Цена ошибки

Старлайт Глиммер - сильный и способный маг, чьи способности превосходят даже способности аликорна, принцессы Твайлайт Спаркл. Той самой, что разрушила всё, созданное Старлайт с таким трудом, уничтожила её давнюю мечту о равенстве! Перенестись в прошлое и отнять у неё её друзей - это будет справедливо. Она, конечно, говорит, что игры со временем опасны, а её с подругами дружба важна для всей Эквестрии... Но это же не может быть правдой?

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Перерождение...

Ночной полёт...

Флаттершай

Табунные зарисовки

Серия зарисовок на основе предложений от поклонников, о том кто был бы хорошим пополнением в табуне. От переводчика: Рассказ принадлежит к вселенной Ксенофилии.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек Лира Человеки

Влекомые роком

Каково жить в условиях перманентного "конца света", чей приход не осознаётся никем, кроме горстки пони да сущностей, которых принято называть божествами? Каково осознавать, что будущее в значительной степени детерминировано, а обмануть Судьбу можно лишь громадной ценой? Каково достичь понимания почётной миссии и одновременно незавидной роли всей расы пони в сложной игре надмировых сил, противостоящих Хаосу и Тартару, которые угрожают бессчётному множеству миров? Каково проникнуть смертным умишком во многие тайны мироздания и дела бессмертных существ, не сойдя при этом с ума?

Другие пони ОС - пони

Солдат Удачи / Soldier of Fortune

Всем известны истории про "попаданцев" в Эквестрии, поскольку их много и они самые разные: начиная от таких героев, как Сэмуэл Стоун, и заканчивая лейтенантом Лукиным - обычным офицером. Однако, довольно мало рассказов о том, как жители Эквестрии оказываются в нашем мире - мире людей. Что ж, я попытаюсь исправить этот дисбаланс своим самопальным творением... Встречайте, "Солдат Удачи"!

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Человеки Стража Дворца

Ветер Времен

История о том, как опасен самообман и о том как давным давно умершая пони возвращается в Эквестрию с целью, о которой она и сама ничего не знает.

Твайлайт Спаркл Рэрити Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Хорошая девочка / A Good Filly

Хочешь выжить в Кристальной империи — следуй правилам. Шайнин Фасет прекрасно знает правила и лишь надеется, что её дочка выучит их побыстрее. Да, говорят, теперь всё по-другому. Но иногда одних флюгельгорнов и кристальных ягод недостаточно, чтобы залечить старые раны.

Другие пони

Десктопные пони

Пони-разум простенькой программы внезапно осознает себя.

Флаттершай

Клятва

Кто мог предположить, какое чудовище скрывается под маской самой веселой пони Понивилля? И что же порождает таких чудовищ в душах совершенно обычных пони? Теперь Пинкамине Диане Пай предстоит нелегкий путь к искуплению своего страшного греха. *** Самое страшное наказание последует от твоей совести.

Пинки Пай ОС - пони Мод Пай

Саморазрушение

В Эквестрии есть деревня, где пони могут быть кем угодно. Возможно, ты слышал об этой деревне всякие гадости. Ходят слухи, что у жителей украли кьютимарки, а правит всем одержимая властью единорожка. Нелепицы о натянутых улыбках и пугающих взглядах. Всё это ложь. Кроме слуха о том, что жители деревни пришли сюда добровольно. Это правда. Мы все сбежали от прежней жизни.

Автор рисунка: Siansaar
Часть первая: Долгожданный новый мир Часть третья: Оскал Фортуны

Часть вторая: Дон Бабл

Глава 1

Пролетел месяц, подошёл к концу испытательный срок. Очередным утром я застал соседа, упаковывающего вещи в солидных размеров чемодан:
― Ты не пойдёшь сегодня на работу? Что-то случилось?
― Да-да, случилось, ― Мист поднял глаза, лихорадочно горящие жаждой знаний. ― Видите ли, нашёлся наконец пони, готовый рискнуть ради магии!

Согласиться привинтить к черепу искусственный рог? Должно быть, этот пони ещё более ненормальный, чем мой собеседник. Движения единорога резкие, суетливые, грива растрёпана.
― И далеко? ― выразительно посмотрел я на чемодан.
― В Сталлионграде. Вообще-то, это другой конец Эквестрии. Но я не могу сидеть и ждать шанса получше, понимаете?
― Разумеется. Непременно подниму пару кружек за то, чтобы у тебя всё получилось.
― Спасибо… Дом теперь полностью в вашем распоряжении. Ох, и квартплата тоже, ― смутился он.
― Ничего, справлюсь как-нибудь, ― я улыбнулся и ободряюще хлопнул приятеля по плечу, едва не опрокинув в чемодан. ― Мир полон открытий, которые не будут ждать пока ты тут со мной нянчишься. Как думаешь отсюда выбираться?
― Возьму сейчас воздушную карету до ближайшей станции, оттуда на поезде. Теперь, когда я действительно нашёл что-то стоящее, нет времени экономить.
― Правильно, ― я помог ему закрыть чемодан.
― Как только получу первые результаты на месте, обязательно напишу, ― дверь распахнулась, влекомая магией.

Наивный единорог искренне считает, что мне интересна та научная муть, которая составляет смысл его жизни. Мист втянул воздух улицы полной грудью. Пахнет летом и переменами.
― И, разумеется, первый печатный экземпляр работы ― твой.
― Спасибо, ― я даже немного польщён. ― Присядем. ― Старый, но крепкий ещё табурет жалобно скрипнул под моим весом.
― Зачем? ― Учёный поднял на меня удивлённые глаза.
― Традиция такая, на удачу.
― Ладно, ― Мист сел на чемодан. ― Ты тоже пиши, если что. Помнишь, как я учил?
― Ага, ― поморщился я.

Чтобы отправить письмо с моими мизерными силами нужно с полчаса заряжать магией свиток. После такой процедуры я чувствую себя как выжатый лимон.

Мы помолчали несколько секунд
― Ну, всё… ― я протянул копыто для прощания.
― Попрощайся за меня со всеми.
― Да, разумеется.

Мист развернулся, тяжёлый чемодан поднялся в воздух, подхваченный телекинезом. Копыта рысью простучали по тропинке. Фиолетовый хвост быстро скрылся меж садовых деревьев. Вот так пони с ранних лет вынуждены гнаться за своей мечтой сквозь время, пространство и трудности, ведомые неодолимой силой своего призвания. Этот рисунок на крупе гонит их сквозь жизнь как ветер гонит корабль по волнам океана.

Скольким пони пришлось оставить позади друзей, родных, чтобы оказаться в новом месте, где их призвание, наконец, позволит им встроиться в общество словно маленький винтик могучей машины порядка и всеобщего благоденствия? Сколько миль приходится пройти пони, оседающим наконец в тихом городке вроде Понивилля, чтобы жить счастливо? И кто счастливее ― пони, которые в конце концов находят предназначение или люди, которых никто не заставляет ничего искать?

Я не таков. Я человек и не бегу в поисках лучшей жизни или своего призвания. Кредо человечества ― подчинять, приспосабливать окружающую действительность под себя. Переступать через боль, сопротивление и собственную слабость. Каждый раз, когда пони предлагали убежать от противника, что-то внутри говорило “нет”. В конце концов, я подготовленный, профессиональный попаданец! Изобрести автомат, выиграть сражение с помощью военных новинок, сколотить империю ― это по моей части. Как бы ни были милы эти разноцветные лошадки, им не удастся превратить меня в своё подобие.

От размышлений отвлекла миссис Фрост, пригласившая на завтрак. Она удивилась спешному отъезду учёного, но в целом отнеслась с пониманием, лишь посетовав на “непоседливых молодых”. Я же получил разрешение пригласить нового соседа в летний домик (ага, если только найдётся такой смельчак).

Даже фирменная овсянка гостеприимной старушки не смогла развеять лёгкую грусть и тревожные мысли преследовали всю дорогу до работы. Напомнив себе, что сегодня закончился испытательный срок, я встряхнулся и подошёл к бригадиру.
― А, это ты. Пойдём, ― позвал он за собой в просторную палатку.

Внутри оказалось довольно уютный кабинет ― шкаф, стол с бумагами, несколько стульев. Заняв место за столом, начальник вздохнул.
― Увы, вынужден тебя огорчить.
― Как?! Разве я плохо работаю? ― возмущение пополам с удивлением прозвучало в моём вопросе.
― Нет, ты отличный работник, моя бы воля ― взял бы таких побольше, но увы. Профсоюз против.
― Профсоюз? ― растерянно повторил я.
― Видишь ли, наша работа, отчасти, сезонная. Зимой не особо много желающих строить дома, да и сушится древесина значительно дольше, спрос сильно падает. Поэтому, чтобы сократить расходы, в конце сезона наша компания сокращает часть работников, чтобы нанять новых на следующий год.
― Хмм… ― неодобрение и скептицизм прозвучали в этом звуке.
― Обычно это сезонные работники, которые заранее знают о сокращениях, ― развёл он копытами, оправдываясь, ― но на этот раз появился ты. Работаешь за целую бригаду, а зарплату получаешь за одного. Не надо быть трёх футов в роге, чтобы понять, что компании выгоднее оставить тебя и уволить сразу нескольких “ветеранов”.

Вот уж не ожидал от дружелюбных пони такого. Но, похоже, когда выбор между их собственным благополучием и моим, они способны на многое.
― И профсоюз поставил вам ультиматум.
― Ну да. Или я не возьму тебя на работу сейчас, пока есть такая законная возможность, или они устроят забастовку, ― поморщился он. ― Увы, забастовка сулит нам серьёзную потерю прибыли. И, как бы ни было мне тяжело и противно, я вынужден отказать тебе в работе.
― Понимаю...
― Я выбил для тебя премиальных, сколько смог, ― пододвинул он ко мне тяжёлый на вид мешочек. ― И, конечно, напишу лучшую рекомендацию, но...

Похоже, эмоции отразились на моём лице, бригадир заговорил быстрее:
― Пойми, они не со зла это сделали. Просто всем пони надо что-то кушать… Ну, то есть всем… Извини, ― поник он
― Не беспокойтесь, я не прибегаю к насилию, ― поднял я копыто в останавливающем жесте и забрал деньги. ― По крайней мере, если с его помощью нельзя решить проблему, ― добавил вполголоса, вспомнив древесного волка в лесу. При этом уточнении бригадир слегка вздрогнул.
― Удачи ― помахал я копытом, решительно выходя из палатки.

Пони, попадающиеся навстречу, стыдливо прячут глаза и спешат отойти. Не глядя на суетящихся рабочих, быстрыми шагами пошёл в сторону города. Каким-то пони не победить меня, работа всё равно найдётся...

Расшатанная дверь кузницы тихо скрипнула. Горячий воздух с привкусом железной гари сразу же забрался под шерсть, поднимая волоски дыбом. Ван, как всегда работающий у наковальни, повернулся на звук и поприветствовал меня.
― Что-то случилось? ― обеспокоенно спросил он.
― Да так… В общем, я опять ищу работу.
― Профсоюз? Вот же ленивые крупы. Им проще добиться твоего увольнения, чем больше работать самим…
― Им нужно кормить семьи, ― пожал я плечами. ― А у тебя случайно не найдётся вакансии?

Кузнец отложил молот в сторону и тяжело вздохнул.
― Понимаешь, я работаю, пока есть заказы. Если бы заказов было больше, то я бы мог взять помощника. Но наш маленький городок не требует столько.
― А, знаю. Предложение и спрос. Невидимая рука рынка и всё такое, ― разочаровано протянул я.

Кузнец почесал затылок, оставив на вороной гриве пятно серой металлической пыли.
― Я могу тебе одолжить денег… Да даже просто так дать сколько-нибудь, но работу дать не могу, ― грустно заключил он.

Я кивнул своим мыслям и вышел из кузницы.

Прежде чем по-настоящему огорчаться, следует проверить ещё одну возможность. Пройдя город насквозь, я углубился в другой лес ― низенький, с болотистой почвой. Вскоре то тут то там стали попадаться полянки, на которых пони лопатами добывают торф. Работа показалась настолько грязной и унылой, что, когда наконец нашёлся местный прораб и наотрез отказался меня брать (профсоюз и тут отметился), даже почувствовал некоторое облегчение.


― Привет, Бабл, ― окликнула Трипл, когда я задумчиво шёл по одной из улиц города. ― Они всё-таки уволили тебя? ― огорчённо спросила она.
― Да, как видишь, ― я вздохнул.
― Я пыталась их отговорить, но потом они спросили, хочу ли я чтобы уволили тебя или же пятерых других пони, которые тоже мои друзья… Я просто не смогла ничего ответить, ― пегаска выглядит виновато.
― Не вини себя, ни один пони не смог бы выбрать в такой ситуации.
― Что планируешь делать дальше?
― Не знаю… Можно поискать работу в городе, но что-то мне подсказывает, что это бесполезно. Может, у тебя есть что на примете?
― Ну, я поспрашиваю, но найти вакансию сейчас вряд ли получится, ― помотала она головой.
― Тогда даже не знаю…
― Может, стоит попробовать в другом городе? ― предположила пегаска.
― А вы только и ждёте пока чужак уберётся из вашего маленького уютного городка?! ― я резко развернулся, но в глазах собеседницы увидел только непонимание. Она действительно пытается помочь. ― Извини, ― пробормотал я, отворачиваясь, ― не хотел на тебя рычать. Просто это увольнение было немного неожиданным. Да и отъезд Миста тоже.
― Мист уехал? Куда? Зачем?
― Расскажу, если угостишь безработного кружечкой пива, ― подмигнул я.
― О, если нужно, я могу одолжить тебе сколько-то монеток, пока снова не устроишься.
― Не нужно. На первое время деньги есть, бригадир постарался. А потом в любом случае надо будет что-то придумывать.


Ещё несколько дней я пытался найти вакансию, но спроса на мои услуги в городе стабильно нет. Деньги постепенно подходят к концу, а с ними и конструктивные идеи. Злость на коварный профсоюз постепенно сменяется безразличием и апатией.

Столик летнего кафе вяло скрипит под тяжестью моих локтей. Я сижу, подперев подбородок копытами, и неспешно потягиваю молочный коктейль. Мрачные мысли на тему поиска работы не покидают головы и вкус совсем не чувствуется за ними. Пенни рядом, она проходила мимо и решила составить компанию. Кафе завлекает посетителей на въезде в город и от жарких солнечных лучей нас спасает только большой зонт весёлой расцветки. Мой взгляд не отрывается от дальней кромки леса и пегаску я слушаю вполуха.
― Понимаешь, Бабл, вся экономика Эквестрии сейчас находится на грани кризиса, ― рассказывает она. ― В результате развития технологий предложение превышает спрос. Из-за этого производства сокращаются, рабочие места теряются, тем самым уменьшая спрос ещё сильнее.
― Почему бы вашей принцессе не сделать что-нибудь по этому поводу? ― буркнул я недовольно.
― Казалось бы, стоит вложить золото, и появятся новые рабочие места, ― продолжила она. ― Но чтобы организовывать производство нужно иметь рынок, куда будет реализована продукция. А рынки в условиях перепроизводства заняты так, что не протолкнуться.
― И что же делать?
― Кто-то предлагает безработным уходить в сельское хозяйство. Но это тоже тупиковый путь, ― рассуждает Пенни. ― Переходя на самообеспечение, пони перестаёт потреблять, а значит, только дополнительно ускоряет кризис.
― Неужели совсем нет выхода? ― спросил я безразличным тоном, не меняя позы.
― Ну, я встречала интересные идеи в одном труде… Переход от капитализма к более развитой экономической модели. Но там есть серьёзные разногласия с нынешней классовой системой общества, ― вздохнула она.
― Ясно. Только революция спасёт Эквестрию… ― пробормотал я себе под нос.

Я мысленно сделал отметку на будущее ― возможно, придётся свергнуть тут монархию. А что, один из стандартных подходов попаданцев. Только вот в роли царствующей семьи тут аликорны ― бессмертные существа, вроде как. Как же прикажете их расстреливать простому пролетарскому кабану?

Из центра города к нам стал приближаться какой-то шум. Вскоре на улице показалась явно чем-то разозлённая толпа. Словно рокочущий речной поток, угрожающе выкрикивая “Уходи!” и “Убирайся из города!” вооружённая вилами и факелами масса пони (и где только достали такой реквизит?) гонится за кем-то. Я всмотрелся в фигуру беглеца. Тёмное тело с кривым рогом, стрекозиными крыльями и пирсингом то тут, то там. Из города убегает перевёртыш.

Толпа преследует чёрную фигуру, периодически запуская помидорами. Добравшись до опушки, фигура скрылась в густом кустарнике. Я задумчиво поглядел вслед.
― Скажи, Пенни, часто у вас такое?
― Перевёртышей гоняют? Нет, довольно редко.
― А за что их?
― Ну, они высасывают энергию положительных эмоций. Ещё работать не хотят, а если нужны деньги ― занимаются воровством.

Я задумался. Вот перевёртыши не заморачиваются поиском работы, развлекаются в своё удовольствие, маскируясь среди пони и высасывая столько энергии, сколько нужно. Чтобы быть местным героем я явно мордой не вышел, в роли простого честного работника тоже преследуют сплошные неудачи. Так может, пора попробовать примерить на себя маску злодея?

Я решительно поднялся и распрощался с пегаской. Дома всё так же пусто, шлем привычно занял место на голове. Услышав, что меня не будет некоторое время, миссис Фрост опять посетовала на непоседливую молодёжь но удерживать не стала. Я направился в лес за беглецом. У опушки втянул носом воздух, беря след. “За беглянкой”, ― поправился мысленно. На глаз существу другого вида трудно определить даже пол перевёртыша в его насекомовидной форме, но запах подделать не так просто. Это трудно объяснить, но легко почувствовать, если имеешь острый нюх кабана.

Пройдя немного по кустам, след повёл себя более разборчиво, выбирая не такие заросшие участки. В довольно бодром темпе я рысил почти час, чувствуя, что приближаюсь к преследуемой.
― Хватит прятаться, выходи! ― неожиданный выкрик впереди заставил вздрогнуть. ― Если ты достаточно храбрый пони, чтобы преследовать меня даже в этом лесу, выходи и узнаешь, на что мы, перевёртыши, способны.

