Компас

Глава 14 - Милина

С оцепенением я наблюдал за уходящей под землю Дриадой. Из-за чего она так разозлилась? Но я понял, что у меня появился в этом мире враг. Только остается три вопроса. Во-первых, что это было за землетрясение после её речи? Во-вторых, какую богиню она имела в виду? И последнее, как именно я стану врагом номер один в этом мире? Все эти вопросы требовали тщательного изучения и анализа. Но на это нужно время, которого у меня нету. Получив новую силу, я должен вернуться до дня Летнего солнцестояния. В этот день должен продти мрак, и встреча моя с ним должна состояться.

«Ох, нажил ты себе нового врага. Теперь тебе придется избегать леса. Она от тебя так просто не отстанет. То, что она дала клятву, для нее теперь табу. Пока ты будешь ходить по этой земле и дышать этим воздухом, она не успокоится».

— Что? Кто тут? — я начал осматриваться по сторонам, но кроме выжженной земли ничего не увидел. Как мне показалось, голос раздавался рядом. Нет, не рядом, а в моей голове.

«Догадался, молодец…» — меня резко стало разрывать на части, будто кусочек моей личности решил отделиться. Но это было совсем другое. Что-то туманно-фиолетовое вырвалось из меня, направившись вверх и оставляя за собой туманный шлейф. Режущая боль отпустила меня, давая перерыв. Прямо передо мной во всей своей красе, с раскрытыми крыльями, держась в воздухе, показалась она. Она была похожа на полярную сову или на белую. В них схож только внешний вид, но не цвет. Яркий окрас был подобен ауре, источающейся из её тела. Но то, что меня привлекло в ней, это нехарактерные для полярной совы по бокам головы две кисточки, торчащие вверх.

С изумлением я смотрел на это чудо в перьях и не мог ничего сказать. Прямо сейчас произошло непонятное. Из меня вышла сова небольшого размера. С отвившей челюстью я лицезрел её. Она, помахав крыльями, приземлилась на обугленный камень и стала осматриваться, при этом недовольна цокая.

— После пятьсот лет заточения я наконец-то свободна, — вдохнула полной грудью сова. — Как давно я не дышала свежим воздухом, — она повернулась ко мне. — Это твоих копыт дело? — указала она на лес.

Я до сих пор был в прострации и, не понимая, лишь покачал головой. Она посмотрела на меня как на дурачка и подлетела поближе, помахала крылом перед лицом. — Эй, ты жив там? Ответь.

Перед глазами помаячили чьи-то крылья, и я пришел в себя, вытряхнув из себя странные ощущения. — Кто ты? — спросил я, сразу не подумав. Нечасто такое происходит, когда что-то или кто-то вырывается из твоей груди. При этом оно оказывается разумным.

— Ты не ответил на мой вопрос. Это ты сотворил с лесом такое? В последний раз древо было высотой в шесть метров и все зеленело. Но сейчас от древа остался лишь маленький кустик и выжженная земля.

— Не могу сказать. Помню лишь поглощение сердца леса. Разделение души и духа. Дух я оставил, а вот душу поглотил, — вдруг я осознал, что сказал. — Погоди, ты и есть тот дух, которого я решил оставить и не уничтожать? Получается, я спас тебя, и ты теперь мой Фамильяр?

— Дух, поглотил сердце леса… Фамильяр? Фамильяр! Ты что-то путаешь, я не твой зверёк на побегушках! Я Милина, дриада древнего круга магии, — она гордо выпятила грудь вперед. — Я не позволю какому-то чудовищу меня оскорблять!

Она тоже считает меня чудовищем. Нужно найти зеркало или хотя бы лужу. Что-то щелкнуло у меня в голове. Я ехидно улыбнулся, подходя к ней. Милина, обеспокоенная происходящим, попятилась назад. Приблизившись к ней на приличное расстояние, я с издевкой сказал:

— Посмотри на свои крылья.

Она посмотрела на меня как на больного. — Не подходи ко мне, держись от меня на расстоянии. Ты даже копыта от крыльев… — она уставилась на свои крылья и после осмотрела себя с ног до головы. Она не могла поверить в это. — Нет-нет-нет! — внушала она себе. Но, увидев неподалеку ручей, побежала на своих крошечных лапках к нему, спотыкаясь и помогая крыльями. Уже через минуту она смотрела на свое отражение.

