Расколотая Гармония

Эта пьеса, написанная в стихах, в скором времени предстанет перед вами на этой театральной сцене, повествую нам о тех давних временах, когда совместное правление Принцесс несло лишь мир, покой и гармонию для всех жителей Эквестрии, а также о том, что произошло в дальнейшем...» Казалось бы, эту историю мы знаем вдоль и поперек, но стоит вам занять ваше место в этом конце зала и внимательно посмотреть на сцену, как перед вами оживут картины прошлого. такого далекого, но кажущегося в то же время таким близким...

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Зубная боль в сердце

Помимо эпических сражений за настоящее и будущее Эквестрии... а в случае с Твайлайт - ещё и за прошлое... пони живут вполне рутинной жизнью. Но жизнь эта бросает порой нешуточные вызовы. Пусть преодоление их не сопровождается разрывом светового спектра на семь цветов, в чьей-то жизни это - самые главные победы. Берри Панч и Колгейт учатся терпению и доверию в борьбе со всё усугубляющимся пьянством Берри. Единорог-стоматолог пытается докопаться до его причин. Но сможет ли она принять эти причины?

Бэрри Пунш Колгейт

Заклинание, которое всё поправит

Твайлайт побеждает Дискорда одним махом.

Твайлайт Спаркл

Чудо примиряющего очага

Продолжение истории "От рассвета до рассвета" и "Первого снега". Завидуя "режиссёрскому" таланту сестёр-принцесс, Дискорд взялся ставить свой собственный спектакль в Ночь Согревающего Очага. Но даже он не мог представить, во что в конечном итоге выльется его маленькая комедия...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая ОС - пони Дискорд Король Сомбра

Пинки Пай и 1 апреля

Пинки Пай и праздник на 1 апреля )))

Пинки Пай DJ PON-3

Бюро Конверсий: Диалоговое Бюро

Как бы всесторонне процесс конверсии человека в пони не был бы изучен, до сих пор некоторые факторы вызывают от научного сообщества недоумение. Как вам такой факт? 1,83% людей заявляют, что во время конверсии они испытывают странный диалог. Наш герой - Джек Джепсен - тоже решил пройти конверсию и стать пони. Он уже закончил учёбу и сдал все экзамены, а теперь готов с головой окунуться в новый мир. Это было трудное решение, многие сомнения приходилось решать на ходу, или даже уже после всего. Станут ли его необычные убеждения преимуществом, или они окажут ему медвежью услугу?

Другие пони ОС - пони Человеки

Память

Они помнят. Слишком многое помнят.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

История одного оборотня (переработано)

Двина- оборотень-офицер, участвовавший в нападении на Кантерлот. После поражения он находит себя в пещерах, с амнезией и странным голосом в голове, который хочет ему помочь. Теперь ему нужно вспомнить что с ним случилось и понять, как жить дальше.

Другие пони ОС - пони

Evil takes revenge

Что было бы с Эквестрией, если бы все антагонисты собрались вместе? А это мы и узнаем.

Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая DJ PON-3 Дискорд Дэринг Ду Кризалис Король Сомбра

Бессмертные

Прошли столетия. Твайлайт успешно построила своё государство из одних аликорнов; пони во множестве покидают Эквестрию, чтобы никогда не вернуться. Но однажды оттуда приходит юная, ей и пятидесяти нет, аликорна, желающая жить на земле предков... Продолжение фанфика "Смертные" , написанного в апреле 2013-го года, переведённого на русский язык в середине 2014-го. Данный текст был написан в сентябре 2013-го, на русский язык не переводился. Я это исправил. Беты, которые очень помогли мне: taur00\root, GORynytch

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Принцесса Селестия ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца

S03E05
Глава 22 - Акроама Глава 24 - Перас

Глава 23 - Элеутерия

Два месяца и еще неделя :) Самая долгая по времени написания глава, и заодно, самая большая в фанфике. По размеру — как шесть "стандартных", так что можно сказать что темп написания держится :D
А еще 2 сентября будет день рождения фанфика :) Ему исполнится годик!

Что еще, что еще... благодарности, конечно же! Горынычу и Тауру, моим верным бетам, огромное спасибо.
Просто-таки невыразимейшее спасибо kifats'у за помощь в логической вычитке, интересные подсказки и картинки для вдохновления :) Впрочем, можете до кучи винить его в задержках написания :) Три вечера на редактуру клоп-сцены его авторства, полторы недели на читку интересных фанфиков им порекомендованных... редиска он! Но, что и говорить, редиска незаменимая.

Приятного чтения! :)

— Вставляй быстрее! — потребовала Трикси.

— Больно будет, — предупредил я.

— Да сделай это, в конце концов!

Я пожал плечами и уверенным движением направил остриё внутрь. Единорожка пискнула.

— Медленнее!

— Ты издеваешься надо мной, что ли?

— Медленнее чем сейчас, но быстрее чем раньше, чего тут непонятного?

— Ты невыносима.

Фокус со шпагами оказался совсем не таким простым, как Трикси надеялась. Во-первых, в ящик ей пришлось лезть самой, поскольку я ассистировать согласился только на таких условиях. Ну не доверяю я острым предметам в понячьих лапках! Трикси же решила усложнить фокус, добавив на ящик реагирующие на магию кристаллы, чтобы доказать, что никакого волшебства тут не используется. Доказать-то может и докажет, но вот беда — перенаправлять лезвия внутри ящика ей теперь приходится лапками, а не рогом. И пока что это получается у неё не слишком хорошо. Мысль о том, что иллюзионисты учатся этому куда дольше, чем несколько дней я старался от себя отогнать. Сам же помощь предложил, теперь на попятный идти как-то нехорошо.

В дверь постучались, и я вздохнул с облегчением. Продолжение экзекуции откладывается на некоторое время. Просто потрясающе, насколько Трикси меняется, когда речь заходит о её любимой работе. Мгновенно всякий пиетет растеряла, командует, как на параде.

— Видимо, опять твоя обожательница пришла, — хмыкнула Трикс из коробки.

— Без вариантов, — согласился я. — Тебя выпускать, или посидишь пока?

— Сама вылезу.

Кристаллы на коробке неярко вспыхнули, шпаги выскользнули из отверстий, а потом передняя стенка распахнулась, явив миру раскрасневшуюся фокусницу. Пони оказались на удивление гибкими, я как-то не ожидал, что они могут стоять на коленях задних ног, подобно людям.

— Уф, жара… потом сделаю какие-нибудь отверстия в нижней крышке, чтоб дышать было чем, — задумчиво произнесла она. — Так ты идёшь открывать или нет?

— Иду, иду, — усмехнулся я. — Не бойся, никуда от тебя твои угощения не денутся.

Единорожка фыркнула, сделав вид, что не понимает, о чём я. Ага-ага, как же. После того как я потратил пару дней на обучение Шарм базовым техникам гипноза, Джейд решила, что раз уж я не согласен на денежные благодарности, то надо сделать хоть что-нибудь. И, вспомнив, что мне нравились её пироженки, начала ежедневно притаскивать сладости к завтраку. Вот и сейчас, открыв дверь, я увидел её рядом с полной корзиной, накрытой плотной тканью.

— Доброе утро, Арт! — улыбнулась она.

— Доброе, Джейд, — я поднял корзину. — Заходи.

Естественно, общительная понька всегда оставалась на завтрак. После первого такого визита, она тихонько спросила у меня, что нравится Трикси, и я честно сказал — что. После этого треть пирожных так или иначе включала в себя арахисовую пасту, и теперь фокусница ждала визитов кристаллопоньки ничуть не меньше меня, хоть и по другим причинам.

— Приветик, Трикси! — помахала Джейд лапкой единорожке.

— Утречко! — поздоровалась та, хищно глядя на корзинку. — Я заварила чай, пойдём?

— Пойдём, — согласилась Джейд, лукаво улыбнувшись. — Я сделала эклеры с арахисовой пастой. Вроде, вкусные.

Трикси отчётливо сглотнула слюну. Я усмехнулся, и мы пошли к столику в центре комнаты. Поскольку это был номер Беаты, стульев тут не было — пони расселись на ковре, а я сел напротив, сложив под себя ноги.

— Как прогресс у родичей? — поинтересовался я и куснул первое пирожное. М-м-м… волшебно.

— Гарнет вчера несколько часов старался загипнотизировать Сфену, — хихикнула Джейд. — Но так ничего и не вышло.

— Ну, не всё же должно получаться с первого раза, — пожал плечами я.

— У Агаты же получилось.

Это да. Первые эксперименты с внутривидовым гипнозом показали, что это всё-таки не я Кашпировский, а поньки сверхгипнабельны. Агата справилась просто блестяще, и, точно так же как я, с первого раза. А вот Гарнет… вопреки моим ожиданиям, у него вообще ничего не получалось, как бы он ни старался. Неудобно способности внутри семьи распределились, поскольку Агата была хороша исключительно в фермерском выращивании кристаллов, а мистическая кристаллография для неё была тёмным лесом. Даже схемы читать её быстренько обучили Оникс с Гарнетом, чтобы она могла создать линзу (из-за этой неприятной мелочи её работу я предпочёл переделать с помощью Джейд. Просто на всякий случай, хоть я и не сказал бы, что навык чтения схем очень уж сложный).

— Может, у неё талант, — усмехнулся я. — Да и вообще, не вижу, в чём проблема. Нехай Агата всех и гипнотизирует, для этого кристаллографию знать не надо.

— Я ему так и сказала, но он слишком хочет освоить эту технику самостоятельно, — хмыкнула Джейд. — «Просто чтобы знать, как это делается».

— Хочет обучать кого-то ещё? — предположил я.

— Нет! — возмутилась Джейд. — Мы никому про это не расскажем. Секрет так и останется в роду.

Я удивлённо уставился на пони.

— Ты что, серьёзно?

— Да. Нам ещё с жеребячества говорили, что тайны Шарм должны оставаться у Шарм. Мы ещё ничего не знали, а нам уже вдалбливали, что секреты нужно хранить.

— Глупость какая, — раздражённо цвыркнул я. — Во-первых, это уже не тайны Шарм, а мои знания, я их получил не в тайном обществе, а в открытых источниках, и распространяться далее они должны точно так же. Ваш род оказался не у дел исключительно из-за того, что вы слишком хорошо тайны хранили — все знания исчезли вместе со старшими родственниками. Хотите ещё раз на эти же грабли наступить?

Джейд задумалась. Видимо, такой подход к вопросу им в голову не приходил.

— Как-нибудь зайду к вам в гости, и обсудим этот момент, — я вздохнул.

— М-м-м… ладно, — она кивнула. — Ой, совсем забыла! Я же принесла твои очки!

— Наконец-то! — обрадовался я.

— Смотри не разбей в этот раз, — хихикнула она и вытащила из сумки маленькую коробочку.

— Ну, если что, создать новые не проблема… — я открыл крышку и полюбовался восстановленными очками. Замечательно! — А что с чертежами щитов? Нашла что-нибудь?

— Только разработки полуторатысячелетней давности. Неоконченные, но я всё равно принесла, может быть, тебе это чем-нибудь поможет.

— Может быть, — кивнул я. — Не помешают уж точно. Ничего, если я заберу их с собой?

— Конечно, никаких проблем, это копия.

— А, замечательно.

Может, чем и поможет, хоть и вряд ли. Заброшенные разработки на то и заброшенные, что, скорее всего, создатель столкнулся с неразрешимыми трудностями по их воплощению… с другой стороны, у меня может быть другой взгляд на вещи.

— Ещё чайку? — предложила Трикси, поднимая телекинезом чайник. В отличие от болтливых нас, она время даром не теряла, и ореховые эклеры уже подошли к концу.

— Предлагаю заняться пирожными, пока они не кончились, — улыбнулся я Джейд, и мы принялись за своеобразный завтрак.

Остаток дня я посвятил Трикси с её подготовкой фокуса, и только под вечер, когда фокусница умаялась, взял очки и кристалл-фонарик и пошёл во дворец. В какой-то мере даже хорошо, что я только под вечер освободился — даже несмотря на то, что все уже в основном расходились по домам, я встретил несколько четвероногих знакомых, подошедших поболтать. Полагаю, пошёл бы я днём — их бы было ещё больше. Мда… здесь будет ещё хуже, чем в Кантерлоте. Если там меня, наверное, уже забыли как случайно сверкнувшую звезду, то здесь… охо-хо. Остаётся только надеяться, что они не создадут мой фан-клуб и не выпустят книгу «Все комплименты Артура». Жесть.

Около дворца я начал с того, на чем меня в прошлый раз прервал Айрон — рубиновая колонна со сложной внутренней структурой. Хм… приёмо-передатчик энергии, но очень мощный. Ещё у обелиска есть подземная часть — где-то на глубине двух метров он переходит в шарообразный конденсатор энергии диаметром метра три. Возможно, ниже располагается ещё что-нибудь, но силовые линии, расположенные как в дороге, так и в самом конденсаторе, мешают это увидеть. Подойдя ближе к дворцу и взглянув на окончание луча, я подтвердил мысль о том, что такой парой рубиновых обелисков оканчивается каждая ведущая к замку дорога. Ну что ж, теперь настало время взглянуть на центр всей конструкции.

Как и обещала Джейд, кристаллическое сердце действительно было чем-то невероятным. Внешняя красота камня изумительной огранки полностью терялась по сравнению с его внутренней сложностью. Оно чем-то напоминало конструкции Шарм и точно так же состояло из элементов, предназначение которых знал разве что их создатель. Вещь в себе, которую, к тому же, сильно мешало разглядеть её неспешное вращение вокруг своей оси. Так что я стал рассматривать постамент. Он был куда проще и понятнее, большую часть составлял банальный энерговод. Повинуясь секундному порыву, я перевёл очки на «слабую магию» и едва не ослеп. Пришлось отойти почти что к самой колонне, чтобы во всей красе увидеть плазменный факел, в котором вращалось сердце. Любопытная конструкция… но куда интереснее, что со всей этой энергией происходит дальше — она полностью поглощалась нижним сводом дворца. Пожалуй, пора переходить к основной части моего небольшого исследования. Стражники на входе были предупреждены о возможности моего прихода, поэтому впустили меня без каких-либо проблем, всего лишь поинтересовались, почему так поздно. Объяснение, что повседневная жизнь дворца может мне помешать, их полностью удовлетворило.

Внутри замка… ну, полагаю, так бы могла выглядеть какая-нибудь телебашня, если зайти в неё в очках, позволяющих видеть электромагнитное излучение невидимого спектра. Ярко сияющие в стенах силовые линии, вспыхивающие под потолками коридоров и залов разряды энергии, многослойные сетки из чего-то вроде тонких лазерных лучей внутри пола, и все это немного переливается, меняет оттенки цвета, вдоль линий идёт что-то вроде полупрозрачного энергетического пламени… слегка напомнило первые часы под ЛСД. Ощущение было настолько сильным, что я поднял очки на голову, чтобы убедиться, что это не флэшбек. Но нет, всё великолепие тут же исчезло, а я оказался в тёмном и пустом коридоре. Вернув очки на место, я снова погрузился в смесь наркотического трипа и картин современных абстракционистов. Зайдя в залу приёмов, я увидел что-то вроде еле-еле заметного призрачного урагана среди ярко сияющих сложными структурами стен. Зала находилась точно над кристальным сердцем, так что, интереса ради, я снова переключил очки в режим «слабой магии» и замер в восторге. Стены и пол моментально стали просто светящимися белыми панелями, но в центре залы стал видимым настоящий вихрь красок. Умопомрачительно… я снова снял очки, чтобы убедиться, что это действительно та же зала. Офигеть. Помнится, в институте я интересовался, как бы выглядел мир, если бы люди могли различать больше цветов и поляризацию света. Здесь значительно круче!

Полюбовавшись зрелищем ещё немного, я поднялся на следующий этаж. Вихрь красок был и там, но более четко различимый. Чем выше я поднимался — тем плотнее становились цвета и тем лучше становилось видно, что со стен замка в него добавляется какая-то холодная и более интенсивная энергия. Хм. Кажется, весь замок работает на то, чтобы смешивать разнородные энергии, а затем уплотнять их и… я в нетерпении поднялся на самый верх башни. Э? Что за фигня?

Плотный, бешено вращающийся поток разноцветной энергии бьёт куда-то в воздух и просто исчезает. Энерговоды с остатками ярко-синей энергии идут к очередной сложной кристаллической конструкции, из которой торчит шпиль дворца. Климатический щит, которым прикрыта Кристальная Империя, использует только остатки энергии, причём лишь одного типа! Большая же её часть уходит хрен знает куда!

Я помахал рукой в той точке, где исчезал поток разноцветной энергии, и ощутил резкое, дерущее по коже ощущение, полностью аналогичное тому, которое я испытал в поезде, проходя сквозь климатический щит. Отдёрнув руку, я задумчиво посмотрел на кожу, по которой ещё пробегали небольшие зеленоватые искорки, быстро погаснувшие. Ну, это не особо неприятно, так что попробуем ещё раз и сравним ощущения. На этот раз я сунул руку в поток энергии, а не в то место, где он исчезал. Ничего. Я начал медленно поднимать руку… ага. Похоже, тут у нас что-то вроде дырки в пространстве. Я присел и начал описывать круги, пытаясь осмотреть её снизу. Увы, ничего не видно, все тонет в сиянии потока. А если сверху? Дырка находится где-то на уровне глаз, если я подпрыгну… прыг-скок… мда. Надо найти табуретку.

Я спустился вниз и начал слоняться по коридорам замка, пытаясь найти хоть что-нибудь подходящее. Хрен бы там, в королевских замках табуретки вдоль стен не стоят! Не принято, понимаешь ли! Заходить же в комнаты я не стал во избежание неловкостей. Стражников в замке не обнаружилось тоже… мдя, здесь мне не Кантерлот. Попеняв себе за отсутствие прецизионной исследовательской табуретки, я пошёл домой. Завтра попрошу Трикси сваять, у неё явный талант к плотническому и кузнечному делу, судя по тому, как ловко она изготовила шпаги и ящик для фокуса.

Но куда девается энергия — это только один вопрос, и табуретка мне выяснить этот момент не поможет, нужен маг. Надеюсь, неоконченного высшего Беаты будет достаточно. Второй вопрос куда интереснее — что за, без преуменьшения, гений создал всё это? И зачем? Измерить идущие тут потоки энергии нечем, но и без этого очевидно, что климатический щит — это лишь малая часть функционала дворца. И последний вопрос — что за виды энергии «смешиваются» здесь и откуда они берутся?

Попрощавшись на выходе со стражниками (и подавив мимолётную мысль попросить у них табуретку), я пошёл обратно в гостиницу. Подумаю об этом завтра, на свежую голову.


Утром, едва проснувшись, я отправился к Трикси, и, естественно, она уже вовсю работала. Провертела дырки в дне ящика и теперь задумчиво протыкала его шпагами, повторяя последовательность. Потрясающая преданность делу, на самом деле… хотя, кто бы говорил.

— Доброе утро.

— Доброе, — она отвлеклась от своей работы и улыбнулась. — Ты как раз вовремя.

— Я уверен, ты поменяешь это мнение, едва узнаешь, зачем я пришёл, — усмехнулся я. — Всё, отдых закончился, пора за работу.

— Ты дал мне отпуск! — быстро ответила Трикси.

— Неделю назад, так что он уже кончился. Беата, — я погрозил ей пальцем. — Не ссорься с работодателем. Мне нужна твоя помощь, как мага.

— У-у-у! Но мой фокус!

— Придётся отложить. Пойдём, нас ждут великие дела.

— Даже не будем дожидаться твою обожательницу?

— Хм… — в принципе, позавтракать не такая уж и плохая идея. — Ладно, её подождём.

— Отлично, а может, тогда ты поможешь мне с фокусом? Просто чтобы время зря не тратить.

Подозрительно смотрю на единорожку. Глаза — честнющие! Но с лукавинкой. Эх… с одной стороны хорошо, что она больше меня не шугается, но если так продолжится, то, чую, я ещё буду с ностальгией вспоминать те прекрасные времена.

— Пойдём, хитрюга, — усмехнулся я.

Она победно улыбнулась, и мы направились к ящику. К моему удивлению, сегодня всё было гораздо проще — Трикси почти не сбивалась, перенаправляя шпаги, не канючила, чтобы я втыкал их медленнее, а наоборот, после третьего захода даже потребовала, чтобы я увеличил темп. Вспомнив то, как легко Винил ухватила, в общем-то, новую для неё концепцию обработки электрических сигналов, а Агата — теорию и практику гипноза, я задумался над тем, что способность схватывать на лету вполне может быть типична для пони. В последнее время я всё чаще и чаще подумывал над тем, чтобы принять предложение Селестии и занять должность профессора в её университете. Конечно, предварительно выкатив ей целый райдер, раз уж у меня есть уникальные знания, которые она так жаждет получить. В отличие от Шарм, у Тии явно нет недостатка в ресурсах, так что нечего и церемониться.

Факт в том, что я один не потяну всё то, что хочу сделать. Порталы — ладно. Схему узкоспециализированного калькулятора для решения системы пространственных уравнений я уже нарисовал, с датчиками предстоит разобраться, но судя по тому, как лихо Беата сваяла индикаторы магии, с этим проблем тоже не будет. Но помимо этого есть целый пласт вещей, которыми было бы разумнее нагрузить других… то есть, делегировать, да, более подходящий термин. Ту же единую систему единиц измерений — будет лучше, если ею займутся сами пони. Мне же вместе с каким-нибудь толковым магом-единорогом (хотя, может, мне и знакомых хватит) собрать принтер и распечатать все книги с планшета. С драйвером возюкаться придётся долго, но некоторые знания Си у меня есть, что-нибудь сваять получится однозначно… потом набрать класс и обучить их языку, пусть переводят. Даже немного удивительно, что подобная идея не пришла в голову самим пони. Ну а самому заняться тем, что я умею лучше всего — радиоэлектроникой. Имеющихся у меня наработок по проекту «Шторм» должно быть достаточно, чтобы создать процессоры общего назначения, а далее… ну, там посмотрим. Кадры решают всё, и если мне попадутся такие юные умы, которые отдаются работе с той же самоотдачей, что и Трикси… и в сочетании с хорошим финансированием…

— Можно быстрее. И нам надо поработать над твоим костюмом, — произнесла Беата из ящика, прерывая поток моих мыслей.

— Костюмом? Каким ещё костюмом? — удивился я.

— Ты же не собираешься участвовать в представлении, одетым в то, что ты носишь обычно?

— Ой-ей. Мне нужен экзорцист, изгнать из тебя дух Рэрити.

— Я серьёзно!

— И кто его на меня здесь сошьёт?

— Я.

— А ты умеешь? — удивился я.

— Конечно. Ты что думаешь, я свой плащ и шляпу в ателье заказывала?

— Вау. Да ты настоящий кладезь талантов.

— Ага, я такая, — довольным голосом ответила единорожка.

— Великая и могучая, — поддразнил я.

— А ещё талантливая и способная.

— И скромная.

— Очень.

Мы рассмеялись.

— Ладно, для одного представления я, так и быть, согласен на костюм. Но по поводу дизайна — готовься к тяжёлой битве.

— Справлюсь, — самоуверенно заявила единорожка. — Ладно, готов? Давай ещё раз.

Ещё пара тренировок — и наконец-то к нам пришла Джейд с корзинкой пирожных.

— Арт, а ты ещё надолго в Кристальной Империи? — поинтересовалась она, едва принесённая корзинка слегка опустела.

— Я ещё не закончил со всеми делами здесь, так что не знаю, — пожал плечами я. — А что?

— Ну, если тебя не затруднит… я всё-таки собираюсь купить гостиницу. Дополнительный доход никогда не повредит, не так ли?

— Так, и?

— Мне нужен твой совет. Как представителя другого вида.

— О как… — я вздохнул. — Сегодня?

— Нет-нет, через несколько дней.

— Тогда ладно. Почём там советы, говоришь? Пять бит?

— Но первый бесплатно! — хихикнула она. — А чем ты занят сейчас? Помогаешь кому-нибудь ещё?

— Нет, в этом месяце я полностью исчерпал свой лимит на безвозмездный альтруизм. Я пока вернулся к изучению дворца, раз уж мои очки снова работают.

— О, настоящее произведение искусства! — оживилась Джейд. — Жаль, изнутри не посмотришь.

— Почему это? — удивился я. — Я вчера как раз изнутри всё и осматривал.

— Силён, — восхитилась она. — Меня укачивает, едва я надеваю там очки. Все эти вихри цвета…

Нда? Ну не знаю, это даже близко не было похоже на тур «тысяча километров на «Запорожце» по бездорожью» (активный отдых, говорили они, будет весело, говорили они). Похоже, личная особенность пони.

— Интересно, что там на верхних этажах, под шпилем.

— Очень интересный вихрь магии… — я нахмурился. — Погоди-ка. А ты что, никогда не ходила туда посмотреть?

— А ты ходил? — поразилась она. — Вау! На тебя даже такая магия не действует?!

— О чём речь? — заинтересовалась Трикси.

— На верхнем этаже дворца, там, где окончательно формируется заклинание, которым наш город прикрыт от холода, плотность магии слишком велика, чтобы пони, даже кристальная, могла бы туда зайти. Магия начинает обжигать ещё на верхней галерее, а сунуться в комнату со шпилем — это всё равно, что прыгнуть в действующий вулкан.

— И что, туда никто не заходил с момента постройки дворца?

— Ну почему же, время от времени там делают профилактику. Но на это время императрица останавливала Кристальное Сердце и поддерживала щит только своими силами.

— То есть, пони даже не знают, что там творится, когда всё работает в штатном режиме?

— Не нужно лезть в печь, чтобы знать, как пекутся пироги, — рассмеялась Джейд.

Разумно. Логично. Охренеть — там чёрт знает сколько энергии уходит чёрт знает куда, а они даже не знают! С другой стороны, если с их точки зрения там жарко, как в домне… значит, «так задумано». Кем?

— А кто построил дворец? — поинтересовался я.

— Основатель Империи, — охотно ответила пони. — Тот, что привёл сюда наших предков.

— И кто это был?

— Эм… земной пони. Кажется, его звали… — она закатила глаза. — Гейн. Да, точно, Гейн Фридом. Я о нём мало что знаю, тебе надо Оникс спросить, она у нас спец по истории.

Нет уж, спасибо, я лучше воспользуюсь справочными материалами.

— Значит, Беата тоже не сможет пройти в комнату со шпилем?

— Она единорог, так что ей придётся ещё хуже, — покачала головой Джейд.

— Может быть, какое-нибудь защитное заклинание поможет? — предположила Трикси.

— Не уверена, — она задумалась. — Но лучше просто попробовать.

— Хм. В общем-то, это необязательно, — произнёс я.

— Почему? Давай попробуем! — улыбнулась Трикси. — Я знаю несколько отличных защитных заклинаний, и раз уж тебе нужна моя помощь…

— О! Раз уж ты можешь туда зайти, может быть, сделаешь несколько снимков? Гарнет будет счастлив.

— Как?

— На фиолетовые линзы. Они ведь для этого и предназначены.

А, точно, я совсем о них забыл… что ж, стоит взять их с собой.

— Хорошо, попытаюсь, — кивнул я.

После завтрака я закинул в рюкзак ещё и фиолетовые линзы, и мы все вместе вышли на улицу. Джейд почти сразу же распрощалась с нами и пошла в сторону мастерской. Ну а мы с Беатой направились в сторону дворца. Настроение у единорожки было самое что ни на есть солнечное — она едва заметно пританцовывала и даже что-то напевала себе под нос.

— Что-то ты настолько счастливая, что мне аж завидно, — усмехнулся я. — Что-то хорошее произошло?

— Конечно. В кои-то веки тебе нужна моя помощь как мага, а не просто «подай-принеси».

— Это просто потому, что до Твайлайт далеко ехать, — поддразнил её я.

— Умеешь ты настроение испортить, — недовольно отозвалась она.

— Шучу, просто шучу. Ну а ты на что надеялась, когда соглашалась на эту работу? — усмехнулся я. — Интересные проекты, бешеное саморазвитие и карьерный рост? Увы-увы…

— Я получила гораздо больше, чем надеялась, — серьёзно ответила она, посмотрев на меня с признательностью, и продолжение фразы про «без высшего образования нынче никуда» умерла у меня в горле. — Ты даже позволяешь мне заниматься фокусами. Да ещё и помогаешь мне с ними!

— Иногда, — уточнил я. — Ну, для чего ещё нужны друзья?

— Спасибо. Я это очень ценю.

С чего мы вообще начали? А, ну да, точно.

— Только не вздумай геройствовать на этой почве, — предупредил я. — Если будет неприятно идти в эту магическую печку, то и не надо. Я сделаю снимки, этого должно быть достаточно.

— Не беспокойся, я бы даже пытаться не стала, — заверила меня Трикси. — Один раз я пыталась спуститься вниз, туда, где Пай выращивают кристаллы… это было неприятно. Очень.

Она поёжилась.

— Ну, вот и договорились.

— Кстати, а можно посмотреть, что там такое во дворце через твои очки?

— Я не против, но ты ведь можешь наколдовать заклинание, которое действует точно так же.

— Оно будет действовать заданное время, — покачала головой Трикси. — И если от зрелища действительно укачивает даже земную пони, то нам придётся ждать, пока заклинание не спадёт.

Хм. Похоже, очки всё-таки удобнее магии в этом смысле.

— Без проблем. Как по мне, зрелище однозначно стоит того.

И когда мы всё-таки дошли до дворца, я отдал ей очки. Трикси отрегулировала их под себя, надела, начала с интересом осматриваться… и внезапно начала заваливаться на бок. Упасть не упала, но на круп села.

— Ого! — рассмеялась она. — Джейд не шутила.

— Надо же. Ну, чем выше, тем страшнее, — хмыкнул я.

— Я лучше не буду больше пытаться, — она вернула мне очки и потрясла головой. — Аж голова кружится.

— Зато красиво.

— Очень, — согласилась она. — А тебя правда не укачивает?

— Угу. Если хочешь, могу доказать.

— Не надо, я тебе верю.

Перед входом на верхнюю галерею я заметил на полу надпись, которую вчера не увидел. Неудивительно, я же был в очках… впрочем, не уверен, что меня бы остановило весьма нейтральное «опасная зона». Я и так знаю, что неправильное восприятие мира ведёт к фатальным последствиям.

— Что-нибудь чувствуешь? — поинтересовался я.

— Угу. Как будто стою перед огромным костром.

Мдяк. Похоже, придётся мне идти одному.

— Наверное, подойдёт вот это… — задумчиво произнесла Трикси и зажмурилась. Её рог вспыхнул, а затем вокруг неё образовалась сфера, немножко похожая на мыльный пузырь. — Ага! Помогло.

— Уверена? — я на всякий случай отодвинулся от границы поля подальше, чтобы ненароком не повредить его.

— Полностью. Пойдём! — и она уверенно шагнула на лестницу.

Предпоследний этаж.

— Погоди секунду, — я снял очки и положил их на землю. — Посмотри сейчас.

— Почему ты просто не дашь их мне? — поинтересовалась Трикси.

— Не хочу повредить твоему заклинанию.

— Ничего ему не будет, — отмахнулась она. — Впрочем, ладно, как хочешь.

Она взяла очки, нацепила их на нос и, заранее сев, с интересом огляделась.

— Ого! Это просто… просто… даже слов подходящих нет. Здесь достаточно магии, чтобы сделать Кантерлот летающим городом!

— Поверю на слово. Видишь, там есть разноцветная энергия, завёрнутая в вихрь, и бело-синяя, в стенах?

— Мгм.

— Что это?

— Разноцветная — это эмоции, — она начала раскачиваться на месте, но, кажется, сама этого не заметила. — Все цвета тёплые, так что эмоции тут только хорошие. Радость, восхищение, дружба, любовь… прямо как на картинке, совсем не смешиваются! А синяя… никогда не видела ничего подобного.

— Но это магия? — уточнил я.

— Магия, — подтвердила единорожка. — Просто невероятно плотная и интенсивная. Я даже не знаю, как можно было бы получить хоть немного такой… разве что в самом центре заклинания аликорна, если кому-нибудь из принцесс захочется сравнять с землёй гору. Но здесь она течёт, словно вода… откуда можно взять столько энергии?

Прелестно. Это даже не домна — это ядерный реактор.

— Беата, сними очки.

— Да я вроде привыкла… ой-ей-ей! — она сняла их и чуть не упала. Видимо, действительно не заметила что начала раскачиваться. — Ого!

— Все нормально?

— Не беспокойся, просто в очках действительно укачивает. Теперь наверх, да?

— Приди в себя сначала. Наверху тоже через очки придётся смотреть.

— Я уже в норме, — она встала и даже немного попрыгала на месте, чтобы доказать, что головокружение уже прошло. — Пошли.

Она не сделала даже трёх шагов по лестнице, когда защитное поле вокруг неё вспыхнуло и исчезло. Последовавший за этим крик парализовал меня, но лишь на секунду. В следующий миг я уже подхватил истошно вопящую единорожку на руки и рванул по лестнице так, как в раннем детстве, до того как сломал себе обе ноги. Пулей вылетев из «опасной зоны», я побежал к жилой части дворца. Трикси затихла и теперь только тихо всхлипывала… где, чёрт побери, кабинет Кейденс? Вот он!

— Врача! Срочно! — рявкнул я, открыв дверь ударом ноги.

Кейденс замерла. Но тоже лишь на одну секунду. В следующий миг её рог вспыхнул, и она исчезла вместе с Трикси. Я же остался посреди кабинета, ошарашенный и с ощущением, будто все волосы на теле встали дыбом. Чёрт, она же не знает, что меня невозможно телепортировать! Куда теперь? Я быстро перебрал варианты, и единственным разумным было остаться на месте. Уверен, Кейденс правильно расставит приоритеты и вернётся за мной, едва передаст Беату врачам.

— Что произошло? — по-хорошему кратко спросила аликорна, внезапно появившись передо мной во вспышке телепортации.

— Мы были недалеко от шпиля дворца, когда её защитное поле отказало, — столь же сжато ответил я ей.

Без единого слова Кейденс снова исчезла. Я же сел на диван. Напряжение потихоньку отпустило, и я занялся «разбором полётов». Разбирать было особо нечего, ибо вывод напрашивался один: я идиот. Полнейший. Надо было выкинуть её оттуда ещё в тот миг, когда она упомянула что энергии, которыми здесь манипулируют, можно встретить лишь внутри боевых заклинаний, раз уж не догадался оставить её дома после слов Джейд. Но нет, мне же была нужна помощь мага! Получил, молодец. Хоть бы с Беатой ничего не случилось!

Вскоре Кейденс появилась снова. Я тут же поднял на неё глаза.

— Всё хорошо, — заверила она меня. — Небольшой магический шок. Пару дней ей не стоит пользоваться магией или подвергаться магическому воздействию, и она будет полностью здорова. Пойдём, я провожу тебя.

— Повезло, — выдохнул я.

— Ты быстро её вытащил, — ответила Кейденс. — Но зачем вы вообще пошли туда?

— Вчера, когда я исследовал дворец, я обнаружил весьма интересную аномалию и сегодня попросил Трикси сходить со мной, посмотреть, в чём может быть дело.

— Вчера ты ходил туда один? — удивилась она. — Без какой-либо защиты?

— Я не взаимодействую с магией, — покачал головой я. — Я даже не подозревал, что для пони там может быть опасно, до сегодняшнего утра. Трикси пошла в силовом поле, и всё было хорошо…

— Пока оно внезапно не отказало, — кивнула Кейденс. — В этом самая большая опасность. Заклинания могут прекратить действовать в любой момент, без какого-либо предупреждения.

— Почему тогда это крыло не закрыто?

— Там же написано перед дверью, что это опасная зона, разве нет? Этого более чем достаточно для большинства пони. Ну а самые любопытные обычно обжигаются куда раньше, чем доходят до шпиля.

Какая свобода выбора! Хочешь гореть — гори себе на здоровье, кто ж тебе запретит?

— Понятно.

— Но что же ты такого нашёл, что тебе понадобился совет единорога?

— Хм, — я остановился и, когда она сделала то же самое, спросил: — Скажи честно. Что происходит в шпиле?

— Там создаётся щит, ограждающий Кристальную Империю от холода, — уверенный ответ.

— И только? — прищурился я.

— Ну… да? — с небольшим сомнением ответила аликорна. Никаких признаков лжи. — Погоди, ты что, думаешь, что буду что-то скрывать?

— Ты же племянница Селестии, — чуть улыбнулся я. — Надо же было убедиться.

— Мы не связаны кровным родством, — покачала головой она. — То, что вся старшая знать называет друг друга родственниками это лишь дань традиции.

— Погоди, но ведь ты же аликорн, — удивился я.

— Это ничего не значит. Аликорнами становятся, а не рождаются.

Я вытаращил на неё глаза. Да ну нафиг?

— Но я не помню, как я стала аликорном, — предвосхитила она мой вопрос и немного погрустнела. — И детство своё тоже не помню.

