Хаос и неприятности

День рождения - самый личный праздник. Каждый дарит тебе подарки, и ты чувствуешь себя хозяином положения. И даже дух хаоса его празднуют. И вот когда Дискорд готовился отмечать свой юбилей, происходит нечто неожиданное и хаотичное. Праздник под угрозой срыва.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Дискорд Король Сомбра

Неделя больших принцесс на National Geographic

Что, если принцессы пони на самом деле высшие стайные хищники? И что будет, если команда “National Geographic” решит снять о них документальный фильм? И что, если никто из пони не увидит в этом совершенно ничего необычного?

Твайлайт Спаркл Рэрити Принцесса Селестия Принцесса Луна Принц Блюблад

Гомункул

Даже не знаю что тут написать. Содержание будет по позже.

Принцесса Селестия Другие пони

Специальные эксперименты Твайлайт

Типичный попаданец в Эквестрию живёт в типичном подвале библиотеки Твайлайт. Куда же приведут их эксперименты и закончатся ли они когда-нибудь ?

Твайлайт Спаркл Человеки

Горячий дождь

Детектив в альтернативной Эквестрии. Твайлайт не аликорн. Пока что.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Добавить по вкусу

Строго следовать рецепту или импровизировать? Бесспорно, у каждого повара свой подход. А существует ли рецепт дружбы, от которого можно было бы отступать?

Пинки Пай Лира Бон-Бон

Собеседование

В поисках пони, способных помогать с её бюрократическими обязанностями, Твайлайт тратит большую часть времени на собеседования с потенциальными кандидатами. Когда ситуация доходит до пренебрежения её друзьями, Рэрити решает взять дело в свои копыта. Под чем она подразумевает попасть на собеседование к Твайлайт и вести себя настолько непрофессионально, насколько возможно.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити

Бренные останки

Разбирая обугленные останки своей библиотеки, Твайлайт находит довольно странную и жутковатую вещь. Стремясь узнать о ней больше, она опрашивает жителей Понивилля и своих подруг, попутно узнавая о них много нового...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк

Хорошая девочка / A Good Filly

Хочешь выжить в Кристальной империи — следуй правилам. Шайнин Фасет прекрасно знает правила и лишь надеется, что её дочка выучит их побыстрее. Да, говорят, теперь всё по-другому. Но иногда одних флюгельгорнов и кристальных ягод недостаточно, чтобы залечить старые раны.

Другие пони

Служанка

Кервидерия. Далёкая страна оленей, что раскинулась в полных жизни лесах и горах. Место, где среди деревьев, ручьёв и ветров обитают духи, а города уступают величию Природы. Где-то в глубинке этой страны робкая лань ищет своё место... И получает шанс найти его с предложением самого Лесного Херрена, от которого тяжело отказаться.

Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: Noben
Глава 1 Глава 3

Глава 2

Запечатанное, готовое к передаче на почту письмо, после недолгого раздумья было отправлено в стол. Все-таки, я едва-едва приехала. Невежливо сразу заваливать принцессу письмами. К тому же, чрезмерный энтузиазм ее только расстроит. Я ведь отправилась не куда-нибудь, а в свой родной город. Если принцесса увидит, что я полностью сосредоточена на выполнении задания, обязательно заподозрит неладное. А оставленный в письме постскриптум это только подтвердит. Так что нет, с отправкой лучше подождать хотя бы до завтра.

А сегодня попробуем разобраться с личными проблемами. Эх, Эпплблум, Эпплблум. Как же мы с тобой до этого дошли? Нет, нам просто необходимо поговорить! Чем раньше, тем лучше.

Еще совсем недавно я была заочно обижена на Эпплблум, а заодно и на весь Понивилль разом. Хотела заколотить входную дверь в бутик гвоздями и не показываться на улице до самого концерта. Какая глупая детская реакция. Наверное, я начинаю становиться похожей на свой сценический образ. В любом случае, следующим местом для посещения станет ферма Сладкое Яблочко. И лучше всего отправиться туда прямо сейчас!

Организм отозвался на эту мысль громким невежливым бурчанием в животе. Видимо он решил напомнить хозяйке, что время уже близится к полудню, а она сегодня еще ничего в себя не опрокидывала, кроме чашки чая у Твайлайт. Ну хорошо! Значит, пойду на ферму сразу после завтрака.

Я встала из за стола и прошла на кухню. Несчастливое это место, кухня Рэрити. Всякий раз, когда я пыталась что-то здесь приготовить, получалась гадость. Иногда гадость и запачканная кухня. А пару раз даже гадость и пожар. Не то что бы в других местах готовилось лучше, но дома, к примеру, был папа, который мог бы съесть все, что я ему предложу. А потом он бы еще похвалил и попросил добавки. Папка такой! Не один раз побеждал в конкурсах по поеданию всяких фруктов, пирогов, а то и соленых огурцов. Рядом с таким благодарным едоком готовить было и приятнее, и спокойнее. От того и получалось только лучше.

А кроме кухни у родителей и кухни у Рэрити, готовить мне почти нигде и не пришлось. Пока числилась в ученицах принцессы Селестии, была на полном обеспечении школы для одаренных единорогов. Кормили там неплохо. А когда с обучением было покончено, принцесса предложила мне остаться жить в замке, где, конечно же, тоже никто меня готовить не заставлял. Неприятности начались позже, вместе с гастролями. Требовать на каждый концерт личного повара было бы слишком нагло даже для меня, поэтому пришлось срочно учиться готовить. Ну и, думаю, я никогда в жизни не получила бы кьютимарку с черпаком или столовой ложкой, но сегодня разбить пару яиц на сковородку сумею. Даже на этой несчастливой кухне.

Я прошла мимо небольшого круглого обеденного стола без скатерти и приблизилась к холодильнику. Все тот же, что и в детстве. Хотя раньше он казался крупнее и, вроде бы, стоял в другом углу. Точно! Прямо возле двери. Очень хорошо помню, как однажды скользила тут по линолеуму и врезалась в этот самый холодильник. Конечно, повалить белую громадину не получилось, зато с ее макушки сорвалась и полетела вниз стеклянная ваза для фруктов. Каким-то чудом мне удалось извернуться и перехватить ее в падении. Но это не удивительно. Боязнь нагоняя может превратить любого жеребенка в акробата.

Хихикнув воспоминаниям, я потянула дверцу на себя. Несколько мгновений вглядывалась во внутренний мир холодильника, а после, помянув сквозь зубы Дискорда, захлопнула дверцу назад. Разумеется, холодильник был пуст! Он даже не был включен. Я до того увлеклась своими мыслями, что забыла где нахожусь. Со мной бывало подобное и раньше, но все-таки не до такой степени, чтобы искать продукты в доме, где уже давно никто не живет.

В животе снова коротко, будто вопросительно буркнуло. Я уселась за обеденный стол и задумалась, выстукивая копытами на столешнице знакомую мелодию. Теперь перед походом на ферму нужно было, как минимум, перехватить что-нибудь в кафе и купить себе еды на несколько дней. Или подождать с продуктами до вечера?

Размышления прервал стук, напрочь заглушивший мое музицирование на столе. Судя по звуку, во входную дверь колотил кто-то с ну очень большими копытами. Опасаясь за сохранность двери, я побежала открывать, но в последний момент, когда уже ухватилась за дверную ручку, передумала.

— Кто там? – поинтересовалась я у закрытой двери.

В ответ из за нее раздался такой страшный рык, что у меня едва грива не встала дыбом.

— Открывай, маленькая пони! Дракон пришел!

— К-какой дракон?

— А у тебя много знакомых драконов, Свити Белль? – обиженно спросил голос. – А, не важно. Меня Твайлайт прислала узнать, не нужна ли тебе какая-нибудь помощь.

— Дра… Спа…!

Энергично подергав заклинивший замок, я распахнула дверь и выбежала во двор.

Обычно, если выйти из бутика и смотреть налево, можно увидеть фасад парикмахерской напротив, большое красивое каштановое дерево и крайнюю торговую палатку на рынке вдалеке. Но сейчас, дерева видно не было. Между парикмахерской и палаткой, вместо привычного стройного ствола каштана был живот. Большой, покрытый желтоватой чешуей живот, своею округлой формой выдававший в его владельце любителя покушать. Нервно сглотнув слюну, я начала потихоньку поднимать голову. Выше живот переходил в массивную грудь и широкие плечи, покрытые уже фиолетовой чешуей. Еще выше располагалась фиолетовая же, короткая шея, а на ней – голова с вытянутой мордой, относительно небольшими зелеными глазами с вертикальными зрачками и несколько зеленых шипов, растущих на манер прически. Голову жутковатого гостя будто обрамляла пышная крона каштанового дерева, которое он загораживал собой.

