S03E05
Глава 3 Глава 5.

Глава 4.

“На первый взгляд, может показаться, что у драконов нет никакой формы организации, может показаться, что все они живут разрозненно и индивидуально, заботясь лишь о себе, своей территории и своих сокровищах.

Это ошибочное мнение, которое основано на абсолютно скудных знаниях об этой древней, как сама Эквестрия, расе. Существует особый орган, Драконий Консулат, который определяет политику драконов по отношению к другим народам, населяющим нашу планету. Однако, никто в точности не знает, где проходит этот Консулат, кто в нём заседает, и как именно проходят обсуждения, но драконьи миграции проходят именно в связи с заседаниями Консулата. Благодаря особым магическим связям, драконы узнают о грядущем совещании, и отправляются в далекий полет к “Эквестрийскому Шпилю”, где, в глубоких и длинных туннелях горных гряд находится сам Консулат. Драконы ревностно оберегают секреты, скрытые в горах, поэтому попасть туда, будучи пони, не представляется возможным.”

Спелл Поинтер, верховный архимаг Кантерлота,

Энциклопедия магии, издание номер 7

Глава 4.


Обжигающее солнце поднималось над бесплодной белой пустыней. Эта земля была выжжена дотла с незапамятных времен, никто не знал, почему это произошло, и когда. Никто не знал, было ли безжалостное небесное тело тому виной, или древняя война…

В лучах этого жаркого бездушного светила стояла четырехногая фигура, полностью закутанная в красный плащ. По ветру развевался длинный шарф, покрытый белыми рунами. Из прорезей на месте глаз светились маленькие голубые огоньки, высматривавшие что-то в пелене песка, поднятого неутомимым, удушающим ветром.

Вдали возникла такая же фигурка, только её плащ был фиолетовым, а шарф – совсем коротким.

Новичок поравнялся с красной фигурой, их шарфики сплелись воедино, светящиеся руны образовали единое полотно. Через мгновение, связь разорвалась. Фиолетовый плащ поклонился и скрылся в пыльной буре позади красной фигурки.

Где-то за пеленой песка, скрывалась цель “красного плаща”: высокая гора, настолько высокая, что её вершина терялась где-то в глубоких рыжих небесах. На ней находился древний полуразрушенный храм, где лежало великое сокровище. Он не знал, что это за сокровище, но он должен был добраться туда, должен был узнать смысл своего существования.

Вскоре, горячий песок замел следы двух странников, отправившихся разными путями. У каждого своё путешествие…

***

-Мистер Дентон? – приятный, спокойный голос отвлек Карла от экрана телевизора.

За окном всходило солнце. Инженер ЭпплКиберТех, являвшийся на тот момент пациентом больницы Хуфингтон Хай, в Мэйнхеттене, отложил в сторону контроллер от игровой приставки. В углу помещения, где стояло кресло, почти напротив койки, сидела едва различимая фигура. Свет из окна, наполовину задернутого жалюзи, не освещал тот угол, вдобавок, любые черты тела были скрыты за покровом одежды.

-Чем могу помочь? И откуда вы знаете моё имя? – Карла слегка волновал тот факт, что он не знал, как долго этот посетитель там находился и как он сюда попал.

-Извините, что не представился сразу, меня зовут Гордон Марлоу, я журналист, — пони в кресле наклонился вперед, темный ореол вокруг его головы рассеялся, и Карл увидел его лицо. Обычное, ничем не примечательное молодое лицо, тускло-серая шерсть и ломкая, бледно-соломенная грива. Его изумрудные глаза светились умом и опытом, и в них таилась какая-то неясность. Голос был абсолютно нейтральным, будто ему было не важно, с кем и о чем он разговаривает. Такой голос бывает либо у тех, кому жизнь уже совершенно надоела, либо у тех, кто умеет скрывать тайны. – Я хотел бы узнать у вас подробности позавчерашней ночи…

-Позавчерашней? – прервал его Карл, потирая лоб. – Сколько я здесь уже лежу?

-Около полутора суток, — журналист привычным, отработанным движением перелистнул блокнот, прикрепленный к его копыту. – На тот момент, вы были в Вечнодиком Лесу, не так ли?

-Вы меня с кем-то путаете… Я весь вечер провел на балу в Понивилле и…

-Ложь вам не к лицу, Карл, — журналист отмахнулся от его слов, как от назойливой мухи. — Я не хочу вам навредить, во мне просто играет профессиональное любопытство. Я видел, как из чащобы одного из самых опасных мест Эквестрии вылетел ярко-белый луч, пронзивший небеса, подобно мечу Её величества, и его было видно практически из любой точки нашей страны. Не изволите ли объяснить, как это произошло?

-Не имею понятия. Меня там не было, — нахмурился Карл. Журналист начал действовать ему на нервы.

-Вновь ложь. Но впрочем, это понятно, вы устали после недавних приключений. Я поговорю с вами, когда вы будете более настроены на сотрудничество, — он встал из кресла и направился к выходу из палаты. – Я сохранил для вас мой телефон, на всякий случай. И еще, хочу вас предупредить: держитесь подальше от того черного камня. Для всех будет лучше, если он останется тем, чем он является.

-Откуда вы…

-Это моя работа – всё знать. Вдобавок, это просто приятно, — ответил Гордон, его лицо по-прежнему было непроницаемым.

В дверях больничной палаты появилась медсестра — миленькая белая единорожка с красным крестом на кьютимарке и рыжей гривой, заплетенной в косички. Половину её лица занимали густые веснушки, а на носу сидели тонкие очки. Она смерила Гордона удивленным взором.

-Извините, сэр, но эта палата закрыта для посещения…

-Ничего, я уже ухожу. Моя благодарность за ваше терпение.

-Мистер Дентон, — сказала медсестра, провожая журналиста удивленно-обеспокоенным взглядом. – Я не ошиблась? Я не думала, что у вас будет посетитель, иначе я бы…

-Ничего, ничего, – Карл поспешил её упокоить, увидев некоторую нервозность в её движениях. Она явно стеснялась своего пациента. Он всё время пролежал без сознания, и очнулся лишь пару часов назад, которые он скоротал, играя в видеоигры, поэтому не имел возможности познакомиться со своей лечащей медсестрой.

— Пришли результаты ваших анализов. Вы поступили сюда с… — она пригляделась к планшету, закрепленному на её передней ноге. – Кхем, несколькими переломами, многочисленными ожогами и … “Обширным заражением негативной энергией”. Но ваше текущее состояние…

-Идеально? – Карл не мог подобрать иного слова — его организм работал, как часы, ничего не напоминало о недавней прогулке по Вечнодикому Лесу. Лишь тот факт, что он проснулся в больнице, указывал на реальность произошедших событий, иначе он бы просто списал всё на плохой сон.

-Да… В этом-то и дело. Видите ли, подобные повреждения требуют проведения многочисленных операций, но пока для вас готовили оборудование, все проблемы… исчезли. Технически, вы здоровы, а, следовательно, мы больше не имеем права держать вас в больнице. Вас выпишут в полдень.

-Отлично! Не терпится вернуться к работе, — он потянулся, разминая затекшие мускулы. Медсестра всё еще смотрела на него с недоверием, будто он должен был вот-вот скрутиться в агонии. Карл, чувствуя некоторую неловкость, решил поддержать разговор. — А как вас зовут? Просто, без имен общаться как-то неудобно…

-Кэссиди, — выпалила медсестра, смущенная подобным вопросом. Она взглянула на планшет, пытаясь в нём что-то найти. – О, кстати о посетителях, к вам приходил один гражданин, единорог, фиолетового цвета. Он сказал, что вы – его друг и он хотел бы лично следить за ходом вашего выздоровления… Ох, вот же он, сейчас я его приглашу.

Прежде, чем Карл успел возразить, Кэссиди выскользнула из палаты и направилась в фойе.

Через минуту, она вернулась с Джейсеном. Судя по его виду, он не сомкнул глаз за полтора дня: лицо осунулось, всё его тело выражало безумную усталость. Не придумав ничего получше, Карл притворился спящим.

-Странно. Только что он был в порядке… — пробормотала медсестра, поправляя очки. – Возможно, эффект седативов растянулся из-за повышенной…

-Угу… — протянул Джейсен, подходя к койке. – Оставьте нас на минутку, будьте добры.

Кэссиди сначала замешкалась, но всё же покинула палату. Фиолетовый единорог подошел к медицинским дисплеям, встроенным в стену, и вгляделся в показания приборов. Хмыкнув, он потянулся к двум небольшим стальным пластинкам, закрепленным в специальной нише. Подключив их к своим имплантам, он развернулся к больничной койке, на которой распластался тёмно-красный пони.