— Извини.

— Давай просто оставим эту тему, — предложила она и снова двинулась вперёд. — Лучше скажи, что такое ты нашёл там, наверху?

— Ну… не могу назвать точные цифры, но навскидку — на поддержание климатического щита уходит едва ли десятая часть всей энергии, которая идёт через дворец. А скорее всего, ещё меньше.

— Что?!! — поразилась она. — А остальное?

— Это как раз то, что я хотел узнать, — хмыкнул я. — Весь поток магии, смешанной с эмоциями и внешней энергией, просто обрубается. Словно там какая-то дыра в пространстве.

Это её обеспокоило.

— И куда она ведёт?

— Я же сказал «словно». Я же не маг.

— Хм… тем не менее, это вполне возможно. Мне надо посоветоваться с Селестией.

— Ну, это твой замок, делай что хочешь, — слабо улыбнулся я. — Нам ещё долго идти?

— Уже на месте, — мы завернули за угол и зашли в первую же дверь.

Трикси уже пришла в себя и выглядела вполне бодрой. Даже помахала нам лапкой. У меня словно камень с души свалился. Я услышал, как за спиной одобрительно хмыкнула Кейденс. Чёртовы аликорны с их чёртовой эмпатией! Нет, теперь я без банданы никуда. Впрочем, это позже…

— Как ты? — поинтересовался я, подходя ближе.

— Неплохо. Доктор сказал, что нельзя будет использовать магию несколько дней, но это не страшно, — она как-то неуверенно спрыгнула с кровати. — Пойдём куда-нибудь поедим?

— А… — я удивлённо обернулся на Кейденс. — Ей не надо оставаться здесь под наблюдением или чем-то вроде?

— Нет, вы можете идти, — улыбнулась принцесса. — Если хотите, можете пообедать с нами.

Я перевёл взгляд на Трикси. Та покачала головой.

— Мы, пожалуй, откажемся, — улыбнулся я. — Спасибо за помощь.

— В любое время, — кивнула она. — И Артур, если тебя не затруднит, зайди ко мне завтра. Возможно, я узнаю что-нибудь по поводу этой утечки.

— Хорошо.

— Тогда я вас оставлю, — кивнула она и исчезла во вспышке телепортационного заклинания.

Я взял магические очки с тумбочки и аккуратно положил их в специальный футляр, подаренный Джейд, после чего повернулся обратно к Трикси.

— Пойдём?

— Ага!

Когда мы вышли из лазарета, я заметил, что Трикси шла медленнее чем обычно и старалась как можно меньше касаться лапками камня, словно тот её обжигал.

— Что не так?

— Таблетка действует, — раздражённо ответила пони. — Чтобы я не использовала магию, пока всё не придёт в норму, мне дали специальное лекарство, которое блокирует способность направлять магию вовне. На хуфы это тоже действует, а пол ужасно холодный.

Я усмехнулся и легко поднял её на руки.

— Эй! Ты что творишь?!

— Пользуюсь твоим беспомощным положением, конечно же, — ехидно ответил я. — И теперь, когда ты не можешь отбиваться, я могу делать с тобой всё, что захочу. И сейчас, например, я хочу носить тебя на руках.

— Не надо! Давай просто вернёмся и возьмём какие-нибудь тряпки, чтобы я могла замотать ноги!

— Ну уж нет. Такой шанс упускать нельзя, — ухмыльнулся я.

— Арт!

— Беата, да уймись ты. После сегодняшнего я тебе задолжал по меньшей мере это.

— Да-а-а? — она перестала вырываться. — Тогда… Великая и Могущественная Тррррикси! Хочет крекеров с арахисовым маслом. И морс.

Быстро адаптировалась!

Впрочем, особо наглеть Беата не стала, и чего-то в духе «госпожи Трикси» из рассказов Спайка я так и не увидел. Видимо, это представление она даёт только под действием амулета аликорна, к своему счастью. В кафе обнаружилась очередная милая забавность — с нерабочими хуфами и рогом Трикси даже не могла есть иначе, чем пользуясь только губами. Я, естественно, предложил свою помощь, но она наотрез отказалась. То, как она, с сосредоточенностью канатоходца, ест свои излюбленные крекеры — зрелище, не смеяться над которым стоило мне всех душевных сил. После кафе и небольшой прогулки мы отправились обратно в отель. Беата хотела продолжить работу над фокусом, раз уж выдалась возможность, но без хуфов направлять шпаги в соответствующие отверстия оказалось слишком сложно. Беда… я собирался завтра узнавать про основателя Кристальной Империи, но не оставлять же её одну в таком состоянии?

— Пойдём завтра в библиотеку? Хочу взять пару-тройку книг по истории.

— А я зачем?

— Чтобы не скучать здесь одной даже без возможности заняться фокусами.

Она усмехнулась и покачала головой.

— Ты никогда не думал о том, чтобы начать встречаться с Флаттершай? Из вас бы вышла очаровательная парочка наседок.

— И так ты говоришь о своих единственных друзьях, — в притворном ужасе ахнул я. — Моё сердце разбито.

— И из кого теперь надо изгонять дух Рэрити?

— Твоя правда. Чур меня. Так значит, ты гордо откажешься и будешь сидеть дома?

— Нет, пойду с тобой. Кстати, всё хотела спросить. Кто из пони тебе нравится? По убывающей, аликорны и я не в счёт.

Я посмотрел на неё с ухмылкой. Какая скромность с её стороны, поставила себя прямо за принцессами.

— Подруга интересуется, — слегка смутилась Трикси под моим взглядом.

— У тебя только одна подруга! — возмутился я и тут же осознал сказанное. Флаттершай? Серьёзно?!

Если не считать того случая, когда я её буквально соблазнил… да нет, она и раньше уделяла мне достаточно внимания, но я списывал это на присущую ей доброту. То она помогала мне приспособиться к эквестрийской кухне, то позвала в гости рассказать о том, какие животные опасны, а какие нет (тогда-то я и закорешился с Гарри. Почти разумный медведь! Мечта любого русского человека!), потом ещё просила рассказать, какие животные есть в нашем мире, а когда у меня жил Спайк — несколько раз заходила его «проведать». Количество визитов резко сократилось после того случая, и я думал, что мне ещё повезло, раз она после такого вообще со мной здоровается, но если посмотреть с другой стороны… она почти неделю ждала меня, пока я валялся в больничке, побеспокоилась о креме, когда у меня зудела вся кожа, и ужасно смущалась даже от одной мысли, чтобы ко мне прикоснуться. Совмещаем это с её робкой натурой и… мда. Серьёзно.

— Выкладывай, — я сел напротив Трикси.

— Что? — попыталась прикинуться шлангом она.

— Всё, что знаешь про чувства Флаттершай, конечно же.

— Это личное! — возмутилась она.

— Чем больше я буду знать, тем меньше шанс, что это закончится разбитым сердцем. Так что излагай.

Трикси подумала немножко и начала излагать. Мне же, по мере её рассказа, всё сильнее хотелось биться головой об стену. Кто постоянно смеялся над героями аниме, которые не замечают девичьих чувств? Кто бы это ни был, но он явно испортил себе карму. Впрочем, о некоторых деталях мог бы догадаться разве что практикующий телепат. Например, что тихая влюблённость Флатти началась ещё в первую нашу встречу (по крайней мере, первую, в которой я не был обгорелым полутрупом), на приветственной вечеринке в мою честь. Как мало кому-то надо чтобы влюбиться! Видимо, пегаска углядела во мне родственную душу (или то, что от неё осталось), а дальше… ну, дальше уже можно было и догадаться. Но сначала я вообще не считал пони возможными возлюбленными и ожидал от них того же, а потом… инерция мышления, пожалуй. Она и до сих пор есть, я по-прежнему не понимаю, чем я им ухитряюсь понравиться. Винил ладно, ей хотелось веселья без обязательств, о чем она прямо и сказала. Но Джейд? И тем более Флатти?

— Она сказала, что сначала ты вёл себя отстранённо, и она уже потеряла надежду, но потом ты сказал, что она тебе очень нравится… — Трикси посмотрела на меня подозрительно. — Кстати, она наотрез отказалась рассказывать, как именно ты это сделал.

— Прекрасно её понимаю.

— То есть, ты тоже не скажешь?

— Не-а.

— Но ты сказал ей, что она тебе нравится?

— Ага.

— Так же, как и мне?

Я хмыкнул.

— Нет.

— Что-то ты стал удивительно немногословен.

— Так бывает, когда я не хочу о чём-то говорить. Прям даже не знаю почему.

— Ха-ха. Сам же попросил рассказать.

— Ну так ты рассказывай, рассказывай, — подбодрил её я. — Не надо выпытывать неловкие подробности.

— Арт, это не какая-нибудь шутка. Она очень хорошая.

— Я знаю, — вздохнул я. — Ты остановилась на том, что…

— Я помню, — прервала она меня. — Флатти надеется, что ты серьёзен и что ты снова отстранился только для того, чтобы дать ей возможность сделать всё правильно.

— Так-так. Что имеется в виду под «сделать всё правильно»?

— Догадайся, — саркастически порекомендовала мне Трикси.

— У нас тут допрос или как? — улыбнулся я. — Рассказывай уже.

— Она думает, что должна правильно за тобой ухаживать, поэтому…

Звонкий фейспалм с моей стороны.

— …она попросила меня разузнать о человеческих взаимоотношениях.

Беда. Совсем-совсем беда. Ох, чёрт, голова идёт кругом…

— Понятно, — я поднялся. — Продолжим этот разговор завтра, хорошо? Мне надо подумать. Спокойной ночи.

Она, кажется, удивлена столь резкой смене поведения, чем я и воспользовался, быстренько сбежав из её комнаты в свою, где начал мерно ходить из стороны в сторону. Помогает думать.

Влип. Влип… ой же влип! Страшно влип! Худшая вилка из возможных! Почему именно Флатти?! А, чёрт, я прекрасно знаю — почему! Неопытная юная девушка и старый пройдоха, история стара как мир. «Как он умён, как он в меня влюблён! В её ушах нездешний, странный звон — то кости лязгают о кости». Так, в номере слишком мало места.

Я вышел на улицу и пошёл куда глаза глядят, суматошно обдумывая варианты. Ни одного такого, в котором бы я не довёл её до слез. Вопрос только в том, сразу это случится или спустя некоторое время. Бли-и-ин! Что мне стоило тогда пойти к Дэш? Она бы меня замечательно отпинала за дурные поползновения, и всё было бы хорошо. Теперь же надо как-то справляться с последствиями собственных действий. С синяками было бы проще. Надо проветрить голову. Схожу во дворец, сделаю пару снимков… ещё не слишком поздно, думаю, Кейденс выдаст мне исследовательскую табуретку. Только в этот раз не стоит открывать дверь в её кабинет с ноги. Немножко невежливо.

Так что в этот раз я постучал.

— Да? Заходите, — донеслось из кабинета, и я воспользовался приглашением.

— Привет. Табуретки не найдётся? — весело поинтересовался я у Кейденс, заходя внутрь.

Секунду она смотрела на меня шокировано, а затем расхохоталась.

— Лучший вопрос, с каким только можно прийти к правительнице, — сквозь слезы произнесла она.

— Особенно, если я серьёзно, — кивнул я, улыбнувшись. — Я хочу продолжить своё небольшое исследование, и мне нужно на что-то встать.

— Как Трикси?

— Нормально. Ужасно недовольна, что не может пользоваться даже хуфами, но в остальном, вроде бы, всё хорошо.

— Но тебя что-то беспокоит.

Я недовольно уставился на аликорну. Твою налево, опять забыл взять бандану!

— Как все любят лезть в чужую душу, — пробормотал я.

— Извини, — тепло улыбнулась она. — Это просто сложно не заметить.

— Мой косяк, — кивнул я. Но поскольку я и так прекрасно знаю, что она скажет относительно причины моего беспокойства… — В следующий раз буду незаметней. Так что насчёт табуретки?

— Пойдём поищем, — хихикнула она, вставая со своего места. — Первый раз ко мне приходят с таким вопросом.

— А что такого? Надо быть ближе к народу. Не только решать глобальные вопросы, но и искать табуретки. Может быть, даже снимать котят с деревьев, раз уж ты тут единственная с крыльями.

Она рассмеялась.

— Может быть ты прав. В замке часто бывает скучно.

— Прекрасно понимаю, сам не переношу скуку. А куда это мы?

— Где-то здесь, — принцесса открыла одну из дверей и победно воскликнула: — Да, нашла! Стремянка ведь не хуже табуретки?

Я оглядел предложенный предмет. Обычная стремянка, только не сколоченная из досок, а выращенная единым кристаллом. Предназначена для пони, поэтому довольно-таки громоздкая, но в принципе… о, у неё есть колёсики!

— Подойдёт, — сказал я и, ногой сбив в верхнее положение стопоры на колёсах, покатил её в сторону лестницы. Кейденс последовала за мной.

— Ты ведь не пойдёшь со мной до самого шпиля?

— Нет, — с улыбкой покачала головой она. — Просто это довольно увлекательно — в один момент узнать, что в таком привычном доме ещё остались нераскрытые тайны.

— Знаешь, глядя на всех вас, в смысле, аликорнов, мне начинает казаться, что скучнее только апельсины сортировать.

— А это скучно? — с интересом спросила она.

— Точно не знаю, но звучит скучно. Так я прав? Тия с Луной радостно играли со мной в догонялки, ты начала биться подушками…

— Это не я, это ты начал, — хихикнула она. — И да, ты прав. Аликорны тоже пони, но в отличие от наших поданных, мы вынуждены заниматься совсем не тем, чем бы нам хотелось. Ради общего блага.

— Знакомо, — хмыкнул я и, ухватив стремянку покрепче, начал подниматься с ней по ступенькам.

— Откуда? — удивилась она.

— В моем мире заниматься тем, чем тебе хочется — роскошь, доступная очень немногим. Впрочем, лично мне жаловаться не на что. Кстати, раз уж речь зашла, то чем занимаются аликорны?

— Мне кажется, что настоящая работа есть только у тётушек. Селестия правит всей Эквестрией, принимает послов, решает множество мелких внутренних проблем, следит за законодательством и финансовой системой… у Луны тоже множество забот, да и мир снов требует её внимания каждую ночь. А я просто сижу здесь как «символ непрерывности власти», — она произнесла это тоном, очень похожим на интонации Селестии. — Разве что ещё управляю погодой да изредка помогаю с любовными проблемами.

— Да-а, однозначно скучно, — хмыкнул я. — А чем бы ты хотела заниматься?

— О-о-о! Возможно, открыть салоны любовной помощи по всей Эквестрии, ввязываться в приключения вместе с Твайлайт, путешествовать по миру вместе с Шайнингом…

— И что мешает? — улыбнулся я.

— Связь с Кристальным Сердцем, — вздохнула она. — Если я оставлю его без присмотра больше чем на три дня, то тут такое начнётся…

— То есть тебе просто надо время от времени около него появляться?

— Да, достаточно десятка минут. Но из-за того что Кристальная Империя находится так далеко от всех остальных городов, это позволяет провести мне вдали от неё не больше одного дня. Это ужасно.

Я усмехнулся. Кажется, здесь будет как минимум один постоянный пользователь портальной сети.

— Сочувствую, — ответил я, сдерживая улыбку.

— Спасибо, — вздохнула она. — Тебе ведь тяжело, давай помогу.

Я и пискнуть не успел, как она подняла меня вместе со стремянкой сразу на следующий этаж. Instant karma, почувствуй себя Трикси без магии.

— Не делай так, — попросил я, едва мои ноги мягко коснулись пола.

— Почему? — удивилась она.

— Чувствую себя омерзительно беспомощным в такие моменты.

— Ой. Прости, я совсем не подумала…

— Просто не надо.

— Не буду, — кивнула она.

Мы дошли до входа на галерею, и, махнув принцессе на прощание, я пошёл внутрь. В комнате шпиля всё было так же, как и раньше. Поставив стремянку в нужном месте, я достал очки, надел их и поднялся на третью ступеньку. Хм… а вот это странно.

Сверху дырка, в которой исчезал поток энергии, выглядела зеленоватым плоским кругом, сквозь который было видно комнату дворца. Однако там не было видно никакой магии. Я слегка переместил стремянку и снова начал осматривать комнату сквозь дыру. Что-то не так… точно. Свет. Здесь в коридоре горит свет, а там — нет. Ну-ка…

Я скинул с плеч рюкзак и положил его около входа. Снова забравшись на стремянку, я посмотрел сквозь зеленоватую «линзу». Рюкзака около входа не было. Интере-е-есно пляшут бабы по четыре штуки в ряд! Я подтащил стремянку к дыре, насколько это было возможно. По диаметру она была примерно как канализационный люк, так что если я нырну туда «бомбочкой», то замечательно пролезу. Я сходил за рюкзаком, сложил туда очки и, опустив его в дыру, бросил в сторону. Раздался глухой звук удара, но в этой комнате рюкзака не было. Зато его было отлично видно в «той» комнате. Ну что, Нео, пора следовать за белым кроликом! Прыг!

По коже словно пробежался электрический разряд, и я оказался в той же комнате, что и был. Только здесь не было стремянки, зато лежал мой рюкзак. К нему я и пошёл, отряхнул от пыли, достал очки и осмотрел помещение. Ага, вот и «украденная» цветная энергия. Здесь она фонтаном бьёт в кристаллическую основу шпиля, но далее всё интереснее. Она явно уходит не наверх, а вниз, по тем самым энергоканалам, по которым в «оригинальном» дворце идёт непонятная синеватая энергия. Ка-а-ак интересно! Проследим…

По ощущениям, «зазеркалье» дворца ничем не отличалось от «оригинала». Основное отличие было в освещении, количестве пыли и общем впечатлении. «Зазеркалье» выглядело заброшенным, причём очень давно. Тонкий слой пыли покрывал пол. Магические светильники не работали, из-за чего коридор, ведущий вниз, был погружён в кромешную тьму. Но светильники внутри комнаты работали так, как надо. Свой походный фонарик я оставил мигать около домика в лесу, брелок я разобрал, чтобы дать Твайлайт образец напряжения, а обратно собирать не стал, огонь зажечь нечем, да и факел сделать не из чего. Может, попробовать оторвать один из тех, что приделаны к стене? Что, Арт, опять вандализм? Ну, в этот раз никто не узнает… не пойман — не рецидивист.

Держатель был сделан из, конечно же, кристалла. Более того, он был не столько «сделан», сколько «выращен» вместе с дворцом, и у меня вряд ли получилось бы отколоть его, даже если бы у меня были подходящие инструменты. Ни на что особо не надеясь, я взялся за сам светящийся кристалл, и попробовал его пошатать. К моему удивлению, оказалось, что он никак не закреплён.

— Отныне нарекаю тебя Жалом, — пробормотал я себе под нос и пошёл в сторону лестницы.

Освещение в остальном замке отсутствовало полностью, даже за окнами была чернильная темнота, хотя в «оригинальном» замке сейчас было бы видно закат. Расхождения начались залом ниже. Вместо пустого пространства, здесь стояли столы, заваленные различным хламом и засыпанные пылью. Я подошёл поближе, чтобы осмотреть, что на них стояло. Кристаллы в разнообразных держателях. Стеклянные колбы, оплывшие и потерявшие форму. Вау… даже не знаю, сколько лет надо не трогать стекло, чтобы оно так заметно проявило свою аморфную структуру. Книги. Я попытался перевернуть обложку, но та просто обломилась у меня в руках, словно кусок сухой штукатурки. Замечательно. Для того чтобы почитать какую-нибудь из этих книг потребуется археолог и реставратор. Надеюсь, среди пони таковые есть.

Осмотрев комнату в очках (ничего интересного — только наполненные цветной магией силовые линии), я пошёл вниз. Около двери с лёгким удивлением заметил Кейденс, переминающуюся с ноги на ногу и с интересом заглядывающую в коридор, из которого я пришёл.

— Ты ещё тут? — удивился я вслух, но она никак не отреагировала. — Эй!

Ва-а-а-у… да она меня не слышит. И не видит. А если потрогаю? Подойдя ближе, я обнаружил, что она полупрозрачная, просто в плохом освещении это было не слишком заметно. Помахав сквозь неё рукой, как сквозь голограмму, я хмыкнул. Забавно… стоп, а если без очков? А если без очков, то её не видно вовсе. Офигеть. Просто офигеть.

Вернув очки на место, я пошёл исследовать замок. Когда-то очень-очень давно он был обитаем, это точно. В комнатах стоит мебель, лежат книги и личные вещи, иногда даже встречаются незаправленные кровати. Всё, что не сделано из металла, кристалла или камня стало невероятно хрупким, а стеклянные предметы «потекли», словно воск на солнце. Интересно, но даже несмотря на очки мне совсем не встречаются кристальные пони. Зато я однажды увидел Шайнинга, идущего по коридору. Видимо, ищет Кейденс… возможно, через очки видно только рогатиков? Или же только большой запас магии, поскольку в отличие от жены, единорог казался призраком даже издалека.

Мне достаточно быстро надоело ходить по комнатам замка, так что я вернулся к отслеживанию того, куда уходит энергия. Энергоканалы вели вниз и вскоре разделились на четыре линии, ведущие к опорам дворца. Я пошёл к выходу из замка. Дверь в него была приоткрыта, и, потянув створку, я вышел в окружающую замок тьму. И ахнул.

В «зазеркалье» Кристальной Империи не существовало. Только чернота и безумство красок, наполняющих дороги-лучи, расходящиеся от дворца во всех направлениях. Фантастическое зрелище. Сфотографировать! Точно, фиолетовые линзы! Я вытащил их из рюкзака и сделал пару снимков. А затем вышел, чтобы посмотреть, как дворец выглядит снаружи. Идти сквозь непроницаемую темноту по дороге, состоящей из переливающихся всеми цветами радуги красок выглядит как сон наяву. Немного отойдя от дворца, я развернулся. Замок тоже выглядел черным, но под ним, между опор, что-то ярко пульсировало, рассыпая в воздух разноцветные искры, ненадолго рассекавшие тьму, прежде чем погаснуть. Я пошёл туда, чтобы посмотреть, как выглядит в «зазеркалье» Кристальное Сердце, но его там не оказалось. Только яростно искрящий клубок из множества энергий. Я снял очки, чтобы посмотреть, как это выглядит без них, и погрузился в идеальную темноту. Свет кристалла в моей руке не позволял разглядеть даже пол.

Вернув очки на глаза, я повернулся к дворцу спиной и пошёл по наполненному радужной энергией лучу. Через несколько минут мне это надоело — кажется, ничего не меняется, и эти самые лучи и являются конечной точкой, в которую сливается магия. Оглянувшись назад, я заметил, что отошёл от замка достаточно далеко. Это одновременно ощущалось некомфортно и в то же время… увлекательно. Словно я стою на невероятной высоте над пропастью, у которой нет дна. Сердце забилось чаще, и я облизнул мгновенно пересохшие губы, глядя на край луча. Что случится, если я сойду с него? Шагну в эту совершенную тьму? По спине побежали мурашки. Ощущение, уже, казалось, забытое было настолько сильным, что я неуверенно шагнул к краю, даже не осознавая своих действий. Рука, словно чужая, бросила кристалл за пределы луча, и, едва покинув границу, очерченную пульсирующей под ногами энергией, он исчез, словно его никогда не существовало. Я сглотнул. Сердце забилось ещё быстрее, и я ощутил, как восторг, рождаясь где-то в груди, жидким огнём течёт по венам. Шагни. Шагни же. Всего один шаг, и Вселенная откроет ещё одну тайну, самую великую, самую недоступную для тех, кто ещё жив. Шагни!

Нет. Ничем хорошим в прошлый раз это не кончилось.

Разве? Новый, прекрасный мир, разве мне не понравилось?

Понравилось, но я ещё с ним не закончил.

Я и с тем не закончил, но это мне не помешало. Молния была такая притягательная…

Так же, как теперь притягательна эта тьма.

Я не могу умереть.

А раз так…

Шаг вперёд. Чувство электрического тока, пробегающего по телу. На мгновение перехватывает дыхание, а затем тьма вспыхивает множеством звёзд. О-о-о!!! Эм?..

Я недоуменно оглядываюсь вокруг. Кристальная Империя. Оригинальная. И я, с дурацкой восторженной ухмылкой просто стою на траве, рядом с дорогой. Восторг как-то очень резко пропадает, сменяясь лёгким разочарованием, досадой и радостью. О да. Я опять это сделал. Но по-прежнему жив и даже не нуждаюсь в больничке. Ну что ж… может быть, в другой раз. Усмехнувшись и покачав головой, я снял очки, подобрал с земли светящийся кристалл из «зазеркалья», а затем вернулся на луч и зашагал в сторону дворца. Полагаю, Кейденс заинтересуют подробности того, куда уходит энергия.

Стражи около замка посмотрели на меня немного шокировано, но спрашивать ни о чем не стали. Ну да, вошёл дважды, не выходя ни разу, обычное дело в мире, где есть магия. Я пошёл в сторону кабинета Кейденс, но там её не было. Неужели до сих пор ждёт меня около выхода из верхней галереи? Проверим…

Оказалось, да. И там уже собралась целая команда: Кейденс, Шайнинг, шесть кристальных пони с каким-то магическим барахлом, которое они собирали рядом с входом.

— Что-то произошло? — поинтересовался я.

Они обернулись все одновременно. На мордашке Кейденс — шок. Остальные переглядываются между собой.

— Артур! Как ты вышел оттуда?! — вскричала аликорна. — Ты не отзывался на мои крики, и я думала, что с тобой что-то случилось!

— Я последовал за энергией, — усмехнулся я. — Нашёл кое-что интересное. Технически, энергия остаётся в замке.

— Технически? — с сомнением поинтересовалась одна из незнакомых кристальных пони.

— Это секретная информация? — на всякий случай уточнил я у Кейденс.

— Нет-нет, — покачала головой она. — Давайте поговорим обо всём, что ты нашёл у меня в кабинете.

— Не вопрос, — кивнул я.

И мы всей толпой отправились вниз, где меня представили шестёрке пони, оказавшихся учёными, а затем я сжато рассказал о том, как пролез в «зазеркальный замок», как бродил по нему и как выбрался.

— Ты просто шагнул в черноту? — недоверчиво спросил Шайнинг, когда я закончил.

— Ага.

— Это могло быть опасно, — сообщил он мне.

Я пожал плечами. Тоже мне, открытие века. Не казалось бы опасно, я бы и пробовать не стал.

— Ну как? Есть идеи, что это такое? — спросил я у остальных пони.

Они переглянулись между собой. Молчание.

— Пространственная магия? — неуверенно высказал я самоочевидную мысль.

— В таких масштабах? — столь же неуверенно отозвалась одна из кристальных пони.

Прелестно. Я зевнул и поднялся на ноги.

— Ну, вы думайте, а я пошёл спать. Загляну завтра.

— Хорошо, — задумчиво кивнула Кейденс, и я вышел из комнаты.

Впечатлений на сегодня мне хватило более чем. Я устал и физически, и психически, так что мне однозначно стоит поспать, прежде чем думать над всем тем, что я сегодня видел. А… снимки на фиолетовых линзах. Черт с ними, отдам завтра.

Вернувшись в отель, я быстро ополоснулся от древней пыли и лёг спать.


Иногда мне с тоской вспоминаются те далёкие времена, когда сон не был аналогом «дёрнуть рубильник». Кажется, тогда он даже уносил впечатления и мысли вчерашнего дня, давая возможность начать день почти что с чистого листа. «Рубильник» такой возможности не давал, это больше было похоже на смену батарейки. Впрочем, здесь есть свои плюсы.

Я вскочил с кровати и пошёл на пробежку, вернувшись, принял душ, а затем, бегло взглянув на часы, пошёл к Трикси. Время начать своё собственное расследование.

— Доброе утро! — произнёс я, заходя в номер поньки.

Она обернулась. Выглядела единорожка… не очень. Взлохмаченная и спутанная грива, растрёпанный хвост, слежавшаяся после сна шёрстка на боку и недовольно-обречённое выражение мордашки. Второй день без магии, понятно.

— Эй, ты! — неожиданно твёрдым и нахальным голосом заявила она. — Иди сюда и сделай Великой и Могучей Трикси шесть… нет, восемь крекеров с арахисовой пастой! И не забудь морс!

— Скорее небо рухнет на землю, чем Беата попросит помощи, — хмыкнул я. — Ну что ж, всё, что пожелает Великая и Могучая Трикси.

Она сделала вид, что не слышала первой части фразы, и нетерпеливо постучала лапкой по столу. Я полез в один из шкафчиков в поисках любимого лакомства своей Великой и Немощной единорожки. Ага, вот оно.

Намазывая крекер, я ухмыльнулся пришедшей мне в голову идее. Взяв тарелку с крекерами и стакан морса, я сел напротив неё. Когда Беата с улыбкой потянулась за ними обеими лапками, я легонько потянул её на себя, уводя из её зоны досягаемости.

— Эй! — возмутилась Трикси.

— Что? Сначала твой фетиш, теперь мой, — ухмыльнулся я, беря крекер. — Скажи «а-а-а!»

— Артур! — ужаснулась она.

Ух ты, она помнит моё имя! Наверное, это признак настоящей близости.

— Ну, буква «а» там точно была, — хмыкнул я. — Ладно, давай попробуем так. Скажи «А-А-Артур».

— Ты серьёзно?!

— После того как ты начала мной командовать в таком духе прямо с порога, я более чем серьёзен, — кивнул я. — Сыграем? Можешь продолжать, и я даже исполню все твои приказы, но не обещаю, что тем образом, каким ты ожидаешь.

— Ладно, давай сыграем, — с озорным выражением в глазах согласилась единорожка, и прежним нахальным тоном потребовала — Эй ты! Корми Великую и Могучую Трикси!

Пока она жевала первый крекер, который я аккуратно положил ей в рот, я переводил на эквестрийский одну песенку. О-о-о, теперь я с нетерпением ждал следующего приказа, и он не заставил себя долго ждать. Едва Трикси закончила с завтраком, она выдала:

— А теперь расчеши гриву Великой и Могучей Трикси!

— Как пожелает моя госпожа, — усмехнулся я и пропел: — «Птица по небу летает по веленью твоему! В поле хлеб произрастает по веленью твоему! По веленью, по веленью, по веленью твоему-у-у!»

И, воспользовавшись моментом, пока единорожка смотрела на меня в полном офигении, я подхватил её на руки и потащил в ванную.

— Эй! Ты что творишь!

— Но госпожа, нельзя расчёсывать такую грязную гриву! — я демонстративно понюхал её загривок. — И вашей шёрстке однозначно нужен небольшой душ после сна.

— Чего?! Отпусти меня!!! — завопила она, пытаясь вырваться. — Арт!!!

— Не дёргайся, а то я тебя уроню, — возмутился я, едва удерживая её в руках. — Сама согласилась на игру, так что играй по правилам!

— Приказываю меня отпустить!

— Не-а, — усмехнулся я. — Предыдущий приказ ещё не выполнен.

— Я отомщу, — предупредила она.

— Буду с нетерпением ждать, — усмехнулся я, поставив её в ванную. — Ты предпочитаешь воду погорячее или попрохладнее?

— Погорячее, — буркнула она. Я тихонько хмыкнул. Кажется, не так уж и против она была на самом деле.

В сущности, нет особых отличий между тем, чтобы мыть пони и мыть очень большую собаку. За двумя исключениями. У собак нет гривы, и ещё они не постанывают от удовольствия, когда им массируют голову, лучше распределяя шампунь. Охо-хо, а ведь сначала был только массаж, и мне даже не особо нравилось, а теперь… один коготок увяз, всей птичке пропасть. Выдавив на ладонь очередную порцию шампуня, я взял её хвост, и тут единорожка впервые напряглась.

— Никаких поползновений, — заверил её я. — Расслабься.

Не то чтобы не хотелось, просто… не тот случай. Она ясно дала понять своё отношение, и хоть я и флиртовал с ней напропалую просто забавы ради, больше ничьих личных границ я нарушать не собирался. Тем более что эта игра, при всей кажущейся непристойности, полностью построена на доверии. Всё ещё очень-очень хрупком.

Но оно есть, судя по тому, что единорожка всё-таки расслабилась и позволила мне намылить… всё. Вот бы ещё это не возбуждало до безумия когда не надо, было бы совсем хорошо. Ну да кого я обманываю, я потащил её в душ не в последнюю очередь из любви поиграть на собственных низменных инстинктах.

— Что ты делаешь? — подозрительно поинтересовалась единорожка, когда я на некоторое время убрал руки. Хо-о-о? Меня в чем-то подозревают? Подыграю.

— Любуюсь, — поддразнил её я. — Отлично смотришься в мыльной пене. Такая… открытая.

— Любуйся, — разрешила она. — Можешь даже мечтать о моем прекрасном теле в особо одинокие ночи.

— Великая и Щедрая Трикси, — умилительно-саркастически произнёс я.

Мы рассмеялись. И, к моему неудовольствию, оказалось, что оное «мы» включало не только меня и Беату. Единорожка заметила это тоже, судя по тому, как она вздрогнула и начала тереть мордашку лапкой, пытаясь избавиться от пены.

— Извините! Я не собиралась подглядывать! — начала оправдываться Джейд.

— Просто в номере был сильный ветер, и тебя буквально задуло в ванную, — ехидно продолжил я. — Не парься, это не любовные игры.

— Разве? — Джейд кинула растерянный взгляд на Трикси. — Но мне показалось…

— Тебе показалось! — быстро ответила единорожка. Она что, покраснела? Видимо, от размазывания пены по мордашке.

— Трикси вчера пошла со мной в шпиль, — объяснил я, снова включив душ и направив горячие струи на единорожку. — Её защитное заклинание отказало, и она… хм, слегка обгорела в магическом смысле. Врачи запретили ей пользоваться собственной магией в течение трёх дней и дали лекарство, от которого её рог и хуфы не работают. Ну а поскольку я был причиной этого происшествия, то теперь я ухаживаю за ней, пока она не поправится. Кормлю, мою, гриву расчёсываю. Хотя это сделать только предстоит.

— Мне бы та-а-а-ак… — мечтательно произнесла Джейд. — Выглядит просто суперприятно!

— Нет уж, — хмыкнул я. — Но ты можешь мечтать об этом в особо одинокие ночи.

— Плагиатор, — припечатала меня Трикси.

— У-у-у, — расстроилась Джейд.

— Продам за поднос эклеров с арахисовой пастой, политых тем кисленьким сахаром, — неожиданно предложила единорожка.

— Согласна! — тут же ответила Джейд.

— Хо-о-о? — усмехнулся я, вымывая мыльную пену из её гривы. — И как же ты собираешься заставить меня это сделать?

— Ха! Великая и Могучая Трикси велит тебе помыть эту пони!

Я замер.

— Чего остановился? Сразу после того как домоешь и вытрешь Трикси, конечно же! — ехидно продолжила наглая единорожка.

— Беата. Такого я от тебя не ожидал.

— Я же предупреждала, что отомщу, — усмехнулась она. — И мне очень любопытно узнать, как ты сможешь извратить ЭТОТ приказ против меня!

Вторая пони, которая меня сделала в моей же игре. И на этот раз оправдаться тысячелетним опытом оппонента не выйдет.

— Хм… ну, я не выпущу тебя из ванны, — задумчиво произнес я.

— И всего-то? — разочарованно спросила Трикси.

— И тебе придётся смотреть, как я делаю с ней всё то, чего ты опасалась, когда я взял тебя за хвост…

Трикси немножко напряглась, но довести угрозу до конца мне не дал энтузиазм кристальной поньки.

— Правда?! — радостно спросила она.

— Нет, — быстро ответил я.

— Хорошо, — усмехнулась единорожка. — Великая и Могучая Трикси с радостью даст тебе пару дельных советов!

Я вздохнул. Не говори того, что не рискнёшь выполнять.

— Сдаюсь.

— Ха!

— У-у-у! — разочарованно протянула Джейд. — Два подноса!

— Лад-
— Беата! Уволю!

— -но… ну тогда нет.

— У-у-у!

Выключив воду и завернув единорожку в огромное полотенце, я вытащил её из душа и отнёс в комнату.

— А теперь меня! — радостно заявила Джейд, едва я закончил тщательно вытирать Беату.

— Ну пошли, — вздохнул я, и мы снова вернулись в ванную. — Я не понимаю, тебя-то это чем завлекло? Трикси ладно, она магией пользоваться не может, но ты-то земнопони.

— Ты что! Это же как вернуться в детство, когда о тебе всячески заботится кто-то большой, сильный и добрый…

Я поперхнулся.

— Ладно. Одно условие — ты никогда и никому об этом не расскажешь.

— У-у-у! Это же чуть ли не половина удовольствия!

— Или так, или я уеду из Кристальной Империи и никогда больше сюда не вернусь. Мне ещё не хватало дополнительной волны слухов. Или того, чтобы все девушки, с которыми я танцевал, тоже захотели попробовать!

Она тяжело вздохнула.