— А ты выросла, — без предисловий заявил Спайк.

— Й-я?

Голос получился таким тонким и высоким, что я сразу же закашлялась, вызвав у дракона веселый гогот. Такой же жутковатый, как и его теперешний облик.

— Ничего-ничего. Многие пони так реагируют, когда видят меня в первый раз.

А как быть с теми, кто запомнил тебя маленьким милым ребенком, а Спайки?

Когда мы виделись в последний раз, Спайк, стоя на задних лапах, был примерно одного роста со мной, стоящей на своих четырех. Конечно же, я понимала, что за десять с лишним лет он вырастет, но наивно надеялась, что соотношение роста у нас останется примерно на том же уровне. Куда там! Сейчас Спайк тоже стоял на задних лапах, уперев передние в бока, и в такой позе вполне мог бы заглянуть в окно второго этажа любого дома в Понивилле. Впрочем, смотрел он теперь не перед собой, а вниз. На меня.

Я почти что физически ощутила как на моей спине под шерстью вскакивают мурашки. То ли всему виной был приветливый, и от того, будто плотоядный взгляд дракона. То ли, огромные, явно острые зубы, которые он обнажил в веселой ухмылке. Да, Спайк очень изменился за эти годы. Наверное больше, чем любой другой из моих старых знакомых. Когда-то давно все мы называли его детенышем дракона. Но имели в виду всегда только детеныша. Как настоящего дракона, пускай даже в будущем, Спайка не воспринимал никто. А зря. Выглядел он сегодня совсем так же, как дракон на картинке учебника «Разумные существа Эквестрии. Том второй. Рептилиеобразные.» Хотя нет, отличия все-таки имелись. У дракона из учебника были большие перепончатые крылья. У Спайка, крыльев не было. Да и форма головы у него слегка отличалась. Но дракон. Определенно, взрослый, в меру упитанный дракон, которого положено бояться или, по крайней мере, опасаться. Долго же я буду привыкать к его новому облику.

— Привет, Спайк, — наконец справившись с первым удивлением, сказала я.

— Привет, — Спайк медленно глубоко кивнул. – Рад тебя снова видеть, Свити Белль.

— Да я тоже. Тоже рада. Пригласила бы тебя к себе на чашку чая, но боюсь, ты не влезешь в дом.

— Га-га! Да, есть такая проблемка, — согласился Спайк. – Теперь я чаще принимаю у себя гостей, чем сам хожу к кому-то.

— У себя? — задумалась я. — Постой, это где же? Ты ведь раньше жил в библиотеке. Не думаю, что за эти годы она настолько расширила свой, мм, каталог.

— Понял! – Спайк оскалившись, ткнул пальцем в мою сторону. – Знаешь, если бы Твайлайт так и осталась библиотекарем и продолжала таскать из Кантрелота в Понивилль книжки, думаю сегодня я бы уже мог поместиться в ее библиотеке. Я вообще сейчас на ферме живу. Семейство Эпплов построило новый амбар, специально для меня. Там достаточно просторно и можно не бояться задеть что-нибудь хвостом так, чтобы тебе потом на голову свалилась крыша. Взамен на жилье, я помогаю Эпплам ухаживать за деревьями и собирать урожай.

— Здорово! Я не сомневалась, что Эплбл… — тряхнув головой, я выкинула из нее образ первой пони, с которой у меня ассоциировалась ферма. – То есть, Эпплджек не оставит тебя в без, гм, устойчивой крыши над головой.

— Ага. О, кстати, ты ведь останешься на свадьбу? Только не говори, что у тебя плотный график или еще что-нибудь в этом роде! Помнишь, как мы с тобой танцевали на свадьбе принцессы Кейденс и Шайнинг Армора? Я бы повторил!

— Да, я тоже. Наверное, — сказала я, невольно представляя себе, как эта громадина топает рядом со мной под музыку. – Вот только меня не пригласили на свадьбу Эпплблум, так что вряд ли получится.

— Не пригласили? — наклонил голову набок Спайк. – Странно. Совсем странно.

— Вот и я так думаю. Мне нужно увидеться с Эпплблум, Спайк. Поговорить и об этом, и еще о множестве вещей. Знаешь, мы с ней как-то отдалились друг от друга в последние годы и я никак не могу понять почему. Ты давно живешь рядом с ней? Может ты, не знаю, замечал что-то?

— Ну, — пожал плечами Спайк, — у Эпплблум довольно долго не появилась кьютимарка. Из-за этого она какое-то время ходила как в воду опущенная. Много времени, если честно. Мы уже начали опасаться, как бы не случилось с ней чего-нибудь плохого. А потом появился этот Молтен Стоун и как-то все разрешилось. И с меткой, и с… остальным.

— Да-а, все интереснее и интереснее, — тихо проговорила я. – Слушай, Спайк! Я как раз собиралась идти на ферму, когда ты постучал. Может, составишь мне компанию?

— Э-э, ну я сам как раз собирался идти домой, как только тебя проведаю, — неуверенно отозвался Спайк. – Только Эпплблум ты на ферме не найдешь, Свити. Они с Молтеном сейчас в Мейнхеттене. Уехали по рабочим делам, вернутся только через два дня.

— То есть, они вернутся в город за день до собственной свадьбы? – удивившись, переспросила я. – Что за трудоголики будут оставлять ради работы подготовку к такому событию? Так, погоди! Они что, еще и работают вместе? Прелэ-э-эстно! Знаешь, Спайк, я тебя даже спрашивать не буду, чем они занимаются. Не обижайся, но надоело как-то все узнавать из третьих ко… лап. Ладно, значит поход на ферму пока откладывается.

Спайк смущенно почесал затылок, на мгновение напомнив маленького драконенка, который когда-то катался на спине нынешнего мэра Понивилля.

— Так я от Твайлайт. Она просила посмотреть, не нужна ли тебе какая-то помощь, — снова огласил причину визита, явно не нашедший лучших слов дракон.

— Не думаю, Спайк, — ответила я. – Я помню, что ты был главным ассистентом Твайлайт, но не посылать же тебя в магазин за продуктами. Схожу сама.

— И это все? – недоверчиво нахмурился дракон. – А вон смотри, у тебя тут выбоины на крыше, краска на стенах выцвела и облупилась. Да еще и окна не вымыты. А это что, паутина?

Спайк придирчиво оглядывал здание бутика, что-то бормоча под нос. Потом замолчал, невесело вздохнул, после чего небрежно плюнул себе в ладонь маленьким сгустком ядовито зеленого пламени. Пламя мгновенно исчезло, оставив в руке дракона толстый свиток пергамента и перо. Спайк развязал свиток и, ухватив его за край, откинул в сторону. Взял перо, принялся что-то строчить, удерживая пергамент на весу.

— А что ты делаешь? – осторожно спросила я.

Спайк ничего не ответил. Только шикнул на меня, не отрываясь от своего занятия. Исписав свиток примерно в пол длины моего хвоста, Спайк свернул его и засунул за роговой нарост сбоку своей головы, служивший ему чем-то вроде ушной раковины. Потом неожиданно встал на четвереньки, и быстро-быстро перебирая всеми лапами, забежал за дом. От удивления я даже не пошла за ним, а так и осталась стоять возле входной двери. Вскоре Спайк вернулся. Уселся напротив меня, привалившись спиной к каштану и зачем-то повесив конец собственного хвоста на одну из нижних веток. Снова развернул пергамент и стал изучать написанное.

— М-да, над домиком, конечно, работать и работать, — нарочито недовольно буркнул он, когда закончил со свитком. – Ну ладно, чего не сделаешь для друзей. Отойди-ка, Свити Белль.

Я, все еще совершенно не соображая, что происходит, послушно отошла в сторону. Спайк медленно набрал полную грудь воздуха и резко выдул огромную струю пламени, нацелив ее точно на бутик. Ослепляющий огонь закрыл собой дом целиком.