-Запустить дефибриллятор, — он обратился к бесстрастным экранам. — Разряд через три… два…

-Ты что меня поджарить хочешь? – заорал Карл, выскакивая из кровати.

Джейсен, улыбнувшись, повесил пластинки обратно.

-Я их не заряжал. К тому же, судя по этим штукам, — он ткнул в гору медицинских дисплеев, каждый из которых выдавал длинные столбцы цифр. — Ты не спал. Однако ты попытался увильнуть от ответа на один мой вопрос…

-Да, извини, — Карл, вздохнув, подошел к окну. Снаружи висел мягкий утренний туман.

-Извинения – не ответ. Почему ты не дал мне выстрелить?

-Не мог я!!! – взорвался Карл, ударив обоими копытами по стеклу. Оно покрылось густой сетью трещин, но выдержало его яростный натиск. Этот вопрос тревожил его всю ночь, именно из-за него он не смог провалиться в сон, или просто успокоиться и насладиться покоем и умиротворением, царившим в его палате. – Представь, если бы я находился в прицеле! Ты бы нажал на курок?

-Я? Я… Н-нет, конечно, нет. Извини, — Джейсена сильно обескуражил такой срыв. Обычно Карла было невозможно выбить из колеи. – Извини, что сомневался в тебе. Я просто не думал, что ты настолько его ценишь…

Карл смотрел на стекло, собираясь с мыслями. Трещины, оставшиеся на гладкой поверхности, медленно затягивались. Зачарованные стекла были способны и не на такое.

-Да, мы через многое с ним прошли. Он всегда был рядом, он всегда помогал мне, в любую минуту. Даже когда его собственная жизнь катилась под откос, он оставался со мной, — наконец сказал он, следя за гражданским челноком, покидающим частную аэростоянку. На улице Мейнхеттена царила зима. – Нас многое связывает, слишком многое. Я уверен, что он служит Дискорду по ошибке и мы можем всё исправить.

— Как скажешь… — пробормотал Джейсен, не желая больше продолжать щекотливый разговор. Еще один срыв ему был совершенно не нужен. Его блуждающий взгляд зацепился за одну изменившуюся деталь. – С каких пор у тебя такая кьютимарка?

На крупе Карла теперь красовался не гаечный ключ. Видимо, Темная Энергия сожгла кожу вместе с татуировкой, после чего кьютимарка вернулась к своему первоначальному состоянию. Игровая крестовина.

-Так вот она какая! – засмеялся Джейсен. Карл с удивлением осмотрел собственный круп.

-Да… Я в детстве был тем еще игроком. Мне были подвластны все игры, до каких я мог дотянуться. Такой вот забавный талант, — на лицо Карла набежала едва заметная тень. — Родители иногда считали меня одержимым. Потом я переехал, нашел работу, и увлечение как-то само сошло на нет.

-Хм, ты никогда об этом не упоминал. Мы могли бы устроить вечеринку со Смертельным Поединком и бухлом! И кобылочками! Пьяные кобылы такие доступные, знаешь ли… — он заговорщицки подмигнул.

-Ты женат, — напомнил Карл, глядя на своего друга с укоризной.

-Орианна и сама любит оттянуться! Вдобавок, она — бисексуалка, и я уверен, она не откажется от некоего… разнообразия!

Карл глубоко вздохнул. Иного от работника ПинкиТелевижн, пускай и бухгалтера, он не ожидал — они все были безумными. Джейсен коснулся своего уха и прислушался к шепоту, доносящемуся из гарнитуры. Внезапно, Карл понял, что никогда не видел его кьютимарку. Круп фиолетового единорога был увенчан изображением штурвала и цифрой семь, что показывало его принадлежность к седьмому испытательному цеху.

-Чуть не забыл, зачем пришел, — Джейсен отвлекся от гарнитуры. — Помнишь тот огромный черный камень? Ты еще сломал его держатели, он упал, потом пошло-поехало? – Карл кивнул. – Так вот, это оказался не простой камень, а некое хранилище душ. Причем душа, которая в ней хранилась… Это сама Принцесса Селестия!

Карл взглянул на него, как на дурака.

-М-да, смешно, а теперь серьезно, что это за камень?

-Я абсолютно серьезен. Знаю, из моих уст слово “Серьезно” звучит глупо, но поверь мне, сейчас я не шучу. Видимо, Боги действительно были мертвы, как ты и говорил…

-То есть, ты хочешь сказать, что культисты попытались пробудить Принцессу, находящуюся в гигантском, черном, мрачном обелиске? Я напомню, они поклоняются Дискорду. Какой в этом смысл?

-Я не знаю… — Джейсен перескочил на несколько иную тему, чтобы не провоцировать очередной поток атеистической философии из уст своего друга. — Видишь ли, об отсутствии Принцессы знали лишь верхние эшелоны власти Кантерлота, и поэтому, начальство решило организовать небольшой праздник, посвященный её освобождению. Церемония пройдет в Королевском Дворце, в Тронном Зале, и силы ВСКБ будут ответственны за наш беззаботный вечер.

— Что-то мне это не нравится. Терзают смутные сомнения… — сказал Карл, подходя к двери. – Мы целиком полагаемся на робо-недопони, которые беспрекословно подчиняются внешним командам. Ничего не настораживает?

-Помнится, ты сам говорил о дистанционном контроле. Ты сказал, это цена прогресса, — произнёс Джейсен, покидая палату и направляясь в лобби. Карл прошел за ним, и по пути услышал обрывок разговора.

-Вы все идиоты! – сухой, но настойчивый и властный голос.

-Сэр, вы нам это сегодня уже говорили. У нас нет диагноза на руках и… — молодой, но усталый.

-А что вы ответите, если я скажу, что это волчанка? – вновь сухой, скрипучий, с насмешкой.

-Сэр, у нас никогда не бывает волчанка, — глубокий, низкий голос.

-Проверьте, вдруг нам улыбнулась удача…

Два друга подошли в лобби. Хирург, рывшийся в записях, взглянул на Карла, как на живого мертвеца, но подписал распоряжение о выписке. Он попытался выписать и рецепт на дополнительные лекарства, но его бывший пациент отказался.

-Я не помню, когда я тебе об этом говорил, — сказал Карл, когда они вышли на крыльцо больницы Хуфингтон Хай. Улица перед ними была забита автомобилями всех марок и цветов, над оживленной автострадой висел нескончаемый гул клаксонов.

Кантерлот держал за собой титул культурной и официальной столицы, однако Мейнхеттен был самым большим административным городом Эквестрии. Как и в любом крупном городе, здесь творился абсолютный, совершенный хаос, с первого взгляда казавшийся порядком. Откуда-то издалека доносились проповеди уличного пророка, кричавшего о конце света, который наступит от болезней, переносимых крысами. По тротуарам шагали сотни одинаковых пони в строгих костюмах и с каменными лицами. Над их головами проносились сотни частных челноков, чьи двигатели оставляли густые дымные следы, опадавшие на улицы мерзкой липкой жижей, похожей на мокроту астматика. Эта жижа застаивалась в канализациях, создавая огромное количество санитарных проблем, которые, однако, пользователей челноков нисколько не заботили. Несмотря на холодную зиму, снега нигде не было, лишь жидкая грязь текла по дорогам, словно отравленная кровь по венам больного чумой. От теплого асфальта поднимался вонючий пар, и он, вкупе с ледяным воздухом, заставлял глаза слезиться и вжиматься в череп.

-Мы тогда тестировали механического чистильщика вентиляций. Раньше-то, для этой работы набирали самых тощих и маленьких добровольцев, а то и детей, и смертность была приличной. Новые работники выскребали из вентиляции остатки старых. Я упомянул, что всё больше машин работают вообще без какого-либо контроля, и пони массово теряют работу, — ответил Джейсен, покупая пирожок у уличного торговца. Судя по счастью, отразившемуся на его лице, Джейсен был его первым покупателем за месяц.

-Ах, да. Я не представляю, как мы будем жить через лет эдак двести. Будут одни сисадмины… — Карл зевнул и вновь потянулся. Несмотря на ходьбу, все его мышцы постоянно затекали, будто хотели всё время работать, хотели движения. – Помнишь, кстати, куда этот робот в итоге попал?

-Напомни… — Джейсен, надкусив только что купленный пирожок, скривил лицо и выбросил его в ближайшую мусорную корзину.

-Эти подонки из отдела вооружения посчитали, что этот минибот отлично подходит для шпионажа. В результате, все разработки по нему засекретили, нам приказали молчать, а в вентиляциях всё еще роются живые пони. Вот куда пропали наши старания? — Джейсен лишь поднял глаза к небу. Это жест немало удивил Карла. – Почему тебе это безразлично?