— Ладно. Обещаю.

— Спасибо. Ну а теперь… — я поднял её в воздух и поставил в ванную.

Не получится у меня всё-таки думать о них как о людях. Да, они разумные, но всё же… другие. Сходств полно, но и отличий тоже хватает… впрочем, задача изначально была сформулирована неверно. И на неверных предпосылках. Я хотел относиться к ним не как к «людям», а как к «равным». И основной причиной этого было то, что они похожи на животных. Я ожидал, что точно так же, как и люди, пони будут интенсивно стараться подчеркнуть это различие, но… им этого не нужно. То ли они минули эту фазу, то ли сама идея изначально казалась им глупой (мне же кажется, хотя мои далёкие предки и не согласились бы). Но ведь в самом деле, каким-нибудь волкам не надо доказывать, что они волки, это видно с первого взгляда. А если люди яростно пытаются доказать, что они не животные… ну, значит, разница не столь самоочевидна. Пони же не заморачиваются этим вообще. Они не носят одежду, наслаждаются собственной полиаморией и свободно относятся к собственным желаниям, даже если те берут начало в животных инстинктах. А всякий раз, когда я делаю что-то, с моей точки зрения воспринимаемое как «относиться к ним как к животным», им… нравится. Начиная с почёсываний и поглаживаний и заканчивая вот этим времяпрепровождением в душе. Ай да Арт. Осознал собственные стереотипы спустя два месяца. Хотя… технически, это довольно быстро. Некоторые с ними всю жизнь живут.

В отличие от тихушницы-Трикси, Джейд выражала свои эмоции открыто и громко. Мурчанием и довольными постанываниями, особенно когда я массировал ей голову. Похоже, голова — слабое место у всех пони независимо от расы, хотя для полной уверенности стоит проверить ещё и на пегасах.

Воспоминание об оных тут же свернуло мои мысли на Флаттершай. Гениальной идеи, как без потерь для неё выбраться из этой ситуации у меня так и не появилось. Ну, время ещё есть…

Вытерев донельзя довольную Джейд, я и её отнёс в комнату.

— Великая и Могучая Трикси ждёт расчёсывания своей гривы, — капризно заявила мне единорожка.

Я ухмыльнулся. Настал час расплаты! Но тс-с-с…

— Если высохла, то сейчас сделаю, — спокойно произнёс я и, сев на диван, похлопал себя по колену. Трикси немедленно легла на предложенное место, и я взял гребень. — Но на этом игра заканчивается, потом мы идём в библиотеку.

— Зачем? — спросила Джейд.

— Хочу изучить биографию Гейн Фридома. Я вчера во дворце нашёл магический ход, ведущий в точно такой же дворец, но находящийся в каком-то альтернативном измерении.

— Как это? — заинтересовалась Трикси.

— Понятия не имею, но суть не в том. Дворец был обитаем когда-то очень давно, но, насколько я могу судить, там не было ни одной живой души уже где-то тысячу лет.

— Врёшь! — ахнула Джейд.

— Серьёзно. Снимков внутри дворца я не делал, зато сделал пару снаружи. Возьми очки из рюкзака и посмотри.

— Где он?!

— У меня в номере, — я порылся в кармане. — Держи ключ.

Джейд схватила его зубами и рысью помчалась наверх.

— И что ты хочешь найти в библиотеке? — безмятежно поинтересовалась Трикси. На её мордашке играла довольная улыбка, видимо, расчёсывание гривы тоже относится к удовольствиям. — Если в «другом» дворце никого не было веками, это значит, что о нем никто не знает.

— Мне больше интересна личность самого Гейна. Любопытно, зачем он это сделал, во-первых, и что это такое, во-вторых.

— Вряд ли что-то опасное, — лениво возразила Трикси.

— Ну да, раз оно работает тысячелетиями без каких либо проблем, — согласился я. — Но разве тебе не интересно? На что уходит энергия, которой можно было бы поднять в воздух город?

Я задумчиво пропустил длинную голубоватую прядь сквозь пальцы. В расчёсанном виде грива единорожки оказалась куда длиннее, чем казалось на первый взгляд… подойдёт идеально.

— М-м-м… да, пожалуй, — ответила она после небольшой паузы. — Но мне больше интересно, откуда он её берет.

— Хо-о? — ехидно поинтересовался я. — Хочешь воспользоваться источником и править миром?

— Нет, многовато, — в тон мне отозвалась единорожка. — Я ограничусь одной Эквестрией.

— Солнце всходит и заходит по веленью твоему! — пропел я. — Все на свете происходит по веленью твоему!

Мы расхохотались.

— Эта песенка из твоего мира? Или ты её сам придумал?

— Из моего мира.

В комнату вернулась Джейд, несущая в зубах мой рюкзак. Увидев, что я делаю с гривой Трикси, она ахнула и выпустила его изо рта. Я сделал большие глаза и сжал губы, требуя молчания этой маленькой пантомимой. Кристаллопонька понятливо кивнула, а затем улыбнулась, схватила свои седельные сумки и выбежала из номера. Так… что-то подозрительно.

— Это Джейд?

— Угу. Схватила свои сумки и умчалась куда-то.

— Надеюсь, за моими эклерами…

Я хмыкнул. Это вряд ли. Скорее это что-то связанное с причёской Трикси. Может, она себе тоже такую хочет? Кстати!

— Поверить не могу, что ты продала меня за поднос эклеров, — патетично произнёс я.

— В три слоя, — уточнила она и добавила: — С горкой!

Прозвучало это с характерной «It's totally worth it!» интонацией.

— И это после всего, что было между нами!

— Ладно тебе, — весело ответила единорожка. — И вообще, я продала не тебя, а только твоё мытье.

— Половина эклеров моя.

— Треть.

— Две трети!

— Договорились. ЭЙ!!!

— Хе-хе-хе. Ладно, это я так. Мне не нравится арахисовая паста.

— Повезло… — мурлыкнула Трикси.

В номер вернулась Джейд, слегка запыхавшаяся, зато сияющая, как медный грош.

— Успела! — радостно воскликнула она и, подойдя ближе, вытащила из сумки несколько длинных узких лент, голубовато-белых, почти идеально в тон к гриве Трикси. — Держи.

— Что это?

— Левитационные ленточки, — улыбнулась она и, поднявшись на задние лапки, шепнула. — Вплети их в косы.

— А, те самые, — я подмигнул Джейд. — Спасибо, я уже и забыл про них.

Она понимающе кивнула, а потом полезла в мой рюкзак за очками. Я же быстренько распустил единорожкины косы и начал переплетать их с лентами. Делал я это очень аккуратно, и Трикси, вроде бы ещё ничего не заметила.

— Ого! — выдохнула Джейд. — Это вид на лучи со входа? А потом с луча на зал Сердца? Потрясающе!

— Покажи? — попросила Трикси, и кристальная понька, сняв очки, поднесла их к мордашке единорожки. — Ого!

— Вживую лучше, — ехидно произнёс я, стремительно заплетая косу. Пальцы окончательно вспомнили отработанную ещё на сестре последовательность действий, и вскоре я уже завязывал кончик первой косички. Так, одна есть, две остались.

— Хотела бы я туда попасть… — мечтательно произнесла Трикси. — Может, попробовать ещё раз с другим защитным заклинанием?

— Если тебе так нравится, как я за тобой ухаживаю, можешь просто попросить, — поддразнил её я. — Совсем не обязательно себя калечить.

— Ха-ха, — саркастично отозвалась единорожка и разочарованно спросила: — Что, всего четыре снимка?

— Ну извините, — хмыкнул я. — Мне там не до того было.

— А как ты вернулся? — поинтересовалась Джейд. — Через дворец?

— Нет, просто сошёл с луча.

— И всё? — удивилась Джейд.

— Ага. Оказался в городе, недалеко от дворца.

— Как просто…

— Но я не уверен, что это сработало бы на пони без последствий. У меня всё-таки свои отношения с магией.

— А… ну может быть… ты ещё долго будешь?

Я посмотрел на Джейд большими глазами и покачал головой, требуя не портить сюрприз.

— Сейчас с хвостом закончу и всё, — спокойно отозвался я.

— Я следующая! — радостно произнесла кристальная пони.

Ага. А если я не соглашусь, то она сдаст меня Трикси и испортит сюрприз. Хотя нет, это не в её духе. Да я, в общем-то, и не собирался отказываться.

— Ладно, — кивнул я. — Кстати, ты ведь сегодня не с пустыми рук… сумками?

— Нет, — улыбнулась она и достала из седельной сумки большой бумажный пакет.

— Тогда, может, сходишь за чаем, пока мы заняты?

— Хорошо, — кивнула она и ускакала.

К тому моменту как она вернулась с чайником в зубах, я как раз закончил заплетать хвост.

— Готово! — возвестил я. — Джейд, а как активируются эти ленты?

— Потри кончики друг с дружкой.

Я так и сделал, и одна из кос всплыла в воздухе, словно невесомая. Ух ты… надо будет узнать про эти штуки подробнее. Сделаю себе ковёр-самолёт.

— И сколько они работают?

— Эти делал мой дед, так что они подпитываются от разлитой в воздухе магии и могут работать вечно, — улыбнулась Джейд. — А обычные… ну, месяц-полтора от одного заряда.

— Круто, — одобрил я, глядя на дело своих рук. — Беата, слезай.

— М-м-м… — она что-то промурчала и разлепила глаза. — Что?

— Уснула, что ли? — усмехнулся я. — Всё, я с тобой закончил. Уступи место следующей.

— Не уснула, а задремала, — возразила единорожка, спрыгивая с моих колен. — Что-то… ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С МОЕЙ ГРИВОЙ?!!! И С ХВОСТОМ?!!!

— Заплёл в косы. По-моему, тебе идёт. А? Джейд, как думаешь?

— Очень идёт! — горячо согласилась кристальная пони, вытаскивая из сумки ещё несколько лент и запрыгивая на место Трикси. — Мне две тонкие косички по бокам головы и хвост.

Трикси помчалась в ванную смотреть на себя в зеркало, а я снова взялся за гребень. Пока Джейд с мокрой головой носилась по Кристальной Империи, её грива не только высохла, но ещё и ощутимо запуталась. Впрочем, в отличие от Трикси, у Джейд волосы были толще и тяжелее, так что запутки выправились практически сами собой.

— Тебе нравятся косички? — поинтересовался я.

— Очень! Дед часто собирал мою гриву и хвост в косы, когда я была маленькой. Я бы и сейчас их носила…

— А что мешает?

— Никто в моем табуне не умеет их заплетать, — грустно вздохнула Джейд. — А парикмахеры дерут за это такие деньги, что только на какой-нибудь праздник не жалко отдать!

— Да? Чего так? — удивился я.

— Это же сложно! Я сама пробовала, и у меня ничего не получалось, для этого нужен или талант, или рог! Даже принцессе пришлось звать единорога для того чтобы сделать традиционную церемониальную причёску!

Ах да, совсем забыл, у них же хуфы. И… если подумать то да, за всё время здесь я не видел ни одной пони с косами. Надо же.

— Если хочешь, я могу попробовать сплести несколько тонких косичек в гриве.

— А ты можешь? — с надеждой спросила Джейд, и, не дожидаясь ответа воскликнула: — Да! Конечно! Сделай!

— Договорились.

Из ванны вернулась Трикси с гордо поднятой головой и самодовольным выражением мордашки.

— Ну как? — усмехнулся я, и так видя ответ на её лице.

— Похоже на древние причёски знатных единорогов-воинов, — мурлыкнула Трикси. — Хищно и уверенно, мне нравится.

— Интересуешься историей? — удивился я.

— Терпеть ее не могу, — она села рядом с пакетом, принесённым Джейд, и аккуратно повалила его набок. Выбрала понравившееся ей пирожное и, схватив его зубами, перенесла на свою тарелку. — Иногда читала исторические романы перед сном или когда дождь меня заставал в дороге.

— Понятно.

Как ни забавно наблюдать за Трикси, пытающейся есть без магии и посторонней помощи, надо закончить с Джейд. Так-с. Заплести-то несложно, но вот сделать несколько тонких кос так, чтобы они смотрелись в гриве красиво… зря предложил. Ладно, попытаюсь что-нибудь сообразить.

Грива у Джейд была довольно короткая, так что с ней я справился быстро, но всё сэкономленное время ушло на хвост, который у неё был куда длиннее и пышнее, чем у Трикси.

— Готово, — я бесцеремонно снял её со своих колен и пошёл мыть руки. Когда я вернулся из ванной, Джейд в номере уже не было.

— Куда это она? — удивился я, садясь за стол.

— В холле есть большое зеркало, — пояснила Беата. — Арт, налей мне морс, пожалуйста.

Я кивнул, налил ей морс, себе чай и приступил к завтраку. Джейд присоединилась к нам через минуту, довольная как слон.

— Спасибо, всё даже лучше, чем я думала.

Ну что я могу сказать… заниженные ожидания — верный путь к счастью!

— Ага. Обращайся, — кивнул я. — Откажу в любое время.

— Не притворяйся злюкой, я знаю, что не откажешь, — хихикнула Джейд, садясь за стол.

— Не будь столь оптимистична на мой счёт, — хмыкнул я. — Кстати, ты не занята после завтрака? Мне бы понадобилась твоя помощь.

— Всё что угодно! — улыбнулась кристальная понька.

— Хорошо.

После завтрака Джейд показала мне ближайший магазин тканей и швейных принадлежностей, а потом побежала домой, видимо, хвастаться косами. Вот же модница четвероногая… я же купил прочные нитки, отрез очень плотной ткани, отчасти похожей на джинсу, мягкую подкладку и набор ниток с иголками, после чего вернулся в номер Трикси, упражняться в шитье тапочек. Рэрити, скорее всего, потеряла бы сознание от одного вида того, что у меня получилось, но Беата оказалась менее придирчивой. Мда… а я собирался прям с утра в библиотеку пойти. Уже полдень, а мы ещё даже из отеля не вышли. Впрочем, торопиться некуда. Из планов на сегодня только книги и встреча с Кейденс, а они даже находятся в одном и том же месте.

Библиотека Кристальной Империи поражала воображение. Не настолько большая, как книжные катакомбы Кантерлота, зато не в пример светлее и уютнее — вместо одного громадного читального зала она изобиловала небольшими уголками, где можно было бы засесть подальше от чужих глаз. Впрочем, посетителей в ней все равно не было.

— Добрый день, — поздоровался я с библиотекарем, совсем юной кристальной понькой, увлечённо что-то читавшей.

— Ой! — она едва не захлопнула книгу от неожиданности и посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на Трикси, и её глаза вспыхнули восторгом. — Здравствуйте! А-а-а… м-м-м… чем могу вам помочь?

— Мне нужны книги по истории Кристальной Империи. Что-нибудь, посвящённое временам её основания, и биографию Гейн Фридома.

— Конечно, одну минутку, — она как-то нервно сорвалась с места и убежала в подсобку.

— Кажется, ты ей чем-то понравилась, — задумчиво произнёс я.

— Да? Я не обратила внимания, — хмыкнула Трикси. — Ты каждую встречную пони анализируешь?

— Если они со мной говорят, то да. Более того, я ещё и имена их запоминаю, — ехидно ответил я. — В отличие от некоторых.

— И как звали эту пони? — ехидно спросила единорожка.

— Кристалбаунд.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Трикси. — Она же не представлялась!

— На ней был бейдж. Но вопрос не в том. Чем ты ей так приглянулась?

— Понятия не имею.

Продолжить разговор помешала вернувшаяся библиотекарша с пустыми лапками и расстроенной моськой.

— Извините, но интересующие вас книги сейчас выданы.

— Что, все?! — поразился я.

— Большинство, — кивнула она.

— Блин… а кому? Можно с ним встретиться?

— Сейчас посмотрю… — она закопалась куда-то в глубины своей стойки. — Ого! Как у неё много всего! Извините…

Неужто Твайлайт набрала книг, чтобы себе скопировать?

— Вот… ой, это жеребец. Санбёрст. Живёт… — поперхнулась и дрожащим голосом прочла адрес: — Второй луч, дом тридцать один.

Дом с привидениями, судя по реакции. А ещё у пони совсем-совсем беда с пониманием конфиденциальности, что, впрочем, сейчас мне только на руку.

— Спасибо за помощь, — улыбнулся я и направился в сторону выхода.

— Подождите, подождите секундочку! — отчаянно окликнула нас кристаллопонька и обратилась к Трикси. — Скажите, где вам так шикарно заплели гриву и хвост? Дорого было?

Единорожка тут же расплылась в довольной улыбке.

— Какой-то странствующий мастер, — хмыкнул я, пока Трикси не спалила мои таланты. — Кажется, он уже покинул Кристальную Империю.

Трикси бросила на меня лукавый взгляд, но опровергать не стала.

— Как жаль… — расстроилась библиотекарь. — Спасибо.

— Вам спасибо, — и мы снова направились к выходу.

— Извините ещё раз, вы не могли бы напомнить Санбёрсту, что у него уже два дня просрочки? — крикнула нам вслед кобылка.

— Конечно, нет проблем.

— Спасибо!

Второй луч… от дворца сориентироваться проще. Вон тот шестой, они считаются по часовой стрелке, значит нам сюда.

— Странствующий мастер, а? — ехидно произнесла Трикси.

— Преследуя закат, он прошёл свой мир от края до края, по крупинкам собирая рецепт совершенства… — произнёс я, подражая "эпическим предысториям" некоторых фильмов. — Только не помню, как он выглядел. Был зачарован движением его пальцев. Наверное, он минотавр. Но может быть и дракон.

— Или человек, — поддразнила меня единорожка.

— Нет, точно не человек, — уверенно возразил я. — Я бы запомнил, если бы увидел здесь другого человека.

Она рассмеялась.

— Оставим личность таинственного мастера в стороне. Мне вот любопытно, почему у этого Санбёрста именно те книги, которые понадобились мне?

— Может быть, он взял их вчера, когда ты рассказал Кейденс про свои находки.

— Хм… — я задумался. — Разумное предположение, но нет. Когда я уходил, была ночь. Библиотека закрыта, а среди научной группы Кейденс не было ни одного жеребца. Он изучает что-то, связанное с Фридомом, но это не связано с моей находкой. Это хорошо.

— Почему?

— Это значит, что Гейн — подозрительная личность с кучей интересных секретов, — с довольной улыбкой объяснил я.

— Вряд ли библиотечные книги раскроют тебе эти секреты, — хмыкнула Трикси.

— Но они могут с этим помочь, — возразил я. — Так, нам сюда. Хм… большой домик.

— Больше похоже на склад.

— Обожаю склады, — серьёзно ответил я.

— Почему?

— Двери большие и потолки высокие. К понивилльцам даже в гости толком не сходишь, приходится на карачках забираться. Хотя в Кристальной Империи строят выше…

Я постучал и прислушался. Тишина. Постучал громче. В коридоре раздался дробный перестук, а затем дверь распахнулась, явив нам солового жеребца c растрёпанной темно-рыжей гривой, одетого в расшитую звёздами накидку и с круглыми очками на носу. К моему удивлению, он оказался не кристальным пони, а единорогом. Вероятно, один из эквестрийцев-библиотекарей, которых упоминала Твайлайт.

— Д-да? — как-то полузадушенно вякнул он и сделал несколько испуганных шагов назад.

— Вы Санбёрст, верно?

Он сглотнул и нерешительно кивнул.

— Меня зовут Артур, а это моя помощница Трикси, приятно с вами познакомиться. Я ищу определённые книги, и в библиотеке мне сказали, что они сейчас находится у вас.

Неописуемое облегчение на его лице. Странно.

— Какие именно? — куда более уверенно спросил он.

— Названий я не спрашивал… меня интересует основание Кристальной Империи и биография Гейна Фридома.

— Хм-м-м… да, сейчас найду… заходите.

Дом жеребца выглядел настоящей свалкой. Не в смысле грязи, тут было относительно чисто, в смысле организации пространства. Как будто Твайлайт разобрала библиотеку для очередной реорганизации, но вместо этого занялась десятью проектами сразу.

Основной мебелью здесь были столы. Многочисленные, большие, некоторые даже как двуспальные кровати, и все они завалены свитками, листами и заметками. Книги громоздятся на полу башнями высотой мне по грудь, и таких стопок тут десятки.

— Не обращайте внимания на беспорядок, я переехал сюда совсем недавно, — смущённо произнёс жеребец. — Ещё даже не купил книжные полки.

— Без обид, но зачем тогда было тащить сюда половину здешней библиотеки?

— Я работаю над очень интересным проектом, — смутился жеребец ещё больше. — Большинство трудов не пользуются особой популярностью в библиотеке, поэтому мне разрешили их взять.

— Кстати, библиотекарь попросила передать вам, что на некоторые книги у вас уже два дня просрочки.

— Извините, я совсем забыл о времени… — начал оправдываться он.

— Моё дело только передать, — улыбнулся я. — Так что насчёт книг?

— Да, сейчас найду… — жеребец начал просматривать стопки. — Они вам надолго нужны?

— Да нет, только бегло просмотреть… если вы не возражаете, я могу даже почитать их здесь.

— Это было бы просто замечательно, — кивнул жеребец. — Чувствуйте себя как дома.

Взяв книгу, которую Санбёрст взял с вершины одной из стопок, я осмотрелся. За исключением столов и небольшой кровати около стены, мебели в доме не было. Мдя. Ну ладно. Найдя более-менее чистый клочок пола, я сел по-турецки и прислонился спиной к стене.

— Это ведь склад был раньше? — поинтересовалась Трикси, оглядывая огромное пустое помещение.

— Да, — отвлёкся на неё жеребец. — Я не слишком вникал, но это здание было как-то связано с Сомброй, поэтому город сдаёт его за бесценок.

— Не слишком уютный дом для жеребца, — заметила Трикси.

— Давайте обойдёмся без сексизма, — холодно произнёс Санбёрст.

— Как угодно, — с усмешкой ответила Беата и, зубами взяв со стола какую-то книгу, села рядом со мной.

Так, ладно, я тут по делу. Посмотрим… предыстория появления Кристальной Империи начинается через год после Объединения. Группа земных пони, не верящих в то, что единороги и пегасы когда-либо смогут жить с ними как равные, а не как захватчики и правители, создают самостоятельный город, предназначенный только для земнопони. Первоначально никто не обращает на них внимания, но по мере того, как город становился новым ремесленным центром Эквестрии, всё большее количество пони желают присоединиться к начинанию. И не только земные пони, но и единороги с пегасами, однако последних в город не пускают. Подобный изоляционизм не был одобрен тогдашней верховной властью Эквестрии (что логично), и городу был предъявлен ультиматум. Либо они прекращают ерундить и выёживаться и живут подобно другим, или их заставят силой. Мдя… неудачное решение. Естественно, земнопони восприняли это как доказательство того, что возвращаются старые недобрые времена, и начали готовиться к войне.

Тогда-то на сцене и появляется Гейн Фридом, глава гильдии кристалломагов. Вопреки моим подсознательным ожиданиям, он не пытается взобраться на броневик и «устгоить геволюцию». Даже наоборот — он говорит, что идеи Эквестрии заслуживают шанса, и что не стоит разрушать хрупкий мир лишь из-за прошлого, которое может и не повториться. Хм… а мне нравится этот парень. Но, естественно, его не слушают и даже обвиняют в симпатиям к захватчикам. Тогда он предлагает выход — вместо войны уйти подальше и основать своё государство, не подчиняющееся правилам Эквестрии. И уже эта идея находит куда большую поддержку. Даже ещё большую, чем ожидал сам Гейн, если верить книге. Но и здесь мнения пони разделяются. Они требуют сказать — куда идти, если Эквестрия уже объявила своими большую часть пригодных для пони территорий. Гейн предлагает идти на север, в снега, и говорит о своём изобретении, магии, которая позволит там выжить. Но тут уже находится другой лидер, глава ремесленной гильдии, Вэйстблум, которая предлагает идти на восток, в пустыни, и требует, чтобы Гейн отдал им свою технологию. Гейн почему-то отказывается, и это всё перерастает в грандиозную свару, в результате которой большинство, в которое входят ремесленники и вояки, уходят с Вэйстблум, а меньшинство, кристалломаги и мирные жители, следуют за Гейном. Группа, ушедшая на восток, создаёт то, что сейчас известно как Седельная Аравия. Группа, ушедшая на север, основывает Кристальную Империю. Те кто не захотел уходить, решили последовать первоначальному предложению Гейна и дать Эквестрии шанс. Единороги и пегасы, войдя в город, были потрясены тем, что он оказался практически пуст. Некоторые из них сразу ушли, но те, кто решил остаться, торжественно поклялись не причинять никаких неудобств друг другу и жить как добрые соседи. В истории Эквестрии эти события известны как Первый Раскол и образование Филлидельфийского Содружества. Интересно. Если есть «первый» раскол, то должен быть и второй? И про правление Дискорда я так ничего и не взял… надо будет исправить это упущение.

— Ты будешь читать дальше? — негромко поинтересовалась Трикси. Я скосил глаза на единорожку. Похоже, всё это время она читала то же, что и я.

— Да-да, — я перевернул страницу. — Просто задумался о том, что надо будет подробнее изучить вашу историю. Смотрю, тебя тоже увлекло.

— Угу. В школе мне не слишком нравилась история, а сейчас оказалось неожиданно интересно.

— Знакомо, — усмехнулся я. — Я в школе не любил романтику.

— А сейчас любишь? — поразилась Трикси. — Серьёзно?!

Я неопределённо хмыкнул и вернулся обратно к книге. Долгий путь через всю Эквестрию, а затем ещё и через Кристальные Горы увенчался успехом. Пони добрались до огромной заснеженной долины, где Гейн и предложил обосноваться. Пока большинство переселенцев осваивало пещерные комплексы вокруг будущего центра Кристальной Империи, Гейн, его ученики и большая часть гильдии кристалломагов принялись за работу. Понимая, что вечно жить в пещерах и отапливаться магией не для пони, они создали замок, который впоследствии стал резиденцией королевской семьи. Благодаря магии большая часть долины была накрыта невидимым щитом, и, едва сошёл снег, пони начали обживать долину. Разделение на рода, образование королевской семьи, застройка, освоение пещер под каменные фермы и продуктовые склады, установление дипломатического контакта с яками, установление дипломатического контакта с Эквестрией… столетия летят одно за другим, а поньки наслаждаются скучной мирной жизнью.

— Я закончил, спасибо, — я поднялся и вернул Санбёрсту книгу. — Можно теперь биографию Гейна?

— Да, вот она, — он мотнул головой в сторону угла стола, где уже лежала «История Кристальной Империи в лицах», и, судя по толщине, втрое большей, чем у книги, которую я читал только что, жизнь отдельных понек всё же более насыщенна событиями, чем история страны в целом. Или же дело только в том, что самих понек больше…

Я открыл книгу и пролистал введение. Первая же статья посвящена Гейну, и я начал бегло просматривать её в поисках какой-нибудь значимой информации. Так-с… родился ещё до Объединения, учился у одного из учеников Старсвирла, специализировался в магии кристаллов, естественно, на чём же ещё. После Объединения присоединился к идее «города земнопони» и переселился в Филлидельфию, где обзавёлся учениками, вместе с которыми обеспечивал нужды города в зачаровании кристаллов. Когда в город начали приходить и другие маги кристаллов, он, де-факто, создал гильдию, которая объединяла всех профессионалов в этой области. Гильдия распространяла знания, помогала с обучением и выполняла заказы… ну, разумно. Сам Гейн не захотел вставать в её главе, однако единогласно был назначен почётным председателем. Так-так-так… изобрёл, внедрил, руководил… возглавил исход, основал город… табун, дети… прожил, умер, похоронен в «Первом Пристанище». Стоп, и это что, всё?! Ну да, дальше идут ученики Гейна, ранжированные по вкладу в историю империи. Мда… я думал, что основатель Империи был чем-то вроде гения, который создал её в одну харю, но это оказалось не так. Более того, несмотря на то, что его почитают как основателя, королевская семья с ним никак не связана! Мужик действительно не любил иметь власть над другими… нет, стоп, это странно.

— А есть что-нибудь о нём самом? Каким он был пони? Что-то наподобие воспоминаний о нем друзей, учеников? — спросил я Санбёрста.

Единорог отвлёкся от чертежей, и, когда он осознал мой вопрос, его глаза на мгновение вспыхнули торжеством.

— В одном месте — нет. Но я сам выписал заметки о нём из множества разных книг, которые прочёл.

Интересненько. Просто так подобным не занимаются…

— Можно посмотреть?

— Конечно, — он кивнул мне с улыбкой единомышленника, порылся на одном из столов и протянул мне тонкую тетрадку.

Записи Санбёрст вёл скрупулёзно. Цитата, источник, время, насколько говорящий был близко знаком с Гейном. Я быстро пробежался по записям. Картина получалась весьма интересная — немногочисленные друзья дораскольных времён описывали его как талантливого затворника, посвятившего жизнь изучению магии и выращиванию кристаллов, занимавшегося общественной жизнью лишь тогда, когда избежать этого было совершенно невозможно. А вот коллеги по гильдии и другие не слишком близкие пони описывали его иначе — как эксцентричного гения и харизматичного лидера, способного увлечь и вести за собой.

— А царь-то не настоящий… — задумчиво произнёс я. — Гейна подменил чейнджлинг?

— Вы первый, кто воспринял это всерьёз! — воскликнул Санбёрст. — Представляете себе, какое это было бы открытие?! Первая официально записанная встреча с чейнджлингами произошла лишь пятьдесят лет спустя!

Нет, не может быть… никак не вяжется с дворцом в зазеркалье и уходящей черт знает куда энергией… эмоций?! А ведь именно это и жрут чейнджлинги, если я правильно помню!

— Кристальную Империю основал перевёртыш?! — поразилась Трикси, внимательно слушавшая наш разговор. — Вы шутите?

— Обычно все реагируют именно так, — неприязненно ответил Санбёрст, мотнув головой в сторону единорожки.

— Хм… ну, прямых доказательств-то нет, — пожал плечами я. — И не думаю, что пони будут рады узнать, что хоть чем-то обязаны чейнджлингам.

— Но если это правда! — горячо возразил мне Санбёрст. — Мы не должны подделывать историю в угоду моменту!

— Доказательств нет… — задумчиво повторил я.

Но, тем не менее, допустим, что всё так. Первое же возражение: если бы у чейнджлингов были такие возможности, то они не скрывались бы от пони, а правили ими. Гейн-чейнджлинг и зазеркальный дворец никак не связаны? Возможно, конечно, но маловероятно, в конце концов, он был одним из его строителей. Стоп! Либо чейнджлинг был мастером кристаллов, либо… возможно ли, что настоящий Гейн и чейнджлинг действовали вместе? А почему бы и нет? Это сейчас у чейнджлингов репутация плохая, а тогда о них и не знал никто. Нет, категорически недостаточно информации, да и та, что есть — сплошные предположения. И, хоть оно и до безумия интересно, но лично мне ничего не даёт.

Я лишь хочу найти знания. В любом пригодном к употреблению виде — от рабочих журналов до чертежей заклинаний. Мне нет особого дела относительно того, кто, когда и зачем создал зазеркальный дворец и климатический щит, мне нужно знание о том, КАК сделать то же самое. Хотя бы в части со щитом.

И если где-то эта информация и осталась, то только в книгах теневого замка, а чтобы воспользоваться ими, нужно найти профессиональных реставраторов-археологов. И оборудование… нормальный фонарь, контейнеры для находок, оборудовать точку входа… получить разрешение Кейденс на всё это. Хм. Разумнее будет не пытаться проводить их за свои средства (коих осталось не так уж много), а убедить её в исторической важности проекта для Кристальной Империи. Меня в любом случае допустят, поскольку я единственный, кто может проходить в зазеркальный дворец, а информацию скрывать пони не будут, разве что всем этим не заинтересуется Селестия. Что ж, звучит как план. Начнём. Или нет, есть ещё один вопрос…

— Санбёрст, а почему вы вообще начали изучать Гейн Фридома?

— Почти случайно, — смутился он. — Когда я выпустился из Школы для одарённых единорогов, я занимался проблемой невидимости. Вы, может быть, знаете, что магия не может сделать предмет невидимым?

Я кивнул. На самом деле я уже видел опровержение этого высказывания, но пока помолчу.

— Я искал способ это опровергнуть. Думал, ставил эксперименты, всё — почти впустую.

— Почти? — уточнил я.

Жеребец кивнул. Его рог вспыхнул, и лежавшая на столе книга вдруг стала прозрачной, будто состояла из чистейшего стекла, но продолжалось это от силы секунд десять.

— Прозрачность, значит, — задумчиво произнёс я. — И чем плох этот вариант?

— Заклинание требует много энергии, не делает вещи полностью невидимыми и ужасно взаимодействует с живыми существами, — он содрогнулся. — Прозрачными становятся шерсть и кожа. Я не был готов к такому зрелищу.

Ох уж эти травоядные… Останкино на вас нет!

— Поэтому, когда я узнал о возвращении Кристальной Империи, я тут же запросил в университете назначение, а потом собрал вещи и переехал сюда.

— Почему именно сюда? — удивился я.

— Одним из самых первых вопрос невидимости изучал Вивид Лайт, но…

— А это кто? — перебил его я.

— Ученик Старсвирла Бородатого, учитель Гейна, — пояснил единорог и продолжил. — Однако он не преуспел. Но вот про самого Гейна ещё в то время, как он жил в Филлидельфии ходили слухи, что он открыл секрет невидимости, но он пропал вместе с Кристальной Империей. Естественно, что когда я услышал о её возвращении, я решил, что здесь я найду свой прорыв. Но вместо этого я нашёл доказательство того, что это было лишь мистификацией. Чейнджлинг объясняет всё.

— Не совсем, — покачал головой я. — Но я не уверен, что могу об этом говорить. Но если хотите, то я, возможно, смогу немного помочь с вашим исследованием невидимости.

— Вы владеете магией? — заинтересовался единорог.

Трикси хмыкнула.

— Нет. Я однажды сталкивался с созданной магией областью невидимости, но вам это вряд ли поможет.

— Как? Где?! — тут же подобрался единорог.

— После того как Дискорд едва меня не убил, образовалась зона, загрязнённая магией хаоса. Среди всех прочих эффектов там было что-то вроде магического барьера, за которым все обретали невидимость. Магию хаоса уже подчистили, но вы можете написать Твайлайт Спаркл, возможно, она что-нибудь подскажет.

— Элементу Магии?! — ужаснулся он. — И вы дрались с Дискордом?! После такого минотавр точно не страшен!

— А, вы видели… — с досадой произнёс я.

— Видел! — кивнул он. — И собирался держаться от вас подальше, пока вы не появились на пороге моего дома.

— Ну, — я развёл руками и усмехнулся. — Что ни делается, всё к лучшему. Так что, вам рассказать про невидимость? В моем мире она считается возможной и даже получена в лабораторных условиях… для некоторых условий.

— В вашем мире? — поразился единорог.

— Похоже, не я одна пропустила твоё знаменательное прибытие, — ехидно произнесла Трикси. — Надеюсь, это не является основным критерием для найма?

— Нет, основной критерий это слезоточивые истории, — вернул я ей подколку и, обернувшись к единорогу, скороговоркой произнёс: — Да, я прибыл сюда около двух месяцев назад, неизвестно как, в моем мире нет магии, а всё остальное вы можете узнать из эквестрийских газет за прошлый месяц, если вам интересно. Фух!

Блин, надо действительно написать брошюру для подобных случаев.

— Невероятно! — воскликнул он. — Другие миры всё же существуют! Подождите секунду, мне надо найти блокнот… и перо… чернила, где чернила?!

Пока единорог метался, я достал из рюкзака планшет и нашёл «Физику невозможного» Каку Мичио. Поиск по слову «невидимость», и можно переводить нужный абзац. Санбёрст тщательно записал все четыре способа, а потом начал допрашивать меня про уравнения Максвелла и электричество. Отделаться от него получилось только через сорок минут, и то лишь благодаря тому, что единорогу не терпелось опробовать новые знания на практике. Но я оставил ему свой почтовый адрес и попросил прислать письмо в красном конверте на случай, если что-нибудь получится или возникнут дополнительные вопросы.

— С этим закончили… — задумчиво произнёс я, когда мы отошли достаточно далеко от склада. — Теперь к Кейденс.

— Почему ты хотел рассказать ему про невидимость? — поинтересовалась Трикси.

— Заметно было? — хмыкнул я. — Потому что мне тоже интересно, но возможности заниматься всем сразу у меня нет. Если же он добьётся результатов, то обо мне он вспомнит в первую очередь.

Трикси кивнула, с выражением «так и знала!» на мордашке.

— А зачем нам к Кейденс?

— Узнать ответ Селестии про зазеркальный дворец, что они там надумали и, может быть, предложить археологический проект.

— Давай сначала заглянем куда-нибудь поедим? — попросила единорожка.

— Без проблем.

