Автор рисунка: MurDareik
Глава 4. Глава 6.

Глава 5.

“Есть ли жизнь после смерти? Это спорный вопрос. Общеизвестно, что каждый обитатель Эквестрии владеет определенным типом магии: пегасы способны летать и ходить по облакам, обычные пони невероятно сильны и выносливы, а все единороги способны менять локальные физические свойства различных объектов, и некоторые также умеют направлять магию в выгодное для них русло. Всё это приводит к мысли, что в нас существует некоторая высшая материя, которую обычно называют душой. Что происходит с душой после смерти носителя? Отправляется ли она в мир магии безвозвратно или остается в нашем мире, ожидая реинкарнации?

Дополнительное масло в огонь постоянных дискуссий подливает такой раздел магии, как некромантия. Возвращение мертвых в мир живых считается чудовищным преступлением против природы, но что именно происходит в результате таких метаморфоз? Возвращается ли душа в принадлежащее ей тело, или абстрактная магическая энергия наполняет пустой носитель? В пользу последнего тезиса говорит тот факт, что воскрешенное тело редко способно на какие-либо осмысленные действия, что приводит нас к мысли, что душа не привязана к телу, как многим хочется думать…”

Твайлайт Спаркл, Теория Души

Глава 5.

Карл открыл глаза. Его голова была цела, а разум — кристально чист. Память будто дала сбой, и вместо произошедших событий выдавала лишь нечеткие, размытые образы.

Он лежал на маленьком, но очень красивом острове. Лазурные волны тихо облизывали мраморно-белый песок, вода вдали незаметно смешивалась с безоблачным небом, океан не имел конца и края. В теплом, влажном воздухе витали запахи тропических фруктов и морской соли. Посреди островка стояло бамбуковое бунгало, его окружали невысокие пальмы, под их кронами висели сочные кокосы и бананы.

Теплое солнышко приветливо игралось в набегающих волнах, приглашая неожиданного гостя искупаться. Карл с удивлением заметил, что на нём не было одежды. Его кьютимарка также пропала, и он не помнил, какой она была, но для него это не имело значения.

Он нырнул в лазурную воду, наслаждаясь теплом и спокойствием этого места. Время не имело здесь власти, казалось, он плескался в волнах целую вечность, но солнце не сдвинулось ни на миллиметр, и по-прежнему согревало посетителя своими ласковыми лучами.

-Кааарл… — со стороны острова донёсся приятный голосок. Карл повернул голову и увидел белую пони, стоявшую на пороге бунгало. Её шерстка ослепляла своей белизной, а грива напоминала переливающийся драгоценный камень, постоянно менявший свой цвет, в её внешности не было ни единого изъяна. Она улыбалась, и её улыбка была самой красивой, какую Карлу доводилось видеть. – Иди сюда… Я жду тебя…

Её голос был прекрасным, подобным игре на арфе. Он напоминал Карлу о… О ком же он ему напоминал? “Да какая разница” – подумал он, разворачиваясь к прекрасной нимфе.

-Не советую тебе к ней идти… — рядом с ним из воздуха возникла бесформенная фигура, сотканная из мрачных и густых теней. В ней светились два красных огонька, прожигавших дырки в самой материи мироздания, сквозь них были видны недра далеких галактик. Они следили за Карлом.

-Почему? – с детской наивностью спросил Карл, глядя на пони, стоявшую вдалеке. Она с явным неудовольствием следила за движениями “тени”.

-Потому что это иллюзия, — её голос был дребезжащим и тихим, но невероятно отчетливым, будто она говорила прямо в голове Карла. — Вспомни, как ты сюда попал…

Он напряг память, но его мозг напоминал улей, полный разозленных пчел. Мысли путались и лезли друг на друга, мешая вспомнить конкретные детали.

-Дорогой, не слушай его, иди ко мне… — он не мог сопротивляться сладкому голосу. Ноги, касавшиеся мягкого песчаного дна, сами сделали первый шаг.

Сгусток тени слегка сжался. В голову Карла вонзилась несуществующая раскаленная игла, пронзившая всё его естество невыносимой болью. Его зрение поплыло, и он почти потерял равновесие.

-Сконцентрируйся, вспомни! – голос слабел, а его воплощение уменьшалось. Задул прохладный ветер.

-Я не могу… — промычал Карл, машинально делая еще один шаг к острову. В его мозг вонзилась вторая игла, такая же болезненная, как и первая. На небе появились тучки, море заволновалось и потемнело, солнце потухло, и мир погрузился в полумрак.

-Давай, тряпка! Ты здесь не просто так!!! – совсем тихий, агонизирующий хрип раздался в его разуме.

-Хватит… — пробормотал Карл, схватившись за голову. – Прекратите это…

-Ты сможешь прекратить это, если вспомнишь… — на этом, шепот прервался.

Небо полностью почернело, вокруг Карла завертелся ураган. Остров и Тень пропали за пеленой воды, поднявшейся в воздух. Шум не давал сконцентрироваться, тугие струи били бурого пони, заставляя его съеживаться от холода и боли, но именно эта боль очистила его разум. Он вспомнил.

Несуществующий мир треснул и распался, позволяя Карлу рухнуть в бездну.

***

Элис откинулась в высоком кресле, делая глоток из кружки с крепким кофе. Вокруг неё светились экраны терминалов, по которым бежали столбцы ненужной, вторичной информации. Провода, по которым осуществлялась работа с диспетчерским нейроинтерфейсом, сейчас были отключены от системы и смешаны с волосами уставшей пегасочки, создавая в её прическе серые пряди.

Карл и Джейсен не вернулись с верхнего уровня. Элис постоянно смотрела на дверной проём, где в последний раз видела двоих друзей. Они даже не помышляли о том, что конец мог быть так близко, они были счастливы в своём неведении. “А теперь их нет” – подумала Элис, делая еще один глоток. Кофе обжег её горло, заставляя слезы выступить на глазах. Это была форма самобичевания, в которой сама Элис не отдавала себе отчета. “Не знаю, где Карл, а Джейсен в конверсионном центре, его уже не спасти… Я не знаю, что делать” – эта мысль билась в её мозгу как оса об стекло, бесполезно, но настойчиво. В глубине души она знала, но не хотела принимать это трудное решение. Она могла продолжить свою простую жизнь в качестве диспетчера ЭпплКиберТех, она могла просто забыть эту парочку, как забыла многих до этого, но что-то не давало ей этого сделать. В них было что-то, чего не было у других — они казались по-настоящему живыми, выдающимися пони, не теми куклами, коими являлись предыдущие её подопечные. Раньше, её указания встречались ледяным молчанием или одним из заранее заготовленных ответов типа “Вас понял”, “Приказы получены” или “Перефразируйте указания”.

— Диспетчер Свитмейн, вас вызывают на уровень D-5 для составления протокола, — ход мыслей беспокойной пегасочки прервал шепот маленького динамика, встроенного в стол и закрытого стопкой бумаг.

Элис поморщилась, когда механизм бесстрастно продиктовал её фамилию. Она её стыдилась. Фамилии старого типа, двусложные, почти исчезли, но мать Элис наотрез отказалась менять дочери фамилию, настаивая на сохранении традиции. Из-за этого, её мало кто воспринимал всерьез. Свитмейн, Сладкая грива…

Она проверила план здания, висящий на стене. Напротив сектора D-5 сияла подпись: Морг.

Пегасочка съежилась. С этим указанием что-то явно было нечисто, но приказы начальства никогда не обсуждались, поэтому она, вздохнув, растворилась в лабиринте коридоров штаба ЭпплКиберТех.

***

Как и любой морг, уровень D-5 был большим полутемным помещением, заполненным ровными рядами столов. Все они были накрыты белыми простынями, и на каждом висела бирка с номером, датой смерти и именем. Корпорации редко доверяли медэкспертизы государству, предпочитая самостоятельно вскрывать своих работников.

Среди столов стоял желтый единорог с голубой гривой, державший электронный планшет с помощью телекинеза.

-А, Элис, приятно вас снова видеть, — сказал он, увидев пегасочку. Его голос был тихим и приятным, но Элис знала, что этой слащавостью скрывалась ядовитая тварь, готовая вцепиться в её шею при любом удобном случае.

-Привет, Лерой. Можно узнать, какого черта меня вызвали в морг? Я думала, рыться в трупах – целиком твоя работа.

-Ты умеешь показать зубки, дорогая моя, — улыбнулся единорог, слегка помахивая планшетом. – Я не патологоанатом, я генетик, но на твой вопрос я могу ответить. Помнишь Карла Дентона?

— С трудом, — не моргнув, ответила Элис. Её внутренности сжались от сдерживаемого ужаса.

-Он недавно был твоим подопечным, но потом внезапно объявился прямо в кабинете моего непосредственного начальника, мисс Кэролайн, с явным намерением её убить! Причем на замках не было никаких следов взлома, никто вообще не понимает, как он туда попал! Не знаешь, как так вышло?

-Понятия не имею, — к своему счастью, Элис отлично умела держать каменное лицо. — Может, ты слил им коды доступа! Ты вполне можешь подставить начальство, это в твоём стиле.

-Зачем мне это делать, дорогая моя? – его тон не изменился, оставаясь сладким и вкрадчивым. — Мне прекрасно…

-А мне прекрасно известно, — перебила его Элис. Несмотря на отсутствие эмоций на лице, сарказм в её голосе был почти осязаем. — Как именно ты получил должность ведущего генетика. Предыдущий генетик случайно упал в чан с биомассой. Не знаешь, как так вышло?

— Понятия не имею, — Лерой повторил её ответ. — Это возвращает нас к причине, по которой мы здесь собрались. А под “мы”, я имею в виду также моего ассистента, — он махнул планшетом на что-то, находящееся позади Элис.

Дверь на лестницу хлопнула. Обернувшись, Элис увидела высокую фигуру жеребца, тяжелой поступью приближавшегося к ней. Его голова была окутана проводами, скальп опоясывался стальной короной, подключенной к большому стальному рюкзаку на его спине. Кьютимарка на его крупе отсутствовала.