— Ты что творишь?! – не помня себя, завопила я. – Сожжешь же!

Но дракон не слушал, только продолжал выдувать огонь, а я, скованная ужасом, не могла пошевелиться. Через некоторое время, Спайк закрыл пасть, и пламя исчезло, оставив после себя быстро улетучившийся дым. Как ни странно, бутик не пострадал. Даже наоборот! Почему-то, он стал выглядеть куда лучше, чем до того как Спайк попытался его сжечь. Все осталось на своих местах, но выглядело как-то новее. Будто над домом только что провели дорогущий косметический ремонт. Узоры на стенах, окна, даже флажок на шпиле — все сияло и переливалось на солнце. Я очень постаралась выдавить из себя что-то членораздельное, но получилось только «А… а… а…». Спайк, тем временем, устало откинулся, еще сильнее придавив собой жалобно скрипнувшее дерево.

— У тебя в кладовке появилась большая бочка газировки, — доложил он. – Принеси, пожалуйста. А то так в горле пересохло.

Я решила, что удивляться дальше просто бессмысленно. Молча, развернулась и пошла в дом. В кладовке, действительно, стояла огромная, размером с меня, жестяная бочка. Взяв громадину телекинезом, я вынесла ее во двор и передала Спайку. Дракон быстро откупорил бочку и надолго прилип к ней ртом.

— А-ах, хорошая штука! Выменял рецепт на пару редких камушков у одного ученого. Ты не хочешь? Там кажется чуть-чуть осталось, — Спайк потряс бочку, в которой с гулким шумом переливалась газировка. – Нет? Ну, что молчишь-то?

— Может, объяснишь, что это сейчас было, — ненавязчиво предложила я.

— А, это? — прищурил глаза Спайк. – Это, моя маленькая пони, была драконья магия. Никогда не слышала? Я так и думал. Перенос мелких писем от Твайлайт к принцессе ни у кого не вызывал вопросов, а как стоило выучиться чему-то поинтереснее, все сразу рты поразевали.

— И все-таки?

— Скажи, Свити Белль, тебя никогда не удивляло, что у меня нет крыльев?

— Ну, — потянула я, смутившись. – Честно говоря, я всегда думала, что они у тебя потом вырастут.

— Не-а. Просто мы, драконы, тоже разные, как и пони, — принялся объяснять Спайк скучным лекторским тоном, которому научился, наверное у Твайлайт. — У вас есть пегасы, земные пони, единороги. Вот и драконы бывают крылатые, водные и, я даже слышал, даже подземные. А я такой вот, очень редкий, дракон-единорог.

Спайк на секунду горделиво задрал нос вверх и продолжил:

— В древние времена, некоторые народы даже поклонялись нам, как каким-нибудь высшим существам. И правильно делали, между прочим! Магический дракон – зверь, который заслуживает поклонения и похвалы, больше всех. Ну, после наших блистательных принцесс, конечно. Умные, короче, народы были, те что поклонялись. Жаль, что сейчас таких нет.

— Хватит уже. Ты молодец, но жертвоприношений я тебе делать не собираюсь.

— Извини, — тут же сник дракон. – Это просто зов предков.

— Выкрутился, — хмыкнула я. — Ну и что там про магических драконов?

— Полной магической силы мы достигаем годам к ста пятидесяти. Причем в итоге у магического дракона лучше всего получается делать то, что он делал в детстве без помощи магии. А я, как ты знаешь, всю жизнь помогал Твайлайт. У меня ведь и эта почтовая магия появилась не с рождения, а когда мне вконец надоело носиться по замку туда-сюда с письмами Твайлайт, — Спайк развел лапами, будто извиняясь за скромные способности. — Ну а теперь, я самый лучший в мире домработник. Все белье, которое было внутри бутика постирано, высушено и поглажено. Где что надо починено, где что надо разложено, где что надо подкрашено и так далее. Да! Еда в холодильнике теперь тоже есть. С тебя, кстати, пятьдесят монет.

— Эй, я думала, это была бескорыстная помощь!

— Помощь да, а вот за продукты придется заплатить. Не из воздуха же я их сотворил! Все взято с рынка, а взамен продавцам оставлены деньги, которые в свою очередь исчезли у меня из дома. Местные в общем-то к таким фокусам уже привыкли, хотя я пытаюсь не увлекаться. Это же им потом надо все пересчитывать, сколько исчезло и соответствует ли оставленная сумма убыткам.

— Потрясающе, — тихо сказала я, покачав головой. – У тебя просто фантастические способности, Спайк! Думаю, ни одному единорогу никогда не достигнуть ничего подобного.

— Гага! Много ли единорогов захочет изучать магию для работы по дому? — развеселился дракон. — Но да, будь нас, магических драконов чуть больше, как знать, кто из нас бы сейчас был в Эквестрии главным. Гага! Ладно, деньги можешь и потом отдать, не тороплю. Ты, кажется, позавтракать хотела? Ну у тебя теперь есть много вкусного, так что приятно аппетита. Или, может быть, хочешь сходить в Сахарный Уголок? Мне по пути.

Я задумалась. Сахарный Уголок? А почему бы и нет? Мне не придется готовить, к тому же, там я, возможно, встречу Пинки Пай. С нею тоже нужно переговорить, а раз уж встреча с Эпплблум отменяется, можно заняться и рабочими делами.

— Хорошо, Спайк, — сказала я. – Пойдем в Сахарный Уголок.

— Я пойду, — отозвался дракон, снова становясь на четвереньки. – А ты, Свити Белль, поедешь! Забирайся ко мне на спину.

— Чего? – не поняла я.

— А что? Так будет быстрее. Давай, не стесняйся. Я все детство катался у пони на спинах, теперь хочу отплатить им тем же.

Я сильно сомневалась, что ехать по городу на спине у дракона, это хорошая идея, но предложение, все же, приняла. Вспомнились всевозможные легенды и детские сказки, которые я так любила. Захотелось почувствовать себя какой-нибудь сказочной принцессой или даже королевой, которой сами драконы присягнули на верность и позволили кататься на себе. Свити Белль, повелительница драконов! Звучит!

Я уселась на спину Спайка между двумя шипами, прислонившись спиной к одному и обхватив передними ногами другой. Дракон убедился, что я сижу устойчиво, что-то весело гаркнул и побежал. Он с бешенной скоростью перебирал всеми своими ногами, поднимая клубы пыли, чем были очень недовольны прохожие пони. Я краем уха слышала их ругань, но мне самой было не до нее. На спине жутко трясло, и я больше волновалась, как бы не свалиться.

— Ну как? – спросил Спайк, пытаясь перекричать собственный топот.

— Бра-аво, С… пайк!

Дракон правильно понял мой икающий сарказм и немного сбавил скорость. Ехать тут же стало куда приятнее. Я выпрямилась и с наслаждением подставила лицо прохладному ветерку, треплющему гриву. Мимо нас проносились стройные и не очень домишки Понивилля, а так же стройные и не очень жители Понивилля. Пони уже не ругались. Наоборот. Провожали нас улыбками. Кто-то что-то кричал вслед, то ли узнав меня, то ли просто оценив такой способ передвижения по городу. Расслабившись, я даже начала насвистывать бодрое вступление из «Дочери солнца», одной из моих песен.

Вдалеке показался Сахарный Уголок. Спайк неожиданно, но мягко затормозил.

— Дальше я не пойду, — сказал он. – Извини.

— А что случилось?

— Да вон.

Спайк кивнул головой куда-то вперед и вверх. Я посмотрела в указанную сторону и увидела двоих пегасов. Они летели высоко, и едва различались на фоне неба. Приглядевшись, я разобрала, что один из пегасов был оранжевого цвета с малиновой гривой, а другой — голубого с разноцветной.

— Так это же…

— Ага, в этом и беда, — кивнул Спайк. – Мы тут слегка увлеклись розыгрышами, и последний мой был немного неправильно понят. Короче, не хочу я пока им лишний раз на глаза попадаться. А ты давай, вылавливай! Друзья все-таки. Вон они как раз на посадку идут, вроде бы. А я побежал, пока!

— Удачи, Спайк!