Передо мной небольшая полянка. В центре её, глядя безошибочно на тот участок зарослей, за которым притаился я, приготовилась к битве беглянка. Похоже, стоит ещё потренироваться в бесшумном передвижении по лесу.

Проламывая небольшую просеку в кустарнике, я вышел на поляну, и увидел как меняется лицо беглянки. Вероятно, она действительно ожидала увидеть пони. Обнаружив перед собой неожиданно грозного противника, цель бросилась наутёк. Я побежал за ней, нужно поднажать, чтобы не упустить след. Пара минут бега и я снова вышел на слегка заболоченный, но свободный от деревьев участок местности. Беглянка, затравленно озираясь, пятится в мою сторону. За ней, с грозным рыком, крадутся трое древесных волков.

Неудачи последних дней мгновенно разрослись в гневный взрыв. Эти деревянные недоразумения пытаются лишить меня билета в клуб злодеев Эквестрии! Влажная земля бросилась под копыта, беглянка испуганно сжалась, когда я стремительно пролетел мимо неё, обдав ветром. Ближайший волк успел только втянуть голову в плечи, когда произошёл удар. Во все стороны полетели острые щепки, оставляя прорехи в листве и травяном ковре вокруг нас. Волк, стоявший в центре, среагировал быстро, и моя левая задняя нога оказалась в захвате острых зубов. Чуткий нюх уловил жуткое зловоние из пасти хищника.

Деревяшки не могут глубоко пропороть толстую шкуру и я получил прекрасную возможность удостовериться, что разъярённые кабаны совершенно не чувствуют боли. Быстрое движение передней ногой ― и голова волка с приятным хрустом отделилась от тела. Разжимать застывшие челюсти нет времени ― на меня уже бросился последний зверь. Пара укусов, прошедших вскользь, быстрый взмах шлемом ― и волк отступает на пару шагов, мотая ушибленной головой. Места достаточно для минимального разбега. Ещё один рывок ― и сломанная, но ещё живая груда веток бьётся под копытами. В ярости, я молочу всеми четыремя конечностями, разбрасывая ветки и щепки по поляне. Бешенство вепря отличается от человеческого гнева. Чувствуется, что в таком состоянии даже пуля в сердце не остановит. Куча веток подо мной здорово уменьшилась и перестала пытаться уползти. Постепенно, красная пелена спала и я снова смог здраво мыслить.

По поляне раскиданы изломанные и раздробленные ветки, в некоторых из которых ещё можно узнать части тел хищников. В центре всё ещё сидит сжавшаяся чёрная фигурка. То ли осознав, что через лес, полный опасностей, в одиночку лучше не бегать, то ли решив, что я друг, то ли, что скорее всего, ещё не отойдя от шока, она не делает попыток убежать. Осторожно разжав деревянные челюсти и освободив ногу, подошёл к ней.
― Привет. Меня зовут Бабл, ― отрекомендовался я.
― Эмм… Привет. Я… Полагаю, на вашем языке, это будет Маттиола. Можно просто Матти. Зачем ты преследовал меня? ― испуг постепенно уходит из чудных, светящихся голубым, глаз собеседницы.
― Ну, это долгая история. Если вкратце ― мне нужно к вашей королеве.
― К самой Кризалис? Нет, ты не представляешь, что со мной сделают, если приведу чужака в улей.
― Да брось! Я не враг вам. Скорее даже, с моим приходом твой вид многое выиграет.
― Звучит не слишком убедительно. Знаешь, мы питаемся чувствами пони и хорошо распознаём их. Пойдём пока вместе. Ты расскажешь свою историю и я смогу решить, стоит тебе доверять или нет.
― Хорошо… Всё началось одним утром...

Помня, что меня прослушивает эмпат, рассказал самый правдивый из возможных вариантов, умолчав только о своём настоящем мире и биологическом виде, не похожем ни на что местное. Перевёртыш оказалась хорошим слушателем, в нужных местах кивая и поддакивая там, где требовалось. В итоге она вынесла вердикт:
― Пони ― дискордовы лицемеры. Улыбаются и помогают друг другу, но стоит им узнать, что ты не такой, как они, начинают кидаться помидорами… Ладно, я отведу тебя в улей. Но учти, идя туда, ты рискуешь своей жизнью, ведь мы тёмные, опасные существа, ― предупредила она.

Я лишь бросил оценивающий взгляд на свою спутницу и презрительно фыркнул. Видимо, при эволюции эти существа делали ставку на скрытность и мобильность, а не на силу и массу. На вид она легче и слабее пони одного с собой роста. Магические же способности этого вида тоже наверняка узко направлены, и здешних магов следует опасаться не более, чем моего бывшего соседа. Единственный, кто действительно чего-то стоит ― сама королева. Но именно с ней, скорее всего, и предстоит сразиться, если я собираюсь получить в своё распоряжение ловких, мобильных и скрытных подручных ― мечту любого злодея. Став главой улья, я получу поистине могучие возможности, а всего-то и надо, что одолеть королеву. “То есть, подарить королеве цветы и подружиться”, ― поправил себя мысленно, вспомнив что идущая рядом Матти может читать эмоции как раскрытую книгу.

Мы шли, углубляясь в болота, до самого вечера. Под копытами чавкает грязь, в некоторых местах приходится идти по колено в воде. Рог спутницы слабо светится, поддерживая заклинание. Тучи комаров злобно гудят за пределами защитной сферы, белесые пиявки тоже не могут добраться до тёплой крови путешественников. Судя, по всему, мы оказались даже за пределами Эквестрии, или приблизились вплотную к границе: солнце, подвластное нормальным физическим законам, а не прихоти магических лошадок, медленно окрашивает западную часть неба в багровые тона заката.
― Долго ещё? ― раздражённо спросил я, в очередной раз по колено проваливаясь в вязкую грязь трясины.
― Почти пришли, ― обнадёжила спутница.
― Хорошо, а то я не успел взять припасов в городе…
― Нашёл бы ещё каких-нибудь волков и съел бы, раз ты такой грозный хищник, ― ехидно ответила она.
― Я кабан, а не бобёр! И вообще не хищник, видишь копыта? ― возмутился я.
― Как скажешь, ― не поверила Матти. ― Вот мы и на месте.

Деревья расступились, и перед нами открылось зеркало чистой воды. Круглый глаз болота занимает почти всю полянку, вплотную подкрадываясь к маленьким кривым деревцам на краю. Вместо дна на нас глядит абсолютная чернота, обозначая огромную глубину бездны. Спутница зажгла светлячка на конце рога, но лучи света не смогли нащупать ни дна, ни стенок бездны, быстро истончаясь и пропадая в тоще воды.
― Будем нырять, ― пояснила перевёртыш, видя недоумевающий взгляд. ― Тут совсем недалеко, главное держись за мной.

Она без колебаний прыгнула в трясину, сразу же пропав из виду под водой. Я подозрительно принюхался к блестящей поверхности. Не может же она пожертвовать собой таким образом, чтобы отвести опасного чужака подальше от улья? Или может? Всё-таки внешне перевёртыши чем-то напоминают насекомых, а муравьи, или. скажем, пчёлы, не задумываясь жертвуют собой для защиты гнезда.

Прыжок могучей кабаньей туши вызвал фонтан брызг. Как только поверхность трясины сомкнулась над головой я словно бы оказался в другом мире. Вокруг во всех направлениях только чернота, заполненная холодной водой и лишь впереди двигается в такт гребкам огонёк на роге проводницы. Я отчаянно заработал лапами, приближаясь к нему, и вскоре выпал на пол из тёмного дерева. Я огляделся ― тёмные тона стен и потолка, текучий, словно живой, дизайн. Зеленоватое “радиоактивное” свечение. Чуть щекочет ноздри, заставляя морщиться, болотный запах, но заметно слабее, чем снаружи. Лёгкий ток воздуха чуть шевелит гриву. Вокруг определённо улей перевёртышей. За спиной чуть колышется стоячая стена воды, удерживающее заклинание не только не даёт ей затопить помещения, но и удержало воду из моей шерсти при входе. Я словно бы и не купался только что.

Нас двоих окружили готовые к бою стражники улья. Рослые, на полголовы выше среднего пони, они всё ещё немного ниже меня и точно намного легче. Доспехи непривычной, угрожающе-органичной формы явно сделаны не из металла. Дубинки, предназначенные для того, чтобы взять нарушителя в плен, не смогут ничего противопоставить моему боевому шлему из толстого металла. Матти о чём-то пошепталась с ближайшим стражником и он бегом унёсся прочь.
― Сейчас доложат королеве и она решит твою судьбу, ― пояснила она.

Я только хмыкнул. Судя по стражникам, предположения о небоевой направленности перевёртышей полностью подтверждаются. В случае конфликта я могу просто пробежать стальным катком по узким коридорам улья, оставляя за собой завалы из побитых хозяев. Главное потом не заблудиться и найти дорогу назад. Стражники вокруг немного отступили и я вспомнил, что нахожусь в логове чёртовых эмпатов. “Я пришёл сюда говорить, а не драться”, ― напомнил себе. ― “Перевёртыш кабану друг, товарищ и брат”. Кажется, подействовало. Стражники немного расслабили мышцы, они больше не собираются драться или бежать в любой момент.

Наконец, вернулся гонец от королевы.
― Её Величество примет тебя прямо сейчас.

Матти сама взялась проводить до тронного зала, видимо, надеясь получить награду за то, что привела сюда. Наивная. Почётный караул заикнулся о том, чтобы я сдал оружие, но так как из оружия у меня только шлем, который вообще-то доспех, они смущённо смолкли под моим грозным взглядом.
― Могучий воин-кабан из далёких краёв, Бабл, к Её Величеству королеве Кризалис, ― раздался голос какого-то специального придворного как только распахнулись двери.

Я решительно прошагал в центр зала. Тёмным пятном на троне изящно восседает королева, словно величественная обсидиановая статуя самой себе. По бокам стоят группки её приближённых и просто придворных перевёртышей. Почётный караул остался снаружи, лишь двое стражников подозрительно смотрят от подножия трона. Задавив в себе вызванное помпезностью обстановки желание изобразить какой-нибудь изящный поклон, я лишь слегка кивнул всем присутствующим:
― Приветствую почтенное собрание, ― не смог удержаться от лёгкой издевки.
― Зачем ты пришёл к нам, дерзкий чужак? ― глаза королевы сузились.

Настал момент истины. Собрав всю свою решительность в копыто, я гордо выпрямился и произнёс:
― Я стану королём этого улья!

Все присутствующие, казалось, забыли как дышать. Все взоры обратились к королеве, которая, надо отметить, тоже выглядит весьма ошарашенной. Лишь стражники у трона чуть пригнулись, заметив мои напрягшиеся, готовые к сокрушительному рывку, лапы. Я стараюсь уловить момент, когда глава перевёртышей начнёт атаку магией, чтобы сместиться рывком в сторону и решить бой следующим молниеносным броском, смяв стражников по пути. Необходимо дать противнице ударить первой, как бы подтверждая согласие на поединок.

Прошло несколько секунд томительного ожидания. Кризалис о чём-то задумалась, затем ещё раз внимательно оглядела мою напружиненную фигуру, стряхнув длинную чёлку зеленоватой гривы с глаз. Наконец, она уронила взгляд в пол и произнесла слова, которые я меньше всего ожидал тут услышать:
― Я согласна...

Глава 2

Улей гудит от суеты, разлетающихся слухов и предпраздничного напряжения. Перевёртыши снуют повсюду, украшая свой дом. Кто-то готовит праздничную еду (как ни удивительно, но у здешних жителей есть такая), кто-то спешно расставляет мебель для праздника. Улей готовится к свадьбе.

Парочка портных с помощью магии прямо на мне ловко сшивают фрак, соответствующий торжественности момента. Матти, которая всё ещё крутится где-то рядом, даже доверили нести коробочку с кольцом. Несколько раз я порывался встретиться с королевой чтобы разрешить недоразумение, но всегда меня останавливали, говоря, что-то насчёт “не принято видеть до церемонии”.

Наконец, костюм готов и ничто больше не задерживает начало церемонии. Нас с Матти завели в небольшую комнатку. Судя по музыке и гомону голосов, прямо за дверью находится большой зал с празднично настроенной толпой.
― Ваше Величество, надеюсь, вы не забудете заслуг ваших верных подданных?

Я оценивающе оглядел собеседницу. Определённо, достаточно сообразительна, чтобы принимать самостоятельные решения и неплохо разбирается в людях. Более строгое “величество” могло бы и наказать за напоминание, что по дороге к трону ему кто-то помогал. Не удивлюсь, если и право на свою позицию несущей кольцо она получила не просто так.
― Разумеется. Настоящему злодею всегда нужны умные и смелые подручные.
― Вам следовало меня предупредить о ваших истинных намерениях. Мы могли бы пойти традиционным путём и соблюсти все формальности, ― упрекнула меня перевёртыш.
― Видишь ли, происходящее, в некотором роде, для меня самого ― неожиданность.
― Но вы же сами...

Прервав собеседницу на полуслове, в зале торжественно прогремели трубы и меня пригласили внутрь. Двое стражников в парадных доспехах распахнули двери. Стараясь выглядеть грозно, уверенно и снисходительно, как и подобает будущему королю перед лицом будущих подданных, я пошёл по широкой ковровой дорожке из пушистой красной материи. По бокам толпится множество перевёртышей, перешёптываясь и кидая на меня любопытные, подбадривающие, а иногда и откровенно недоброжелательные взгляды. Дойдя до противоположной стены зала, я забрался на возвышение, где стоит престарелый священник в забавной золотой рясе, поддерживая магией в воздухе толстенную книгу.

Двери снова распахнулись, впуская королеву, и оркестр грянул марш Мендельсона с удвоенной силой. “Интересно, сами ли пони придумали эту простенькую мелодию, или же её принёс сюда какой-нибудь более удачливый попаданец?” ― подумалось мне. Одетая в изысканное и роскошное белое платье, глава улья грациозно ступает по проходу, вызывая волну поклонов и поток обожания от подданных, который я почти физически ощущаю, понемногу и сам поддаваясь общему настрою. Я не видел изящной красоты эквестрийских принцесс или рафинированных кобылок Кантерлота, так что не могу сравнивать. Но здесь и сейчас, определённо, Кризалис, как и подобает невесте, самая красивая кобылка. И блистающая корона, которую она элегантно несёт на голове, служит только данью традиции.

Королева заняла своё место, лицом к лицу со мной, на расстоянии вытянутого копыта, и священник начал читать свою занудную речь. Послание к подданным начиналось с восхваления королевы и воспроизведения всех титулов и заслуг. Про меня тоже сказали много хорошего. Так, я с удивлением узнал, что завидев меня, разбегаются все пони-стражники, что я держал в страхе целый город в Эквестрии, а на завтрак ем исключительно хлопья из хорошо перемолотых древесных волков. Должно быть, список “подвигов” предоставила Матти, добавив к рассказанным мной фактам изрядную долю собственного творчества. Я воспользовался моментом, чтобы вполголоса уточнить некоторые детали:
― Ваше Величество, вы потрясающе выглядите, ― на всякий случай начал я с комплимента.
― Спасибо, мне сегодня, почему-то, все об этом говорят, ― хитро улыбнулась она.
― Вы же понимаете, что этот брак, он… Ну… ― замялся я.
― Политический, ― пришла на помощь собеседница.

Узнав, что королева поняла всё правильно, я не удержался от облегчённого вздоха. Как бы всё ни обернулось дальше, я пришёл сюда за шайкой подручных, а вовсе не за тем, чтобы задеть чьи-то чувства.
― Не верите в любовь с первого взгляда? ― спросила Кризалис, от которой не укрылась моя реакция.
― Я кабан, а не перевёртыш, я разбираюсь в другой еде, ― парировал я, возвращая на лицо приличествующую моменту улыбку. ― Но почему именно свадьба? Не спорю, импровизация великолепная, но…
― А что мне ещё оставалось делать? ― несмотря на гневное шипение, она тоже продолжает снисходительно улыбаться подданным. ― Смотреть, как ты устраиваешь безобразную драку прямо в тронном зале?
― Ну извини, когда я собирался сразиться с грозной королевой перевёртышей в её же логове и захватить улей, как-то не подумал, что поставлю тебя в неловкое положение.
― Глупенький, ― хихикнула собеседница. ― У нас корона не передаётся таким бессмысленным, варварским образом. Да корона нигде не передаётся путём поединка, откуда ты вообще взял такую идею?
― Это древний обычай нордов… ― моё смущённое бормотание перекрыл оркестр.
― Что-что?
― Ничего, забудь. Это действительно был плохой план, ― признал я. ― Хотя, с другой стороны, он же сработал… хоть и не совсем как задумывался. Думаю, вдвоём мы сможем повернуть дело к общей выгоде.
― Разумеется. Нашему народу уже давно не хватало, эмм…
― Чемпиона? ― на этот раз я подсказал определение.
― Именно. Могучего рыцаря, вождя, который при нужде мог бы повести воинов в бой.
― Да, для столь обворожительной королевы роль не слишком подходящая…
― Пожалуй. У Селестии есть шестёрка чемпионов, которых она может бросать на любую проблему в их маленькой пряничной стране, а у нас теперь есть ты…
― Эй, но у короля же больше власти в своей стране, чем у прислужников солнечной принцессы? ― мой голос прозвучал немного обеспокоенно.
― Конечно, ― соврала Кризалис, не моргнув глазом. Лишь немного изменившийся запах выдал фальшь в словах королевы.
― По крайней мере, этот брак не будет скучным, ― усмехнулся я.
― Да, ― ответила она неожиданно громко и я понял, что церемония подходит к своей кульминации.
― Да, ― ответил я на следующий вопрос священника.
― Если кто-то возражает против этого брака, пусть говорит сейчас или не говорит никогда! ― торжественно подытожил старичок, строго оглядывая зал.

Мой же взгляд устремился к дверям. Если только кто-нибудь догадается сейчас ворваться в зал с криком “я возражаю!”, мне удастся безболезненно выйти из нынешнего неловкого положения, не взяв на себя никаких обязательств. В конце концов не вечно же это королевство было без короля? Что же с ним случилось? В свете такого факта могут возникнуть вопросы о моей собственной безопасности. Надеюсь, в комплекте со стрекозиными крылышками и чудными фасеточными глазами не идут брачные обычаи богомолов? Иначе, в случае приглашения на мероприятие под названием “первая брачная ночь”, мне лучше приходить в надёжном стальном шлеме.

