.
Мать ребенка меж тем нажала на кнопку и убежала, оставив дитя на пороге. Подойдя к свертку, Старсвирл увидел ребенка, любопытным взглядом смотрящего на окружающий мир. Взяв дитя магией, волшебник прочитал заклинание наоборот и вернулся в свой мир. Вернулся он уже утром — похоже, переход между мирами требовал времени.


Зайдя в соседнюю комнату, где уже вовсю резвилась Луна, волшебник громко закрыл за собой дверь, чем обратил внимание будущей принцессы на себя. Рядом с ним висел в свертке ребенок. Синяя пони тут же подошла к дяде Свирлу и попыталась посмотреть на то, что принес единорог. Но волшебник не дал ей этого сделать. Подняв магией ребенка чуть повыше, он подошел к кровати и сел на постель. Луна, поняв, что Бородатый сейчас начнет серьезный разговор, села рядом. Волшебник задумался на несколько мгновений, подбирая слова попроще и стараясь выстроить фразы наиболее понятно и кратко, чтобы сгладить впечатление от его речи. Ведь если сидящая рядом малышка поймет его неверно, то все ее общение с ребенком будет испорчено еще до его начала.

 — Смотри, дорогая, это дитя из другого мира. Мира людей. Там гораздо хуже, чем здесь. Существа, живущие там, часто убивают друг друга по пустякам и воюют между собой. Этого малыша по воле судьбы бросила своя же мать. Я знаю, как тебе одиноко в последнее время, поэтому я забрал его оттуда. Но забрал я его на время. Через шесть лун я верну его людям, но отдам я ребенка в хорошие руки. Тем, кто о нем позаботится. Я надеюсь, что он развеет твою грусть и тоску по родителям. Ты должна заботиться о нем, как о своем младшем брате, но также ты должна помнить, что ему нужно расти в мире людей. Я отдаю его в твои копыта, позаботься о нем.

 — Спасибо, дядя Свирл. Я позабочусь о нем так, что он никогда не будет чувствовать себя одиноким, — местами шепелявя произнесла юная Луна, принимая из копыт волшебника ребенка. — А как его зовут?

 — Там есть что-то вроде бирки, прочитай сама, — бросил на ходу маг, выходя из комнаты.

 — Мэттью... Какое красивое имя, — слетело с губ будущей принцессы.


Прошло время, отведенное магом Луне. Синяя пони заботилась о ребенке, как могла. Кормила его, пеленала, мыла, играла с ним. Даже спала ночью с ним, следя за сном малыша. Она почти сразу смекнула, что уход за этим детенышем не особо отличается от ухода за жеребенком. Да и Старсвирл иногда помогал ей советами и наставлениями по уходу за малышом. За шесть лун она порядком привязалась к нему и не хотела отдавать волшебнику дитя, но понимала, что так надо. Через долгое время, когда Луна подросла, и настало время учиться, Старсвирл вновь принес ребенка. Тогда Мэтту уже исполнилось три года. В то время он активно рос и развивался. И Луне пришлось несладко с ним. Воспитывая ребенка, она параллельно училась. Трехлетний мальчик много шумел, да и вообще доставлял много хлопот, но будущая принцесса все равно продолжала его любить, невзирая ни на что. Через шесть лун Бородатый вновь унес дитя. В тот момент Луна почувствовала, что это навсегда и наложила на него заклинание-метку, изображающую синий полумесяц вместе с одной пятигранной звездочкой посередине. Прежде чем, казалось бы, навсегда унести ребенка в его мир, Старсвирл стер ему память, потому что считал, что никому не положено знать об Эквестрии, даже этому мальчику. Но та любовь, которой принцесса согревала ночами ребенка, та любовь, которую она дарила ему, когда тот лежал у нее под крылом и грелся об ее тело, осталась отпечатком на сердце человека.


Позже, когда мальчик вырос, он получил хорошее образование — Бородатый сдержал обещание и нашел Мэтту отличных родителей. А сейчас... Сейчас Луне казалось, что это тот самый человек, о котором она заботилась, будучи юным аликорном. Но в надежду, гревшую принцессу, клиньями врезались сомнения." А что, если это не тот человек?" — спрашивала себя Луна. Но единственной ниточкой к правде был тот знак.

***


Как только Мэтт приехал в замок, который, кстати, назывался Кантерлотским, он сразу же направился к принцессе Селестии, оставив Пинки гулять по городу. Нужно было не только рассказать принцессе все, что он сам знал, но еще и показать на деле как работают пушки. Спину приятно тяготил рюкзак с оружием, доставшимся ему от принцессы. В душе юноша хотел домой. Как бы к нему здесь гостеприимно ни относились — дома лучше. Но после помощи правительнице Эквестрии в ее делах, парень хотел бы провести расследование и поговорить с принцессой Луной о своих тревогах.