Пегасы, и правда, шли на посадку. Но делали это очень изобретательно. Постепенно снижаясь, они описывали в воздухе просто невероятные узоры. Бледные полупрозрачные следы хвостов, которые на мгновение оставались на том месте, где только что пролетели пегасы, складывались в красивые ломаные линии, спирали, дуги и окружности. Пересекались друг с другом, образуя едва ли не осмысленные картинки. На мгновение, мне даже показалось, что я вижу улыбающуюся рожицу.

Обе летуньи были явными мастерами своего дела и демонстрировали просто поразительную слаженность. Другие бы на их месте уже сто раз ударились лбами или наоборот, разлетелись в стороны, подхваченные воздушным потоком напарника. Я знала только два пегасьих коллектива, способных на что-то подобное. Первый – знаменитые на всю Эквестрию Вондерболты, которые даже через неполных двадцать лет с начала своей карьеры оставались во всех смыслах на высоте. Другой, а надо мной сейчас носился туда-сюда именно этот коллектив, – относительные новички, ставшие, тем не менее, настоящей головной болью Вондерболтов.

Свободные летуны. Команда из всего двух пони, набравшихся наглости конкурировать с куда более многочисленной и опытной группой. Когда они только появились, пресса очень ярко их описывала. Называла перспективным дуэтом, способным когда-нибудь, при должном усердии, присоединиться к Вондерболтам. Когда какая-то газета сумела почти что буквально поймать лидера дуэта и задать ему пару вопросов, свободная летунья выдала целую речь, которая еще долго бродила из одного издания в другое, обрастая все большим и большим количеством авторских приукрашиваний, не редко граничащих с откровенной клеветой. А сказала она тогда вот что.

Всю жизнь, еще с раннего детства, я стремилась быть лучшей. Лучшей во всем, что мне интересно. А интересовали меня больше всего полеты. Адреналин, ветер, бьющий в лицо, чувство гонки, страх поражения и сладость победы. Это было моей пищей, этим я жила. А Вондерболты олицетворяли для меня все это. И если вы спросите, хотела ли я в юности вступить в их команду, я отвечу: миллион раз да! Ни один из вас, чернильных душ, никогда не сможет описать как я этого хотела и какие усилия прилагала, чтобы добиться внимания Вондерболтов. В какой-то момент мне это даже удалось. Я познакомилась со Спитфайр, Соарином и остальными. Они узнали меня и, как мне казалось, даже зауважали, но приглашения в команду я так и не получила. И в какой-то момент это перестало меня волновать. Вондерболты из мечты во плоти, стали обычной компанией летунов, со своими сильными и слабыми сторонами. Стали такими обычными, что потеряли всю свою крутость. А зачем мне быть членом не крутой команды? Зачем, когда я сама по себе, образец скорости, высоты и крутости? К тому же, постоянно заглядываясь вверх, на Вондерболтов, я совершенно упускала из виду то, что все необходимое для создания крутейшей летной команды находится рядом. Верный друг и в перспективе надежный напарник. Нужно было только протянуть ей копыто и помочь сделать первые шаги. Ну и кто теперь скажет, что мы недостойны соперничать с такими асами, как Вондерболты? Так что, если вдруг у Спитфайр когда-нибудь появится желание предложить мне место в ее команде, вот что я ей скажу: У тебя был миллион шансов получить меня, подруга, но теперь момент упущен. Теперь мы с тобой посмотрим, кого из нас в итоге назовут лучшим! Но, если ты вдруг захочешь научиться делать Звуковой радужный удар, приходи. Мы с напарницей с удовольствием покажем тебе, как он делается.

После этой речи на дуэт свободных летунов уже официально повесили ярлык конкурентов Вондерболтов. Но надолго остаться на гребне славы они не сумели. В конце концов, летунов было всего двое и они, при всем своем таланте, не производили впечатления серьезной команды. Они напоминали скорее двух маленьких бунтарок с кучей амбиций и личными счетами с Вондерболтами. Пресса довольно скоро от них отстала, но имена лидера дуэта, Рэйнбоу Дэш и ее молодой напарницы, Скуталу до сих пор, нет-нет, а всплывают в беседах самых разных пони.

Разумеется, Скут держала меня в курсе. Я с большим удовольствием читала ее письма, в которых она рассказывала о своих успехах в летном деле и буднях напарницы самой Рэйнбоу Дэш. Я очень радовалась за нее. Ведь в детстве Скуталу была просто одержима своим радужногривым кумиром и даже основала ее фан-клуб из местных жеребят. Конечно же, установление таких близких отношений с Рэйнбоу стало для нее сбывшейся мечтой. И, безусловно, пошло ей на пользу. Все в том же детстве, Скуталу не слезала со своего любимого самоката и никогда особо не задумывалась о полетах, хотя для таких мыслей было самое время. А теперь она стала одной из самых знаменитейших летуний, после Вондерболтов.

Жаль только, что все новости я узнавала только из писем и газетных статей и никогда не видела Скут в деле. Но теперь я убедилась, что все, что я слышала о дуэте свободных летунов, абсолютная правда. Они превосходны!

Сами летуны тем временем закончили выводить в воздухе фигуры высшего пилотажа и окончательно перешли к посадке. Скут и Дэш опускались медленно, мягко планируя, покачиваясь на ветру, как два пожелтевших листочка только что сорвавшихся с ветки дерева еще не упавших на траву. Идеальное приземление нарушила Скуталу. В какой-то момент, уже над самыми крышами, оранжевая пегаска ушла вбок и легонько толкнула напарницу. Рэйнбоу что-то неразборчиво крякнула, ушла в сторону и попала точно на крышу чьего-то дома. На инерции она побежала вдоль и уже почти у самого края споткнулась и упала с дома на землю, успев, впрочем, чуть-чуть притормозить падение, распахнув крылья. Рядом небрежно приземлилась весело хихикающая Скут. Обе оказались чуть впереди, поэтому, пока что, не заметили меня. Зато я могла прекрасно видеть и слышать их обеих.

— Слушай, мелочь, — недобро прищурилась Рэйнбоу Дэш. – Еще одна такая выходка, и я тебе уши надеру!

— Ну-у, — Скуталу сладко зевнула, потягиваясь и разминая крылья. – Для этого тебе сначала придется меня поймать.

— Уж поверь, поймаю.

— Тебе виднее, конечно, — не стала спорить Скут. — Но что-то ты в последнее время быстро выдыхаешься, старушка.

— Кто старушка?! – Рэйнбоу резко вскочила на ноги. – Ну все, Скуталу, лучше убегай!

В голосе Дэш было явно больше азарта, чем раздражения. Она поскребла копытом по земле, готовая в любой момент напасть на напарницу. Скуталу чуть присела, рассчитывая отпрыгнуть в последний момент. Не знаю насколько бы затянулась эта пауза и чьи уши пострадали в итоге потасовки, если бы Скуталу на секунду не обернулась, в поисках путей отступления и не встретилась взглядом со мной.

— Свити Белль? – недоверчиво спросила она.

— Привет, Скут, — улыбнулась я.

Приблизившись и рассмотрев подругу получше, я отметила, что близкое общение с Рэйнбоу сказалось даже на ее внешности. По примеру Дэш, она достаточно коротко стригла гриву и держала ее в перманентно растрепанном от ветра виде. Общая спортивная подтянутость так же бросалась в глаза. А когда я попыталась как можно ненавязчивее посмотреть на ее кьютимарку, убедилась, что даже она слегка напоминает метку Дэш. Это так же была молния, цвета ее гривы. От той, которую носила Рэйнбоу, она отличалась немного другой формой, и если молния Дэш рвалась вниз из облака, то молния Скут наоборот устремлялась вверх из небольшого клочка травы. Первый полет, — догадалась я.

Скуталу осознала, наконец, что у нее не галлюцинации, и рядом стою я. Резко подскочила, сгребла меня в охапку и долго не отпускала, сопровождая процесс, дружеским, хоть и довольно ощутимым похлопыванием по спине и возбужденным, почти что бессмысленным, лепетом. Оказавшись в таком тесном физическом контакте с другой пони, я машинально начала проникать в ее память, но в последний момент опомнилась и одернула себя. Ни к чему мне читать Скуталу. Задание принцессы касается только носителей элементов гармонии, а других причин применять свой дар я не видела. По крайней мере, не в случае Скуталу. У нее и так все на лбу написано. Моя крылатая подруга детства была до жути рада меня видеть, и в этом наши чувства совпадали.