Но зал безмолвствует, а если кто-то и ломится в закрытую дверь, звукоизоляция последней надёжно поддерживает тишину, подобающую моменту. Я вздохнул и воспользовался телекинезом, чтобы красиво переместить кольцо из поданной коробочки на рог невесты. Второе кольцо, так же движимое магией, прочно закрепилось у меня на клыке.
― Властью, данной мне королевой и священными традициями нашего народа, объявляю вас мужем и женой.

Под перекрестьем множества взглядов, я нерешительно сделал шажок вперёд. Лицо Кризалис приблизилось, занимая половину мира. Наши губы соприкоснулись, обрушив водопад новых ощущений. Вокруг раскинулся безграничный космос, чёрный и холодный. Но, словно звёзды и туманности, окружающее пространство заполняют эмоции пони, когда-то поглощённые королевой и другими перевёртышами. Любовь, счастье, надежды и томительное ожидание ― можно перемещаться от одного скопления света к другому, бесконечно сопереживая разворачивающемуся калейдоскопу чувств. Кажущийся бесконечным поцелуй прервался и я снова ощутил себя в кабаньем теле, стоя в зале, полном ликующих перевёртышей.

Видение заставило по-новому взглянуть на стоящую передо мной королеву. Она не просто живое существо со своими страстями и желаниями. Она также ― скопление могущественной силы, один из столпов местного мироздания, ни в чём не уступающий другим аликорнам.

Прочитав ещё одну скучную речь, священник надел на меня корону. Впрочем, я не мог не заметить, что корона Кризалис значительно ярче и богаче.

Шумное застолье длилось до вечера. Жители улья не избалованы праздниками и теперь веселятся на полную. Я познакомился с местной кухней. В основном это шарики теста, наподобие заварного печенья, но внутри в качестве начинки заключены эмоции пони. Я, как представитель иного вида, не могу насытиться подобными материями, но вполне способен ощутить. Персонально для меня на стол выставили корзину с фруктами. Запивают всё это водой, в которой обильно размешано хмельное веселье.

Позже меня проводили в мои покои. Придворный так и сказал, ― “Вот ваши покои, Ваше Величество”, ― а значит, спальни у нас с королевой раздельные. “Вот и славно”, ― решил я. “Если уж от одного поцелуя такие глюки ловлю, то…” ― я замотал головой, вытряхивая дальнейшие мысли. Обстановка богатая, хоть и без ожидаемой помпезности. Несколько разных шкафов, стол для работы с бумагами, пара стульев и большая кровать с балдахином.

Я устроился на мягкой перине, приготовившись отходить в царство Луны, когда дверь без стука распахнулась и Кризалис грациозно вошла в комнату.
― Эмм… Дорогая… Мы же только сегодня познакомились, может, не стоит вот так сразу… ― сев на кровати, неуверенно начал я.
― Не бойся, ― хищно улыбнулась королева. ― Я просто зашла, чтобы вручить тебе небольшой свадебный подарок, ― она подошла вплотную.
― Свадебный подарок? Вообще-то этот обычай немного не так работает… ― удивлённо наклонил я голову на бок.

В следующую секунду голова жены резко метнулась вперёд, как кобра в броске. Я почувствовал лёгкий укол, когда острые, словно иглы, клыки пронзили толстую шкуру на шее. В пустой комнате легко выделить запах любого вошедшего, тем более удивительно что в запахе королевы до сих пор не ощущаю ни капли агрессии. Рассудив, что вряд ли наблюдаю покушение на свою свежеиспечённую монаршую особу, я просто подождал, пока Кризалис не оторвалась от моей шеи, довольно облизывая губы.
― И в чём же заключается подарок? ― скептически спросил я.
― Увидишь. Когда проснёшься, ― она мягко толкнула копытом, опрокидывая меня на подушки.

Глаза сразу стали слипаться. Последнее, что я увидел, перед тем, как совсем заснуть ― дверь, закрывающуюся за королевой.

Меня преследовали беспорядочные, глупые сновидения. Я превращался от укуса то в перевёртыша, то в древесного волка, то в обычного пони. Потом куда-то бежал, а Кризалис в подвенечном платье гналась за мной, медленно, но уверенно догоняя. В конце приснилось, как будто перевёртыши под моим руководством захватили всю Эквестрию. Но отпраздновать победу не получилось, откуда ни возьмись выскочила шестёрка элементов и всех победила, как обычно. Я обессиленно лежал на земле, а они пытались заставить сказать этот свой лозунг, мол, “дружба это магия”. “Не дождётесь!” ― сказал я и вскинул револьвер к виску.

Проснувшись от удара собственного копыта по голове, скатился с кровати. Приснится же такое. Вокруг разливается всё то же зеленоватое свечение, окон в улье нет и я не могу определить время дня даже приблизительно. Спать больше не хочется, так что, встряхнувшись, решил считать, что сейчас утро. На тумбочке у кровати лежит две короны. Одна церемониальная, затейливая и с массой разных камней, в которой я был вчера. Вторая же ― повседневная, простой неширокий обруч с зубцами и периодическими вкраплениями крупных рубинов по ободку. Надев обруч (чуть-чуть пришлось согнуть “по фигуре”), двинулся на поиски королевы.

Тело движется неуверенно, затёкшее за время сна. Жёсткие волосы гривы растрёпано торчат во все стороны. Сколько же времени я потерял? И зачем Кризалис было портить мне шкуру? Я попытался усилием воли принять облик пони, но ничего не вышло.

С непривычки в улье легко заблудиться, поэтому я просто поручил стражу, стоящему у двери, разузнать где королева. Вскоре он вернулся в сопровождении перевёртыша, чей важный вид и читающееся в запахе намерение одурачить всех вокруг выдавали в нём придворного. Или же опытного мошенника, что, на мой взгляд, не слишком отличается.
― Здравствуйте, Ваше Величество, ― поклонился он с достоинством, стоя в дверях. ― Меня зовут… эмм… Нарцисс, и королева поручила мне ввести вас в курс дел. ― Для общения между собой местные жители используют не только слова, так что им приходится переводить имена на понятный мне язык.
― Ну что же, проходи, ― махнул я в сторону стола копытом. ― А ты, раз такой умный, сообрази мне что-нибудь позавтракать, да поживее.

Я не собираюсь спускать стражнику с рук то, что вместо моего приказа он выполнил, явно выданное ранее, поручение королевы. Раз уж я тут король, то заставлю перевёртышей со мной считаться. Хмм, интересно, есть ли тут возможность злоупотреблять властью? Стражник чуть вздрогнул под зловещим взглядом и побежал исполнять поручение, позвякивая церемониальными доспехами.
― Вот, извольте видеть, ― сказал придворный, опуская на стол небольшую пачку листов, что принёс с собой. ― Дела, по которым вам необходимо принять решение.
― Погоди, ― вскинул я копыто. ― Сначала ― где сейчас моя супруга?
― Её Величество принимает послов из графства бэтпони. Вероятно, она освободится где-нибудь через пару часов.
― Хорошо. Показывай свои бумаги, ― сдался я.

На листках множество однотипных записей. “Довожу до вашего сведения…”, “... перевёртыш такой-то…”, “...оскорбил… ...украл… ...нанёс повреждения…”. Определённо, это судебные тяжбы. “Не успел примерить корону, как супруга спихивает грязную работу”, ― усмехнулся я про себя. Впрочем, это может оказаться забавным, почему бы и не попробовать?
― Тронный зал сейчас свободен?
― Большой тронный зал свободен, в малом же королева принимает послов. Но…
― Отлично. Собери всех истцов и ответчиков по этим бумажкам в большом зале. Как закончишь, позови меня.
― Но Ваше Величество, в делах же записаны доводы обеих сторон, вы можете просто…
― Просто собери их, ― повторил я чуть медленнее.
― Как прикажете.

Нарцисс соскочил со стула, глубоко поклонился и, пятясь, вышел из комнаты.

Вскоре дверь снова распахнулась и запыхавшийся стражник втащил корзину с фруктами.
― Молодец, на этот раз не сплоховал, выполнил в точности, ― похвалил я служаку. ― Теперь иди найди ещё одного придворного, и чтобы он разбирался во внешней политике.

Стражник стрельнул глазами по комнате в поисках назначенца королевы (или его останков), но глупых вопросов задавать не стал, а коротко поклонившись, снова унёсся куда-то по коридору.

Фрукты свежие, налитые соком. По комнате распространяется сильный, приятный запах. Не успел я толком перекусить, когда в покои зашёл ещё один придворный. На этот раз заметно пожилой перевёртыш с белой бородой. Сухие, потрескавшиеся копыта небыстро ступают по деревянному полу. Старик одет в форменный плащ, расшитый странными символами. Он зябко кутается в тёплую материю, прячась от сырого прохладного воздуха коридоров улья. На боку висит небольшая сумка с парой книг.
― Здравствуйте, Ваше Величество, ― степенно поклонился он. ― Зовите меня Шафран, я королевский летописец.
― Летописец? Почему же ты здесь, вместо того, чтобы засвидетельствовать переговоры королевы?
― На переговорах присутствует мой ученик. Хоть знания его и не столь глубоки, но пером он орудует куда как быстрее меня.
― Именно знания меня и интересуют. Что ты можешь рассказать о положении нашего королевства во внешней политике?
― Хоть и не слишком многочисленный, но наш народ уверенно стоит на земле за счёт своей удивительной магии и…
― Стража! ― прервал я. ― Что у нас полагается за наглую ложь особе королевской крови? ― спросил я стражника, сунувшего голову в дверь.
― Ну, вообще-то наказания у на не закреплены строго… ― почесал он в затылке, смешно сдвинув шлем на глаза. ― Обычно за такое могут приговорить как к казни, так и к другим равносильно суровым наказаниям.
― Спасибо, возвращайся на пост, ― кивнул я и перевёл взгляд на побледневшего архивариуса. ― Просто хотел уточнить, не обращайте внимания. Продолжайте, пожалуйста.

Старик застыл, тщательно продумывая следующие слова. Местное радиоактивно-зелёное освещение забавно расцвечивает седую бороду, заставляя её резко выделяться на лице. Мутные фасеточные глаза сосредоточенно смотрят на меня, пытаясь угадать, что монарх желает услышать.
― Прошу прощения, Ваше Величество. Видите ли, делая записи для потомков, я привык характеризовать наше положение несколько более… оптимистично, чем на самом деле.
― Понимаю. Но меня интересует настоящая картина.
― Что же… На арене внешней политики наше положение незавидное. Немногочисленный народ с единственным постоянным поселением в землях, непригодных для возделывания или другой экономически выгодной деятельности. Большая часть населения вынуждена маскироваться и скрытно собирать пищу по окружающим нас странам, чтобы обеспечить себя и улей. Приспособленные для открытых конфликтов даже немного хуже, чем пони, среди которых встречаются довольно сильные боевые маги, мы не можем ничего противопоставить окружающим народам в боевом плане. К счастью, благодаря могучей магии королевы, наш улей надёжно спрятан в глубине болот и тут мы в безопасности.
― Вот что… Насчёт экономики ты глубоко неправ, болота ― это торф, а торф ― это энергия. Это паровозы, теплоэлектростанции, да просто обогрев в зимнее время. Это перспективная статья экспорта, опять же. Что насчёт соседних стран?

Старик телекинезом извлёк из сумки и расстелил на столе карту. Я вгляделся в незнакомые обозначения. Улей подписан, он занимает центр. Верх карты, похоже, соответствует северу, как и у людей.
― На севере от нас большой участок леса контролируют бэтпони, дальше на западе королевство оленей. На востоке Эквестрия, наиболее экономически развитый наш сосед, но дипломатические отношения на данный момент поддерживаются только с бэтпони. Они достаточно терпимы к нашим сборщикам.

Прерывая доклад, раздался стук в дверь. Получив разрешение, в комнату вошёл Нарцисс.
― Ваше Величество, все перевёртыши, имеющие отношение к рассматриваемым делам, собраны в большом зале.
― Замечательно. Пойдём туда. Вам, полагаю, тоже будет интересно посмотреть, ― обратился я к летописцу.

Сегодня в зале почти нет придворных, только несколько зевак собрались посмотреть что там задумал новый король. Зато на красной дорожке к трону толпится целая очередь из жаждущих справедливости местных жителей. Рядом с троном королевы уже появился ещё один, с менее высокой спинкой, зато пошире. Высокие потолки зала выглядят мрачно и торжественно, вдоль стен развешены флаги.

Мы с архивариусом и Нарциссом вошли через специальную дверь позади тронного возвышения. Мой трон из толстых дубовых досок, даже золотой орнамент выглядит надёжно и воинственно. Прочное сиденье не издало ни звука под напором моей массы и оказалось неожиданно удобным. Я оглядел очередь, грозно нахмурив брови.
― Его Величество король Бабл! ― запоздало возвестил герольд.

Все присутствующие, кроме стражников у подножия моего трона, почтительно поклонились.
― Нарцисс! ― подозвал я придворного. ― Палач готов?
― Разумеется, Ваше Величество.
― Тогда подавай свои листочки в том порядке, как эти ребята подходят, ― кивнул я на очередь и поманил жестом первую пару.

Двое перевёртышей нерешительно приблизились. Так, посмотрим. Один обвиняет другого в краже маскировочного плаща. Необходимая вещь в работе сборщиков, без неё ни в одно поселение пони толком не войти. Ответчик же утверждает, что плащ принадлежит ему. Учитывая мою способность учуять ложь, дело выглядит несложным.
― Итак, где ты потерял плащ?
― В городке Понивилль, Ваше Величество.
― И ты считаешь что у него именно твой плащ?
― Да.
― Признаёшь ли ты, что украл этот плащ? ― обратился я ко второму.
― Да, Ваше Величество, ― толпа ахнула.
― И у кого ты его украл? ― уточнил я.
― У одного пони. Это точно был не один из моих собратьев.
― Ты говоришь правду, ― вынес я вердикт. ― Невиновен. Растяпе десять палок и продайте новый плащ. Если нет денег, продайте в долг. Следующий!

Далее двое перевёртышей не смогли поделить табуретку. Они сделали её вместе, но каждый хотел забрать себе. Подумать только, и с этим они обращаются к своему правителю...
― Распилите пополам и пусть каждый возьмёт себе равную часть, ― рассудил я.

Спорщики удалились, довольные справедливым решением.
― И по пять плетей каждому! ― крикнул я вслед. Чтобы в следующий раз договорились сами.
― Так, что там дальше… Провал сбора в городе Понидейл. Матти, ты что ли? ― поднял я голову.
― Да, Ваше Величество, ― она нерешительно улыбнулась, стоя у подножия трона.
― Причины провала меня не интересуют. Виновна и амнистирована за выдающиеся заслуги перед королевством, ― постановил я. ― Нарцисс!

Придворный поспешно приблизился.
― Подготовь приказ о зачислении этой кобылки в мою администрацию.
― В администрацию, Ваше Величество? ― недоумённо переспросил он.
― В подручные, в помощницы, в специальный экспедиционный штурмовой отряд. Ну, ты понял.

Аристократ кивнул и отправился исполнять приказ.
― Следующий!

Разбирать споры с нюхом на враньё оказалось плёвым делом, и очередь стала продвигаться довольно быстро.
― На дыбу на полчаса!..
― Заковать в кандалы и забросать помидорами!..
― Пытку капающей водой, пятнадцать минут!..
― Приковать к позорному столбу на восемь часов, всем идущим мимо показывать копытом и смеяться!.. ― разносится по залу мой грозный голос.
― Повесить! ― где-то в конце очереди послышалось падение тела. ― За задние ноги, на три часа. Тот, что сомлел, в чём обвиняется?.. Серьёзно?.. Когда очнётся ― общественные работы на два дня!

Неожиданно быстро, очередь закончилась. В зал зашёл и приблизился к трону один из стражников.
― Ваше Величество, тут вопрос от палача.
― Да-да, слушаю.
― Видите ли, у него собралась очередь, а некоторые наказания, из тех, что вы назначили, никто из нас не знает…
― Да чтоб вас… Ладно, проводи, я покажу как надо...

Объяснив палачу основы средневековой воспитательной работы, довольный собой, я как раз выходил из пыточной, когда столкнулся с Кризалис. Королева держится протокольно-величественно, но чуть опущенные веки выдают усталость.
― Привет, дорогая. Как прошли переговоры? ― я почувствовал, как губы непроизвольно раздвигаются в улыбке.
― Довольно продуктивно. А ты, гляжу, уже развлекаешься? ― подозрительно прищурилась она.
― Как можно! ― я сделал невинные глаза. ― Только-только закончил с делами, с которыми ты просила помочь.
― Просила. Конечно. Дорогой, нам нужно обсудить планы на ближайшее будущее. Наедине.
― Как скажешь. Веди.

Тёмные стены с жутковатыми наплывами в бодром темпе двинулись назад. Слабый зеленоватый свет выхватывает периодически неожиданные повороты и перекрёстки странной конфигурации. Хорошо, что как король я всегда могу рассчитывать на проводника тут.

Вскоре мы оказались в комнате с тремя столами и множеством шкафов и стеллажей. Повсюду разложены бумаги с важно выглядящими печатями и крупными заголовками с завитушками. Судя по всему, это рабочий кабинет королевы. Она забралась в кресло за наименее заваленным бумагами столом и устало вздохнула.
― Тяжёлые переговоры? ― посочувствовал я, подтаскивая стул и садясь рядом.

Хлипкая деревянная конструкция, рассчитанная на лёгких перевёртышей, скрипнула и опасно покосилась под моим весом.
― Да, Граф совершенно не знает меры, когда просит о чём-то нас и становится жутким скрягой, когда приходит время для ответной услуги, ― пробормотала Кризалис. ― Как тебе мой подарок?
― Знаешь, так и не понял, что это. Если укус должен был превратить меня в перевёртыша, то он не сработал.
― Ты так уверен? Что, совсем ничего нового?