-Потому что мы на это не можем повлиять, — Джейсен с ироничной улыбкой пожал плечами. – Мы не можем просто так прийти в отдел вооружения и попросить вернуть роботов на законное место. Я просто не беспокоюсь по поводу вещей, которые я не в силах изменить, вот и всё.

-Может, ты и прав… Что на повестке дня?

— Элис сказала, что я буду в оцеплении, стоять прямо возле обелиска. Насчет тебя она ничего не говорила.

-Почему?

-А подумай сам… — лицо Джейсена приняло такое выражение, будто он стал учителем, объясняющим жеребенку, что бумажный самолетик не летает на силе воображения и спрессованной радуге. — Еще позавчера твое дымящееся, едва дышащее тело лежало в реанимации, а сейчас ты стоишь прямо передо мной, без единой царапины. Вряд ли она рассчитывала на это. Когда я сказал ей о твоей выписке, она ответила, что всё уже распланировано, но выделила тебе место где-то в конце зала. Да кстати… — загадочно произнёс Джейсен, толкая своего друга вдоль улицы.

-Куда ты меня… — начал Карл, но в этот момент, они остановились возле какого-то модного бутика.

-Она сказала, тебя надо приодеть, — засмеялся Джейсен, насильно вталкивая упирающегося друга в магазин.

***

Пони и единорог стояли и смотрели на умирающее солнце, согревающее маленький мирный городок у подножья холма. Один из них был бордовый, с бирюзовыми волосами, второй – белый, с синей гривой. Мысли обоих были заняты предстоящим отъездом.

Наконец, Карл решил нарушить тишину.

-Я буду скучать по этому месту…

-Как и я, братец, как и я... Знаешь, хоть я и чувствовал себя чужим здесь, было весело… — Лоуренс поднёс к глазу окуляр фотоаппарата. Из него донёсся мягкий щелчок.

-Ты мне никогда об этом не говорил.

-Я по-настоящему понял это только тогда, когда решил уехать. Я понял, что здесь для меня слишком скучно, что мне нужна настоящая жизнь, мне нужны опасности, приключения, сокровища… Можно сказать, мой идеал – Дэринг Ду. А здесь – так, средний роман о простом клерке, который пришел из ниоткуда и шел в никуда.

— Жить можно по-другому – безопасно, надежно. Найти спокойную работу, остепениться, может даже подругу найти.

-В этом мы и отличаемся, Карл, — по губам Лоуренса скользнула ухмылка. — Это не для меня, не могу я так. Я понимаю, тебе надо семью содержать, а меня здесь ничего не держит.

-Но твоя мама…

-Я не хочу о ней говорить, — его лицо исказилось от плохо скрываемой боли. — Я не хочу о ней вспоминать, всё, это прошло. Страницу перелистнули, книга мне наскучила!

-Что значит “Перелистнули”? Ты ей нужен!

-Карл, ей никто не нужен, кроме неё самой, да её хахаля. Мне стыдно называть эту шлюху матерью, — гневно ответил Лоуренс.

Карл потупил взор и стал рассматривать кончики своих копыт. Повисла неловкая пауза. Вдалеке раздался свист поезда.

-Ну… Пока, — несмело начал Карл.

-Да, пока, — лицо Лоуренса разгладилось и приняло прежнюю умиротворенность. — Я уверен, мы еще встретимся. Друзья навек, не так ли? – он поднял копыто.

-Да…

Их копыта соприкоснулись.

Через несколько минут, на холме уже спокойно гулял ветер, шурша слегка примятой травой.

***

Карл стоял на пороге Королевского Дворца, переминаясь с ноги на ногу. На его теле был надет новенький смокинг. Он начинал уставать от постоянного ношения костюмов. Вокруг туда-сюда сновали слуги и чинно общались самые важные пони Эквестрии. Министры, казначеи, послы, консулы – объявление полного титула каждого участника торжества заняло бы несколько суток.

Церемония проходила в Королевской Обеденной. Большая часть помещения была занята комфортабельными креслами, у входа располагались столы с закусками, а в дальнем углу стояла огромная энергетическая установка. Она напоминала Карлу ту, которая находилась в комплексе “Черная Искра”, но слегка уменьшенную.

Главным событием вечера считалось облучение Обелиска, как его окрестил некто из присутствующих, Негативной Энергией. Что будет после этого, никто не знал, но надежды на тёмный камень возлагались огромные.

Джейсен дежурил возле ширмы, закрывавшей Обелиск, установленный на передвижной платформе. Даже процесс установки камня в излучатель решили превратить в особую, и весьма длинную процедуру. Каждая, даже самая мелкая деталь должна была показать, насколько исторической являлась церемония Освобождения.

-Как дела? – позади Карла раздался знакомый голос. Развернувшись, он встретился взглядом с Элис. Она была одета в простое, но изящное черное платье, подходившее к её волосам. Даже вне работы, она в первую очередь думала об удобстве, нежели о стиле.

-Великолепно, — ответил Карл на автопилоте, следя за соблазнительными движениями её атлетически сложенного тела. Не зря лучшими моделями для журналов становились пегасочки, гибкость и стройность являлись их природной чертой. По этой же причине, их любили и порно режиссёры. – Я думал, ты вновь будешь голосом с небес.

— Я решила немного отойти от этого амплуа, — ответила она, слегка рассмеявшись. Разум Карла поплыл в голубые дали от её переливчатого смеха. – Высшие диспетчеры сегодня будут за нас в ответе, так что мы можем позволить себе расслабиться. Кстати, как ты себя чувствуешь? Я не ожидала, что тебя так быстро починят. Медицина у нас сейчас – диву даешься…

-Тут дело не в медицине. Врачи ко мне даже не прикасались.

-Тогда как ты… — брови Элис исчезли в гриве. Карл вновь отметил про себя, какие у неё большие и красивые глаза.

-Я не знаю. И почему-то, я не хочу знать.

-Леди и джентльпони!!! – магически усиленный голос был одинаково хорошо слышен в любой точке зала. – Прошу вас занять свои места, церемония начинается!

Вокруг мигом началась суета, обычно неспешные аристократы начали толкаться, пытаясь поскорее усесться на удобные кресла.

-Наши места рядом, пойдем, покажу, — тихо сказала Элис, подходя к задним рядам сидений. Она расположилась справа от Карла, в то время как слева от него сидел белый единорог во фраке с усатой и улыбчивой керамической маской на лице. В общем-то, многие аристократы предпочитали иногда прятать свои лица, создавая интригу на пустом месте. Большая часть таких фальшивых личностей даже выеденного яйца не стоила, но некоторые умудрялись сформировать определенное, экзотическое впечатление о себе. Карл читал, что один известный аристократ излагал свои мысли исключительно через хокку.

-Итак, приступим! – Карл не понял, откуда пришел голос, и Элли жестом показала на диктора: светло-серого стареющего единорога с редеющей белой гривой. Он стоял на помосте над главной катушкой излучателя. – Прошу явить нам Обелиск!

В ответ на это, Джейсен и еще несколько единорогов из службы охраны потянули на себя полотно, закрывавшее гигантский черный камень. Едва его покров был снят, зеленые руны засветились изнутри, придавая древней клетке зловещий вид. Основное освещение слегка приглушили, и специальные прожекторы создали вокруг темной скалы белый ореол. Она начала медленно приближаться к установке-излучателю. Всё это представление сопровождало хоровое пение. Все собравшиеся здесь понимали, насколько был важен этот момент для истории Эквестрии, именно в тот день, всё должно было измениться.

По катушкам начали бегать черные молнии, когда Обелиск занял своё законное место в сердце излучателя. Пульсирование рун на его поверхности соответствовало пульсированию освещения, таким образом, создавалась иллюзия движения всего замка.

-Прекрасно, не так ли? – единорог в маске, сидящий слева, адресовал свой вопрос Карлу.

-Завораживает… — охотно ответил он, всё еще следя за огромным камнем. Вокруг Обелиска сформировалось стремительно вращающееся черное кольцо. Голоса хора стали громче, как и шепот зрителей. — Интересно, как именно Принцесса Селестия попала туда?

-К сожалению, ответ потерялся давным-давно, — охотно ответила Элис.

-Увы, это частое заблуждение, — слева донёсся ленивый комментарий. — Правду очень постарались скрыть, нужно отметить, что Селестия сама виновна в своём заключении. Друг мой, не познакомишь меня со своей очаровательной соседкой?

Карл резко повернулся к белому единорогу. Сквозь прорези маски на него смотрели до боли знакомые глаза.

