Автор рисунка: MurDareik
Глава 2 — Рейд Глава 4 — Вечеринка!

Глава 3 — Встреча

Продвинутая плазменная винтовка против устаревшей штурмовой. Два пони, направивших свое оружие друг на друга. Чем закончится их встреча?

Вороненый ствол, направленный точно в голову Грея, здорово нервировал. Броня Анклава не слишком хорошо защищала от классического огнестрельного оружия, а эта винтовка выглядела вполне подходящей, чтобы попортить разведчику шкуру. По серой шерсти потекла струйка холодного пота, а в голове закопошились предательские мысли.

«Долетался. Если там бронебойные пули, то от очереди в упор не поможет даже офицерская броня, тем более модифицированная против энергетического оружия. А ведь если подумать, в Анклаве не так уж и плохо. Да, там всюду царили предательство и страх, зато никто не морил меня голодом, ну, не считая учебы в Академии. Направленных мне в голову штурмовых винтовок тоже не наблюдалось, исключительно плазменные или лазерные... Минутк... Не может быть!»

Разведчик внимательно посмотрел на оружие единорожки, после чего громко расхохотался. Смех не позволял прицелиться как следует, равно как и сказать хотя бы слово. Жестом попросив подождать, Грей прислонился к стене и попытался побороть истерику. Первое сражение без прикрытия Крыла и возможная смерть сломала преграду спокойствия и равнодушия, не раз выручавшую его из различных передряг. Сделав титаническое усилие, пегас перевел неудержимый смех в разряд хихиканья. Единорожка, наблюдавшая за его выступлением, ошеломленно тряхнула головой и тонко вскрикнула:

— Чего ржешь? Я тебя сейчас поджарю прямо внутри панциря! Снимай броню и седло!

Пытаясь отдышаться, Грей закашлялся, отважно сражаясь с новым приступом смеха. Все же побег из дома тяжело дался разведчику, и внутри он переживал настоящую эмоциональную бурю. Вдоволь повеселившись, пегас глубоко вдохнул и навел свои винтовки на белую кобылку.

— У тебя магазин выпал, она не опасна, — ехидно ответил разведчик.

Удивленно посмотрев на свое оружие, единорожка отбросила ствол в сторону. Расслабившийся пегас с облегчением выдохнул и на секунду прикрыл глаза, чтобы унять внезапно пробудившуюся в них резь. Этого времени как раз хватило кобылке, чтобы поднять из осевшей пыли вторую винтовку и навести ее на крылатого жеребца. И в этот раз она не забыла магазин. Пули против плазмы.

Единорожка прикусила губу, невольно скосив взгляд на одно из установленных на броне пегаса энергомагических орудий. Она примерно осознавала свое преимущество на таком расстоянии, но и буквально наяву переживала ужасный процесс превращения в горку пепла. Первый заряд адреналина перестал кружить голову, она все отчетливее понимала риск. Взвесив все за и против, кобылка осторожно произнесла:

— А если я предложу вариант, который устроит нас обоих?

Голова кобылки буквально раскалывалась на части, съеденный давным-давно завтрак так и норовил покинуть желудок через не предназначенное для этого отверстие, зрачки здорово расширились. Штурмовая винтовка покачивалась в золотистом сиянии магической ауры, гуляя из стороны в сторону.

«Она наверняка контужена, я отчетливо видел, как она врезалась в потолок. Если броситься в сторону, можно увернуться. Сократить дистанцию до копытопашной и пробить шею. Да, скорее всего, придется действовать именно так. Но сначала попробовать заговорить ей зубы, велика вероятность, что она просто свалится от усталости».

— Я обязательно его рассмотрю, — вкрадчиво ответил Грей, немного подавшись вперед. Если приближаться к жертве постепенно, сокращая дистанцию осторожными шагами, то она сама не заметит, как окажется нанизана на боевое жало.

Кобылка недоверчиво посмотрела на жеребца, словно пытаясь разгадать его игру. Единорожку явно пошатывало, пришлось даже пошире расставить ноги, рискуя распластаться на брюхе. Ее собеседник проявил интерес к переговорам, а значит, появлялся пусть и призрачный, но все же шанс.