— Ну что же ты не предупредила, что приедешь раньше? – спросила Скут, наконец выпустив меня из своих медвежьих объятий. – Эй, Дэш! Свити Белль приехала!

— Вижу, не слепая, — беззлобно усмехнулась Рэйнбоу. – Привет, Свити. Как жизнь?

Радужногривая пегаска подала мне копыто, к которому я с готовностью приложила собственное. Минус такого приветствия перед объятиями в том, что оно очень быстрое. Я едва успела начать читать, когда Рэйнбоу убрала свое копыто, разорвав контакт. Я успела увидеть только самые поверхностные эмоции, которые Дэш испытывала в данный момент. Ну и, конечно же, во время приветствия эмоции собеседников, как правило, направлены друг на друга. Я почувствовала, что Рэйнбоу Дэш рада меня видеть. Но ее радость была достаточно слабой, будничной. Так радуются, утром обнаружив в холодильник кусочек пирога, оставшегося со вчерашней вечеринки. Или паре монет, найденных в старой сумке. Приятная неожиданность, но не более того.

Не могу обвинить Рэйнбоу в равнодушии. В конце концов, подругами мы с ней никогда не были, писем друг другу не писали. Раньше она относилась ко всей нашей троице, как к знакомым дворовым детишкам, перед которыми можно покрасоваться, рассказать пару историй о собственной крутости и полететь дальше по своим делам. Сегодня в ее отношении читалось скорее «друг моего друга — и мой друг» и меня это вполне устраивало.

Но это все, конечно же, мелочи. За такой короткий контакт я ничего не смогла узнать о том, что мне было нужно.

— А вы случайно не в Сахарный Уголок, девочки? – спросила я.

— Именно, — кивнула Скуталу. – Хотели перекусить, перед тем как идти в гости к Флаттершай.

— Ну так давайте уже зайдем, чего на улице топтаться?

Насколько я помню, в этом кафе довольно маленькие столики. Если сесть рядом с Рэйнбоу Дэш, можно будет, как бы нечаянно, задеть ее копытом или еще что-нибудь в этом роде.

Когда мы, одна за другой, переступили порог Сахарного Уголка, я впервые почувствовала легкий приступ ностальгии. Наверное, одни из самых приятных воспоминаний в моей жизни, связаны именно с этим местом. И не удивительно. Все дети любят сладкое. К тому же, кафе Кэррота и Кап Кейков единственный уголок Понивилля, в котором я никогда не оставалась одна, без друзей.

Проходя мимо низкого прямоугольного стола, за которым теперь сидели и что-то живо обсуждали четверо жеребят, я отчетливо вспомнила, как однажды мы со Скуталу прятались под ним. Это было в день нашего знакомства с Эпплблум. Правда, я никак не могла вспомнить, зачем мы туда полезли. Может Скут помнит?

Я покосилась на Скуталу, бодро озирающуюся по сторонам в поисках свободного столика. Нет, она, наверное, тоже не помнит. Хотя это точно была ее идея, забраться под стол! Иначе и быть не может.

Впереди, сквозь очередь из пони самых разных возрастов, можно было разглядеть прилавок, заставленный всевозможными вкусностями. Как же часто мы с девчонками подолгу останавливались возле него и спорили, что лучше купить. Порой споры о вкусах доходили едва ли не до драк. А еще стоя там, рядом с прилавком, можно услышать глухое жужжание работающей кондитерской машины на кухне. Помнится, мы трое однажды имели радость детально изучить, как она устроена. Изнутри процесса, так сказать. Весь вечер потом отмывались от сладкой липкой массы неизвестно чего.

А ведь я могла бы часами стоять так посреди кафе и просто вспоминать. Все вокруг приятно откликалось в памяти. Предметы, звуки, запахи. Но вволю повитать в облаках мне, конечно же, не дали. Скуталу, приметив только что освободившейся маленький столик у окна, резво подскочила к нему, едва не сбив кого-то по пути. Мы с Рэйнбоу Дэш присоединились к ней.

— Ну я пойду, посмотрю, чем мистер и миссис Кейк могут порадовать нас сегодня, – торжественно объявила Скут и убежала к прилавку.

Я осталась сидеть за столом рядом с Рэйнбоу. Лучшей возможности для контакта могло и не представиться, но в мою забитую воспоминаниями голову никак не приходило ни одной подходящей причины, чтобы прикоснуться к Дэш. Надо хотя бы завязать разговор.

— Ну и как проходят ваши полеты? – спросила я.

— Неплохо, — коротко ответила Рэйнбоу.

Ее сложенные за спиной крылья слегка дернулись вверх-вниз. Я распознала пегасий жест, выражающий неуверенность или не знание чего-либо. Забавно, не думала, что таким вопросом смогу застать Дэш врасплох.

— В последний раз, когда Вондерболты давали публичное выступление, мы со Скут купили билеты в верхнюю ложу и сидели там смирно, — продолжила Рэйнбоу. – Но только половину шоу. Как только Спитфайр и ее друзья выдохлись и собрались отправляться на перерыв, в воздухе появились мы. Показали лучшие свои трюки, завершив серию парным Звуковым радужным ударом. Весело было. Пришлось, конечно, отсидеть полчаса скучнейшей программы Вондерболтов, но зато никто не сможет нас упрекнуть в том, что мы не дали им шанса.

— А вы все в своем репертуаре, — резюмировала я. – Срываете выступления Вондерболтов, почти что не давая собственных. Это, по-вашему, конкуренция?

— Да какие там срывы? – поморщившись, махнула копытом Рэйнбоу. – Полноценный срыв был только один раз, сто лет назад. А сейчас так вообще, скорее помощь. Мы заполнили собой перерыв, как клоуны на разогреве, и молча убрались восвояси.

— Тем более не понимаю.

— Да я сама не понимаю, — снова дернула крыльями Дэш. – Но Скут нравится. Дух соперничества плюс небольшое хулиганство, что еще нужно молодой пегаске для счастья? Я вот думаю, может убедить ее присоединиться к Вондерболтам?

— Ты серьезно? – удивилась я.

— А что? Ты бы видела, как у нее глаза загораются, когда мы планируем очередную авантюру! А с каким нетерпением она ждет очередной возможности покрасоваться перед толпой.

Рэйнбоу расправила правое крыло и кончиком оперения потерла нос, задумчиво глядя на Скут, стоящую возле прилавка.

— У Скуталу очень интересный стиль полета, — сказала Дэш, не отрывая взгляда от напарницы. – Она быстра и, вместе с тем, грациозна как бабочка. Обидно будет, если она растратит весь свой талант на авантюры и безделье. А вдвоем мы вряд ли добьемся чего-то внушительного. Скут нужна сильная слаженная команда.

— А как же ты?

— А что я? – усмехнулась Рэйнбоу. – Чего мне там делать?

— То есть, как это чего? Как это чего?! – я едва удержалась от того, чтобы вскочить с места. — Да ты ведь лучшая! Лучшая летунья, когда-либо покидавшая Клаудсдейл! Где тебе еще быть, как не в команде Вондерболтов?

— Спасибо, Свити Белль, но меня и раньше, когда ты была еще жеребенком, все постоянно называли лучшей. А мелочь, — Дэш ткнула копытом в сторону Скуталу, – даже основала дворовый фанклуб в мою честь. Но в Вондерболты меня так и не позвали, и я даже знаю почему. Мы однажды поговорили с Соарином на эту тему. Представь себе, все Вондерболты были уверены, что я откажусь, и поэтому никогда не предлагали мне к ним присоединиться!

— Опять ничего не понимаю, — отозвалась я, покачав головой. – А с чего они взяли что ты откажешься?

— Считай сама, — предложила Дэш. – Хранительница одного из элементов гаромонии – раз. Особа, якобы приближенная к принцессе Селестии – два. Одна из всего двух пегасов, способных совершить Звуковой радужный удар – три. Я для них, видите ли, была птицей слишком высокого полета.

Рэйнбоу иронично фыркнула и подмигнула мне.