Проводив её взглядом, я почувствовал её страдания и это мне понравилось. Каждая эмоция и чувство, что она испытывала, передавалось мне и это приводило меня в экстаз. Резкая вспышка и я снова вернулся в норму. Изменения в своём поступке напугали меня. Может, это был побочный эффект, и я пока не пришел в норму после превращения? Ладно, пока это был первый раз, можно пропустить. Сейчас меня волнует другое — Милина. Она страдает от увиденного. Я должен помочь ей. Оказавшись рядом с ней, я сел, держась от неё на расстоянии.

Она смотрела в свое отражение; я видел, что ей грустно. Мне хотелось подбодрить её, сказать, что она вернулась к жизни после пяти сотен лет заточения. Но она меня опередила.

— Раньше я была такой же, как и Дрея. Весёлой, беззаботная дриадой, всегда всем помогала и защищала. Но однажды всё изменилось. Появился он. Я не помню его лица, но помню холод и боль, что он приносил за собой. Тогда еще родилась Дрея, и я оставила её на попечении одного друга, а сама ушла за едой. Я встретила его случайно, тогда у него с собой был странный сверток. Сначала я не придала никакого значения, но, когда из свертка раздался детский плач, а когтистые лапы потянулись к малышу, я не удержалась. Призвав силу леса, я напала на него, рассчитывая спасти малыша. Но потерпела неудачу. Он убил меня, я так думала, пока не почувствовала себя в теле другого существа. Я стала сердцем леса, его инструментом и связным. Чтобы я не смогла выбраться из этого существа, он поместил осколок души в меня и затуманил мой разум. Столько времени прошло… — она замолчала, в её глазах погас огонёк и она, словно статуя, уставилась в своё отражение.

Прямо сейчас мать Дреи раскрыла свою душу незнакомцу. При этом ничего не скрывая о себе. Но почему она так поступила, и зачем? Я почувствовал сильную боль об утрате и горе. Теперь я стал понимать, о чём меня предупреждал голос, когда говорил, что я буду чувствовать все то, что испытывает другой. Все её эмоции, чувства и даже боль будут проходить через меня. Эта агония чувств начинала давить меня. Я держался как мог, но меня прорвало. Снова произошел щелчок в голове. Недовольный, я посмотрел на неё и, подойдя к ней, бесцеремонно повернул к себе.

— Слушай сюда, — силой зафиксировал её лицо на себя, — то, что случилось в прошлом, ты должна отпустить. Хватит вспоминать и корить себя за это. Я вернул тебя к жизни не просто так, не чтобы ты предавалась воспоминаниям и уходила в них, захлебываясь в своих неправильных действиях. То, что ты совершила, было правильным. На твоём месте я поступил бы точно так же. Даже если придется отдать за это жизнь. Я повторю, хватит, сейчас у тебя есть новая цель и жизнь. Это остановить свою дочь и помочь мне остановить наступающий мрак, — агония чувств резко отступила, давая мне свободно выдохнуть. Это означало, что Милина успокоилась и в её фиолетового цвета глазах я увидел проблеск новой цели и жизни.

Снова меня словно кто-то подменил, уже во второй раз я не контролирую свои действия. Снова поддавшись порыву, я сделал что-то несознательное. Это меня сильно напугало, и я отпустил Милину. «Да вашу мать, что вообще со мной происходит?» — ответом мне послужил собеседник рядом со мной.

«Что ты так кричишь? Я прекрасно тебя слышу» — послышалось в моей голове.

— Не понял, это ты только что мне ответила? — не веря в это, я обратился к ней.

«Конечно я, а ты думал кто?» — уже самоуверенно ответила сова, подлетая ко мне.

— Мдаа… теперь мне не видать свободы слова, — подытожил я, всматриваясь в своё отражение.

После разговора я наконец-то удосужился взглянуть в своё отражение. Изменения, прошедшие по телу, были значительными: они ярко придали мне устрашающий вид. Всё моё тело было хаотически разрисовано шлейфами пламени. Они отдавали ярким светом, говоря о том, что по ним течёт магия. Волосы на голове больше не имели материальную форму. Теперь они стали словно живым огнём. Глаза полностью выцвели, став белыми.

Милина подлетела ко мне и села рядом. — Спасибо за то, что вытащил меня из тюрьмы. Прости, что заставила тебя поглотить меня. Из-за этого моя дочь будет охотиться на тебя. И спасибо, что дал мне шанс вернуться в этот мир, — сова благодарно улыбнулась.

Прохрустев шеей, я тяжко выдохнул. — Всегда пожалуйста. Пошли, у нас мало времени, нам нужно поторопиться обратно в Понивилль.

— Что? Тут появился город? — удивленная новостью, она подлетела к моим рогам и уселась на них. Я почувствовал, как моя голова потяжелела, но я не стал бурно реагировать на это, а постарался привыкнуть.