-Здравствуй, Элис…

Он разговаривал будто через силу, а его голос был совсем детским, будто он только вчера научился разговаривать. Его глаза бесцельно гуляли по помещению, не останавливаясь подолгу на одном предмете.

-Привет, Тони… — ответила Элис, глядя в пол — ей всегда было неловко разговаривать с этим жеребцом. Тони был младшим братом Лероя. Едва у него проснулся интерес к генетике, он стал ставить эксперименты над Тони, именно тогда ЭпплКиберТех заметила молодого, но подающего надежды ученого, и взяла под своё крыло, прихватив и Энтони. Лерой сказал, что его младший брат родился аутистом, поэтому именно его исследования и открытия открыли для Тони настоящую жизнь. Элис ему не верила. В любом случае, она жалела большого, но одновременно такого маленького жеребца со стальной короной на голове.

-Итак, господа! – произнёс Лерой, на секунду привлекая внимание своего ассистента. Они пошли вдоль тел, лежащих на столах. – Мы собрались здесь, чтобы исследовать тело некоего Карла Дентона, весьма опасного субъекта, у которого были замечены очень любопытные особенности…

-Какие именно? – ядовито спросила Элис. Напыщенная речь ученого её раздражала.

-Как вы, мисс Свитмейн, — он издевательски выделил её фамилию. — Возможно, заметили, недавно мистер Дентон проходил лечение в Хуфингтон Хай, куда он поступил с обширными телесными повреждениями. Подобное дело требует бесчисленных операций и оставляет огромные следы на всю жизнь! А что же мы видим здесь? – в такт своим словам, Лерой поднял повыше электронный планшет. На нем была запись с камер наблюдения больницы, на которой Карл покидал свою палату, целый и невредимый. Тони немедленно сфокусировался на планшете, следя за каждым движением на экране. – Здесь ваш, мисс Свитмейн, подопечный, я подчеркну, ваш, покидает свою палату без каких-либо видимых повреждений, что наводит меня на мысль…

-Что у тебя паранойя? – съязвила Элис.

-Что у него есть невероятные способности к саморегенерации, — Лерой проигнорировал её выпад. — Это может быть настоящий прорыв в генетике!..

-Ну например… Причем тут я? – Элис вновь прервала его речь. – Мой, я подчеркиваю, мой подопечный мертв.

-Извини, Элис, тебе надо присутствовать, как диспетчеру покойного, мы же хотим чтить традицию. Вдобавок, тебе нужно будет еще составлять протокол о вскрытии, — мягко ответил Лерой, останавливаясь возле стола с биркой. Она гласила “№1337-8, Карл Дентон, второе декабря, 215 ПДН”.

— Тони великолепно справляется с отчетами… — сказала Элис, кивая головой на пускающего пузыри здоровяка с остекленевшим взором.

— Он сегодня не в духе, — отмахнулся желтый единорог.

— Он выглядит совершенно обычно! Мне кажется, ты просто поиздеваться пришел.

— Дорогая моя, ты меня обижаешь. Я же не такой… — язвительно протянул Лерой, сбрасывая с трупа белый покров и следя за реакцией пегасочки.

При виде тела, Элис чуть не вывернуло наизнанку. Правая половина черепа Карла отсутствовала, а оставшийся глаз смотрел в потолок стеклянным взором.

-Итааак, приступим, — протянул Лерой, потирая передние копыта. – Тони, записывай!

При этих словах, его брат перестал пускать слюни и выпрямился, а на его короне загорелись зеленые диоды.

-И ты тоже, Элис, — сказал ученый, улыбаясь. – Можешь записывать на планшет. Заметка номер один: у наблюдаемого субъекта отсутствуют какие-либо внешние ранения, за исключением обширного повреждения правой части черепа…

-Её просто нет!!! – прокричала Элис. Она балансировала на грани паники.

-Дорогая, не перебивай. Так о чем это я… — Лерой отвернулся от тела и коснулся подбородка передним копытом, пытаясь вернуть нить мыслей. Энтони стоял неподвижно, глядя в пространство, диоды на его голове сверкали мягким изумрудным светом.

Тело на столе медленно поднялось и повернулось к голосам. На Элис смотрел единственный мертвый глаз Карла. Она выронила планшет, жалобно скрипнувший от удара о пол, и начала медленно отходить назад. В её позвоночник будто вогнали ледяной стержень, позволявший выполнять лишь одно действие: пятиться.

-Л-л-лерой? – несмотря на её ненависть к генетику, она не могла его не предупредить.

-Тихо, тихо, ты сбила меня с мысли, — задумчиво протянул Лерой, отходя от стола, и пытаясь сформулировать свои мысли. Тони просто стоял на месте, не шевелясь. Из плеч Карла выросли длинные и гибкие щупальца из тёмного, склизкого на вид хитина. Через две секунды, тело Энтони рухнуло на землю, а его вырванный хребет был зажат в крепкой хватке.

Лерой обернулся на громкий хруст и стук, и встретился лицом к лицу с холодным и мертвым взглядом Карла, из его глаза вытекал пурпурный дымок.

-К-как это в-возможно?.. — остаток фразы он не договорил. Второе щупальце вонзилось ему в кадык, отделив голову от туловища.

Вокруг восставшего Карла лежали два трупа. Всё его тело было покрыто свежей кровью. Вдалеке послышался звон стекла. Элис, постоянно пятясь назад, уткнулась крупом в шкаф в углу помещения. Стоящие внутри пробирки жалобно звякнули, выдав её положение. Карл спокойно взглянул прямо на неё и медленно зашагал к дрожащей от страха пегасочке. Их разделяло около десяти метров.

-Н-не п-п-подходи! Н-не н-надо… — пробормотала Элис, глядя на половину головы, приближавшуюся к ней.

-А то что? – прохрипела голова Карла, до сих пор пялящаяся в никуда единственным глазом. Подойдя в упор, он остановился. Прямо на глазах Элис, отсутствующая часть его черепа, сначала кости, затем глазное яблоко, кожа, шерсть, выросла на своём законном месте, сделав голову Карла целой. Его взгляд, впрочем, оставался пустым. Его белки стали зелеными, а из уголков глаз начал выходить пурпурный дымок.

Щупальце медленно приблизило свой бритвенно-острый кончик к глазу Элис. Внезапно, хитиновые отростки втянулись обратно в тело Карла. Его взгляд обрел ясность, а глаза вернулись к первоначальному состоянию.

-Элис, мне нужна твоя помощь, — он дрожал, и в его голосе мелькал неприкрытый страх. – Где Джейсен?

-В-в-в к-к-конверсионном центре… — едва дыша, ответила пегасочка, её шокированный взгляд был зафиксирован на его бледном лице. – О-они х-хотят д-добавить его в-в ВСКБ…

-Где он находится? Ответь, Луна тебя раздери! — едва он приблизился и коснулся её копыта, она тихо осела на пол, потеряв сознание.

Карл выпрямился и огляделся, его тело заметно дрожало. На полу, возле лужицы крови лежал всё еще работающий планшет. Немного поколдовав над маленьким прибором, он сумел найти карту комплекса. Сориентировавшись по ней, он покинул полную мертвых тел комнату морга.

***

К счастью, в коридорах штаба ЭпплКиберТех было немного народу, за исключением маленьких роботов – паучков, передававших поручения и весточки из отдела в отдел. Незамеченный, Карл добрался до конверсионного центра достаточно быстро. Этот сектор, судя по скудной информации в планшете, отвечал за приведение ВСКБ в полную боеготовность, что на практике являлось промывкой мозгов и полной аугментацией. После такой обработки, все солдаты в черной броне становились идеальными машинами для убийства: ловкими и сильными, послушными и безжалостными.

В центре абсолютно белого, стерильного помещения на хирургическом столе лежал распластанный пурпурный единорог. Его ноги отсутствовали, и гнездо в правом глазу пустовало, на их местах находились уродливые невральные переходники. Над его телом свисали длинные механические манипуляторы, создававшие новые импланты прямо на месте, с помощью деталей, подававшихся с конвейера. За ходом процесса следил земной пони в лабораторном халате, стоявший возле панели управления. В его очках отражались огоньки многочисленных дисплеев.

Позади ученого беззвучно раскрылись двери, пропуская темно-красного пони с бирюзовой гривой, в его карих глазах сияли нехорошие огоньки. Он осмотрел помещение, и мощно лягнул ничего не подозревавшего лаборанта. Удар получился такой силы, что его шея вывернулось под неестественным углом, а тело улетело куда-то за панель.

-Джейсен? Джейсен? – Карл подошел к своему другу и попытался его разбудить, что окончилось неудачей. Его сердце билось, но он находился под каким-то наркотиком, который не позволял ему прийти в сознание во время операции.

Карл, развернувшись к панели, выбрал команду “Подключение имплантов”. На его глазах, огромная машина с недоступной обычным копытам ловкостью собрала по кусочкам конечности, сделанные из тёмного металла, и с ювелирной точностью установила их на законные места. Последним штрихом был боевой глазной имплант – он был выполнен из черной стали, и вместо обычного зрачка, в нём сияла узкая красная полоса. Когда механический глаз встал на место, он звучно щелкнул, и из тела Джейсена выскочила игла, которую Карл сначала не заметил. Он начал просыпаться.

Первое, что он понял – что мир поменял свою раскраску на красноватый; первое, что он почувствовал – это слабость; первое, что он увидел – Карл, забрызганный кровью.

-Ура, я наконец умер. Знаешь, Карл, я рад тебя видеть… Хоть в загробной жизни не будет скучно. Пойдем, горло промочим, я устал, — в ответ, он получил копытом по лицу. С некоторым удивлением, он коснулся губы и увидел на своём копыте кровь, которая из-за его нового зрения казалась черной. Он почувствовал, как его тело стягивают со стального стола, на котором он лежал.

-Джейсен, мы еще не мертвы… — голос Карла доносился будто сквозь вату. – И я, Луна меня раздери, хочу кое-с кем поквитаться!

-Но как ты… Я же… Ты же… — Джейсен просто не понимал, как всё это могло быть реальностью.