-Я не думал, что тебя так легко одурачить, — он снял маску. Это был Лоуренс.

— Ты же… — начала Элис.

— Лоуренс, но кое-где известен как “Лорди”, очень приятно. Прошу, не надо никаких обнимашек, — он перебил её, подняв копыто. – Я здесь ненадолго.

— Странно, что ты вообще здесь появился, — сказал Карл, сверля старого друга взглядом. — Все вокруг считают тебя террористом.

— Они? – Лоуренс обвел копытом зал. – Они – ленивые, безмозглые ничтожества, и их мнения для меня – пустое место. Как ты думаешь, хоть кто-нибудь из них хоть раз что-нибудь сделал своими копытами? Ответ: нет. Они наживаются на труде рабочих, наслаждаясь свободой и богатством, пока тысячи умирают от истощения на их заводах, — в глазах белого единорога зажглись огоньки чистого, неудержимого энтузиазма. — Книги говорят – рабство отменено. Ложь, чушь и провокация! Оно стало добровольно-принудительным. Ждешь пряник от хозяина – не дожидаешься – злишься – получаешь по лицу хлыстом.

-Но большая часть производств сейчас автоматизирована… — попыталась оправдаться Элис, но Лоуренс остановил её очередным жестом. Тем временем, обелиск стал принимать черты аликорна. Черные молнии вокруг него сформировали почти непроницаемый кокон, создававший постоянное гудение. Хор притих, но разговор трех пони всё равно был не слышен за стеной шепота.

— Здесь – да, но я много путешествовал и то, что я видел, мне не понравилось. Вы когда-нибудь были в стране Зебр? А во Владениях Грифонов? – Элис и Карл в унисон покачали головами. — Там тоже есть фабрики, принадлежащие вот этим аристократам… — последнее слово он буквально выплюнул. — Эта система построена на рабах. Власть должна принадлежать тем, кто её заслуживает, а не горстке разжиревших богачей, неспособных открыть даже банку огурцов. Карл, — он повернулся к своему старому другу. — Я очень надеюсь, что ты присоединишься ко мне. Я не хочу быть с тобой по разную сторону баррикад.

— Мне хорошо платят, и я люблю свою работу, — ответил Карл, покачивая головой. – Плюс, у меня семья и ты это знаешь.

-Понимаю, — тон Лоуренса смягчился. — Перемены – это всегда трудно, но они рано или поздно придут. И они начнутся… — он сверился с золотыми карманными часами. – Сейчас!

Возле Обелиска прогремел взрыв, уничтоживший часть стены замка. Гигантскими осколками древних камней, стоявших тысячелетия, выдержавших нашествие ченджлингов, переживших первое воскрешение Дискорда, буквально выкосило несколько передних рядов сидений. В стене образовалась гигантская дыра, куда хлынули культисты, их реактивные ранцы оставляли в воздухе следы густого и едкого дыма. На некоторых из них горели плащи, подожженные инверсионными огнями, что делало вторжение еще более устрашающим. Началась паника, аристократия бросилась к выходу, заботясь в первую очередь сохранности своих собственных шкур, но электронные замки на дверях были заблокированы. Солдаты, стоявшие в оцеплении, вступили в бой, но силы были неравны. Джейсен дрался со стальным костюмом, как две капли воды похожим на доспех Лоуренса. Того самого, который сидел возле Карла, слегка улыбаясь.

— Люблю дистанционные игрушки, — он уловил ход его мыслей.

— Что здесь происходит? – глупо спросил Карл, глядя на баталию, происходящую на платформе с Обелиском. Элис молчала, понимая, что в данной ситуации она ничем не могла помочь. Она была отключена от систем ЭпплКиберТех, и ощущала беспомощность, такую, будто её тело стало её собственной клеткой.

— Мы хотели забрать то, что нам принадлежит… — протянул Лоуренс, следя за процессом трансформации Обелиска. На фигуре аликорна уже проступили черты лица и общие цвета.

Внезапно, звуки боя стихли. Оружие обеих сторон превратилось в резиновые игрушки, в углу появился оркестр “Вива Пиньята”, состоящий из разноцветных бумажных пони, играющих веселую музыку, а обломки мебели и облицовки здания обратились в горы сладостей. Над недоумевающей толпой возникла гигантская фигура Дискорда. На его голове сидел маленький черный цилиндр, его гибкую фигуру облегал причудливо сотканный фрак, а в его руках была зажата трость с золотым набалдашником. Все культисты рухнули на колени, приветствуя своего бога.

-Добрый вечер, леди и джентльпони! – его голос, как и голос диктора, разносился над всем помещением. Оркестр пиньят почтительно умолк. – Я надеюсь, вы наслаждаетесь этим прекрасным вечером! Я явился сюда, дабы навестить свою старую подругу.

С этими словами, он появился возле белого аликорна, заключенного в кокон из черных молний. Её облик слегка отличался от описанного в легендах: в частности, её грива была не розовой, и не радужной, а странно переливающейся, с черной полосой посередине.

-Кстати, пока мы ждем, у меня появился один вопрос! – Дискорд вновь привлек к себе всеобщее внимание. — Где Карл Дентон? Ты знаешь, где Дентон, а? – с этими словами, он подлетел к Королевскому Казначею и слегка шлепнул его по лицу. – А ты? А ты?

Карл попытался пригнуться, но слишком поздно – бог Хаоса его заметил, и, сорвавшись с места, как пуля устремился к нему.

-Спокойно, он не навредит тебе, — шепнул Лоуренс, делая пару шагов назад.

Карл почувствовал, что его копыта оторвались от земли. Дискорд поднял его, словно плюшевую игрушку, и показал всем сливкам Кантерлотского общества.

-Вот тот пони, который внёс неоценимый вклад в мой побег из каменной тюрьмы! Я прямо сейчас, перед всеми вами, говорю ему спасибо! – он слегка сжал Карла, вызвав высокий писк из его глотки, на который он в обычных условиях не был способен.

Триумф Дискорда прервал взрыв, уничтоживший двери в Королевскую Обеденную. На пороге стояло маленькое войско черных солдат, возглавляемых ярко-зеленым жеребцом со стальной челюстью и рыжеватой гривой. Мгновенно оценив ситуацию, он отдал приказ об атаке. Культисты, лишенные оружия, угодили в кровавую резню.

-Вечно кто-то портит весь праздник… — прошипел Дискорд, роняя Карла, и щелкая пальцами.

Черные молнии, державшие Принцессу Селестию в коконе, наконец, рассеялись. Белое тело громко рухнуло на землю. Она открыла глаза, и Карл заметил, что её радужка была красной. Увидев Дискорда, она попыталась подняться на копыта, но ничего не получилось, она была слишком слаба после своего перерождения.

-Дорогая моя Селли, я так рад тебя видеть! – мерзко хихикая, Дискорд подлетел к лежащей на полу богине. В ответ он получил взгляд, полный всепоглощающей, жгучей ненависти. Вокруг кипел бой между ВСКБ и культистами. – Не волнуйся, я не собираюсь тебе вредить…

В ответ она что-то пробормотала, вновь пытаясь подняться на копыта.

-Как это мило, наша Селли не может встать... – захихикал Дискорд, и обратился к залу. — А сейчас извините, я вас оставлю, меня ждут кое-какие дела! – Его голос, как и раньше, был слышен абсолютно всем. После короткого шелчка когтями, он, Принцесса Селестия и все культисты исчезли в яркой вспышке. Пиньяты сыграли последнюю ноту и превратились в горстку папье-маше.

-Пресвятая Селестия… — прошептала Элис. – Они её забрали…

Карл огляделся, и понял, что Лоуренс также пропал. К ним подбежал Джейсен.

-Как это вообще могло случиться?!?! – закричал он в бессильной злобе.

-Я не представляю… Наша система безопасности – одна из самых совершенных в мире, через неё никто… — начала Элис.

-По-видимому, вы ошибались, — её прервал приятный бас, идущий от ярко-зеленого солдата со стальной челюстью. Он единственный не носил шлема, поэтому всем была видна его пышная рыжеватая грива. – Морган Стоунхарт, капитан Внутренней…

-Морган, почему вы появились так поздно? – спросила Элис, прерывая его речь.

-Мы услышали взрыв, но двери оказались заперты. Как ты знаешь, каждая дверь в Кантерлотском дворце оснащена независимым замком, у каждой свой спец-код, и этот внезапно сменился. Взламывать или подбирать пароль было слишком долго, пришлось взрывать. Потребовалось очень много пластида…

— Мне надо проветриться, — пробормотал Карл, разворачиваясь к выходу.