В запахе королевы появилась нотка разочарования. Я подошёл к небольшому зеркалу на задней стене и осмотрел себя.
― Вроде ничего. Крылья не растут, шерсть того же цвета. Может, клыки стали чуть длиннее…
― Лови, ― выудив откуда-то местную печенинку, Кризалис запустила в меня шариком теста.
― Зачем, я же недавно завтракал, ― машинально проглотив лакомство на лету, сказал я, потирая переполненный желудок. ― Стой. Это же… Я что теперь, могу питаться эмоциями? Я стал…
― Не совсем. Ты стал одним из нас, но не полностью. Как полукровка, ― королева сделала пренебрежительный жест копытом. ― Ты даже сможешь научится некоторым нашим способностям, но не так хорошо, как умеют рядовые перевёртыши.
― Но зачем?
― Ты же не думал, что я могу доверить судьбу подданных не-перевёртышу?

Её слова не лишены логики. Теперь я подсознательно чувствую себя тут почти как дома. Мысли о применении насилия по отношению к местным обитателям вызывают внутренний протест.
― Надеюсь, эта мутация не повлияет на моё настоящее тело… ― пробормотал я. ― Помнится, ты хотела обсудить наши планы?
― Да. Что ты хотел получить, когда пробирался в улей? Что планировал делать после того, как станешь королём?
― Видишь ли, попытавшись устроиться в роли рядового пони, я потерпел фиаско, так что решил стать злодеем. А какой может быть серьёзный злодей без подручных? Так вот, заручившись поддержкой наших подданных, я собирался подмять ближайший городок Эквестрии, а за ним, может и пойти дальше...
― Захватить Эквестрию? ― рассмеялась она, демонстрируя длинные острые клыки. ― Увы, несмотря на беспечное поведение пони, это не так-то легко. Я уже пробовала однажды, и поверь, я хорошо старалась.
― О нет. Я собираюсь действовать по-другому. На первых порах понадобится совсем немного подручных...

Скептицизм Кризалис абсолютно неуместен. Ведь я не один год потратил, изучая всё, что должен знать настоящий попаданец. Чертежи, технологии, идеи ― всё брал по максимуму из своего мира, чтобы подчинить себе другой. Пусть пока я не вижу причин ускорять тут прогресс, но технические новинки ― далеко не всё, что хранится в моей голове.

Плох тот попаданец, что не мечтает стать, минимум, императором. Я бросил жалкие попытки вжиться в местное общество. Не вышло у пони повесить на меня бантик и поставить в ровные ряды улыбающихся и поющих разноцветных лошадок. Теперь пришло время делать то, к чему я так долго готовился. Я спрыгнул со стула и стал ходить по комнате, излагая одну из своих идей и поясняя новые для здешнего мира понятия. Королева выслушала и подвела итог:
― А знаешь, может сработать.
― Конечно сработает, я же не сам всё придумывал. Это концепции из… ― да чего там, подумал я, ― ...из моего мира. Видишь ли, я магически переместился сюда из другого мира ― или, по крайней мере, с другой планеты.
― Правда? Та вот почему ты немного… ― она неопределённо помахала в воздухе копытом. ― Впрочем ладно, это твоё дело. Просто постарайся закончить тут все дела и предупредить меня перед тем как возвращаться.
― Ладно. Эмм… Это всё? Я открываю такой секрет, а ты машешь копытом, как будто у вас тут пришельцы табунами ходят, ― надулся я.
― Просто привыкла всё воспринимать через призму правителя, ― пожала она плечами. ― Это конечно замечательно, что ты можешь подкинуть пару новых идей. Но ты же, например, не можешь дать нам оружие, которое бы помогло нашему виду укрепиться и потеснить соседей?
― Оружие? Ну…

Я представил ядерный чемоданчик в копытах какого-нибудь местного злодея. Давать этим ребятам, которые толком пороху не нюхали, современное оружие всё равно что дать младенцу гранату вместо погремушки.
― Не могу. Знаешь, в Эквестрии ходят слухи, что власти специально тормозят развитие магической науки. Возможно, у них есть на то веские причины.
― Может ты и прав… Ладно, считай что я страшно удивилась и, затаив дыхание выслушала твою историю о другом мире, ― на её лице проступила ехидная улыбка. ― Но вернёмся к делам. План утверждаем с парой изменений.
― И каких же?
― Во-первых, половину прибыли ты пересылаешь сюда, в казну.
― Как скажешь, дорогая, ― тяжёлый вздох сдвинул бумаги на столе. ― Что-то ещё?
― Необходимо вернуть подвески. Эти подвески принадлежат королеве оленей.
― Понятно теперь, откуда у её мужа рога, ― показал я клыки в улыбке. ― И у кого эти подвески?
― Они были у меня до недавнего времени, но…
― У тебя?! ― ошарашенно перебил я. ― То есть вы с ней… Получается, ты… Нет! ― я вскинул копыто, когда Кризалис, хитро улыбнувшись, открыла рот. ― Ничего не говори. Не хочу знать. У нас политический брак, это не моё дело, ― убеждал я, скорее, самого себя.
― Я уже и забыла, как забавно быть замужней кобылкой, ― усмехнулась королева. ― Я одолжила подвески для одного магического ритуала.
― Значит, это не просто бижутерия? ― не знаю почему, но её слова заставили меня вздохнуть с облегчением.
― Ты, наверное, слышал об элементах гармонии, которыми вооружены чемпионы Селестии?
― Да, разумеется.
― А эти подвески ― один из элементов хаоса. Безумие, если точнее.
― Звучит жутковато.
― Ты даже себе не представляешь, насколько. Проблема в том, что по пути назад подвески были похищены. Агент бэтпони сумел перехватить их. Но это случилось перед рассветом, и у него не было много времени. На самом деле, там рядом только одно здание, где бэтпони мог бы переждать день.
― Но разве бэтпони не наши союзники?
― Когда речь об обладании такими мощными вещами, нам никто не союзник. Чтобы заполучить их на время, мне пришлось отдать наш элемент как залог.
― Ясно. Забрать подвески, принести королеве оленей, обменять, вернуть наш элемент, ― подытожил я.
― Да, ещё одно, ― произнесла она, спрыгивая со стула. ― Стой смирно.

Рог королевы окутало ровное сияние. Что-то метнулось из тёмного угла, заставив слегка пошатнуться от удара. Непривычная тяжесть равномерно распределилась по всему телу, не в силах прижать к земле могучего кабана. Взгляд метнулся к зеркалу. Полные доспехи как раз по фигуре, оставшиеся от какого-то рыцаря-быка. Он пришёл на болота, чтобы искоренять зло, но, не успев сразиться, пал жертвой болотной лихорадки. Когда его нашли перевёртыши, храбрец был уже мёртв ― по крайней мере, такую историю мне позже рассказала Кризалис.

Разве что шлем сильно мал, что и неудивительно ― существо с мозгом нормального размера не пошло бы зимой на болота “воевать со злом”. Поэтому шлем пришлось оставить старый. Сначала хотел припаять на него какой-нибудь зубчатый обруч как знак королевского достоинства, но потом передумал. Используя шлем в качестве тарана, такой штукой можно кого-нибудь сильно поранить. Не то, чтобы мне есть какое-то дело до здоровья врагов, но такие вещи способны заметно осложнить дальнейшее разрешение конфликта.

В броне я чувствую себя защищённо, уверенно. Мощные стальные пластины давят на тело своим весом, словно толстая зимняя куртка, обещая отразить любой удар. Узкие смотровые прорези, снижая обзор, постоянно напоминают, что я отделён от окружающего мира. Я словно бы нахожусь в маленькой комнатке, вокруг которой происходят все внешние события.

Рог Кризалис вспыхнул ещё раз, выпуская какую-то мощную магию. Зеленоватый луч ударил меня в грудь. По комнате разнёсся неслышимый шёпот магии, запахло озоном. Порыв ветра сдул несколько свитков с ближайшего стола. Мурашки пробежали вслед за волной свечения, прошедшей по доспехам.
― Ну вот, ― довольно сказала королева. ― Теперь твои доспехи в какой-то мере защищают и от магии.
― А…
― На всякий случай. Тебе пора выступать, до заката осталось не так уж много времени.

Глава 3

Выбравшись из улья, двинулся на северо-запад. Вскоре болота закончились, уступив право пугать путника скрюченным ветвям деревьев обычного тёмного леса. Как оказалось, листок бумаги с соответствующим заклинанием действует не хуже навигатора, и скоро отметка на карте приблизилась почти вплотную к стрелочке, обозначающей меня.

Из-за деревьев впереди появился дом. Одноэтажное бревенчатое здание с довольно высокой двускатной крышей. Окна забраны деревянными ставнями, а на шпиле, возвышающемся над дальним концом постройки, установлен знак равенства. Заброшенная культистская церковь. Ветхое здание посреди тёмного леса выглядит жутковато, не хотел бы я оказаться тут после заката.

Я открыл дверь, впуская внутрь немного солнечного света. В тенях что-то шевельнулось.
― Выходи, бэтпони.
― А ты заставь меня… ― послышался шипящий ответ.

Я усмехнулся и зашёл за угол домика. Только дурак в такой ситуации полезет в темноту. Ставни из рассохшегося старого дерева на ближайшем окне затрещали от моего давления. Откуда-то посыпалась пыль, создавая небольшие туманные облачка. Проржавевшие штыри петель скрипнули, выходя из пазов и тяжёлая деревянная конструкция оказалась у меня в копытах. Бросив ставни, заглянул внутрь. Как и ожидалось, на освещённом участке никого.

Я пошёл вдоль стены, срывая ставни с окон. Сектор за сектором, постройку занимает солнечный свет. Когда я добрался до угла и собирался открыть дневному светилу окно на торце здания, изнутри раздался жалобный голос:
― Погоди! Я сдаюсь...

Теперь внутри довольно уютно. Пыль танцует над скамейками в косых лучах вечернего солнца. Лишь дальний конец зала в тени. За алтарём, в самом тёмном месте, спрятался мой оппонент. Бэтпони с волосами цвета созревшей пшеницы. Видовую принадлежность выдают длинные клыки и крупные ушки с пушистыми кисточками. Тёмно-коралловая шёрстка, кожаные крылья и хитрый взгляд создают впечатление, будто передо мной маленький чертёнок, задумавший каверзу.
― У тебя есть кое-что, что тебе не принадлежит, ― заметил я, обходя алтарь сбоку.

Внезапно бэтпони резко распрямилась, сбивая меня с ног. Сила атаки огромна для такого небольшого существа, я опрокинулся на спину с грохотом металлического сейфа и примерно с такой же грацией.
― Не стоит подходить слишком близко, когда охотишься на бэтпони, ― прошипела она сверху насмешливо. ― Да и вообще, девушки не любят слишком настойчивых.
― Если пытаешься кого-то удержать, прижимая к земле, в комплекте с силой нужна масса, ― заметил я, рывком переворачиваясь.

Поднялось облако пыли, старый деревянный пол скрипнул под весом двух тел. Моя жертва охнула от неожиданно навалившейся тяжести.
― Красавчик, ты, конечно парень хоть куда, но всё же мы только сегодня познакомились… ― хриплый, сдавленный голос никак не вяжется с фривольным тоном её фразы.
― Довольно игр. Где подвески? ― навис я, глядя сквозь прорези шлема в золотистые глаза с вертикальными зрачками. От собеседницы неуловимо пахнет яблоками.
― Не знаю...

Я сграбастал бэтпони передними лапами, и, неуклюже балансируя на двух копытах, двинулся к ближайшему солнечному лучу.
― Нет! Стой! Я честно не знаю!

Ещё пара шагов.
― Когда я нашла курьера, подвесок у него уже не было! ― она заговорила быстро, опасливо косясь на приближающийся луч. ― Сам подумай, если бы я планировала атаку заранее, застряла бы в самом очевидном укрытии в округе на весь день?
― И кто тогда похитил подвески, если не ты? ― мой голос полон подозрения.
― Да сами олени и похитили, наверное. У них же тогда будет сразу два элемента, и претензии им не предъявишь.
― Ладно, ― я разжал объятия, позволяя собеседнице быстро ретироваться обратно за алтарь. ― Отведёшь к тому месту, где напали на курьера.
― Конечно, мой рыцарь в блестящих доспехах, ― хищно усмехнулась бэтпони. ― Сразу после заката.

Я тщательно обыскал всё здание, пытаясь учуять хоть какой-нибудь подозрительный запах, но ничего не нашёл. Вокруг только старое рассохшееся дерево и пыль. Шпионка с опаской наблюдает за мной из темноты. Если она и спрятала элемент где-то, то точно не здесь. Вскоре на мир опустилась ночь.
― Ну что, пойдём, ― бодро сказала бэтпони, покидая своё укрытие. ― Кстати, меня зовут Амела.
― Бабл.
― Какой-то ты стал скучный, ― игриво толкнула меня на ходу крупом спутница. ― А днём так пылко обнимал меня… ― закатила она глаза, будто бы вспоминая что-то хорошее.

Я молча выдернул из ограды у церкви палку. Сухое дерево легко разломилось, оставив в копыте довольно острый кол, тут же продемонстрированный Амеле.
― А ты уверен, что он осиновый? ― скептически подняла брови бэтпони и тут же пригнулась, ловко уворачиваясь от брошенного в неё орудия истребления нечисти.

Ничуть не обидившись, она показала язык. Кожаные крылья поднялись, готовые бросить лёгкое тело шпионки в воздух.
― Не так быстро, ― в последний момент поймал я её за хвост и притянул к земле. ― Пока я точно не узнаю где подвески, тебе лучше быть недалеко.
― Как скажешь, ― покладисто согласилась она и мощным прыжком запрыгнула мне на спину, звякнув копытами по металлу доспеха. ― Ту-ту! Я капитан парохода! ― задорно воскликнула бэтпони, показывая куда-то вдаль.

Я раздражённо сжал зубы и продолжил путь. Вес шпионки почти не чувствуется, и мне точно не стоит её отпускать, пока судьба подвесок не прояснится. Жутковатые деревья тёмного леса проплывают мимо нас неясными силуэтами в лунном свете. Трава под копытами зловеще шуршит в ночной тишине. Сплошной ковёр растительности непроглядным пятном темноты раскинулся во все стороны, я двигаюсь почти на ощупь. Проводница, судя по всему, видит как днём. Периодически она поправляет меня, указывая новое направление. Если бы она не прыгала периодически “от носа к корме” и не стучала копытом по шлему, привлекая внимание к разным невидимым в темноте достопримечательностям, было бы совсем хорошо. Когда примерно через час мы, наконец, добрались до места, я ничуть не устал.
― Принять швартовы! ― она спрыгнула на траву, махнув светлым пятном хвоста перед моим лицом. В воздухе остался слабый след яблочного запаха. ― Вот тут всё и произошло.

Через лес идёт звериная тропа, едва угадываясь в свете луны. В одном месте трава примята, судя по размерам, упавшим телом. Вокруг полно следов. Я напряг сверхчуткий нос, пытаясь выловить что-нибудь полезное. В этом месте побывали перевёртыши, моя нынешняя спутница, пара оленей, и ещё кто-то. Запах знакомый, но я никак не ожидал встретить его тут. Пони!

Рядом с этим странным запахом ощущается что-то мистическое. Как будто нос и магическое чутьё объединились, указывая путь артефакта. Я двинулся по следу. Несколько пони. Сначала сидели в засаде у тропинки, потом напали на курьера и, взяв подвески, ушли. Хмм, то есть я должен отобрать артефакт у пони. Не думаю, что у меня возникнут проблемы с этим. Пришла пора начать карьеру злодея!

Губы сами собой раздвинулись в хищной улыбке. Амела сидит рядом, с любопытством наблюдая за моими перемещениями. След немного попетлял между деревьями и вскоре двинулся прямо в чащу. Я решительно пошёл за ним, сопровождаемый треском ломаемых кустов и скрежетом веток о сталь доспеха.
― Упустил, упустил! ― послышался сзади торжествующий крик. ― Я могу лететь куда захочу!

Бэтпони нарезает в воздухе круги так, чтобы мне было видно. Я помахал ей копытом на прощание и двинулся дальше.
― Эй! ― сказала она, приземляясь на ветку дерева. ― Тебе что, без разницы что тут пленница сбегает?
― Я уже выяснил, что элемент не у тебя, так что не смею больше задерживать, ― махнул я копытом, словно отгоняя муху.
― Не, так не пойдёт, ― Амела решительно спрыгнула рядом со мной. ― А извиниться? А угостить леди кружечкой сидра в знак примирения?
― Как-нибудь в другой раз. Прилетай в Понидейл, спросишь там Бабла.
― Непременно как-нибудь залечу, но сначала хотелось бы выяснить, кто всё-таки украл элемент.

Внимательно оглядывая окружающий лес, она пошла рядом. В чаще потемнело, растительность снова слилась для меня в одно еле видимое пятно. К счастью, след чётко указывает правильную дорогу.
― И когда это нужно мне меньше всего, она решила побыть профессионалом, ― пробормотал я себе под нос. ― Слушай, тут всё-таки небезопасно. Может, подождёшь у дороги, а про похитителей я тебе потом расскажу?
― Что такое, боишься, что я силой отберу у тебя элемент? ― насмешливо спросила Амела. ― Или просто не любишь бэтпони? ― добавила она, повиснув передними копытами у меня на шее и облизывая длинные клыки прямо перед смотровыми щелями шлема. ― Неужели ты не читал знаменитую бэтпоньскую сагу? Она у всех на слуху…
― Мне больше понравилась серия книг “Селестия, истребительница бэтпони”.

Язвительный ответ прозвучал немного смущённо когда я аккуратно отцеплял чужие конечности от шеи. Зубастая нахалка только насмешливо фыркнула и снова пошла рядом.

Я насторожился ― впереди явно кто-то есть. Судя по запаху, несколько пони. Неожиданно из кустов слева появился пони, теряющийся на фоне травы в чёрном трико. Быстрый словно пуля, он нанёс сильнейший удар чем-то тупым по шлему. Сталь басовито загудела, дрожа, как будто от испуга. Если бы не упоры, передающие нагрузку со шлема на плечи, я бы наверняка был сейчас без сознания.

Быстрый взмах моего копыта прорезал воздух. Нападающий смазанным пятном отпрыгнул обратно и исчез из поля зрения.
― Ганк мимо! ― послышался его сосредоточенный голос.
― Хард, танкуй! ― донеслась команда.