-Послушай, во мне какая-то… штука, и я обязан ей жизнью. Не знаю, что это, не знаю, как, но что-то не дает мне умереть!

-Знаешь, круто, можешь прыгать без парашюта… Побьешь рекорд по скорости свободного полета!

-Хватит, не отвлекайся! – Карл едва сдерживал желание в ту же секунду броситься в кабинет Кэролайн. — У меня копыта чешутся свернуть одной суке шею, и на этот раз, я не собираюсь сдерживаться!

-А что у меня со зрением? Всё какое-то неправильное. Яркость что ли сбили? – Джейсен коснулся своего глаза, пытаясь понять, что с ним не так.

-У тебя в глазу теперь боевой имплант, так что… — и Карл, и Джейсен оба замолкли, подумав об одной и той же вещи. Чипе слежения, который устанавливали в каждый сенсорный имплант, произведенный в ЭпплКиберТех.

Карл развернулся механическим щупальцам, висящим за его спиной, и выбрал то, в котором стоял скальпель.

-Не двигайся…

-Ты уверен, что я не должен быть в сознании?.. – полусерьезно-полушутливо спросил Джейсен, покрываясь потом, когда острая, как бритва, сталь, приблизилась к его глазу, пускай и механическому.

— Вообще нет, но я воскрес не для того, чтобы тебя скальпелем порезать, успокойся… — протянул Карл, пытаясь приблизить инструмент к зазору в конструкции.

— А вдруг это месть?.. – Джейсен нервно сглотнул. — Твои копыта дрожат… Давай потом! Я могу посидеть под слежкой еще пару часов… Пока не доберусь до Орианны, а после этого, видеозапись сохранят в особой секции! Вечерней такой секции!

-А мне эту пару часов придется следить, чтобы ты мне башку не прострелил? Нет уж, нет уж! – скальпель со скрежетом вошел в паз, приподнимая имплант из гнезда. Джейсен замолк, но его губы дрожали, сдерживая рвущиеся наружу полуразумные панические вопли.

Через пару секунд скрежета, Карл показал ему маленький синий чип с тремя яблочками в углу.

-Я говорил! Проще пареной репы! – его веко слегка дергалось, а грива сделалась мокрой от пота. – Теперь не найдут... Хм, в боевые импланты не встраивают социальные функции. Значит ли это, что ты свободен от внешнего контроля?

-Скорее всего… — Джейсен расслабился и начал настраивать новобретенные импланты. Карл, тем временем, вырвал плазменный прижигатель из хватки другого потолочного манипулятора, и проверил батарею. Хватало на пару выстрелов.

— Так, пойдем, я хочу убить одну тварь, которая не должна была появляться на свет, — его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости.

-Карл, подожди…

-Что еще?!?! – он развернулся, встретившись взглядом с Джейсеном.

-Помнишь то обещание про гильотину? Так вот, смерть от него не спасает. Я не собираюсь просто так отпускать тебя в раскрытые копыта Кэролайн… Нам нужен план.

-Просто подстрахуй меня и…

— Я угоню их челнок! – сказал Джейсен, осматривая свои передние копытные импланты. – Скорее всего, я смогу им управлять. И не смотри на меня так, я всё-таки пилот, пускай и опытных образцов!

-Ладно, значит, договорились… — Карл развернулся и зашагал к выходу. — Дай мне пять, нет, семь минут, и после этого нам придется сжечь все движки, чтобы уйти от погони.

-Думаешь, я этого не знаю? – Джейсен слегка улыбнулся. – Кстати, Карл?..

Его друг, уже покидавший комнату, посмотрел через плечо.

-Прости, что выстрелил в тебя, — не было понятно, говорил он серьезно, или вновь шутил. Его лицо стало каменным, что для Джейсена было совершенно нехарактерно.

-Да ладно, с кем не бывает. К тому же, это было довольно весело… — Карл, усмехнувшись, покинул комнату и направился к лифтам.

-Да уж, было весело… — произнёс скрипучий, едва слышный голос.

Карл обернулся. Коридор был пуст.

***

-Я говорю вам, направьте прототип на площадку номер семь, там о нём позаботятся… — Кэролайн общалась с кем-то через интерком, встроенный в её стол. – А от первоначального курьера избавьтесь, он бесполезен для нас. Я слушаю? Нет, этот проект имеет первичный приоритет! Мне не важно, сколько это будет стоить, просто продолжайте исследования!

Её привлек резкий скрип дубовых дверей. Когда она развернулась, в проёме никого не было.

-Сейчас, я перезвоню… — клик панели управления оповестил о закончившемся звонке.

Кэролайн подошла к дверям, и, слегка напрягшись, закрыла их. Через мгновение, мощный удар отправил её в недолгий полет, прервавшийся столкновением с книжной полкой. Когда она стряхнула висящие в глазах звездочки и поднялась на ноги, она увидела идущего к ней темно-красного пони со стальной пластиной на правом копыте. В его глазах горела несдерживаемая ненависть.

-Вы? Но я… — он, не дослушав фразу, поднял правое копыто и выстрелил из него изумрудным сгустком. Раскаленная плазма попала прямо в механический глаз Кэролайн, превратив его в фонтан жидкой стали. Она закричала от боли, но через мгновение, почувствовала, как на её горле сомкнулась крепкая хватка. Он тащил её к окну.

— Говори, как ты связалась с культом Дискорда? – его голос больше напоминал первобытный рык давно вымершего животного.

-Я не понимаю… — в её челюсть прилетел удар копыта, заставивший её расстаться с несколькими зубами, после чего её тело оказалось прижато к холодному стеклу, за которым раскинулась Эквестрия.

-Неправильный ответ… Как вы связались с культом Дискорда?

-Давно… Раскопки. Около четырех лет назад, — в её обычно властном голосе проскользнул страх. — Они пытались забрать Обелиск, и наши агенты расследовали их интерес к нему. В итоге, мы нашли их лидера, и он поделился ценными сведениями о том, кто находился в нём.

-Откуда он добыл свои данные?

-Я не… — начала она, но давление на её горле стало сильнее. Дентон был непреклонен. — Дневник придворного архимага, — пока она говорила, она сумела нажать на небольшую кнопку на своём импланте. Карл этого не заметил. — Он был в Кантерлоте, когда Селестия пропала, и всё записал, но Королевской Гвардии это пришлось не по душе. Его преследовали и загнали в угол, но он сумел спрятать дневник. Мистер… Не знаю его фамилии, я называла его Лорди, он нашел его в древних архивах… Именно тогда мы решили заключить с ними договор. Мы тайно предоставляем им все необходимые материалы, а они воскрешают своего бога…

-Какая выгода для… — его вопрос прервали солдаты в черной броне, появившиеся из секретных ниш в стенах. Дентон с невозможной для обычного пони ловкостью развернулся, выставляя полуживую Кэролайн в качестве живого щита.

-Бросьте оружие и отпустите Мисс Эппл, — из-за рядов черных шлемов вышел солдат со стальной челюстью. Карл с трудом вспомнил его имя: Морган Стоунхарт.

-Боюсь, вы не в той ситуации, чтобы с меня что-то требовать! – крикнул Карл, следя за тем, как его пытаются обойти бойцы в монолитной броне.

-Равно как и вы, Карл…

Позади беглого инженера, за окном, небеса разорвал оглушающий гул двигателей десантного челнока. Из его острого, орлиного носа выехал трап, упершийся в стекло, а на крыльях заветрелись шестиствольные пулеметы.

-Вот как раз я-то владею ситуацией, Морган! – прокричал Карл, и, развернув Кэролайн к себе, сжег её голову выстрелом из плазменного инструмента. В ту же секунду, когда обезглавленное тело начало опадать на плиточный пол, на весь кабинет обрушилась пулеметная ярость. Крупнокалиберные заряды одинаково легко рвали на куски облицовку, мебель, книги, броню и тела. Буря осколков от разбитого стекла скрыла фигуру Карла, запрыгнувшего в челнок.

— Кавалерия вовремя, а? – прокричал Джейсен, прекращая стрельбу и заставляя челнок развернуться.

-Всегда бы так! Я всё сделал, теперь валим!

Десантный кораблик, оставляя за собой реактивный след, начал стремительно удаляться от Шпиля ЭпплКиберТех. Морган, отбросив полумеханическое тело, которое он использовал как щит, коснулся рации.

-Немедленно отследите их и поймайте! Высылайте группу быстрого реагирования!

-Сэр, один из челноков быстрого реагирования был украден, мы можем выслать только два.

-И я узнаю об этом только сейчас? – Морган в ярости ударил по плитке на полу, расколов её на куски.

— Система слежения представила отчет три минуты назад, и много времени заняла обработка. Группы уже вылетели.

Подошедший к окну капитан ВСКБ видел, как из ангаров Шпиля вырвались две белые полосы, отправившиеся за третьей.

-Джейсен, у нас гости! – сказал Карл, глядя на радар. К ним приближались две зеленые точки. — Я так думаю, от жучков ты не избавился?

-А было время? Мне пришлось избить одного из инженеров до полусмерти черным ящиком, прежде чем он отдал мне ключи! — передние копыта Джейсена были соединены со всеми системами управления полетом, и на его искусственном глазу проецировались столбцы данных. – К тому времени, надо было вылетать!

-Довольно жесткая мера! – прокомментировал Карл, неотрывно смотря на сближающиеся зеленые точки. Вокруг их челнока воздух расчертился рыжими трассерами. В задней части корпуса раздалось несколько громких щелчков.

-Сказал тот, кто прострелил кобылке голову из плазмера! – крикнул пилот, игнорируя свинцовую бурю, царящую за бортом.

-У меня была веская причина, и ты это знаешь! – Карл испуганно и завороженно следил за огненными следами в воздухе.

