When the wild wind blows

В Понивилле уже долгое время стояла засуха. Эпплджек встречает пегаса - того, из-за кого по сути все и началось. У них все медленно перерастает в роман. Однако со временем проблемы прошлого дают о себе знать...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Биг Макинтош Грэнни Смит Черили Спитфайр ОС - пони Миссис Кейк

FOE: Чудо

Просто небольшая зарисовка по популярной вселенной, вдохновленная этим фильмом: www.kinopoisk.ru/film/427195/

ОС - пони

Come Taste The Rainbow

Небольшая зарисовка, задумывается некий НЕ понячий рассказ, более серьезный, чем просто фик, какое-нибудь произведение, но это лишь в далеких планах.

Твайлайт Спаркл Эплблум Скуталу Свити Белл Человеки

Сломанная машина может взорваться

Патрика спасли от гибели, забрав в Эквестрию. Но все ли закончилось? Возможно, солдату придется вспомнить прошлое, чтобы защитить тех, кто ему дорог...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Мэр Другие пони

Изгои

Попаданец в MLP, классический, однако не стремящийся в Понивиль, встречаться с принцессами, дружить с Элементами Гармонии. Он чужой в этом мире. Да и далеко до земель пони. Великая Пустошь не отпускает так просто попавших к ней в лапы! P. S. Изгои 2 тут: https://ponyfiction.org/story/15054/

Человеки Чейнджлинги

Страстной бульвар

Боже, храни советскую науку. Страна, которая подарила нам Гагарина и Сахарова, терменвокс и автомат Калашникова, психопатичную писанину Хармса и "Архипелаг ГУЛАГ", давно уже отправилась на страницы учебника истории. Но дело ее живет. Когда в восемьдесят третьем году, в военном городке под Свердловском, произошла необъяснимая аномалия, мир перестал быть прежним. Авария на реакторе, параллельные миры, тесломет - называй как хочешь. Но только две вселенных, ранее не пересекающихся, нашли друг друга... 2013-ый год. Меня зовут Дмитрий. И в один прекрасный день, моя жизнь дала трещину

Другие пони Человеки

Прозрачная метка

Рассказ о жизни обычных поняшек, их размышления о себе и своей судьбе.

Другие пони

Маленькая история о Эгоистичном человеке и доброй пони.

Типичный рассказ про попаденца.Так я думал сначала пока писал это.Но!Дав чуток себе воображения,я понял что пишу бред,не читайте эту фуфуньку)

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Другие пони ОС - пони Человеки Кризалис

Удачная покупка

После череды свалившихся на голову проблем, юная кобылке Кьюти Винг уже было отчаялась на хоть какой-то просвет среди того мрака что окружал её. Но так получилось, что одна неудачно сделанная покупка изменила её жизнь навсегда. А неудачная ли?

ОС - пони Человеки

Дружба это сыро

Пять пони, беседка и ливень: Тут можно было бы вставить шутку, но вместо нее здесь просто пять кобыл-подружек, которым пришлось найти укрытие от послеполуденного ливня, и попробовать не заскучать.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Автор рисунка: Siansaar
Глава 6. Пони - хищник и радио Табуна. Глава 8. Ночь, улица, Старлайт.

Глава 7. Время историй.

Автор легко принимает (игнорирует всякое бывает) любую критику по стилистике, орфографии, пунктуации, а также комментарии о том, насколько главный герой идиот. К сожалению, с какой бы тщательностью автор не проверял свое произведение, ошибки он просто не видит.

Нас­коль­ко силь­но че­ловек не хо­тел вы­лезать из объ­ятий еди­норож­ки, нас­толь­ко силь­но ему нуж­но бы­ло вы­лез­ти из них. Во-пер­вых, ут­ренние про­цеду­ры. Во-вто­рых, кош­ма­ры Стар­лайт, о при­роде и со­дер­жа­нии ко­торых че­ловек уже до­гады­вал­ся. В-треть­их, был сам факт то­го, что Ки­ниш де­сять ми­нут как прос­нулся, а его об­ни­ма­ет го­рячая по­ни, чья шерс­тка за де­сять ми­нут по­ряд­ком за­коле­бала пар­ня неп­ри­выч­но­го к это­му. Нет, она не бы­ла неп­ри­ят­ной, но она бы­ла неп­ри­выч­ной, от­че­го Иван не мог при­вык­нуть к ней. Так что, взяв во­лю в ку­лак, че­ловек от­крыл гла­за и с пре­дель­ной ут­ренней бод­ростью, ха­рак­терной толь­ко для вы­ход­ных, под­нялся с кро­вати. Под­нялся бы, ес­ли бы спя­щая Стар­лайт не по­жела­ла бы ос­та­вить ру­ку пар­ня в сво­их ко­пытах бы, от­че­го че­ловек плюх­нулся об­ратно на кро­вать. Че­ловек улыб­нулся этой в чем-то ми­лой кар­ти­не, но, с мыслью о бе­лом дру­ге, вык­ру­тил ру­ку из зах­ва­та еди­норож­ки. Он уже соб­рался пов­торно встать, но по­чувс­тво­вал, что его ру­ку опять что-то схва­тило и тя­нет к вол­шебни­це. Эта, не об­де­лен­ная ма­гичес­ким та­лан­том, по­ни, сво­им те­леки­незом, вер­ну­ла ру­ку на ее преж­нее мес­то, при­чем, да­же не пре­рывая свой сон. Ки­ниш же, в се­кун­ды, ког­да ру­ка бы­ла сво­бод­на, за­метил под­сту­па­ющую па­нику на мор­дочке спя­щей и по­нял, что уй­ти уже не смо­жет, а бу­дить по­ни он по­ка не хо­тел. С дру­гой сто­роны он па­рень и смо­жет по­тер­петь, а вот лиш­ний стресс его гостье яв­но не ну­жен.

Че­ловек пос­та­рал­ся сесть по­удоб­нее, что­бы ру­ка бы­ла мень­ше все­го вык­ру­чена из-за то­го, что он си­дел спи­ной к еди­норож­ке, и вклю­чил компь­ютер. Вык­лю­чив ко­лон­ки, Ки­ниш от­крыл бра­узер и, прос­мотрев ис­то­рию, по­нял, что был прав в сво­их до­гад­ках. Кек­си­ки, фаб­ри­ка, сад Че­рили и про­чий кро­вожад­ный шир­потреб, ко­торый да­же ужа­сами наз­вать стыд­но. Ис­то­рии, на­писан­ные трол­ля­ми или пси­хован­ны­ми фа­ната­ми ко­торым нра­вит­ся раз­ру­шать то, в чем есть свет. Па­рень ни­ког­да не счи­тал се­бя та­ким уж па­лади­ном, но су­щес­тво­вание по­доб­но­го да­вало ему еще один по­вод счи­тать, что у че­лове­чес­тва что-то не так со здра­вомыс­ли­ем.

Ки­ниш не­кото­рое вре­мя ре­шал, как луч­ше ус­по­ко­ить по­ни. Ес­ли бы у не­го не бы­ло вре­мени, он бы сым­про­визи­ровал и ска­зал бы что все это чушь, ложь и про­вока­ция. Но пос­коль­ку вре­мени бы­ло пол­но, че­ловек по ста­рой па­мяти на­шел фан­фи­ки про­дол­жа­тели — те, в ко­торых кро­вавая ис­то­рия ока­зыва­ет­ся сном, а друзья по­мога­ют, или как та­кая же ис­то­рия ока­зыва­ет­ся ро­зыг­ры­шем. Еще че­ловек от­ко­пал у се­бя в шка­фу то­мик Эк­вес­трий­ских Ис­то­рий и заг­нул стра­ницу на па­ре грус­тных и тре­вож­ных фан­фи­ков, ко­торые, тем не ме­нее, окан­чи­вались хо­рошо, сог­ре­вая ду­шу чи­тате­ля.

