Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 1

Глава 2

Дип Тот приходил в себя. Он – не пони. Или ему кажется, что он — не пони.

«Видимо, так действует иллюзия. Всё — все предметы, существа – заменяются на какие-то другие. Это – Шарп, а вошли – Хиллсайд и кто-то ещё… А где ритуальная площадка и маятник?»,- задумался Тот ,- «Вот же. “Установка”. Шарп с ней возится. Остановить. Остановить её надо. Техника. Почему мне мерещится техника?»

Тот не без труда встал.

«Инвертор? Точно, вот это. Провод… э, питания, точно, к нему идёт. А вот ручка. Справа – 100, слева – ноль. На ноль ставим… Лапой», — подумал Тот и к собственному удивлению, ловко повернул ручку прибора на «ноль».

— Спасибо… Сейчас выключится всё… Там конденсаторы разрядятся… Воды пока принесите! Я окно открою, им посвежеет, может…

Студент пошёл к окну. Кручин тем временем пошёл за водой

— Ох, пассат мне в… Крылья, куда крылья дели!

-Что, простите?

— А…

— Вы что-то сказали о крыльях. Скажите, вы пегас?

— А… О… Пегас. Была. Где я? Откуда вы знаете, что я – пони?

— Знакомая лексика, Турбуленс.

-А? Вы меня знаете? Тот! Дип Тот. Это вы?

— Я, видимо. Вы как меня узнали?

-Я шла к вам, — пожилая женщина заметно успокоилась, — Я же Шарпа встретила, как он к вам шёл и про свиток что-то твердил. А потом волна магии через весь вестибюль прошла. Ну, я и догадалась, что это вы что-то колдуете. Да и выглядите вы… похожим на себя. Пропорции. Мимика… Да и грива у вас всё такая же… редкая… — закончила женщина-пегас вполголоса, — Удивительно. А я как выгляжу?

— Вы так же стройны, как всегда, ваша грива всё так же роскошна. И платье вам очень идёт.

Женщина улыбнулась.

— Удивительно, местные носят одежду всегда.

— У них же нет шерсти. Холодно им.

Тот посмотрел на местного Шарпа, который, поглядывая на них, возился с окном и заметно дрожал...

— Да уж. Ну и магию мы закрутили. По идее, это должен был быть создающий иллюзию ритуал. Но иллюзии не бывают коллективные…

-Ритуал? Молодёжь… Что вы в такую магию полезли?

— Честно говоря, я не ожидал таких последствий, но…

— У магии не-пони всегда есть последствия. Я же вам рассказывала, про мой опыт ритуалов и второй хвост…

— Да не бойтесь вы…

— Как не бояться? Этим, нам теперешним, тоже, наверное, волноваться вредно

— По-видимому, эти тела работают по-другому. А может быть, это магия, но, тем не менее, у нас нет шока… Странно спокойно я себя чувствую. Но, всё, видимо, скоро кончится. Эта иллюзия — хитрая. Тут всё имеет свой аналог. Ритуал здесь, по-видимому, представлен вон той коробкой. – Тот показал на выключенную установку, стоящую на столе , — И, судя по всему, он сейчас остановлен… Эх, узнать бы что об этом мире.

— О каком мире? Это ж нам всё кажется.

— А вдруг нет? И что, если кажется? Вопрос в том, что именно кажется Вдруг здесь есть целая страна этих существ. С городами, лесами, замками и своими принцессами. Интересно, а как здесь принцесс зовут?

— Кого?

-Принцесс. Селестию и… Л… Ленина… Ух… Что это было? Вера Петровна?

-А?

— Вы здесь? Вы действительно сюда пришли?

— Да… Ух, что это было?

— Не знаю. Но оно точно кончилось. Погасла установка. Паша? – обратился преподаватель к стоящему у окна студенту, — Ты что туда поставил?

— Да так… Ничего.

Востриков на секунду закрыл глаза.