— Жестокая шутка, а? В любом случае, Вондерболтами я переболела уже давно. Что они сейчас могут мне предложить? А вот Скуталу помочь могут, но только ей одной. Посуди сама, каково это будет выглядеть, если мы с ней обе, после всего что натворили, подожмем хвосты и пойдем Спитфайр под крыло? Та еще легенда получится! Нет, для толпы мы разыграем маленькое представление. Я прогоню Скуталу. Незаслуженно и с треском! А Спитфайр уже сделает ей предложение, от которого она не сможет отказаться. Все прошлые гадости нашего дуэта, тут же, запишут на мой счет, а Скут окажется невинной жертвой неадекватной старшей напарницы. Хороший план?

— Хороший, — пробормотала я. – Только, погоди, ты вообще со Скуталу это обсуждала? Она хочет в Вондерболты?

— Пока не знаю, — беззаботно отозвалась Рэйнбоу. – Говорю же, наш большой разговор еще впереди, не сегодня и не завтра. Но скоро. Надеюсь, она не откажется. Так для нее лучше будет.

Со стороны прилавка послышался мученический стон Скуталу.

— Да будет сегодня очередь идти или нет?

Мы с Рэйнбоу синхронно усмехнулись и на этом наша беседа как-то заглохла. Мы обменялись парой дежурных фраз о погоде, Дэш поинтересовалась как дела у моих родителей, я зачем-то спросила сколько стоят очки, которые пегасы иногда носят для защиты глаз от ветра, и все. Да, была бы здесь сейчас Пинки все сложилось бы иначе. С ней болтовня точно не утихала бы ни на секунду. Да и коснуться ее, наверняка, было бы проще. Кстати говоря, интересно почему я ее здесь не увидела. Может на кухне работает? Или выбежала куда-нибудь?

— Чего головой вертишь? – поинтересовалась Дэш, хитро улыбнувшись. – Воспоминания?

— Я надеялась увидеть здесь… э-эм, Пинки Пай, — честно ответила я, не переставая озираться.

— Пинки? – коротко хохотнув, переспросила Рэйнбоу. – Это вряд ли. Она, конечно, любит здесь зависать, но у нее сейчас работы по горло.

— А чем она занимается? – заинтересовалась я. Интересно, на какой карьерный рост может рассчитывать пони, работающая в маленькой кондитерской.

— Хм. А ты разве не в курсе? Она ведь организует твой концерт! Как ты можешь этого не знать, вы же должны были оговаривать какие-то ваши… вопросы.

— Этим занимаюсь не я, Рэйнбоу. Все переговоры ведет мой администратор. Ну он конечно молодец, мог бы и рассказать, что разговаривал с Пинки.

Рэйнбоу Дэш на мгновение нахмурилась. Похоже, последняя фраза прозвучала слегка фальшиво. Удивляться не приходилось, ведь администратор не мог знать, что я знакома с Пинки Пай. А после того как я пару раз устроила перед ним сцену, с затыканием ушей и истеричными воплями, сводящимися к просьбе избавить меня от подробностей его работы, которая мне не интересна, администратор вообще стал стараться без надобности не открывать рот в моем присутствии. Бедняга. Ему больше всех приходится общаться с тем самым неприятным образом певицы Свити Белль. Надо будет выписать ему премию, когда вернусь в Кантерлот.

— Ты не переживай, Свити Белль, — ободряюще произнесла Рэйнбоу Дэш. – Пинки не подведет. Все сделает как надо. И ты тоже задашь жару послезавтра. Правда, ведь?

— Постараюсь, — смущенно ответила я.

Рэйнбоу развеселилась и потянула ко мне правую переднюю ногу. Мысли в голове понеслись с бешенной скоростью. Я догадалась, что Дэш хочет коснуться моего плеча или ободряюще приобнять. Шанс! Так, сосредоточиться, срочно сосредоточиться, времени будет мало. Верность, верность, верность. Покажи мне верность, Рэйнбоу Дэш.

Обо всем этом я успела подумать в ту долю секунды, когда голубая пегаска еще не успела завершить движение ногой в мою сторону. Я была готова к контакту, но в последний момент между нами двумя нагло втиснулась Скуталу с подносом.

— Ну как вы тут, не скучаете? – весело чирикнула Скуталу. – Очереди сегодня страшные, но мне таки удалось уцепить нам кое-чего вкусненького!

— Здорово! – не менее весело отозвалась я, хотя внутри и боролась с желанием стукнуть Скут разок по голове этим самым подносом с кое-чем вкусненьким. Не могла она что ли постоять в очереди еще пять секунд?

Раздражение спало довольно быстро. Частично этому поспособствовала позитивная болтовня Скут, частично – аппетитнейшие пирожки с вишней в шоколадной глазури. Рэйнбоу Дэш тоже оценила их по достоинству.

— Вкусно, — сказала она сквозь зубы, чтоб не выронить кусок. – Не так, как у твоей мамы, Скут, но тоже ничего.

— Ага! – торжествующе воскликнула Скуталу, будто только что поймала Рэйнбоу на каком-то преступлении. – Обязательно напишу ей, что тебе понравилось, хоть ты и воротила нос.

— Ничего я не воротила, — буркнула Рэйнбоу. — Просто как-то не удобно, когда в тебя с таким энтузиазмом впихивают еду. Одна твоя мама, как десять Эпплджек!

— Ну извини, — ответила Скут, тонко хихикнув. – Мы с родителями видимся не так часто, вот мама и пытается при каждой встрече наверстать все упущенное. Ну и на тебя перекинулась тоже. Ты ведь теперь почти член семьи.

— О, в город приезжали твои родители, Скуталу? – заинтересовалась я.

— Ага, уехали буквально на днях, — кивнула оранжевая пегаска. — Снова в экспедицию. Эх, последние несколько лет они редко появляются. Такое ощущение, что только и ждали когда я более-менее встану на ноги, чтобы не вылезать из своих экспедиций. Ну, то есть, я понимаю, геология – это важно, но…

— Но не для пегасов, — закончила за нее Дэш.

— Рэйнбоу, не начинай, — поморщилась Скуталу.

— Место пегаса в воздухе! – безапелляционно заявила голубая пегаска. – Нечего нашему брату в земле копаться. Кто хочешь тебе это подтвердит, вон хоть Свити Белль. А, Свити? Права я?

Явно задетая за живое Скуталу не дала мне вставить слова.

— Ну копаются, ну в земле. Кому от этого плохо?

— Эй, ты сама только что жаловалась, — развела передними ногами Дэш. – Да, и может напомнить тебе, в каком возрасте ты летать научилась?

— Ну значит не буду больше жаловаться, — обиженным тоном отозвалась Скуталу. – И вообще, давай не будем об этом, других тем что ли нет?

Мы все ненадолго замолкли, снова посветив себя поглощению пирожков. Не успели наши тарелки опустеть, как к столику подошла миссис Кейк с новым подносом. Она радостно поприветствовала меня и сказала, что мистер Кейк сейчас очень занят на кухне и не может выйти, но просит передать особой гостье угощение за счет заведения. Посиделки продолжились, и теперь в нашем распоряжении оказался торт с фруктами. Скоро беседа возобновилась. Мы поговорили немного о концерте, немного о Кантерлоте, немного спорте. Потом разговор плавно перешел к воспоминаниям. Эта, обычно самая приятная для беседы старых друзей тема, меня сразу слегка насторожила. Потому как я знала, на что она в итоге выйдет. И не ошиблась.

— …Да, Эпплблум, она такая, — потянула Скут. — Кто бы мог подумать, что она первая из нас замуж выскочит? Хотя этот Молтен Стоун вроде ничего такой. Как он тебе, Свити?

— Мне нравится его грива, — мрачно ответила я, уставившись на подругу. – Да нет, я просто обожаю его гриву! Заочно. Потому что не знаю ровным счетом ничего о Молтене Стоуне и сегодня впервые услышала это имя от Твалйайт.

— Ты не знаешь о Молтене Стоуне? – сконфуженно переспросила Скуталу.

— Представь себе, не знаю, — еще больше распалилась я. – Ведь со счастливой невестой мы уже давно не переписываемся, а вторая моя подруга, которая прекрасно об этом знает, пишет мне целые простыни о том, как она в очередной раз обставила Вондерболтов, но ни разу не упомянула такую мелочь, что у Эпплблум появился жених!

— Эй, красавица, ты полегче там, — прервала мою гневную триаду Рэйнбоу Дэш. Голос у нее был непринужденный, но глаза сверкнули по-настоящему недобро. – Вы со Скуталу не виделись сто лет, так давайте не будем отравлять такую замечательную встречу наездами, а?