-Знаю, знаю, сам бы это сделал! Так, держись! – с этими словами, Джейсен резко потянул свои копыта на себя, заставив двигатели кораблика и его корму развернуться перпендикулярно земле, и, тем самым, сбросив скорость почти до нуля. Карла вжало в кресло, выбив воздух из его легких. Противники, не ожидавшие такого маневра, оказались далеко впереди. – Вот преимущество этих движков – крути как хочешь! А теперь, смотри на светомузыку! – произнёс Джейсен, открывая оружейные порты. Тёмное небо за смотровыми окошками украсилось яркими росчерками пуль. Где-то вдалеке, в облаке, появился огненный шар. – Видал, а? Вот как мы делаем дела в Мэйнхеттене!

— Неприятно тебя расстраивать, но у нас на хвосте второй! – закричал Карл, взглянув на радар. Он приблизился, показав, что от зеленой точки отделились две красные. В ту же секунду, весь салон челнока завизжал, предупреждая о двух ракетах.

— А вот это будет сложнее! – Джейсен провернул копыта в пазах, в которых они стояли, и Карл с удивлением понял, что гул снаружи стих — двигатели отключились. Инженера начало укачивать сильнее обычного, когда он посмотрел на стремительно тающую цифру на высотометре.

-Слушай, если мы не выживем… — начал Карл, но Джейсен его перебил.

— Забудь эту фразу, Карл! У нас всё и всегда получится! Ближе, ближе… — фиолетовый единорог одновременно следил за расстоянием до ракет, высотой и температурой двигателей. – Вооот… Сейчас!

Его команда выпустила из корпуса падающего камнем кораблика сотни вспышек, заставивших ракеты упустить первоначальную цель и взорваться, скрыв весь челнок в облаке черного дыма.

-Дааа! Я крут! Спасибо всем зрителям! – воскликнул Джейсен, вновь проворачивая копыта в пазах.

-У нас всё еще есть проблема! Мы падаем!!! – закричал Карл, глядя в смотровое окно на стремящуюся на них землю.

-Тебе это не грозит, ты у нас типа бессмертный! Давай я на тебя приземлюсь? – Джейсен, как всегда, не слишком заботился о своей сохранности. Увидев зелено-красное лицо Карла, окрашенное смесью злобы и недомогания, он, впрочем, улыбнулся ему в ответ. – Всё под контролем.

В ответ на его слова, гул возобновился, и двигатели вновь заработали. Джейсен резко потянул импланты на себя, заставляя челнок открыть закрылки. Благодаря ускорению свободного падения, кораблик начал лететь параллельно земле с огромной скоростью, удаляясь от последнего челнока противников.

-Кстати, смотри! – Джейсен слегка подвигал копытами в горизонтальной плоскости, заставляя кораблик слегка покачиваться, будто издеваясь над преследователями. Если бы не ремни безопасности, Карл бы съехал на пол и превратился в беспомощный студень. – Им придется спуститься на нашу высоту, чтобы догнать нас, ну, аэротуннель, все дела. Вон, снижается. А на земле, я тебе напомню, мне нет равных! Вон как раз каньон, советую тебе закрыть глаза.

Морган, стоя у разбитого стекла в Шпиле, смотрел, как на горизонте, в глубокий скальный разлом нырнули два челнока, а вылетел, преследуемый тающим желтым облаком, лишь один. Он, слегка покачавшись, исчез в тёмных облаках на горизонте.

-Сэр, перехват провалился, — печальный голос донёсся откуда-то с жилета Моргана.

Он отключил рацию и раздавил её копытом, после чего повернулся к обезглавленному трупу Кэролайн. От неё поднимался едва заметный зеленый дымок. Вокруг суетилась пара пони в белых комбинезонах, прибиравшие кабинет.

— Нашла же ты себе врагов, мам…

-Такая уж у меня работа, сынок, — из дубовых дверей появилась еще одна Кэролайн, полностью идентичная той, чье бездыханное тело лежало на полу. – Приходится пользоваться некоторыми козырями.

— На моих глазах, наш сотрудник пристрелил твою точную копию. Почему ты не можешь просто отправиться куда-нибудь далеко, и жить спокойно? – Морган не отводил глаз от тела двойника, распластанного на полу. — Для этого всё готово, никаких препятствий, можно просто исчезнуть для всех.

-Я стараюсь ради тебя. Я стараюсь сделать наш мир таким, каким он был давно – идиллическим, но для этого, нужны определенные меры, — Кэролайн погладила гриву своего сына.

-И жертвы, — добавил Морган, поворачиваясь к матери. Её живой глаз смотрел на него с тревогой. – Для этого, мы водимся с культом бога Раздора...

-Иначе никак… Лишь он может вернуть Эквестрию в первоначальное состояние, из которого мы можем построить то общество, о котором все мечтают. Абсолютное равенство каждого жителя, вне зависимости от способностей и достатка.

-Только он? А элементы Гармонии?

-Сынок, мы уже говорили об этом, они — легенда, простая сказка, которую рассказывают детям на ночь, чтобы уберечь их от кошмаров. Конечно, всем нужны герои, и одни лишь Вондерболты не справляются с работой.

— Но в отделе исследований хранится практически живое доказательство их существования! Нужно лишь…

-Сынок, она не функционирует, и ты это знаешь. Прошу тебя, потерпи, и всё будет так, как мы мечтали.

Морган вновь развернулся к окну, не желая следить за тем, как пони в белых костюмах пакуют мертвую копию его матери в пластиковый мешок. Вдалеке, на горизонте, загорелись звезды.
“Я мечтал не об этом…” – подумал Морган, вспоминая улицы Мейнхеттена, раскинувшиеся под Шпилем. Два пони, кобылочка и жеребец, мать и сын, смотрели на яркие огоньки в небесах.

-Так как мы всё это объясним? – наконец сказал жеребец, обводя копытом остатки некогда прекрасного кабинета. Кэролайн загадочно улыбнулась.

-Взорви здесь еще что-нибудь и свали всё на Трикси Технолоджикс, — рыжая пони развернулась и зашагала к выходу.

-Но ты представляешь, какие последствия это будет иметь? Вплоть до открытой войны! – Морган отвернулся от окна и посмотрел вслед своей матери.

-Я прекрасно понимаю, сынок, но нам нужно избавиться от конкурента, и чем скорее, тем лучше. Без этого, мы не достигнем нашей цели, — её последние слова затихли в коридоре.

Морган остался в одиночестве на вершине черного Шпиля.

***

— Куда мы летим? – в до поры до времени тихой кабине раздался слабый голос Карла. Джейсен, отвернувшись от пульта управления, увидел, что его друг был зеленее июльской травы в солнечный день.

-В Кантерлот, к моей сестре. Сбросим кораблик где-нибудь, и спокойно скроемся на улицах.

-А Эппл о ней не знают? – спросил Карл, изо всех сил сдерживая рвущиеся наружу остатки своего обеда.

-Нет, я был достаточно умен, чтобы не упоминать о ней в анкете. К тому же, мы не всегда ладили… Она была занудой, — Джейсен слегка махнул копытом.

-В каком именно смысле? – Карл ухватился за тему для разговора как за спасительную соломинку, которая могла отвлечь его от постоянно качающегося челнока.

— Ну, вся такая любимица родителей, тихоня, милашка… Вдобавок, она моя старшая сестра, ну ты понимаешь, она всё время меня учила, помогала, опекала... Сейчас-то я не жалуюсь, но тогда это было довольно надоедливо, ни шагу без её совета не ступить. А что с твоей семьей?

Карл съежился. Он не знал, в безопасности они или нет… Джейсен, угадав его настроение, включил автопилот и полностью развернулся в кресле.

— Всё с ними будет в порядке. Мы прикончили Кэролайн, мы ушли от преследователей, там шумиха сейчас. Думаю, если заляжем на дно и сменим работу по-тихому, никто ничего не узнает. У них постоянно такое случается, подумают, что конкуренты постарались.

-Хотелось бы мне быть таким же оптимистичным… — протянул Карл.

-Но никогда не получится…

-Вот именно!

-Что “Именно”? – спросил Джейсен.

-Ты же только что сказал…

-Я ничего не говорил, Карл. Показалось, наверное, — он поднял голову и прислушался. — Хм, наш правый движок что-то дребезжит.

В салоне и вправду было слышно утробное гудение, прерываемое чиханием, нехарактерным для авиационного двигателя. Через мгновение, гул стих. Оба пассажира почувствовали неожиданную легкость в теле.

— Вот черт, сгорел, зараза! – закричал Джейсен, возвращая свои копыта в пазы управления. На панели высветилась диаграмма челнока, показывавшая почерневшее правое крыло, и пожелтевшее левое. – Мы, не побоюсь этого слова, изнасиловали эту крошку, и ей это очень не понравилось! Ничего, сейчас сядем, до Кантерлота недалеко.

На дисплее также загорелось сообщение “Повреждение топливопровода, утечка топлива”.

-И у неё эти дни, течка, понимаешь ли! Вот бывает хуже, а?

-Думаю, нет! – Карл вцепился в поручни противоперегрузочного кресла.

-Бывает…

-Что ты сказал?

-Карл, почаще чисти уши, тебе кажется! – произнёс Джейсен, аккуратно лавируя между деревьями на одном двигателе. Он нашел удобную полянку, и, выдвинув шасси, сумел достаточно мягко посадить челнок. Карл с облегчением откинулся в кресле, чувствуя, как его отпускает тошнота. Джейсен засмеялся, глядя на своего друга. – Нам надо выметаться отсюда.

-Кому ты рассказываешь? – ответил Карл, поднимаясь и забирая из сервисного отсека аптечку и закрепляя её на спине. Он нажал на кнопку выпуска трапа и ткнул в открывшийся проход. – Ты путь лучше знаешь, ты и веди.

Они скрылись в густой чащобе, покрывавшей склон Кантерлотской горы.

***

Где-то не так далеко…

Это было такое место, которое Лоуренс любил навещать просто из-за одиночества. Вдобавок, в нём лучше думалось. Это было кладбище, Понивилльское кладбище.

Тонкие тропки причудливо виляли среди невысоких каменных надгробий, надписи на большей части стёрлись или выветрились. Была там одна могила, которая никогда не старела для создателя этого места. Она стояла на холме, в самом центре, под тенью высокой ивы. Следя за легкими колыханиями её длинных кос, при полном отсутствии ветра, Лоуренс вновь напомнил себе, что это место не реально.