-Кстати, я тут увидел твоего друга! – воскликнул Джейсен. – Он пытался меня убить, второй раз за эту неделю! Мне кажется, кое-кого нужно было прикончить, и чем раньше…

Свою фразу он не договорил, на его горле сомкнулась стальная хватка. В глазах Карла скакали неконтролируемые огоньки.

-Еще одно слово о Лоуренсе, я тебе шею сверну, — добившись быстрого кивка от Джейсена, он ослабил захват. — Мы уже говорили об этом, я ему полностью доверяю.

— Но он привел сюда всех этих культистов… — начала Элис, но Карл остановил её жестом.

— Этого вы не можете доказать, — сказал он, направляясь к дверям Обеденной.

— Встретимся у посадочной площадки, — пробормотала Элис. В ответ, Карл лишь кивнул.

— Он изменился, — сказал Джейсен, провожая друга взглядом. – Он всегда был спокоен...

— Да, я читала его досье. Эмоциональная уравновешенность – одна из ключевых причин, по которой его изначально выбрали. Не знаешь, что случилось?

-Думаю, это из-за его старого друга, — на звуках последнего слова, Джейсен сплюнул прямо на кафель Дворца. Элис слегка поморщилась. – Он продолжает ему доверять. Я боюсь, как бы…

-Это доверие не свело вас обоих в могилу? – закончил Морган. Джейсен лишь кивнул. В его глазах застыла сдержанная боль.

-Кстати, Морган, ты же был сержантом, когда тебя успели… — Элис переменила тему разговора.

— Повысить? Недавно, после операции “Искрящийся Рассвет ”. За грамотное руководство и всё такое… — он слегка покраснел. Джейсен, потеряв интерес к разговору, пошел осматривать Излучатель.

Карл подошел к лестнице, ведущей из Королевского Замка в элитные районы Верхнего Кантерлота, и уселся на верхнюю ступеньку, закрыв голову копытами. Мрамор под его задом был ледяным, но он этого не замечал. В его разуме бурей вращались миллионы мыслей о Лоуренсе, Дискорде, Моргане, Элис, Кантерлоте и еще огромной куче других вещей, каждая из которых казалась ему жизненно важной. Его виски начали пульсировать в такт мыслям, заставляя его морщиться от боли. В шумном, беспокойном улье его рассудка, все нити вели к одному, самому главному вопросу, который, однако, каждый раз менял незаметно свою формулировку.
“Что делать?”, “Кто виноват?”, “Почему я?”, “Как всё это произошло?” – все эти вопросы были частью одного огромного, рождавшегося на почве душевной боли и полной неопределенности, но этот вопрос нельзя было сформулировать словами. Весь его мир катился под откос, и Карл не знал, что с этим сделать. Он вновь чувствовал себя тем маленьким жеребенком, запертым в тёмной гробнице, на головокружительной высоте, он просто не знал, что делать. Проблема крылась в том, что на этот раз помощь не придет извне.

Издалека, с заснеженных пиков Кантерлота, подул легкий ветерок. Он не принёс никаких ответов, но хотя бы охладил кипящий разум неутешного инженера. Ветер заставил его поднять голову и посмотреть на горизонт, закрытый рельефами гор. В его глазах сияла решимость. Решимость сделать всё, что нужно, чтобы его мир вернулся в привычное русло.

***

На шпиле самой высокой горы Эквестрии, месте, недоступном простым пони из-за экстремально низких температур и почти полного отсутствия воздуха, в телепортационных вспышках возникли два существа: аликорн и драконекус.

-Знаешь, мне нравится твоя черная прядка. Тебе идет… Ты наверняка задаешься вопросом, почему я тебя позвал? – хихикнул Дискорд, наклоняясь над едва дышащей белой фигурой. Она в ответ одарила его обжигающим взглядом. – Видишь ли, мои мотивы всегда просты… Я хочу повеселиться.

Принцесса Селестия попыталась встать на ноги, но безрезультатно.

— Многое произошло, пока мы отсутствовали. Около двух сотен лет без твоего пристального и “любящего” надзора, и вот посмотри!.. – с этими словами, Дискорд цокнул языком. Вокруг них завертелись в бешеном круговороте едва различимые картинки и образы.

Селестия наконец поднялась на ноги, но всё еще слегка покачивалась. Едва Бог Хаоса щелкнул пальцами, картинки остановились в воздухе и прояснились. Все они показывали аспекты современной понячьей жизни. На одной сотни пони в одинаковых тёмных костюмах брели в направлении гигантского белого кубического сооружения, все они совершали одинаковые движения, подобно механизмам; на другой представительного единорога избивали в подворотне пьяные грифоны, рубиновые капли украсили голые бетонные стены; на третьей – грабитель зарезал пегасочку за кошелек с парой монет, после чего надругался над её трупом; на четвертой – новейший боевой танк испытывали на деревне зебр, крики невинных жертв эхом разносились над саванной; на пятой – половину населения маленького городка убила вырвавшаяся из лаборатории искусственная чума, трупы сжигали прямо на улицах…

— Даже я удивился, когда увидел это, Селестия. Никогда не думал, что твой народ может так низко пасть… — фальшиво-озабоченно отметил Дискорд, осматривая висящие в воздухе сцены.

-Это ложь… — прошептала Принцесса, едва сдерживая слезы. – Ты лжешь…

-Ты ничуть не изменилась, Селли. Всё такая же упрямая и доверчивая. Взгляни правде в глаза, твоя страна канула в Лету, её нет! – Дискорд начал вскипать, подобно чайнику.

-Этого не может быть, — твердо ответила ему Селестия, сверля драконекуса взглядом.

-Ладно! – Дискорд побежденно взмахнул лапами, и изображения исчезли. – Раз уж ты не хочешь верить очевидному, давай сделаем по-твоему! – Он щелкнул пальцами, и копыта Селестии оказались закованы в стальные кандалы, светившиеся сиреневым огнём. – Ты увидишь всё сама! Посмотрим, как ты после этого запоешь! Эти цепи не дают тебе творить заклинания, а также делают тебя абсолютно невидимой и неосязаемой для простых смертных! Да, я понимаю, в обычных условиях я бы не смог на тебя их надеть, но сейчас ты не можешь сопротивляться, и я этим охотно пользуюсь! – он хихикнул, помогая Принцессе встать на ноги. – Запомни, я делаю это для тебя. Прогуляйся, осмотрись…

С этими словами, он исчез, оставив Селестию в одиночестве на пике самой высокой горы в Эквестрии. Немного помешкав, она подошла к краю, расправила крылья и, прыгнув, растворилась в ночи.

***

Карл не помнил, как он добрался до дома. Он просто сел в челнок, не обменявшись с Джейсеном ни словом, и уставился в окно. Олет был таким же как и любой полет – выворачивающим наизнанку, а дома у него начала болеть голова, сделав его и без того неприятное существование совершенно невыносимым. В его электронный почтовый ящик упала парочка новых сообщений. Причем, даже в настоящий ящик упало одно-единственное письмо. Когда Карл его увидел, то понял, что с бумажными письмами он имел дело лишь пару раз в жизни.

Немного повозившись с прочным конвертом, он наконец вскрыл его. Внутри находился старый и хрупкий на вид пергамент. На нём каллиграфическим почерком было выведено следующее:
“Дорогой Мистер Дентон,

Ваш адрес мне дала наша общая знакомая, Элис Свитмейн.

Над Эквестрией нависла совершенно неиллюзорная угроза, и вы непосредственно с ней связаны. Я бы хотел с вами встретиться как можно скорее, и обсудить некоторые важные детали.

Предлагаю встретиться в Кантерлоте, возле Триумфального моста, пятого декабря.

С уважением, С.”
Это письмо добавило в раздутую копилку вопросов Карла несколько новых. Кто этот С., и как он связан с Элис? Почему письмо пришло именно бумажное, их ведь больше никто не отправляет? Развернув конверт, он увидел сургучную печать с изящной буквой S.

Вздохнув, Карл отложил письмо и открыл электронный ящик. Пять новых сообщений.
“Квартплата за Ноябрь” – С этим всё ясно.
“Увеличьте свой рог на 5 (пять) дюймов!” – Кажется, спам-фильтр сломался.
“Расписание на новый рабочий год” – Это старое, из цеха.
“Анонимный банковский перевод” – Видимо, это от Элис.

Последнее было очень интересным. Отправитель письма был закодирован.
“Мистер Дентон,

Возможно, в свете недавних событий, вы всё же захотите поговорить со мной. Я уверен, у вас множество вопросов, я могу ответить на некоторые, но мне нужна будет и ваша помощь.

Мой телефон приложен к этому письму. Надеюсь на ваше благоразумие.