А когда открыл, увидел, что он стоит посреди прекрасного зала. Потолок его был расписан созвездиями. Стены – выкрашены в светло-лиловый цвет. На окнах висели бархатные, как ему показалось, шторы.

А посреди зала вращался по кругу большой маятник с красным камнем в качестве груза. На полу под ним были начерчены какие-то символы и линии, сплетающиеся в рисунок. А воздух в комнате странно искажался.

Востриков переступил на месте задними ногами…. Задними…

«…ногами.», — понял Востриков.

— Где я? Кто здесь? – Востриков пошатнулся и сел на пол

Студент опустил глаза вниз. Вместо рук у него были… были ноги, больше всего походящие на лошадиные, оканчивающиеся копытами. Ноги… Задние ноги были таким же.

— Я… А…а… Я – лошадь, — только и сумел проговорить студент

— Шарп? Что с тобой? – раздался чей-то, судя по всему, женский голос сзади.

— Я – лошадь? – спросил Востриков и обернулся к говорившей.

Сзади стояла пегас. Небольшая лошадь с крыльями. Шерсть её была синеватой, а грива – длинной и с рыжим оттенком.

— Ты – пони… Что тут творится? — ответила лошадь.

Востриков схватился за голову.

— Как ЭТО так гнётся? – подумал он, про свою ногу, когда она коснулась его головы, — а что у меня на лбу?

Востриков ощупал копытом свой рог.

— Е… единорог... Я — единорог. Пони-единорог… Ух… — студент мотнул головой. Всё было как в тумане.

— Вот, доколдовались! Мистер Тот, что вы сделали со студентом? – продолжила пегас

,обращаясь к гнедому… пони-единорогу, стоявшему рядом.

Тот только недоуменно посмотрел на неё.

— Хиллсайд? Может, вы знаете, что тут происходит? – обратилась она к светло-серому, стоящему в углу комнаты жеребцу-единорогу.

— Это галлюцинация… Это галлюцинация… — донеслось до неё бормотание.

— Единороги, пегасы… А там — Кантерлот… Как в сериале…

От дыма свечей у Турбуленс закружилась голова.

***

Двор школы, располагавшейся неподалёку от института, был полон жеребят и кобылок.

А в дальнем углу площадки собралась явно не дружеская компания.

Несколько жеребят, земные и единороги обступили пегаса и противными голосами дразнили его.

— Пустобокий, пустобокий! Ничего не умеешь!

— У вас сами недавно кьютимарки не было!

— А сейчас есть! Потому что мы умеем что-то. А у тебя кьютимарки не будет. Неумеха!

— Всё я умею, смотрите! Ой…

Молодой пегас начал рыться в сумке.

«Где же он. Я этот телефон целую неделю красил. Потерял… А, они вытащили, — подумал пегас.

— Отдавай сотовый! — крикнул он своему обидчику.

— Сотовый? Чего? – стоящий во главе дразнивших единорог обернулся ко своим приятелям.

— Видимо, мы тебе на баскетболе мячом слишком сильно заехали. Какой-то сотовый? Совсем пегасик бредит.

Единорог отступил назад и почувствовал что-то под ногой. Он откинул это «что-то». На сером асфальте лежала покрытая узором небольшая коробочка.

— Сам ты пегасик! – Пегас-жеребёнок, разозлившись, прыгнул на обидчика, изо всех сил молотя крыльями в воздухе для ускорения.

Сзади послышался дробный стук копыт.

Учительница и несколько учеников подбежали к дерущимся и стали разнимать.

— Гаст, Спарк! Что вы тут устроили?

— Наталья Владимировна! — жеребёнок-пегас сидел на земле и копытом указывал на единорога, — он мне седельную сумку порвал! И прямо копытом на сотовый наступил.

— Но не сломал же. Не надо было хвастаться! – начал оправдываться единорог-жеребёнок, — И ты сам её порвал! Я не виноват, что у меня есть рог! Пф… Ещё какой-то сотовый выдумал.

— Ничего я не хвастался! Вы сами меня дразнить стали.