По пути в кафе я насмешливо наблюдал за тем, как Беата гордо ловит восхищённые взгляды идущих мимо кристальных пони. Ну да, для них она экзотическая штучка — «яркая эквестрийка», единорог, да ещё и с этими косами. Смотрятся, кстати, просто великолепно, особенно в движении, и всё благодаря левитационным лентам Джейд.

В кафешке мы снова привлекали взгляды, только теперь из-за того, что я кормил Трикси. Единорожка, видимо, решила наплевать на всех посторонних с высокой колокольни, а вот мне было некомфортно. Терпеть не могу всеобщее внимание.

Около дворца нас перехватила пара стражников, одним из которых оказался наш знакомец.

— Артур! Тебя половина стражи ищет! — воскликнул он.

— Привет, Майт, — улыбнулся я. — И что я натворил?

— Не знаю, но принцесса Каденция хотела видеть тебя как можно быстрее. И приказ был отдан час назад!

— А я как раз к ней и иду.

— Мы проводим, — произнёс второй стражник. При этом на меня он даже не смотрел, его вниманием полностью завладела Трикси.

— Спасибо, мы и сами знаем дорогу, — прохладно отозвался я и пошёл вперёд.

Стражники за нами не последовали. Обернувшись, чтобы убедиться в этом, я заметил, как Майт что-то втолковывает своему напарнику. Надеюсь, предупреждает, чем кончаются попытки заигрывать с единорожками.

Стража около входа во дворец тоже сообщила о желании принцессы встретиться со мной немедленно. Похоже, ответное письмо Селестии было весьма содержательным, раз Кейденс так не терпится со мной поговорить.

Аликорну я встретил на подходе к её кабинету, она как раз выпроваживала двух чересчур радостных кобылок.

— Артур! — воскликнула она. — Наконец-то тебя нашли!

— Я сам нашёлся, — хмыкнул я. — К чему срочность?

— Позвольте представить. Артур, это Коушес Тач, лучший в городе специалист по реставрации, и Азурит, королевский историк.

— Мы знакомы, — очень тепло улыбнулась мне Азурит.

Я слегка покраснел. Знакомы, ага… пока я в Кристальной Империи, мне подобные знакомые будут на каждом шагу попадаться. А ещё она, если я правильно помню, в одном табуне с Джейд…

— Тем лучше, — кивнула Кейденс. — Артур, я хочу нанять тебя для исследования скрытой части дворца.

Вау! И убеждать никого не надо!

— А оплата достойная? — ехидно поинтересовался я.

— Более чем, — кивнула принцесса и сменила тему. — Селестия пообещала прислать группу своих магов, они прибудут через два-три дня.

— Зачем? — подозрительно поинтересовался я. Неужто её солнцезадое высочество уже намылилось следы заметать?

— Я надеюсь, что они смогут помочь нам создать проход в недоступную сейчас часть замка.

— М-м-м… а можно ещё и Твайлайт позвать? — невинно поинтересовался я. — У нас немалый опыт совместной работы.

— Я тоже об этом думала, — с сомнением произнесла Кейденс. — Но я не хотела бы снова её отвлекать…

И смотрит на меня с робкой надеждой.

— О, она будет только рада, — заверил я принцессу. — Тайна, новая и могущественная магия, возможность побыть с семьёй. И я думаю, что её помощь нам очень пригодится.

— Замечательно, я напишу ей сегодня же! — радостно кивнула аликорна, а затем удивлённо глянула мне за спину.

Я обернулся. А… моя маленькая ревнивая помощница недовольна. Увидев, что её рассматривают, Трикси придала своей мордашке нейтрально-скучающее выражение лица.

— Отлично, когда начинаем? — я отвернулся от единорожки. Потом с ней поговорю.

— Мне ещё надо собрать команду. Это займёт дня два или три, многие сейчас за пределами Кристальной Империи, — сообщила Азурит.

— Аналогично, — кивнула Коушес Тач. — Но мне хотелось бы получить несколько образцов как можно быстрее, чтобы понять, с чем именно предстоит работать.

— Ну, достать образцы я могу хоть сейчас, но мне потребуются инструкции.

— Какого рода?

— Как правильно обращаться с предметами, которые рассыпаются в руках.

— Хорошо, я подготовлю материалы для практического занятия на завтрашний день. Пока же вы можете предоставить мне любые образцы, которые сможете собрать без их необратимых повреждений.

— Отлично. Мне понадобится фонарь, какая-нибудь мягкая ткань, коробочки разных размеров и тонкий металлический лист.

— Я распоряжусь, чтобы это все доставили ко входу на верхнюю галерею, — кивнула Кейденс и исчезла в вспышке телепортации.

— Я пока напишу несколько писем, — сообщила Азурит и затрусила по коридору в сторону выхода из дворца.

— А я пойду домой, — мрачно произнесла Трикси.

— Хм… вообще-то у меня ещё были кое-какие планы, — обернулся к ней я. — Останься пока. Пожалуйста.

Она подозрительно посмотрела на меня, но, вздохнув, кивнула.

— Ладно.

— Отлично… — я снова повернулся к Коушес Тач. — Точка выхода находится снаружи дворца. Можете подождать меня там.

— Где именно?

— Около главных ворот.

— Хорошо.

Я кивнул ей, и мы с Трикси пошли наверх.

— Какие у тебя планы-то? — поинтересовалась единорожка.

— Никаких, — честно признался я. — Хотел поговорить с тобой по поводу Твайлайт.

— Не надо, — быстро ответила Трикси. — Я понимаю, что неправа.

— Да?

— Я не дура! — огрызнулась Беата. — Могу я её просто не любить?

— Имеешь полное право, — кивнул я. — Но мне не хотелось бы, чтобы у нас на этой почве возникали конфликты. Во-первых, мне нравится Твайлайт…

— Тебе хоть кто-нибудь не нравится? — саркастически поинтересовалась Беата.

— Вот, вот про это я и говорю, — вздохнул я. — Твоя нелюбовь к ней это твоё личное дело. Не надо переносить её на меня. Или даже на неё.

— Извини, — вздохнула она. — Я знаю, что это глупо, пытаюсь не обращать внимания, но ничего не могу с собой поделать… я ведь теперь хороший маг! Почему она?!

— Потому что у неё есть опыт, куда больший, чем у тебя, специализация исследователя, обширные знания и авторитет.

— Но ведь есть и другие… — понурилась Трикси.

— Да, но я с ними не знаком, — вздохнул я. — Твайлайт, по крайней мере, не будет скрывать от меня ничего, если её об этом не попросит Селестия. А если и попросит, то я знаю, как у неё сведения выманить. С другими так не получится или получится не сразу.

— Зачем Селестии скрывать от тебя что-либо? — удивилась Трикси.

— Ты точно хочешь знать? — бесстрастно поинтересовался я. — Смотри. Если вдруг меня когда-нибудь решат выпнуть из Эквестрии, то Тия обязательно поинтересуется, что известно тебе. И ты не сможешь ей соврать, потому что аликорны чувствуют ложь. Я сам проверил.

Она уставилась на меня удивлённо и слегка испуганно, словно не зная, шучу я или серьёзен.

— А тебя могут изгнать? — тихонько спросила она.

— Ну мало ли, что я ещё натворю в будущем, — я подмигнул ей и улыбнулся. — В любом случае, у меня есть повод считать, что Селестия может захотеть что-либо скрыть, но Твай, особенно когда её что-нибудь увлекает, достаточно болтлива, чтобы рассказать что угодно. Даже то, о чем её просили не рассказывать… кстати об этом, никому не говори, что косы заплёл я.

— Конечно, — она ехидно улыбнулась. — Это был странствующий мастер.

— Именно. Придерживаемся общей версии.

Единорожка усмехнулась, и к лестнице на верхнюю галерею мы дошли молча. Там нас уже ожидала Кейденс и две знакомые кобылки. Одна — из группы вчерашних учёных, а другая — инженер, которая переделывала доспехи для спарринга с Шайнингом.

— Вот всё, что ты просил. Сейчас Лайн закончит готовить фонарь, и ты можешь идти, — сказала Кейденс.

— Вы не могли бы провести ещё пару измерений? — спросила меня кристаллопонька-ученая и мотнула в сторону чего-то вроде набора пробирок в чехле из мягкой ткани.

— Можно, если это не займёт много времени. Что это?

— В изолирующих пробирках кристаллы, которые измеряют плотность магии, — ответила пони. — Просто открывайте их по одной в разных местах того замка.

— Понятно. Что-то ещё?

— Хотелось бы иметь съёмку, но у нас нет изолирующих коробок нужного размера, а без них кристаллы записи будут испорчены…

— Это решаемо, запись я сделаю своими средствами.

— Да? Какими? — заинтересовалась пони.

— Увидите, — вздохнул я. — Можно идти?

— Минуточку. Примерьте, пожалуйста, — Лайн, пони-инженер, взяла со стола что-то вроде ремешкового шлема и подошла ко мне.

Похоже, фонари пони носят на голове, закрепляя их между ушей. Адаптированный под меня вариант оказался вполне удобным, не считая чересчур широких завязок. «Профессор, конечно, лопух, но аппаратура при нём».

— Прекрасно, — кивнул я. — Как включается? Ага, понял. Ладно, я готов. Ждите внизу.

Положив в рюкзак подготовленный для меня инвентарь, я пошёл в «опасную зону». Стремянка стояла там же, где я её и оставил, так что дальнейшие действия были точно такими же, как вчера. Закинуть внутрь рюкзак, а потом бомбочкой спрыгнуть самому. Интересно, что будет, если я задену край портала рукой? Отрежет? Вряд ли… не проверять! Даже не думать проверять!!! Собой, по крайней мере.

Я подобрал рюкзак, вытащил из него планшет и набор пробирок. Разбились… стоп, все разбились? Не может быть. Рюкзак мягкий, да и они в какой-то защитной упаковке были. Скорее всего это из-за того, что они побывали в потоке магии. Естественно, все кристаллы внутри безнадёжно засвечены, причём в прямом смысле этого слова. Осколки, ранее бывшие угольно-черными, теперь неярко светятся синим. Что ж, даже проще. Я включил фонарь у себя на голове, после этого активировал режим записи на планшете. Тот случай, когда технологии круче, чем магия.

Ведя запись, я пошёл вниз. В комнате под шпилем аккуратно взял несколько «потёкших» стеклянных пробирок, но книгу трогать не стал. Она наверняка ценная. Образец полуистлевшей ткани я срезал с одной из кроватей в когда-то жилой части дворца, там же подцепил на металлический лист и аккуратно положил в коробку хрупкую книгу. Скорее всего, беллетристика, так что если с ней чего и случится, то не жалко. Чего бы ещё отломить во имя науки? Особо нечего… за неимением дерева, все, что только можно в Кристальной Империи изготавливали из кристаллов, так что столы, кровати и книжные шкафы выглядели лишь пыльными, но никак не хрупкими и древними. Интересно, а почему пробирки не изготавливали из кристаллов? Не те химические свойства? Можно будет спросить у Азурит, она должна знать.

Я направился было к выходу, когда одна мысль остановила меня. Библиотека. Она ведь является частью замка! Так, куда надо идти? Проще сориентироваться от входа. Стоп, сначала надо доделать документальную съёмку, чтобы никто ничего не заподозрил. Стараясь делать всё с той же скоростью что и раньше, я спустился вниз, заснял окружающую замок черноту. После чего выключил планшет, кинул его в рюкзак и почти бегом направился к библиотеке. Ага, этот коридор. Дверка… опаньки!

Я ухмыльнулся. Заперто. А если что-то заперто, значит, там есть что-то ценное! Ну-ка, где там замок? Рукой очистив дверь от слоя пыли, я пристально оглядел её поверхность. Ничего. Похоже, дверь закрывается так же, как и камеры в тюрьме, на магический аналог RFID-метки. Взломать? Силой — без шансов. А до магического хакерства мне ещё пыхтеть и пыхтеть. Нужен ключ. О, да у меня новый квест! Блин, а если серьёзно?

Я осмотрел дверь ещё раз. Кристалл. Петли такие, что сразу понятно, что дверь тяжёлая. Взрывом не вышибешь, даже если бы я рискнул попытаться. Бли-и-ин, там явно что-то интересненькое! Неинтересненькое не запирают! Может, через окно залезть? Я отошёл назад по коридору и внимательно рассмотрел окно. Мдя. Двустворчатая рама из двух цельных кристаллов. Закрывается изнутри на задвижку вроде шпингалета, только побольше, чтобы было удобно открыть хуфом. В общем, тоже не вариант. Черт! Надо узнать про эти «RFID-метки». Либо найти ключ. Примчаться сюда среди ночи и обыскать всё с пристрастием? Не высплюсь, буду на следующий день варёный… тьфу, блин! Я же и так, и так буду исследовать дворец! У меня есть как минимум три-четыре дня до того как прибудут маги и ещё черт знает сколько времени, прежде чем они найдут способ залезть сюда самостоятельно. Всё, пора на выход.

Я равнодушно оглядел черноту за пределами луча. Едва выяснилось, что она не несёт никакой опасности, я тут же полностью к ней охладел. Такое разочарование было... хорошо, что никто не видел. Я шагнул внутрь и зажмурился от чрезмерно яркого света, больно резанувшего глаза после зазеркалья, где единственным источником света был мой фонарь.

— Вон он! — радостный голос Кейденс.

Когда я проморгался, меня уже окружили все заинтересованные пони.

— Где образцы?! — в один голос воскликнули Коушес Тач и понька-ученая.

— Что, прям так сразу? — сварливо поинтересовался я.

— А почему нет? — удивилась Тач.

Действительно. Я снял рюкзак и аккуратно вытащил оттуда коробочки с образцами. Особенно аккуратно вытянул книгу. Пони-реставратор взяла их бережно, словно новорождённого котёнка, и крайне аккуратно уложила в свои седельные сумки.

— Достаточно на первый раз?

— Более чем, — впервые за все это время она мне улыбнулась. — Я немедленно начну анализ. До завтра!

— А кристаллы? — с надеждой спросила учёная. Как её зовут-то?

— Колбы все потрескались. Видимо, не рассчитаны на такую плотность магии, — я вытащил набор и отдал ей. Кобылка погрустнела.

— Ну и запись я сделал. Хотите посмотреть?

— Очень! — тут же обрадовалась она.

— Тогда нужен какой-нибудь диванчик. На большой экран вывести не получится.

— Мой кабинет отлично подойдёт, — улыбнулась Кейденс, и мы всей толпой пошли смотреть запись.

И Кейденс, и пони-учёная безумно заинтересовались планшетом и его возможностями. И, естественно, моим родным миром. В очередной раз рассказав о нем и показав фотографии, я напомнил про изначальную цель, и мы посмотрели запись из теневого дворца.

— Подумать только, там действительно кто-то жил! — воскликнула Ленс (так звали пони-учёную). — Всё такое древнее…

— Да, судя по количеству пыли, я там первый посетитель лет этак за тысячу, — хмыкнул я. — Но мне, если честно, больше интересно, как это сделано.

— Для пространственной магии такого уровня не хватило бы даже общих усилий всех трёх аликорнов, — задумчиво произнесла Трикси. — Наверное.

— Селестия предположила, что это изолированный участок Хаоса, но даже она не знает, как можно столь точно стабилизировать его границы, — ответила Кейденс.

Или знает, но не скажет.

— Возможно, мы узнаем это, когда прибудут маги, — радостно произнесла Ленс. — Подумать только! Что-то такое лежало у нас под ногами тысячи лет, и мы даже не замечали!

— Спрятан у всех на виду… — задумчиво произнес я. — Ладно. Уже поздно, и мы в любом случае продолжим завтра. Давайте расходиться?

— Верно! — согласилась Ленс. — Но я даже не знаю, смогу ли сегодня заснуть!

— Артур, я бы хотела поговорить с тобой ещё кое о чем, — произнесла Кейденс, и, посмотрев на Ленс и Трикси, уточнила. — Наедине.

— Конечно-конечно, — тут же заторопилась на выход учёная. — Доброй ночи, принцесса.

— Арт, я подожду тебя около ворот, — сказала единорожка.

— Не заигрывай со стражей, — ехидно ответил я. — Ты уйдёшь, а им ещё всю ночь стоять.

Она насмешливо фыркнула и вышла, закрыв за собой дверь. Я же уставился было на Кейденс, но тут же отвёл глаза.

— Так о чем ты хотела поговорить? Селестия дала какие-то дополнительные инструкции?

— Нет, — она спрыгнула с дивана и отошла к своему столу. Большое спасибо! Так куда проще. — Я о Твайлайт. Ты уверен, что стоит её звать?

— О… — я удивлённо посмотрел на принцессу. — Ты не хочешь видеть её здесь? Я думал, вы близки.

— Нет! Очень хочу! И я тоже так думала, но в прошлый раз она вела себя так отчуждённо… — аликорна выглядела расстроенной. — Из-за всей этой суматохи с Играми я совсем не смогла уделить ей времени, и Шайнинг тоже… может, мы обидели её? После того как проблема разрешилась, она совсем не говорила со мной и почти сразу уехала.

Я хихикнул.

— В день объявления решения она нашла меня в кафе, выглядя при этом так, как будто её сбил поезд. Ужасно расстроенная, что так сильно подвела тебя, Шайнинга и всю Кристальную Империю. Полагаю, что даже когда Хара объявила, что игры будут проходить здесь, ей всё равно было неловко, вот она и сбежала. Она же не знала, что от неё ничего не зависит.

— Может быть… точно! — обрадовалась Кейденс. — Ты прав! Я совсем не подумала, что дело может быть в этом!

— Ну вот. Позвав её ещё раз, ты дашь ей возможность реабилитироваться в собственных глазах. А вообще, поговорите с ней начистоту и всё выясните, — я усмехнулся. — Вот же. Как в чужую жизнь с советами лезть, так завсегда и запросто, а как до своей дело доходит, так очевидного не замечаешь.

— Кто бы говорил! — Кейденс фыркнула и показала мне язык. — Сам такой же. Говоришь «Кому нужен такой подарок как я?», про Твайлайт знаешь, а что твоя помощница в тебя влюблена игнорируешь. А я ведь вижу, что ты сам к ней неравнодушен!

— Трикси? В меня? — я хмыкнул. — И откуда такие предположения?

— Когда ты упомянул Твайлайт, она ужасно ревновала, — хихикнула Кейденс. — В первый раз такое ощутила.

Хе. Ошибка интерпретации.

— У Беаты, можно сказать, детская травма, связанная с Твай. Она ревнует не меня, а к ней. Она считает, что Твайлайт превосходит её абсолютно во всем, в чем бы она ни пыталась с ней соревноваться, и любое упоминание соперницы ей как серпом по яй… нервам. Особенно когда оно касается магии и исходит от меня, она это считает почти предательством.

— Почему?

— Потому что я нанял её как раз как специалиста в области магии, но всё равно обращаюсь к Твайлайт. Никакой влюблённости в меня у неё нет, ей не по душе то, что я другого вида, — я усмехнулся. — Так что моя помощница меня уже заранее отшила.

— Извини, — смутилась Кейденс.

— Утешь же меня, о принцесса любви! — патетично воскликнул я. — Ибо сердце моё разбито навеки, а душа пребывает в руинах!

— А? — опешила аликорна.

— Да так. Неужели похоже, что мне нужно что-то в этом роде? — я усмехнулся.

— Нет, — признала она.

— Во-о-от. У меня вообще есть только одна проблема с личной жизнью. В неё суют свой любопытный нос слишком много аликорнов, — ехидно произнёс я и пошёл к двери. — Спокойной ночи, Кейденс.

— Спокойной ночи, — со смехом в голосе ответила она.


Общий завтрак с Джейд и Трикси прервал робкий стук в дверь. Открывать пошла единорожка, как хозяйка номера. Никак поклонники пожаловали, едва сменившись с дежурства.

— Прошу прощения. Скажите, человек сейчас у вас? — точно поклонник, голос мужской… стоп, это ко мне?

— Да. Арт!

Я поднялся и пошёл в сторону входа. За дверью неуверенно мялся жеребец с ресепшена.

— З-здравствуйте, — испуганно произнёс он. — К вам посетители.

— Сейчас спущусь, — кивнул ему я.

Кому это я понадобился с утра пораньше? В холле стояло четыре кобылки, все знакомые… в какой-то мере. Ну-ка, ещё помню? Сноуберри, Кристал Делв, Морнин Лэйв… и… нет, последнюю не помню.

— Доброе утро, девушки. Это вы ко мне?

— Мы, — Сноуберри, лукаво улыбнувшись, вышла вперёд. — Давно не виделись, Арт.

Была бы тут какая-нибудь одна, я, может, и пофлиртовал бы, но раз сразу четыре, то они по какому-то делу.

— Уже неделю, — согласился я. — Я чем-то могу помочь?

— Ага, — радостно кивнула Сноуберри. — Джейд вчера хвасталась косичками, сказала, что это ты заплёл. Мы тоже хотим!

Мля! Джейд! Я забыл её предупредить!!! Как отмазываться-то теперь? О!

— Извините, девушки, я сегодня очень занят, — с отработанным виноватым выражением произнёс я. — Государственное дело, можно сказать. Должен быть во дворце через час.

— У-у-у! — почти в один голос расстроилась вся четвёрка.

— Вечно Джейд успевает первой, — недовольно проворчала Сноуберри.

— Удачливая, — согласилась с ней Лэйв.

— Может, в другой раз, — улыбнулся я. — А сейчас мне пора.

— А это то же дело, из-за которого Азурит вчера не спала полночи? — поинтересовалась Кристал Делв.

— Ага, именно.

— Удачи вам там.

— Спасибо.

Я поднялся в свой номер, собрал в рюкзак все свои вещи, взял под мышку коробку с очками и спустился обратно в номер Трикси.

— Арт? Что-то случилось? — удивилась единорожка, увидев меня в полном походном снаряжении. — Мы уезжаем?

— Переезжаем, — уточнил я. — Я тепличный цветок, предпочитающий роскошную жизнь во дворцах. С принцессой подружился, теперь можно ей на шею сесть. У неё всё равно дворец пустует. Даже два.

Шокированное молчание.

— Шучу. Джейд, ты скольким своим подругам рассказала про то, что я косы умею плести?

— М-м-м… двенадцати!

— Отлично. Учитывая скорость распространения слухов, я теперь из теневого дворца носа не высуну, — мрачно резюмировал я. — Беата, тебе помочь собраться?

— Так мы переезжаем или нет?! — воскликнула она.

— Переезжаем.

— А принцесса знает?

— Пока нет… — я задумался. — Но если тебя это волнует, то можешь остаться здесь.

— Нет! — тут же вскочила единорожка. — Я ещё никогда не жила во дворце.

— Правильный подход, — одобрил я. — Тогда завтракаем, собираемся и идём.

В дверь опять постучались, только на этот раз решительнее. Трикси махнула головой, жестом давая понять, чтобы открывал я. Неужто ресепшионист решил сразу всех кобыл сюда перенаправлять? Съезжать, съезжать немедленно! Однако за дверью обнаружились два жеребца.

— Опа. Я опять что-то натворил? Или понадобился Кейденс?

Они удивлённо переглянулись.

— Нет, — неуверенно ответил Рубиланс. — Мы только заступаем на смену.

— А-а, а я-то думал, что раз вы в форме, то по служебному делу, — усмехнулся я. — Но раз нет, то ладно. Какими судьбами?

— Мы за сонными кристаллами, — ответил жеребец.

— Интендант потребовала их вернуть на обслуживание, — пояснил его напарник.

— Да не вопрос… — про кристаллы я только сегодня и вспомнил, когда рюкзак упаковывал, так что положил их на самый верх. — Вот.

Рубиланс положил кристаллы в свою седельную сумку, поблагодарил, и они оба тут же засобирались на выход. Всё-таки по делу приходили… ну, хоть не косы заплетать.

После завтрака и недолгих сборов, запихав весь реквизит для Беатиных фокусов (когда она только успела столько всего сделать?!) в ящик для трюка, мы выселились из отеля и направились во дворец. Кейденс, когда я объяснил суть проблемы, рассмеялась и сказала, что комнаты для гостей у неё всегда найдутся. И, естественно, очень полюбопытствовала, что за ящик. Беата гордо рассказала, что это для её нового трюка, чем очень заинтересовала Кейденс. Бедная аликорна, совсем ей заняться нечем… неужели Твайлайт ничего про Беату не рассказывала? Вполне может быть. Это для Трикси та стычка чуть ли не переломный момент в жизни, а для Твайки так, вторник… или какой там был день недели.

Выложив все вещи из рюкзака в выделенной мне комнате, я положил туда планшет, очки и запасную майку (в качестве демпфера) и пошёл узнавать у Кейденс, где обитает Коушес Тач. Принцесса и Трикси были в комнате напротив и увлечённо обсуждали разнообразные фокусы. Судя по отрывку их разговора, Кей и сама что-то такое умеет (видимо, следствие работы нянькой). Надо будет попытаться протолкнуть концерт Трикси с королевской поддержкой, но это позже.

Узнав куда идти, я вышел из дворца и стремительно направился в сторону реставрационной мастерской, которая находилась в начале третьего луча, буквально в двух шагах от дворца. Долбиться в дверь пришлось достаточно долго, и я уже думал, что реставраторши нет дома и можно возвращаться, когда она всё-таки соизволила мне открыть с крайне недовольной мордашкой.

— Как продвигается работа? — поинтересовался я.

— Я как раз готовила раствор, когда ты начал выламывать мою дверь, — недовольный взгляд. — Сейчас я пытаюсь разобраться с хрупкостью страниц. Не уверена, что стандартные рецепты подойдут, никто и никогда ещё не восстанавливал бумагу, которой несколько тысяч лет.

— Сколько именно?

— Не меньше двух, но не больше трёх. Точнее можно сказать только с помощью заклинаний.

Удивительно. У них уже три тысячи лет назад было книгопечатание. Технологии-то хоть поменялись с тех пор? Сомневаюсь.

— Ладно. Я готов к практикуму, — вздохнул я.

— Не будем зря тратить время, ты и так аккуратнее, чем большинство пони, с которыми мне приходилось работать, — фыркнула она. — Лучше иди и принеси ещё образцов, а то я знаю этих единорогов… едва они прибудут, как на всех остальных времени уже не останется.

Не нравится мне её тон.

— Что именно нести?

— Всё, что имеет художественную или историческую ценность, — она с сомнением посмотрела на меня и уточнила: — Книги, картины, вазы, гобелены. Стекляшки и гнилую ткань можешь оставить там.

— Задача ясна, — сухо ответил я.

— Тогда иди, — она бросила быстрый взгляд на часы. — Сено, раствор!!!

И, более не обращая на меня никакого внимания, она бросилась в дальнюю комнату. Дожидаться возвращения я не стал, вместо этого вернувшись во дворец. Вот же нахальное четвероногое… мало того что командует, как будто я ей по гроб жизни должен, так ещё и ведёт себя так, будто у меня IQ как у табуретки… была бы она человеком, разозлился бы. Но, поскольку она умильная пони, это только лишь забавно. Кстати об умильных пони, надо бы найти Кейденс и разобраться со снабжением меня раскопочным оборудованием.

Аликорны в её кабинете не было, а встреченные слуги и стражники только пожимали плечами. Ведомый мимолётным предположением, я пошёл в комнату Трикси, где застал картину, ничуть не изменившуюся со времени моего ухода — девчонки продолжали оживлённо болтать. Пришлось вновь их прервать.

После короткой беседы Кейденс ненадолго телепортировалась в неизвестном направлении и вернулась уже с Лайн, которой приказала мне всячески содействовать. Пони сказала, что сделать коробки с мягкой подкладкой не проблема, но ей нужны размеры и количество. В общем, потребовала техзадание, так что я взял фонарь и отправился исследовать закоулки теневого дворца — инвентаризировать артефакты и попутно искать ключ от библиотеки.

Бродил я там до позднего вечера. Нашёл ещё пять запертых дверей, три из которых вели в разные подсобные помещения (если брать за основу настоящий дворец), ещё одна в королевские покои, а последней в реальном дворце просто не существовало, на её месте была глухая стена. В дворцовых лабораториях нашлись какие-то рукописные журналы, на стенах нижних галерей — картины, а в тронном зале несколько гобеленов. На складах обнаружился запас кристаллов под зачарование, а в кухонных подвалах… ну, полагаю, когда-то это было съедобной органикой. Где-то две тысячи лет назад. Набросав очень примерную схему, я пометил на ней все точки интереса и написал примерный список и размеры коробок под всё это добро. Список я отдал Лайн, после чего поужинал в гордом одиночестве (Трикси и Кейденс словно пропали), отмылся от пыли и лёг спать.

Единственное, что мне запомнилось из последующих двух дней — небольшой праздник, устроенный Беатой в честь того, что к ней в полном объёме вернулась магия. Остальное не занятое сном время я работал грузчиком, вытаскивая из теневого дворца всё, что имело хоть какую-нибудь ценность. На третий день я проснулся от чужого взгляда. В дверях стояла Твайлайт с седельными сумками на боках, Спайком на спине и таращилась на меня так, словно видела в первый раз.

— Доброе утро? — поинтересовался я.

— Привет, — помахал мне лапкой Спайк.

— Артур, нам нужно поговорить! — с нажимом произнесла единорожка.

Звучит так, словно я в чём-то виноват.

— О чем?

— Об этом! — она магией выдернула из сумки газету и почти что кинула её в меня.

— М-м? А что та…

Мой взгляд упал на заголовок.

— Чего-о-о-о?! — возмущённо завопил я.

— Я же говорил, что это ерунда, — победно заявил Спайк.

— Арт, я хочу знать точно! — воскликнула Твайлайт, но тут же смутилась и сбавила тон. — У тебя есть чувства к Селестии?

— Нет! — открестился я.

Единорожка с облегчением выдохнула.

— Твай, ты только с поезда? — поинтересовался я. — Давай ты сначала разместишься, а потом мы позавтракаем и спокойно поговорим.

— Я могу и сейчас… — начала она.

— А я не могу, — отрезал я. — Мне надо посетить туалет. Зайди минут через десять.

— Ой! Извини, — она страшно покраснела и тут же телепортировалась.

Отличный способ сбежать из неловкой ситуации! Мне бы так.

Быстренько разобравшись с утренней рутиной, я развернул принесённую Твайкой газету. «Профессор и принцесса — история безответной любви», провозглашал заголовок. Чуть ниже была метка — «журналистское расследование». Мне уже страшно.


В свете недавних событий в Кристальной Империи возникло множество слухов о тайной связи между светлейшей принцессой Селестией и новым профессором Кантерлотского Университета, иномирцем Артуром. Вы все знаете подробности — человек стряхнул пыль со старой традиции «песен любви», появившейся ещё до Объединения и признался в своих чувствах на всю Кристальную Империю. Злые языки дошли до того, что обвинили его в попытке устроить свою судьбу, пробравшись в постель самой правительницы Эквестрии, а некоторые даже предполагали попытки влиять на внешнюю и внутреннюю политику. Будучи лично знакомой с профессором, я не поверила ни одному слову и, с одобрения редакции, провела собственное независимое расследование. Я была уверена, что столь рассудительный жеребец как профессор Артур не пошёл бы на такой отчаянный шаг как публичное признание, не попробовав сначала что-нибудь другое, и, восстановив события начиная с самого его прихода в наш мир, я в этом убедилась. История Артура — это история внезапной и, увы, несчастной любви.

Мля-я-я… предчувствия меня не обманули!


Чтобы показать вам всю цепочку событий, которая привела к инциденту в Кристальной Империи, мне придётся начать с самого начала. Как вам уже известно, появление Артура в этом мире произошло во время грозы над Вечнодиким Лесом, из-за которой начался пожар, грозивший перекинуться на Понивилль. Но почти никому не известно, в каком состоянии он прибыл. Обратившись за комментариями в больницу Понивилля, я узнала, что человек был скорее мёртв, чем жив, и спасти его удалось лишь благодаря своевременным действиям трёх носительниц Элементов Гармонии. Некоторые пони всерьёз обвиняют профессора в шпионаже и возможном желании захватить власть в Эквестрии — но задумайтесь! Что за шпион, едва не умерший от ожогов в чаще Вечнодикого?

Находящегося в тяжёлом состоянии человека переправили в Кантерлотский Межвидовой Госпиталь, и именно туда я направилась дальше. Пони, пожелавшая остаться неизвестной, рассказала, что глаза человека были тяжело повреждены, и для их нормального восстановления после лечения первые два дня он носил не пропускающую свет повязку. Когда же её наконец-то сняли… пишу, и у меня щиплет глаза от этого трогательного момента… когда повязку сняли, человек был настолько поражён красотой нашей дневной правительницы, что счёл всё происходящее галлюцинацией. Чтобы переубедить его, принцесса позволила себя коснуться. И именно в этот момент родилось то чувство, которое двигало всеми его дальнейшими поступками.

Как всё-таки важно правильно интерпретировать информацию! Факты изложены верно, но небольшое смещение акцентов — и всё перевернулось чуть ли не с ног на голову. Журналисты — страшные лю… пони.


И вновь я отвечаю злым языкам, предполагающим, что человек опасен — принцессы оказали ему высочайшее доверие не просто так. В госпитале меня заверили, что были проведены тщательнейшие исследования, показавшие, что существо действительно из другого мира, не владеет магией, не имеет естественного вооружения вроде зубов и когтей и не болеет ничем, что могло бы передаться нам с вами. Мне также удалось узнать, что обе принцессы долго говорили с человеком, прежде чем позволить ему жить среди нас, и я уверена, что лучшего гаранта безопасности не нужно ни одной разумной пони. Возможно, именно после этих бесед он впервые признался в любви солнечной принцессе, а может, тогда он ещё не осознал свои чувства — мы никогда об этом не узнаем. Всё, что известно об этом периоде его жизни — то, что диархи поручили его адаптацию к нашему миру Твайлайт Спаркл, ученице принцессы Селестии и носительнице Элемента Магии. Так наш будущий профессор отправился в Понивилль.

О последующих двух неделях неизвестно ничего. Жители Понивилля не припоминают, чтобы он часто появлялся на улице, но, судя по тому, что произошло потом, человек не просто привыкал к новому миру, но и искал возможность заявить о себе. Все помнят момент, когда на прилавках музыкальных магазинов появилось множество новых альбомов, объединённых в коллекцию «Музыка другого мира». Именно тогда я впервые познакомилась с профессором лично. Сначала он произвёл на меня пугающее впечатление — огромный, не меньше самой принцессы, почти без шерсти, неэмоциональный и странно-блеклый… но все мои опасения рассеялись, когда я начала брать у него интервью. Столь мягкое, доброжелательное и внимательное отношение встретишь отнюдь не каждый день, и, даже несмотря на то, что журналистов, заинтересовавшихся внезапной сенсацией, было больше двух десятков, он всегда звал нас по именам. Тогда мне казалось, что он решил заняться шоу-бизнесом, пользуясь своей уникальностью как способом привлечь внимание, однако сейчас, зная истинную причину его действий, я поняла, что он искал не известность, а финансовую независимость. Я не могу оглашать сведения, которыми со мной анонимно поделилась одна сотрудница «Звука Эквестрии», но уверяю вас — гонорар, полученный человеком за свою музыку, позволит ему жить в своё удовольствие ещё очень и очень долгое время, даже не задумываясь о браке по расчёту. Многие в редакции возразили мне, что музыку написал не он, а значит, и биты он получил не по совести. Но я говорила с его бизнес-партнёром, известной ди-джей пони Винил Скрэтч, и она заверила меня, что без него пони бы никогда не услышали чарующих мелодий другого мира, поскольку технология, которой пользуются человеки не содержит в себе ни грана магии. Винил Скрэтч дала мне послушать первые записи, сделанные методами доступными единорогам, и они ужасны. Именно Артура надо благодарить за разработку метода, позволившего перенести музыку его мира на кристаллы в том качестве, в котором мы наслаждаемся ею сейчас. И, как нам и было обещано, Артур с Винил перевели все тексты, какие только смогли. Мы не имеем права не быть благодарны за этот огромный вклад в нашу культуру!

Да, мы офигенные. И совсем-совсем не пираты! Ну, по крайней мере, Винил — точно.


Вопреки глупым слухам, гуляющим сейчас среди пони, именно в знаниях человека и кроется причина, по которой он стал профессором уважаемого Кантерлотского Университета. Даже удивительно, сколько сплетен окружают личность Артура. Например, слух о необычной близости протеже принцессы Твайлайт Спаркл и человека. Я обратилась за комментариями к самой носительнице Элемента Магии. «Мы всего лишь друзья!» — с видимым смущением заявила мне она, и я, признаться, подумала, что этот слух оказался правдой, но дальнейшее расследование показало — я увидела то, что хотела увидеть. Причина смущения юной единорожки крылась в другом — её обликом воспользовался чейнджлинг, и, думаю, все согласятся, что появившиеся в результате слухи действительно неприятны для всех участников. Возможно, чейнджлинг тоже превратно понял взаимоотношения друзей или не нашёл никого ближе, поэтому и принял облик Твайлайт для того, чтобы пробраться в дом Артура, но при попытке соблазнения был не только разоблачён, но даже пойман! Не сталкиваясь ранее с подобными существами, человек оказал ему первую помощь и отнёс в больницу (что подтверждено персоналом). Редкое присутствие духа в опасной ситуации. Вряд ли многие пони смогли бы сделать так же, впервые оказавшись с чейнджлингом лицом к лицу. Или даже не впервые — я сама до сих пор с содроганием вспоминаю события, произошедшие во время свадьбы принцессы Ми Аморе Каденции. Этот эпизод показывает, что человек сумел сохранить верность своим взглядам даже под воздействием магии перевёртышей. Чистота его любви сильнее туманящего разум колдовства.