Границы кладбища терялись в мягком тумане. Если бы единственный посетитель этого сокровенного уголка попытался уйти в это туман, то очутился бы с другой стороны этого же холмика.

На надгробии было высечено имя Адели Роквелл, имя его матери. Под ним находилась дата смерти, а под ней – слова “Помни, ради чего ты сражаешься". В реальности, всё было не так. Эта могилка стояла не на холмике, а возле огромного склепа, в его тени. Она была наполовину разбита вандалами, буквы исчезли с её поверхности, и на ней никогда не было надписей помимо имени и даты смерти.

Всё остальное создал для себя Лоуренс. Не для того, чтобы обманывать себя, но для того, чтобы помнить, как всё произошло. Вечное напоминание в глубинах его разума…

Он услышал шорох на границе своего сознания. На одной из могилок сидел Дискорд, его лицо выражало некоторую скуку. Едва Лоуренс повернулся к нему, он натянул маску сочувствия.

— Соболезную, Лоуренс… Никто из вас не застрахован от такого, — его голос был приятным и вкрадчивым, как и всегда.

-Что ты здесь делаешь? Это моя личная территория, — несмело начал Лоуренс, но его фразу прервал коготь, который коснулся его губ.

-Ты прекрасно знаешь, что я хочу помочь. Конечно, власти над мертвыми я не имею, — он махнул в сторону могилы. – Но ведь и ты приходишь сюда не за этим… Ты не хочешь вернуть её, ты понимаешь, что это невозможно. Ты хочешь, чтобы другие не чувствовали то, что когда-то чувствовал ты, не так ли?

-Что ты об этом знаешь? — вяло огрызнулся белый единорог, оглядывавший драконекуса. Хоть Лоуренс никогда не озвучивал своих мыслей, это было правдой. Всё до последнего слова.

-Я многие годы провёл в каменном заточении, следя, как мой род, мои творения, мои планы рушились в мгновение ока, — Дискорд снял свою голову с шеи и начал вертеть её в руках, не прерывая своего монолога. — Всё это время я был в клетке своего собственного разума, внутри своих мыслей и эмоций, и я варился в них, как в бульоне, очень долго. Боль утраты, холод одиночества, мертвая хватка сожаления… Я сидел во тьме тысячелетиями. Я понимаю, что такое боль, и понимаю гораздо лучше тебя!

— Да, я не хочу, чтобы кто-то еще прошел через это. Она ушла, а я с ней не попрощался… — Лоуренс вновь повернулся к надгробию. Дискорд позади него скривил лицо так, будто съел лимон целиком. Он начинал уставать от комедии, которую он ломал перед своей главной пешкой. – Мне было плевать на неё. Что самое страшное – я не могу сказать, был ли я неправ, или она? Она была плохой матерью, или я – плохим сыном?

Дискорд всячески показывал отсутствие интереса, но так, чтобы Лоуренс этого не заметил. Через долгие минуты, полные тяжелого молчания, хозяин воспоминания наконец развернулся.

-Пора выходить…

Драконекус кивнул и его образ растворился.

Лоуренс открыл глаза и оглядел свою комнату. Убранство его спальни было аскетическим, что диктовалось его постоянной подвижностью. Он сидел на кровати, в позе лотоса, рядом дымились ароматические свечи. Затушив их до конца, он надел свою броню, и открыл дверь. За ней ждала работа.

***

— Наши счета вот-вот заморозят, надо поскорее снять все средства… — произнёс Карл, пересекая узкую Кантерлотскую улицу. Несмотря на то, что их теоретически не могли отследить, он всё равно постоянно озирался.

-Да, точно, вон терминал! – Джейсен немедленно указал на банкомат, встроенный в стену магазина. – Так, в нём камера, в этом я уверен. Ну-ка, посмотрю, что я могу сделать с этой штукой.

При этих словах, его механический глаз наполовину вылез из своего паза, и из него выдвинулись дополнительные черные пластинки. Они встали на место живого глаза Джейсена, закрыв его наподобие солнцезащитных очков, только значительно толще. Благодаря этому, его личность стало невозможно определить даже самой совершенной аппаратуре – боевые импланты, несмотря на запрещенность, были постоянным товаром на черном рынке, и носителей таких устройств было относительно немало. Они подошли к терминалу, и Карл остался вне поля зрения камеры, ожидая, пока Джейсен заполнит свои данные. Через пару мгновений, раздался шорох купюр. Он продолжался в течение двадцати секунд.

-Три миллиона наличкой… Знаешь, импланты имеют свои преимущества, — отметил пилот-испытатель, открывая емкость в своём бедре и запихивая туда гору зеленых бумажек. – Так, давай теперь ты.

Карл продиктовал ему кредитные данные, но терминал выдал ошибку, сказав, что счет заморожен. Когда он запросил причину, база данных ответила “Счет остановлен в связи со смертью владельца. Проходит процедура определения родственников”.

-Ну что ж, все считают, что ты погиб, — Джейсен неловко взглянул на своё переднее копыто. – Может, оно и к лучшему, вряд ли тебя…

-Я уверен, за нами еще движется хвост, — прервал его Карл, вновь оглядывая улицу вокруг. Народу было не так много, и никто не обращал на двух пользователей банкомата особого внимания. — Мы слишком много натворили…

-Убили около полусотни солдат, пытали главу корпорации, вырезали хребты той парочке, до смерти напугали твою знакомую…

-Вот не сыпь соль на рану, а?

-Карл, ты о чём вообще? – Джейсен смотрел на него со смесью недоумения и соболезнования.

-Постой, ты сейчас ничего не говорил. Верно?

-Да.

-Мне мерещатся голоса. Всё чаще… — Карл коснулся лба. Температуры не было, и чувствовал он себя замечательно, только мышцы периодически затекали.

-Может, это стресс. На нас многое свалилось, и я удивлюсь, если мне не будут сниться кошмары. Пойдем к моей сестренке, она тут недалеко живет.

Они подошли к обычному грязному подъезду, неотличимому от сотен других, стоявших в идеальных рядах. В коридоре пахло кошками и мочой, на ступенях осели толстые сальные слои, оставлявшие мерзкое ощущение на кончиках копыт. Пройдя несколько пролетов, Джейсен подошел к толстой стальной двери, и нажал на звонок. Внутри квартиры раздался приглушенный “дзинь”, за которым последовали многочисленные шорохи, фраза, похожая на “Маркиз, уйди”, и шипение.

-О Селестия, о Луна, о Каденс! – с этими словами, дверь открылась, и прямо с порога на Джейсена бросилась белая пегасочка в желтом халате с бабочками. Её розовая, похожая на жвачку, грива мгновенно закрыла лицо фиолетового единорога. – Джейсен, я так по тебе соскучилась!!! Что с тобой случилось? Что с твоим глазом? А твоими ногами? Ох, пресвятая Луна, я знала, что с тобой что-нибудь да случится, я…

Её губ мягко коснулось копыто Джейсена.

-Я говорил тебе, как ты похожа на маму? – с улыбкой спросил он. – Я всё расскажу, но давай сперва мы отдохнём с дороги. Кстати, это Карл, мой коллега.

-Очень приятно, меня зовут Сандра. Извините за такой приём, я просто совершенно не ожидала гостей, и…

-Всё в порядке, — Карл успокаивающе улыбнулся. – Я бы тоже испугался, увидев свою сестру в таком состоянии. Прошу, не беспокойтесь, Джейсен не из тех, кого собьёт с ног потеря… ну… ноги.

Судя по лицу Сандры, это заставило её волноваться еще больше. Джейсен, заметив её нервозность, приобнял её, и повел в квартиру.

Внутри всё было обставлено скромно, и как-то по-домашнему уютно. Пастельный ковролин на полу, белый потолок, бежевые стены, желтоватый свет ламп – всё создавало иллюзию старого, слегка выцветшего снимка. Едва они прошли через дверь, они попали в маленькую прихожую. Справа находился зал, в его дальнем углу стоял телевизор, напротив него находился диванчик, окруженный шкафами, в которых стояли разнообразные чайные сервизы. Позади зала находилась дверь в спальню.

-Я люблю их собирать, приятное хобби, — сказала Сандра, поймав взгляд Карла, направленный на обилие сервизов в стеклянных шкафчиках. – Создаёт атмосферу, умиротворяет…

Слева находилась небольшая, чистая кухня, впереди – закрытая комната, из которой доносилось гудение стиральной машины.

Из корзины, стоявшей возле входа на кухню, на Карла смотрели два злобных янтарных глаза. Белый короткошерстный кот был крайне недоволен тем фактом, что его оторвали от хозяйки какие-то незнакомцы. Едва Карл потянулся, чтобы погладить его, он одарил инженера взглядом, который мгновенно отбил у него любое желание вообще хоть как-то с ним контактировать.

— Обычно Маркиз приветливый, но, по-видимому, сегодня не в духе, — в ответ, кот свернулся в комок и засопел. – Изволите чаю?

-Да, спасибо… — несмотря на то, что эта пегасочка была сестрой Джейсена, что-то заставляло Карла нервничать. У него было странное чувство, что она видела его насквозь.

Пока Сандра хлопотала с чайником и кружками, Карл и Джейсен уселись за стол, оглядывая картину, висевшую на вытяжке над плитой. Кантерлотский Замок в свете рубинового заката. Идиллия.

Их задумчиво-сонное состояние прервал стук двух кружек, коснувшихся поверхности стола. Карл продолжил смотреть на картину, думая о тараканах в своей голове, а Джейсен начал по очереди выдвигать инструменты из своего правого импланта, пытаясь найти подходящий. Три щупальцеобразных отростка, переходник для управления аппаратами, отвертка, зажигалка, разводной ключ, кристалл памяти, плазменное оружие – ничего не подходило. В итоге, Джейсен просто поднял кружку своей магией, хотя это удавалось ему с трудом. Сандра неотрывно следила за его движениями, и несмело потянулась к его левому копыту.

-Какие холодные, — с её губ сорвался судорожный вздох, когда она коснулась поверхности импланта. Джейсен взглянул на неё, слегка приподняв бровь.