К то­му мо­мен­ту как сон­ная вол­шебни­ца под­ня­лась, Иван дер­жал на­гото­ве вну­шитель­ную пач­ку фан­фи­ков. Гром­ко зев­нув, Стар­лайт раз­ле­пила гла­за и ус­та­вилась в не­понят­ках на ух­мы­ля­юще­гося пар­ня. Тот, мол­ча, ука­зал гла­зами на ее грудь. По­ни опус­ти­ла взгляд и ут­кну­лась в прих­ва­тизи­рован­ную че­лове­чес­кую ру­ку. Она пок­расне­ла, от­пусти­ла ру­ку, ог­ля­делась и наб­ра­ла в грудь воз­ду­ха для оп­равда­ний, ко­торых не пос­ле­дова­ло. Вол­шебни­ца ой­кну­ла и вы­бежа­ла из ком­на­ты, ос­та­новив­шись лишь у две­ри ту­але­та, что­бы, заж­му­рив­шись, мед­ленно от­крыть ее. Ког­да монс­тров за дверью не ока­залось, еди­норож­ка вы­дох­ну­ла и заш­ла внутрь.

Ки­ниш по­чесал ос­во­бодив­шей­ся ру­кой под­бо­родок и ощу­тил по­калы­вание в за­тек­шей ру­ке. Вско­ре по­калы­вание пе­реш­ло все рам­ки му­жиц­кой вы­дер­жки и па­рень вце­пил­ся зу­бами в ще­ку, что­бы не на­чать ой­кать…

Ког­да по­ни и че­ловек по­кон­чи­ли с ут­ренни­ми про­цеду­рами, они за­вари­ли чай и в ти­шине си­дели на ди­ване. Вол­шебни­ца стыд­ли­во от­тя­гива­ла раз­го­вор, впро­чем, че­ловек и сам не то­ропил­ся на­чинать этот раз­го­вор…

— Итак, — од­новре­мен­но про­из­несли они, — сна­чала ты.

— Нет, да­вай уж спра­шивай что хо­тел, — окон­чи­ла Стар­лайт и пос­мотре­ла в гла­за че­лове­ка. Нес­мотря на свое за­яв­ле­ние, она про­дол­жи­ла, — ты уже до­гадал­ся да?

— Кек­си­ки?

— Да… Еще…

— Фаб­ри­ка, сад Че­рили и мно­гие дру­гие? — уточ­нил он, от­че­го еди­норож­ка нес­коль­ко уди­вилась.

— Ты так точ­но уга­дал…

— Да… Уга­дал. — По­чесы­вая нос, про­тянул па­рень, ре­шив­ший не вы­давать су­щес­тво­вание ис­то­рии бра­узе­ра. Вдруг еще при­годит­ся?

— Вот я и ду­маю… А вдруг, раз ва­ши фан­фи­ки так час­то по­пада­ют в цель, эти то­же прав­ди­вы? Хо­тя бы час­тично… Мя­со ведь ока­залось дей­стви­тель­но вкус­ным, а вдруг…

— Стой-стой-стой… Ты их до кон­ца хоть чи­тала?

— До кон­ца? — Стар­лайт в ужа­се рас­кры­ла рот, — ес­ли у них есть про­дол­же­ние, я точ­но не хо­чу знать что там!

Па­рень улыб­нулся и про­тянул ис­пу­ган­ной вол­шебни­це ру­ку.

— Ты мне ве­ришь?

— Что?..

— Ты мне ве­ришь?

Вол­шебни­ца за­куси­ла гу­бу и, нем­но­го по­сом­не­вав­шись, по­ложи­ла ко­пыто на ру­ку:

— Ве­рю.

— Тог­да… — че­ловек при­тянул по­ни к се­бе и при­нял­ся гла­дить ее по го­лове. Она фыр­кну­ла, мол, не на­до об­ра­щать­ся с ней как с ма­лень­кой, но вы­рывать­ся не ста­ла. — Кек­си­ки. Гла­ва вто­рая. Чи­та­ет Ки­ниш…

Сле­ду­ющие два ча­са че­ловек чи­тал. Чи­тал со все­ми воз­можны­ми на­руше­ни­ями дик­ции че­лове­ка, ни­ког­да не чи­та­юще­го вслух. Чи­тал с вы­раже­ни­ем не под­хо­дящим мо­мен­там, пу­тая уда­рения и вчи­тыва­ясь в не­кото­рые сло­ва по два-три ра­за. Но чи­тал и чи­тал за­ранее под­го­тов­ленные фан­фи­ки. Уже пос­ле па­ры рас­ска­зов Стар­лайт по­няла, что имел в ви­ду че­ловек. Ес­ли эти ис­то­рии и име­ли мес­то в Эк­вес­трии, то уж яв­но Пин­ки и Ску­талу ут­ром бы­ло го­раз­до страш­нее, чем ей. И что во­об­ще за глу­пая идея — что­бы Пин­ки Пай име­ла в се­бе лич­ность асо­ци­аль­но­го мань­яка, еще и с пря­мой гри­вой. С фаб­ри­кой бы­ло бы слож­нее, ес­ли бы вол­шебни­ца не хо­дила од­нажды на эк­скур­сию по ней. С ос­таль­ны­ми фан­фи­ками бы­ло слож­нее и про­ще од­новре­мен­но — они бы­ли нас­толь­ко аля­пова­то кро­вожад­ны­ми, что тре­вога от них рас­се­ялась са­ма со­бой. Так что те­перь Стар­лайт, не рас­ска­зав о сво­ем ус­по­ко­ении, что­бы че­ловек не прек­ра­щал гла­дить и чи­тать, по­луча­ла удо­воль­ствие от про­ис­хо­дяще­го, опус­тив го­лову на ко­лени к че­лове­ку, что­бы ему удоб­нее бы­ло гла­дить.

— Как же при­ят­но слу­шать, как чи­та­ют те­бе… — к кон­цу оче­ред­но­го фан­фи­ка про­мур­ча­ла бал­де­ющая вол­шебни­ца, пол­ностью вы­давая се­бя. Че­ловек, за­читав­ший­ся и уже не гля­дящий на внут­ренний мир, вы­шел из тран­са, под­нял бровь и ус­та­вил­ся на наг­лую еди­норож­ки, экс­плу­ати­ру­ющую его. Нес­мотря на то, что про­цесс ему то­же дос­тавлял удо­воль­ствие, че­ловек взял по­ни под­мышки и снял со сво­их ко­лен, иг­но­рируя вся­кие воз­ра­жения.

— То есть я, ус­по­ка­иваю ее тут, рас­пи­на­юсь во всю, над­ры­ваю го­лосо­вые связ­ки, а кто-то уже ус­по­ко­ил­ся и кай­фу­ет?

— Да! И во­об­ще ты пер­вый на­чал, да и осо­бо не воз­ра­жа­ешь, так что бла­года­ри ме­ня и про­дол­жай гла­дить! — не скры­вая ве­селья, при­каза­ла еди­норож­ка и ука­зала на че­лове­ка ко­пытом, при­няв мак­си­маль­но гор­дую по­зу, очень на­поми­на­ющую вре­мена, ког­да Стар­лайт бы­ла мэ­ром. Ки­ниш ре­шил про­учить на­хал­ку и, схва­тив ту за ко­пыто, при­пал на ко­лено, по­кор­ным го­лосом на­чав свой им­про­визи­рован­ный мо­нолог:

— Ах, ми­леди, ва­ша чу­дес­ная шерс­тка, прек­расные гла­за и чу­дес­ный об­раз, при­чиня­ют мне не­выно­симое бла­женс­тво, от­че­го я прос­то обя­зан об­ра­щать­ся с ва­ми как с бо­гиней, — выс­ка­зал на од­ном ды­хании па­рень и, ког­да пок­раснев­шая и от­крыв­шая рот еди­норож­ка упа­ла на круп, про­дол­жил. — Бо­гиней да, бо­гиней ка­риб­ских або­риге­нов.

Куп­ленная лестью, от ро­га до кон­чи­ка хвос­та, Стар­лайт дер­ну­ла ухом от пос­ледне­го сло­ва и пе­рес­про­сила:

— Або­риге­нов?