Я хмыкнул. Чистота моей любви… как говорится, no comments. Блин, чем дольше читаю, тем явственнее ощущение, будто живу в аквариуме!


И вот наша история плавно подходит к тому моменту, где профессор Артур получает свою должность. Множество слухов об этом событии гуляют по Кантерлоту, и все они подозрительно изобилуют подробностями, которых никто бы не смог увидеть. Злые языки говорят, что первой под чарами человека пала принцесса Луна. Якобы ночью в купальне замка человек с нашей ночной правительницей… я нижайше прошу прощения, но нравственные ограничения не позволяют мне расписывать подробности. Тем более что как журналист, я не могу не видеть огромную дыру в этой истории. Хоть мы и стараемся не говорить об этом, но всем известно, что принцесса Луна находилась в заточении последнюю тысячу лет, и её манеры, нрав и характер не претерпели никаких изменений с тех пор. Я знаю пони, которые могли бы нарушить правила приличия ради дешёвой сенсации, но даже среди них нет тех, кто решился бы вызвать гнев ночной правительницы подобным деянием. Поэтому я изо всех сил старалась найти источник этих слухов… и, чего и стоило ожидать, не нашла. История о ночном массаже принцессы Селестии в королевских садах того же рода — все лишь «слышали» о ней, не более того. Как ни прискорбно это признавать, но, похоже, всё ещё есть пони, способные на столь возмутительные выдумки. Факты же может собрать любой желающий: после того как профессор Артур приехал в Кантерлот, четыре дня принцесса Луна правила Эквестрией единолично. Принцесса Селестия и профессор Артур в это время пропадали где-то в лабораториях дворца. И я уверена, что они работали над чем-то потрясающим. Некоторые намёки на это мне дали и пони, знающие профессора лично. Но самое важное открытие я сделала, когда запросила у Кантерлотского Университета приказ о назначении. Он подписан ректором Селестией за четыре недели до этих событий!

ЧЕГО?!!! За четыре недели?! Я прикинул сроки. Получалось, что приказ о моем назначении профессором был подписан как раз после того разговора, где она дала мне три месяца на раздумья. Тия, ах ты ж хитрая белошкурая солнцезадая бестия! Ну погоди, вернусь в Кантерлот и… и… чёрт. Да что я ей сделаю?


Скорее всего, именно в эти дни профессор решил, что он готов к следующему шагу и признался принцессе в любви. Возможно также, что это признание было уже не первым, но теперь Артур не был неизвестным иномирцем, а достойным гражданином Эквестрии… но он всё же получил отказ. Лишь этим я могу объяснить то, что произошло потом. То, о чем с благоговением говорит вся королевская стража!

О нет. Она и об этом пронюхала?!


Веря в то, что даже в самой злой душе всегда есть место добру, принцесса Селестия привезла заточенного в камне духа хаоса, Дискорда, на перевоспитание к носительницам Элементов Гармонии. Неизвестно откуда узнав об этом и, возможно, думая, что спешит ей на помощь, профессор Артур прибыл на место верхом на огромном древесном волке. Да-да, здесь нет никакой ошибки! Я не знаю, что толкнуло его на этот безумный шаг — попытка ли сразить принцессу или свести счёты с жизнью, но нахожусь под впечатлением до сих пор. Возможно, потому, что Винил Скрэтч показала мне этого древесного волка. До сих пор не верю, что смогла остаться на месте! Наверное, мне просто отказали и ноги, и крылья, когда я поняла, что он даже не привязан. Винил сказала, что древолк полностью подчиняется профессору и даже слушается пони, если ему так приказано. И в доказательство своих слов она прокатилась! На древолке!!! Я не знаю, как профессору удалось подчинить ужас Вечнодикого леса. Но жеребец, способный на такое, достоин любви как ни один другой.

Герой, ага, мечта юных дев. Приручил льва и положил его рядом с ягнёнком. Боже… тут ещё и фотографии есть. Винил рядом с Листиком, видимо, для масштаба, и Винил верхом.


Тем печальнее, что тоска неразделённой любви толкает человека на всё более и более саморазрушительные поступки. Жители Понивилля отлично помнят взрыв, грянувший не так давно на окраине их тихого городка, но не все знают о его причине. Человек ввязался в драку с самим духом хаоса, чьё перевоспитание сложилось совсем не так удачно, как предполагала принцесса Селестия. В последний момент, когда, казалось, всё было потеряно, и Дискорду удалось настроить одну из носительниц Элементов против других, Артур сумел спровоцировать духа хаоса напасть на себя и тем самым вновь сплотил подруг против общего врага. Злодей был вновь заточен в камне, и, возможно, только благодаря Артуру мы всё ещё живём в той Эквестрии, к которой привыкли. Но для него это не прошло даром — человек вновь попал в больницу в очень тяжёлом состоянии и выжил лишь благодаря высокому профессионализму персонала госпиталя.

Тем удивительнее, что не прошло и недели, как профессор вновь решил попытаться завоевать нашу неприступную правительницу. На этот раз — с помощью самой принцессы Любви. Ведомый советом Ми Аморе Каденции, профессор Артур с помощью носительницы Элемента Смеха, Пинки Пай, устроил фестиваль собравший на себе большую часть Кристальной Империи, где и исполнил свою песню, с текстом которой вы уже наверняка ознакомились. Подробности того, что случилось позже, замечательно осветил мой коллега в прошлом выпуске «Крыльев Эквестрии», и я не буду приводить их снова. Вместо этого я добавлю кое-что, о чем никто из журналистов ещё не писал — каков в повседневной жизни жеребец пытающийся завоевать любовь нашей принцессы. Зная о его хищной природе и прочтя выше обо всех решительных действиях против чейнджлинга, древолка и духа хаоса, вы, возможно, думаете, что он груб и опасен, но… я просто предоставлю слово тем, кто знает его лично.

Кажется, у меня даже в подмышках волосы дыбом встали.


Винил Скрэтч, известная диджей: «…когда он отказал мне на предложение затабуниться, я и подумать не могла, что его сердце принадлежит другой? *вздыхает* Эх, а я так надеялась найти чуткого, доброго жеребца, источник вкусняшек и почесушек… Эй! Это не надо записывать!»

Пинки Пай, известная вечериночная пони и носительница Элемента Смеха: «…представляете, он для каждой-каждой партнёрши находил подходящие слова! Это было та-а-а-к романтично — слушать, как он говорит про то, как нежные прикосновения моих лапок отдаются теплом в его груди! Мне не терпится устроить ещё одну вечеринку, как я вспомню об этом!»

Сноуберри, жительница Кристальной Империи «…от его нежных слов у меня кружилась голова, я думала, что растаю в его необычных лапах прямо в танце!»

И такой ерунды ещё на половину страницы. К моему ужасу, там даже нашлись жеребцы. Карвин, восхищавшийся моими многочисленными талантами и желающий во всём быть на меня похожим (я назову это «синдром Скуталу»), капитан Стронгхолд, который «тоже хотел со мной потанцевать» и, видимо, чтобы мне не хотелось убиться тапочком — Перфект Майт, который сказал, что я «отличный парень».

Я аккуратно сложил газету и подошёл к зеркалу — нужно было срочно удостовериться в целостности образа. Проверить, что нимб светится ровно на расстоянии ладони от бровей, прихорошить перья лебединых крыльев, что там ещё порядочные ангелы делают? Охо-хо, какая отвратительная заказуха! Вопрос только в том, чья. Селестия решила, что хорошего понемножку и пора бы расставить точки над «ё»? Кандидатура очевидная, но мотивации нет. Слухи её совершенно не волновали, мне даже показалось, что её это развлекает, будто она уверена, что к её безупречной репутации никакая грязь не прилипнет. Вряд ли моё «признание в любви» что-то принципиально изменило — разве что теперь мне гарантированы её подколки до конца моей жизни.

Может, Луна? Нет, услышь она, что за ней кто-то подглядывал, и газетам бы пришла хана. Боевые способности ночной принцессы я уже пронаблюдал, двери на раз испаряет. Но если не она… да больше и вариантов-то нет. Из всех, кто обладает хоть какой-либо властью и знаком со мной на ум приходит только Блюблад, но мы не такие большие друзья, чтобы он в мою честь заказывал подобную осанну. Что ведёт к пугающему выводу: это личная инициатива автора статьи. По её утверждению, она со мной встречалась… ну-ка, чей опус?

Фликервинг, специально для «Крыльев Эквестрии». Даже в памяти копаться не пришлось, сразу вспомнил. Небольшая, живая и очень шустрая пегаска с темно-серой гривой, светло-серой шёрсткой и яркими глазами. Я даже помню, что размышлял над тем, какой же именно цвет в них преобладает, янтарный или грейпфрутовый. Среди мельтешения разноцветных журналистов она была настоящим отдыхом для глаз, так что я смотрел на неё довольно часто… а ещё она одна из тех пони, которые со мной флиртовали. Я тогда полагал, что это часть её профессионального стиля, и реагировал так же, как и на Винил. То бишь напрочь игнорировал. Это что, она мне так отомстить решила? Или наоборот, помочь?

— Артур, ты закончил? — раздался за дверью знакомый голос.

— Да. Заходи, — пригласил я единорожку и отложил газету.

— Уже прочёл? — спросила Твайлайт. — Что скажешь?

— Боюсь, что для того чтобы полностью выразить все мои чувства по поводу прочитанного, мне придётся перейти на родной язык. На эквестрийском хорошо писать стихи, но для ругани он совсем не годится.

— Значит, это всё ложь? — прищурилась единорожка.

— В больнице ты присутствовала, — напомнил я. — Про древолка знаешь чуть ли не из первых рук…

— Я про слухи, — прервала меня она.

Упс.

— Правда, — признал я.

— И про Луну? И С-С-Селестию?

— В этом, между прочим, ты виновата, — хмыкнул я. — Кто им сказал про массаж?

— Массаж? — она удивлённо хлопнула глазами.

— Массаж. А слухи про что? — удивился я.

— Ну, самые невинные действительно только про массаж… — смутилась Твайлайт.

— А остальные?

Она покраснела аки маков цвет. Открыла и закрыла рот, словно вытащенная из воды рыба. Я ухмыльнулся.

— Ты знаешь о чём! И приличные кобылки о таком не говорят! — воскликнула она возмущённо. — А ещё я узнала, что такие слухи ходят и про нас! Н-немыслимо!!!

— Это всё Винил, — вздохнул я. — Когда я сказал ей про чейнджлинга, она на весь Понивилль завопила что-то вроде «тебя хотела изнасиловать Твайлайт?».

Слабый, какой-то судорожный выдох, и единорожка рухнула на круп.

— Я же теперь там в глаза никому посмотреть не смогу… — прошептала она.

— Да ладно тебе. Я тогда с той же громкостью крикнул, что это был чейнджлинг, так что все знают, что это неправда. И в статье опять-таки про это же написано.

— Всё равно… это ужасно, это просто ужасно… — простонала она. — Ещё хуже, чем когда газеты писали про меня…

Какая интересная оговорка!

— А про тебя тоже что-то такое писали? — улыбнулся я.

— Да! — воскликнула она. — Вроде бы всё и правда, но такими словами, что казалось, будто я опасная и неуравновешенная кобыла! А после той фотографии стало ещё хуже!

— Какой фотографии?

— На свадьбе Кейденс, когда мы дрались с целым роем чейнджлингов, — грустно вздохнула она. — Какой-то спрятавшийся журналист фотографировал из окна, и на всех опубликованных фотографиях я выгляжу как кровожадная маньячка!

Обязательно попрошу её у Спайка!

— Ну-ну, не расстраивайся, — я успокаивающе погладил её по гриве. — Давай на обратном пути выйдем на денёк в Кантерлоте и будем соответствовать образу. Я буду распевать песни под балконом Селестии, а ты тем временем втихушку перебьёшь всех журналистов, слетевшихся на запах сенсации.

— Артур! — рассмеялась Твайлайт. — Не говори таких страшных вещей с таким серьёзным видом!

— Как скажете, профессор Спаркл, — пафосно ответил я.

— Прекрати так меня называть, — потребовала единорожка и улыбнулась. — Здесь только один профессор, и это не я.

— Да, у меня тут прям головокружительная карьера, — хмыкнул я. — Но пока хотя бы работать не заставляют.

— Тебя и заставлять не надо, — весело возразила она.

— Хм… тоже верно. Охота пуще неволи, как говорят у меня на родине, — я задумчиво посмотрел на единорожку. — Ты с Кейденс уже виделась?

— Нет, — она отвела взгляд. — Я её так подвела, что мне стыдно смотреть ей в глаза!

Один из тех моментов, ради которых стоит изучать психологию. Интеллектуальное удовольствие от ощущения собственной правоты. Наверное, у математиков оно ещё сильнее, но там и затраты усилий выше…

— Так и думал, — хмыкнул я. — Она, кстати, не хотела тебя звать, это я настоял.

Единорожка вздрогнула, как от удара.

— Думала, что отвлекает тебя от важных дел, и что она была плохой хозяйкой, раз не нашла на тебя времени, — Твайлайт удивлённо подняла голову, а я продолжал. — И так нагрузила работой, что ты даже с братом толком не виделась. И когда ты практически удрала, она решила, что обидела тебя.

— Какая глупость! — возмутилась единорожка.

— Это почти цитата того, что она мне сказала два дня назад. А я ей сразу сказал, что у тебя комплекс Атланта, и теперь тебя надо спасать, пока ты не утонула в собственном стыде.

— Так и сказал?! — ужаснулась Твайлайт, и тут же поинтересовалась. — А что такое «комплекс атланта»?

— Атлант это такой миф моего мира, про человека, который держал на плечах небо. А комплекс атланта — это болезненная уверенность в том, что без тебя, образно говоря, небо рухнет. И нет, сказал я ей это другими словами, что не отменяет сути.

— Интересно… — её глаза загорелись любопытством. — Ты раньше никогда не рассказывал мне про вашу мифологию.

— Так, — я погрозил ей пальцем. — Не меняй тему. У вас с Кейденс есть проблема, так что иди и разберись с ней. Я никуда не денусь.

— Ты в прошлый раз тоже так говорил! — возмутилась Твайлайт. — А потом исчез, как в Тартар провалился!

— В прошлый раз я соврал, — ехидно ответил я. — Я же тебя предупреждал уже, что я страшный лжец. Но в этот раз я говорю правду, только правду и ничего кроме правды.

— Если только не врёшь, — проворчала она с улыбкой.

— Если только не вру, — согласился я. — Но есть только один способ узнать точно, так что шуруй.

Твай хихикнула и выбежала из комнаты. Я же снова взял газету и внимательно перечитал статью. Судя по многочисленным отсылкам, тема моих отношений с Селестией теперь у всех на слуху… насчёт того, что в очередной раз всё переврали — ладно, моим планам это никак не мешает, даже наоборот, создаёт правдоподобное объяснение для особо недоверчивых вроде Оникс. Мне в этом всём только одно непонятно — как они узнали?! Надо будет поболтать с Фликервинг в следующий раз, как буду в Кантерлоте. Так-с, сделать заметку в планшете… готово. Теперь пробежаться и можно завтракать.

Пару раз оббежав дворец по нижней галерее, я пошёл к Трикси, в комнате которой застал ещё и Джейд с Азурит.

— Привет, Арт! — помахала мне лапкой фиолетовая пони и зевнула.

— Доброе утро, — я с интересом посмотрел на Азурит. — А ты тут чего делаешь?

— Просто решила узнать, куда кобылка моего табуна ходит каждое утро, — хихикнула та. — Нельзя? Я нежеланная гостья?

— Можно-можно. Но лучше узнай, чего это она такая сонная сегодня, — усмехнулся я.

— У нас вчера праздник был. Гарнет наконец-то научился гипнотизировать Сфену, — сообщила Джейд.

— Ну тогда передавай ему мои поздравления, — улыбнулся я.

— Обязательно, — она ещё раз зевнула.

— Арт, ты сегодня занят? — спросила Беата. Что-то она сегодня подозрительно радостная.

— Со второй половины дня. Приехала Твайлайт и кантерлотские маги, так что начинается основная фаза исследования второго дворца.

— Я хотела обсудить дизайн твоего костюма, — единорожка пропустила упоминание Твай мимо ушей.

— Уже? — удивился я. — Ладно. И не то чтобы я был против, но чего это ты такая счастливая?

— Кейденс разрешила мне выступать на главной дворцовой сцене!!! — выпалила Трикси, улыбаясь до ушей. — И даже обещала помочь с рекламой!

— Поздравляю, — улыбнулся в ответ я. — Когда?

— Завтра! Сегодня собирают сцену и развешивают плакаты, а завтра выступаем!

— Эм… а не слишком ли быстро? Вообще-то, номер со шпагами у нас не слишком хорошо отработан.

— Я последние пару дней тренировалась вместе с Кейденс, так что всё получится, — отмахнулась Трикси. — Пары репетиций будет достаточно.

— А реквизит?

— Принцесса помогла с ресурсами, так что я уже сделала всё, что может понадобиться, — она закопалась в шкаф, и достала оттуда расшитый звёздами плащ и остроконечную шляпу c загнутым кончиком. — Даже свой костюм!

Шустрая, как вода в унитазе! Всего пару дней как магия к ней вернулась — а у неё уже всё схвачено!

— Остался только твой, — со счастливой улыбкой сказала она. — И ты будешь нужен мне завтра вечером. Обязательно! Это моё первое большое выступление за два года!

Блин… ладно. Она ж разве что только от радости не прыгает, не буду портить ей счастливый момент.

— Ну и во что ты хочешь меня обрядить? — спросил я.

— Я потому тебя и спрашиваю. Ассистентка Найджела носила только шляпу, а у Хуфдини это всегда были жеребцы модельной внешности без одежды… — глаза Трикси мечтательно затуманились на пару мгновений. Видимо, видела себя в таком же антураже.

— Я раздеваться не буду, — отрезал я. — Люди ходят раздетыми только в ванную или постель.

— Жа-аль… — тихонько протянула Азурит.

Тьфу ты! Ещё одна!

— Нет-нет, я и не собиралась тебя о таком просить, — ответила Трикси. — Просто хотела узнать, как одевают ассистентов люди.

— Хм. Обычно, иллюзионисты мужчины, а ассистенты — юные девушки с хорошей фигурой. Для эстетичности, — я хмыкнул. — Но если вообще, то ассистенты одеваются в зависимости от фокуса, в котором нужно их участие. Для левитации это свободно развевающиеся одежды, позволяющие скрыть оборудование, а для опасных трюков это обычно что-то, создающее нужную атмосферу… в играх с огнём и металлом это почти всегда что-то черное.

— Чёрное… — Трикси задумчиво пожевала губу.

— Как вообще будет проходить фокус? — я ухмыльнулся пришедшей мне в голову идее. — Мы ведь отрабатывали только сам ящик, но не всё остальное.

— У тебя сейчас вид, как когда ты мне рассказывал план пранка для Дэш. И я не хочу пугать своих зрителей до полусмерти!

— Ты выслушай сначала! — возмутился я. — Там нет ничего страшного!

— Да ну?

— Ну да. Значит, одеваем меня во что-нибудь как можно более чёрное, скрывая вообще всё, кроме глаз. Этакая живая тень. Я появляюсь на сцене в клубах чёрного дыма, после того как ты имитируешь какое-нибудь заклятие. Не знаю, какой-нибудь призыв живой тени или что-то вроде. А потом, пока ты забираешься в ящик, я одну за другой достаю шпаги. О! Я их буду ронять острием вниз, и они будут втыкаться в сцену. Чтобы никто не сомневался, что они настоящие. Потом сам фокус, а потом ты заставляешь меня исчезнуть, тоже в клубах дыма.

— Там же будет ящик с кристаллами, реагирующими на магию! Кроме того, ты говорил, что тебя нельзя телепортировать!

— А мы сделаем как в моем мире. Под сценой установим специальный подъёмник и два люка. Через первый меня поднимет на сцену, а через второй я провалюсь сквозь неё.

— Это можно, — единорожка улыбнулась. — Хорошо, давай так и сделаем!

— Только шпаги надо переделать, чтобы у них острие было тяжёлое и острое. И на сцене должны быть доски, а не кристаллы. И ещё надо где-то достать ткань.

— Я могу принести! — вмешалась Джейд. — У деда был один неудачный эксперимент, и после него осталась очень чёрная ткань.

— Неси, — согласилась Трикси.

— А что за фокус-то? — с интересом спросила Азурит.

— Профессиональный секрет!

После завтрака Джейд умчалась за тканью, Азурит пошла встречать своих археологов, а Трикси стала переделывать реквизит. Перебалансировала шпаги, и до возвращения Джейд мы даже несколько раз успели прогнать фокус. Получалось у Трикси просто идеально… я даже немного завидую тому, как легко пони учатся.

Потом вернулась Джейд со своей «очень чёрной» тканью. Признаться, я не ожидал, что за понячьим термином «очень чёрная» скрывается что-то типа земного vantablack. Завернувшись в неё, я посмотрел на себя в зеркало и восхищённо покачал головой. То, что надо! Для полноты образа не хватает только косы… ну, обойдёмся пока шпагами. На этом моё участие в подготовке выступления закончилось, и я пошёл наверх, знакомиться с магами и работать. Так и не спросил у Кейденс, сколько мне за всё это заплатят.

Помимо Твайлайт, магов было четверо, и троих из них я уже знал — те же самые два жеребца и кобылка, которые разгребали последствия взрыва на яблочной ферме. Меня быстренько представили четвертой, и мы перешли к делу. Я рассказал всё, что успел узнать за это время — про подозрительные потоки магии и дыру в пространстве.

Твайлайт тут же спросила про библиотеку, и я на мгновение ощутил гордость. Хоть одна пони про это подумала! Так что я рассказал про найденные пять дверей с отсутствующим ключом и поинтересовался насчёт принципа работы этих RFID-карт. Оказалось, что взломать двери не выйдет, поскольку ключ — аналоговый и создаётся с помощью специального «заклинания сродства», из-за чего его нельзя ни подделать, ни скопировать. Сколько их было создано во время наложения заклинания, столько и есть. В итоге, единственный способ открыть эти двери — банально выбить их силой, но для этого надо сначала попасть внутрь.

Спор, который разгорелся между единорогами после этого, заставил меня в полной мере ощутить свою магическую ничтожность. Надо подучить терминологию, тогда все эти «потоки Хорнвайза», «переходы Старсвирла» и «постоянные Фракчера» перестанут быть таким уж… чайником Рассела. Впрочем, если не вдаваться в детали, то суть спора была ясна. Как и я, они теоретизировали над способом, которым было воздвигнуто это «зазеркалье». Наконец, единороги договорились о трёх наиболее вероятных теориях и разбились на парочки. Мне досталась Твайлайт, которая тут же услала меня фотографировать потоки энергии.

Когда я вернулся с шестью самыми интересными снимками, мне вручили набор кристаллов, которые надо разместить в теневом дворце для сбора информации. Для защиты от воздействия потока их упаковали аж в пять магозащитных колб по принципу матрёшки. Это помогло — за то время, которое коробка с колбами пролетала через дыру, лопнуть успели только три. Разместив кристаллы в соответствии с выданной схемой, я вернулся и отвёл в сторону Твайлайт.

— Слушай, а может, мы туда портал прокинем? — спросил я.

— Портал? — она задумалась. — Можно было бы попытаться, но нам надо знать координаты конечной точки, а для этого нужен единорог. Если завернуться в защиту…

— Трикси уже попробовала. Потом три дня без магии провела, и то, можно сказать, легко отделалась, — я сразу отмёл в сторону этот вариант. — Если защита откажет, когда будем проходить сквозь поток, то я даже не знаю, что с вами случится.

Единорожка поёжилась.

— Тоже верно.

— Может, можно как-то записать это заклинание в кристалл? — предположил я.

— Такого заклинания для кристалла нет, — покачала головой она и задумалась. — Я могу видоизменить заклинание отслеживания… нет…

— Почему нет?

— На тебе заклинания не держатся. И в том магическом потоке, который течёт во второй дворец оно просто распадётся. Но даже если и сработало бы, то заклинание покажет все точки, через которые ты проходил, и мы никак не узнаем, какая из них верная.

— То есть? — удивился я. — Разве по их последовательности не будет понятно?

— Нет, — улыбнулась она. — В магических координатах нет никакой системы.

— Не может быть.

— Мы её так и не нашли.

— Может, я найду. Проверим?

Какой у неё снисходительный вид!

— Давай.

Мы начертили мелом пятиметровую сетку, разлиновали её метровыми квадратами, и Твай продиктовала мне координату каждой. Заклинание отдаёт координату как одно 26-тизначное число. И в них действительно нет никакой видимой системы.

— А что используется как начало отсчёта?

— Прости?

— Ну, в смысле… — я защёлкал пальцами, пытаясь сформировать мысль. — Ну, вот как это заклинание определяет, где ты находишься? Должны же быть какие-то ориентиры, относительно которых выдаётся это число?

— Это работает не так, — рассмеялась Твайлайт. — Скажи, какое сейчас расстояние от тебя до той стены?

— Ну… около трех метров.

— Как ты это определил? — улыбнулась она.

Я замолк.

— То есть, ты определяешь эту координату эмпирически? Она кажется для этого слишком большой и слишком точной.

— Это сложно объяснить не-единорогу, — произнесла Твайлайт и ненадолго задумалась. — Представь, что ты можешь увидеть точное расстояние от себя до стены, если поднимешь правую руку и подожмёшь левую ногу. То есть, на самом деле всё и проще и сложнее, если…

— Я понял, — прервал её я. — Для тебя это естественно как ходьба. Не надо думать, с какой ноги начинать, какие мышцы напрягать в какой последовательности, как переносить вес, ты просто берёшь и идёшь.

— Да, именно! — улыбнулась она. — Заклинания просто описывают, как правильно действовать, чтобы получился нужный результат. Как музыка, только вместо мелодии я слышу цифру. Не в том смысле, что слышу как голос…

— Понял, понял, — я улыбнулся.

Да уж, понял… я просто неверно подхожу к вопросу. Это не электроника, и нельзя рассматривать процесс как цифровой. Математика — это только вершина айсберга, способ формальной записи и преобразований, которые можно использовать после, а «изнутри» это музыка. Понятно теперь, почему её так сложно записать в кристаллы. Не очень понятно, почему цифра так различается, несмотря на сдвиг всего лишь в метр… хэш? Не, вряд ли.

— Идея с порталом была хорошая, — утешила меня Твай. — Если бы нам удалось протащить внутрь единорога, это был бы лучший способ.

— Угу, — вздохнул я. — Ну ладно. Кристаллы собирать ещё не пора?

— Уже можно, — разрешила она.

И снова началась работа, только теперь уже не грузчика, а курьера. Тут-то я и понял, что зря жаловался раньше. Пока я был грузчиком, мне не надо было по пятьдесят раз за полдня подниматься по лестницам на вершину дворца. Профессор, блин, Кантерлотского Университета… топ-топ менеджер в лучшем случае!

На ночь единороги решили сделать перерыв, и я понадеялся было, что на сегодня мои мучения окончены, и я смогу принять душ и лечь спать. Но не тут-то было! Трикси поймала меня буквально на подлёте к подушке и потащила примерять костюм.

Беата сделала для меня что-то вроде плаща до пола, с широкими рукавами, капюшоном и маской. Причём разрезы для глаз были замаскированы каким-то затемнённым кристаллом… это может и помешать, но посмотрим. Но выглядело-то как! Шик! Интересно, у Шарм сохранился способ, которым сделали эту ткань? Все что осталось для полноты образа — длинные перчатки, которые Беата сделала прямо на мне без единой нитки. Оказывается, кристальные ткани не сшивают, а магически склеивают.

— Превосходно, — одобрила она, взглянув на меня в полном облачении.

— Однозначно, — согласился я. — А дымовые шашки сделала?

— Да. И насчёт подъёмника и люка тоже договорилась, — она радостно зацокала лапками по полу. — Это будет моё лучшее выступление со времён Мэйнхэттена! Завтра с утра генеральная репетиция.

— Ни сна, ни отдыха измученной душе, — вздохнул я.

— Наш трюк завершающий, так что ты успеешь выспаться, — заверила она меня и улыбнулась. — Да, так будет даже лучше.

— Почему? — удивился я.

— Я не хочу, чтобы ты видел всю репетицию, тогда я смогу удивить тебя завтра вечером! — с улыбкой объяснила она, а затем нахмурилась. — Ты ведь будешь смотреть выступление?

— Конечно, — заверил её я. — Если успею купить билетик. Эти кристальные пони так охочи до зрелищ…

Меня как громом поразило. Ну конечно же! Наш с Пинки стихийно организованный фестиваль был перед самым объявлением о месте проведения игр! Естественно, что в Кристальной Империи была целая куча скучающих журналистов!

— Я зарезервирую для тебя местечко, — ехидно отозвалась Трикси, не заметив моего озарения.

— Только где-нибудь с краю, а то я не смогу незаметно ускользнуть, — уточнил я.

— Договорились.

— Тогда спокойной ночи.

— До завтра!

Я вернулся в свою комнату и рухнул на кровать. Подушечка-а-а-а… мечта этого дня… а Беате идёт быть счастливой…


Следующий день почти не отличался от предыдущего. Небольшая репетиция, завтрак и — на работу. И снова я большую часть дня собирал информацию о замке. По результатам вчерашних измерений единороги сообщили мне, что, не считая вершины, всё «зазеркалье» безопасно для пони, а поэтому сегодня будут эксперименты по проникновению внутрь.

— Не проблема, но сегодня я закончу пораньше. Есть другое дело.

— Пойдёшь на выступление Трикси? — улыбнулась Твайлайт и на мой удивлённый взгляд пояснила: — Кейденс рассказала.

— Да. Я там даже участвую в финальном номере.

— Трикси? — переспросил один из жеребцов, Райзин Хорн. — Трикси Луламун? Она же уголовница! Про это все газеты Эквестрии писали!

— Вот она и укатила в Кристальную Империю, — фыркнула Спеллтэйл. — Здесь единорогов раз-два и обчёлся, даже такая бестолочь как она может пригодиться.

В голове мелькнула одна морально-сомнительная идея, и я щёлкнул кнопку записи на планшете.

— Бестолочь? — заинтересовался третий жеребец, Лайт Каст.

Возмущённая Твайлайт собиралась уже было что-то сказать, но я положил руку ей на шею и едва заметно качнул головой. Единорожка удивлённо посмотрела на меня, но всё же промолчала.

— Мы с ней были в одном классе в Школе для одарённых единорогов, — тем временем ответила Спеллтэйл. — В первых классах она училась неплохо, но слишком задирала нос. Как же, она же с самой ученицей принцессы занимается, куда ей с такими как мы знаться. А как Шиммер ушла, так Трикси и скатилась. Она даже простейшую трансформацию не смогла сама освоить, ушла из школы, пока её не выгнали, вот и фокусничает теперь.

— То ещё занятие для единорога, — рассмеялся Хорн.

— Она из семьи земных пони, выглядит почти так же. А что за история про уголовщину?

— Тэйл, ты что, газет не читаешь?! — поразился Каст. — Да у неё уже целая история! Её прозвали «Понивилльским ураганом»! После её визитов городок дважды перестраивали! Сначала она натравила на него Урсу, а на суде пыталась оправдаться тем, что это не она, а какие-то жеребята. А потом, совсем недавно, вернулась и захватила город на неделю! Накрыла магическим колпаком и устроила там «свадьбу Каденции»!

— Серьёзно? Как её ещё не изгнали?

— А она снова отбрехалась, сказала, что это всё какой-то артефакт её заставил.

— И суд поверил?! — возмутилась Спеллтэйл. — Да она ещё в школе всех презирала!

— Ей влепили изгнание с отсрочкой, если не успеет штраф выплатить вовремя. Но вряд ли найдётся хоть один пони, который возьмёт её на работу, — пояснил Хорн.

— Так вот что она в Кристальной Империи делает, — понимающе протянула Спеллтэйл. — Воспользовалась тем, что тут про её подвиги никто не знает.

— Надо предупредить принцессу, — произнёс Каст, но услышал его только я, потому что в этот же момент…

— Неправда!!! — закричала Твайлайт.

Единороги дружно обернулись на неё, а я тихонько усмехнулся. Даже делать ничего не пришлось!

— Я была в Понивилле! В первый раз она слишком много хвасталась, и Урсу действительно жеребята привели, чтобы посмотреть, как она её прогонит! И Трикси даже пыталась с ней сражаться!!! А во второй раз она попала под влияние Амулета Аликорна, могущественного артефакта, искажающего разум владельца! И город она не разрушала!

— Но ведь в газетах… — смутился Лайт Каст.

— В официальной заметке ничего такого не было, — слегка подлил масла в огонь я. — Там написали только про суд, приговор и разместили фотографии. А всё остальное… уж не преувеличиваешь ли ты?

— Нет! — воскликнул жеребец. — И газеты не могут врать, им запрещено указом Селестии!

— Ну конечно не могут, — покивал я. — И Твайлайт у нас бешеная маньячка, а я волочусь за диархами.

— Но… ведь… — Лайт Каст поражённо переводил взгляд с меня на Твайлайт. — Значит, Трикси не виновата?

— Ну, отдельные косяки у неё были, конечно, но сейчас она вполне уважаемый член общества. И, поскольку я не пони, — я насмешливо посмотрел на Райзин Хорна. — То мне ничего не помешало взять её на работу.

— Вот оно что, — фыркнула Спеллтэйл. — Подлиза и выскочка нашла себе нового защитничка. Тоже хорошего фокусника, сумевшего пролезть в профессора Кантерлотского Университета, не будучи ни магом, ни даже пони! Так ли уж врут газеты, а?

— Тэйл! — ахнула Твайлайт.

Даже та-а-ак?

— Подлиза и выскочка она, надо полагать, потому что с ученицей принцессы дружит? — усмехнулся я, сощурившись. — Твай, вы со Спеллтэйл давно знакомы?

— Со школы… — пробормотала шокированная единорожка.

— А. То есть, Трикси дружит с ученицей принцессы — и она выскочка, а Спеллтэйл дружит с ученицей принцессы — и она достойная пони, совсем-совсем не подлиза. В чем, говоришь, разница?

— Я не задираю из-за этого нос и не презираю остальных!

Упс. Потеряла инициативу и начала оправдываться. Дожимаем…

— Это Трикси-то вас презирала и «задирала нос»? — саркастически поинтересовался я. — Конечно-конечно. Деревенская кобылка с окраин географии пришла в столичную школу, полную открытых, скромных и радушных кантерлотских единорогов. И стала их презирать. Они ж в плуг никогда не запрягались! Жизни настоящей не видели!

Реакция кобылки меня порадовала. Подсознательно я ожидал, что она огрызнётся в духе «так всё и было», но вместо этого она покраснела и опустила взгляд.

— Может, всё иначе было? Пока она занималась с Шиммер, вы ей завидовали, но не трогали. Так, шептались за спиной, что она выскочка и подлиза, и дружно презирали её за то, что она, деревенщина из семьи земных пони, посмела быть лучше вас, элиты Эквестрии. А вот когда Шиммер ушла, вы обо всём этом заговорили в полный голос, — я хмыкнул. — Не могла же ведь выскочка просто горевать из-за ухода единственной подруги.

— Это ужасно! — воскликнула Твайлайт и выбежала из залы.

Единороги не знали, куда деть глаза. Даже Тендер Вэйв, которая в обсуждении участия не принимала. Я хмыкнул и пошёл вслед за Твайлайт.

— А что касается меня, — я остановился в дверях и обернулся. — То скоро вы все будете пользоваться тем, за что меня назначили профессором Университета. Надеюсь, тебе после этого хватит совести извиниться и передо мной, и, особенно, перед Трикси.

Я вышел из верхней галереи и ухмыльнулся. Оскара мне! И орден Макиавелли за бессовестную манипуляцию. Теперь надо найти Твайлайт… а, вон она, сидит около окна повесив нос.

— Это неправильно, — тихо произнесла единорожка, когда я подошёл ближе. — Почему так? Я думала, что в Эквестрии нет места нетерпимости, обману и несправедливости! Я думала, что Спеллтэйл и Лайт Каст достойные пони! Я ведь знала их ещё со школы!

Ой-ей. Кажется, кто-то слишком впечатлительный.

— А чего это они вдруг недостойные? И где ты увидела несправедливость? — резонно поинтересовался я.