-Пришлось, я ничего не мог поделать, — он слегка приподнял кружку, такт своим словам. – Да и преимуществ у них много.

-Но они не твоя часть, Джейсен. Это не твои копыта, это — суррогаты, неправильные, неживые копии!

-Ты всегда к этому была чувствительна… — Джейсен улыбнулся. Карл слушал их разговор краем уха, пытаясь понять, слышит ли он чуждые голоса, или нет.

-А ты всегда относился к этому наплевательски! – в глазах Сандры загорелась боль. – Как ты не понимаешь, что разум привязан к телу, и чем меньше в тебе того, что дала тебе Селестия от рождения, тем сильнее ты отдаляешься от мира!

-Глупости. В мозги мне не лезли, и ничего не меняли. Послушай, — он приблизился и заглянул в глубину её лазоревых глаз. – Я обещаю, что бы ни случилось, я всегда останусь таким, каким ты меня помнишь.

-Ладно, — Сандра вздохнула. – И как это произошло?

-Глаз – когда тестировал погрузчик. Было не больно, я просто проснулся в больнице. Карл помогал мне вернуться в строй, настраивал имплант и всё такое… — Джейсен приблизил кружку к губам.

-А ноги?

Вопрос повис в воздухе. Джейсен, опустив кружку, беспомощно взглянул на своего друга, но он тоже не знал, что сказать.

-Нууу, такое дело… В общем… — разум Карла пустился в галоп по всем видам опасности, какие он знал. – Вертолет! Лопасть оторвалась на испытаниях, и...

-Да, да, так и было! – Джейсен немедленно подхватил идею. — Кажется страшным, но рядом были медики, мне всё сделали на раз-два!

Нина слегка прищурилась, почуяв ложь, но из прихожей вдруг раздался “дзинь”.

— Еще какие-нибудь родственники? — спросил Карл, слегка ухмыльнувшись. Сандра испуганно взглянула на календарь, стоявший на углу стола.

-Н-нет, я не знаю, кто это… — она скрылась в коридоре. Карл и Джейсен, переглянувшись, последовали за ней.

Когда Сандра открыла дверь, на порог зашли пегас и обыкновенный пони, оба – богатырских размеров. Они были одеты в строгие костюмы, выглядящие комично на их массивных фигурах.

-Максвелл, надеюсь, вы не забыли о том, какой сегодня день? – вопрос был пропитан фальшивой вежливостью.

-Сегодня не тот день, он через неделю… — Сандра бросила испуганный взгляд через плечо, пытаясь глазами сказать своему брату “не лезь”.

-Что-то не так? – Джейсен подошел к двоим здоровякам, приветливо улыбаясь. Карл занял позицию немного позади.

-Нет, никаких проблем, у нас деловой разговор с мисс Максвелл, — земной пони выдавил из себя улыбку. – Босс перенес дату, теперь она сегодня.

-К сожалению, денег у меня пока нет, начальник задерживает выплаты. Через неделю, всё будет.

-Дорогуша, — над Сандрой навис огромный пони, выдвинув из скрытого кармашка накопытное лезвие. Пегас тем временем следил за Карлом и Джейсеном. – Нам нужны деньги сейчас. Наш босс отсрочек не любит…

-Советую тебе убрать его, пока у твоего горла не оказалось такое же, — сказал Джейсен, взглядом указывая на нож. Добродушная улыбка по-прежнему не покидала его лицо, но улыбчивые морщинки в уголках глаз пропали.

-Молчи, не твое дело, щенок, — процедил здоровяк с ножом, смеряя пилота презрительным взглядом.

Джейсен выдвинул из своего импланта плазменное орудие и приставил ко лбу здоровяка. Карл, мгновенно среагировав, бросился к пегасу, схватил его за горло, и, приподняв над землей, прижал его к стене. Несмотря на разницу в весе и габаритах, Карлу это удалось на удивление легко.

-Я предупреждал. Так зачем вы явились? – произнёс Джейсен со скучающим видом. Взгляд Сандры скакал с задыхающегося здоровяка в хватке Карла на того, в чье лицо был направлен ствол.

-У твоей подруги, — он буквально выплюнул последнее слово. – Огромные долги. Наш босс…

-Насколько большие? – спросил Джейсен, не опуская оружия.

-Полмиллиона, — при этих словах здоровяка, Сандра потупила взор.

По губам Джейсена скользнула ухмылка. Его заднее бедро раздвинулось, и он не глядя достал оттуда кучу купюр.

-Этого будет достаточно. Теперь выметайтесь оттуда.

Карл, взглянув на своего пленника, понял, что чуть не задушил его. Он ослабил хватку, и огромный пегас, кашляя, рухнул на пол.

-А зря… — этот шепот Карл слышал совершенно отчетливо, но был уверен, что ни один из присутствующих этого не произносил.

-С вами приятно иметь дело… — ответил рослый пони, скорее по привычке, покидая комнату. Пегас выполз за ним. Джейсен закрыл дверь и повернулся к своей сестре.

-Вижу, и тебе есть, что рассказать, — спокойно отметил он, сворачивая свой имплант в форму привычного копыта. Сандра всё еще смотрела в пол, в уголках её глаз начали собираться слезы. Это смягчило её брата. – Ладно, пойдем на кухню.

Сандра молча проследовала за ним. Карл, выходя из прихожей, заметил, что кот, не покидавший корзинку, сверлит его подозрительным взглядом.

-Итак, долги… Почему ты мне не сказала? – спросил Джейсен, вращая кружку в механических копытах.

-Это началось сравнительно недавно, да вдобавок, я считала, что смогу сама с этим справиться. Я… оказалась немного азартной, — Карл заметил, что её копыта слегка тряслись.

-Немного азартной? Ты проиграла полмиллиона в карты! – Джейсен засмеялся. – Знаешь, ты умеешь удивить! Вроде такая тихоня всё время, а тут… Ну, молодец, молодец!

-Хватит издеваться! – закричала Сандра, скрывая лицо в копытах и тихо всхлипывая. Карл пронзил Джейсена укоризненным взором.

-Прости… Я не думал, что ты будешь так… — единорог оказался абсолютно растерян. – Прости.

-Я проиграла меньше, но моя одна моя… — Сандра перестала плакать и замялась, отпив чаю. Никто её не торопил. На её щеках светились серебристые дорожки. – Знакомая… оказалась в опасности. Мне нужно было за неё заплатить.

-М-да, умеешь ты знакомых выбирать… — Джейсен перестал вертеть кружку, и поставил её на стол. Карлу пришла в голову такая же мысль, но он решил никак её не комментировать.

-Она не виновата. Точнее… — Сандра замялась, решив переменить тему. — Откуда у тебя такие деньги?

-Я много работал. Всё-таки, высокие риски – высокая зарплата, — произнёс Джейсен, коснувшись глазного импланта. Красная линия в механизме моргнула.

В комнате повисла тяжелая, липкая тишина. Карл тяжело вздохнул, заставив Сандру вздрогнуть.

-Ладно, всё уже позади, — сказал Джейсен, обращаясь не то к Карлу, не то к своей сестре. – Мы устали что-то…

-Да, конечно… Сейчас, я всё устрою, — она встрепенулась и ушла в соседнюю комнату.

-Она милая… — отметил Карл, провожая хозяйку дома взглядом.

-Да уж, замечательная сестра. Вот какая бы тебе жена подошла – тихая, скромная, хозяйственная, — сказал Джейсен, глядя на дно своей кружки. – Пускай немного азартная, но ведь противоположности притягиваются, не так ли?

-Когда же ты перестанешь тыкать меня носом в тот факт, что я холостяк? – усмехнулся Карл, глядя на свою кружку, из которой он еще не сделал ни одного глотка.

-Когда погуляю на твоей свадьбе, — ответил Джейсен, магией отправляя пустую кружку в раковину.

-А ты думал, что я ей скажу по поводу своей профессии? Если она вообще останется к тому времени?

-Это, конечно, верно, но просто возьми её на заметку.

-Ты говоришь так про всех своих знакомых кобылок. Если бы я брал всех на заметку, у меня бы память сломалась.

-Но на этот раз, я полностью уверен в выборе! – Джейсен улыбнулся.

-Всё готово! – донёсся голос из зала.

Два друга отодвинули стулья, и пошли в соседнюю комнату. На столе осталась дымящаяся кружка. Через несколько минут, все обитатели квартиры уже крепко спали.

***

Посреди оживленной Кантерлотской улицы материализовалась стройная белая драконица с фиолетовыми шипами. Она была одета в облегающее черное платье, подшитое серебряными нитями, образовывавшими свёрнутую кольцами змею. Стряхнув с себя магическую пыльцу и пригладив шипы на голове, драконица осмотрелась в поисках старого особняка. Он стоял в конце улицы и был окружен высоким стальным забором, за которым покоился большой, цветущий, несмотря на холодный декабрь, сад.

Пока Алексарис, слуга Малдоса, шла к этому зданию, она мысленно примечала всех, кто обращал на неё слишком много внимания, а таковых было много. Нечасто кому-либо удавалось вживую увидеть дракона, они стали скрытными и редко появлялись на публике. Драконица мысленно представляла самый удобный и быстрый способ умерщвления каждого обитателя улицы, но ей приходилось постоянно себя сдерживать. Годы слежек и подпольной работы не прошли для неё даром.

Чтобы отвлечь себя от кровожадных мыслей, она присмотрелась к особняку. Высокие арки, покоящиеся на могучих колоннах. Витраж, выходящий на главную улицу, чьи разноцветные драгоценные камни образовывали змею, похожую на рисунок на платье белой драконицы. Шипастые купола, узкие окна и крепкие решетки дополняли картину совершенной крепости. Вдобавок, драконьему взору открывались многочисленные магические руны, которые обычные пони были неспособны приметить.
“У министра есть вкус, с этим не поспоришь…”- подумала Алексарис, приближаясь к воротам и приоткрывая их. Как она и ожидала, в воздухе проявились две охранные руны, которые мгновенно оповестили хозяина о госте. Драконица, пожав плечами, прошла на крыльцо и нажала на звонок.