— Да ми­леди, або­риге­нов. Они всег­да очень силь­но по­чита­ли сво­их бо­гов, но­сили их на ру­ках и об­ра­щались со все­ми по­чес­тя­ми, — пос­ле объ­яс­не­ния па­рень встал и взял еди­норож­ку на ру­ки. Ве­сила она мень­ше, чем мог­ла ве­сить ло­шад­ка ее раз­ме­ра, что и поз­во­лило Ки­нишу дер­жать ее на ру­ках без ка­кого-ли­бо нап­ря­га. Пос­ле нес­коль­ких се­кунд пот­ря­сения ни­чего не по­доз­ре­ва­ющая по­ни рас­сла­билась и, те­леки­незом при­тянув к се­бе чаш­ку с ча­ем, ска­зала:

— Вот так-то, а то рас­пи­на­ет­ся во всю, над­ры­ва­ет связ­ки…

— Вот толь­ко зна­ешь что? — спро­сил па­рень, ког­да по­ни от­пи­ла чая и вер­ну­ла чаш­ку на стол.

— Что?

— Что­бы бо­ги або­риге­нов вер­ну­лись к се­бе в бо­жес­твен­ную, або­риге­ны их го­тови­ли и… Съ­еда­ли! Кусь! — за­кон­чил свою иг­ру че­ловек, и слег­ка уку­сил по­ни за пе­ред­нюю но­гу. Шерсть, на­пол­нившая рот, не ме­шала дер­жать но­гу по­ни во рту, ведь бы­ла очень неж­ной, сов­сем не как шерсть в край об­наглев­ше­го ко­шака ко­торо­го в детс­тве ку­сал че­ловек. Та же, на нес­коль­ко се­кунд вспом­нив все про­читан­ное вче­раш­ним ве­чером, на мгно­вение по­вери­ла, что че­ловек дей­стви­тель­но ре­шил ее съ­есть, от­че­го за­мер­ла в прис­ту­пе па­ники. Ки­ниш еще с де­сяток се­кунд мяг­ко по­жевы­вал но­гу вол­шебни­цы, но, не уви­дев соп­ро­тив­ле­ния, пе­ревел взгляд на Стар­лайт. От блед­ности еди­норож­ки па­рень вып­лю­нул ее но­гу и, чуть силь­нее при­жав вол­шебни­цу к сво­ей гру­ди, спро­сил:

— Стар? Стар ты в по­ряд­ке?

Вол­шебни­ца пос­мотре­ла на че­лове­ка, на уку­шен­ную но­гу, опять на че­лове­ка, нем­но­го ус­по­ко­илась, вы­тер­ла но­гу о май­ку че­лове­ка и со всей си­лы за­лепи­ла ему ко­пытом в лоб, обоз­вав пар­ня ду­раком.


— Нет, ну прав­да, что за при­дурок! — при­чита­ла вол­шебни­ца, хо­дя кру­гами по ком­на­те. — Толь­ко ус­по­ко­ил ко­был­ку, му­чав­шу­юся от кош­ма­ров с по­еда­ющей дру­зей Пин­ки, как поч­ти сра­зу взял и уку­сил ее! Из ме­ня чуть ду­ша не выс­ко­чила. Что ты ска­жешь в свое оп­равда­ние?

— Прос­ти… — в оче­ред­ной раз пов­то­рил уг­рю­мый па­рень, дер­жа па­кет со ль­дом на лбу. Вол­шебни­ца, ко­неч­но, при­дер­жа­ла си­лы во вре­мя уда­ра, но шиш­ки бы­ло не из­бе­жать. Ко­был­ка уже поч­ти не ду­малась на че­лове­ка, но, за­метив, что тот от­ло­жил па­кет со ль­дом в сто­рону и уже во всю ша­рит­ся в компь­юте­ре, под­ско­чила к не­му.

— Эй, ты еще не ис­ку­пил… — вол­шебни­ца за­мол­ча­ла уви­дев фо­тог­ра­фию в мо­нито­ре. На ней бы­ло че­тыре че­лове­ка: Иван, жен­щи­на по­хожая на не­го, маль­чик лет две­над­ца­ти и по­жилой муж­чи­на лет се­миде­сяти. — Это твоя семья?

— Ага. Брат, ма­ма и де­душ­ка.

— А отец?

— Я его сов­сем не пом­ню. Он сва­лил ког­да мне бы­ло пять лет, ос­та­вив толь­ко удоч­ку и го­лубые гла­за.

— Да, за ис­клю­чени­ем глаз ты по­хож на мать.

— Ага. Хо­тя я всег­да меч­тал иметь от па­паши во­лосы и рост.

— Он был боль­ше те­бя? — уди­вилась по­ни, ведь по ее мне­нию че­ловек был рос­том с ми­нотав­ра, хо­тя она их ни­ког­да и не ви­дела. О том что че­ловек вы­ше боль­шинс­тва сво­их со­роди­чей она уз­на­ла из ин­терне­та.

— Да, сан­ти­мет­ров на двад­цать.

— Ни­чего се­бе… А во­лосы по­чему?

— Так он был блон­ди­ном.

— И?

— Хм… Это слож­но объ­яс­нить… На­вер­ное, у вас это как бе­лая масть? Вро­де как об­щепри­нято по­лагать, что вы­сокий го­лубог­ла­зый блон­дин это кра­сиво… Хо­тя сам точ­но не уве­рен. Прос­то при­нимаю это как факт.

— Ой, да для дву­ного­го ты очень да­же сим­па­тич­ный. Мо­жет шер­сти чуть по­боль­ше, да хвост… Ну, еще уши нор­маль­ные, а не эти ра­куш­ки.

— Оу-у… Спа­сибо. — Улыб­нулся че­ловек и, нем­но­го по­ис­кав в компь­юте­ре, на­шел пор­трет сво­его пер­со­нажа с ка­кой-то ро­лев­ки. Он был вы­литым Ки­нишем, толь­ко с хвос­том и рысь­ими уша­ми. Еще во­лосы с бо­родой бы­ли бо­лее ди­кар­ски­ми. — Прав­да, с шерстью тут ту­гова­то…

— Не-не все нор­маль­но. Вот так бы ты выг­ля­дел и пов­то­рюсь — в Эк­вес­трии ты счи­тал­ся бы ми­лей­шим дву­ногим. А те­перь вер­ни фо­тог­ра­фию сво­ей семьи. Обо мне ты мно­го зна­ешь, а я о те­бе ни­чего. Бу­дем счи­тать эти дни под­го­тов­кой и зна­комс­твом с ва­шей куль­ту­рой, что­бы луч­ше вос­при­нять твою би­ог­ра­фию. Ве­щай!

Па­рень не­кото­рое вре­мя от­не­кивал­ся, но, в кон­це кон­цов, под на­пором вол­шебни­цы сдал­ся.

— Но при од­ном ус­ло­вии. По­том ты рас­ска­жешь свою би­ог­ра­фию.

— Но ты и так обо мне зна­ешь.

— Я знаю при­мер­но сле­ду­ющее: твой друг по­лучил мет­ку, ты бы­ла мэ­ром, во­ру­ющим мет­ки, ты наш­ла зак­ли­нание Стар­свир­ла и ис­поль­зо­вала его. А по­том ты ста­ла уче­ницей Твай­лайт.

— Сту­ден­ткой… Но… Лад­но, я от­крою бе­лые пят­на в мо­ей ис­то­рии, но толь­ко пос­ле те­бя, ог­ромное бе­лое пят­но!

— Сра­зу ска­жу что фо­тог­ра­фий у ме­ня нет, эти ба­сур­ман­ские фо­то­ап­па­раты ку­сочек ду­ши пос­ле каж­до­го сним­ка кра­дут, — на­чал Ки­ниш, и уви­дев воп­рос в гла­зах еди­норож­ки по­яс­нил, — та­кое заб­лужде­ние име­ло мес­то быть при по­яв­ле­нии фо­то­ап­па­ратов, а я при­меняю эту фра­зу в ка­чес­тве оп­равда­ния от­сутс­твия фо­тог­ра­фий.