— Спеллтэйл оклеветала другую пони! И тебя! Лайт Каст распространял лживые слухи! И Трикси, почему с ней так обошлись!? Ведь она и в самом деле не натравливала Урсу!

— Ого! — хмыкнул я. — Нет, Твай, ты это говоришь на эмоциях, а они никогда до добра не доводят. Начнём с Трикси. Её наказали не за то, что она Урсу натравила на Понивилль. Её наказали за преступную халатность, и совершенно справедливо. Приведу пример. Допустим, ты скажешь Эпплблум, что она может спокойно играть в Вечнодиком лесу, потому что все опасности леса боятся великую тебя. Эпплблум пойдёт играть в Вечнодикий, и там её съест древесный волк. Кто будет виноват, ты или она?

— Какой ужас! — воскликнула Твайлайт.

— Между тем, аналогия полная. Ну так что, кто будет виноват?

— Я, конечно же!

— Именно. Трикси во всеуслышание заявила, что может завязать Урсу узлом. Взрослых, которые пытались доказать, что она не такая крутая как заявляет, Беата обломала. Жеребята ей поверили — как же, такая великая героиня. Идея привести Урсу, чтобы посмотреть на стычку века просто витала в воздухе! С точки зрения жеребят, ничего не случилось бы, ведь Понивилль защищает сама Великая и Могучая. Но на самом деле… а если бы жеребята погибли? А если бы в Понивилле в это время не было тебя? А она потом на суде ещё и заявляла, что виновата не она. Трикси, на самом деле, очень повезло. И она очень легко отделалась. Историю же обнародовали, потому что она суть своего проступка даже не понимала.

— А…

— Во-во. До неё дошло только, пока она работала на каменной ферме. Насчёт второго эпизода тоже не всё ясно. Конечно, Амулет Аликорна описан как артефакт, оказывающий влияние на психику владельца, да вот только уже после того как она его сняла, она ещё некоторое время вела себя неадекватно, пока не выяснилось что её обманули. Это вызвало изрядные сомнения в её честности, особенно учитывая, что это уже не первый её эпизод с нападением на Понивилль. И эмоций там тоже было много. Показания родителей жеребят, показания мэра… а Трикси даже не пыталась ничего оспаривать.

— Почему?! — поразилась Твайлайт.

— Потому что эта дурёха чувствовала себя виноватой, — хмыкнул я. — Влепленное ей отсроченное изгнание было, на самом деле, гениальным ходом. И саму Трикси в чувство привело, и разъярённых пони шокировало, а в силу такой приговор вступить не смог бы без разрешения принцесс.

— Мне ты об этом не говорил в прошлый раз! — возмутилась Твайлайт.

— Потому что я не уверен, что это было сделано намеренно. Судья мог точно так же поддаться эмоциям, как и остальные, но вообще, технически, ход всё равно гениальный. Так что всё в порядке в Эквестрии со справедливостью. Теперь по поводу недостойных пони. Не могу сказать, что мне понравилась сентенция Спеллтэйл, но, по крайней мере, насчёт меня она права. Тия назначила меня профессором в качестве аванса, и его ещё только предстоит отработать. Что же касается Трикси и отношения к ней в школе… ну, не думаешь же ты, что это и в самом деле вина Спеллтэйл?

— А разве нет? — с сомнением спросила Твайлайт.

— Скорее её родителей и окружения. Спеллтэйл до сегодняшнего дня, поди, и не думала, что делала что-то плохое. Это было много лет назад, она была жеребёнком и наверняка повторяла за кем-нибудь другим, да с тех пор и привыкла. Все живут «здесь и сейчас», и мало кто может посмотреть на свою жизнь со стороны. Ну а Лайт Каст, судя по всему, всерьёз полагал, что раз газетам запрещено лгать, то они и не лгут. Даже насчёт «городок два раза перестраивали» он не от себя добавил, уж очень честно он выглядел, когда это говорил, — я усмехнулся. — Все любят сплетни.

— Пока они не про них! — слабо улыбнулась Твайлайт. — Я рассказывала тебе про то, как Меткоискательницы работали в школьной газете?

— Ну-ка? — заинтересовался я.

— В другой раз, — хихикнула она. — Долгая история.

— Ловлю на слове.

Твайлайт вздохнула.

— И всё-таки это неправильно. Пони не должны так относиться друг к другу.

— Среди любого вида есть не лучшие представители, — хмыкнул я. — Но я бы не стал судить о том, хорошая ли пони Спеллтэйл прямо сейчас. Нас определяют не ошибки, которые мы совершаем, а то, как мы их исправляем… или не исправляем.

— Это очень… мудрая мысль, — задумчиво произнесла Твайлайт.

— Ещё бы, — развеселился я. — Немудрые в пособиях по воспитанию детей не пишут!

— У тебя есть дети? — поразилась Твайлайт. — Ты никогда об этом не говорил…

— Ха, нет, но я гораздо старше сестры и очень любопытный. Так что читал книжку, которую папа положил в туалете, — я хихикнул. — Там что-то было про то, что надо наказывать не «плохого ребёнка», а «хорошего ребёнка, совершившего плохой поступок». Но мудрость я извлёк!

— Ещё какую, — рассмеялась единорожка.

— Пойдём обратно, у нас ещё работы непочатый край, — позвал я. — А по поводу твоей команды… зерно сомнения мы заронили, пусть теперь остынут и подумают, может, и сами догадаются, что вели себя не лучшим образом.

— А если нет?

— Тогда будем воспитывать. Может быть, даже ремнём! — посулил я.

Когда мы вернулись, Лайт Каст и Райзин Хорн нерешительно извинились перед нами за то, что распространяли «глупые сплетни». Спеллтэйл на это только презрительно фыркнула и отвернулась. Я же подмигнул Твайлайт и удрал в зазеркальный дворец под предлогом расстановки следующей партии кристаллов. Впрочем, стыдно не было. Даже несмотря на то, что я в очередной раз обратил чёрное белым, всех обманул и заставил сделать то, что считал правильным. И это ещё только первая часть задумки, вторая — немножко подправить запись на планшете и дать послушать Трикси. Убить меня мало! Я б себя убил, да уже в который раз не получается.

За пару часов до начала выступления я свинтил помыться и немного отдохнуть. Тем более, что после того как Твайлайт сказала, что они «нашли аномалию в прохождении магии между связанными кристаллами и собираются попробовать каскадный резонанс, чтобы открыть проход», мне одновременно захотелось оказаться как можно дальше от места эксперимента и купить красную монтировку.

Вместо этого после душа я занялся редактированием записи и размышлениями над тем, каким бы комментарием это сопроводить, чтобы Беату проняло, но при этом мои действия не выглядели откровенной манипуляцией (коей является фактически). Ничего толком не придумав, я вздохнул, оделся в последний оставшийся чистым комплект одежды (как же я задолбался стираться! Вернусь домой — создам ультразвуковую машинку!) и направился на площадь перед дворцом. К огромной сцене стекались толпы пони, народу было даже больше чем тогда на ночном фестивале… лёгкие они на подъем, когда дело касается какой-нибудь движухи. И чрезмерно приветливые, особенно те, что знакомы со мной лично. Пока я шёл к правому краю площади, пришлось этак раз двадцать остановиться, чтобы поболтать со знакомыми. Такими темпами мои шутки про невозможность ходить по городу днём перестанут быть шутками.

Всё же добравшись до места, указанного в билете, я увидел положенную специально для меня подушечку. Какая забота — пони вон прямо на полу сидят. В «позе лотоса» я был ниже большинства окружающих пони, и мне не было видно сцену, так что сел я по-японски, на поджатые под себя ноги.

До начала представления осталось совсем чуть-чуть, когда я заметил весьма нехарактерную для Кристальной Империи деталь — крылья. У светло-серой пони с темно-серой гривой. Ба-а-а! Вот это удача! Из статьи было понятно, что она здесь была, но я думал, что она уже смылась куда подальше… или она просто уже вернулась? Пойду-ка пообщаюсь. Цапнув подушечку, я прошёл вперёд и присел рядом с журналисткой.

— Профессор! — удивлённо и немножко испуганно воскликнула пегаска, заметив меня. — Ой, вы, наверное, меня не помните…

— Фликервинг, корреспондент «Крыльев Эквестрии», — улыбнулся я.

— Вы запомнили меня?! — обрадовалась она и чуть распахнула крылья.

— Читал твою последнюю статью, — кивнул я. — И давай на «ты», а то после твоего расследования «выкать» как-то неуместно. Мою историю так хорошо только близкие друзья знают… знали.

— Ой… я надеюсь, вы не злитесь? — заискивающим тоном спросила она. — Наверняка злитесь, нипони бы не понравилось, если бы их чувства так вынесли на общее обозрение. Но ведь вы и так пели для всех кристальных пони! А для меня это был единственный шанс занять штатную должность журналиста-исследователя, меня бы обошли, если бы я не принесла что-нибудь особенное! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, только не говорите, что вы хотите опровержение!

Хе. Как меня газетчики-то запомнили с прошлого раза.

— Не злюсь и опровержения писать не надо, — усмехнулся я. — Да и расследование просто потрясающее.

— Правда?! — она снова распахнула крылья, отчего на неё недовольно зашикали пони с задних рядов. — Ой, извините-извините…

— Давай отойдем чуток, — предложил я.

Она кивнула, и мы сместились в сторону, чтобы никому не мешать.

— Правда, — кивнул я. — Просто потрясающе, как имея все факты и кучу свидетельств, можно все так вывернуть наизнанку. Я восхищён вашим мастерством, юная леди!

— Вывернуть наизнанку? — недоуменно спросила она.

— Только не говори, что ты сама веришь в это «всё ради любви принцессы»! — Я вгляделся в обескураженную мордашку пегаски и вздохнул. — Веришь… это кто же тебя так разыграл, доктор Кэйр или сестра Кросс?

— Нет, они не захотели со мной говорить, — пролепетала ошарашенная пони.

— Тогда откуда ты знаешь про случившееся в спортзале? — потребовал я.

— Жу… — она запнулась, а потом звонко произнесла: — Журналист никогда не выдаёт своих источников!

— А бывший журналист? — вкрадчиво поинтересовался я. — Буду ехать в Кантерлот, зайду в твою редакцию, может быть, даже с Селестией. И вместе потребуем написать опровержение…

— Не надо! — испуганно пискнула пегаска.

— Кто сказал про спортзал? — голосом бывалого гестаповца потребовал я.

— Это же шантаж!

— Ага, он самый. Считаю до трёх! Раз. Два. Тр…

— Не скажу! — она зажмурилась и прохныкала. — Только не надо в редакцию-ю-ю!

— Да не бойся ты, я пошутил, — хихикнув, я легонько щёлкнул её по носу. — А ты мне нравишься. Наивная, честная и эмоциональная, великолепное сочетание.

— Спасибо? — неуверенно ответила она, очаровательно покраснев.

— Пожалуйста, — я усмехнулся. — Что привело тебя сюда сегодня?

Нашу беседу прервал шум множества цокающих хуфов. Занавес раскрылся, явив народу пустую сцену, и по толпе пони пробежал шепоток, и в тот же миг заиграла музыка, в которой я сразу же узнал Calamity. Ого-о-о…

— ЛЕДИ И ДЖЕНТЛЬПОНИ! — раздался усиленный магией низкий голос, в котором лишь с большим трудом можно было узнать Трикси. — ПРИВЕТСТВУЮ ВАС!

От всплесков мощных басов кристалл под ногами слегка вибрировал, словно в нем отдавались шаги невидимого великана

— НА ПЕРВОМ В КРИСТАЛЬНОЙ ИМПЕРИИ!

Тревожный хорал на заднем фоне нарастает, приближаясь к кульминации.

— ВЫСТУПЛЕНИИ ВЕЛИКОЙ!

На сцене вспыхивают небольшие взрывы, отчего кажется что незримый великан идет именно по ней.

— И МОГУЩЕСТВЕННОЙ!!

Взрыв! Яркие искры и клубы белого дыма, в котором ярко вспыхивает знакомая метка.

— ТРРРРРРРИКСИ!!!

Резкий порыв ветра взрезает дым изнутри, и он рассеянным облаком разлетается в стороны. Ветер стихает, и развевавшийся под его напором расшитый звёздами плащ падает на спину гордо стоящей посреди сцены единорожки. Метка за её спиной ярко вспыхивает в последний раз и рассыпается множеством искр.

Секунда тишины — и площадь вздрагивает от множества одновременно ударивших по ней понячьих лапок. Некоторые даже вопили от восторга что-то неразборчивое.

— Ну Трикси, ну даёшь! — восхитился я. — Вот это я понимаю — presentation!

— Вау! — произнесла моя соседка, когда аплодисменты утихли. — Эффектное появление!

— Очень. Ну так почему ты здесь сегодня? Охотишься за очередной сенсацией? У меня лимит, не более одной в две недели, так что ловить нечего.

— Вы, то есть ты сейчас самая горячо обсуждаемая тема в Кантерлоте, а весь тираж газеты с моим расследованием раскупили за день, поэтому редакция послала меня узнать что-нибудь ещё. Я надеялась взять интервью у вас… ой, у тебя, — она погрустнела. — Но теперь не буду.

— Чего так? — усмехнулся я.

— Вы… ой, ты же сказал что не влюблён в принцессу Селестию, — она внезапно воспрянула. — Профессор…

— Арт, — прервал я её.

— А?

— Зови меня просто Арт.

— Ладно… — она неуверенно улыбнулась. — Арт, а можно услышать настоящую историю?

— Не-а, — я усмехнулся. — Тайну, которую знают трое, знает каждый. Но я совсем не против того, чтобы мои действия трактовали так, будто я в Селестию влюблён. Кстати, дай мне свой почтовый адрес, я напишу тебе, когда у меня появится повод для очередной сенсации.

— Правда?! — она снова распахнула крылья. До чего ж легковозбудимая особа. — А какой?

— Не скажу. До чего же ты любопытная!

— Поэтому и стала журналисткой, — гордо ответила она и закопалась в свою сумку. Достав оттуда блокнот и походный писчий набор, она быстро написала адрес и вырвала лист. — Вот. А скоро?

— Недели две-три, — улыбнулся я. — Событие крупное, так что там надо будет собирать целую пресс-конференцию, но ты узнаешь на один день раньше.

— Ва-а-а! — она взмахнула крыльями и немного взлетела вверх. — Большое спасибо! Вот большое-пребольшое!

— Да ладно, — я усмехнулся. — Только если соберёшься ещё что-нибудь писать, согласуй сначала со мной.

Мне вдруг пришла в голову интересная мысль. А что если?..

— Слушай, тебе ведь нужно вернуться в редакцию с каким-нибудь материалом? — произнёс я. — Давай я все-таки дам тебе интервью.

— Про принцессу?

— Нет, — я улыбнулся. — Назовём это «опасные приближенные загадочного профессора». Я расскажу про древесного волка и про свою помощницу с уголовным прошлым. Про принцессу тоже можешь спросить, если хочешь, я отвечу.

— Йей! — воскликнула она и снова выхватила из сумки блокнот.

— Не сейчас, — покачал головой я. — Тебе надо подготовить список вопросов, а я хочу хоть немного посмотреть представление, прежде чем мне придётся в нем участвовать.

— Ой… тогда завтра? Хорошо? Хорошо? Пожа-а-а-луйста!

— Договорились. Приходи вечером в гостевое крыло замка, скажешь страже, что ко мне.

— Замечательно! — она радостно взмахнула крыльями. — Я полетела готовить вопросы!

— Лучше сначала досмотри представление, — улыбнулся я. — Она заметит, если ты улетишь, а репортёров Трикси и так не любит.

— Хорошо, так и сделаю, — с улыбкой кивнула она.

— Я тогда пойду обратно на своё место. До завтра.

— До завтра, профессор!

Просил же не называть меня так! А-а-а, карма, это опять ты, старая знакомая. Всё-то ты мне любую мелочь припоминаешь, даже дразнилки Твайлайт. М-м-м… фигушки, не прекращу. Дразнить Твайлайт слишком весело. Может, и Беате показать как? Не, рано, переборщит.

Но как же она всё-таки хороша на сцене! И, вопреки моим ожиданиям, она даже не пытается скрыть, что большая часть трюков в её арсенале магические. Но более чем уверен, что нынешняя зрелищность — это результат переработки старых методов с учётом новых возможностей. Музыка, на почве которой Трикс слегка сблизилась с Винил (у обеих оказались схожие вкусы), слегка пугающий образ (а это уже явно моё влияние) и высшая магия… вот, в частности, её эффектное появление — она же банально телепортировалась внутрь облака дыма, возможно, именно это и вызвало эффектный порыв ветра. Впрочем, об этом можно спросить и потом. Сейчас Трикси показывала трансформацию, накрыв стоявшую на столе вазу покрывалом, а потом сдёрнув её и показав статую самой себя. Нарциссизм откровенный, но кристальные пони были в восторге. Интересно, почему Трикси совершенно не вовлекает в выступление зрителей? Надо ей подсказать что-нибудь в этом духе. Интересно, наш номер скоро? Трикси сказала, что он завершающий, и она сделает объявление и небольшой перерыв на подготовку.

— Артур, — меня дёрнули за край рубашки, и я обернулся. Рядом со мной стояла Оникс, запыхавшаяся и чем-то донельзя взволнованная. — Мне нужна твоя помощь.

— Не вопрос, но сейчас я занят. Где-то через часок освобожусь.

Она посмотрела на меня с недоумением.

— Это важно, — добавила она после небольшой паузы.

— Верю, — спокойно откликнулся я. — Но это можно отложить. По крайней мере, до конца представления.

— Тебе так нравится это глупое выступление? Или ты просто хочешь меня позлить, потому что я тебе не нравлюсь? — раздражённо спросила Оникс.

Мдя. Вот так вот — сначала помогаешь им нахаляву и по доброте душевной, а потом внезапно оказывается, что ты уже по гроб жизни должен. А пони как лю-ю-юди… в некоторых аспектах.

— Видишь единорожку на сцене? — прохладно поинтересовался я. — Сейчас её первое выступление после двухлетнего перерыва, и я участвую в последнем номере. А ещё я её друг, и ей явно нужна моя поддержка, так что если твоё «важно» не включает в себя вопрос жизни и смерти, то ты подождёшь. Точка. Можешь пока посмотреть выступление, оно, кстати, не только не глупое, но ещё и интересное.

Белая кристаллопонька опешила, а потом села рядом с явным недовольством на мордашке. Надо же, видимо, сильно я ей понадобился, разом и ксенофобию, и гордость перешибло. Даже стало любопытно, зачем… все равно позже узнаю, а пока — нехай помучается.

— ЛЕДИ И ДЖЕНТЛЬПОНИ! — провозгласила Трикси после завершения очередного трюка. Крылья занавеса синхронно двинулись навстречу друг другу. — ПОСЛЕ НЕБОЛЬШОГО ПЕРЕРЫВА ВАС ЖДЁТ СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР В МОЕМ ИСПОЛНЕНИИ! СЛИШКОМ ВПЕЧАТЛИТЕЛЬНЫМ ЛУЧШЕ ПОКИНУТЬ ВЫСТУПЛЕНИЕ!

Ух ты! Офигеть! Некоторые пони и впрямь сваливают! Какая дивная законопослушность… ну что ж, мой черед. Я встал и направился в сторону сцены. Единорожка уже ждала меня в гримёрке с улыбкой до ушей.

 — Ну как? Понравилось?! — воскликнула она.

— Беата, — мрачным голосом произнёс я, и солнечная улыбка волшебницы начала увядать. Выдержав драматическую паузу, я похоронным тоном закончил: — Это было офигенно. Чистый восторг.

Единорожка понурилась… на мгновение, прежде чем до неё дошёл смысл моих слов.

— Арт! — возмутилась она. — Ты! Ты!!!

— Ха, попалась! — ухмыльнулся я и хлопнул её по спине. — Ты же сама всё знаешь! Выступила просто невероятно, пони там до сих пор не могут в себя прийти от восхищения. Небось, пошли цветы собирать, чтобы засыпать сцену, по которой ступали лапки самой Великой и Могучей!

— Ты преувеличиваешь! — проворчала она, но на её лице все равно расцвела довольная улыбка.

— Если и да, то совсем чуть-чуть, — я закончил натягивать штаны и футболку и взял плащ. — Осталось только напугать их последним номером, и тебя тут ещё долго не забудут.

— Пойду отнесу ящик, как заберёшься — постучишь по сцене.

Я кивнул, нацепил тканевую маску и накинул на голову капюшон. Проверил закреплённые под плащом шпаги и пошёл в подсобку под сценой. Точнее — пополз на карачках. Сделать уличную сцену комфортной высоты было нельзя. Выкопать яму, чтобы поставить установку — тоже, кругом сплошной кристалл. Вот и пришлось изощряться… забравшись на платформу подъёмника, я несколько раз стукнул в тонкую дощечку над головой.

— ЛЕДИ И ДЖЕНТЛЬПОНИ! — раздался спустя минуту усиленный магией голос фокусницы. — СЕГОДНЯ Я, ВЕЛИКАЯ И МОГУЧАЯ ТРИКСИ, ПОКАЖУ ВАМ ВОЛШЕБСТВО ДРУГОГО МИРА! МИРА, В КОТОРОМ НЕТ НИ КАПЛИ МАГИИ! ЕСЛИ СРЕДИ ВАС ЕСТЬ ЕДИНОРОГИ — ПОДОЙДИТЕ И УБЕДИТЕСЬ! КРИСТАЛЛЫ НА ЭТОМ ЯЩИКЕ РЕАГИРУЮТ НА МАГИЮ!

Толпа почему-то ахнула.

— Всё честно! — громко произнесла Кейденс у меня над головой. Ого! Это запланировано было?

— ЛЕДИ И ДЖЕНТЛЬПОНИ! СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР!!!

Над головой хлопнуло, и платформа плавно подняла меня на сцену прямо в непроглядное облако чёрного дыма. Прежде чем дымовая завеса рассеялась, я успел подняться на ноги и поправить плащ.

Трикси подмигнула мне и пошла в сторону ящика. Я, не двигаясь с места, следил за ней. Как только фокусница исчезла внутри коробки, я одним хорошо отрепетированным движением вытянул из глубин плаща первую шпагу. Лезвие хищно блеснуло в ярком свете магического прожектора. По толпе прокатился шепоток, который затих, едва я демонстративно «уронил» шпагу острием вниз. Глухой звук разнёсся над площадью как удар грома. Пони в первых рядах аж вздрогнули. Я вытащил вторую шпагу и повторил весь процесс. Затем третью. Четвертую. И так — восемь штук.

Затем я выдернул из пола самую первую — и пронзил ей ящик. В толпе громко ахнули. Блин, а это весело! Вторая! Третья! Углом глаза я наблюдал за реакцией зрителей… тишина такая, что я слышу дыхание Трикси внутри ящика. И… восемь шпаг. Я отхожу на шаг, предоставляя пони возможность увидеть ящик с торчащими из него во все стороны лезвиями. А затем злобно усмехнулся, и выдернул из-под одежды ещё две шпаги. Толпа испуганно ахнула, кто-то крикнул «Спасайся!» а затем я по очереди вонзил последние шпаги в ящик.

Тишина снова накрыла площадь. Я начал вытаскивать шпаги одну за другой, и снова прятать их в полах своего плаща. Благодаря вшитым магнитам и отработанной последовательности действий это выглядело так, словно они исчезали в составляющей меня тьме. Собрав все шпаги, я отошёл на нужный квадрат сцены и демонстративно щёлкнул пальцами, одновременно вдавливая ногой скрытую кнопку. Счетверённый взрыв, облако дыма, я провалился под сцену и откатился в сторону от второго подъёмника.

Наверху раздаётся дружный восхищённый вздох, а затем кристалл подо мной вздрагивает от аплодисментов всех собравшихся пони. Невредимая Трикси выбралась из ящика, сделала оборот вокруг своей оси, демонстрируя отсутствие ран, и поклонилась зрителям. Во всяком случае, так было запланировано…

Пора и мне выбираться из ящика. Поднявшись на корточки, я пополз в сторону выхода. Выбрался я как раз, когда Трикси завершила своё выступление ярким фейерверком. От привычных мне земных он отличался только куда более тихим звуком — магические взрывы не создавали такой ударной волны, как пороховые.

— СПАСИБО! — в последний раз крикнула Трикси и под грохот аплодисментов задёрнула занавес.

А в следующий миг единорожка подскочила ко мне, поднялась на задние лапки и обняла меня почти до хруста.

— Спасибо, — сказала она почти неслышно из-за продолжающихся на площади аплодисментов. — Без тебя ничего этого не произошло бы.

Я обнял её в ответ, любуясь счастливой мордашкой. Кажется, именно сейчас я вижу её настоящую, такой, какой она и должна быть.

— Я заслужил поцелуй прекрасной леди? — с ехидством поинтересовался я.

— Заслужил, — кивнула единорожка с озорным блеском в глазах и потребовала: — Наклонись.

Я послушался, и волшебница попыталась чмокнуть меня в щеку. Но поскольку мне было совершенно очевидно, что она попробует отделаться от меня именно так, я в последний момент повернул голову, и чмок пришёлся в губы. Я даже успел её лизнуть кончиком языка, прежде чем фокусница отдёрнулась от меня.

— Артур!

— Что? — улыбнулся я. — Сама же сказала, что заслужил. Так что не жульничай.

— Арт… — она выпуталась из моих объятий и сделала пару шагов назад. — Я не могу.

— Чего не можешь? — наигранно удивился я, но прежде чем я продолжил фразу, меня перебили.

— Ответить на твои чувства! — она мотнула головой. — Кейденс мне всё сказала, но я просто не могу!

— А? Чего она сказала?

— Что ты в меня влюблён!

Я опешил. Эм-м-м… разве?

— Я понимала, что никто бы не стал возиться со мной просто так! — воскликнула она. — И ты сейчас смотрел на меня с такой теплотой, что всё было понятно даже с твоей невыразительной физиономией! Ой… извини.

— Так, Беата, погоди, — начал я, но она перебила меня снова.

— Извини, Арт, но у нас ничего не получится. Ты для меня друг. Хороший, первый, самый близкий, но только друг! Пожа…

— Стоп! — рявкнул я, и единорожка поперхнулась. — Беат, я уже говорил, что ты мне нравишься, но не настолько, чтобы называть это влюблённостью. Хотя некоторое влечение и есть, но я и не думал предпринимать какие-либо шаги в твою сторону, ты ещё в поезде вполне однозначно дала понять, что мне ничего не светит.

— Но Кейденс… — растерянно произнесла единорожка.

— Я её ничего говорить не просил, — покачал головой я. — И даже не понимаю, с чего она взяла, что это влюблённость. Может быть, аликорны просто воспринимают мои эмоции ярче, чем я сам, вот и ошиблась.

— Но ты сейчас пытался меня поцеловать!

— Ну а почему бы и нет? — я подмигнул ей. — Ты мне всё-таки нравишься, вот я и флиртую, ну а то, что мне ничего не светит, это даже хорошо, я всё равно не собирался обзаводиться подружкой.

— Не делай так больше, — попросила она, не глядя мне в глаза. — Мне неприятно.

Ой-ей. Кажется, я сильно переборщил…

— Прости. Больше не буду, — заверил я её. — Отныне никаких заигрываний.

— Спасибо.

Повисла неловкая пауза.

— Пойдём переодеваться? — предложил я. — Я сегодня нарасхват. Уже и злючке-Оникс зачем-то понадобился, так что сейчас уйду вместе с ней.

— Да, пойдём, — согласилась она, и мы пошли в гримёрку все в той же неловкой тишине.

Я перебирал весь этот разговор, чтобы сказать хоть что-нибудь, чтобы вернуть всё на свои места. Чёрт побери, она же только была такой счастливой, а теперь выглядит так, как будто её пыльным мешком огрели. Но в голову так ничего и не пришло, что настроения мне не добавило.

Выйдя из палатки и оглядевшись, я тут же увидел белую шёрстку терпеливо дожидавшейся меня кристаллопоньки.

— Ладно, теперь я свободен, — не особо дружелюбно сказал я. — Чего тебе надо?

— Это правда, что ты можешь подчинять древесных волков?

— Откуда ты… — я вспомнил про статью и вздохнул. — Правда. Но если ты хочешь себе одного, то они не для продажи.

— Мне нужно пробраться в одно охраняемое место.

— Древолками? Они и тут есть? — удивился я. — Где?

— Там кристаллические волки, — она мотнула головой. — Пойдём, я расскажу всё по пути.

— Погоди-погоди. Давай я всю эту сомнительную ситуацию разберу вслух. Ты, поздним вечером, практически ночью, предлагаешь мне бросить всё, пойти с тобой чёрт знает куда и схватиться с магическим хищником?

— С тремя, — уточнила Оникс.

— Ты в своём уме вообще? — возмутился я.

— Ты же справился с древесным волком! Справишься и с кристальным… — она насмешливо улыбнулась. — Или испугался?

Ва-а-а, какая примитивная манипуляция.

— Так то ради любви принцессы всея Эквестрии, — хмыкнул я. — А рисковать жизнью ради прихоти недружелюбно настроенной пони мне как-то неинтересно. Предложи что-нибудь ценное взамен, что ли.

— Они охраняют вход в лабораторию Сомбры. И я уверена, что именно туда попали книги Шарм.

Я поперхнулся. Совсем другое дело!

— С этого и надо было начинать. Что мне может понадобиться? Фонарь, верёвка?

Она победно усмехнулась.

— У меня есть всё что нужно, — она мотнула головой, указывая на свои седельные сумки.

— Тогда веди.

Лаборатория Сомбры! Даже представить себе не могу, что там можно найти! У этого единорога однозначно было куда больше времени на исследования, чем у меня, и теоретическая база выше. А самое главное — там могут быть знания, на которые ещё не успела наложить свою царственную лапку Тия. Стоп… что-то не так.

— Эй, Никс…

— Для тебя только Оникс! — тут же огрызнулась она.

— Потерпишь, — с мстительным удовлетворением ответил я. — Ты что, одна знаешь про эту лабораторию? Ты никому о ней не рассказывала? Не пыталась собрать ударную команду и пробиться туда силой?

— Может, кто-нибудь из наших и помнит её мельком, но вряд ли кто-то искал её специально. Мы не слишком любим вспоминать времена правления Сомбры, знаешь ли.

— Кроме тебя.

— Я искала наследие нашего рода, — процедила Оникс.

— Хорошо, допустим. Почему ты никому не рассказала?

— Кому? — фыркнула она. — Показать чужакам то, что нашёл предыдущий чужак, захвативший над нами власть? Или ничему не научившемуся дурачью, которые думают, что раз у принцессы та же метка, то ничего страшного, что она тысячу лет жила среди чужаков и теперь у неё рог, крылья и муж-эквестриец? Результат будет один и тот же!

Ах да. С ксенофобской точки зрения вполне логичное объяснение.

— А своей семье?

— Я рассказала Агате, — кивнула Оникс. — И она умоляла меня ни слова не говорить остальным. Потому что «Шарм осталось слишком мало, чтобы ввязываться в безумные авантюры!».

— Поня-я-ятно, — протянул я. — То есть, спину тебе показывать нельзя? И ты долбанёшь меня чем-нибудь тяжёленьким, едва я проведу тебя мимо древолков?

— Что?! — ужаснулась она. — Нет!

Хорошая реакция, честная. По крайней мере, предательства со стороны злюки можно не опасаться.

— Но я ведь чужак.

— Ты помог нам, — неохотно ответила Оникс. — Даже несмотря на то, что мы не могли ничем тебе отплатить. Я просто хочу вернуть долг.

Ага. Знаниями, которые я сам же для неё и достану. Воплощённая щедрость, куда уж там Рэрити. Ладно… каждый имеет право на своих тараканов. Дальше мы шли в тишине, и лишь когда мы вышли из города, Оникс решилась спросить:

— Почему ты нам помогаешь? На самом деле.

— Думаешь, достаточно проникла мне в душу, и теперь я выдам все свои злодейские тайны? — беззлобно усмехнулся я. — Извини, нет, я для этого слишком умён, так что все мои секреты останутся при мне.

— Не хочешь — не говори, — тут же огрызнулась Оникс.

— Зачем я буду бессмысленно сотрясать воздух? Ты мне всё равно не поверишь, а я терпеть не могу преодолевать чужую предвзятость.

— Может, и поверю, — тихо ответила понька, и я взглянул на неё удивлённо.

— С чего вдруг такая смена отношения?

— Ты… отличаешься от других чужаков. И я сейчас не про внешность.

— Сразу видно большой опыт, — саркастически хмыкнул я. — А почему тебе мало общедоступных причин? То, что пони меня спасли и вылечили, позволили жить среди них безо всяких ограничений, никогда не отказывали в помощи? Или любви к солнечной принцессе? Или, скажем, возможности использовать вашу инфраструктуру, знания и время, потому что вы мне после всех моих благодеяний не откажете, даже если я попрошу себе Эньку в жены.

— Потому что в твоих словах есть только смысл, но за ними нет чувства. Ты как кристалл, который звенит лишь из-за того, что по нему ударили.

Я сбился с шага и с совершенно офигевшим видом уставился на поньку, неожиданно поразившую меня проницательной точностью высказывания. Не в бровь, а в глаз, как говорится.

— Потому что я верю в безусловное добро, — ляпнул я и внутренне сжался.

— Это как? — заинтересовалась пони.

— Ну… это такое маленькое чудо. Дар, который делает тебя богаче лишь когда ты его отдаёшь. Там, помочь запутавшейся единорожке или поделиться знаниями с семейством, которому они позарез нужны. То, что можно сделать, не тратя на это особых усилий, но в результате мир становится немножко лучше. Как помочь плачущему ре… жеребенку достать игрушку, упавшую в ливнёвку.

— И почему ты не сказал об этом сразу? — после небольшой паузы поинтересовалась Оникс со странной интонацией.

Да-да, а ведь и правда, почему? Кто считал, что «Благодарность лучше договора, а искренность лучше лжи»? Не Артур ли, получивший прозвище «Наивняк» за целую серию подобных пьяных откровений?

— То есть теперь ты мне веришь? — уклонился от вопроса я.

— Теперь — да, — кивнула Оникс.

— Почему?

— Не знаю, — раздражённо ответила она. — Я просто доверяю своим инстинктам.

— Хм. Ну, значит, разобрались.

— Эй, так почему ты не сказал об этом сразу?

— Верил своим инстинктам, — хмыкнул я.

Понька что-то недовольно пробурчала себе под нос, и разговор затих. Мы приближались к концу луча, и я решил осмотреться. Заброшенное местечко — мы минули несколько складов минут двадцать назад, и с тех пор построек не встречалось. Оникс остановилась и закопалась в свою сумку.

— Пришли? — поинтересовался я.

— Нет, ищу фонарь.

Я с сомнением осмотрел окрестности. Ну не знаю… луна освещает окрестности достаточно ярко, примерно как телефоном себе подсвечивать. Похоже, пони и правда видят в темноте хуже меня.

Оникс надела фонарь-каску, и мы сошли с луча и пошли в сторону гор. Сразу же стало понятно, почему здесь нет ферм — в ноги то и дело неприятно впивались острые камни. Блин, я так и не узнал, из чего была сделана та бронька, в которой я с Шайнингом дрался! Она бы замечательно подошла в качестве подошв, а то сшитая Рэрити обувь ногу защищала разве что от холода.

Чем ближе мы подходили к горам, тем чаще встречались странные кристаллические обелиски вроде тех, через которые мы проходили, когда впервые приехали в Кристальную Империю. Здесь они попадались чаще, были больше и не такой правильной формы.

— Что-то не особо удобно расположена его лаборатория, — подозрительно произнес я.

— Большой вход находится ближе к лучу, но я не знаю, как его открыть. Нам туда, — она показала на кристаллический столб, повалившийся на скалу.

Неизвестная сила вырвала кристалл из земли «с корнями», если можно так обозвать натуральные острые полутораметровые сколы, торчащие от его основания во все стороны и зловеще сверкнувшие в ярком луче фонаря.

— Сюда, — поманила за собой Оникс и спрыгнула вниз в разрыв между двумя шипами.

— Погоди! Тут мне тоже понадобится фонарик!

— Я посвечу.

Я аккуратно потрогал один из шипов. Мдя… острый, как тщательно заточенный ножик. Снизу сверкнул луч света, дробясь мелкими зайчиками в гранях кристаллов, и я, смирившись, полез вслед за пони. Проход среди множества кристаллических лезвий действительно был, но кто бы его ни строил, рассчитывал явно не на человека.

— Зачем делать такой вход? — прошипел я спустя двадцать метров. Пол был покрыт мелкими скошенными пеньками, словно массажный валик. Опираться на них голыми коленями было абсолютно невыносимо, все равно что ползать по гороху, так что мне пришлось оттопырить задницу и опираться только на носочки и ладони, отчего последние уже немилосердно саднили. — Неужели нельзя было сделать гладкий пол?!