Весь гнев вышел из меня как воздух из шарика, оставив после себя только печаль.

— Ты права. Извини, Скуталу, я не должна была на тебя срываться. Просто все это так неожиданно: какой-то Стоун, свадьба. Я чувствую себя немного забытой. Ладно бы меня просто не пригласили, это я могу понять. Наверное, нас с Эпплблум уже нельзя назвать друзьями, но даже не рассказать? Ни одним словечком? Ведь это же не покупка нового молотка, в конце концов, а одно из важнейших событий в жизни. Неужели я до такой степени никто для нее?

Внезапно на подаренный Кейками торт стало противно смотреть. Я отодвинула свою тарелку в сторону и глубоко вздохнув, прикрыла глаза. Нужно что-то с собой делать, иначе я при каждом упоминании Молтена Стоуна или Эпплблум срываться начну.

— Может быть, Эпплблум тут и не причем, — неуверенно сказала Скуталу. – Просто, ну знаешь…

Скут замолкла.

— Так получилось, — подхватила я, так и не дождавшись продолжения. – Ага, знаю. Знать бы еще, как именно, так получилось.

— Ну просто, — уже совсем смущенно и сбивчиво начала Скуталу, — Ты ведь знаешь, как Эпплблум прислушивается к Эпплджек? А она…

— Чего? – грусть и подавленность исчезли так же резко, как и злость до этого. Теперь их место заняла искренняя заинтересованность. – Причем тут Эпплджек?

— Не причем! – резко ответила Рэйнбоу Дэш. – Не говори глупостей, Скуталу. Эпплджек не стала бы…

— Намеренно, нет, — перебила Скут. – Но смотри сама, она ведь всегда говорит, что думает. А Эпплблум то рядом, слушает это все!

— Нет, все равно, глупости, — с куда меньшей уверенностью, чем мгновение назад, возразила Дэш.

— Так, девочки, — оборвала я непонятный диалог. – Может, все-таки расскажете мне, в чем вообще дело и мы вместе подумаем, глупости это или нет?

Рэйнбоу Дэш устало махнула копытом мол, делайте, что хотите, и занялась тортом. Скуталу заговорила медленно, тщательно подбирая слова.

— Понимаешь, Свити Белль, Эпплджек не особо вдохновляют твои, мм, творческие успехи. То есть, не успехи, а… Короче, ты ведь знаешь, что про тебя в газетах пишут? Тут скандал, там скандал. Не обижайся, но если верить газетчикам, ты ведешь себя не многим лучше принца Блюблада, который в прошлом месяце отменил спектакль только потому что сам не смог на него попасть из-за ноющего колена. И это был не просто спектакль, а гастроли грифонского театра музыкальной комедии. Они приезжают в Эквестрию, наверное, раз в десять лет. На них билеты распродаются за полгода до спектакля! А этот вонючий осел, взял и все отменил! Просто так.

— Хотелось сходить? – догадалась я.

— Да, еле уговорила Дэш составить мне компанию, — мрачно отозвалась Скуталу. – Но речь не о том. Послушай, мы с тобой регулярно переписываемся, но даже я до сегодняшнего дня побаивалась встретиться с тобой и увидеть очередную зазнавшуюся шишку из верхов. А Эпплджек... Ну, ты должна представлять, как такие как она любят таких как ты. Ой! То есть, я хотела сказать, таких как принц Блюблад и ему подобные.

— Не понимаю, — покачала я головой. – Ты хочешь сказать, что Эпплджек что? Презирает меня, что ли? И настроила Эпплблум против меня?

— Нет, конечно, не презирает, — ответила Скут, хотя особенной уверенности в ее голосе я не почувствовала. — И уж точно, никого она против тебя не настраивала. Но да. Она считает, что ты сильно испортилась.

— И Эпплблум? Она тоже считает, что я, как ты говоришь, испортилась?

— Раньше я была уверена, что нет. Теперь уже не знаю.

— Все интереснее и интереснее, — буркнула я, тяжело вздохнув.

Еще в начале моей творческой карьеры, я поняла, что в образе колючей и высокомерной особы, с которой откровенно неприятно общаться, куда больше плюсов, чем минусов. Он, с одной стороны, избавлял меня от некоторой доли потенциальных поклонников, которые любят путаться под ногами, с другой, привлекал внимание. А для моей работы очень нужны были и известность, и свобода.

И так уж вышло, что с отрицательными последствиями такого поведения я до сих пор не сталкивалась. Газетные статьи с критикой задевали не сильно, и только первое время. В остальном, все было в порядке. Но сейчас, встретив своих друзей и в полной мере осознав, что про меня думают некоторые из них, я впервые пожалела, что стала такой, какой стала. Возможно, Эпплджек единственная, кто принял мое притворство за чистую монету, но и ее одной слишком много. Почему вообще это должна быть Эпплджек? Почему не кто-то другой? Ведь именно эта оранжевая пони с веснушками всегда была самым близким старшим другом нашей троицы. Рэрити, например, уделяла нам куда меньше внимания, чем Эпплджек. Кажется, однажды я даже захотела, чтобы Эпплджек стала моей старшей сестрой, вместо Рэрити, с которой я тогда сильно поссорилась. Или это мне приснилось? А, не важно, главное, что такие мысли, так или иначе, имели место в моей маленькой глупой голове.

А теперь выясняется, что Эпплджек считает меня Блюбладом в платье. А может еще и заставила Эпплблум считать так же. Селестия свидетель, еще немного и я пожалею, что вообще сюда приехала!

— Ладно, не грусти, — сказала Скуталу, мягко улыбнувшись. – Все устроится, вот увидишь. Тебе просто нужно встретиться с Эпплами и поговорить. Заодно познакомиться с Молтеном. Правда его и Эпплблум сейчас нет в Понивилле, они…

— Работают, знаю, — кивнула я, все еще погруженная в свои мысли.

— Эй, давай сделаем так, — продолжила Скут. У тебя ведь нет никаких особых дел на сегодня? Не хочешь повидать Флаттершай?

— А?

— Мы с Дэш собираемся к ней в гости, я говорила. Давай с нами!

— Не знаю, Скут, — сомневаясь, протянула я. – Неудобно как-то. Она ведь меня не ждет.

— Да брось. С тобой еще лучше будет! Мы же не просто так идем. Мы – по делу. Флаттершай собирается через месяц выступить в Кантерлоте с докладом в защиту Вечносвободного леса. Мы идем послушать ее наработки и заодно помочь ей репетировать.

Будем изображать что-то вроде толпы слушателей. А из трех пони толпа получится понатуральней, чем из двух. Правда, Дэш?

— По-моему хорошая идея, — кивнула Рэйнобу. – Флаттершай будет тебе рада.

— Погодите, Флаттершай будет выступать в Кантерлоте с докладом? – удивилась я.

— Ага, — улыбнулась во всю ширину рта Скуталу. – Я б тоже никогда не подумала, что она на такое способна. Но вот, собирается. Ну так как, ты с нами?

— Ну, давайте, — согласилась я. – Когда идем?

— Да я думаю, прямо сейчас, — ответила Скут. – Тем более, что во-он там уже появились претенденты на наш столик.

Скуталу указала на вход в кафе. Там, на пороге, робко оглядываясь в поисках свободных мест, стояли три жеребенка. Справа стоял крепенький пегас с коричневой гривой, карими глазами и шерсткой цвета сырого теста. На глаз, ему можно было дать лет тринадцать-четырнадцать. Слева нетерпеливо переступала с ноги на ногу желтая единорожка, примерно того же возраста, что и пегас. Ее оранжевая грива была заплетена в красивую косичку, перехваченную на кончике маленьким бантиком небесно голубого цвета. Такого же, как и ее глаза. А между ними, в центре, я увидела единорожека помладше. И не без удивления отметила, что хоть и не знакома с этим жеребенком, но за один сегодняшний день, вижу его в уже в третий раз. Сначала я увидела его в видении о моем портрете, приколотом к стене дома. Потом – на общей фотографии семейства Твайлайт. «Живьем», жеребенок выглядел точно так же, как я запомнила. Темно-синяя шерстка, напоминающая ночное небо, глаза необычного серого цвета и серая же грива. Что ж, если этот жеребенок – сын Твайлайт Спаркл, значит рядом с ним, должно быть, младшие Кейки.