— Хах… Лад­но, про­дол­жай.

— Как я и ска­зал, от­ца сво­его я поч­ти не пом­ню. Ме­ня вы­рас­ти­ли мать, да ба­буш­ка с де­дом.

— Стоп, ес­ли ты не пом­нишь сво­его от­ца… Твой брат выг­ля­дит нам­но­го мо­ложе те­бя?

— У не­го дру­гой отец. Он кста­ти то­же ока­зал­ся не са­мым от­ветс­твен­ным че­лове­ком, — по­яс­нил Ки­ниш, и пос­ле нес­коль­ких се­кунд об­ду­мыва­ния про­дол­жил. — Собс­твен­но рас­ти­ли ме­ня ба­буш­ка, де­душ­ка и мать, жи­ли мы… В чем-то вро­де при­горо­да. Зи­мой все де­ти у­ез­жа­ли в го­род, а я ос­та­вал­ся один на все са­довод­ческое то­вари­щес­тво. Со шко­лой осо­бо не сло­жилось, с деть­ми осо­бо не под­ру­жишь­ся ког­да ты ум­нее их, и не гу­ля­ешь там, где гу­ля­ют они…

— Ты был ум­нее сверс­тни­ков?

— Вот сей­час обид­но бы­ло! — на­иг­ра­но ос­корбил­ся па­рень.

— Ты по­нял, о чем я го­ворю.

— Ко­неч­но. Да, я был ум­нее сво­их сверс­тни­ков. Моя ба­буш­ка бы­ла очень об­ра­зован­ным че­лове­ком, и чес­тно го­воря, в шко­ле до чет­верто­го клас­са не вы­учил ни­чего че­го бы, не знал в пер­вом.

— Чет­верто­го клас­са?

— Ну, в на­шей стра­не есть обя­затель­ное об­ра­зова­ние до де­вято­го клас­са. За­кон­ченное сред­нее — это об­ра­зова­ние до один­надца­того клас­са. Каж­дый класс за­нима­ет де­вять ме­сяцев уче­бы с лет­ни­ми ка­нику­лами в три ме­сяца. Уже по­том по же­ланию или воз­можнос­тям мож­но по­лучать про­фоб­ра­зова­ние или выс­шее.

— Мно­гое вста­ло на свои мес­та… Про­дол­жай.

— Как я уже ска­зал, я был бо­тани­ком. Дру­зей не имел, по­это­му я чи­тал мно­го ху­дожес­твен­ной ли­тера­туры. Очень мно­го чи­тал. С го­дами моя лю­бовь к чте­нию ком­пенси­рова­лась от­вра­титель­ной сис­те­мой об­ра­зова­ния, ужас­ны­ми от­но­шени­ями с од­ноклас­сни­ками и пол­ным не­уме­ни­ем по­лучать зна­ния, из-за че­тырех лет ха­лявы. В ито­ге я стал пол­ным сред­нячком, хоть и под­ко­ван­ным в точ­ных на­уках.

— Ты го­ворил, что мно­го чи­тал. С ли­тера­турой то­же бы­ло пло­хо? — спро­сила вол­шебни­ца.

— О, с ли­тера­турой бы­ло ху­же все­го, — от­ве­тил че­ловек, при­чем, нес­мотря на смысл за­яв­ле­ния, в го­лосе его скво­зила чрез­мерная гор­дость.

— По­чему это?

— По­тому что не сто­ит спра­шивать де­тей: «Ка­кой смысл был в та­ких-то дей­стви­ях та­кого-то пер­со­нажа». Мы не на ведьм охо­тим­ся, что­бы на­ходить смысл там, где его нет. Сколь­ко я грыз­ся с пре­пода­вате­лем из-за это­го… Я еще по­нимаю «ка­кой смысл у про­из­ве­дения», но ис­кать смысл в чер­то­вом цве­те за­наве­сок!

— Ти­хо, ти­хо… Я по­нимаю, что ты чувс­тво­вал…

— Прав­да?

— Ко­неч­но. Не в смыс­ле цве­та за­наве­сок, тут я сов­сем за­пута­лась, но о те­ме бес­смыс­леннос­ти про­ис­хо­дяще­го по­няла. Ты ду­ма­ешь, как я приш­ла к то­му, что ста­ла красть у по­ни мет­ки?

— И как же?

— В Эк­вес­трии мож­но ска­зать культ ме­ток. Ког­да Сан­берст по­лучил свою мет­ку, я дол­го бы­ла в пе­чали. Но ког­да все вок­руг толь­ко и меч­та­ли по­лучить свою, я счи­тала что без ме­ток бы­ло бы луч­ше…

— Дай уга­даю… Свою мет­ку ты по­лучи­ла тог­да ког­да при­дума­ла зак­ли­нание?

— Это ведь оче­вид­но…, но мы от­влек­лись, про­дол­жай свой рас­сказ.

— Эх… Ну ес­ли сок­ра­тить, в шко­ле дру­зей у ме­ня так и не по­яви­лось, а учил­ся я сов­сем сред­нень­ко, по преж­не­му счи­тая се­бя ум­нее дру­гих. Тем вре­менем у ме­ня бы­ло пол­но сво­бод­но­го вре­мени, я нах­ва­тал отов­сю­ду по чуть-чуть зна­ний и оп­ре­делил­ся с бу­дущей про­фес­си­ей… Ко­торая ока­залась в на­шей стра­не не вос­тре­бова­на от сло­ва сов­сем. БАМ! — и еще три го­да, пос­ле один­надца­ти лет обу­чения в шко­ле, ле­тят в тру­бу. Я по­шел ра­ботать на те­переш­нюю ра­боту, где и па­шу по сей день. А са­мое смеш­ное, что из-за су­щес­тво­вания та­ких мест как моя ра­бота, моя спе­ци­аль­ность не вос­тре­бова­на.

— И где же ты ра­бота­ешь?

— Точ­ное наз­ва­ние те­бе ни­чего не даст… Ска­жу лишь то что в ис­то­рии че­лове­чес­тва есть мно­го чер­ных пя­тен. Вой­ны, ге­ноцид, рабс­тво, летс­пле­еры… Но все это мер­кнет пе­ред са­мым от­вра­титель­ным изоб­ре­тени­ем че­лове­чес­тва… Бю­рок­ра­ти­ей.

— Ть­фу, на­пугал. Бю­рок­ра­тия не так страш­на, как все то о чем ты го­ворил. И во­об­ще бю­рок­ра­тия соз­да­на, что­бы при­вес­ти об­щес­тво к по­ряд­ку и точ­ным фор­му­лиров­кам.

— Ну, ты то, урав­ни­тель­ни­ца, мо­жешь так счи­тать. Вот толь­ко пред­ставь что все пра­вила для бю­рок­ра­тии сос­тавле­ны пять­юде­сятью су­щес­тва­ми, ко­торые ищут в этих пра­вилах вы­году для се­бя. А те­перь за­мени их всех Дис­корда­ми и все пой­мешь.

По­ни нес­коль­ко се­кунд оше­лом­ленно мор­га­ла, а по­том, пок­ру­тив го­ловой (па­рень да­же мог пок­лясть­ся, что слы­шал звон) от­ве­тила:

— Нет, это кош­мар ка­кой-то.

— Доб­ро по­жало­вать в мой мир. Да вой­ны, да жес­то­кость, да лю­ди уби­ва­ют друг-дру­га, то­таль­ный ха­ос и дис­гармо­ния. Од­но «Но». Все это мер­кнет пе­ред иди­отиз­мом… Слу­шай Стар, ес­ли ты тут за­дер­жишь­ся не хо­чешь ус­та­новить на­уч­ную дик­та­туру? Сде­ла­ешь всех оди­нако­выми, без­думны­ми шес­те­рен­ка­ми для ра­боты на луч­шее бу­дущее?

