Странник. Путешествие второе. Между мирами
"Батарейка"
"Каждой марионетке свой кукловод"
— Что ж, вы молодец...
Рядом с Эмили по длинному коридору грациозно вышагивал уже знакомый ей единорог с кремовой шерстью, всегда одетый в опрятный полупиджак с галстуком.
— Куда мы идём? — спросила у него журналистка.
— К вашему новому месту работы... — ответил ей Пётр Петрович. — По правде говоря, после некоторых совершённых вами поступков я откровенно сомневался в вашей кандидатуре, но вы, не смотря на все внешние и внутренние преграды, оправдали мои надежды...
— И кем я буду работать? — всё так же безэмоционально спросила кобылка.
— Главным Редактором, — проговорил единорог, — вам уже не впервой... Этот фактор, кстати, тоже учитывался.
— Главным редактором чего?
— Этой Вселенной... — туманно ответил Врачевский. — По сути, вы будете продолжательницей дела Саймона Брауна, или, проще говоря — Самого Его.
— А... Вы уверены, что... — Эмили запнулась, — именно я должна... Занять эту должность?
— Абсолютно, — чётко произнёс единорог. — В этом не может быть никаких сомнений.
— Что ж... — задумавшись, проговорила кобылка. — Ладно. Хорошо. Идёмте...
Евгений распахнул дверь и оказался... В собственной спальне. В кровати лежал он сам, а над его ложем склонился некто, облачённый в длиннополый плащ, скрывающий под этой чёрной завесой почти всю свою весьма странную наружность. В руках этот некто держал прикроватный будильник, доставшийся Серскому от бабушки — он переводил его стрелки на восемь часов и сорок минут...
— Что... Что вы делаете? — воскликнул Евгений. — И кто вы вообще такой?!
— Тише!.. — шёпотом прикрикнул незнакомец. — А то ещё разбудите... Представляете, что случится?
— Нет... — озадаченно ответил молодой человек, значительно понизив тон, — но... Вы не ответили на мой вопрос…
— Я, друг мой, зовусь Натаниэлем, — ответил человек в плаще, — и я пригласил тебя сюда, чтобы сказать лишь одно, но такое значимое слово: Спасибо. Именно с большой буквы...
Натаниэль щёлкнул пальцами, и панорама сменилась. Теперь два человека стояли посреди вагона МежПространственного Экспресса. Мастер мог наблюдать сразу двух Евгениев: застывшего сидящего, зажмурившегося от яркого телепортационного всплеска, и неуклюже стоящего, ошеломлённо пытающегося понять, что происходит...
— Ты был отличной Батарейкой... — с некоторой любовью в голосе проговорил Мастеров. — Я, каюсь, даже привязался к тебе... Всё это время, пока я управлял твоим телом, твоими желаниями, твой разум развивался, становился всё более прогрессивным... Я верил, что однажды ты поймёшь всю глубину своего существования. И вот, теперь этот день настал.
Глаза Евгения вновь зажглись фиолетовым пламенем, и он схватился за голову: в сломленное подсознание одна за другой врывались сцены из его собственного прошлого. Он видел всё... Он понимал всё...
Вновь щелчок, и вновь иная картина. На этот раз — "посвящение" Евгения в Тёмные Паладины.
— Не правда ли, зрелищно получилось? — спросил Творец у своего создания и потрогал рукой, надёжно спрятанной под перчаткой, рукав плаща неподвижной версии Серского. — Знаешь, я ведь не просто так придумал этот балахон. Он должен был служить для тебя "защитной оболочкой". По сути, пока ты в нём, тебя нельзя умертвить механическим путём. Это было важно, так как ты должен был доставить мне зацепки в целости и сохранности. Как ни странно, даже сейчас ты — бомба замедленного действия. Сгусток неудержимой Энергии... Да, звучит пафосно, но на самом деле, так оно и есть...
И снова щелчок — теперь Создатель и Создание наблюдали за тем, как Эммит и Каросто улетали в пространственную дыру. Натаниэль протянул Евгению свою руку, горящую фиолетовым пламенем.