— Да, городок не очень большой, там проживают пони: пегасы, единороги и простые пони. Ещё есть Кантерлот, там располагается замок, где проживает знать и всё такое. Это всё, что я смог разузнать.

— Вот как получается… — Милина призадумалась.

Пока мы шли обратно, я задал ей пару вопросов.

— Скажи, зачем ты хотела свободы и откуда узнала о приближающем мраке?

— Честно, я не знала ничего об этом. Когда ты вошел в древо, я почувствовала в тебе огромную силу, что могла освободить меня из заточения. Мне пришлось применить всю накопленную мною силу, чтобы заставить тебя прийти ко мне. Поначалу я думала просто поговорить с тобой, попросить о помощи. Но после, когда я увидела тебя, то испугалась. У меня было мало времени контролировать сердце, и я пошла ва-банк, придумав о мраке и о сосуде в виде моей дочери. Ты поддался моей провокации. Чтобы точно всё сработало, мне пришлось призвать стражей. Я не могла упустить такой шанс на освобождение. Ну, а дальше ты и сам всё знаешь.

— Получается, ты воспользовалась мной?

— Прости, у меня не было другого выбора, — виновато призналась она.

— Ладно, проехали. Скажи, как ты стала совой? —

— Честно, очень смутно помню, что тогда произошло. Кто-то кричал на кого-то, говоря не трогать духа. После всё туманно, я оказалось в пространстве, где были мириады звезд. Не знаю, как это объяснить, но будто сами звёзды ожили и приняли форму животных. Они окружили меня, а после яркий свет ослепил меня, и я услышала твои мысли. Я подумала, что это сон и решила управлять им. К моему сожалению, это оказалось реальностью. Это всё, что я знаю.

— Ясно, — я задумался о рассказе бывшей дриады.

Теперь она решила тянуть одеяло на себя.

 — Расскажи о себе.

Приподняв глаза, я встретился с её любопытным взглядом. Этот взгляд внушал мне только одно — сосуществовать с ней придется долго, а постоянно отвечать на каждый вопрос о себе как-то не хотелось. Тут я решил ничего не скрывать и сразу раскрыть все карты. Я поведал ей, что я из другого мира, что эти миры были разделены между собой. Рассказал о своём путешествии в город и после него, как потерял силу и встретил её дочь. Ну и, наконец, рассказал о том, что в скором времени нам нужно будет сражаться с приближающимся к нам мраком.

— Что? Мраком? О чём ты? Я просто придумала его и всё. Никакой мрак к нам не приближается, — с нотками беспокойства объяснила Милина.

— Милина, не нужно так нервничать. Тебе ничто не угрожает, я буду в одиночку сражаться с ней. Твоей задачей будет лишь следить за всем с высоты на безопасном расстоянии.

— Но что за мрак идет к нам? — не успокаивалась сова, донимая меня своим беспокойством. Из-за этого я сам стал нервничать, а это очень сильно отвлекало меня от планирования битвы, ведь я ещё не разобрался со своими новыми способностями и телом. Выдохнув, я успокоился.

— Слышала историю о двух сестрах, что управляют солнцем и луной? — Милина кивнула, но я этого не увидел и продолжил говорить. — Однажды у них случилось разногласие, и младшая сестра захотела заполучить всю Эквестрию, заключив её в вечную темноту. Но старшая не позволила младшей этого сделать, заточив её на луну на тысячу лет с помощью магии гармонии. Не знаю, что это, можешь не спрашивать, но я знаю точно — она мне нужна. Завтра — последний день, когда начнётся Летнее солнцестояние. В этот день она вернётся, чтобы продолжить начатое. Вот тогда появлюсь я, чтобы остановить её. Теперь прошу, успокойся и перестань нервничать. Всё, что ты испытываешь, проходит через меня и давит. Мне очень трудно сосредоточиться.

— Прости, просто столько всего произошло. Я немного боюсь увидеть всё новое. Я постараюсь успокоиться и не мешать тебе, — я почувствовал нотки обиды и беспомощности в душе.

— Милина, не нужно так расстраиваться, ты мне не мешаешь. Просто я не привык пока к этому всему. Потерпи, скоро всё изменится, уверяю тебя, всё изменится, — с улыбкой на лице подбодрил я её.

— Хорошо, — я почувствовал утешительное облегчение.

Мы шли целый день и уже ночью дошли до края леса. Вдали виднелись яркие огоньки, что освещали улицы. Мы вышли из леса; подул сильный ветер, предвещая моё возвращение.