— Я по­думаю.

— Я во­об­ще-то по­шутил. Спа­сибо, но то­таль­ной дик­та­туры нам точ­но не на­до. Сво­бода вы­бора и все та­кое…

— Стоп. Ес­ли ты сей­час ра­бота­ешь… Там ку­да ты ус­тро­ил­ся… Это вся твоя би­ог­ра­фия?

— Да. Ни­каких при­меча­тель­ных слу­ча­ев в жиз­ни, ни­каких вне­зап­ных про­ис­шес­твий, ни­каких да­леких по­ез­док. Ты по­пала к са­мому скуч­но­му и при этом за­коле­бав­ше­муся че­лове­ку ес­ли не во всем ми­ре, то… Во всем чем-то точ­но.

— Да все не так пло­хо… Ты, нап­ри­мер, очень лег­ко пе­режил по­пада­ние к те­бе ино­мирян­ки.

— Мно­го про­читан­ных по­доб­ных сю­жетов, с по­пыт­ка­ми не пов­то­рить тех же оши­бок что и дру­гие. Да и ты, не та­кая на­ив­ная, как мог­ло ока­зать­ся. Нет, то есть дра­ма, ко­неч­но же, я уве­рен, что те­бе дав­но на­до бы­ло ко­му-то вы­гово­рить­ся по все­му, что у те­бя в ду­ше на­кипе­ло, но…

— Не скром­ни­чай. Ты очень мне по­мог. Лад­но, поп­ро­бу­ем вы­тянуть из те­бя еще че­го… Как я по­няла муль­тфильм о нас… Смот­рит не очень боль­шой круг лю­дей? Как ты по­пал в не­го?

— Да так­же как и все. Ин­тернет за­поло­нили ри­сун­ки с по­нями, я ре­шил гля­нуть, что это та­кое и по­нес­лось. Да­же на фес­ти­вали хо­дил, при­об­рел нес­коль­ко кни­жек и вот эту плю­шевую Твай­лайт.

— А по­чему Твай­лайт?

— Ну, бу­дем чес­тны­ми, ког­да я брал Твай­ку, в се­ри­але те­бя еще не по­каза­ли. — По­ни сму­щено зар­де­лась, а па­рень про­дол­жил. — Ког­да-то я ду­мал о Пин­ки Пай, но в ито­ге я взял Твай­лайт.

— Лад­но, тог­да… Тог­да… Дис­корд! Я да­же за­цепить­ся не за что не мо­гу. Раз у те­бя та­кая скуч­ная би­ог­ра­фия, обе­щай, что от­ве­тишь на лю­бые воп­ро­сы, ко­торые по­явят­ся у ме­ня в даль­ней­шем.

— По­жалуй­ста. Что же, те­перь твоя оче­редь. По­ведай свою «Ис­то­рию Стар­лайт»…

— Ой, не на­поми­най, а? — с раз­дра­жени­ем от то­го слу­чая поп­ро­сила она. — Итак, с че­го же на­чать…

— Точ­но, нач­ни со сво­их ро­дите­лей. Где жи­ла, как поз­на­коми­лась с Сан­бер­стом, что де­лала пос­ле то­го как он по­лучил мет­ку, а там все пой­дет как по ко­лее…

— Ну лад­но. Ро­дите­ли еди­норо­ги из Кан­терло­та. Моя ма­ма, Ав­ро­ра, мас­тер шитья за­чаро­ван­ных тка­ней. Отец, ко­рен­ной кан­терло­тец, Вир­труф Глим­мер — в прош­лом ка­питан стра­жи, ны­не же ре­пети­тор рат­ной ма­гии.

— Зна­чит ма­гия у те­бя, это се­мей­ное?

— Ес­тес­твен­но. Семьи ма­гов, как пра­вило, силь­нее все­го ста­ра­ют­ся сох­ра­нить ро­довое ре­мес­ло. Кор­ня­ми на­ша ди­нас­тия до­ходит до од­но­го из древ­них прин­цев.

— Кста­ти, мне дав­но бы­ло ин­те­рес­но — а по­ни по­луча­ют име­на по ка­ким-то кри­тери­ям или как во­об­ще?

— О, это це­лая на­ука. Я о ней, чес­тно го­воря, ма­ло что знаю, но она вклю­ча­ет в се­бя изу­чение звез­дно­го не­ба, ис­то­рии, цве­та и ра­сы ро­дите­лей и ре­бен­ка.

— А фа­милии?

— Ну, фа­милия это как ро­довой ти­тул. За оп­ре­делен­ные зас­лу­ги прин­цессы иног­да прис­ва­ива­ют по­ни фа­милию, ко­торая пе­реда­ет­ся по нас­ледс­тву. У не­кото­рых ро­дов та­ких фа­милий на­кап­ли­ва­ет­ся очень мно­го, что за нес­коль­ко по­коле­ний не встре­тит­ся по­хожей.

— А твоя фа­милия?

— К со­жале­нию, хоть фа­милия и пе­реда­ет­ся по нас­ледс­тву, но ее про­ис­хожде­ние час­то те­ря­ет­ся.

— А уз­нать у Се­лес­тии?

— Ес­ли все пой­дут спра­шивать у прин­цессы зна­чение сво­ей фа­милии, она бу­дет за­нимать­ся толь­ко этим. За год нес­коль­ко де­сяток по­ни по­луча­ют фа­милию.

— Да, так и ца­рей на Ру­си вспом­нить мож­но бу­дет…

— Объ­яс­ни?

— Ну в на­шей стра­не хо­дит оп­ре­делен­ный жест, — че­ловек щел­кнул нес­коль­ко раз по шее, — ког­да хо­чешь вы­пить че­го ал­ко­голь­но­го. Он по­шел от то­го, что при ца­ре за не­кото­рые зас­лу­ги жа­лова­ли до­кумент, да­ру­ющий пра­во бес­плат­но вы­пивать.

— Ка­кой ужас…

— Из-за оби­лия пь­янс­тва, до­кумент те­рял­ся, из-за че­го че­ловек при­ходил к ца­рю. Ес­тес­твен­но вско­ре та­кое бе­зоб­ра­зие на­до­ело го­суда­рю, от­че­го все кто те­рял до­кумент и при­ходил за за­меной, по­лучал его. В ви­де клей­ма на шее.

— Ка­кой кош­мар… Но тут ты пе­реб­рал, мо­жет на­чалом по­хоже, но прин­цесса Се­лес­тия на та­кое бы не пош­ла. Ско­рее бы уч­ре­дила ар­хив со все­ми до­кумен­та­ми… Но кто бу­дет тре­бовать та­кое от на­шей прин­цессы, она и без это­го не ве­да­ет от­ды­ха…

— Лад­но, я уз­нал кто твои ро­дите­ли. Про­дол­жай.

— Ро­дилась я в Кан­терло­те. С Сан­бер­стом поз­на­коми­лась в дет­ском са­ду для ода­рен­ных еди­норо­гов. Он был мо­им луч­шим дру­гом, но он по­лучил мет­ку и стал хо­дить в шко­лу для ода­рен­ных еди­норо­гов. Это сей­час я знаю, что, бу­дучи млад­шим, в сво­ем клас­се, ему приш­лось очень мно­го за­нимать­ся, что­бы не от­ста­вать, из-за че­го он во­зом­нил, что не та­кой уж и ода­рен­ный еди­норог. В шко­ле он так и не блес­нул ус­пе­хом, но все за­быва­ли, что он на нес­коль­ко лет млад­ше ок­ру­жения. А сре­ди сво­их од­но­годок Сан­берст был са­мым ум­ным… Вот из-за неп­ра­виль­ной сис­те­мы об­ра­зова­ния он ре­шил, что яв­ля­ет­ся пло­хим ма­гом, и не брал звезд с не­ба… Нем­но­го на­поми­на­ет твою ис­то­рию…

— Это все хо­рошо, но про­дол­жай о се­бе.