Впереди, раздвигая кусты, показался крупный земнопони. Могучая фигура закована в сталь от ушей до кончиков копыт. В пару прыжков он сократил разделявшее нас расстояние и врезался в меня как пьяный водитель на старых жигулях. Я пошатнулся от могучего удара. Металлический лязг разнёсся по лесу, разбудив стайку птиц.

Увидев, что столкнулся с более сильным противником, земнопони отодвинулся и стал наносить быстрые удары копытами, связывая боем. Сверху одна за другой начали прилетать стрелы с тупыми тяжёлыми наконечниками. Краем глаза я заметил на фоне луны крылатый силуэт с луком в копытах. Огненный шар вылетел из-за кустов, бессильно растёкшись по зачарованным доспехам. Вспышка пламени на миг ослепила, запах дыма повис в воздухе. Против нас явно работает слаженная команда.
― Амела, подержи танка!
― Но…
― Делай что хочешь, только отвлеки его на пару секунд!

Внезапно противник застыл, глядя расширенными глазами мне за спину. Не знаю, как бэтпони завладела его вниманием, но он полностью поглощён зрелищем. Отбежав на несколько шагов, я набрал таранный разгон и налетел на него могучим паровозом. По ушам ударил ещё более сильный металлический грохот, сноп искр рассыпался по траве, осветив на секунду место схватки. Земнопони отлетел на несколько шагов и бессильно разлёгся, приложившись затылком о дерево.

Не теряя времени, я бросился в сторону мага, но перед глазами словно из ниоткуда появилась фигура в трико. Единорог стал осыпать градом ударов. Кистень в его магическом захвате порхает передо мной, норовя ударить то с одной, то с другой стороны. Противник ловко уходил от моих ударов, но один удачный выпад всё же достал его в челюсть. Кистень бессильно упал на землю рядом с бойцом невидимого фронта. Надеюсь, этого ему хватит на ближайшее время.

Краем глаза я заметил движение. Танк поднимается, пока ещё медленно и неуверенно, его голову охватывает магическое свечение.
― Амела, сними приста!
― Что-что? ― донёсся сзади удивлённый голос бэтпони.
― Мага бей, говорю!

Тёмно-коралловая тень бесшумно, как летучая мышь, пронеслась над головой, провожаемая свистящими стрелами. Земнопони уже восстановился и бежит на меня. Изловчившись, встретил налетающее тело быстрым апперкотом с правого копыта. Голова противника подскочила вверх, как будто ему под нос сунули баночку нашатыря. Резко развернувшись на передних лапах, я нанёс сдвоенный удар задними, отправив противника ещё немного поспать.

Колючие кусты, нехотя раздвигаясь, открыли картину второй части боя. Свет луны заливает небольшую полянку. Амела перемещается рывками, уворачиваясь от потока стрел. Крупные ушки с пушистыми кисточками прижаты к голове, клыки оскалены в гримасе охотничьего азарта. Лучница ― белая пегаска в лёгкой кожаной броне ― не успевает следить за быстрыми, размазанными движениями и наугад выпускает снаряды один за другим. Единорожка в серой робе пытается поймать бэтпони телекинезом, но явно не справляется с такой скоростью и силой.

Моё появление нарушило хрупкое равновесие и единорожка попятилась. Я побежал на неё ― пегаску мне всё равно не достать. Неожиданно за спиной Амелы из воздуха проступила фигура в чёрном и грузик кистеня со свистом ударил её по затылку. Страшный удар по шлему сзади отправил меня в темноту, не дав даже толком удивиться.

Глава 4

Очнувшись, обнаружил себя крепко зафиксированным. Верёвка небрежно, в несколько витков, прижимает нас с Амелой к могучему дереву. Доспехи всё ещё на мне ― то ли противники не разобрались, как снимать, то ли решили, что для пони размер неподходящий. Мои мышцы напряглись в попытке разорвать путы, но верёвка не поддалась, словно сплетена из стальных струн. Всё, чего я добился ― болезненный вскрик бэтпони, на которую перенеслась часть режущего давления.
― Вижу, вы проснулись, ― голос единорожки привлёк моё внимание.

Магесса в своей невзрачной серой робе разглядывает нас с грустной усмешкой. Я невольно поёжился ― предпочёл бы видеть более ожидаемое торжество или хотя бы злорадство во взгляде. Она смотрит на нас, как будто собирается пустить в расход. Капюшон откинут, открывая сиреневую гриву. Причёска аккуратной волной спускается на сизую шёрстку шеи. Рог излучает неяркое свечение. Дальше на полянке суетятся остальные члены банды, сворачивая палатки и упаковывая сумки. Периодически они спотыкаются в темноте, поминая Дискорда.
― Не пытайтесь освободиться, на верёвке заклятие неразрывности, ― безразличным тоном продолжила она.
― Кто меня вырубил? ― голова ещё немного гудит.
― Хард, наш танк, ― ответ прозвучал чуть горделиво, как будто в этом есть и её заслуга. ― Перед тем, как на меня напала твоя подружка, я успела поднять Сайла, а он тоже кое-что смыслит в лечебной магии. У вас не было ни шанса, потому что дружба ― это магия!.

Я скривился. У нас действительно не было шансов против сыгранного отряда профессионалов, но отнюдь не из-за дружбы. Упомянутый единорог за её спиной стал с лязгом запихивать в мешок горку чудного вида оружия. Тёмно-зелёный хвост, стянутый в жгут, создаёт жутковатое, змеиное впечатление.
― Уже уходите? ― спросил я с сожалением.
― Мы не собирались заканчивать рейд так рано, ― пожала плечами она, ― но теперь, когда подвески у нас, больше нет смысла задерживаться.

Проследив за движением её копыта, я увидел в свете луны пень посреди поляны. На нём шкатулка крайне таинственного вида. Прямоугольник тёмного дерева украшен искусной резьбой, а углы для прочности обнимают нашлёпки из подозрительно жёлтого металла. Даже через доспех я почувствовал тычок локтём от Амелы.
― О, так вы думаете, что там подвески? ― ехидно спросила она.
― Наивные пони, ― повернул я к ней голову, пытаясь подыграть.
― Мы ― опытная команда искателей приключений, ― высокомерно заявила единорожка. ― Мы не в первый раз выходим на борьбу с монстрами и силами зла.

Я тяжело вздохнул. Не успел толком побыть злодеем и вот уже сижу, связанный командой пони-героев. В этом мире явный дисбаланс сил.
― Мы знаем своё дело и не хватаем что попало. Конечно, там подвески, ― уверенно продолжила она.
― Боюсь, вас ждёт разочарование, когда вы откроете шкатулку ― продолжила блеф бэтпони.
― И что же, по твоему, там на самом деле? ― тон магессы выражает крайнее недоверие к мнению всяких связанных существ.
― А на самом деле там… ― Амела выдержала интригующую паузу. ― Кольцо.
― Кольцо? ― переспросила единорожка.
― Кольцо? ― присоединился к ней земнопони, незаметно подошедший во время разговора.
― К.. ― хотел спросить и я, но вовремя заткнулся. ― Да, кольцо. Очень древний и опасный артефакт. Мы должны были доставить его к жерлу огнедышащей горы и сбросить в кипящую магму.
― Зачем это? ― не понял здоровяк.

Массивная фигура, закованная в железо, поблескивает в лунном свете. Я со злорадством заметил пару вмятин от своих ударов. Три недоумевающих взгляда скрестились на мне.
― Чтобы уничтожить древнее зло раз и навсегда, разумеется, ― ответил я, сделав максимально честные глаза. Не то чтобы их особенно видно за прорезями шлема...
― Да из вас борцы со злом, как… ― замялась магесса, вращая копытом в воздухе, не в силах подобрать сравнение.
― Может, всё же проверим? ― с сомнением спросил земнопони.
― Клиент сказал не открывать, значит не открывать, ― отрезала она.
― Тогда встретимся через… Сколько вам нужно времени, чтобы вернуться, понять что схватили не то и снова дойти сюда? ― насмешливо спросила бэтпони.
― Хватит болтовни, собираемся и выходим, ― судя по приказному тону, единорожка в этой команде капитан.

Здоровяк пошёл помогать пегаске скатывать палатку в аккуратный рулон. Магесса отошла на несколько шагов и уселась на поваленное дерево, продолжая следить за нами. Её рог постоянно светится, поддерживая заклинание на верёвке.

План шпионки понятен ― высвободить силу артефакта и вырваться, пока противники будут под её воздействием. Может сработать, только вот...
― Амела, ― прошептал я, едва двигая губами. ― Если они действительно откроют шкатулку, артефакт тебе не навредит?
― За себя беспокойся, ― огрызнулась она так же тихо, но всё же снизошла до объяснений. ― Бэтпони гораздо устойчивее к магии разума, чем другие виды.

Единорожка подозрительно посмотрела на нас, не покидая удобного места. За её спиной земнопони бочком подбирается к шкатулке, воровато оглядываясь.
― Эй, вы же не бросите бедных связанных пленников посреди опасного леса? ― привлёк я внимание надзирательницы, не позволяя оглянуться.
― Заклинание спадёт с верёвки через пару минут после того, как я уйду. И не вздумайте больше ходить за нами.

В её взгляде читается неприкрытая угроза. Я пожал плечами, не давая опрометчивых обещаний. В этот момент крышка шкатулки распахнулась от толчка копытом, открыв артефакт миру. По поляне пронеслась невидимая волна, заставляя волосы встать дыбом от ощущения странной и жуткой силы, не признающей логику. Разом замолкли сверчки, и даже деревья, кажется, перестали шелестеть листвой.

Несмотря на защиту доспеха, в голове появились голоса. Шёпот слишком тих, чтобы расслышать, но неплохо нервирует. Я почувствовал, как рядом напряглась Амела, закусив губу. Капелька крови скатилась по подбородку бэтпони. Защитное сияние охватило голову надзирательницы ― она мгновенно поняла, что произошло.
― Идиот, -простонала единорожка, медленно оборачиваясь.

Поляна за её спиной приобрела жуткий, сюрреалистичный вид. Могучий земнопони в стальном доспехе, лёжа на спине, не спеша загребает, “проплывая” кролем по траве. Единорог в чёрном трико, поставив передние копыта на дерево, бьётся об него головой. Острый рог постепенно углубляет отметину на древесине. Сила ударов не слишком велика, но механическая ритмичность создаёт гнетущее впечатление. Пегаска сидит, и, глупо улыбаясь, лупит по траве, как будто пытается поймать кого-то очень шустрого.

Единорожка медленно, поддерживая защиту, двинулась к артефакту. Заклинание неразрывности она сразу бросила, и верёвка должна потерять магические свойства с минуты на минуту. Белки золотистых глаз моей спутницы налились красным, а клыки удлиннились, заставив меня вздрогнуть. Тяжесть доспеха придала уверенности. Посмотрев мне в глаза, шпионка решительно кивнула. Напрягая усталые мышцы, мы разом растянули путы, теряющие с каждой секундой прочность. Бэтпони снова вскрикнула от боли.

С громким хлопком верёвка лопнула, разлетевшись обрывками вокруг. Мы разом рванулись вслед за колдуньей, но Амела легко опередила меня за счёт своей сверхскорости. Я ожидал увидеть профессиональный “выключающий” удар по затылку, но реальность оказалась гораздо страшней. До артефакта мне оставалось шагов десять, когда мимо прокатился клубок из разноцветных грив, копыт и хвостов. Кобылки вцепились друг в друга мёртвой хваткой, норовя укусить, пнуть или хотя бы дёрнуть за волосы побольнее.

Подвески оказались золотыми несимметричными фигурками. Бесформенные кляксы со множеством щупалец вокруг, с близкого расстояния они производят жуткое впечатление чего-то живого и непонятного. Я решительно надавил на крышку, обрывая голоса в голове. На поляну разом хлынули звуки леса, свежий воздух заполнил лёгкие. Кажется, даже лунный свет вернулся, раньше избегавший попадать в маленький филиал Безумия.

Поражённые артефактом пони разом обмякли, словно заснув в неудобных позах. Я аккуратно спрятал плоскую шкатулку за грудной пластиной доспеха и осмотрел их, одного за другим. Все трое выглядят здоровыми, дышат ровно. Вскоре пострадавшие улеглись в рядок на краю поляны, а полусобранные сумки подверглись тщательному осмотру. К сожалению, других артефактов команда приключенцев в этот рейд не нашла.

С разочарованным вздохом я отложил чужое имущество в сторону. Что-то мягкое толкнулось в задние лапы ― подкатился жутко сквернословящий разноцветный клубок. Я решительно опустил переднее копыто куда-то в центр. Амела, прижатая к земле, грозно зашипела. Ничуть не смутившись, зафиксировал вторым копытом единорожку и растащил дерущихся в стороны. В обычных обстоятельствах я ни за что не отважился бы на такое, но сейчас сталь доспехов надёжно защищает от укусов и пинков.

Амела красуется солидным кровоподтёком под левым глазом. Прическа растрёпана, а на теле виднеется несколько ссадин. Её противница капает на траву кровью из глубокого пореза на щеке ― следа клыков бэтпони. Роба порвана во многих местах, а хвост стал на пару копыт короче.

Через пару минут поток взаимной ругани и угроз иссяк. Единорожка наконец осознала своё положение ― а чтобы напомнить, я придерживаю её за шкирку ― и сникла, потеряв боевой задор.
― Что за клиент вас нанял? ― поинтересовался я.
― Не думаешь же ты, что я стану...― начала магесса.
― Сейчас свяжу и отдам ей, ― кивнул я на бэтпони, улыбающуюся во все клыки.

Не знаю, боится ли пленница боли, но предстать перед своей противницей в столь унизительном положении явно не готова. Она вздрогнула всем телом, глядя на Амелу, к которой уже вернулись естественные цвет глаз и длина клыков.
― Не знаю, он был в плаще, ― быстро заговорила единорожка. ― Голос низкий, наверняка специально искажал. Дал наводку на артефакт и обещал кругленькую сумму за него.
― Где запланирована встреча?
― В таверне “У деревянного камня”, в Понидейле.
― Говорю тебе, это олени, ― убеждённо сказала бэтпони. ― Похоже на этих спесивых придурков ― нанять кого-то, чтобы сделать всю грязную работу.
― Значит, живут в лесу, строят дома в деревьях, высокомерные и норовят загрести жар чужими руками? ― вспомнил я всё, что знаю об оленях этого мира.

Обе кобылки уверенно кивнули.
― Так это же вылитые эльфы! ― воскликнул я.
― Эльфы? ― переспросила Амела.
― О, это такие умельцы... ― протянул я. ― Помнишь, я говорил про кольцо? Так вот, бросить его в огнедышащую гору эльфы подрядили команду из четырёх школьников, двух бомжей, карлика-инвалида и пенсионера. Только одного своего отправили, чтобы приглядывал...

Разговаривая, мы удаляемся от лагеря приключенцев. Магессу оставили присматривать за спящими, и теперь топчем траву в восемь копыт. Я веду рассказ, продолжая слегка смещать акценты, чтобы было интереснее. Амела внимательно слушает, периодически посмеиваясь.
― Знаешь, никогда не слышала о таких народах, ― заметила спутница, когда кольцо благополучно расплавили. ― Где же ты жил до того как приехал в Понидейл?
― Далеко отсюда. Очень, ― я вздохнул. ― На самом деле, меня призвали сюда магическим ритуалом из другого мира.
― То есть ты демон? ― недоверчиво переспросила она.
― Ага, в некотором роде. Видишь клыки?
― Ха, ты на мои посмотри!

Карта уверенно показывает направление к точке обмена и чёрные в ночи силуэты деревьев в хорошем темпе проплывают мимо. Только самые наглые пытаются ткнуть веткой в смотровую щель шлема, да невидимые в темноте ямки норовят попасть под копыто.

Бэтпони же вообще не испытывает проблем с перемещением без света. Её золотистые глаза, судя по всему, отлично различают детали леса на много шагов вокруг. Приглядевшись, заметил, что спутница прихрамывает, и резко остановился.
― Что у тебя с ногой?
― Пустяки, не обращай внимания, ― преувеличенно бодро ответила Амела.

Хмыкнув, я зажёг светлячка на кончике клыка и осмотрел конечность. Прямо на суставе наливается тёмным цветом солидных размеров синяк. Осторожно коснувшись его копытом, вызвал целую бурю гневного шипения.
― Значит, кататься на мне ради забавы ты не стеснялась, ― начал я обвиняющим тоном. ― А когда действительно нужна помощь, так гордость не позволяет?

Бэтпони пристыженно опустила голову, буркнув что-то насчёт “покажет ещё этой дуре”. Она послушно забралась на мою спину, обхватив шею передними копытами и свесив набок пострадавшую ногу. Некоторое время через слуховое отверстие шлема доносилось сосредоточенное сопение, но вскоре Амела заснула, убаюканная ритмичной ходьбой.

Судя по карте, до владений оленей остаётся не так уж далеко. Но я и сам уже спотыкаюсь. Глаза слипаются из-за бессонной ночи. В таком состоянии я прошагал, наверное, час, когда край неба позади заалел. Похоже, большую часть ночи мы со шпионкой провели в отключке, привязанные к дереву.
― Отлично! ― буркнул я под нос. ― Всегда мечтал встретить рассвет с вампиром. Правда, представлял это несколько по-другому ― со святой водой, серебряными пулями и прочим инвентарём...

Я нашёл место с наиболее плотной крышей листвы над головой и позвал спутницу по имени.
― А? Что? ― вскинулась она.
― Я тут спросить хотел ― ты загорать будешь? ― спросил я, поворачиваясь так, чтобы ей было видно стремительно светлеющее небо.

Амела аккуратно сползла на траву.
― Тебе доверили нести леди, и это лучшее укрытие, что ты смог найти?

Бэтпони быстро вернула прежний легкомысленный настрой и озирается вокруг в поисках убежища, делая вид, что скорый восход её совершенно не беспокоит. Я тоже огляделся и сразу же нашёл подходящего размера яму. Вспомнив опыт строительства землянки, быстро накидал импровизированный потолок из веток и листвы. Но на этот раз сверху дополнительным слоем разлеглась палатка, позаимствованная у приключенцев. Едва я закончил раскатывать тугой рулон, спутница хромой рыбкой нырнула внутрь убежища. Придавив палатку по краям парой тяжёлых веток, я залез следом.
― Эй, разве ты не собираешься сторожить хрупкий сон леди снаружи?
― Между прочим, я уже сутки не спал из-за того, что кто-то боится подставить солнцу круп.
― Что?! Да я сама почти сутки не спала из-за какого-то рыцаря с Эскалибуром в одном месте, который вместо разговоров бросился крушить убежище с твёрдым намерением меня поджарить! ― возмущённо ответила бэтпони.
― Не спала, говоришь? А что ты только что делала у того самого рыцаря на спине? ― парировал я.