Дверь почти мгновенно раскрылась, за ней находился статный пурпурный дракон с зелеными шипами. Он был одет в строгий костюм, а в его руке находилась кружка с инкрустированным в неё рубином. Судя по запаху, в ней находился крепкий кофе.

Сперва взгляд хозяина особняка был подозрительным, но через пару мгновений он смягчился.

-Мисс Алексарис? Я не ожидал вас сегодня увидеть. Что привело вас сюда?

-Извините за то, что явилась без приглашения, господин министр. Дела приняли неожиданный оборот, и я прибыла, как только освободилась. Позволите войти?

Спайк отошел в сторону, пропуская гостью. Перед тем, как закрыть дверь, он тщательно осмотрел улицу и взмахнул рукой, обновляя защитные руны.

Алексарис устроилась на диване и начала осматривать гравюру на внутренней стороне главного купола особняка. Она изображала Кристальную Империю в её лучшие годы – высокие иглообразные шпили, пронзающие небеса, Хрустальное Сердце над главным замком, сотни пони на площади, наслаждавшиеся ярмаркой, и бескрайние ледяные горы вокруг. Алексарис вспомнила, что около ста сорока лет назад, Кристальная Империя вновь пропала, заставив тысячи ученых гадать о причинах её исчезновения. Заметив, что Спайк сел в кресло напротив неё, она начала нервно перебирать пальцы.

-Сэр, сначала, я хочу извиниться за тот спектакль, который я учинила в Консулате, — её глаза бросили на Спайка печальный взор.

Спайк улыбнулся, наливая себе виски из бутылки, которую он магией притянул из кухни. Жестом, он предложил своей гостье напиток, но она отказалась.

-Ничего, Алексарис, я понимаю. Малдос, — белая драконица испуганно сглотнула, когда имя её повелителя сорвалось с уст Спайка. — Приходит в ярость, если что-то идет не так. Я не представляю, как вам приходится изворачиваться, чтобы завоевать его доверие. Редкостная сволочь, но командующий он хороший.

-Да, это так… — Алексарис пригладила шипы на голове, будто поправляя прическу. Её не пугали ченджлинги, её не пугали болезни, её не пугали войны, но одного дракона она боялась до безумия. – Что самое страшное, Лорд Малдос заставил меня следить за вами, господин министр!

-Я не удивлен. От него стоило этого ожидать, учитывая наши… Разногласия.

При этих словах, Алексарис улыбнулась, но в её глазах всё еще таился страх. Спайк, заметив это, щелкнул когтями. Из кухни прилетела розовая бутылка и бокал, аккуратно приземлившиеся на журнальный столик. Сапфировые глаза белой драконицы расширились от удивления.

— Baies De Frost? Но это же…

-Ваше любимое, я знаю. Прошу, угощайтесь, — зеленый дракон еще одним щелчком заставил бутылку наполнить бокал.

-Но, господин министр, я не могу…

-Глупости, я настаиваю. И прошу, называйте меня Спайк, мы уже давно знакомы.

-Н-но сэр, это было неофициально и…

Спайк вспомнил, как он познакомился с Алексарис. Он был Филлидельфии, служил шафером на свадьбе драконицы с жеребцом, и эта свадьба должна была стать определенной вехой в развитии отношений между Эквестрией и народом драконов, но прямо на алтаре, невесту буквально разорвало на части. Спайк был единственным драконом на той свадьбе, кроме к тому моменту покойной невесты, и сумел увидеть ассассина, скрытого драконьими заклинаниями. Он стремительно удалялся с места преступления, и Спайк пустился в погоню.

Определенные драконьи руны работали только против не-драконов, так что лишь он видел свою цель, всем окружающим казалось, что он преследовал порыв ветра. Погоня была долгой, но благодаря паре трюков, почерпнутых из Эквестрийских книг, Спайк сумел догнать убийцу и прижать её к стенке.

По её словам, она была агентом Малдоса, одним из самых приближенных, и именно по его приказу, невеста была устранена. Вначале, Спайк не поверил её, думая, что это некий трюк военного министра, но в глазах Алексарис он увидел лишь страх – страх перед своим повелителем. Этот первобытный ужас нельзя подделать, нельзя спрятать, он везде будет оставлять свой след. Именно тогда он предложил ей помощь, и, после недолгих уговоров, она согласилась с ним сотрудничать.

Вынырнув из пучины воспоминаний, Спайк увидел, что Алексарис всё еще держит бокал в своих когтях, не решаясь отведать прекрасного вина.

-Давайте по-вашему, теперь наше знакомство будет официальным! – произнёс зеленый дракон, поднимая свой бокал, полный тёмно-золотистой жидкости. – Меня зовут Спайк, я — министр по связям с Эквестрией в Драконьем Консулате.

Алексарис несмело подняла бокал.

-Я – Алексарис Пур, верная служащая Лорда Малдоса, Военного министра Драконьего Консулата.

-Очень приятно, мисс Пур! Давайте же выпьем за наше здоровье.

Выпив полный бокал виски, Спайк слегка поморщился и встал из кресла.

-Прошу, пройдите за мной, я хочу показать вам моё скромное обиталище.

Алексарис взглянула на розовую бутылку с некоторым сомнением. Теплое ощущение на её языке подсказало ей правильное решение. Наполнив бокал, она проследовала за Спайком в галерею. Общаться так неофициально с министром ей было непривычно. Малдос всегда был демоном во плоти, Цилистион любой вопрос сводил к выгоде, а с Эулдарисом вообще было подчас невозможно разговаривать из-за полной прострации, вызванной обилием запахов от трав и зелий в его логове.

-Итак, это мой дом! Благодаря некоторым связям с Кантерлотским замком, я получил этот великолепный образец древней архитектуры абсолютно бесплатно! — Спайк начал своё помпезное выступление, к которому он, без сомнения, довольно долго готовился. Алексарис улыбалась, слушая его речь. Вино позволило ей расслабиться, и спокойно наслаждаться обществом министра.

-Здесь у меня находятся картины! Как видите, все они принадлежат копытам, крыльям, хвостам и рогам Эквестрийского народа! Только посмотрите, какие изящные формы, какая глубина смысла! – белая драконица заинтересованно осматривала картины, периодически делая небольшие глотки из бокала.

-Вот здесь находятся скульптуры! – Спайк, заметив опустевший бокал в когтях Алексарис, вновь наполнил его из бутылки, появившейся прямо из воздуха. – Они тоже сделаны копытами пони, и здесь содержатся оригиналы очень известных произведений! Эпплузианский Мыслитель, Венера Кантерлотская, Статуя Равенства! Хотя, признаюсь, последняя – очевидно не оригинал, но это макет, который делал сам скульптор для проверки пропорций.

Алексарис заметила небольшую каменную дверь в дальнем конце помещения со скульптурами.

-Сэр Спайк, прошу прощения, что прерываю вас, но что находится там?

Когда зеленый дракон взглянул на дверь, его взгляд затуманился. Алексарис терпеливо ждала его ответа.

-Будет лучше, если я вам сам покажу, — наконец сказал фиолетовый дракон.

Он толкнул каменную дверь, заставляя чугунные петли жалобно, натужно скрипнуть. Внутри было достаточно просторно, но пусто, потолок комнаты был выполнен в виде купола, в его центре находилось отверстие для солнечного света. Пока Спайк и Алексарис осматривали картины, уже наступил вечер, поэтому Спайк зажег свечи. В неверном, дерганом освещении, на стене блеснули драгоценности. Пять ожерелий, на одном – три розовые бабочки, на втором – облачко с радужной молнией, на третьем – три розовых воздушных шарика, на четвертом – три красных яблока, на последнем, самом верхнем, три ромбовидных сапфира. Композицию вершила корона с шестиконечной звездой. Она светилась изнутри мягким пурпуром.

-Это… — Алексарис не могла найти слов, чтобы описать волнение, захватившее её при виде этих талисманов.

-Да, это Элементы Гармонии. Я был знаком с ними, я рос с ними. Я любил их, — он робко коснулся ожерелья с тремя сапфирами. – Это было очень давно, но я до сих пор помню их. Они дают мне силы сражаться с Малдосом, они вдохновляют меня на сражение за то, что мне дорого. За то, что я считаю правильным.

Он одним залпом опустошил свой бокал, и щелчком когтей призвал новую бутылку. Алексарис взглянула в свой бокал, и повторила жест Спайка, словно это был невысказанный тост.

Из отверстия в потолке подул ветер, и свечи судорожно дернулись, осветив нишу, находившуюся между ожерельями. Там стояла старая, выцветшая фотография в прочной деревянной рамке. Алексарис осторожно взяла её и поднесла к свету. На ней были изображены шестерка пони, и невысокий фиолетовый дракончик. Они смеялись, глядя на большой торт. Надпись на белой ленте на заднем плане гласила “Спасибо, что спасли Эквестрию!”.

Внимание белой драконицы привлекла одна конкретная пони.

-Спайк… — она сама не заметила, как перешла на “ты”. – Она похожа на…

-Тебя. Да, это так. Рарити…

В неверном сиянии свечей, по щеке дракона скатилась слеза. Молча, он опустошил еще один бокал, и вновь наполнил его, заодно освежив и напиток Алексарис.

-Она была прекрасна. Я любил её всем сердцем. Мы жили вместе, счастливо. Всё было прекрасно… — он осёкся. Его взгляд стал стеклянным.

-И что случилось? – спросила Алексарис, пытаясь вывести Спайка из ступора. Он взглянул на драконицу так, будто впервые увидел её.

-То же, что и со всеми… — он обвел рукой все шесть украшений. – Время случилось. Никто не мог желать для них лучшего конца, конечно. Одна за другой, они просто уходили во сне. Рарити была последней. Тогда, она сказала мне лишь одну вещь, одну фразу, которую я помню до сих пор. “Я ни о чём не жалею”… Для меня, это было откровением…

Алексарис молчала, не зная, что сказать. Она пригубила вино, потупив взор. Спайк, тем временем, вновь опустошил свой бокал. В его глазах появился мягкий изумрудный туман.