Журналист.”
Карл вспомнил того загадочного жеребца, которого он встретил в больнице. Его звали Гордон Марлоу и он откуда-то знал о “Черной Искре”. Карл поставил возле его сообщения красный флажок и заглянул на сайт банка, проверить свой счет. Увидев количество нулей, практически разрывающее рамку лицевого счета, Карл на мгновение потерял нить любых мыслей. Такое количество денег он в жизни не видел.

Тишину родной квартиры разорвала мерзкая мелодия телефона. На экране высветилось имя Элис. Карл, недолго думая, сбросил звонок, надеясь побыть наедине с собой. Через пару мгновений звонок пришел уже на компьютер. Его он тоже сбросил, и закрыл браузер. Через несколько секунд, экран ожил и, игнорируя клавиатуру, начал передавать голос диспетчера.

-Карл, нам надо поговорить, и срочно.

-Иди лесом, я увольняюсь, — резко прошипел Карл, наклоняясь к системному блоку. На самом деле, он не собирался увольняться, он просто хотел одиночества. – Устал я от всего этого дерьма.

-Это очень важно! – быстро проговорила Элис. В её голосе начала проскальзывать паника.

-Не слушаю… — ответил Карл, пытаясь нащупать силовой провод, что оказалось нетривиальной задачей, ввиду огромного количества толстых черных кабелей, спутанных позади системного блока.

-Э-это касается Лоуренса! – Элис выдала свой последний козырь, и он сработал: Карл оставил попытки отключить компьютер. Она воспользовалась заминкой. – Послушай, ты должен приехать в главный офис, там поговорим. Я кое-что узнала…

-Узнала что? – ответа не последовало, из динамиков донеслись лишь гудки. Зарычав, Карл пробил копытом монитор. Кусочки пластика разлетелись по всей комнате.

Теперь тишину нарушали лишь редкое статическое шипение, исходившее от разбитого монитора. Инженер вздохнул и, взяв пальто, покинул квартиру.

Через несколько минут после его ухода, в щель для писем протиснулся пухлый конверт. Едва коснувшись пола, он взорвался, уничтожив всё помещение.

***

В огромном храме, расположенном внутри самой протяженной горной цепи Эквестрии, в так называемом “Эквестрийском Шпиле”, покоящемся на воротах Тартара, зажглось яркое пурпурное пламя. Из этого пламени вышла статная, ростом с полтора пони, двуногая фигура. Её очертания были скрыты длиннополой багровой мантией. Из тьмы капюшона на мир смотрели изумрудные глаза с вертикальными, кошачьими зрачками.

Он находился в просторном зале с высокими сводами, в котором почти отстутсвовала мебель, за исключением диванов, стоящих вдоль стен. В дальнем конце находилась стойка приёма, за которой сидела невысокая желтая драконица, единственный обитатель помещения, за исключением новоприбывшего гостя. Слева от стойки вглубь горы уходил коридор, оканчивавшийся высокими створчатыми дверями, из-за которых доносились громкие, но неразборчивые звуки.

-Добро пожаловать в Драконий Консулат, сэр. Вас ожидают в Комнате Совещаний, — сказала драконица, державшая планшет со списком участников Совещания. Галочки стояли напротив каждого имени, кроме одного.

-Спасибо, Дилайла, — ответил ей голос из-под капюшона. – Уже началось?

-Нет, сэр, вы успели вовремя, как и обычно.

-Дело привычки… – дракон усмехнулся, направляясь к огромным дверям в конце коридора. Из-за них доносился неразборчивый шум.

Створки сами отворились перед фигурой в плаще, открывая поистине циклопических размеров помещение, похожее на амфитеатр. На дальних рядах сидели молодые и небольшие драконы, и чем ближе к центру помещения, к главному столу, тем больше по размерам становились зрители. Перед ними простиралась ложа совещаний, принадлежащая Лукарису, Королю Драконов, самому древнему и уважаемому из всех. Размерами он напоминал цепеллин: сто пятьдесят метров в длину, шестьдесят в высоту и одной Селестии известно, сколько метров он имел в ширину. Все совещания проводились в его спальне, или он жил в Зале Совещаний, сказать было трудно, поскольку в последний раз Лукарис покидал свою ложу около шестисот лет назад. Его покой охранялся силами Янтарной гвардии. Служители этой секты, как её вполне законно можно было назвать, носили золотую магическую броню, которая покрывала всё их тело, при этом их рост всегда ограничивался шестью метрами.

Угольно — черный гигант, Лукарис, мирно сопел, прислушиваясь к шепоту многочисленных советников. Вокруг стола перед ним располагались несколько драконов-министров: военный, чья рубиновая броня светилась, подобно крови на льду, финансовый, его золотистая шкура сияла, как само солнце, магический, синие чешуйки которого отражали тусклый свет миллионов свечей, наполнявших помещение. Все они ждали одного последнего министра, самого молодого из когда-либо принятых. Ему было лишь двести лет, что по драконьим меркам – совершенно детский возраст, но слово Лукариса никогда не ставилось под вопрос, именно он отдал единственный, но решающий голос в пользу принятия Спайка на должность первого Министра по связям с Эквестрией. Раньше, подобной должности в Драконьем Консулате вообще не существовало, но роль пони на политической карте стремительно росла, и пришлось принять меры.

Когда пурпурно-зеленый дракон подошел к столу и снял капюшон, его встретили со смешанными эмоциями. Религиозный министр, Эулдарис, поклонился; казначей, Цилистион, кивнул, а Малдос, военный министр, лишь смерил невысокого дракончика презрительным взглядом. Многие из сидящих в зале зрителей считали, что легко могут занять его место, но все боялись и слово промолвить против воли Короля Драконов.

Наконец, Лукарис слегка фыркнул, обдав стол совещаний белым пламенем. Малдос, громко прочистив горло, поднял когтистые лапы к потолку.

— Мои братья и сестры! Я собрал вас здесь, — Лукарис сонно приоткрыл один глаз и удивленно взглянул на Малдоса, но ничего не сказал. — Чтобы обсудить очень важный для нашего общества вопрос! Наш народ вымирает!

В зале раздался дружный вздох ужаса и негодования. Министры, впрочем, и бровью не повели.

— Малдос, прошу тебя, не сгущай краски, — произнес Цилистион, казначей, осматривая кольцо на своём когте. Его голос был густым и тягучим, как нуга.

— Прав наш вспыльчивый друг… — парировал Эулдарис, пыхая кальяном. Вокруг его головы образовалось небольшое синеватое облачко. – Ото дня ко дню я чую, как гаснет магия в крови, и вижу, как во мглу пустую спускается наш род, увы…

— Многие из уважаемых членов нашего социума погибли от лап существ, которых мы привыкли считать низшими, за развитием которых мы наблюдали с момента их появления! Я говорю о пони! – в ответ на слова Малдоса, по залу прокатились шепотки. Спайк заметно напрягся. – Их племя наглейшим образом уничтожает наших братьев и сестер, пользуясь нашей разрозненностью, они нападают толпами, не имея никакой чести! Алексарис… — услышав своё имя, из тени позади военного министра появилась стройная драконица. Она была приблизительной ровесницей Спайку, её прекрасные чешуйки сияли слепящей белизной, а пурпурные шипы были отточены до бритвенной остроты. Спайк взглянул на Малдоса, который, в свою очередь, следил за реакцией невысокого зелено-фиолетового дракончика. – Прошу, зачитай нам некрологи.

Белая драконица, подойдя к столу, положила на него несколько папок, и, подняв первую, прочитала заголовок.

-Нармариус, Тёмный Шип, — её голос был высоким, мягким и очень приятным. Спайк старался не встречаться с ней взглядом, она сильно напоминала ему о его усопшей пассии. — Его убили во сне, вырезав сердце промышленным буром.

-Они воспользовались его беспомощностью и жестоко с ним расправились! – удовлетворенно сказал Малдос. Толпа драконов на трибунах разъяренно взревела и выпустила в воздух столпы разноцветного пламени.

— Вот только чем он думал, когда ложился спать возле Главного Эквестрийского Карьера? – Спайк впервые подал голос. — Дым из его пещеры полностью парализовал работу шахтеров, а производство всех сплавов в Эквестрии зависело от того месторождения. Такой исход был вполне ожидаем.

-Печальный исход, но полный иронии, далекий поход в глубокой агонии… — пространно сказал Эулдарис, выпуская облачка дыма из ноздрей.

-Следующий… — прорычал Малдос, сверля Спайка взглядом.

-Элдор, Ледяное Сердце. Убит во время охоты в горах самолетом, пошедшим на таран.