Некоторое время мы лежали молча, повернувшись каждый в свою сторону. Лежать в шлеме было неудобно, и я снял его. В нашем маленьком подземелье темно. Пахнет свежепотоптанной травой и яблоками. Снаружи уже распеваются первые птички, а солнечные лучи начинают нагревать холодный ночной воздух.
― Амела, ― позвал я уже спокойным тоном. ― Насчёт твоей ноги…
― Что насчёт её? ― ощетинилась соседка по убежищу.
― Может, завтра… То есть, как стемнеет, нам стоит сменить направление? Отнесу тебя к своим, а потом пойду к оленям заканчивать квест.

Вместо ответа спутница просто расправила крыло, слегка шлёпнув меня по уху упругой перепонкой.
― Ах, да… ― смутился я.
― За себя беспокойся, ― фыркнула она.

Вскоре усталость сделала своё дело и я провалился в сон. Кажется, не прошло и секунды, как настойчивые тычки копытом вернули в реальность.
― Ты храпишь, ― бэтпони сидит рядом, глядя обвиняюще.
― А? Ага… ― согласился я и снова закрыл глаза.

Настойчивые тычки тут же повторились.
― Нет, ты храпишь как сенов паровоз, груженный наковальнями, взбирающийся на самую высокую гору без рельс! ― Амела не настроена сдаваться.

Со стоном я принял сидячее положение и принялся усиленно тереть лапами глаза. В них будто песка насыпали. Я подозрительно покосился на бэтпони, но решил, что на заросшем травой полу землянки ей неоткуда было бы достать подобное орудие изощрённых издевательств.
― Да, храплю, ― усталым голосом сказал я.

Похоже, придётся ложиться снаружи… Землянку сотряс могучий рык.
― А ещё у меня живот бурчит, потому что я не рассчитывал задержаться в лесу так надолго и не взял еды.
― Да уж, путешественник из тебя так себе… ― ехидно протянула собеседница. ― Так бы и умер с голоду, если бы я не реквизировала у команды той дурной единорожки сумку с провизией!

Из травы показалась пузатая седельная сумка, которой ещё прошлым вечером у нас точно не было.
― Амела, я говорил, что ты профессионал своего дела? ― мои глаза не отрываются от дублёной кожи раздутого бока. ― И вообще замечательная во всех отношениях кобылка?

Довольно улыбнувшись, она потянула завязки. Я захрустел сухарями, периодически прикладываясь к фляжке с водой. Бэтпони нашла для себя несколько свежих яблок и вонзает клыки в одно за другим с жутковатым хрустом. Высушенные шкурки небрежно вылетают через светлый овал выхода. Мешочек с сухофруктами приятно разнообразил трапезу. Запасливые приключенцы собрали для нас ещё пару мешочков разных круп, но без котелка разводить костёр не имеет смысла. Небольшую охапку поджаренного сена мы единодушно признали несъедобной, определив на роль подушки для Амелы.
― Слушай, а тебя не демаскирует кьютимарка во время шпионской работы? ― полюбопытствовал я, утолив голод.

Бэтпони лениво проследила за моим взглядом. На тёмно-коралловом крупе из-под крыла выглядывает рисунок изящной чёрной полумаски.
― Немного пудры и меня не узнает собственная мать! ― хвастливо заявила она. ― Серьёзно, один раз я хорошенько замаскировалась и...

Амела стала рассказывать байки о своей шпионской работе. Среди них встречались интересные, забавные а порой и весьма поучительные истории. Я пожалел, что с моими габаритами и специфичным силуэтом ни под кого нормально не замаскируешься. Карьера шпиона открыла бы любопытные перспективы. На сытый живот сонливость навалилась с новой силой и я стал клевать пяточком.
― Короче, главное ― не использовать для маскировки магию, иначе первый же маг тебя раскусит, ― заключила шпионка, широко зевнув.

Я кивнул с умным видом.
― Спокойного дня. Если буду мешать, просто пни меня копытом.
― Как же, пнёшь тебя, ― с сомнением сказала Амела, сонными глазами оглядывая доспехи. ― Разве что в нос.
― Можешь в нос, ― щедро разрешил я и тут же заснул.

То ли трапеза благотворно повлияла на мой храп, то ли на сытый желудок бэтпони было уже всё равно, но пятачок остался цел.

Глава 5

Громкий стрёкот сверчковой песни вырвал из сна не хуже соседского будильника. Раскрыв глаза, еле удержался от панического крика ― прямо перед лицом угрожающе расположились острые клыки. Невольно вспомнились клыки Кризалис, которые совсем недавно испробовали мою шкурку на прочность. Лёгкий, но немного назойливый из-за близости бэтпони, яблочный запах напомнил, кто передо мной.

Амела проснулась, видимо, от той же трели. Шпионка продолжает лежать нос к носу, как обычно делая вид, что неловких ситуаций для неё не существует. Чудесные золотистые глаза чуть светятся в темноте. Я аккуратно отодвинулся и, потянувшись до хруста костей, вылез из землянки.

Западная часть неба ещё полыхает красным, но лес уже готовится ко сну. Я покосился на зажатый в копыте шлем. Похоже, опять всю ночь придётся провести в душной каске. Шлем выпал из ослабевшей хватки. Пришло осознание, что спал рядом с клыкастой шпионкой без всякой защиты головы. Сердце забилось чаще, запоздало ощутив опасность. Она легко могла оглушить меня хорошим ударом по черепу и забрать элемент. Да что там, она могла просто выкрасть артефакт, пока я спал! Трясущимися копытами я залез в карман под доспехом на груди. Выдох облегчения сдвинул стальные пластины. Шкатулка на месте. Если подумать, днём Амела улететь не могла, так что и красть элемент смысла не было. А вот теперь... Всё может быть. Я быстро надел шлем, со щелчком застегнув крепления.

Собравшись, мы двинулись дальше в сторону царства оленей. Предложил было спутнице опять залезть на спину, но она гордо прошла мимо, демонстрируя абсолютно здоровую ногу. Других ссадин и синяков на теле шпионки тоже не осталось. Если возвращение изящно уложенного водопада гривы цвета спелой пшеницы можно объяснить наличием расчёски, то остальное ― только удивительной регенерацией бэтпони.

Через пару часов неспешной ходьбы по лесу мы подошли к пограничной заставе. Узенькую лесную речку пересекает деревянный мостик. Перила украшены резьбой, фонари жёлтыми пятнами света охватывают подходы с обоих берегов. За рекой возвышается дерево. Толстый у основания ствол ещё расширяется на высоте в пару этажей, образуя небольшой домик. Наверх ведёт спиральный пандус, который у основания сторожит часовой. Рядом разбиты несколько палаток. По сигналу наблюдателя из них появились ещё с десяток оленей. Изукрашенные затейливым растительным орнаментом доспехи тускло блестят в свете луны. Кожаные кираса и шлем караульного смотрятся на их фоне бедно и невзрачно.
― Стой, кто идёт! ― окликнул нас часовой.
― У меня посылка от королевы Кризалис вашей королеве, ― произнёс я, выходя в круг света.
― Так передай же артефакт скорее, ― оживился один из бронированных, с красными ленточками на рогах, видимо обозначающими какое-то звание. ― Отсюда справимся с доставкой мы.
― Э, нет, ― покачал я головой. ― Могу отдать только в обмен на аналогичную посылку от вашей королевы.
― Проводим к королеве мы тебя. Но тварь ночная здесь должна остаться.

Амела недовольно зашипела, заставив пару гвардейцев вздрогнуть. Я немного сдвинулся, закрывая бронированным телом спутницу от враждебных взглядов. Думаю, за приключения прошлой ночи она заслужила право дойти со мной до конца квеста.
― Это наблюдательница со стороны бэтпони, она должна проследить за обменом.
― Не пустим в королевство мы врага! ― гневно тряхнул рогами офицер.
― Пойдём, Амела, ― развернулся я. ― Нам тут не рады.
― Не слишком ли ты с нами груб, посланник? Не чтишь высокорожденный народ? Ты видишь гвардии лесной десяток, ― высокомерно спросил он. ― Что помешает груз твой нам отнять?
― Порванная ж… То есть, я бы не рекомендовал вам поступать столь опрометчиво… ― поправился я, искоса поглядев на спутницу.
― Меня зовут Ацераэль, запомни! И в поединке я сломлю тебя!
― К барьеру, сударь! ― задорно прозвучал мой голос.

Мне не терпится сбить спесь с этого наглеца. Некоторое время десятник смотрел выжидающе. Но я не дурак перебираться на другой берег, где топчутся, обсуждая возможности бойцов, его дружки. Наконец, гордо фыркнув, дуэлянт простучал копытами по дереву моста и замер напротив меня.

Ростом повыше пони, как раз с меня, если не считать рогов. Фигура стройнее. Доспехи неполные, Скорее кираса с накопытниками. Шлем открытый, полукруглые вырезы выпускают наружу природное ветвистое оружие. Олень явно легче, а значит, слабее. Правда, я никогда раньше не сражался с кем-то у кого есть рога (единороги не в счёт)...

Мы одновременно бросились навтречу. Рога со звоном ударились о сталь моего шлема. Противник отскочил, потряхивая головой от столкновения с более тяжёлым телом. Пытаясь закрепить успех, я начал наносить быстрые удары бронированными копытами. Он тоже пустил накопытники в ход, по лесу разносится металлический лязг. Подаваясь под более сильными ударами, десятник пятится к мосту.

Он пытается взмахами рогов отпугнуть и выиграть дистанцию, но острые кости даже царапин не оставляют на броне. Вскоре мы обменивались ударами на середине моста. Фонари с двух сторон освещают поединок. Причудливые тени пересекают друг друга в странном танце. Краем глаза я заметил, как насторожились гвардейцы на берегу, готовые броситься на помощь своему командиру. Нужно быстрее заканчивать поединок, я не смогу поддерживать такой темп вечно.

Быстрым прыжком я сместился вбок. Улучив момент, противник развернулся и лягнул задними копытами. Шлем загудел от удара, но я удвоил натиск, прижимая противника к низким резным перилам из тёмного дерева. Десятник на секунду оглянулся, упёршись в них. Этого мне хватило, чтобы отпрыгнуть на пару шагов и снова набрать разгон. С жалобным криком стройное тело перевалилось через перила и подняло фонтан брызг вперемежку с ряской.

Я запоздало испугался ― а выплывет ли мой противник в доспехах, но через пару секунд его голова показалась над водой. Медленно ступая на дрожащих то ли от удара, то ли от холодной речной воды, ногах, он выбрался на свой берег. Шлем остался где-то в реке, на его месте теперь красуется здоровенный кусок водоросли. Красивые доспехи облепляет ряска, из-под кирасы с водопадом воды выскочила какая-то рыбёшка. Мокрая шерсть прилипает к телу, создавая впечатление тонких, нелепых конечностей. Кто-то из гвардейцев, не выдержав, засмеялся в голос в задних рядах.

Офицер несколько секунд прожигал подчинённых яростным взглядом.
― Взять их!
― Но десятник…
― Взять их, я сказал!

Гвардейцы послушно побежали на мост. Первый, какой-то молодой олень, вырвался вперёд и получил полноценный таранный удар. Под басовитое гудение стального шлема бесчувственное тело упало под ноги атакующим. Пострадавшего организованно оттащили назад, а напротив меня выстроились в ряд три самых крупных солдата.

Эти олени явно знают, что делают, в отличие от своего командира. Они сцепили рога хитрым образом и бросились монолитной стеной. Я тоже разогнался на максимум, но на этот раз сила оказалась на их стороне. Жуткий удар отбросил как футбольный мячик мимо нерадивого вратаря. Броня шлема смялась, больно надавив на лоб. Кувыркаясь, я слетел с моста на наш берег, оглашая лес лязгом доспехов.

Не теряя времени, гвардейцы окружили меня. Принявшего основную часть таранного удара бойца заменили, так же отправив за спины товарищам. Он двигается как пьяный, потряхивая гудящей головой. Противники разом атаковали, сжимая кольцо, словно гигантский удав. Я успел нанести только один хороший удар копытом, сбросив одного из них в сторону, как оказался в тисках. Рога облепили со всех сторон. Множество копыт вдавилось в траву, усиливая нажим. Я не могу двинуть ни одной конечностью. Амела спикировала, вырубив удачным ударом копыта ещё одного, но тут же снова взлетела вверх, уходя от взмахов острых костей

Стало немного не по себе. Если у этих умельцев есть способ, например, снимать доспехи с жертвы, не разжимая захвата, мне долго не продержаться. Остаётся только магия, в которой я не слишком силён. Но и простенький фокус может сработать за счёт эффекта неожиданности. Стоит дотянуться до элемента и битва будет окончена...
― Что здесь происходит? ― раздался повелительный голос.

Мокрый десятник обернулся, словно в круп ужаленный, и преклонил колено. Гордо стоя на мосту, на нас смотрит представитель оленьего племени с заметной сединой на шёрстке. За ним возвышаются двое крепких гвардейцев. Церемониальные доспехи блестят в свете фонарей яркими игрушками.
― Лорд Кладониэль! Мы поймали лазутчиков!

Я задохнулся от возмущения.
― Мы дипломаты! Эти бандиты напали на нас чтобы ограбить! ― возразил я.
― Кажется, я понял, ― лорд задумчиво оглядел десятника, заставив того смутиться и быстро убрать лист водоросли с головы. ― Отпустить. ― бросил он гвардейцам.

Бойцы отступили на несколько шагов и я выдохнул, снова получив возможность двигаться.
― Я ― доверенное лицо королевы и уполномочен произвести обмен, ― перешёл он сразу к делу.
― Хорошо, но прежде чем меняться закрытыми коробками, давайте предъявим товар лицом, ― предложил я, вытаскивая шкатулку из-под доспеха.
― Постойте! ― побледнел аристократ, видя как моё копыто тянется к защёлке на крышке. ― Солдаты, отойдите на тридцать шагов. У них нет защиты, ― пояснил он.

Когда посторонние оказались на безопасном расстоянии, лорд буквально на пару секунд приподнял крышку своей шкатулки, в которой блеснула диадема. Этого времени хватило, чтобы почувствовать воздействие артефакта. Возникла мысль ударить собеседника и сбежать с двумя элементами, казавшаяся странно логичной.
― Элемент коварства, ― пояснил олень.

Настал мой черёд открыть шкатулку. Я позволил знакомым голосам в голове вырваться и сразу же захлопнул крышку. Уточнений больше не требовалось. Мы обменялись элементами и разошлись каждый своей дорогой.

Отдалившись от границы на достаточное расстояние, я торопливо снял шлем. Сталь здорово прогнулась на лбу и с каждым шагом давление доставляет всё больше дискомфорта. Ночной воздух остудил вспотевшее лицо, поле зрения стало непривычно широким после смотровых щелей. Мягким, естесственным движением Амела взяла шлем из моих копыт и осмотрела пострадавший лоб.
― А знаешь, тебе не идёт эта железка.

Важнейшая деталь брони полетела на траву, а копыта бэтпони снова обвились вокруг моей шеи. Светящиеся в темноте золотистые глаза оказались прямо перед лицом, добавив ещё немного неуютности к ночному холоду. Сердце забилось чаще, встревоженное близостью опасных клыков к незащищённым частям тела. Реакция не укрылась от шпионки, она плавно приблизилась ещё и прошептала прямо в ухо:
― Всё ещё дрожишь за свой драгоценный элемент? ― она негромко клацнула челюстями, заставив меня вздрогнуть.

Переборов желание проверить потайной кармашек, я положил копыта на талию собеседницы, словно в танце. Если бы ей был нужен элемент, она бы взяла подвески ещё сегодня вечером. Эффект, оказываемый ими на пони, гораздо полезнее для невосприимчивых к магии разума бэтпони, чем какое-то там коварство.
― Зачем элемент, если у меня в копытах гораздо более прекрасная драгоценность? ― улыбнулся я, донельзя гордый своим экспромтом.

Фыркнув, Амела отступила на пару шагов.
― Что же, полагаю, моя работа здесь закончена, ― она расправила крылья.
― Предложение насчёт Понидейла в силе, ― напомнил я. ― Залетай как-нибудь за своей кружечкой сидра.
― Непременно, ― она стрелой взмыла в небо и быстро растворилась в темноте среди звёзд.

Когда добрался до моих покоев в улье, до рассвета оставалась пара часов и я без сил рухнул на кровать.

Казалось, прошла всего секунда с тех пор, как голова коснулась подушки, и меня разбудил стук распахнувшейся двери. В комнату зашла Кризалис, сверкая раздражающе бодрой улыбкой на лице.
― Доброе утро, дорогой! Доложили, что ты вернулся из своего квеста. Почему же сразу не пошёл ко мне? ― укоризненно спросила она.
― Не хотел тебя будить, ― мой голос сонный. ― Видимо, это желание осталось безответным, ― буркнул я под нос.
― Артефакт у тебя? ― перешла к делу королева.
― Разумеется, ― я вытащил шкатулку из доспеха, который не удосужился снять перед сном. ― Его похитила команда пони-приключенцев, а Амела побывала на месте позже.
― Амела? ― подняла брови собеседница.
― Шпионка бэтпони, на которую ты меня навела. Пони вышли на артефакт не сами по себе, кто-то дал им наводку в таверне Понидейла. За элемент им обещали солидную сумму золотом.
― Шпионка, значит… ― протянула Кризалис, подозрительно глядя на меня.
― Эй, ты вообще слушаешь?
― Очень внимательно слушаю. Так что там со шпионкой? ― спросила она, приподняв на миг крышку, чтобы посмотреть на элемент.
― Да не со шпионкой, а артефакт наш заказали! Впрочем, учитывая меры предосторожности, предпринятые таинственным пони в плаще, думаю, выйти на заказчика не получится.
― Ясно, ясно… Главное ― не доверяй всяким там шпионкам, ― неожиданно заключила королева. ― Иначе останешься и без артефакта и без шпионки, ― добавила она чуть слышно.