-Когда их не стало, я просто… Сломался. Я пил где-то… Неделю? Или месяц? Может, год, я не знаю, нам, драконам, это не важно. Просто так, бокал за бокалом, пинта за пинтой, рюмка за рюмкой. Очень долго… Потом я проснулся где-то в подворотне, у меня во рту будто прорвало канализацию, голова была похожа на мыльный пузырь, готовый взорваться в любой момент, тело стало тряпичным, вялым, слабым. Возле меня стояла какая-то маленькая кобылочка, совсем ребенок. Она смотрела на меня с подлинным, непосредственным, детским интересом. Я спросил, чего она хочет, она ответила вопросом на вопрос, мол, ты ли тот дракон, что спас Эквсетрию от Великой Тьмы Сомбры? Я ответил, что это я, что я еще мог ответить? – Спайк вновь опустошил бокал. Заметив пустые руки Алексарис, он глупо улыбнулся. – Извините… – Он призвал новую розовую бутылку и продолжил. — Она спросила, почему я не живу в замке с принцессами, почему не хожу на балы, почему то, почему сё… В итоге, всё свелось к простому “Почему ты лежишь здесь?”. Я не смог ей ответить, и это… Это открыло мне глаза. Я понял, что я стал ничтожеством, и понял, что это – не то будущее, которое от меня хотели мои друзья. Я просто переродился благодаря этой маленькой кобылочке и её маленькому вопросу. Я решил жить дальше…

Он обвел взглядом висящие на стене ожерелья, поставил фотографию поглубже в её нишу, и глубоко вздохнул.

-Они утратили силу, каждый Элемент Гармонии должен находить свой собственный оберег, свою призму, через которую он будет направлять магию Дружбы. Я держу их здесь, потому что их носили те, кто мне дорог. Безумно дорог.

Комната погрузилась в тишину.

-Спайк, прошу прощения, что заставила вас всё это рассказать, я не хотела причинить вам боль, — Алексарис осматривала каменные плиты пола.

-Боль? – Спайк улыбнулся. – Ты даже не представляешь, как ты мне помогла. Думаю, мне просто надо было высказаться… Знаешь, есть еще одна картина, которую я хочу тебе показать, она в моей особой коллекции.

Они пошли в другое крыло здания, пройдя мимо рабочего кабинета и кухни. В круглой полутемной комнате стояла большая кровать, напротив которой висела картина, занимавшая всю стену. Прекрасный пейзаж утреннего Понивилля.

-Это прекрасно! – произнесла Алексарис, осматривая гигантское произведение искусства. За счет особых зачарований, оно меняло погоду, время дня и обитателей города. Оно казалось порталом в маленький, тихий, мирный городок. Картина казалась живой.

-Да, это нарисовала моя подруга, Элемент Доброты. Когда я ложусь спать, я вспоминаю, как мне было там хорошо… — его туманный взор остановился на фигуре драконицы, скрытой черным платьем.

Она развернулась к хозяину дома. В её сапфировых глазах также гулял дымок.

-Так вы всё это специально сделали? Приберегли самую красивую картину напоследок? – она улыбнулась, подойдя в упор к хозяину дома.

-Пожалуй, да… — ответил Спайк, вдыхая запах её духов.

-Это работает…

Она толкнула его на кровать.

***

Карл вновь видел ту сцену: он окружен солдатами, в его хватке зажата Кэролайн, а на его копыте закреплен дымящийся плазменный инструмент. Из бронированной черной орды перед ним шагнул Морган, и, как и тогда, сказал:

-Бросьте оружие и отпустите Мисс Эппл!

Кое-что, в прочем, изменилось. От каждого бойца ВСКБ, кроме Моргана, тянулись нити. Тонкие, едва заметные нити, за которые дергал кто-то за материей реальности.

-Боюсь, вы не в том положении, чтобы от меня что-то требовать! – губы Карла шевелились, но он не говорил этих слов.

— Равно как и вы, Карл… — При этих словах, Морган растворился в шевелящейся черной массе, в которую превратился легион солдат. Эта масса медленно и неотвратимо надвигалась на Карла. Заложница в его хватке превратилась в облако зеленого дыма. За окнами, ревя двигателями, появился десантный челнок, его крылья ощетинились пулеметами.

Карл увидел в черной массе два красных огонька, полных злобы и ярости. Масса приблизилась уже вплотную, но была остановлена стеной огня, созданной челноком. Карл стоял на грани света и тьмы, и из тьмы на него смотрели два тлеющих уголька, полных бесконечной злобы, древней, как сама Вселенная.

Карл проснулся в холодном поту. Его сердце билось так, будто он пробежал всю Эквестрию за ровно десять секунд. В его голове творился бардак, составленный из обломков сна и реальности. Ему казалось, что во тьме зала кто-то есть, и этот кто-то следит за ним, ожидая идеального момента для атаки. С трудом выпутавшись из мокрых простыней, Карл зашагал на кухню, не зная, куда еще пойти. Из тьмы коридора на него укоризненно смотрели два янтарных глаза с вертикальными зрачками. Ужас пригвоздил его к полу, пока он не понял, с кем имеет дело.

-Кошмары… — сказал Карл извиняющимся тоном. Глаза погасли.

Вслепую нашарив выключатель, он включил свет на кухне и заварил себе чай. Глубокий, подсознательный страх не отпускал его, вцепившись в его разум, как акула, схватившая добычу.

— Не спится? – в кухню вошла Сандра. Она была одета в тот же желтый халат, в котором она встретила гостей. Её грива была слегка взъерошена, что придавало её облику некий домашний вид.

-Да, на нас многое свалилось… — Карл сел за стол, держа в копытах кружку. Он не заметил, что вчерашняя кружка до сих пор стояла на столе.

-Знаешь, когда я тебя увидела, я сразу поняла, что тебя что-то тревожит, — её голос оторвал Карла от созерцания чайного листика, плававшего в тёмной воде. Он удивленно взглянул на неё. Она улыбнулась, склонив голову набок. – Я по профессии психолог. Хотя, в твоём случае, проблему можно увидеть и нетренированным взглядом.

-И в чем же моя проблема? – спросил Карл, понимая, что его подозрения по поводу её проницательности подтвердились. Сандра села рядом с ним.

-Будет лучше, если ты мне скажешь, — в её голосе было что-то убаюкивающее.

Карл собрался с мыслями. Он мог рассказать всё, сказать, сколько крови он пролил, пока его не убили. Он мог всё выдумать, притвориться, что всё лучше, чем есть на самом деле. Он мог сказать, что всё хорошо. Он мог промолчать. Взглянув в её глубокие лазурные глаза, он принял решение.

-Я слышу голоса. В голове.

-Значит, голоса… Что же они говорят? – с интересом спросила Сандра.

-Что их нет…

-Что их нет, — повторил Карл, слегка поморщившись от скрипучего шепота.

— Я вижу, что вы через многое прошли, Карл, и я уверена, вы вряд ли захотите мне рассказать, что именно вы сделали. В одном я уверена – вы слышите эти голоса не просто так, — она коснулась бока Карла. Её прикосновение было тёплым и расслабляющим. — Наше подсознание – совершенно неизвестное пространство, даже после многих лет исследований, но всё, что в нём существует, неразрывно связано с нашей жизнью.

-Думаю, я не совсем понимаю, к чему вы клоните, — на Карла навалились чары Сандры вперемешку с эмоциональной усталостью, сделав его разум заторможенным.

-Давайте на “ты”, ты – коллега моего брата, а значит – и мой друг. Я вижу, что ты – хороший пони, но тебя терзает чувство тревоги. Дай догадаюсь – тебе кажется, за тобой кто-то следит.

Карл не ответил. Он смотрел в тёмный коридор.

-Джейсен, с этой штукой, ты уж точно не останешься незамеченным…

Во тьме сияла рубиновая полоска. На губах Джейсена, ступившего в освещенную кухню, играла улыбка.

-Так и знал, что спать не будете. Готов поспорить, сестренка тебе мозги чистила, она это умеет. Умела еще до того, как поступила на психолога. Не зря у неё кьютимарка – спиралька, вроде гипноза.

— Серьезно? Я как-то не заметил, — честно признался Карл. Он был слишком уставшим прошлым днём, и не озаботился осмотром крупа Сандры. — Она спрашивала у меня про паранойю.

-“Вы боитесь, что за вами кто-то следит”, не так ли? – Джейсен налил себе кофе. – Знаешь, сестренка, ты даже не представляешь, насколько страх в нашей ситуации оправдан… — он понял, что сболтнул лишнего, но было уже поздно.

-В каком это смысле? – спросила Сандра, начиная волноваться. Джейсен и Карл переглянулись.

Пока хозяйка готовила завтрак, они описали ей всё в общих чертах, тактично умолчав про убитых и раненых в процессе их приключений. За окном уже встало Кантерлотское солнце. Из-под окон начал доноситься собачий лай, гул автомобильных двигателей и пешеходный гвалт. Столица медленно оживала, даруя своим жителям очередной день, полный стрессов и головных болей.

-Вот так мы здесь и оказались… — закончил Карл.

-Я просто не могу в это поверить. Понятно, почему вам не спится, я бы после такого зарылась в кровать и никогда из неё не вылезала…

-Да брось, всё не так плохо, — Джейсен попытался свернуть разговор. — Мы поживем у тебя пару деньков, переждем бурю. Не беспокойся, тебе ничего не грозит.

-Я не беспокоюсь, братец. Я же знаю, ты у меня стойкий, ты меня защитишь, — она улыбнулась, увидев румянец на щеках Джейсена. Карл впервые за несколько дней по-настоящему, от души посмеялся.

-Кстати, о сегодня… Мне нужно быть на Триумфальном Мосту, — сказал он, следя за реакцией своих друзей. Джейсен пожал плечами и спрятал лицо в кружке, а на лицо Сандры набежала тень.

-Я не думаю, что это хорошая идея… — произнесла она, покачивая головой, но её прервал Джейсен.

-Ну что плохого может случиться?

Продолжение следует…