— Он мог управлять кристаллами, — просветила меня Оникс. — Я видела, когда он проходил здесь шипы втягивались в пол и стены.

— Ты что, следила за Сомброй, что ли? — поразился я.

— Да.

— Зачем?

— Не твоё дело! — грубо отрезала она.

— Стоп-стоп-стоп. Ещё какое моё, — я остановился. — Я тебе не пони, и эта история явственно попахивает. Сама бы ты этот вход ни в жизнь не нашла, нужно было знать, где он находится. А чтобы следить за ним, тебе нужно было каким-то образом сохранять разум, когда все его лишились… так что если ты мне сейчас же и очень правдоподобно не скажешь, как ты это сделала, то дальше можешь идти одна.

— Это было раньше, ясно? Он ещё притворялся советником, а я была совсем мелкой, когда родители взяли нас с собой во дворец на праздник Основания, и там я в него втюхалась! Караулила его потом около дома днями напролёт, и стоило ему хоть куда-нибудь пойти, как я тут же увязывалась следом. Доволен?!

Ну, семейный сталкерский почерк налицо, да. Её старшая сестричка Джейд мне уже продемонстрировала, как у них это бывает. Впрочем, всех сомнений это не развеивает…

— И что, ты пошла за ним через эту пустошь, и он тебя не заметил?

— Не пошла. Тогда было поздно, и я ушла домой, пока меня не начали искать, а на следующий день прибежала сюда и увидела только яму с кристаллами. Тогда я спряталась под друзой около входа, на обратном пути могу даже показать где, и стала ждать его прихода. Тогда и увидела, как он сюда проходит! Теперь ты мне веришь?!

— Хм. И что, проход был просто открыт?

— Нет. Просто кристаллы, которыми был закрыт проход, медленно тают. Видишь, тут везде такие выступы, на стенах и потолке тоже. Полгода назад, когда я пришла сюда в первый раз, они были длиннее.

— Хм... ладно, теперь верю, веди дальше.

Туннель казался бесконечным, хотя на самом деле вряд ли был длиннее четырёх-пяти сотен метров. К его концу мне казалось, что у меня вместо ладоней хорошо подготовленная отбивная (впрочем, технически так оно и было).

— Куда дальше? — поинтересовался я у поньки, с наслаждением поднявшись в полный рост и приложив горящие ладони к прохладной стене.

— Вниз, — мрачно ответила она.

— Зашибись… — произнёс я, когда увидел способ, которым предполагалось спускаться в натуральную пропасть. — Сама повесила?

— Да.

— А блок с верёвкой зачем?

— Спускать сумки.

Верёвочная лестница, выполненная из высокопрочного кристалла и предназначенная для пони. А им для нормального зацепления хуфом более чем достаточно верёвки в карандаш толщиной. От одной мысли, какие будут ощущения от спуска, мне захотелось применить синюю обезболивающую формулу. К сожалению, метод для данных условий не подходит… придётся использовать куда более универсальный — «терпеть».

— Я полезу первый, — вздохнул я и нашарил ногами первую ступеньку.

— Хорошо. Крикни, как спустишься.

В спину дыхнуло прохладой бездны, и по спине пробежала волна знакомых мурашек. М-м-м… задачка внезапно стала немного веселее.

Спускаться пришлось быстро, пока мне не захотелось испытать короткое ощущение полёта. Верёвочная лестница оказалась закреплена не только сверху, но и каждые пять метров, так что спускаться по ней оказалось достаточно легко — твёрдая земля оказалась под ногами гораздо раньше, чем я ожидал.

— Спустился! — крикнул я и отошёл чуть в сторону.

— Сейчас опущу вещи! — раздалось сверху, и через несколько секунд рядом со мной мягко приземлились её сумки. Ещё минутка — и рядом со мной включает свой фонарь Оникс.

— У тебя второй-то есть?

— Да, сейчас достану…

Закопавшись в сумки, она дала мне кристалл с несколькими ремешками. Приладив его себе на голову и включив, я осмотрел пещеру. Кристаллическая плита-подъёмник и только один ход куда-то вглубь. А пещеры-то естественного происхождения, а не выдолбленные магией…

— Волки в конце коридора, — сказала Оникс. — Что нужно делать?

— Тебе — ничего. Я позову, как закончу.

— Посмотреть, что ты будешь делать можно?

— Если не привлечёшь к себе внимания волков…

— Не привлеку, — уверенно ответила она.

— Ну, твоя шкура, тебе ей и рисковать.

Коридор, идущий вниз с небольшим наклоном, закончился ещё одной пещерой, но в отличие от предыдущей, ярко освещённой четырьмя торчащими из потолка грубыми кристаллами. Волки неподвижно сидели около входа в следующий коридор, образуя равносторонний треугольник. И они напоминали свой прототип из животного мира куда больше древесных волков.

— Они функционируют? — прошептал я.

Вместо ответа пони взяла с пола небольшой камушек и метнула его в противоположную стену. От мгновенной синхронной и пугающе бесшумной реакции всех троих у меня по спине пробежали мурашки. Волки некоторое время смотрели в сторону источника звука, а затем столь же синхронно повернули головы в обычное положение, и только глаза ещё недолго светились синим, прежде чем снова погаснуть.

— Чувствую себя, как будто против трёх агентов в «Матрице»… — пробормотал я себе под нос. — Если они вдруг на меня бросятся — беги.

— А они могут? — напряглась пони.

— Откуда ж я знаю, это ведь не древолки. IDDQD!

Я смело вышел прямо под взгляды волков, подсознательно ожидая, что они тут же прыгнут на меня, но… ничего не произошло. Я был для них столь же невидим, как и для их древесных собратьев. Отлично. И немного жаль.

Уже куда более смелым шагом дойдя до тварюшек, я присел рядом с первым и с интересом его осмотрел. Однако… с древесными волками точно ни в какое сравнение не идёт. Если у них одно происхождение, то «древесники» — это пре-альфа версия, а вот «кристальники» тянут, по меньшей мере, на релиз-кандидат. Никаких коряг, никакой модульной структуры. По размеру — раза в полтора больше пони, и кто бы ни был автором этих образчиков кристалломагического искусства, он явно видел волков своими глазами. Если не считать излишне большого размера, немного угловатых очертаний, почти незаметной полупрозрачности и странной игольчатой гривы, то существа очень походили на полярных волков. Особое сходство придавала белоснежная шерсть. Ладно, исследовать их я смогу в любое время, а сейчас надо проверить, работает ли здесь моя способность к хард-ресету.

Я прикоснулся ко лбу зверюги и с ойканьем отдёрнул её. Мало того что шерсть оказалась неприятной и очень колючей, словно была сделана из стекловолокна, так она ещё и скрывала острые иглы. Вся троица на изданный мной звук тут же зажгла синие глазищи. Все-таки их синхронность меня немного пугает…

— Чё смотрите? — проворчал я, посасывая проколотый палец. — I guess it was just your imagination.

Тушить глазки волки не торопились, но мне это и не нужно было. Внимательно осмотрев нос зверюги и не найдя на нем никаких потайных шипов, я положил на него левую руку. По пальцам поползло неприятное ощущение, как будто я их очень сильно отлежал, и начало подниматься выше… впрочем, я даже не успел начать размышлять, стоит ли мне отдергивать руку, как ощущение пропало, а глаза волка погасли. Проверим…

Волк послушно поднялся и сделал стойку на задних лапках. Так, этот мой. Следующий… хм, ощущение повторяется. Видимо, кристальные волки защищены от перезаписи лучше, чем древесные, но всё же не идеально. Семь секунд неприятного ощущения — и второй волк послушно дал мне лапу, которую я пожал. Последний. Три, два, один… голос!

Это было зря. Волк рявкнул так, что я явственно ощутил ударную волну. Зараза, у него что, киловаттный сабвуфер в пузе? Древесные волки тявкают куда тише!

— Никс! — позвал я, когда звон в ушах чуть поутих. — Иди сюда, я закончил.

— Точно?

— Да.

Оникс осторожно выглянула из коридора и неуверенно пошла в мою сторону. Убедившись, что волки не нападают, она перешла на рысь.

— Получилось… — удивлённо произнесла она, оглядывая сидящего на задних лапах волка. — У тебя получилось!!!

— Я заметил, — хмыкнул я. — Пойдём дальше. Возможность рассмотреть их у тебя ещё будет, я заберу их с собой.

— С собой? Зачем?

— Люблю собачек, — мечтательно произнёс я. — И робототехнику. А тут два в одном.

Пока понька переваривала моё объяснение, я поискал, где у волков есть нешипованные места, за которые ими можно было бы управлять. Найдя, я взял с собой первых двоих, положив им руки на макушки.

— Пойдём. Держись поодаль на случай нападения.

— Думаешь, будут ещё? — опасливо уточнила Оникс.

— Уверен, — кивнул я. — Мне они могут навредить только случайно, а вот тебя, скорее всего, попытаются целенаправленно разорвать на части.

После описания такой перспективы Оникс отошла от меня метров на десять. В этом порядке мы и пошли дальше — я впереди с двумя волками по бокам и пони в качестве хвостика.

Остальные пещеры тоже были хорошо освещены, возможно, из-за того, что энергия кристаллов не тратилась, пока вся Империя находилась в стазисе. Пройдя по коридору, мы вышли в очень большую пещеру.

— Я помню это место, — дрожащим голосом произнесла Оникс, подбираясь поближе. — Здесь взрослые таскали черные кристаллы. А дети должны были готовить и приносить им еду…

— Уже не первый раз слышу про эти черные кристаллы. Что это такое? — я сбил её вопросом, не давая погрузиться в воспоминания. — Для чего они были нужны?

— Это уникальные природные образования, одновременно работающие как поглотители и накопители магии. Их в небольшом количестве выращивали на ферме Клефт. Когда Сомбра захватил власть, он заставил их выращивать только черные кристаллы, и обязательно огромные. Всё, что производила ферма отвозили на склад, а затем сюда.

— Значит, он запасал большие количества магии… — задумчиво произнёс я. — Интересно, откуда он её брал?

Не из источника дворца ли? Может, здесь он хранил заряженные кристаллы? Готовил что-то?

— Куда пойдём сначала? — неуверенно поинтересовалась Оникс. Тайное логово бывшего возлюбленного её явно нервирует.

— Предлагаю сразу идти вниз. Вряд ли на этом уровне есть что-то интересное, — задумчиво произнёс я.

— Хорошо.

И вот я опять брожу по каким-то пустым подземельям. Артур Индиана Крофт, блин, археолог-самоучка и охотник за сокровищами прошлого. Кто б знал, что в реальной жизни это такая скукота… и спать уже хочется, а завтра опять надо будет помогать Твайке с альтернативным кристальным замком. Шатаний много, а выхлопа — чуть.

На втором уровне были огромные склады, и на нескольких из них лежали те самые черные кристаллы.

— Не стоит долго стоять около них, — нервно произнесла пони.

— Почему? — поинтересовался я.

— Они вытягивают любую энергию вблизи себя. Пони, работавшие на их доставке постоянно менялись, но всё равно выглядели лишь немногим лучше живых скелетов.

— Из меня вытягивать нечего, — пожал плечами я. — Впрочем, ничего интересного в них тоже нет. Пойдём дальше.

На третий уровень пещер вела длинная и широкая каменная кишка, которая закончилась в большой пещере с проложенными на полу рельсами и платформой-вагонеткой. Гадать о её предназначении не приходилось — на платформе лежало несколько больших кристаллов.

— Хм… предлагаю обследовать этот уровень и на сегодня закончить с этим. По туннелю прогуляемся уже завтра.

— Хорошо. С утра?

— Нет, с утра я занимаюсь секретным проектом государственной важности… — я хмыкнул. — По какой-то причине это тоже возня в древней пыли.

— Значит, вечером?

— Ага.

Из пещеры с вагонеткой вёл только один ход, закрытый дверью с искусно выгравированной на ней мордой кристального волка. Ну что ж, спасибо за предупреждение.

— Никс, отойди в сторону и жди, пока я позову.

Дождавшись, пока понька кивнёт и отойдёт из потенциальной области видимости, я открыл дверь и зашёл в коридор. Волки в нем действительно были — четыре штуки, стоящие в стенных нишах. Выведя их из строя и оставив там же, где они и стояли, я позвал Оникс, и мы двинулись дальше. Коридор закончился ещё одной дверью, за которой была полукруглая пещера с множеством ответвлений, и прямо напротив выхода виднелся ярко освещённый то ли кабинет, то ли библиотека. То, что нужно!

Всё дальнейшее произошло почти мгновенно. Я услышал скрежет когтей по камню, и откуда-то сверху передо мной с глухим ударом спрыгнули ещё два кристальных волка. Черт! Уничтожить!

Оба волка, которых я держал за макушки, бросились на правого, на котором я в это время сфокусировался, а левый прыгнул на Оникс.

Действуя совершенно автоматически, я попытался сбить его траекторию ударом плеча. Частично мне это удалось — волк полетел в другую сторону, а меня грубо швырнуло на пол. Плечо пробило настолько острой болью, что я закричал. По руке резко потекла горячая волна… проклятье, как же адски больно! Черт, волк ещё не выведен из строя! Её же сейчас сожрут!!!

— Никс, сюда! — рявкнул я сквозь выступившие на глазах слезы, видя мечущееся пятно белой пони. Если я поймаю волка хотя бы за ногу, через семь секунд ему будет не до драк. Испуганная понька рванула ко мне, а кристалловолк уже поднялся на ноги… Вот бы по нему сейчас шарахнуть другим волком!

Удар! На бросившегося было вперёд волка прыгнули сразу двое. Что? Откуда?! Чёрт, потом разберусь… мля… больно!

— Артур!!! — в глазах пони плещется целое море страха. Плохо-плохо-плохо… и чёрт, как же больно! Я мельком глянул на своё плечо… мля!

— Лежать! — потребовал я, стиснув зубы и поднимаясь на ноги.

Она выполнила это требование с такой скоростью, будто бы ей подрубили ноги. Сначала волки, затем травма…

Победить друг дружку волки не могли. Кристаллическая плоть практически не поддавалась кристаллическим же зубам, да и попытки напрыгнуть или вдарить лапой приводили лишь к увеличению количества острых осколков и клочьев искусственной шерсти на полу. Коснуться первого, и передать новую команду… почему-то послушались оба волка, тут же ухватив враждебного собрата за лапы. Я впечатал ладонь в лоб тварюге, и про шипы вспомнил лишь когда они пробили ладонь. Аргх! Три… четыре… пять… шесть… семь! Волк «выключился», и я перенаправил обоих державших его на помощь к тем двоим, которых вёл с собой от входа. Вчетвером волки скрутили собрата в мгновение ока. Ещё семь секунд, и счёт становится девять-ноль в мою пользу. Но если я срочно не сделаю что-нибудь с раной, то счёт станет девять-один и game over!

— Никс, подъем! Бинты есть?! — я рухнул рядом с ней. Голова уже слегка кружилась.

— Н-н-нет… — поньку била крупная дрожь, но мне до этого дела не было.

— Чёртова дура! — рявкнул я. — Подымайся, если не хочешь, чтоб я сдох!

Оникс словно подкинуло в воздух. Я, рыча от боли, снял с себя футболку. Практически оторванное плечо отозвалось такой вспышкой боли, что я едва не потерял сознание. Ничего, переломанные ноги болели сильнее… кажется…

— Рви пополам! — потребовал я, протягивая футболку заторможенной пони.

— К-к-кровь… всюду…

— РВИ, ЁРШ ТВОЮ МЕДЬ!!! — взревел я.

Рыдающая понька тут же выполнила это требование.

— Теперь заматывай рану.

— Я не могу-у-у…!

— Оникс! Никс, черт тебя дери! — я схватил пони за подбородок, безжалостно пачкая своей кровью белую шёрстку. — Смотри мне в глаза. Или ты выполнишь мои требования, быстро и без рассуждений, или я сдохну от потери крови в ближайшие десять минут. Ясно? ЯСНО?!!

— Да!

— Тогда мотай! Сильнее… аш-ш-ш!!! Так! — я зашипел от боли, сжав зубы и изо всех сил стараясь не закричать, чтобы не спугнуть и без того паникующую поньку.

Что ещё? Жгут? А куда его? Кажется, нужно пережать артерию в подмышечной впадине…

— Молодец, — похвалил я, когда Оникс закончила. — Завязывай кончики. Сильнее. Так, а теперь вторую половину скатай в шарик, настолько плотный, насколько только сможешь. Молодец. Давай его сюда.

Вставив плотно скатанную ткань в подмышечную впадину, я, насколько смог, придавил его рукой.

— Всё правильно? — дрожащим голосом спросила Оникс. — Ты не умрёшь?

— Пока нет, — я попытался ей улыбнуться, но не уверен что получилось. — Выбирайся отсюда и беги во дворец со всех ног. Приведи сюда Тва… нет, лучше Кейденс, она крылатая и доберётся куда быстрее. Брось свою каску с кристаллом около выхода в качестве маяка. Поняла?

Оникс закивала.

— Повтори, — потребовал я.

— Бежать во дворец, привести Кейденс, бросить каску!

— Бросить каску, бежать во дворец, привести Кейденс, — поправил её я. — Давай, зайка, беги, беги!

Пони рванула с места с такой скоростью, будто за ней мчались кристальные волки. Больно… как же больно… чёртова зверюга своими многочисленными шипами стесала мне плечо чуть ли не до косточки… зато без жертв обошлись… пока ещё… мля… что-то надо сделать с болью… синюю формулу, но для неё нужен транс… если хотя бы отстукивать ритм! Волки, точно! Они могут выполнять тупые цикличные действия, но для этого нужно к ним прикоснуться… нет, не встану. Сохранять покой… боже, как же мне больно… цыпа-цыпа-цыпа… то есть, волчи-волчи-волчи… о, гляди-ка, подошли. Может, вас и трогать не надо? Стучите лапками, раз-два, раз-два… подчиняются. Хорошо…

Отвлечься от полыхающего болью плеча было трудно, но не труднее чем когда я лежал в больнице после своей травмы. Синхронные сдвоенные удары волков по полу задавали успокаивающий ритм. На левую ладонь словно капнули что-то приятно холодное. Ощущение распространилось, прокатилось по пальцам и начало подниматься вверх, к плечу. Несуществующий мороз охватил всю руку, и я выдохнул с облегчением. Вытягивающая все силы боль исчезла, уступив место странному чувству несуществования. Теперь только резкими уколами саднила пробитая в трёх местах ладонь, но в сравнение с плечом она не шла никак. Синяя формула во всей её красе… полностью убирает чувствительность, не нужно ничего кроме неглубокого транса, и может даже действовать локально. Недостатки, правда, тоже существенные — «отключается» не только боль, но и любые ощущения в обе стороны, конечность ничего не чувствует, но и пошевелить ей нельзя, применять надо по возможности до того как ранят (поскольку впасть в транс, когда УЖЕ больно, не так-то просто), а ещё «ощущение несуществования» со временем нарастает. Три-четыре часа — и получаешь полноценную деперсонализацию, которая потом может тянуться несколько дней. И самый фатальный недостаток — синяя формула была совершенно бесполезна против головной боли. От единственной попытки использовать ее в этом ключе до сих пор мурашки по коже бегут. Бр-р-р, жуть.

Так-с, ладно. Раз уж я всё ещё жив и даже сравнительно неплохо себя чувствую, можно проверить одну странность. Неужели кристаллические волки слушаются даже мыслей? Я сосредоточился на одном из стоявших поодаль волков и приказал ему подойти ближе. Сработало! Без малейших проблем! Вот, значит, почему волки, стоявшие за дверью, напали на собрата, которого я протаранил плечом… хм, и то есть, можно управлять сразу несколькими? Хм, да. Даже не надо особо напрягаться и сосредотачиваться, достаточно просто представить конечный результат. Ну-ка, а если попробовать дотянуться до того, который остался около входа? Десяток секунд, грохот кристаллических лап — и вот он, родимый. Стоит и смотрит на меня преданными синими буркалами. Какая прелесть!

— Артур! — раздался где-то наверху знакомый голос. — Артур, ты где?

— Тут! — крикнул я, что было сил.

Шустро она, однако. Прошло ведь минут пятнадцать, не больше. Любят меня тут, прям как о родном заботятся…

Вбежавшая в зал принцесса Любви вытаращила глаза. Чего это она? А-а-а… ну да. Два кристальных волка напротив меня изображают из себя барабанщиков, а за ними полукругом сидит ещё семь.

— Ну вот как-то так, — слабо улыбнулся я.

— Как ты всего за три недели умудрился найти в моей стране столько приключений?! — возмутилась Кейденс.

— Карма плохая, — хмыкнул я и тут же пояснил: — В смысле, настолько мне не везёт.

Хм… а ведь и правда. Еще с детства постоянно ухитрялся находить себе приключения на то место, где спина теряет своё благородное название.

— Насколько всё плохо? — поинтересовалась Кейденс, с опаской глядя на пропитанную кровью ткань футболки.

— Очень плохо. Мясо с косточкой.

Аликорна передернулась.

— Ты сможешь размотать это сам? — слабым голосом поинтересовалась она.

— Угу. Можешь закрыть глаза.

— Спасибо.

Плечо под футболкой выглядело ужасно. Тем интереснее было смотреть за тем, как под воздействием целительной магии восстанавливаются мышцы, а затем и кожа. Как на компьютерной реконструкции, только не настолько «чистенько».

— Как же прекрасно жить в мире с магией! — я перестал поддерживать транс и пошевелил левой рукой. — В своём мире я бы после такого инвалидом остался.

— Ты поэтому такой безрассудный? — укоризненно спросила меня аликорна.

— Я рассудительный, просто нельзя предвидеть всего. У меня ещё одна рана есть, залечи, пожалуйста… — я протянул ей правую руку, пробитую в нескольких местах шипами.

Аликорна зажмурилась и отступила на шаг назад, однако её рог все же засветился призрачным синим пламенем.

— Прости, — повинился я. — Никак не могу привыкнуть к вашей реакции на кровь.

— А я удивлена тому, что ты ухитряешься зубоскалить даже с такими ранами, — произнесла Кейденс.

— Если знать как и хорошо потренироваться, то боль можно отключить, — ответил я. — Но это требует времени и сосредоточенности… была бы ты тут, когда Никс меня бинтовала… как она, кстати?

— Сейчас спит под присмотром Твайлайт. У неё была истерика, и я даже боялась, что это один из случаев, о которых рассказывала тётушка.

— Что за случай?

— Когда пони отказываются верить, что их друг погиб. Я всерьёз опасалась найти здесь только твоё остывающее тело.

— Всё хорошо, что хорошо кончается… — я попытался встать, но ноги меня не держали. — Ох, черт. Нет, пожалуй, мне надо посидеть ещё немножко. Кей, у тебя воды нет?

— И где я бы могла что-то прятать? — с улыбкой спросила аликорна, распахивая крылья. — Я слишком торопилась, чтобы брать с собой что-либо.

— Огромное тебе за это спасибо! — с чувством сказал я. — Надеюсь, Оникс взяла с собой что-нибудь съестное…

Повинуясь моей мысленной команде, один из кристалловолков подобрал лежащие неподалёку сумки и притащил их мне. Заодно я остановил «зацикленных» волков-метрономов.

— Как ты это делаешь? — поинтересовалась Кейденс.

— Пока не знаю. Но древесными волками одной лишь мыслью управлять не получалось, их надо было коснуться, — я закопался в чужую сумку и весьма быстро нашёл искомое: две кристаллических коробочки с бутербродами и две бутылки с водой. Повезло!

— Приятного аппетита, — со смехом в голосе произнесла Кейденс, когда я съел первый бутерброд практически в один укус и жадно присосался к бутылке.

Я только кивнул, ответить с набитым ртом было бы проблематично. Ух, как же мне сейчас вкусно! Жалко, кончилось быстро…

— Что это за место? — спросила Кейденс, едва я закончил со своим стихийным перекусом.

— Лаборатория Сомбры, — ответил я, убирая пустые бутылки обратно в сумку.

— ЧТО?!! — воскликнула она. — И вы полезли сюда сами, никому не сказав?!

— А что бы изменилось, если бы сказали? — хмыкнул я. — Волки нападают только на пони, меня бы они не тронули. Конечно, будь Твайлайт на месте Оникс, возможно, я и остался бы цел, но тогда Никс никому не сказала бы, где находится вход в лабораторию. Пунктик у неё на чужаках и опасных знаниях.

— Если они тебя не трогают, тогда почему ранен оказался ты? — нахмурилась Кейденс.

— Выбор стоял ребром: или меня ранят, или её убьют. Не мог же я просто стоять в стороне, — я снова попытался встать, и на этот раз у меня получилось. Голова ещё слегка кружилась, но в целом было вполне терпимо. — Пойдём обратно?

— Пойдём, — вздохнула аликорна. — А что с лабораторией?

— До завтра с ней точно ничего не случится, — зевнул я. — Завтра я в одиночку проверю, нет ли здесь ещё каких-нибудь волчьих засад, и можно будет подкинуть команде исследователей новый материал.

— Они ещё со старым не разобрались, — улыбнулась Кейденс.

— Отличный стимул. Лаборатория тёмного властелина уж точно интереснее, чем запылённый замок.


Я даже не предполагал, насколько. Проснувшись довольно поздним утром и помывшись, я, с разрешения Кейденс, двинулся в Сомброву лабораторию. На этот раз с полным набором — рюкзаком, планшетом, запасом еды, накладками на колени, чтобы проползти массажный туннель, и перчатками для спуска по чересчур тонкой верёвочной лестнице. Даже не пытаясь обследовать лабораторию, я сразу рванул в увиденную вчера библиотеку. Нет никаких сомнений, что о находке уже написали Селестии, и я более чем уверен, что она припрётся потрошить здешнее книгохранилище лично.

Включив на планшете съёмку, я стремительно перелистывал перед камерой все более-менее интересные материалы, среди которых был журнал Сомбры (либо зашифрованный, либо на другом языке), книга «Тени», которую я видел в библиотеке Селестии, и ещё несколько вещей, показавшихся мне не общедоступными на первый взгляд. Отлично, теперь можно с честными глазами говорить, что «я ничего не брал!», если вдруг спросят. Ну а теперь можно заняться тем, ради чего я пришёл сюда официально.

Вновь поднявшись на первый уровень, я начал заглядывать во все мелкие ответвления в поисках чего-либо интересного мне или опасного для пони. Волков больше не попадалось, и у меня было сильное подозрение, что Сомбра прикрыл ими только стратегические направления — чёрный вход и собственные покои, а всё остальное просто не содержало ничего ценного или мало-мальски интересного. На первом и втором уровне были только склады с черными кристаллами или же просто пустые пещеры. А вот на третьем…

— Очешуеть, — мрачно произнёс я, чувствуя, как по спине бегут холодные мурашки.

Рядом с кабинетом Сомбры располагалась его же спальня. Шикарная, и я бы даже сказал — королевская. У единорога явно был пунктик на собственном величии. Следующая пещера была полностью выделена под гардеробную. Поникены, обряженные в различные вариации брони, алые попоны с белой (меховой?!) оторочкой, шлемы и обручи различного дизайна, выставленные полукругом зеркала высотой в два моих роста и соразмерной шириной… и ещё один комод рядом с чем-то, удручающе похожим на косметику. В общем, экс-узурпатор Кристальной Империи себя очень, очень любил. До умопомрачения. И после всего этого роскошества я как-то не ожидал, что в следующей пещере окажется… это.

В пещере-лаборатории явно была хорошая вентиляция, а поэтому запах тления чувствовался лишь совсем чуть-чуть, настолько слабый, что я не был уверен, что это не иллюзия, порождённая моей брезгливостью. Недалеко от входа лежало два иссохших тела в странных доспехах. Глухой шлем, только с дырками для ушей и значком, который, судя по всему, очень нравился Сомбре. Подключенная к шлему неприятно выглядящая структура, иглами вонзающаяся вдоль позвоночника… боюсь даже представить, для чего нужна эта дрянь, но догадки лезут в голову сами. Помимо трупов в этой пещере были стеллажи с недоделанными шлемами и прочими элементами мерзопакостного доспеха, пробирки с неизвестными растворами и, в центре пещеры — прозекторские столы и лабораторное оборудование, больше похожее на пыточный инструмент. Боже, меня сейчас стошнит.

Но всё это были ещё цветочки. Ягодки оказались в следующей пещере — целая стена из полупрозрачных тёмно-фиолетовых блоков, в каждый из которых был вморожен пони.

— Просто очешуеть, — повторил я, пересчитывая блоки. Девять в высоту на четырнадцать в ширину… сто двадцать шесть. Больной ублюдок!

В следующей пещере были клетки, к счастью, пустые. Ещё в одной — разложенное по стеллажам барахло, а в последней — глубокая яма, на дне которой мой фонарь высветил кости и полуразложившиеся тела. Надеюсь, эту тварь убили больно. И жаль, что на самом деле она продолжает жить в других вселенных.

Я вернулся в комнату с грудами барахла. Похоже, те вещи, которые принадлежали пленникам… копаться в них не было ни малейшего желания. Если знания Шарм находятся тут, мне их передадут в любом случае. Справившись с омерзением, я осмотрел лабораторию ещё раз более внимательно на случай, если упустил какие-нибудь неприятные сюрпризы. Сделал несколько снимков на планшет — думаю, пони стоит быть готовыми к тому, что их тут ждёт.

Что ж, теперь осталось только одно. Узнать, куда ведёт туннель с вагонеткой. На всякий случай пустив перед собой волка, я углубился в пещеру. Идти пришлось далеко, и очень скоро почти незаметный уклон пола стал вполне ощутим. Освещения в туннеле не было, что замедлило меня ещё больше — нужно было не только осматривать стены и потолки на наличие каких-либо сюрпризов (коих так и не нашлось), но и не споткнуться в процессе.

Пещера окончилась ещё одной платформой для вагонетки, снабжённой каким-то интересным кристаллическим устройством. Что-то вроде стопорящего механизма явно, ведь платформа должна весьма нехилую скорость набрать. Интересно посмотреть, как он работает, но прямо сейчас я возвращаться не буду. Тем более что есть тут и кое-что поинтереснее… четыре кристальных волка в сбруе, делающей их похожими на небольшие экскаваторы. Блин, точно! Я скомандовал своему волку-провожатому сбегать назад, выбить стопоры и столкнуть платформу с черными кристаллами. Посмотрим, что должны делать эти эскаволки, если, конечно, у них автоматическая программа. Кстати, а если я попробую что-нибудь им скомандовать до «взлома»? Я сосредоточился на одном из четверых. Глаза волка полыхнули синим на мгновение, однако выполнять мою команду он не стал. Однако… ладно, подождём пока.

Вскоре из туннеля раздался шум, и разогнавшаяся на уклоне платформа с кристаллами с тихим «звяк» врезалась в останавливающий механизм. Щёлк! Рычаг рядом с механизмом перешёл в вертикальное положение, в четырёх вертикальных кристаллах рядом вспыхнуло оранжевое свечение, а незакреплённые на платформе черные кристаллы по инерции вылетели из неё как из катапульты, и с металлическим звоном врезались в стену пещеры. Глаза волков тут же загорелись синим, и они, споро подцепив черные кристаллы, по одному сбросили их в туннель, ведущий куда-то ещё. Судя по шороху, дальше кристаллы катятся своим ходом. Окончив работу, три волка сели на прежние места, а четвёртый подошёл к стопорящему механизму и лапой жмёт рычаг вниз. Дзынь! Оранжевое сияние в кристаллах погасло, а платформа, словно выпущенная из катапульты, улетела вверх. Кристалловолк тоже вернулся на место и замер.

Однако автоматизация… и кристаллики очень интересные. Скорее всего, они накапливают кинетическую энергию, переданную на механизм, а потом одним махом её высвобождают. Гружёная тележка тяжелее, чем пустая, так что вполне возможно, что запасённой энергии вполне достаточно для того, чтобы отправить её обратно. И раз здесь работают волки, а не пони, этому есть какая-то очень веская причина… похоже, в последней пещере скрывается ещё какая-то тайна. Остаётся лишь надеяться, что после очередной тайны Сомбры я не расстанусь с содержимым собственного желудка.

«Переподчинив» волков, я скомандовал одному идти вперёд меня в последний тоннель. Волк послушался… и, едва ступив в него, тут же покатился вниз, как по ледяной горке. Я потрогал пол — тёплый. Но скользкий просто до безобразия. Я осмотрелся в поисках какого-нибудь другого пути. Его не было. Хм-м-м… проблемка. Хрен его знает, какой длины этот спуск. Кристаллам-то похрен, они явно по прочности не уступают стальным чушкам, а я могу и ножки переломать. Будет крайне больно, проверено. Так-с, верёвки у меня с собой нет… так-с, волк, зубами щелк… кхм. И впрямь щёлкнул. Надо быть поаккуратнее с мыслями, когда в них фигурируют эти красавцы. Я достал планшет и включил секундомер. Зубастик, в пещеру прыг!

Волк с готовностью повиновался. Я же прислушался. Негромкий «клац!» раздался через двадцать шесть секунд. Контрольный замер высокоточным самоходным лабораторным кристалловолком… так, ага, точно, двадцать шесть с половиной. Тэ-э-кс… расчёт глубины по звуку, я запоминал эту формулу… аш равно жэ на тэ квадрат делённое на два. Без учёта распространения скорости звука в воздухе это где-то под два километра, а с учётом… эм-м-м… тьфу, блин, туплю! Зачем делать сложно, когда можно сделать просто? Скорость распространения звука 330 метров в секунду. Щелкаю по секундомеру и командую — «голос!». Рявк донёсся до меня через пять секунд, получаем полтора с гаком километра. Дохрена. Правда, здесь у нас не вертикальное падение, а скольжение под уклоном… хм, градусов, наверное, 35-40, может и круче, хрен поймёшь. Так-с, задачки прикладной физики… тело, впёрнутое в воду, выпирает на свободу с силой выпертой воды тела, впёртого туды! Кхм. Так-с, силу трения мы примем за трение льда, так-с… а это сколько? Блин. Абсцесс века и позор уха. Инженер, называется, из школьной физики только прибаутки и помню. Так, нефиг, я инженер-электронщик, мне из школьной физики нужно помнить только ай равно у делить на эр, и то уже в институте сказали, что в реальности всё сложнее.

Попробуем порассуждать. Берём худший случай, что наклон постоянный и 45 градусов, коэффициент трения близкий к нулевому. Ускорение при таких условиях будет меньше чем при свободном падении, но не слишком, может быть, на треть? Вместо 9,8 пусть будет 6,5. Мдя… что в лоб, что по лбу, за полтора километра я наберу достаточную скорость, чтобы на конце желоба разбиться в фарш. Верёвку нужной длины здесь я тоже не найду, придётся возвращаться наверх и терять ценное время до прибытия Селестии. Что ж делать-то? Хм-м… а стенки-то у тоннеля скользкие? Нет, ничуть. Отлично! Надо просто сделать тормоз, и я даже знаю, из чего.

Повозившись некоторое время с двумя оставшимися волками-экскаваторами, я сделал из них что-то вроде пробки с управляемым расширением. Проверил эффективность сцепления двух тварюшек хорошим пинком, и, убедившись в прочности, сел и скомандовал уменьшить давление на стенки. Получившаяся конструкция неспешно покатилась вниз. Умничка, Артур. Был бы поглупее, сразу бы начал пробовать сделать пробку, не развлекаясь предварительно физикой. Академик, м-мать… а что туннель может расширяться не подумал. Впрочем, этого не произошло, и я спокойно доехал до самого низа. Это ещё что за черт?!

Около конца желоба деловито копошились кристальные волки, где-то десятка два. Что ещё удивительнее — среди них были и мои лабораторные волки, легко отличимые по «экскаваторной» сбруе. На меня големы не обратили ни малейшего внимания, продолжая свою работу — растаскивая черные кристаллы. Вот два волка, чуть ли не вспахивая носами пол, покатили чёрный кристалл куда-то вглубь пещеры. Заинтересовавшись, я пошёл за ними, вертя головой по сторонам. Насколько огромная эта пещера? У меня, конечно, не слишком дальнобойный фонарь, но метров на пятнадцать-двадцать вперёд освещает точно, а здесь этот свет просто тонет в чернильном мраке. До потолка луч тоже не добивает, так что судить о дальности сложно… метров тридцать? Просто охренеть, пещера, в которой можно строить девятиэтажку…

А может быть, даже целый город. Я топаю за волками уже пять минут, и ничего не меняется, только острая галька хрустит под ногами. Ещё через пару минут я увидел колонну. Даже не так — КОЛОННУ. Квадратная, с длиной стороны метров в пять, из белёсого кристалла. Она опиралась на десятиметровое основание из белого камня, и точно такая же «лапа» была на её верхнем конце. Подпорка под свод… одна из, надо полагать. Обследовать на наличие каких-либо знаков или подписи архитектора («З.Ц.» судя по монументальности) я не стал, опасаясь упустить из поля зрения волков. Ещё через несколько минут мы вышли на окраину леса, состоящего из множества поставленных вертикально кристаллов. Тех самых, чёрных, таких же, как и тот, что катили волки. Дойдя до окраины «леса», големы покатили столб куда-то в сторону. Не слишком долго — не больше одной минуты, и они нашли подходящее место. Оба волка отошли от кристалла и с мерзким скрежетом начали резво раскапывать камень пола. Во все стороны полетела каменная крошка, и я отошёл поближе к строгим рядам кристаллов, чтобы не попасть под осколки. Луч фонаря ухнул между столбов и рассеялся где-то на четвёртом их ряду. Боже мой… сколько же их тут?