В улье я провёл ещё пару дней, отсыпаясь и восстанавливая силы. С другими делами королеве помощь не требовалась, а значит пришло время реализовать мой коварный план. Я собрал отряд подручных злодея. Первой в него вошла Матти ― фактически, она стала подручной как только согласилась провести меня в улей. Для силовой поддержки выбрал парочку гвардейцев. Остальные подручные вошли в команду с разнообразными талантами. Теперь у нас будет простор для манёвра в городе пони. Матти обещает постепенно научить премудростям перевёртышей.

По легенде, подручные тоже из рода кабанов, так что сейчас за мной по лесу двигается цепочка моих уменьшенных копий. Осторожно распрашивая рабочих, пока мы шли через торфоразработки, я определил наших будущих жертв.

Вскоре небольшой табун кабанов укрылся в зарослях, разглядывая неглубокую ямку, где будущий вратарь и двое нападающих из хуфбольной команды болотников неспешно копают торф.
― Итак, ещё раз: ваша задача делать страшный вид и молчать. Говорить буду я. Сейчас по-тихому окружите их.

Крупный перевёртыш-гвардеец кивнул.
― Есть! Вы шестеро обходите справа, остальные слева, ― скомандовал он.
― Эй, минутку, ― возмутилась Матти. ― Почему это ты командуешь?
― Я тут старший по званию после короля, ― ответил он с недоумением.
― Зато я первая стала служить Его Величеству. Это я должна командовать!
― Я опытный офицер королевской гвардии, умею водить отряды. Если понадобится подобрать шляпку в тон платью, я непременно позову тебя.
― Да ты… Ты за пределами улья, скорее всего, ни разу не был, опытный! Личинка ты несмышлёная! ― в возмущении она топнула, переломив копытом сухую ветку.
― Я личинка?! Да если тебе доверить командование, ты только зазря подвергнешь опасности себя и остальных!
― Довольно! ― мой голос заставил их вздрогнуть. ― Смотрите, пони вас услышали!

Пони сгрудились в центре ямы, настороженно глядя в нашу сторону.
― А ну быстро ломанулись толпой и окружили их! ― рявкнул я.

Подручные выполнили приказ буквально, высыпав из кустов бесформенной кучей. Пони растеряно озираются в неровном кольце окружения. Я вышел к ним, стараясь ступать уверенно и не спеша. Злодейское появление стоит ещё отрепетировать.
― Добрый день, ― поздоровался я. ― Как настроение перед завтрашней игрой?
― З-здравствуйте, ― ответил один из них. ― Нормальное настроение. Я вижу, вы привели друзей?

Лёгкое заикание и прижатые к голове ушки выдают испуг пони. Лопату он держит поперёк груди, словно отгораживаясь от меня.
― О да, и видишь тут какое дело… Мы поставили крупную сумму на победу лесников, ― я подошёл ближе.
― Но они проигрывают последние пять лет! Вы просто потеряете деньги!..
― Вот поэтому мне и нужна ваша помощь, ― хищно улыбнувшись, сверкнул я клыками. ― Скажем так: если завтра по каким-то причинам команда лесников выиграет, то, например, на вас троих не нападут в лесу дикие монстры. Вы же знаете этих монстров, вечно норовят переломать ноги хорошим хуфбольным игрокам… ― навис я могучей тушей над сжавшимися работниками.
― Но…
― Но есть и светлая сторона. Если завтра удастся отбить вложенные деньги, то я мог бы, как вариант, немного поделиться с добрыми пони, давшими хороший совет, ― махнул я в их сторону копытом. ― Что скажете? Мы поняли друг друга? ― вопрос прозвучал откровенно угрожающе.
― Д-да, мы всё поняли, мистер…
― Зовите меня просто дон Бабл. Да, и ещё одно ― никому ни слова. Вы же не хотите испортить игру отсутствием самых важных игроков, не так ли?
― Как скажете, дон Бабл, ― пони покорно опустили головы.

Вот и нашлось выгодное вложение средств, которые я взял из казны перевёртышей. Мы снова углубились в лес, скрываясь от глаз пони.
― Разбить лагерь и ждать, ― скомандовал я. ― Мне нужно сделать ставку.
― Есть, ― снова по-военному ответил гвардеец, вызвав ревнивый взгляд Матти.

Странный металл золото. С одной стороны ― удивительно тяжёлый, набей маленький мешочек ― и не всякий пони сможет поднять. С другой ― сколько бы золота ни нёс разумный на себе, предложи нагрузить ещё монетку ― не откажется. Вот и сейчас увесистая сумка стучит по боку, неудобно норовя свеситься на сторону, но бросить груз никакого желания не возникает. Монетки мелодично позвякивают при каждом шаге. Наверняка опытный слух торговцев просветит кожаный мешок насквозь без всякого рентгена. На секунду мелькнула мысль ― а не захочет ли кто-нибудь избавить меня от столь ценного груза в тёмной подворотне? Но потом я вспомнил, в каком мире нахожусь. Быть злодеем тут ― всё равно как отнимать кондитерские изделия в яслях. Держу пари, Кризалис и другие злодеи сами поддаются, не в силах видеть огорчение на умильных мордашках пони. Слабаки.

Дорога до Понидейла и обратно заняла довольно много времени. Когда я снова показался на полянке, лес стал готовиться ко сну.

Стоило приблизиться к лагерю, как из кустов вышел гвардеец, кланяясь на ходу.
― Ваше Величество, за время вашего отсутствия происшествий не было. Только вот… ― он замялся.
― Что? ― я посмотрел с удивлением, не останавливаясь.

Мы вышли на пространство, освещённое светом костра. Вокруг источника тепла установлено несколько шалашей, перевёртыши бродят вокруг, бездельничая.
― Дело в Матти, ― продолжил спутник. ― Она отказывается выполнять мои приказы.
― Конечно отказываюсь, с какой стати правому копыту Его Величества подчиняться какому-то солдафону? ― влезла упомянутая особа.
― Это я правое копыто короля! ― взвился гвардеец.
― Хватит этой чуши, ― моя реплика заставила их заткнуться.

Нужно действительно кого-то назначить главным. Гражданскую кобылку с богатым опытом жизни в обществе пони или тренированного гвардейца? А как бы на моём месте поступил злодей? Пожалуй, стоит поощрить соперничество. Посмотрим, что из этого выйдет.
― Вы оба левые копыта, ― строго сказал я. ― Чтобы стать моим доверенным лицом, вам предстоит очень постараться. А пока Матти будет руководить гражданскими делами, а ты военными.

Я расслабленно развалился в шалаше. Тихо потрескивает костёр, что-то шуршит около лагеря. Новый главнокомандующий усилил патрули, а Матти массирует могучую кабанью спину маленькими копытами. В злодейской жизни определённо есть свои плюсы.

В очередной раз проходя мимо, гвардеец обратился ко мне.
― Ваше Величество, а хотите узнать где она так наловчилась делать массаж? ― неожиданно спросил он. ― Это довольно интересная история.

Я уже открыл рот, но перед лицом спрыгнула Матти, загораживая собеседника.
― А может, мне рассказать, кто видел во сне Селестию и кричал на весь улей до семи лет?!
― О, так вы друзья?
― Нет! ― рявкнули они в один голос.
― Что же, это многое объясняет… ― продолжил я, как будто не слыша их.

Я посмотрел на чёрные копыта перед собой. На ночь перевёртыши сбросили маскировку, отдыхая в истинном обличье. Их конечности напоминают сыр крупными дырочками. Интересно, что они чувствуют? Веточка, поднятая с земли, без всякого сопротивления прошла в отверстие, выглянув с другой стороны.
― Слушайте, а вам не мешают эти дырки? ― поинтересовался я.

Спорщики ещё вяло переругиваются между собой, они посмотрели удивлённо, как будто успели забыть о моём присутствии. Заметив чужеродный предмет в своей ноге, Матти жалобно пискнула и отскочила от меня.
― В чём дело?

Приблизившись, гвардеец зашептал на ухо:
― Ваше Величество, это считается… Непристойным.
― О, ― глубокомысленно протянул я, радуясь, что не стал проводить эксперимент на перевёртыше мужского пола. ― Извини, Матти, сейчас уберу.

Я потянулся копытом, но она проворно отскочила ещё дальше, прижав ушки к голове и настороженно глядя, как дикий зверёк на охотника.
― Ладно-ладно, не трогаю, ― я поднял лапы вверх, примирительно улыбаясь.

Глава 6

Мистер Грид, зелёный единорог с серой невзрачной гривой, сжался, попытавшись укрыться за прилавком при звуке открывшейся двери. Он выглядел гораздо более уверенно вчера, когда я делал ставку. Так и потирал копыта в предвкушении прибыли. Я решительно прошагал к нему.
― Вот, ― тяжёлая сумка, полная золотых монет, легла на прилавок.
― Это моя ставка, мистер Грид ― нахмурился я. ― А где же выигрыш?
― Видите ли, дон Бабл, ― зачастил ростовщик. ― В последние года болотники были явными фаворитами, и мне приходилось постоянно завышать ставки их соперникам, чтобы соблюсти какой-то баланс. Пришлось истратить большую часть оборотных средств, чтобы заплатить выигрыши горожанам. И у меня просто нет денег, чтобы рассчитаться по вашей огромной ставке. Увы, я разорён.
― Ну-ну, всё не так плохо, ― подбодрил я его, оглядывая комнату. ― У вас есть, к примеру, этот симпатичный домик. Один из самых крупных в городе, смею заметить. Он мог бы покрыть часть моего выигрыша.
― Часть? Но ведь…
― О, не прибедняйтесь. Слышал, вы недавно забрали весьма неплохой дачный домик на окраине в счёт долга, так что без крова вы не останетесь. И разумеется, я не претендую на вашу миленькую коллекцию заложенных безделушек, ― махнул я копытом в сторону витрин.
― Но мой дом стоит…
― Да бросьте. Цена дома зависит от многих факторов, а какой спрос сейчас на недвижимость в нашем маленьком городке? Или вы хотите пригласить независимого оценщика?
― Ладно… ― вздохнул зелёный пони. ― Скажем, за списание половины моего долга я мог бы…
― Четверть, ― прервал я его. ― Я забираю этот дом в счёт четверти вашего долга, и не буду пока взыскивать остальную часть. Мы же не хотим, чтобы вы оказались на улице, не так ли?
― Я согласен, ― сдался ростовщик.
― Вот и отлично. Ребята прямо сейчас помогут вам переехать, ― махнул я копытом на подручных. ― Остальную часть долга заплатите, как сможете. Если меня заинтересует что-то из ваших не-денежных активов, сообщу дополнительно. Уверен, мы сможем договориться, ― снова изобразил я зловещую клыкастую улыбку. Кажется, я начинаю к этому привыкать.

Имущество ростовщика довольно быстро перевезли на новое место и следующим утром я прогуливался, осматривая дом. Двухэтажное строение, такие же белые стены и соломенная крыша, как и во всём городе. Разве что размером побольше ― вместо обычного прямоугольника здание загибается буквой “П”, образуя закрытый с трёх сторон внутренний дворик. Не знаю, зачем ростовщику такой большой дом, его вещи занимали не так уж много места. Наверное, забрал в счёт долгов какую-нибудь гостиницу или что-то вроде.
― Ну как вам? ― спросил я перевёртышей, которые изображают мой хвост.
― Отличный домик, ― сказала Матти. ― Есть где развернуться.
― Не знаю, ― с сомнением протянул гвардеец. ― Всё такое светлое… Коридоры короткие, повороты простые и совсем нет потайных ходов.
― Глупенький, ― с превосходством ответила приспешница. ― Пони только так и строят. А для бегства подойдёт любое окно.

Она говорит со знанием дела, явно доводилось пользоваться.
― А как же Его Величество?
― Ой, и правда… ― Матти с сочувствием посмотрела на бескрылую спину.
― Эй, я вам не инвалид! Я вполне могу выпрыгнуть из окна второго этажа. Но насчёт потайного хода мысль интересная. Подбери пару перевёртышей покрепче и займись, когда будет свободное время.

Все подручные сумели без труда разместиться, оставив пару комнат для гостей и торговый зал внизу свободными. Выбрав себе комнату по вкусу, с наслаждением сбросил доспехи, надоевшие за время последних походов. Главное оружие мафии ― страх, а вовсе не насилие, как можно подумать.

Я достал из гардероба невысокую белую шляпу с узкими краями, забытую, судя по всему, ростовщиком. Нахлобучив её на голову, посмотрелся в зеркало. Да, вот теперь отражение стало гораздо ближе к образу гангстера, который рисуется в голове.
― Подручные, ко мне! ― позвал я. ― Вскоре послышался дробный перестук копыт и в комнате выстроился ряд кабанов.

Все вепри меньше меня, так как перевёртыши не умеют менять массу при перевоплощении. Чтобы не уступать ростом обычным пони, объём им пришлось добирать за счёт воздуха. Печально, конечно, что они не способны на кабанячьи трюки вроде таранного удара, но в нашем нынешнем деле страшный вид важнее грубой силы.
― Вы двое, ― подозвал я двух самых крупных перевёртышей.

Потомственные гвардейцы, мне пришлось потрудиться, выпрашивая их у Кризалис для поддержки в силовых операциях.
― Вы пойдёте со мной. Ещё двое маскируетесь под пони и на подстраховке. Остальным обустраиваться, приводить дом в порядок, ― скомандовал я.

Восемь перевёртышей разбежались по дому.
― Кстати, как вас зовут? ― обратился я к гвардейцам.
― На вашем языке это будет… ― задумался один из них.
― Стоп, ― прервал я его взмахом копыта. ― Сейчас опять выдадите что-нибудь цветочное. Пока мы в городе пони, пользуемся псевдонимами.
― Чем-чем?
― Ну, оперативными кличками. Вот ты будешь Игнацио, а ты Жерардо, ― ткнул я копытом поочерёдно в них.
― Как прикажете, Ваше Величество.
― И пока мы в городе, обращайтесь ко мне только “дон Бабл” или “босс”.
― Как прикажете… босс.

Первой целью я выбрал небольшой магазинчик, расположенный недалеко от нашей новой базы. Я уселся ждать около него, поясняя перевёртышам план. Гвардейцы беспокойно озираются, среди чистых и светлых домов Понидейла они чувствуют себя неуютно. Проходящие мимо пони с интересом смотрят на нас.
― Тут, как вы можете видеть по вывеске, торгуют посудой.
― Целый магазин одной только посуды? ― не поверил Жерардо.
― Привыкайте, у пони много вещей, которые не встречались вам в улье. Итак, когда мы зайдём, я буду говорить с продавцом. Ваша задача ― сделать вид, что как бы случайно роняете полку с посудой, чтобы напугать его.
― Простите, босс, но вы уверены? Я ронял тарелку много раз и не сказал бы, что это страшно…

На пару секунд я прикрыл копытом лицо.
― Из чего была твоя тарелка? Из дерева?

Гвардеец уверено кивнул.
― А пони используют керамическую посуду. Если её ударить, даже не очень сильно, она разобьётся. Итак, слегка наклоняете полку с товаром, чтобы ничего не упало, но продавец испугался. Ещё вопросы?
― Босс, а почему он улыбается всем, кто заходит? ― подал голос Игнацио.
― Это помогает ему продавать больше. Пони радуются, когда видят улыбку и легче расстаются с деньгами.
― Странные они. Когда я улыбаюсь, это значит, что мне хорошо. С чего бы чувствовать себя хорошо или плохо от выражения чужого лица? ― он недоумевающе посмотрел на меня.
― Да ты мудрец… В некотором роде. Всё, пошли.

Выгадав момент, пока внутри не окажется посетителей, я уверенно открыл дверь. Владелец магазина, небольшой единорог с шёрсткой голубого цвета и кудрявой коричневой гривой, повернулся на звон колокольчика.
― Мистер Диш, доброе утро. Отличная погода, не правда ли? ― улыбнулся я, слыша как один из подручных запирает входную дверь.
― Здравствуйте, мистер… Бабл, я полагаю? ― припомнил единорог моё имя.
― Дон Бабл, с вашего позволения.
― Сегодня действительно хороший день для прогулки. Вы хотели что-то заказать?
― Заказать? Не совсем… У вас такой прекрасный магазин… ― махнул я копытом, на витрины с разноцветными образцами посуды.
― Спасибо… ― настороженно ответил продавец.
― Было бы очень печально, если бы кто-то из посетителей, совершенно случайно, разбил какую-нибудь из этих замечательных витрин, не так ли?

Заметив условный сигнал хвостом, Жерардо как бы невзначай задел одну из высоких витрин, заставив её накрениться. Мы с продавцом с замиранием сердца проследили как второй подручный поймал и поставил витрину на место, прежде чем что-то внутри успело разбиться. Продавец нервно сглотнул:
― Чего вы хотите?
― Видите ли, как раз для таких случаев я готов вам предложить эксклюзивные услуги по охране. Вы платите символическую сумму, к примеру, десять процентов от прибыли, и вашему магазину не будут грозить подобные неожиданности.
― Но это же просто… Стража! ― пискнул единорог.
― О, не трудитесь звать на помощь. Дверь и все окна надёжно закрыты, ― снова показал я клыки в улыбке.
― Я буду жаловаться… ― неуверенно пробормотал он.
― Правда? И как же вы опознаете преступника? ― поднял я бровь. ― Вы, пони, все разноцветные и с красивыми кьютимарками на боку. Вы просто не способны различать в лицо существ других видов, лишённых такой роскоши, не так ли? ― угрожающе навис я над ним, показывая копытом в сторону подручных.
― Ну… Я… ― вгляделся продавец. ― Извините, ― смутился он.

И кстати говоря, совершенно напрасно. Для маскировки перевёртыши взяли мою внешность, уменьшив фигуру до размера пони. Эти двое идентичны до последнего волоска.
― К тому же, неужели вы думаете, что у этих несчастных, только-только прибывших в город и пытающихся как-то устроиться, есть хоть одна монетка, чтобы возместить вам ущерб? ― Продолжил давить я.
― Но вы не выглядите…
― Я? О, я тут совершенно ни при чём, просто решил зайти и предложить наши скромные услуги по охране. Ну, раз вы не заинтересованы...