Скуталу призывающе махнула детям и они поспешили к нам. Внезапно я осознала, что не могу назвать имен никого из этой троицы. Твайлайт так и не сказала мне, как зовут ее сына, а имена Кейков за двенадцать лет совершенно забылись.

— Скуталу, — шепнула я. – Как зовут Кейков?

— Мальчика Паунд, девочку Пампкин, — так же тихо ответила Скут.

— Спасибо, а…

— А вот с ним познакомишься сама. Думаю, тебя ожидает сюрприз.

Подбежав, жеребята хором поздоровались. Паунд Кейк начал крутиться рядом со Скуталу, что-то возбужденно ей рассказывая, а оба единорога впились взглядами в меня.

— Извините, а вы Свити Белль? – через несколько секунд, смущаясь, спросила Памкин Кейк.

— Да, это я. Здравствуй, дорогая, — улыбнулась я.

— Ух ты! Рада с вами познакомиться. Я очень люблю ваши песни! И вообще, вы очень классная.

— Спасибо. Только мы уже знакомы, Пампкин. Просто ты этого не помнишь. Мы познакомились, может быть, когда я была не такой классной, а ты не умела разговаривать, но все-таки. А вот вас, юный джентлькольт, я кажется, еще не знаю, — обратилась я к младшему единорожеку.

— Меня зовут Стар Ватчер, — ничуть не смущаясь ответил он. – И моя мама говорит, что вы самый сильный волшебник во всей Эквестрии!

— Ну, твоя мама ошибается, малыш, — ответила я. – Я знаю, как минимум, одну пони, чья магия намного превосходит мою. Ее зовут Твайлайт Спаркл, не слышал про такую?

Жеребенок на мгновение спал с лица и ойкнул, но быстро собрался.

— Да, я ее знаю. И я тоже думаю, что она сильнее. Но вы на втором месте!

— Вот как? – отвечая, я едва сдерживала смех. – Спасибо, Стар Ватчер. Мне очень приятно слышать такую оценку от сына самого сильного волшебника во всей Эквестрии.

— А откуда вы знаете… ?

— Ну, я же тоже в магии кое-что соображаю, — попыталась схитрить я, но под подозрительным взглядом жеребенка, хихикнула и призналась. – Я была утром в гостях у твоей мамы, она показала мне твою фотографию.

Пока мы беседовали со Стар Ватчером, Пампкин Кейк не сводила с меня преданного взгляда. Я чувствовала, что девочка хочет попросить автограф или фотографию на память, но решила подождать, пока она сама попросит.

— Так не честно! – внезапно воскликнула Скуталу. – Почему у тебя два поклонника, а у меня только один?

— О! О! О! – оживился Паунд Кейк. – Скуталу! Я могу быть твоим поклонником сразу за двоих!

— Не сомневаюсь, воробей, — Скут, усмехнувшись, потрепала юного пегаса по голове. – Ну как твои успехи?

— Не очень, — слегка погрустнел Паунд. – Не получается подняться выше скамейки.

— Не переживай, научишься. Я своими глазами видела, как ты летал, когда был маленький. На выходных еще раз попробуем у озера, хорошо?

Довольный Паунд Кейк молча кивнул. Скуталу улыбнулась ему и встала с места. Мы с Дэш тоже поднялись.

Покидать Сахарный Уголок не очень хотелось, но со свободными местами, по-прежнему было туго, и мы уступили свой столик жеребятам. Попрощавшись с ними и завернув на секундочку к прилавку, чтобы еще раз поблагодарить миссис Кейк за угощение, мы пошли на выход. Идущая последней, Скуталу, как только переступила порог обернулась и что-то мурлыкнула себе под нос.

— Милые они все-таки, — сказала она.

— Да уж, когда спят, — иронично добавила Рэйнбоу Дэш. – Кстати говоря, эти ребятки иногда очень напоминают вас в том же возрасте.

— Да-да, ты уже говорила, — отмахнулась оранжевая пегаска. — Ладно, как будем добираться до Флаттершай? Пешочком?

— А у тебя есть идеи получше? – усмехнулась я. – Я пока крыльев не отрастила.

— Идеи, — задумалась Скут. – Идеи, наверное, есть. Дэш, можно тебя на секундочку?

Скуталу наклонилось к уху Рэйнбоу и начала что-то шептать. В чем бы ни заключалась идея Скут, Рэйнбоу она сразу понравилась, а вот мне не очень. Слишком уж хитро обе поглядывали в мою сторону, не прекращая шептаться. Очевидно, приняв какое-то решение, обе подошли ко мне. Рэйнбоу встала слева, а Скуталу – справа. Оказавшись буквально зажатой между двух пегасов, я откровенно занервничала.

— Девочки, а что вы делаете?

— Да ничего особого, расслабься, — ответила Скуталу, разглядывая мелкий камушек рядом с моей правой передней ногой. – Мы тут просто подумали, по воздуху же всегда быстрее, чем пешком, правда?

— Э-э, наверное да, — ответила я. – А к чему ты…

— Вот и нам кажется, что быстрее, — перебила Скут. – Хватай ее, Дэш!

Я не успела сообразить, что произошло в следующую секунду. Просто вдруг все четыре ноги потеряли опору, а в лицо дунул резкий порыв ветра. Я зажмурилась, а когда через мгновение открыла глаза, поняла, что лечу. Вернее, тащусь грузом, который два пегаса удерживают передними копытами. Скуталу сжимала мою правую переднюю ногу, а Дэш левую. Обе пегаски старательно работали крыльями, поднимая меня все выше и выше.

— Вы что делаете?! – заорала я. – Я высоты бою-у-у-усь!

— А ты не бойся, — посоветовала Рэйнбоу Дэш. – Не уроним. Хотя лучше б ты перестала трястись и вырываться.

Голова неимоверно кружилась, сердце отбивало бешеный галоп, а почти весь воздух, который я успевала вдохнуть, уходил на крики. Но, ни Дэш ни Скуталу не слушали. Где-то под нами проносились, мелькая где-то в уголке глаза, разномастные крыши понивилльских домов. Никогда раньше не думала, что неясные коричневые пятнышки, которые едва успеваешь заметить, могут так пугать.

— Опустите меня немедленно!

— Да успокойся ты, наконец, — чуть раздраженно отозвалась Скуталу. – Лучше по сторонам оглядись. Красотища, какая!

Через некоторое время, когда первый шок отошел, меня начало мутить. Я зажмурилась, поклявшись себе не открывать глаз пока не окажусь на земле. Удивительно, но это помогло. Лететь по-прежнему было дико неудобно, зато почти не страшно. Я даже снова смогла нормально думать. И как только это произошло, я поняла, что все-таки получила то, чего пыталась добиться в Сахарном уголке. Рэйнбоу Дэш крепко держала меня за переднюю ногу. Лучших условий для контакта и придумать нельзя. Вот только Скуталу с другой стороны все портит. Я никогда не пробовала читать чью-то память, касаясь сразу двоих пони. Последствия такого контакта могли оказаться неприятными, но я все же решила рискнуть.

Сосредоточиться, будучи подвешенной в воздухе, оказалось не так-то просто, но я старалась, как могла. Мне нужна была Рэйнбоу Дэш. Она одна. Все внимание налево и только налево. Ну же, элемент верности, покажи мне себя. Докажи, что ты все так же силен как раньше.

Перед глазами замелькали картинки из воспоминаний Дэш. Я увидела озеро, почувствовала холодные брызги на своем лице и жар солнца, бьющий в затылок. Потом перед глазами появилось удивленное лицо еще совсем маленькой Скуталу. На душе стало легко и спокойно, будто какая-то проблема уже давно не дающая покоя, даже не решилась, а просто исчезла, перестала существовать. И еще я чувствовала надежду. Большую надежду, на что-то хорошее. Хотелось двигаться и творить.

Видение сменилось еще несколько раз, показывая мне разные картины из прошлого Рэйнбоу Дэш. А потом, я разорвала контакт и удовлетворенно улыбнулась. Я увидела достаточно. Радуясь удачно прошедшему контакту, я даже приоткрыла глаза. Как оказалось, именно в этот момент Дэш и Скуталу пошли на посадку. Оч-чень резко.

— ААААААА!!!