— Да, точ­но… Ког­да Сан­берст по­кинул ме­ня, я чувс­тво­вала се­бя оди­нокой и что мир не спра­вед­лив. Я ста­ла ху­же за­нимать­ся, ста­ла раз­дра­житель­ной. Все вок­руг по­луча­ли кь­юти­мар­ки, а я все ос­та­валась пус­то­бокой. Од­нажды мне приш­ла в го­лову мысль, что без ме­ток все бы­ли бы счас­тли­вы… Я бы­ла бы счас­тли­ва. Я пе­реры­вала биб­ли­оте­ки, изу­чила зак­ли­нания и их соз­да­ние… В кон­це кон­цов, я соз­да­ла их — ча­ры сни­ма­ющие мет­ки судь­бы…

— Тог­да ты и по­лучи­ла свою мет­ку?

— Не сов­сем. Я по­лучи­ла ее, ког­да ук­ра­ла пер­вую мет­ку. Тог­да я уз­на­ла осо­бен­ности этой ма­гии. Во-пер­вых она не ос­тавля­ет бок пус­тым, а ос­тавля­ет сим­вол ра­венс­тва. Не знаю по­чему, мо­жет это и не ра­венс­тво да­же, но он не поз­во­ля­ет по­лучить дру­гую мет­ку. Во-вто­рых, вмес­те с мет­кой ухо­дят и на­выки на этом поп­ри­ще — по­это­му я и не ли­шила мет­ки се­бя. В-треть­их, мет­ки нуж­но удер­жи­вать: ли­бо прос­тым те­леки­незом, ли­бо в ма­гичес­ки опе­чатан­ном кон­тей­не­ре.

— О, это мно­го объ­яс­ня­ет. А ты не про­бова­ла… Не знаю… Пе­редать мет­ку дру­гому по­ни?

— Нет, я хоть и ис­поль­зо­вала это зак­ли­нание, в даль­ней­шем не ре­шилась его раз­ви­вать. Хоть тог­да я и не до кон­ца это по­нима­ла, но ин­стинкты кри­чали о том, что зак­ли­нание злое… Опас­ное… На са­мой гра­нице с тем­ной ма­ги­ей…

— Да, за­мет­но та­кое… Да­же опи­сыва­лось в од­ном из фан­фи­ков ис­поль­зо­вание та­кого зак­ли­нания в пло­хих це­лях. Нек­ро­ман­тия зебр, — ска­зал че­ловек, вспом­нив ши­роко из­вес­тный «Фол­ла­ут: Эк­вес­трия».

— Ты от­части уга­дал — ска­зала вол­шебни­ца, выз­вав удив­ленный взгляд че­лове­ка, — Мое зак­ли­нание бра­ло на­работ­ки из книг зебр, вер­блю­дов и жи­рафов. Они хоть и не об­ла­да­ют ма­ги­ей в той ме­ре, ко­торой об­ла­да­ют еди­норо­ги, но их ма­гия силь­на как сти­хия…

— А как ты ста­ла мэ­ром?

— О, пе­ред этим я мно­го пу­тешес­тво­вала по Эк­вес­трии. Изу­чала ма­гию, пра­во, ис­то­рию. Вы­учи­ла ос­но­вы ге­оло­гии, стро­итель­ства, со­ци­оло­гии. Я по­дума­ла, что не сто­ит охо­тить­ся на по­ни и во­ровать у них мет­ки, а ре­шила ос­во­ить но­вые зем­ли. Го­род ра­венс­тва был пос­тро­ен на гра­нице Эк­вес­трии. Ког­да все го­рожа­не обос­но­вались на но­вой зем­ле, в од­ну ночь я ли­шила их ме­ток. Они не­дол­го про­тес­то­вали, но по­вери­ли мне, ре­шив что оно сто­ит то­го. В те­чении го­да с то­го мо­мен­та го­род жил, раз­ви­вал­ся, при­нимал в се­бя но­вых по­ни. Я ви­дела счастье в ли­цах по­ни, вот толь­ко оно им не при­над­ле­жало. Я ду­маю, ес­ли бы Твай­лайт с друзь­ями про­вели боль­ше вре­мени без ме­ток, они бы пе­рес­та­ли соп­ро­тив­лять­ся и ста­ли частью ра­венс­тва — так со все­ми бы­ло.

— А что с то­бой про­ис­хо­дило, ког­да ты бе­жала?

— Я скры­валась не­кото­рое вре­мя, ожи­дая, что ме­ня, бу­дут ис­кать… Но нет. Ни­каких по­ис­ков. Они буд­то за­были о том, что я де­лала, и я вер­ну­лась. Я не­кото­рое вре­мя сле­дила за ни­ми — за тем как они счас­тли­вы со сво­ей друж­бой. Соб­рав све­дений, я за­хоте­ла им отом­стить и в по­ис­ках нат­кну­лась на зак­ли­нание вре­мени…

— На удив­ле­ние ко­рот­кая ис­то­рия.

— Чес­тно приз­нать, я встре­чала раз­ных по­ни во вре­мя сво­его пу­тешес­твия по Эк­вес­трии. Но это ис­то­рии не для по­доб­но­го об­ще­ния, а ско­рее для ме­му­аров…

— Лад­но, тог­да нес­коль­ко воп­ро­сов… У те­бя есть братья или сес­тры?

— Нет. Ты кста­ти не рас­ска­зывал, как твоя мать встре­тила тво­его от­чи­ма.

— А ты не рас­ска­зыва­ла, как твоя мать встре­тила тво­его от­ца. Они поз­на­коми­лись ле­том, на ве­черин­ке. Зак­ру­тились от­но­шения, моя мать за­бере­мене­ла, и не­кото­рое вре­мя мы жи­ли пол­ной семь­ей. По­том отец ушел — это нес­коль­ко тя­желая ис­то­рия… Рас­ска­зывай ты.

— Что?

— Как поз­на­коми­лись твои ро­дите­ли. Мне, по­чему-то ка­жет­ся, что твоя мать не из Кан­терло­та.

— Как ты до­гадал­ся?

— Ты наз­ва­ла сво­его от­ца ко­рен­ным.

— Точ­но. Ис­то­рия на са­мом де­ле не са­мая про­за­ич­ная — на де­рев­ню где жи­ла моя мать на­пали гри­фоны-мя­теж­ни­ки, а отец, еще слу­жив­ший в ар­мии, был ка­пита­ном от­ря­да от­бивше­го на­паде­ние. Нес­коль­ких по­ни, в чис­ле ко­торых бы­ла ма­ма, гри­фоны взя­ли в за­лож­ни­ки и пы­тались бе­жать, но отец пе­рех­ва­тил их. Тог­да па­па с ма­мой и влю­бись друг в дру­га с пер­во­го взгля­да, — с из­лишней сла­щавостью рас­ска­зала она.

— Ты име­ешь что-то про­тив та­кой их встре­чи?

— Нет, но ког­да они рас­ска­зыва­ют те­бе о ней всю твою жизнь, до­бав­ляя «Ког­да-ни­будь ты встре­тишь сво­его осо­бен­но­го по­ни и с пер­вой встре­чи пой­мешь что это лю­бовь на всю жизнь»…

— И что в этом та­кого?

— Всю жизнь, Вань. Это в кон­це на­чина­ет ужас­но раз­дра­жать, и ты уже сов­сем не хо­чешь сос­то­ять ни с кем в от­но­шени­ях.

— Да, та­кое слу­ча­ет­ся…

Не­кото­рое вре­мя Ки­ниш со Стар­лайт си­дели в ти­шине. Вне­зап­но ок­но скрип­ну­ло, и па­роч­ка ог­ля­нулась. На вет­ке ед­ва по­зеле­нев­ше­го де­рев­ца, рас­ту­щего пе­ред ок­ном, си­дел во­робей и чис­тил перья, от че­го вет­ка опус­ти­лась ни­же, и до­тяну­лась до ок­на. Че­ловек стук­нул по ок­ну, про­гоняя пти­цу и при­гова­ривая «Дав­но по­ра уже об­ло­мать эту вет­ку», а Стар­лайт за­дума­лась и заг­русти­ла.