— Я хочу сказать тебе Спасибо, — говорил Мастер, — за то, что ты спас жизни триллионов существ. За то, что ты остановил моих идиотов братьев, которые не понимали, что Энергия в таких больших количествах — злейший враг живого. Спасибо за то, что вернул в Центр, туда, где им самое место, всех самых опасных заражённых — Грейвса, Липсетти, Лаптеву, свою подружку, многих и многих других... Ты воистину мессия. Ты — избранный. Избранный мною для того, чтобы спасти не только свой, но и тысячи других миров. Ты должен гордиться собой.
Теперь Евгений и Натаниэль материализовались в простом офисном кабинете.
— Как видишь, — продолжал Мастер Эн, — здесь нет никаких Пультов Управления, никаких Реакторов... Только ты и я... Так давай же завершим наше с тобой сотрудничество крепким приятельским рукопожатием.
Тёмный Паладин сначала было поднял руку, но потом резко отдёрнул и выхватил из ножен меч.
— Ох, и что же ты собираешься делать? — балахон и перчатки свободно упали на пол, будто под ними ничего и не было. — Будешь рубить воздух?
Евгений угрожающе посмотрел в пустоту...
— Ты всегда принимал решения за меня... — тихо проговорил он. — Так дай же и мне напоследок сделать самостоятельный выбор!
Человек зажмурился глаза и, размахнувшись что было сил, вонзил меч себе в грудь...
Лезвие прошло сквозь "непробиваемый" плащ, словно нож, которым режут масло.
— Стой!!! — только и воскликнул Натаниэль. — Ты... Ты же всех нас убьёшь!!! Всех до единого!!! Даже тех, кому ты так стремишься помочь!!! Одумайся!!!
Евгений покачнулся и мягко повалился на пол. Из груди его непрекращающимся потоком лилась вездесущая энергия, разрушающая всё на своём пути...
Преграды обращались в пыль... Многочисленные залы, коридоры, лифты... Всё это перестало существовать в мгновение ока...
Центр исчез так же внезапно, как и когда-то появился...
— И это вы считаете счастливым финалом?! — с негодованием воскликнула Кларк, прочитав последнюю строчку рукописи, подписанную фамилией Дарка.
— А кто вам сказал, что это будет слащавый рассказик для кобылок предпубертатного возраста? — в тон единорожке ответил Врачевский.
— То есть, для вашего Дарка является нормой уничтожение собственноручно созданного мира и массовое убийство мирных жителей? — всё больше распалялась Эмили.
— Вы сгущаете краски, — мрачно проговорил Пётр Петрович.
— А вы — нет? Если бы Дарк убил ваших родителей, знакомых, друзей... Вы тоже не обратили бы на это внимание, мол — так, издержки профессии?
— О Господи, Кларк, вы теперь никак не относитесь к вашему прежнему месту жительства! — возмущённо воскликнул единорог.
— Не забывайте, что Главный и Единственный Редактор здесь — я! — Эмили бросила грозный взгляд на своего оппонента.
— Что ж, госпожа Редактор, я очень надеюсь, что вы передумаете и примете единственно правильное решение... — Врачевский вышел из кабинета и, вопреки ожиданиям, аккуратно прикрыл за собой дверь.
Эмили несколько раз перечитала уже почти что выученные наизусть строки и... Достав из середины общего объёма рукописи плотную стопку листов, поднесла бумагу к свече. Спрессованные щепки, словно давно ожидая такой возможности, охотно воспламенились. Огонь строчку за строчкой пожирал судьбоносную для двух миров макулатуру, и что из этого выйдет — никому не известно...
Даже думать об этом не хотелось...
...- И кого же по вашему можно с полной уверенностью называть Странником?
— Любого из тех, кто путешествует между мирами, друг мой… Разве вы не знали?
— То есть, Евгений тоже является таковым?
— А вот это уже вопрос спорный… С одной стороны, он и вправду не мало странствовал, с другой — делал он это далеко не по своей воле…
— Выходит — очередной пространственно-временной парадокс?
— Получается, что так… Эх, люблю свою работу!..