Я развернулся и направился к выходу. Одна из витрин опять начала заваливаться на бок.
― Стойте! Хорошо, я заплачу! ― сдался единорог.
― Замечательно, ― улыбнулся я, принимая небольшую кучку монет. ― В конце каждой недели к вам будет заходить один из моих помощников. Ну, знаете, проверить, что у вас всё в порядке, поболтать, забрать оплату за наши услуги...

До обеда мы ещё успели посетить с десяток разных магазинов, успешно “продавая” свои услуги. Но потом произошло то, что должно было произойти. Белый пегас с зелёным хвостом, совсем не сочетающимся с золотистыми доспехами стражника, подошёл к нам на улице.
― Шериф! ― улыбнулся я. ― Чем обязан?
― Мистер Бабл! ― начал он.
― Дон Бабл, если позволите.
― Вы и ваши сообщники арестованы по обвинению в вымогательстве. Пройдёмте в участок.
― Шериф, а вы уверены? ― угрожающе навис я над ним.
― Да, ― пони отступил на шаг, но потом смело выпрямился.

Мои гвардейцы напряглись, готовясь к схватке. Я огляделся. За шерифом собралась группка из нескольких пони, периодически что-то недовольно выкрикивая в нашу сторону. Вероятно, представители пострадавших. Ещё в двух местах заметил одинокие силуэты пони, наблюдающих за нами. Моя подстраховка.

Разумеется, мы способны без особого труда раскидать всех на этой улочке. Но безобразная драка посреди города никак не может создать нам репутацию серьёзных мафиози. Поэтому я сделал небольшой шажок назад, отказываясь от конфронтации.
― Ну, если вы так говорите… ― смущённо шаркнул я копытом по земле. ― Но я уверен, что скоро это недоразумение разрешится. ― Прищурившись, оглядел я “группу поддержки” шерифа. Последняя фраза предназначалась для них. ― Ведите, офицер.

Мы втроём последовали за стражем порядка. Шериф идёт, гордо вскинув голову, весьма довольный, что удалось арестовать таких грозных с виду преступников. Но радоваться ему ещё рано. На месте нашей встречи осталась, начерченная мной в дорожной пыли, буква “В”. План “В”. Помощники, оставшиеся на подстраховке, знают, что делать.

Кто-то может заинтересоваться, а куда же делся план “Б”? Просто план “Б” задействовать причин пока нет. Учитывая печальную статистику эквестрийских злодеев, планом “Б” я назначил быстрое беспорядочное отступление.

Как и в других маленьких городках, камера для заключённых представляет собой небольшое пространство, отгороженное стальными решётками прямо в кабинете шерифа. Мы втроём едва уместились на кровати, камера явно предназначена для одного пони. Заперев нас, белый пегас принялся заполнять какие-то бумаги на столе. Я с интересом осмотрелся, но за исключением камеры, вокруг обычный офис, с кучей шкафов, стульев и здоровенным столом, заваленным бумагами. Пахнет пылью канцелярских архивов и, почему-то, пончиками.
― А тут довольно удобно, ― сказал Жерардо. ― Для камеры, ― пояснил он, заметив мой вопросительный взгляд.

Вскоре мне надоело смотреть, как страж порядка орудует пером и я уставился в потолок, пропустив условный сигнал. В открытое окно кабинета влетело яблоко, и покатившись, остановилось у стула, на котором сидит шериф. Ловко зацепив фрукт копытом, пегас поднёс его к глазам.
― Буква “В”? Что бы это значило? ― прочитал он вырезанное на кожуре послание. ― Кто тут хулиганит? ― крикнул он, выглядывая в окно.

Но на улице, разумеется, уже пусто.
― Кстати, насчёт яблок, ― оживился я. ― А чем тут у вас кормят?
― Кормят? ― переспросил сбитый с толку пони.
― Ага. Помнится, ваша жена, шериф, печёт замечательные пирожки.
― Вы-то откуда знаете? ― прищурился он.
― Ну что вы, слух о таких вкусных пирожках не мог не разнестись по городу. Кстати, как здоровье вашей милой супруги?
― Да вроде, слава Селестии, всё хорошо… ― прервался пегас на полуслове. ― Моя жена!

Белой молнией он вылетел из комнаты, не потрудившись даже воспользоваться дверью. Вот что значит страж порядка, сразу раскусил намёк.

Прошло не более пары минут, как он вернулся.
― Где она? Что ты с ней сделал? ― закричал он, навалившись на прутья клетки передо мной.
― Я? Помилуйте, шериф, я всё это время был у вас перед глазами. Впрочем… ― замялся я, создавая интригу.
― Что? Говори!
― Ну, я очень неплохо читаю следы. И если бы вы, скажем, сняли с нас эти глупые обвинения, я бы мог найти вашу жену в два счёта.

На пару секунд пегас задумался, переводя взгляд то на меня, то на заполненные бумажки на столе. Наконец, решение было принято и обрывки документов полетели в мусорную корзину.
― Последний раз я видел её… ― начал говорить шериф, когда мы выбрались из небольшого домика стражи с гербом Селестии на фронтальной стене.
― О, не трудитесь, я могу взять след отсюда, ― прервал я его, заметив одинокого пони, призывно махнувшего хвостом. ― Идёмте.

Мы прошагали пару поворотов, на которых я делал вид, будто нюхаю воздух ― как будто в городской мешанине можно что-то разобрать ― и вскоре подошли к конечной точке нашего маршрута. Здание на перекрёстке, на которое указал проводник, украшено парой горшков с цветами и яркой вывеской, но в остальном почти не отличается от собратьев. Мы подошли к окну и заглянули внутрь.
― Не может быть… ― шокировано прошептал мой спутник. ― Как же так… ― не знаю, как можно бледнеть с белым цветом шёрстки, но у него получилось.
― Ну-ну, не стоит делать поспешные выводы, ― мягко сказал я.

В кафе, в окно которого нагло пялимся мы со стражем порядка, не очень много посетителей. И оттого нам прекрасно виден столик в глубине, за которым молодая симпатичная кобылка, жена шерифа, о чём-то весело болтает с единорогом. Подтянутое, мускулистое тело, чёрная шёрстка, мягко блестящая в свете ламп и шикарная грива цвета пламени ― с него можно хоть сейчас лепить скульптуру и нести её украшать дворец принцессы Селестии.
― Как по мне, двое пони просто болтают, ничего такого, ― попытался я подбодрить спутника, но его глаза не отрываются от окна.

Повинуясь моему кивку, наблюдатель, который вёл нас, зашёл в кафе и сказал пару слов на ухо чёрному красавцу. Жеребец сразу же распрощался ― не допуская, надо отметить, никаких вольностей ― со своей собеседницей и вышел из заведения, быстро пропав за поворотом. Наивный шериф, наивная жена его. Они не знают, что на самом деле у статного пони кривой рог и стрекозиные крылья.

Допив свой напиток, кобылка расплатилась и тоже двинулась к выходу. Стражник дёрнулся встретить её, но я слегка придержал за плечо.
― Главное, помните ― ничего страшного не случилось, ― уверенно сказал я. ― Сегодня вообще ничего страшного не случилось, ― повторил я с нажимом, намекая на нашу “работу”. ― И, шериф…
― Да? ― вопросительно взглянул он.
― Помните, что я всегда готов вам помочь, ― хищная ухмылка никак не вяжется со смыслом сказанного.

Мы двинулись захватывать город дальше, оставляя за спиной сцену ревности.

Внимание привлёк необычный шум, и вскоре я оказался перед мельницей. Крепкое строение из старых, толстых брёвен уверенно раздвигает соседей на берегу, слегка обмакивая большое деревянное колесо в местный ручей-речку, словно бы опасаясь, что вода покажется слишком холодной. Плоские доски без устали вращаются, закручивая ось. Воздух вокруг пахнет летом и водяными брызгами. Изнутри равномерно гудящего механизма доносится сухой треск.

Распахнув двери, я огляделся. Прямо от входа пандус поднимается к устью какой-то измельчительной машины. Слева горой навалены ветки. Жёлтый, как цыплёнок, единорог схватил магией очередную охапку и бросил в страшно гудящий агрегат. На выходе вместо ожидаемых щепок показалась вполне приличная дсп-панель и заняла своё место справа у стены.

Не теряя времени, я двинулся к горловине машины, где так беспечно застыл местный мастер.
― Добрый день, меня зовут дон Бабл. Предлагаю эксклюзивные услуги по охране, ― клыкастая улыбка привычно наползла на лицо.
― Но мне не…
― Подумайте! Вы ведь работаете с такой опасной техникой! Вам как никому нужны наши услуги.

Я придвинулся вплотную. Телохранители высунули головы по бокам, не позволяя жертве выскочить из ловушки.
― Вы будете платить всего каких-то десять процентов, зато никогда не станете жертвой несчастного случая на производстве.

Ещё один шажок заставил мастера подойти к самому краю. Вид агрессивно вращающихся зубьев напомнил мясорубку. Мясо… Горячие котлетки, нежный вкус шашлыка, изысканные букеты сырокопчёных колбас… Воспоминания о доме некстати увлекли за собой. “А ведь стоит сделать лёгкое движение копытом и на выходе я получу вполне пригодный фарш”, ― мелькнула мысль. ― “Только достать немного панировки, картошки на гарнир и можно будет поесть по-человечески…”
― Босс! Очнитесь! ― донёсся голос Жерардо.
― А? Что? ― встряхнулся я, подбирая слюни.
― Наш клиент упал в обморок, ― пояснил телохранитель. ― У вас вид был такой…
― Жуткий, ― подсказал Игнацио, поёживаясь.
― Вот же слабонервное понячье племя, ― досадливо пробормотал я. ― Пойдём к следующему клиенту. Только этого уберите от мясорубки подальше, ему ещё нам деньги платить.

При слове “мясорубка” оба подручных заметно вздрогнули.

Глава 7

К вечеру я успел обложить данью практически весь городок. Пока свободными остаются производство торфа и дерева ― владельцы этих крупных кампаний живут в Кантерлоте и их не так просто достать. На ближайшее время ситуацию я держу в копыте ― пока урок, преподанный шерифу, не забудется, тот будет сидеть тихо. А без стража порядка у пони не будет центра сопротивления, вокруг которого можно было бы собраться. Теперь главное не наглеть, чтобы не вызвать возмущение жителей. Впрочем, остаётся ещё одно дело. Неприятное дело, которое я откладывал как только мог.

В кузнице, несмотря на позднее время, опять звучат удары молота по железу. Старая дверь скрипнула, когда я пробрался внутрь, оставив подручных караулить на улице.
― Добрый день, ― нейтрально произнёс я.
― Смотрите-ка кто пришёл, ― Ван только мельком взглянул на меня и продолжил работу. ― Уж не тот ли бандит, о котором говорит весь город? Что, теперь и у меня будешь вымогать деньги? ― его гулкий голос полон издёвки.
― Вообще-то да, ― признался я, заставив кузнеца сбиться с ритма и пропустить удар. ― Видишь ли, если позволю тебе не платить, кто-то ещё может решить, что ему тоже можно не платить. Мне жаль, но я вынужден настаивать. Ничего личного, просто бизнес.
― Бизнес, говоришь… ― вздохнул он и прекратил работу. ― Послушай, не знаю, что там с тобой произошло и почему ты вдруг решил стать преступником, ― он пошёл в мою сторону, помахивая молотом. ― Но хочу, чтобы ты понял одну вещь ― я не заплачу ни монетки, как бы ты ни угрожал! ― вытянув копыто, он сунул мне под нос своё орудие. ― А если ты хоть что-то сломаешь в кузнице, то, клянусь Селестией, я…
― Как бы ни угрожал, говоришь? ― переспросил я задумчиво. ― Хмм, вообще-то я думал, что судьба Трипл тебя больше заботит.

За сегодняшний день нам ещё пару раз приходилось прибегать к инсценировке похищения пони ― угрозы материальным ущербом не всегда работали. Какие-то слухи о похищениях должны были дойти и до кузнеца.
― Ты не посмеешь! ― его глаза сузились.
― Хочешь проверить? ― я надел на лицо отработанную клыкастую улыбку хищника.

Наступил, наверное, самый трудный момент за прошедший день. Каждый раз, угрожая безобидным цветным лошадкам, я чувствовал себя немного неловко. Сейчас же это ощущение усилилось в несколько раз. Мы боролись взглядами пару секунд. Наконец, Ван опустил глаза.
― Хорошо, я буду платить, ― отвернулся он. ― И больше никогда не появляйся в моей кузнице.

Я молча вышел из душного помещения в прохладу свежего воздуха, не чувствуя никакой радости по поводу победы. Отпустив помощников на базу, решил прогуляться по опушке леса. Хочется отдохнуть от пони, от перевёртышей и вообще от всех говорящих существ какое-то время.

Солнце зашло и тут, на окраине города, тихо и пустынно. Я бесцельно бреду вдоль опушки, раздвигая копытами высокую траву. Внезапно сзади послышались хлопки крыльев. Я обернулся, и увидел, как в десятке шагов приземляется знакомая пегаска, держа в зубах копьё. Лазурная шёрстка в ночи светится холодом, алая грива чуть колышется на ветру, словно цветок пламени над водной поверхностью. Оружие внушает уважение древним видом, затейливым орнаментом и непривычным светлым блеском металла. Трипл перехватила копьё копытом и направила в мою сторону. Её глаза смотрят прямо и решительно.
― Возьми, ― она бросила мне что-то небольшое, блеснувшее в лучах лунного света.

Я инстинктивно отпрыгнул и предмет упал в шаге от меня.
― Подними, ― снова скомандовала она.

Я недоверчиво посмотрел себе под ноги. В траве лежит ложка. Обычная серебряная ложка от какого-то сервиза.
― Подними, или я ударю! ― волнуясь, Трипл повысила голос и сделала небольшой шажок вперёд, символически пронзив воздух.
“Серебро?” ― подумал я. ― “Оно должно быть ядом для перевёртышей, если проводить аналогию с оборотнями нашего мира? А как оно действует на перевёртышей-полукровок?” ― мне самому стало интересно. Зажав ложку между пальцами, поднял её так, чтобы пегаска видела. Ничего особенного не случилось, я чувствую только лёгкое жжение в тех местах, где ложка касается кожи.
― Нет, ты ртом её подержи, ― слегка уменьшив боевой настрой, но всё ещё подозрительно сказала она.

Вздохнув, я сдул пылинки, демонстративно протёр ложку о шерсть на ноге и зажал столовый прибор зубами. На вкус серебро оказалось кислым, как будто жуёшь листик щавеля. Слегка обжигает губы ― немножко больно, но можно не обращать внимания.

Невольная усмешка искривила лицо. Я стою и доказываю, что не монстр. Но то, что серебро не вредит мне, делает меня только опаснее для местных. Возможно, сейчас Трипл видит перед собой самого жуткого монстра Эквестрии. Возможно, пони серьёзно прогадали, пуская изворотливый и беспринципный человеческий ум в свой пряничный мирок.

Описав серебристую дугу, ложка упала под ноги пегаске.
― Теперь довольна? ― спросил я, с интересом ожидая следующих действий.

Копьё в копыте Трипл бессильно опустилось.
― Это и правда ты… ― неверяще прозвучал её голос. ― Не перевёртыш. Так чего же стоишь, ты только что обещал меня похитить, разве не так? ― сказала она с вызовом.

По правде говоря, не знаю, что ответить. Я не готовился к этому разговору. Я вообще надеялся, что Трипл уехала из города и эта встреча никогда не состоится.
― Почему ты стал преступником?.. Что с тобой произошло?.. ― с отчаянием в голосе спрашивает пегаска. ― Ты же было хорошим… ― в её глазах появились слёзы, блестя в холодном свете луны.

Если бы она по привычке сказала “хорошим пони”, я бы нашёл что ответить. Сказал бы, что я вовсе не пони, что пони не приняли меня, не позволили устроиться в городе, вытолкнули из своей жизни. Что я мыслю не как пони и не бегу от проблем в другой город, в котором всё будет точно так же. Что те, кто не позволил мне устроиться, были вынуждены так поступить чтобы самим не лишиться работы и средств к существованию и теперь точно так же всё, что делаю, я вынужден делать ради тех же самых проклятых кругляшков. Что быть хорошим пони я уже пробовал, и у меня не получилось…

Но она не сделала ошибки, и я не знаю что сказать.
― Прости, ― наконец, сумел выдавить я, отворачиваясь.

Хлопки крыльев за спиной удалились и затихли.


Я сделал по опушке почти полный обход вокруг города, когда впереди послышались подозрительные звуки. Перешёл на рысь и вскоре увидел их ― древесные волки окружили кого-то, медленно сжимая кольцо. Ещё пара метров, и стало возможно разглядеть жертв ― две кобылки. Непонятно как забравшись в лес, они, вероятно, пытались добежать до города, но не успели.

Я хищно усмехнулся. Просто идеальная ситуация для эмоциональной разрядки. Не нужно думать ни о своих, ни о чужих чувствах ― знай себе круши и дави бездушных тварей. У меня нет ни шлема, ни доспехов с собой, но мне всё равно. Яростно взревев, чтобы отвлечь хищников на себя, со всего разгона врезался в ближайшую, не ожидающую атаки, тварь. Незащищённая голова отозвалась болью, я почувствовал, как во все стороны брызнула деревянная щепа, оставляя редкие царапины на моей шкуре. Не давая противникам опомниться, сделал короткую петлю и снова начал разгон. Волк, первым бросившийся ко мне, разбросал части своего тела по поляне и его сородичи прыгнули, не давая больше места и времени для разгона. Твари проворно подскакивают, оставляя зубами на моей шкуре неглубокие кровоточащие порезы. Я давлю их тела могучими челюстями и разламываю лапами. Они не позволяют хоть немного набрать разгон, а я всё время пытаюсь встать так, чтобы один волк закрывал собой меня от остальных. Вокруг распространяется зловоние из хищных пастей.

Я не заметил, когда в круговерти боя пони улучили момент и сбежали. У меня остаётся всё меньше крови, а у противника ― всё меньше бойцов. К счастью, древесные волки кончились первыми. Луна стоит в зените, освещая поляну с разбросанными переломанными ветками. Едва двигаясь от усталости и кровопотери, я поднялся с кучи растопки, которая уже слабо напоминает обезглавленное волчье тело, и, пошатываясь, побрёл в город.