— Стар?

— Да?

— Ты как-то грус­тно взды­ха­ешь…

— А… Я по­дума­ла, что дав­но не вы­ходи­ла на ули­цу, и, су­дя по все­му, еще дол­го не вый­ду…

— Не пе­чаль­ся… Что-ни­будь при­дума­ем. На сле­ду­ющей не­деле у ме­ня на­чина­ет­ся от­пуск, и я смо­гу те­бя вы­вес­ти ку­да-то на при­роду. Ус­тро­им пик­ник…

— Это хо­рошо, но хо­телось прос­то… Не знаю… Вый­ти хоть на ча­сок…

— Ну… У те­бя слу­чай­но нет мас­ки­ру­ющих зак­ли­наний?

— Я знаю зак­ли­нание ха­меле­она — моя шкур­ка по­меня­ет цвет, но мне при­дет­ся все рав­но пря­тать­ся каж­дый раз, ког­да ви­жу че­лове­ка… А это не де­ло…

— А ес­ли вый­ти ночью?

— Ты же го­ворил, что мно­гие лю­ди не спят по но­чам?

— Не спят, но не ша­та­ют­ся по ули­це же?

— А мо­жем вый­ти пря­мо этой ночью?

— Это­му ни­чего не ме­ша­ет, но мне зав­тра на ра­боту, — на­чал че­ловек, но уви­дев пе­чаль в гла­зах вол­шебни­цы вы­дох­нул и про­дол­жил, — хо­тя, ес­ли я смо­гу вы­пить дос­та­точ­но ко­фе что­бы вы­рубить­ся пря­мо сей­час… тог­да я бу­ду дос­та­точ­но бод­рым что­бы пе­режить ра­бочий день!

— Йе-е-ей! — вос­клик­ну­ла в прыж­ке об­ра­дован­ная по­ни, но сму­тив­шись сво­ему столь яр­ко­му про­яв­ле­нию ра­дос­ти, пов­то­рила го­раз­до ти­ше и спо­кой­ней. — Й­ей.

Ки­ниш пос­мотрел па­ру се­кунд на по­ни, осоз­нал, что не смо­жет удер­жать­ся и, гром­ко сме­ясь, упал под стол.

— Ты стран­ный…


Все прош­ло имен­но так, как пред­ска­зал че­ловек. Ему уда­лось за­варить дос­та­точ­но креп­кий ко­фе, что­бы от­ру­бить­ся сра­зу, как толь­ко его го­лова кос­ну­лась по­душ­ки. Вол­шебни­ца же при­мени­ла на се­бя снот­ворное зак­ли­нание, дос­та­точ­ной до­зы что­бы прос­нуть­ся толь­ко к по­луно­чи.

Пер­вым прос­нулся Иван — за два ча­са до ого­ворен­ной по­луно­чи. В этот раз вол­шебни­ца не спа­ла ря­дом с ним, по­это­му на кон­трас­те про­буж­де­ние по­каза­лось не та­ким при­ят­ным. По­ка не прос­ну­лась по­ни, па­рень сог­нал с се­бя сон, пос­мотрел на по­году и при­кинул план их ноч­ной про­гул­ки. Не­дале­ко от его до­ма был до­воль­но круп­ный ле­сопарк, где мож­но бу­дет сме­ло по­гулять с еди­норож­кой. В до­пол­не­ние там до­воль­но све­жий воз­дух для го­рода и не нас­толь­ко силь­ное ос­ве­щение, ес­ли Стар­лайт нуж­но бу­дет спря­тать­ся.

Еще, пе­ред тем как рас­толкать по­ни, Ки­ниш нем­но­го по­возил­ся на кух­не — ут­ром они так и не по­ели нор­маль­но, а еще им пред­сто­ит про­гул­ка. Па­рень не вы­носил еду ра­зог­ре­тую в мик­ро­вол­новке и го­товил на один раз. В этот раз, ра­ди эк­спе­римен­та, че­ловек ре­шил дать вол­шебни­це чуть бо­лее цель­ное мя­со и дос­тал из хо­лодиль­ни­ка за­печа­тан­ные ку­риные кот­ле­ты с сы­ром. В ка­чес­тве гар­ни­ра па­рень ре­шил прос­то об­жа­рить нес­коль­ко кар­то­фелин — это­го же­лали его бе­лорус­ские кор­ни.

Вол­шебни­цу рас­талки­вать не приш­лось. Та са­ма выш­ла из спаль­ни на за­пах еды и мол­ча се­ла за стол. Па­рень улыб­нулся ее сон­ли­вой рас­тре­пан­ности и пос­та­вил пе­ред ней чаш­ку ко­фе. Сла­ва бо­гу, на вол­шебни­цу ко­фе дей­ство­вал нор­маль­но — бод­рил и не прев­ра­щал в из­лу­ча­ющее ма­гию бедс­твие.

— Ты по­нима­ешь, что те­перь в Эк­вес­трии на ме­ня бу­дут смот­реть ко­со? — спро­сила вол­шебни­ца, съ­ев все при­чита­ющи­еся ей кот­ле­ты да­же не тро­нув кар­тошку.

— Это по­чему это? У каж­до­го свои вку­сы…

— Да, но мне при­дет­ся за­купать мя­со… Оно ведь не на де­ревь­ях рас­тет… А ведь еще мне нуж­ны бу­дут ре­цеп­ты! Обе­щай, что пе­ред тем как я вер­нусь, ты на­учишь ме­ня го­товить та­кую вкус­ня­тину…

— Чес­тно го­воря, эти кот­ле­ты я брал уже го­товы­ми.

— Уже го­товы­ми?

— Не все уме­ют вкус­но го­товить и не у всех есть воз­можность хо­дить по рес­то­ранам. Так что это це­лый биз­нес. У вас в Эк­вес­трии та­кого нет?

— Есть, но то что быс­тро пор­тится, про­да­ет­ся в ма­гичес­кой упа­ков­ке сох­ра­ня­ющей све­жесть. А в ва­шем ми­ре нет ма­гии! Как так?

— На­ука! На­ука, пе­рена­селе­ние и не­раци­ональ­ное рас­по­ложе­ние пи­щевых про­из­водств, да­ли нам кон­серван­ты! Эти ве­щес­тва поз­во­ля­ют еде хра­нить­ся боль­ше, так как уби­ва­ют мик­ро­ор­га­низ­мы на про­дук­тах.

— О. Я знаю, что гри­фоны для хра­нения пи­щи при­меня­ли соль. Это что-то по­хожее, да?

— Ты аб­со­лют­но пра­ва. Кста­ти, на­вер­ня­ка Гри­фоны зна­ют мно­го ре­цеп­тов мяс­ных блюд. Да и еди­норо­ги на­вер­ня­ка го­товят вся­кие изыс­ки из ры­бы — не­кото­рые ре­цеп­ты мо­гут по­дой­ти и к мя­су.

— Тем не ме­нее, я хо­чу вы­учить не­кото­рые ва­ши ре­цеп­ты…

— По­жалуй­ста — весь ин­тернет в тво­ем рас­по­ряже­нии. Зав­тра пос­ле ра­боты я поз­во­ню, а ты под­го­товишь спи­сок на свои эк­спе­римен­ты.

— Спа­сибо. Мы по­ели… — на­чала вол­шебни­ца и на­чала под­ни­мать­ся из-за сто­ла, но бы­ла пе­реби­та Ки­нишем:

— До­едай кар­тошку…

— Но…

— Ешь свою кар­тошку Стар­лайт Глим­мер.

Стар­лайт сглот­ну­ла. Она не по­доз­ре­вала, что у че­лове­ка мо­жет быть та­кая жут­кая а­ура, тем бо­лее по прос­той те­ме не­до­еден­ной кар­тошки. Вол­шебни­ца под­ня­ла те­леки­незом вил­ку, на­сади­ла на нее нем­но­го гар­ни­ра и по­ложи­ла в рот. А­ура вок­руг пар­ня сра­зу ис­чезла.