-М-да, звучит болезненно, — сказал Цилистион, нервно приглаживая шипы на затылке.

-Горячий нрав, холодный взор, прекрасный был дракон – Элдор… — изрёк Эулдарис, оглядывавший свою трубку. Его сексуальная ориентация довольно часто ставилась под вопрос, но никто никогда не мог сказать точно, кого древний дракон-магистр всё же предпочитает.

-Это была случайность, — прокомментировал Спайк. – Трагедия для обеих стран, безусловно, ведь самолет был пассажирским. Никто не выжил…

Алексарис, не дожидаясь приказа своего повелителя, начала читать следующее досье.

-Гронифекс, Пустынный Охотник, убит огромной ордой зебр.

-Он был мне вовсе не по нраву, уж слишком злобен и упрям… Нашли ведь зебры на него управу, боюсь, это урок всем нам, — продекламировал Эулдарис.

-Не селиться возле племени стихоплетов? – хихикнул Цилистион. Министр магии одарил его негодующим взором, но промолчал. Толпа не заметила этой тихой перепалки, слушая лишь Малдоса и его приспешницу.

-Это абсолютно неудивительно, ведь он заставил несколько племен поклоняться ему как богу и приносить ему жертвы. В случае неповиновения он просто сжигал целые деревни, и вы считаете, что его правление длилось бы вечность? Восстание было необратимо! – спокойно ответил Спайк.

-Гинорус… — начала Алексарис, но её мгновенно перебил фиолетовый дракон.

— Терроризировал Грифоний Синдикат, уничтожая исследовательские центры.

-Карон… — прохрипел Малдос, стремительно теряющий терпение.

-Разорил Главный Эквестрийский заповедник, убил представителей нескольких почти вымерших видов.

-Краклс…

Эта фраза застала Спайка врасплох.

-А он-то когда успел?

-Он упал в ущелье, пытаясь найти алмазы, кажется, говорил что-то о кирках. Веселый был дракончик, но не от мира сего… Видел мир в кубиках, — ответил Цилистион. Эулдарис кивнул, соглашаясь со своим золотисто-чешуйчатым коллегой.

— И их уже не вернуть, и во всём виноваты эти пони!!! — взревел Малдос, ударив себя по груди кулаком. Из нагрудника вышел низкий гул, перекрывший рёв толпы. – Мы обязаны нанести по ним удар, пока они всех нас не истребили!!!

-В их смерти виноваты лишь они сами! – Спайк тоже начал выходить из себя. — Мы знаем, что нужно держать безопасную дистанцию от…

-Нет никакой безопасной дистанции, эта саранча везде, она расплодилась сверх любой меры! Она теснит наш народ, народ, которому было даровано судьбой владение миром, а не преклонение перед этими насекомыми! – Малдос ткнул когтем в Спайка. Зал вновь одобрительно взревел, полностью поддерживая сказанное военным министром. Лукарис слегка приподнял голову, заинтересовавшись дебатами, Эулдарис полностью скрылся за пеленой кальянного дыма, а Цилистион нервно теребил многочисленные перстни на своих когтях, по очереди глядя то на Спайка, то на Малдоса. Все присутствующие поняли, что казначей и магический министр присутствуют на собрании лишь для галочки, а настоящие дебаты проходят между военным и Эквестрийским министрами.

-Они во многом нас превзошли, мы можем многому у них научиться! Мы можем жить с ними в мире и согласии!!!

— Договориться с пони?! Ты глупец, Спайк! Мы, драконы – венец творения природы, и мы не позволим каким-то млекопитающим взять над нами верх! Мы должны их уничтожить! – публика жадно ловила каждое слово Малдоса. – Для этого, нам нужна армия!..

-Н-но на её тренировку уйдут годы, вдобавок, вы представляете, какие затраты? – пролепетал Цилистион, не на шутку обеспокоенный речью рубинового дракона.

-Это не проблема, у нас есть могущественный союзник… — загадочно ответил Малдос, останавливая своего коллегу жестом. Зал затих. – Прошу приветствовать…

Двери позади Спайка раскрылись. Он развернулся, и увидел статную фигуру Принцессы Селестии, взирающую на зал слегка высокомерным взглядом. Она была окружена едва заметным белым ореолом.

-Кризалис, Королева Ченджлингов! – продекламировал Малдос. – Добро пожаловать в Драконий Консулат!

Селестия скрылась за стеной зеленого огня, явив залу собрания высокую фигуру, покрытую тёмной хитиновой броней. Её пасть превратилась в хищный оскал.

— Малдос… — её вкрадчивый голос таил в себе скрытую угрозу, она была подобна змее, готовившейся к прыжку. — Я рада видеть вас в добром здравии! Лорд Лукарис, Эулдарион, Цилистион, — она слегка поклонилась. Спайка она проигнорировала.

— Ченджлинги – древний народ, который давно точит зуб на Эквестрию, и сотрудничество с ними будет для нас очень выгодно, — начал военный министр, обращаясь к залу.

— И кто-то тут говорил о саранче? – ядовито произнёс Спайк. Цилистион хихикнул, но мгновенно умолк под тяжелым взглядом Малдоса. На лице Лукариса появилась едва заметная ухмылка. Кризалис и Спайк обжигали друг друга почти видимыми волнами ненависти.

— Мне интересно, что вы можете предложить за мою помощь? – сказала Кризалис, нарочито беспечно осматривая дырку в своём копыте.

— Когда мы достигнем своей цели, народ Эквестрии станет вашими рабами, — ответил военный министр. Поза Кризалис не изменилась, но в её взгляде появились таинственные огоньки.

— Вы хоть понимаете, насколько опасно сотрудничество с ченджлингами? – спросил Спайк, пытаясь вразумить Малдоса.

-Глупости! Мы преследуем одинаковые цели, нам нужно убрать пони с глаз долой, а им нужны источники питания. — В отличие от Королевы Кризалис, мы располагаем огромным количеством разведданных, поэтому наш союз принесет нам обоюдную выгоду, — ответил Малдос, поворачиваясь к Королю Драконов. — Великий Лукарис, одобряешь ли ты мою позицию?

Черный гигант приподнял голову, взглянул в глаза военному министру, после чего посмотрел на Кризалис и медленно кивнул. Толпа достигла полного экстаза, они услышали, что они хотели услышать. Они могли начать уничтожение мирного общества, которое они все так люто ненавидели. На лице Кризалис появилась ухмылка победителя, которая, впрочем, через мгновение исчезла.

Зрители начали расходиться, как и участники дебатов. Кризалис и Алексарис последовали за Малдосом, напоследок одарив Спайка загадочными взглядами. В зале остался лишь он, Лукарис и его неподвижная Янтарная гвардия.

— Почему вы одобрили уничтожение целого народа? – голос Спайка разорвал тяжелую пелену тишины. — Они ни в чём не виноваты…

— Выживание и процветание нашей расы – мой главный приоритет, — невозмутимо ответил Лукарис. – Я сделал то, что должен был сделать. Сказал то, что должен был сказать…

— Мы можем достичь мира. Вы могли приказать… — начал фиолетовый дракончик, но черный гигант его перебил.

– Мы высокомерны, Спайк, — Лукарис тяжело вздохнул. – Боюсь, наше племя никогда не найдет с пони общий язык из-за нашего упрямства… Отношение к пони не изменится лишь от одного приказа, должны смениться поколения, и они должны видеть последствия наших пороков, только тогда что-то может измениться. Перед опытом прошлого я бессилен…

— Вот только, боюсь, пони не доживут до того момента, когда мы поймем цену наших ошибок. Я не собираюсь потакать Малдосу и идти войной на народ, который дал мне всё, что я люблю и чем я дорожу, — жестко ответил пурпурный дракон.

-Я прекрасно это понимаю… — пробормотал Лукарис, выдыхая небольшое облачко белого дыма. — Скажи, считаешь ли ты, что пони стоят того, чтобы ты пошел против своих братьев по крови?

В зале в очередной раз повисла тишина.

-Да. Они сделали для меня гораздо больше, чем кто либо, — наконец сказал Спайк. – Если ради их спасения придется сражаться с Малдосом, то да будет так.

Лукарис закрыл глаза, и задумался.

-Тогда поступай так, как считаешь нужным, — наконец сказал он. — Я не знаю этот молодой народ так, как ты, поэтому я не могу судить их. Но я знаю, что ты не по годам мудр, и я надеюсь, что когда-нибудь, ты займешь моё место, и тогда для Эквестрии наступит время мира. Сейчас, это время еще не пришло…

Спайк кивнул и вышел из огромного зала. Он не видел, что под монструозными арками под потолком находился дракон в рубиновой броне, наблюдавший за разговором.