Молодая учительница устало вздохнула. Не так она себе представляла . Конечно, в её детстве тоже было полно хулиганов, но тогда она списывала это на дурное влияние грифонят.

— Все дети одинаковы…- подумала она и принялась разбираться в ссоре.

***

Востриков постепенно приходил в себя. Гнедой единорог и пегас стояли в оцепенении. А серый пони стоял в углу и изредка зажмуривался. Его рог периодически охватывало свечение.

— Скорее всего, это иллюзия. Так на меня влияет установка, — проговорил студент, — я же не пони, я Павел Востриков… Человек.

— Востриков? Это ты? – раздался сзади голос

Студент обернулся. К нему обращался светло-серый единорог.

— Вы знаете меня? …- Востриков на него удивлённо посмотрел, — Что за бред?

— Бред, точно. Но твой или мой?

— Кто вы вообще?

— Кручин. С твоей кафедры.

— Сергей Семёнович! – глаза Вострикова, казалось, полезли на лоб, — Как?! Ну, подсознание даёт…

— Как — я у тебя хотел спросить.

— Установка! Установка создала коллективную галлюцинацию. Или я вас выдумал.

— Скорее всего, первое. Или это моя выдумка. Я знаю этот мир.

-Что?

— Был такой сериал. Мультфильм. Про единорогов и пегасов. Смотрел я его в своё время… Так что это или всё это кажется именно мне или … Неважно. Нам нужно из этой иллюзии выбираться.

— Надо выключить установку. Только её здесь нет.

— Но есть та штука. – Кручин указал копытом на маятник.

Ритуал продолжал твориться сам по себе. Вращался по кругу маятник, горели свечи и во все стороны расходились волны искажения.

— Видимо, это аналог установки в этой… иллюзии. Надо остановить маятник этот.

— Да, надо остановить , — проговорил Тот.

— Давайте! Что же мы стоим!

И Востриков направился к маятнику. На удивление, он уверенно справлялся со всеми четырьмя ногами. Студент остановил маятник ногой и замер в нерешительности.

— Свечи тоже гасить?

— Дай-ка я! – ответил ему Кручин.

Преподаватель-единорог зажмурился. Его рог засветился. И, одна за другой, свечи стали подниматься в воздух и тушиться друг об друга.

— Как вы это сделали?

— Я же единорог. Мы – волшебные создания! Эх, молодёжь не знает…

Кручин даже подпрыгнул на месте от радости.

— Не думал, что ты, Востриков, сможешь меня удивить. Но такую штуку сделать…

— И что, вы думаете, мы в себя придем теперь?

— Придём. А пока – наслаждайтесь ощущением того, что вы – пони. Всегда хотел узнать, как у них выглядят институты… Или где мы сейчас…

С этими словами Кручин вышел в коридор.

— Пони? Пони… Понимаю… волны всё это электромагнитные. – Востриков махнул головой. Он стоял у окна в привычной аудитории.

Николай Евгеньевич и Вера Петровна всё так же сидели у выключенной установки.

«Вера Петровна пришла сюда. Стала говорить что-то про крылья… Потом я оказался… пони в комнате с маятником. И… Захотел выключить установку. Но выключил Думов… Он тоже до этого странно себя вёл…» — мысли в голове Вострикова метались.

— Николай Евгеньевич, вы в порядке? – обратился Востриков

— Хм… Вроде, да. Вот когда работала штука твоя – я себя… не в своей шкуре чувствовал.

Вера Петровна тем временем лишь охала.

— Сейчас Кручин воду принесёт… только институт посмотрит… Чокнуться можно…

— Да уж… Ну экспериментаторы же вы… — отозвалась Вера Петровна , — то ли пони, то ли не пони…

На некоторое время люди замолчали. Кручин всё не возвращался.

Востриков подошёл к двери и оглядел коридор. Сергей Семёнович стоял посреди него и невесело осматривал стены.