Тем временем волки закончили раскопку, подтащили кристалл ближе и поставили его вертикально, после чего, поднявшись на задние лапы, выровняли относительно соседних. Убедившись, что творение их лап уверенно стоит, волки направились куда-то вглубь «леса». И, в это же время откуда-то справа донёсся знакомый неприятный звук — другая группа волков где-то копала камень для установки своего кристалла.

Какого же размера эта пещера? Я иду за волками уже десять минут, а окружающий пейзаж почти не меняется — всё те же вертикально поставленные кристаллы и изредка встречающиеся колонны, поддерживающие свод. Или нет… где-то далеко впереди, кажется, видно какое-то сияние. Мгновение подумав, я выключил фонарь. Да, действительно, что-то такое есть, и похоже, волки направляются именно туда. Мы продолжали идти… и чем ближе мы подходили к загадочному сиянию, тем больше меня охватывало странное ощущение. Эта пещера... я уверен, полностью и абсолютно, что никогда не видел её раньше, однако чувство продолжало крепнуть. Словно… командировка в забытые гребеня, где приходится не вылезая работать в течение черт знает скольких дней, живя в гостинице, где подушка набита не столько перьями, сколько тараканами, а горячая вода встречается только в сказках аксакалов, помнящих времена Союза… и внезапно всё это закончилось, и ты, небритый, усталый, но довольный поворачиваешь ключ в замке, открываешь дверь и чувствуешь что-то неуловимое, что бывает только… дома. И то же самое чувствовал сейчас я. Бред какой-то.

Синее зарево становилось всё ярче, и я заметил, что по мере нашего приближения к нему кристаллы вокруг изменились. В их глубине сияли синие огоньки, явственно различимые даже в свете фонаря. Вскоре зарево над головой и полыхающее в окружающих кристаллах пламя стало настолько ярким, что я выключил фонарь и нагнал "своих" волков, всё так же неспешно топающих к источнику света. Теперь не заблужусь, так что можно поставить небольшой эксперимент. Волк, стоять! Проигнорировал, даже глазами не пыхнул. Я положил руку на нос своевольной зверюги, и контроль всё-таки удалось вернуть, кристальный голем остановился и даже сел, подчиняясь указанию. Хорошо… значит, мои способности работают как надо. Скомандовав волку идти за мной, я снова пошёл к зареву. Кристаллы вокруг сияют всё ярче, и вот, наконец, между ними мелькнуло какое-то нарушение структуры, и я вышел на небольшую каменную площадку, обрамляющую небольшой пруд. Идущий впереди волк подошёл к кромке воды, повернулся к ней спиной и сел. К моему безумному удивлению, волк, следовавший за мной, сделал то же самое! Похоже, это место всё-таки перехватывает над ними контроль обратно, пусть для этого и требуется какое-то время.

Я подошёл к пруду… хм, нет, это больше похоже на колодец. Сквозь чистую воду видно каменистые стенки, пахнет свежестью, словно на берегу горной речки. Вода слабо светится, примерно как на картинах иллюстрирующих эффект Вавилова-Черенкова, и только за счёт этого понятно, насколько же этот колодец глубок. Видимое же издалека синее зарево появлялось где-то в десяти метрах над поверхностью воды, и снизу оно больше всего напоминало горящий газ, вылетающий из форсунки под давлением настолько чудовищным, что воспламениться он может лишь немного рассеявшись в воздухе. И всё это — в абсолютной, звенящей тишине… как-то чересчур сюрреалистично. Нужно сделать что-нибудь разумное. Начнём с воды.

Я встал на колени и аккуратно сунул кончик мизинца левой руки в воду. Никаких неприятных ощущений. Подержав палец некоторое время под водой (весьма холодной!) я вытащил его. Придирчиво осмотрел. Мокрый. Это единственное изменение. Даже несмотря на то, что интенсивность магии здесь такая, что её видно даже невооружённым взглядом, на меня это никакого влияния не оказывает. Ну или я уже получил дозу, несовместимую с жизнью, и оказался в той вселенной, где я всё ещё жив и теперь смотрю на свой палец. Я зачерпнул немножко воды и принюхался. Пахнет пресной водой. И в моей руке она всё-таки не светится. Блин, холодная, аж кости ломит. Я выплеснул воду обратно в колодец, и её плеск казался почти грохотом в абсолютной тишине зала. Оперевшись на одного из волков, я поднялся. Что ещё можно сделать? О, очки!

Сняв рюкзак, я достал их из чехла и хмыкнул, увидев яркий белый свет, идущий из окуляров. Мда, при такой интенсивности магии толку с них ноль. Стоп! Вот оно что!!! Вот оно откуда берется! Я мысленно прикинул расстояние и направление, которое прошёл по этим пещерам. Кажется, совпадает. Этот колодец находится под дворцом! Точно такой же цвет магии, как и у той, что я видел в энергоканалах, ведущих к шпилю! Правда, это совсем не объясняет, куда потом эта магия девается. Зато понятно, откуда идёт поток. За спиной раздался негромкий хруст камешков, и я резко обернулся. Волки. Ещё одна пара вернулась со своей миссии и села «на подзарядку» рядом с источником. Достав планшет, я неторопливо заснял всё вокруг, после этого сделал пару глотков из бутылки с водой, вылил её содержимое на пол и набрал холодной «магической» воды из источника. А вот в бутылке она светится! Слабо, но вполне заметно. Уложив трофей на дно рюкзака, я сел, опершись спиной на один из сияющих кристаллов, и стал ждать, пока «на базу» вернутся волки-«экскаваторы», мой единственный способ выбраться наружу. Ждать пришлось не слишком долго — четвёртой группой вернулись как раз они. Позволив им десяток минут «позаряжаться», я положил руки им на макушки и отдал приказ подниматься. К моему счастью, волки послушались беспрекословно, и мы двинулись в обратный путь.

Всё это крайне интересно… много в мире таких «колодцев»? И откуда магия берётся в них? Из ядра планеты? Или где-то в толще земли есть запасы под большим давлением, откуда она так и фонтанирует, словно из скважины? А они откуда взялись? Ответ на все вопросы — «фиг его знает». И полагаю, я единственный, кто в принципе способен увидеть этот зал своими глазами. Трикси обожгло побочным излучением лишь от части потока, что произойдёт, если кто-то из пони спустится сюда — даже предполагать не берусь. Скорее всего, именно из-за этого в конце шахты и работали кристальные волки. Им, как ходячим артефактам, плотность магии побоку.

И тут возникает одна интересная коллизия… судя по всему, Сомбра умел контролировать кристальных волков. Но! Только не тех, которые спустились к источнику. И, учитывая, что во всей этой системе пещер не нашлось ничего даже отдалённо похожего на линию по производству, можно предположить, что волков он сам производить не умел, иначе он бы вырастил целую армию этих тварюшек и захватил бы мир в два счета. Зато мог программировать… хоть и непонятно, как именно. Отсюда вывод — он лишь талантливый говнюк, который решил использовать ресурсы Империи себе на пользу.

Ещё известно, что он скидывал вглубь чёрные кристаллы, причём поставил это дело на поток. И, раз контролировать волков около колодца он не мог (ведь если бы мог, то наверняка бы поставил «восстановление программы» на весь комплекс, а не только около источника), значит, функцию установки кристаллов-накопителей ввели в программу волков их настоящие создатели, те, кто вообще создал эту систему. Гейн Фридом и сотоварищи? Допустимо… особенно учитывая, что Гейн отказался отдавать секрет климатического щита другим пони. Надо полагать, что без источника магии уровня «термоядерный реактор» такой фокус провернуть нельзя. Но, поскольку они всё-таки пони, то я сильно сомневаюсь, что колодец выкопали они, скорее они просто откуда-то знали, что он здесь есть. Чейнджлинги подсказали? А они откуда знали и почему сами не воспользовались? И кто это вообще сделал, не люди же…

Эта мысль на секунду заставила меня замереть. Кристальные волки, выполняющие мои мысленные команды, в принципе меня не атакующие и даже не способные увидеть. Источник, находиться рядом с которым могут только существа, не имеющие магической системы. Ностальгическое чувство дома при приближении к колодцу… так, стоп. Это уже конспиративная теория какая-то. Да и Оккам против — на кой черт строить магическую инфраструктуру тем, кому она нахрен не упёрлась? Да и потом, где хоть какие-нибудь следы, подтверждающие такую вероятность? Вон, древесные волки со сбитой программой слушаются кого угодно, только прикоснись. Возможно, что и кристальные волки будут делать то же самое.

Но всё-таки, сколько же здесь кристаллов… а ведь если колодец находится в центре пещеры, то и за ним должно быть точно такое же полюшко-поле, кристаллами засаженное. Предназначение этих штуковин понятно кому угодно — аккумуляторы. А что используются именно чёрные, так мало ли, может, другой тип кристаллов магию колодца и не может поглотить. Куда интереснее — зачем они нужны? Или, учитывая, что Сомбра яростно наращивал общую ёмкость этого грандиозного накопителя, куда он их собирался применить?

И снова я остановился и щёлкнул пальцами, отмечая удачную догадку. Большинство кристаллов пусты! Полностью заряжены только те, что находятся рядом с источником. Учитывая мощности, которыми оный источник шарашит во все стороны, за пятнадцатилетие правления Сомбры полностью заряженными должно было быть куда большее количество кристаллов, едва ли не все! А значит, запасённая магия была использована. Единственное событие, примерно подходящее по энергозатратности — исчезновение всей Кристальной Империи на тысячу лет! Заодно становится понятно, чего это Сомбра «проклял» не аликорнов или Эквестрию, а именно свою вотчину. Однако поддержание стазиса явно не основная функция этой лейденской банки циклопических размеров, что возвращает нас к вопросу — что же такого хотел сделать Сомбра, яростно наращивая предельную ёмкость? После его лабораторий сильно сомневаюсь, что это было что-то хорошее. Пожалуй, об этой пещере не стоит знать никому, кроме аликорнов, а там уж пусть Тия сама решает, что и кому стоит рассказывать. О! Ну наконец-то стена пещеры! Я уж испугался, что заблудился. Теперь… вроде бы направо?

Найдя выход и снова сцепив волков между собой, я скомандовал им синхронно перебирать передними лапами, и импровизированный подъёмник потащил меня обратно.


Последовавшие за этим дни стали настоящим кошмаром. Когда я вышел из лаборатории, меня уже встречали Кейденс, Твайлайт и Шайнинг. Энтузиазм волшебницы как можно быстрее начать новое исследование угас в тот же миг, когда я показал сделанные внутри лаборатории фотографии. Стошнило даже единорога, хотя, казалось бы, бывшему капитану стражи не пристало блевать от вида костей и полуразложившихся тел.

С консолью управления Твайлайт разобралась в два счёта, и после небольшой подзарядки главный вход в лабораторию был открыт. Кристаллы с жертвами Сомбры вытащили, а самих замороженных опознали. Среди них оказались и родители ныне живущих Шарм, все трое. Более того — оказалось, что «замороженные» пони живы, хоть и непонятно, как их извлечь. С костями погибших было куда хуже… Как один из немногих, кто может спокойно смотреть на такие вещи, я предложил Кейденс помощь и работал вместе с тремя пони-врачами и похоронных дел мастером. К счастью, жертв было куда меньше, чем я ожидал — всего четыре десятка… но по меркам современных пони и это гекатомба. Все найденные книги Твайлайт с омерзением упаковала в контейнер и отправила в Кантерлот, запечатав со всех сторон и с несколькими магами в качестве охраны (включая Спеллтэйл, которой после выступления Трикси остальные дружно объявили бойкот). В первый раз видел, чтобы помешанная на учёбе единорожка так относилась к потенциальным источникам новых знаний.

Магическая вода, про которую я вспомнил только во дворце, явно потеряла свои свойства, пока я тащил её из пещеры. Никакого свечения и никакой магии — даже одолженный у Лэнс кристалл-пробник не показал превышения естественного магического фона. Похоже, пока я шёл через лес кристаллов, весь магический заряд из воды вытянуло. Пить я её не решился и в итоге просто оставил бутылку на хранении у Кейденс, только ей и рассказав о том, что скрывается под дворцом. Сказать, что принцесса была шокирована такими новостями — сильно преуменьшить действительность. Ну и, вопреки моим ожиданиям, Селестия так и не приехала.

Хорошего за это время тоже произошло немало, но среди всей начавшейся круговерти оно промелькнуло как-то чересчур быстро. Ещё утром того дня, когда я исследовал лабораторию, команда Твайки выполнила-таки свой каскадный резонанс и открыла портал в Зен… то есть, в зазеркальный дворец. Честно сказать, я вздохнул с облегчением. И потому, что мне так и не понадобилась монтировка, и потому, что археологам и прочим четвероногим учёным больше не нужна была моя помощь. За всю мою работу Кейденс отсыпала аж пятьдесят тысяч бит (сказала — оплата достойная, и оплатила действительно достойно, уважаю!). После рассказа Оникс о том, как меня едва не загрызли волки Трикси словно напрочь забыла нашу маленькую размолвку у сцены, и при встрече волшебница чуть не удушила меня в объятиях.

Мои несчастные кости за последние дни вообще были неоднократно протестированы на прочность. Наибольшей опасности остаться калекой меня подвергли Шарм после того, как они узнали про затею Оникс, её спасение от кристальных волков и то, что мне удалось найти их родителей, пусть пока и в «упакованном виде». Лишь ненамного меньше меня помяла сама Никс, сдавившая меня как промышленный пресс и, обливаясь слезами, причитавшая что-то вроде «ты жив» и «прости». После такого благодарные объятия пони, чьих родственников в замороженном виде вытащили из лаборатории, были почти что ласковыми. Почти. Всех благодарителей я мстительно перенаправлял к Оникс, говоря, что только благодаря ей логово Сомбры было найдено. Ещё я любопытства ради (интересно же, в кого втюрилась строгая злючка Никс!) нашёл портрет Сомбры в то время, когда он был советником королевской семьи. Выглядел вполне прилично, хоть и тогда уже имел страсть к отороченным мехом попонам.

Ещё были журналисты, впрочем, одной из их племени я и так обещал интервью… пришлось дать. И напоследок — эпическая битва с бюрократической гидрой за право вывоза из Империи и ввоза в Эквестрию «опасных магических хищников», коих я набрал целый прицепной вагон. Из тринадцати пойманных волков двоих я с концами «уронил» в пещеру источника и двоих оставил около тоннеля в расчёте на то, что мне когда-нибудь понадобится туда снова спуститься. Двух я оставил по просьбе Кейденс, одного в качестве экспоната музея, а второго — для исследований, ещё в начале которых выяснилось, что кристальные волки разборчивы в знакомствах куда больше древесных и подчиняться мысленным командам пони отказываются наотрез — отдаваемым как на расстоянии, так и при прямом контакте. Полагаю, не в последнюю очередь из-за этого мне и позволили забрать всех оставшихся на эксперименты. В конце концов, я ж крупнейший практикующий специалист в этой сфере! Впрочем, бумажек всё равно пришлось заполнить много. И заплатить целых две тысячи бит за транспортировку в спецвагоне. У-у, жлобяры четвероногие… вот запущу порталы, посмотрим, как вы тогда запоёте.

Сопровождать волков я решил сам — в Кристальной Империи меня один фиг больше ничего не держало. Очки купил, с Кейденс пообщался. Всё остальное, включая знакомство с Шарм, археологию-спелеологию и концерт Трикси шло довеском. В общем и целом я остался в большом плюсе, но и устал тоже порядком. Хотелось забуриться куда-нибудь в Вечнодикий и провести там хотя бы недельку в тишине и покое, прежде чем с новыми силами взяться за список дел, сильно разросшийся за последние двадцать три дня. Перед Лирой уже просто стыдно — я ей терменвокс обещал уже сам забыл когда.

Твайлайт вместе со своей командой остались — для них работы был ещё непочатый край. Стабилизировать вход в зазеркальный дворец и взломать запертые двери, раскрыть суть экспериментов Сомбры над пони, помочь вытащить несчастных, вмороженных в кристалл (для этого на третий день даже прибыла целая делегация врачей из кантерлотского госпиталя, среди которых, впрочем, знакомых лиц не оказалось).

Книг Шарм среди попавших в лабораторию вещей пока не нашли, но Гарнет заверил: мне сообщат сразу же, как это случится. А возможно, книги и вовсе не потребуются, если удастся разморозить родителей… вопрос спорный, как бы это старшее поколение не попыталось «хранить секреты». Но лекцию на эту тему я решил оставить до лучших времён.

Сейчас же я просто с удовольствием вытянул гудящие ноги и слушал тихий перестук колёс поезда, увозившего меня из того разворошённого муравейника, в который я превратил когда-то спокойный город. Провожать нас заявилась чуть ли не половина его жителей… а после того, как одна чересчур любвеобильная Джейд обняла на прощание сначала меня, а потом Трикси, эта же светлая мысль пришла в голову и остальным. От участи быть затисканным до смерти нас спас только гудок, предупреждавший об отправлении поезда.

— Арт, — внезапно позвала меня Беата. Единорожка как раз рассматривала альбом фотографий с её последнего выступления. — А ты знал, что Кейденс была няней Твайлайт?

— Знал, конечно. Жить с Твай почти месяц и не узнать про её любимую няню и обожаемого брата просто невозможно.

— А почему мне не сказал? — единорожка захлопнула альбом, перевернулась на живот и очень внимательно на меня посмотрела. — Специально?

— Беат, а тебе не кажется, что смотреть на всё сквозь призму «я не люблю Твайлайт» как-то… я даже не знаю, тупо? Я не считаю себя обязанным потворствовать этой глупости. А! У меня, кстати, есть кое-что для тебя.

Я вытащил из рюкзака планшет. Запись даже редактировать не пришлось, там и так всё было совершенно понятно. То, как ей кости мыли, Трикси восприняла спокойно, только фыркнула, когда услышала про «понивилльский ураган». А вот на том моменте, когда Твайлайт за неё вступилась, глаза единорожки стали совершенно круглыми. Дав дослушать запись до Твайкиного «это ужасно!» я выключил воспроизведение. В купе повисла тишина, нарушаемая только перестуком колёс вагона.

— После выступления, когда ты ушёл, ко мне подошла Тендер Вейв с букетом цветов и сказала, что ей всегда нравились мои выступления. И извинилась, что никогда не пыталась встать на мою сторону, — тихо сказала Трикси. — Теперь понятно, почему.

— А вы знакомы? — удивился я.

— Она была моей одноклассницей, как и Спеллтэйл… — единорожка подняла на меня глаза. — Спасибо.

— За что? — удивился я.

— За то, что ты защищал меня.

— Твайлайт ты тоже за это поблагодаришь? — поднял брови я.

— Я… постараюсь. Нет! Я поблагодарю, — Трикси вздохнула. — И объясню ей… всё. Прекрати так улыбаться!

— Ничего не могу с собой поделать, — усмехнулся я. — Моя помощница растёт прямо на глазах! Уже перестала спеллтэйлить и решила поступить как взрослая пони.

— Да ну тебя! — фыркнула единорожка и надулась.

Я усмехнулся. Хорошо ещё, не стала спрашивать…

— Арт, а почему ты стал это записывать? — поинтересовалась вдруг Трикси.

Умная всё-таки у меня помощница.

— Потому что я знал, что она станет тебя защищать, — честно ответил я и вздохнул. — Если хочешь знать, то это именно она просила мэра не выкидывать тебя из города, а не я. После того как ты продержала её неделю в клетке, мэр к тебе относится несколько предвзято, как ты понимаешь.

— Но почему она меня защищает?! — воскликнула Трикси. — С ней я обошлась ещё хуже!

— Потому что знает, что тогда это была не ты. И она заметила, что ты бросилась на защиту Понивилля в случае с Урсой. И она считает, что с тобой поступили несправедливо. И ещё она наивняшка. Блин, да лучше сама её спроси.

— Спрошу.

— Тем более что у тебя и повод есть — поговорить с ней перед вашим общим выступлением.

— Кстати, — оживилась единорожка. — Ты ведь выступишь со мной ещё раз?

— В качестве кого? — улыбнулся я. — На следующем выступлении у тебя же Твайлайт ассистенткой будет.

— М-м-м… ты можешь выступить со своим номером! — тут же нашла решение единорожка.

— Я? С каким? — поразился я.

— С гипнозом! Помнишь, ты рассказывал про сценический гипноз?

— Хм… ну, могу, в общем-то. А тебе-то это зачем?

— Хочу посмотреть, — смущённо ответила единорожка. — И я взяла твой костюм!

— А давай, — я усмехнулся. — Мне в прошлый раз даже понравилось. Надо будет только номер придумать… кстати, а почему ты не вовлекаешь зрителей в выступление? Это ведь гораздо зрелищнее.

— У нас так никто не делает…

— Ну, вот и будешь первой.

Трикси задумалась, а я откинулся обратно на подушку. Впрочем, тишина долго не продлилась.

— Кстати… по поводу выступления. После оплаты рекламы, аренды и монтажа сцены у меня осталось шесть с лишним тысяч бит, — она улыбнулась. — Таких заработков у меня не было даже в лучшие времена. Но по совести, большая их часть принадлежит тебе, и я хочу, чтобы ты их забрал.

— С чего вдруг?! — поперхнулся я.

— Ты помог мне с номером, ты поддерживал меня всё это время, ты даже решил мою проблему с магией! Я просто обязана отдать их тебе!

— Эм… не возьму.

— Но почему?! Ведь это всё благодаря тебе! Идея фокуса со шпагами твоя, и именно он вызвал наибольший восторг! А твоя поддержка вообще неоценима — выступления без него не состоялось бы!

— Я помогал тебе, потому что хотел. Потому что ты мой друг, и тебе нужна была помощь, — я поморщился. — Можешь считать это моей блажью, но денег я за это не возьму.

— Тогда в оплату долга!

— Тем более не возьму, — я улыбнулся. — Как помощница ты мне куда ценнее, чем жалкие золотые кругляши. Так что можешь даже не надеяться скостить себе срок таким образом.

— Тогда… — Трикси хитро улыбнулась, — я оплачу тебе как ассистенту.

Я хмыкнул.

— Хитрюга. Хорошо, но шесть тысяч бит ты мне за это не сунешь. Оплата по среднерыночному тарифу.

— Ладно, тогда на оставшееся я обновлю реквизит и улучшу фургон, — единорожка вдруг прижала ушки к голове и состроила просящую моську. — Ты ведь поймаешь одного древолка для своей любимой помощницы?

— Не-а, — усмехнулся я. — Если со своей диетой ты не будешь много бегать, то станешь меховым шариком с ножками.

— Я потолстела? — ужаснулась Трикси.

— Пока нет, — я задумчиво оглядел стройную фигуру единорожки. — С тех пор как я тебя подобрал, скорее похорошела, а то была осунувшаяся и измотанная.

— Подобрал! — возмутилась она

— А теперь шёрстка шёлковая, грива лоснится, глазки блестят, — с лёгкими ехидными нотками продолжал я.

— Хм…

— Но крекеры с арахисовой пастой штука коварная.

— Зато вкусная!

— Никогда не знаешь, когда они подло отложатся на бочках… — невозмутимо продолжал я.

— Ладно, — вздохнула Трикси. — Обойдусь без древолка. А ты жадина!

— Да ладно тебе, я тебя просто дразню, — я улыбнулся. — Поймаю, конечно, не вопрос.

— Йей! Только дизайн ему придётся поменять…

Посочувствовав неизвестному древесному волку, пока ещё мирно живущему в своих чащобах и не знающего о нависшем на нем злом роке, я потянулся было за рюкзаком, когда Трикси снова меня окликнула.

— Арт, расскажи о себе, — попросила единорожка.

— Зачем это? — подозрительно посмотрел на неё я.

— Ну… мы ведь друзья?

— Да. Хоть иногда я и чувствую себя добрым дядюшкой, балующим любимую племяшку,— я усмехнулся. — Но если ты собираешься чего-то вызнавать для Флатти, лучше скажи об этом сразу.

— Нет, но об этом мы тоже поговорим… дядюшка, — съехидничала она. — Просто я только сейчас поняла, что живу вместе с тобой уже почти месяц, но ничегошеньки о тебе не знаю. И ты обещал рассказать о своём «тёмном прошлом».

— Когда это? — удивился я.

— Когда на свидание меня звал.

— А-а-а… — я вздохнул. — Да я и не знаю, что можно про себя рассказать. У меня не особо интересная жизнь. Родился, подрос, пошёл в школу, потом в институт, нашёл работу… всё довольно типично. Городов не захватывал, с чудовищами не сражался, принцесс не спасал.

— Теперь навёрстываешь? — съехидничала Трикси.

Я хмыкнул. Вот уж точно.

— Ага. Компенсирую годы лишений. Но если серьёзно… спрашивай, что тебя интересует, и я отвечу. Может быть, даже честно.

— Хорошо, — кивнула единорожка и села. — Как ты научился гипнозу? Это ведь не та вещь, которую умеют все люди?

— Нет, не все, — я усмехнулся. — Ничего особенного. У меня, можно сказать, предрасположенность была, так что десяток книг, куча практики и пять визитов к гипнологу. И потом ещё одна куча практики.

— И зачем?

— В детстве мне приснился сон. В нем была добрая фея, сказавшая что совсем-совсем скоро, когда я вырасту большим и сильным, мне встретится бедная маленькая единорожка, лишившаяся своей магии из-за отсутствия веры в себя…

— Артур!

— Ну что сразу Артур? Я же сказал, что только «может быть» буду честно рассказывать, — улыбнулся я.

— Это секрет?

— Да нет… — я вздохнул. — Просто… ладно.

Спорная мотивация, которую никогда не понимали даже мои друзья. Точнее, как они думали, что понимали, но на деле видели только то, что ожидали увидеть, и стремились ляпнуть ярлык. Или «безответственный», «эгоист» и, в лучшем случае, снисходительное «анархист», или более приятные эпитеты, но в итоге их понимание идеи сводилось лишь к вседозволенности и безнаказанности. Ни то, ни другое верно не было, а отношение ко мне меняло, так что я со временем просто перестал об этом распространяться… ну, посмотрим, как отреагирует пони.

— Всё дело в свободе. Нельзя быть свободным, пока боишься смерти, боли, проблем… пока у тебя есть что-то, что у тебя можно отобрать и это сделает тебя несчастным. Я же с определённого момента хотел совершенной свободы. Возможности самому выбирать свои цепи и возможности сбросить их сразу в любой момент. Под «я» подразумевается только разум, а тело не более чем инструмент для жизни. Якорь, который принадлежит миру вещей и позволяет в нем оставаться, но это моя вещь, и только я решаю, как ею пользоваться. Захочу — буду лелеять, захочу — сломаю. В теории. На практике же тушка влияет на решения и суждения куда больше, чем хотелось бы. Заставляет бояться, мучает, если что-то не по ней. Ограничивает свободу. Унижает.

— Унижает? — удивилась единорожка.

— Хорошо проведённый болевой приём — и ты уже готов просить пощады. «Я» не хочу, но тушка настаивает на своём. Несколько болезненных ударов, превосходство в силе — и ты уже ощущаешь липкий страх перед противником. Ты можешь быть лучше и умнее его, ты можешь порвать его на тряпочки в какой-то другой сфере или просто подготовившись, но всё равно боишься! И чего?! Всего лишь повторения жалкого биоэлектрического шума, рождённого потревоженными рецепторами! Разве это не унизительно?! — я оскалился. — Да лучше сдохнуть, чем сдаться!

Беата отшатнулась, и я опомнился. Потряс головой, отгоняя подступающую ярость.

— Извини, — я выдохнул. — Сами мысли об этом заставляют кровь кипеть.

— Н-ничего.

— Я никогда больше не уступлю угрозам или силе, — почти спокойно произнёс я. — И не спущу ни одного унижения. Никому! Даже если вещь, в которой я обитаю, разорвут на куски.

Тишина. Единорожка смотрит на меня почти с ужасом.

— Это чудовищная точка зрения! — наконец, воскликнула она. — Как ты вообще можешь так думать?!

— Ну да, — охотно согласился я. — Дурной максимализм. Я был как раз в том возрасте, в котором от него страдают. Со всем пылом юности отдался великому делу изменения себя.

— Ты понимаешь, что это неправильно, но всё равно продолжаешь так думать? — удивилась она.

— Э, не-не-не, я не говорил что это «неправильно», я лишь согласился с тем, что это «чудовищная точка зрения», — усмехнулся я. — Но каждому своё. Да, теперь я понимаю, почему я думаю так, как думаю, но это опыт, который сформировал меня такого, каким ты меня знаешь.

— И что за опыт такой? — она распахнула глаза. — Тебя ненавидели?

— Тоже нет, — я усмехнулся. — Во всем, что со мной случилось, я виноват сам. Ладно, начну почти с самого начала. На свой одиннадцатый день рождения я, воспользовавшись тем, что родители были заняты подготовкой к празднику по поводу рождения сестры, удрал с друзьями на стройку, к которой так-то мне было приближаться запрещено. Там мы на высоте третьего этажа катались на канате, перепрыгивая с одной площадки на другую. Я сорвался вниз. Открытые переломы ног, тяжёлая травма головы, позвоночник не задело лишь чудом. Ещё большее чудо в том, что я остался жив. Это настолько маловероятно, что я считаю, что тогда я умер в первый раз. Соседним зданием была подстанция скорой помощи, и двое врачей пошли гонять нас со стройки как раз тогда, когда я упал. Что тогда происходило я не знаю, но в медкарте было указано, что я провёл сорок секунд в состоянии клинической смерти. В больнице я лежал чуть меньше года.

— Кошмар!

— Да, не самое приятное время в моей жизни. Ежедневно я боролся с собой даже чтобы просто вставать по утрам, потому что каждый раз это был почти трудовой подвиг. Кости ныли, мышцы не слушались, то и дело прошибал пот. Меня мучали постоянные головные боли, но я принимал лекарства лишь тогда, когда они становились слишком сильными, ведь врачи сказали, что так надо, а я верил им безоговорочно. Потом… начались проблемы с памятью, и я учил стихи, несмотря на то, что строчки рассыпались перед глазами. Ухаживал за сестрой, потому что больше её оставить было не на кого… я с самого детства привык к тому, что моё тело — враг, которого надо побеждать изо дня в день. Разве не хочется от такого освободиться, особенно совсем ещё ребёнку? И постепенно, годам к пятнадцати, я выработал тот самый дурной максимализм. Думал, что знаю, как работает мир, и после небольшого спора с другом меня поглотило глупое желание измениться и стать таким-сяким-разэтаким, чтоб прям самого себя уважать. Ну и, поскольку я думал, что знал, как всё устроено, серьёзно подошёл к делу. Психология, сценическая речь, айкидо, гипноз… особенно последнее. Уж с этой игрушкой я так порезвился, что до сих пор жалею.

— Почему? — тихо спросила единорожка.

— Потому что я решил, что это ответ. Добраться до ядра собственной личности, завоевателем прыгнуть в подсознание и навести там свои порядки! Не хочу быть импульсивным, решил Арт, и решил научиться подавлять эмоции. А ещё Арт не хотел чувствовать страх, боль и лень.

— Чего это ты заговорил о себе в третьем лице? — вскинула брови Трикси.

— Твоё дурное влияние, — показал язык я, но тут же спрятал, пока меня за него не схватили. — На самом деле, потому что тот Арт, который всего этого хотел, и тот, кого ты видишь перед собой — это уже разные люди. Что-то у него получилось, конечно. Но вместе с теми вроде как положительными чертами, которые тот Арт частично получил, он ещё стал мной. Да, я практически неспособен испытывать страх, не связанный с угрозой жизни, но в результате я стал вспыльчив и агрессивен. Вместе со способностью владеть собой я лишился немалого куска эмоционального спектра и способности испытывать комплексные эмоции. С болью… ну, не сказать, что ничего не вышло, но все три связанных с её подавлением суггестивных формулы я никогда не использовал из-за побочных эффектов. А, ну и да, лень… вместо неё я теперь ощущаю настолько мучительную скуку, что… даже сравнение подобрать не могу. Я методично и с полной самоотдачей калечил себя, предполагая, что с каждым разом становлюсь только лучше. Катарсис был неожиданным и неприятным, но уж лучше поздно, чем никогда.

— Но ведь ты сделал это сам! Неужели ничего нельзя исправить? — ужаснулась единорожка.

— Поздно заметил. Процесс-то был небыстрый и растянулся почти на четыре года, прежде чем я спохватился. А тогда уже было поздно трепыхаться — из большего легко сделать меньшее, а вот наоборот, увы, нет. Кроме того, я опасался, что, продолжив эксперименты, просто сойду с ума, окончательно и бесповоротно.

Не факт, кстати, что не сошёл. Даже если не брать в расчёт то, что я сейчас изливаю душу говорящей единорожке.

— Но… а если бы тебе помог другой… как ты это называл, «гипнолог»?

— Возможно, — кивнул я. — Но даже помимо того что это заняло бы хрен знает сколько времени, а сеансы достаточно дорогие, есть ещё проблема. Среди всего прочего я начисто лишился способности к безусловному доверию. Да и, поразмыслив над этим, я решил, что всё не так уж и плохо. Болен? Ну да, но нормален любой, кто без угрозы для себя и окружающих может находиться в обществе и не быть им отвергнутым. Второе проще, нужно просто быть дружелюбным и полезным. Первое сложнее, но с данным самому себе словом никому не вредить, я справился. Почти. Не думаю, что мои родственники отнеслись к моему исчезновению так легко, как бы мне хотелось.

— Что-то после твоего рассказа уже не слишком хочется учиться гипнозу… — Трикси поёжилась.

— Пока ты не делаешь из лекарства наркотик, всё будет хорошо, — заверил я единорожку. — Я себя уродовал целенаправленно, сознательно и много лет, так что тебе мою историю повторить не грозит. Да и вообще, ты ж Великая и Могучая, что с тобой станется?

— Это комплимент или издёвка? — прищурилась единорожка.

— Понемногу и того, и другого, — усмехнулся я. — Впрочем, я тебе сейчас покажу один фокус, чтобы ты снова сменила своё мнение о гипнозе.

Я положил на стол вытянутую правую руку.

— И в чем фокус? — спросила Трикси через минуту.

— Погоди, это занимает некоторое время. И вообще, тишина, пока маэстро работает.

Она хмыкнула, и продолжила разглядывать мою руку. И через ещё одну минуту удивлённо охнула.

— Как ты это сделал?!

— Одно из забавных, но совершенно бесполезных умений связанных с трансовыми состояниями. Если очень хорошо представить себе, что к коже прикасается что-то горячее, то она покраснеет, — я полюбовался на русскую букву «А», медленно теряющую очертания на коже. — На самом себе это сделать сложно, хотя есть такие умельцы, которые самовнушением раны открывают. А вот в трансе запросто.

— Кажется, я знаю, с каким номером ты будешь выступать… — задумчиво произнесла Трикси.

— Не получится. Даже если у пони кожа и покраснеет, под шёрсткой этого зрители точно не увидят.

— И правда, — единорожка слегка расстроилась.

— И вообще, я и так знаю, что именно буду делать, — я усмехнулся и, предваряя заданный Беатой вопрос, добавил: — Но тебе не скажу. Увидишь всё сама, как будет готово.

— И всё-таки ты плагиатор, — улыбнулась единорожка.

— Грешен, — улыбнулся ей в ответ я. — Продолжим экскурс в мою скучную жизнь? Спрашивай.

— Даже не знаю, стоит ли, — проворчала Трикси. — Если всё, что ты рассказывал это «скучно», то боюсь даже представить, что для тебя будет «интересно».

— После такого не живут, — усмехнулся я.

— Ладно, тогда расскажи про массаж принцесс и как это связано с… — единорожка осмотрелась и понизила голос, — …рогом Селестии?

Я ухмыльнулся.

— Ага! Я тебя раскусил! Об этом ты и хотела спросить с самого начала! Развела тут дымовую завесу: «гипноз», «зачем»!

— Ничего подобного!!! — возмутилась единорожка.

— Нет-нет, ты не подумай, я не осуждаю, — я ухмыльнулся. — И даже расскажу. Начнём же мы… с вопроса! Какого размера была самая большая ванная, какую ты только видела в своей жизни?




Альтернативная клоп-сцена от kifats

Идея Трикси с косичками вдохновлена этим.

Внешность Фликервинг вдохновлена этим.