-Алексарис, следи за этим понячьим отродьем. Не спускай с него глаз, я хочу сразу узнать обо всём, что он намеревается сделать.

-Будет исполнено, лорд Малдос…

Белая драконица растворилась в темноте.

***

-Карл? Слава богу, ты здесь! Заходи скорее! – Элис утянула инженера за собой в небольшую каморку, полную сложной электроники. Воздух был тяжелый и затхлый, пахло пластиком и машинным маслом. В дальнем конце помещения, на картонной коробке, сидел Джейсен, калибрующий свой глазной имплант. Он слегка кивнул, когда увидел Карла.

Элис внезапно обняла Карла.

-Когда я узнала, я боялась, что ты не успеешь! Слава Селестии, ты успел уйти прежде чем… — скорость её речи начала превышать все разумные пределы, и Карлу пришлось её прервать.

-О чем ты вообще говоришь?

-Твой дом взорвали, — сказал Джейсен, показывая своему другу планшет. На нём были запечатлены обугленные обломки мебели и куски металла, покрытые снегом, заннесённым через дыру в стене, где раньше находилось окно. В графе причина стояло “Взрыв газа (?)”.

-Дело в Церемонии. Дискорд показал тебя всем пони Кантерлота и они незамедлительно решили устранить тебя, без суда и следствия. Это ужасно, я не знаю что делать! – Элис начала быстро ходить туда-сюда по забитому электроникой помещению.

-Давай отвлечемся, я в порядке. Ты сказала, что что-то касается Лоуренса, — Карл решил перейти к делу. Высокомерные снобы уж точно на тот момент его не заботили.

-Да… — она быстро поняла настроение Карла. — И нет. Косвенно. Я узнала, откуда пришел сигнал, который отключил системы безопасности, и тебе это не понравится. Видишь ли, их не взламывали и не обходили — их просто проигнорировали.

-Не понял, — сказал Карл, почесывая затылок.

-Они использовали коды высшего допуска, которые доступны лишь совету директоров, — ответил Джейсен. – Видимо, Кэролайн не избавилась от всех крыс в верхах…

-Да, я сумела найти точный кабинет, проблема лишь в том, что ни одному работнику не известно точное количество директоров и их расположение, поэтому мы тычем копытом в небо.

-Тогда давай просто пойдем туда, и найдем виновных, выпытаем у них, где находится Лоуренс, и нанесем ему визит. Я уверен, он всё сможет объяснить.

-Карл… — обеспокоенно начал Джейсен. Лицо Карла выражало полную решимость прыгнуть с места в ад, в переносном и буквальном смысле. – Я понимаю, насколько ты хочешь его найти. Я полностью доверяю твоему решению, просто пообещай мне, что что бы не случилось, ты будешь думать головой, и не полезешь под гильотину. Старые друзья – это хорошо, но помни и о настоящем.

На лицо Карла набежала тень, и он неуверенно кивнул, хотя этот кивок не был до конца честным. Элис молчала, переводя взгляд с одного своего подопечного на другого.

-Да… Я обещаю, — наконец сказал Карл. Это была, пожалуй, самая серьезная фраза, которую он когда-либо говорил Джейсену. Он никогда не думал, насколько простой была его жизнь пару недель назад. Его друг улыбнулся, услышав то, что он хотел услышать.

-Так давай сделаем это!

***

Дорога до нужного кабинета не заняла много времени, Карл и Джейсен были “своими” в огромном улье ЭпплКиберТех, так что проблем не возникало. Нужная им комната скрывалась за большими дубовыми створками.

-Элис, мы тут. Можешь открыть двери? – спросил Карл, пытаясь найти ручку на дверях в кабинет.

-Сейчас, сейчас, тут сложная система безопасности, и нужно быть… А, всё, готово.

Двери с натужным скрипом раскрылись.

Внутреннее убранство напомнило Карлу о кабинете начальства ФлаттерМедикалс – такое же большое круглое помещение со столом посередине, но вместо экранов стену занимало огромное панорамное окно, выходившее на облачную завесу, закрывавшую город плотным одеялом. Те стены, которые не были заняты окном, являлись книжными полками, на которых пылились самые древние печатные издания Эквестрии. На столе располагался компьютерный экран. Едва Карл подошел к нему, по поверхности стола прошли лучи голограмм, составившие органы управления.

-Черт, эта штука стоит миллионы! – произнёс Джейсен, зачарованно глядя на сложные фигуры и строки символов, появлявшиеся прямо в воздухе. – Управление почти всеми функциями огромной корпорации с одного – единственного терминала. Вдобавок, бесконтактная технология, вся поверхность стола утыкана сенсорами. Не думал, что есть хоть какие-то наработки в этой области!..

-Хм… Я не могу понять, кто его хозяин. Здесь нет никаких зацепок! Большая часть папок запаролена, как и почтовый клиент, — Карл уже рылся в компьютере.

От терминала их отвлек скрип тяжелых дубовых створок.

-Мистер Дентон, мистер Максвелл, из всех мест в этом здании, здесь я меньше всего ожидала вас встретить! — в дверях стояла Кэролайн. Её взгляд медленно переходил с Карла на Джейсена, и обратно.

-А что вы здесь делаете? – выпалил Джейсен, не зная, что сказать. Карл бы засмеялся, если бы ситуация была слегка иной.

-Что я делаю в своём офисе? Наверное, шашлычки жарю! – беззлобно ответила Кэролайн. На её губах появилась едва заметная улыбка. Её правый глаз – имплант напоминал большой изумруд, который постоянно вращался в своей оправе.

-Так это ваш кабинет… — хмуро произнёс Карл.

-Да, именно так, мистер Дентон. Вы пришли с каким-то конкретным вопросом, или просто меня проведать? В любом случае, я вся внимание, — она отбросила с лица прядь соломенных волос.

-У меня один вопрос. Почему сигнал, отключивший системы безопасности Кантерлотского дворца в день Церемонии Пробуждения, исходил из этой комнаты?

Кэролайн никак не отреагировала на этот вопрос, она по-прежнему улыбалась.

-Всё было сделано согласно договору с культом Дискорда, — она ответила так, будто говорила о погоде.

-Вы просто им продались? – едко спросил Джейсен. Одно из его копыт раздвинулось, обнажив гладкий ствол.

-Мистер Максвелл, — Кэролайн взглянула на него так, будто впервые увидела. – ЭпплКиберТех не продается. Наша корпорация только покупает… А теперь, — её механический глаз слегка щелкнул. – Не могли бы вы помочь мне выпроводить нашего гостя, мистера Дентона?

-Что... – Карл повернулся к своему другу, и в его лоб уперлась холодная сталь копыта-протеза. Джейсен вновь находился под внешним контролем. Зрачок его живого глаза был неестественно сужен, а на глазном импланте высветилось перекрестие прицела.

-Признаться, от вас я не ожидала такой прыти, мистер Дентон! – сказала Кэролайн, подходя к кулеру с водой. – Я думала, вы из тех, кто не будет задавать вопросов.

-Джейсен? Пожалуйста, опусти ствол, — произнёс Карл, вглядываясь в пустые, остекленевшие глаза своего друга. – Давай, ты можешь…

-Он вас не слышит. Есть пара преимуществ в контроле над самой могущественной корпорацией Эквестрии, например, можно налаживать особую сеть между владельцами имплантов нашей марки. В основном, эту сеть используют для загрузки фотографий, поиска друзей и чтения публичных страниц, всякого социального мусора, но если у вас есть особый ключ, то возможности открываются поистине безграничные. Полная власть над любыми действиями! Но впрочем, что-то я заболталась с вами. Мистер Максвелл, избавьтесь от него.

На мгновение, в кабинете повисла тишина. Карл облегченно выдохнул.

Тишину разорвал громогласный выстрел. Правая половина головы Карла просто растворилась в воздухе. Его тело рухнуло кафельный пол, орошая гладкие пластины багровыми каплями. Его ноги пару раз дёрнулись в агонии и застыли.

-М-да, совершенно неэстетично… — протянула Кэролайн, садясь за свой стол и нажимая на неприметную красную кнопку под столешницей. В помещение зашли два пони в белоснежно-белых скафандрах. – Уберитесь здесь! Что до вас, Мистер Максвелл, отправляйтесь в Конверсионный Центр. Это всё.

Джейсен на негнущихся ногах зашагал к выходу. Кэролайн развернулась к панорамному окну.

-Люблю, когда всё идет по плану, — она тихо рассмеялась.

За её спиной, два пони покинули помещение, унося бездыханное тело Карла в глубину шпиля ЭпплКиберТех…

Продолжение следует…