— Мо­лодец. До­едай по­ка, а я прис­мотрю те­бе одеж­ды — на ули­це этой ночью бу­дет прох­ладно…

— Вы же не кон­тро­лиру­ете по­году?

— Но мы ее пред­ска­зыва­ем. Жуй-жуй, гло­тай, Стар.


Ког­да вол­шебни­ца до­ела и вош­ла в спаль­ню, она ах­ну­ла. Из от­кры­того ди­вана бы­ли вы­таще­ны го­ры одеж­ды, ко­торые прос­то не мог­ли в нем по­мес­тить­ся. Там бы­ли го­ры оди­нако­вых ма­ек, кофт и шта­нов и це­лый че­модан иден­тично­го ниж­не­го белья с нос­ка­ми. Ес­ли по­лови­на ве­щей бы­ла прос­та и иден­тична, то вто­рая по­лови­на прос­то пес­три­ла раз­но­об­ра­зи­ем.

— Ты точ­но не ак­те­ром ра­бота­ешь?

— Нет, но раз­ный сце­ничес­кий рек­ви­зит дер­жу. Пом­ню ку­ратор в кол­ледже пос­то­ян­но го­ворил на ли­ней­ках: «Что вы ве­дете се­бя как кло­уны». Бу­дучи го­товым к это­му, я на­чал тас­кать с со­бой вот этот па­рик с но­сом, что­бы быть го­товым к сле­ду­юще­му ра­зу. Боль­ше он ни­ког­да не на­зывал нас кло­уна­ми.

— Да-а-а, за­бав­но… о! Это же плащ и шап­ка Свир­ла Бо­рода­того!

— Свир­ла? Раз­ве не Стар­свир­ла?

— Рас­простра­нен­ное заб­лужде­ние, но прос­ти­тель­ное. Стар — это фа­милия. Как собс­твен­но и «Бо­рода­тый».

— Ин­те­рес­но за что мож­но по­лучить фа­милию «Бо­рода­тый», — с ве­сель­ем в го­лосе ска­зал Ки­ниш, пог­ла­живая свою бо­род­ку.

— Да, за бо­роду ко­неч­но, но еще ты дол­жен быть ста­рым. Я не го­вори­ла, что есть груп­пы по­ни, по­луча­ющие фа­милию не от прин­цессы? Про­фес­сии и воз­раст то­же вли­яют на нее. Так, за­чем те­бе кос­тюм Стар­свир­ла?

— Я иног­да хо­жу на фес­ти­вали, а кос­плей это ве­село!

— Кос­плей?

— Ты еще пло­хо зна­ешь япон­скую куль­ту­ру… На­ряжать­ся в кос­тю­мы лю­бимых ге­ро­ев.

— Как на мас­ка­рад?

— Я хо­тел ска­зать Хэл­ло­уин… то есть ночь кош­ма­ров, но то­же да.

— Так… что на­дену я?

— В чем те­бе бу­дет удоб­но, то и на­девай. Я прав­да всег­да ду­мал, что вам хо­лод ме­нее стра­шен чем лю­дям.

— Так, зи­мой же шерс­тка от­раста­ет. А у вас вес­на весь­ма прох­ладная.

— Вес­на прох­ладная? Да она жа­рит, как хрен зна­ет что!

— Да, я уже по­няла что ты неп­ра­виль­но вос­при­нима­ешь тем­пе­рату­ру… Что же на­деть, что же на­деть… Слу­шай, а ес­ли я нем­но­го под­го­ню се­бе кос­тюм?

— Ес­ли у не­го есть ко­пии по­жалуй­ста, а ес­ли нет спро­си уточ­ни.

Вол­шебни­ца под­ня­ла те­леки­незом крас­ную коф­ту с ка­пюшо­ном и мол­ни­ей, та­кую же как де­сяток дру­гих ле­жащих там же, а так­же нес­коль­ко си­них и фи­оле­товых плат­ков.

— Ни­чего ес­ли я их пе­реде­лаю?

— Дей­ствуй.

— Смот­ри и учись! — с улыб­кой ска­зала вол­шебни­ца и заж­гла рог. Она зак­ры­ла гла­за и не­кото­рое вре­мя без­звуч­но ше­вели­ла гу­бами. На кон­чи­ке ро­га вы­рос­ла не­боль­шая све­тяща­яся сфе­ра и на­буха­ла, по ме­ре то­го как вол­шебни­ца кол­до­вала. Ког­да сфе­ра дос­тигла раз­ме­ра ба­раба­на сти­раль­ной ма­шины, она от­це­пилась от ро­га и по­вис­ла в воз­ду­хе. Па­рень за­воро­жено смот­рел на вол­шебную сфе­ру, в ко­торую по­лете­ла коф­та и плат­ки. В ма­гичес­ком си­янии сфе­ры бы­ло не раз­гля­деть, что с ни­ми про­ис­хо­дит, но от ро­га Стар­лайт к сфе­ре нап­ра­вились нес­коль­ко ту­ман­ных ма­гичес­ких по­токов. Это зре­лище дли­лось еще нес­коль­ко ми­нут, пос­ле че­го сфе­ра лоп­ну­ла. Коф­та упа­ла на пол, а вол­шебни­ца вы­дох­ну­ла.

— Да, это зак­ли­нание креп­кий оре­шек, но я смог­ла! — ска­зала она, под­няв те­леки­незом по­лучив­ши­еся эле­мен­ты одеж­ды.

Коф­та ста­ла ко­роче и по раз­ме­ру те­перь иде­аль­но под­хо­дила вол­шебни­це. Коф­та прик­ры­вала по­лови­ну спи­ну вол­шебни­цы, жи­вот и пе­ред­ние но­ги, а ка­пюшон зак­ры­вал го­лову. Там где под ка­пюшо­ном бы­ли рог с уша­ми, про­дела­ла от­вер­стие для ро­га и кар­машки для ушей. Так­же коф­та по­меня­ла цвет — вмес­то крас­но­го, она ста­ла фи­оле­товой как во­лосы еди­норож­ки. Еще в воз­ду­хе ве­села па­ра по­лоса­тых нос­ков. Од­на по­лоса у нос­ков бы­ла ак­ва­мари­новой, как по­лоса в гри­ве вол­шебни­ца, а вто­рая бы­ла фи­оле­товой. Стар­лайт оде­лась и, гля­дя на че­лове­ка, спро­сила:

— Мне идет?

— Ты смот­ришь­ся изу­митель­но… — ответил пок­раснев­ший че­ловек и, нем­но­го по­мяв­шись, спро­сил, — зна­чит, у вас в Эк­вес­трии дей­стви­тель­но есть но­соч­ки?

— Нет, тут вы лю­ди не уга­дали. Но они выг­ля­дят очень ми­ло, так что я не смог­ла удер­жать­ся.

— А зак­ли­нание? Я ни­ког­да не ви­дел, что­бы Рэ­рити им поль­зо­валась, а она ди­зай­нер.

— Хоть те­бе и ка­жет­ся это зак­ли­нание удоб­ным, но у не­го мно­го ми­нусов. Оно тре­бу­ет очень боль­ших ма­гичес­ких зат­рат и одеж­да при­нима­ет че­рез не­кото­рое вре­мя свой ис­ходный вид. Моя ма­ма, прав­да, мо­жет за­чаро­вать одеж­ду и она не по­меня­ет­ся, но, к глу­бочай­ше­му со­жалею, на­несе­ние чар тре­бу­ет столь­ко сил и вре­мени, что одеж­ду лег­че сшить за­ново.

— Лад­но, раз ты го­това, мы от­прав­ля­ем­ся. Я уже прис­мотрел мар­шрут до пар­ка, глав­ное по­ка не ока­жем­ся там дер­жать уш­ки на ма­куш­ке! До­гово­рились?

— Ве­ди! — ска­зала вол­шебни­ца и че­рез ми­нуту па­роч­ка уже зак­ры­вала квар­ти­ру на ключ…