Зайдя в зал, он поприветствовал Селестию и поинтересовался, когда он может начать свою работу. Та ответила, что в любой момент и сообщила, что ее младшая сестра искала Мэтта и просила после всех дел найти ее. Упомянув Луну, Селестия заметила, как в глазах молодого человека промелькнул едва заметный блеск. Сняв рюкзак, парень попросил созвать военных и ученых, для последующих разъяснений, и принялся ждать.


Вскоре, когда юношу окружали недовольные, что их оторвали от работы, военные, молодой человек начал рассказ перед его окружавшей толпой.

 — Вот ствол. Отсюда вылетает пуля. Это небольшой кусочек железа, способный в нашем мире убить человека. Пуля выглядит так, — с этими словами юноша продемонстрировал патрон и обрисовал пальцем область, где находилась пуля. — Она находится в патроне, так называется маленькая штучка, которую я держу в руке. Патрон состоит из пули, гильзы, и капсюля, если я не ошибаюсь, — в процессе показа от окружающих парень получал понимающие кивки. — Выстрел осуществляется нажатием на спусковой крючок. С помощью внутреннего механизма капсюль подрывается, и на этой энергии выпускается пуля. Часто пороховые газы от капсюля используются для самозарядки оружия. Стрелку нужно лишь наполнить рожок или само оружие патронами и подсоединить к нему. Разное оружие стреляет по-разному. Сейчас я держу перед собой дробовик. Он стреляет дробью, что хорошо на ближних расстояниях, но бесполезно на дальних. Поясняю, дробь — это кусочки снаряда, способные сделать из цели фарш. Обойдемся без демонстраций, — заключил юноша. — Основное вы знаете. Теперь мелкие детали. Автомат, — парень показал Селестии смертоносное устройство. — Стреляет очередями и одиночными выстрелами. Хорош на средних и ближних дистанциях. В зависимости от модели и условий можно также применять на дальние расстояния. Снайперка, — Мэтт показал на второй ствол. — Отлично стреляет на дальние расстояния. Можно добивать убегающих с поля боя врагов или же выкашивать целые отряды, подходящие к вашей базе. Два-три качественно работающих снайпера могут пригодиться в битве. И наконец, пистолет, — юноша достал из рюкзака Дезерт Игл. Точнее, не достал, а, подкинув из рюкзака, дабы эффектно выкрутиться перед толпой, вместе со словом "Оп!" уронил его себе на плечо, чем оставил от пистолета весом в два с половиной килограмма приличный синяк. Вот тебе и "Оп!". Не обращая внимания на боль, парень продолжил. — В зависимости от модели может стрелять как на ближние, так и на средние расстояния. В нашем мире применяется в основном вблизи и на средние дистанции, но есть и любители, которые стреляют из него на очень дальние расстояния. Только толку от этого мало. Мне продолжать, принцесса? — поинтересовался Мэтт.

 — Нет, на сегодня ты свободен. Информацию, как ты знаешь, нужно усвоить. Наши солдаты уже испытывают это оружие, чтобы знать его потенциал в нашем мире. А ученые изучают, чтобы найти как можно больше полезных сведений, — сообщила Селестия. Тут же толпа окружающих военных и ученых единогласно закивала в знак согласия. Некоторые из них начали интересоваться различными мелочами насчет оружия, другие же просили повторно объяснить все сказанное и показанное ранее. Выслушав все вопросы, юноша кратко и понятно ответил военным и ученым, и принялся "паковать" пушки в ранец.


Как бы ни казалось со стороны, но в наверстывание технологического уровня были вовлечены абсолютно все ученые Эквестрии. Во всех уголках этой воистину огромной страны трудились лучшие и не только умы понивечества. Селестия старалась задействовать если не все, то даже больше, чем все. Поэтому погоня за технологиями обещала быть недолгой.


Собрав все в рюкзак, парень закинул на плечи свою ношу и хотел было выйти из зала, как вспомнил одну важную подробность.

 — Кстати да, патроны взрывоопасны, поэтому вашим солдатам следует обращаться с ними бережно. Во избежание несчастных случаев. До скорого. Если что, я в замке.


Обернувшись, Мэтт увидел, как Селестия встает с трона. Заметив, что принцесса будет выше его на голову, и с печалью приняв тот факт, что она в любом случае будет смотреть на него сверху вниз, парень, прикрыв за собой дверь, вышел из тронного зала...

Читать дальше

...