***

Девушка сделала последний штрих и оглядела получившийся рисунок. На нём была изображена Пинки Пай ещё до получения кьютимарки. Кобылка с прямыми розовыми волосами была счастлива. Это был один из редких моментов счастья в её детстве – Пинки приехала в гости к бабушке.

«Пинки бы, наверное, понравилось, если бы она это увидела. Хотя, почему бы и нет» — полушутя подумала художница, — «Что ей стоит посетить наш мир. Особенно в такой день.» Воздух буквально был пронизан волшебством. В парке медленно опадали листья, светило солнце, а в высоте летела точка, приглядевшись и приложив фантазию в которой можно было разглядеть пегаса.

Девушка отправила картинку на печать. Она всегда любила похвастаться своими работами. Какая-то волна, поток воздуха прошёл через комнату. Рисунок из принтера так и не вышел.

Твайлайт Спаркл лежала на скамейке парка Кантерлота. Она смотрела на опадающие листья и думала. Думала о своей жизни, большую часть которой она провела за книгами. О её подругах, которые показали, какой действительно может быть жизнь, лучших подругах, которые могут быть у пони. Обо всех приключениях, которые они вместе пережили. И обо всех тех, у кого друзей не было. Всех, кто не познал магию дружбы.

«Всегда ожидай лучшее от своих друзей и никогда не предполагай худшее», — прочитала она со свитка, который лежал рядом с ней. Сегодня был замечательный день для заклинания, которое она собиралась испытать. Твайлайт прислушалась к магии ещё раз. Каналы в четвёртом измерении были практически осязаемы. Единорожке даже показалось, что она чувствует что-то в пятом.

«Дименсиональная магия? Но ведь она существует лишь в теории. Или я что-то пропустила за всеми этими событиями?», — подумала Твайлайт и сделала мысленную заметку поискать что-нибудь по этой теме в кантерлотской библиотеке.

Потом она сконцентрировалась, её рог вспыхнул. Вспыхнули и строчки свитка. На секунду они расплылись и погасли.

В воздухе уже веяло прохладой, по небу плыли осенние тучи, а в тенях парка, приложив воображение, можно было разглядеть высокую и явно одинокую фигуру того, к кому направлялось послание.

За окном пели вернувшиеся после зимы птицы.

Аниматор поправила красную прядь волос, упавшую её на лицо и вернулась к чтению форума, посвящённого её последнему проекту.

«Всегда ожидай лучшее от своих друзей и никогда не предполагай худшее… Никогда не думал, что мультфильм про пони так на меня повлияет. Это именно те слова, которые мне были нужны тогда. Спасибо! Спасибо Лаурен и всем, кто сделал такую замечательную вещь.» , — прочитала она очередное сообщение.

Аниматор улыбнулась.

Принцесса расправила свою пастельную гриву.

-Все знают, что султан Кэмелруна – сладкоежка. Я супер-пупер уверена, ему понравятся мои сладости. Так, торт поставьте с того края, а пирожные разложите здесь! — тараторила Пинки Пай.

Когда дворцу срочно понадобилось подготовить угощение к визиту султана, а собственные пекарни не справились из-за… технических трудностей (Слишком пышного дня рождения одного принца), принцессе просто-напросто пришлось обратиться к одной из самых знаменитых кулинаров Эквестрии.

И теперь Селестия наблюдала, как гиперактивная земная пони готовит дворец к приёму.

Вот к Пинки Пай подошёл единорог-метрдотель, удерживающий телекинезом бумажный лист с каким-то рисунком. Селестия пригляделась

Принцесса уже видела эту картинку во дворце. На ней была изображена Пинки Пай, ещё жеребёнком. Кобылка с прямыми розовыми волосами была счастлива. Это был один из редких моментов счастья в её детстве – Пинки приехала в гости к бабушке.

Розовая пони прижала изображение к груди. На её глазах навернулись слёзы радости. Она что-то спрашивала у метрдотеля, а он всем видом выражал недоумение.

Принцесса улыбнулась.