— Ты вырубаешь свои пушки, а я опускаю свою. Вот и все. — Она сглотнула, слегка шевельнув головой. Сейчас ей было довольно тяжело одновременно удерживать внимание на потенциальном противнике и бороться с усиливающейся тошнотой.

Услышав слова серой от пыли пони, Грей едва не рассмеялся ей в лицо. Для постороннего, не разбирающегося в энергомагическом оружии, такое предложение, может, и казалось логичным, но сведущие в данной теме стрелки сразу назвали бы эту идею самоубийственной. Соединение винтовок с генератором брони позволяло обеспечить большую мощность заряда, но никак не влияло на само оружие. И если отключить дополнительное питание, они вовсе не вырубятся. Грею достаточно одной мысленной команды, чтобы отправить плазменные заряды к цели. На то, чтобы превратить врага в горстку слизи, их мощности уже не хватит, но вот череп этой глупой кобылки они расплавят буквально за секунду.

— Деактивировать боевой режим, — отчетливо произнес пегас.

Наступила тишина, которую нарушали лишь дыхание двух пони да звон золотой ауры волшебницы. Интерфейс шлема брони изменился на стандартный, транслируя информацию о состоянии организма и окружающей среды. Внимательный взгляд фиолетовых глаз, невидимый из-за забрала, вперился в кобылку, пытаясь определить уровень угрозы. Малейший намек на опасность для жизни – и незнакомку ожидает весьма неприятный урок по эксплуатации энергомагического оружия.

Кобылка слышала команду крылатого пони и последовавшую за ней тишину. Она втянула голову в плечи; нахмуренные брови единорожки красноречиво показывали ее мнение о состоянии рассудка одного пегаса. Вот только смотреть на жеребца в этой жуткой броне, со смертоносным оружием по бокам и таким же опасным хвостом сзади... не посмеешься. Она только сейчас поняла – даже без оружия этот страшный пони не оставит ей ни единого шанса.

Разумеется, кроме его слов, у нее нет никаких гарантий безопасности, но происходящего для измученной и побитой кобылки оказалось уже и так слишком много.

Волшебная аура рассеялась, и оружие беглянки упало на землю, не выстрелив лишь по счастливому стечению обстоятельств. Сама пони медленно осела на круп, опустив голову.

— Не могу, — едва слышно прошептала единорожка.

Грей едва заметно выдохнул с облегчением, глядя на поникшую кобылку. Осталось только решить ее судьбу, и можно было спокойно возвращаться в убежище.

«Она привела сюда рейдеров, тем самым фактически выдав мое укрытие. Да, я их всех убил, но ведь все могло сложиться совершенно иначе. Оставлять ее в живых опасно. К тому же она мне угрожала. Дважды».

Внезапно его взгляд упал на круп единорожки. Он выглядел соблазнительным даже сквозь копоть и броню. Между задних ног что-то зашевелилось. Мысли тут же потекли совсем в ином русле.

«Собственно, а зачем её убивать? Можно просто взять в плен и использовать, кхм, по прямому назначению. Оружие далеко, она ничего не успеет сделать. Решено, начну прямо сейчас!»

Уже сделав шаг по направлению к единорожке, Грей внезапно замер на одном месте. В голове мелькнула простая мысль, остудившая весь пыл пегаса.

«Я ведь бежал вниз, чтобы начать новую жизнь. Она мне ничего не сделала, да и наверняка здорово боится. Ломать ее ради желания… неправильно».

Грустно вздохнув, жеребец все же подошел к кобылке и сел рядом с ней. Его взгляд упал на незамеченный ранее ПипБак.

«Обитательница Стойла? Вот это удача! Если оно еще функционирует, я могу прибиться к ней и попросить убежища. Там-то Анклав меня точно не достанет, будет время обжиться».

— Ну вот, мы друг в друга не стреляем. — Грей старался говорить спокойно, не допуская дрожи в голосе. — А дальше?

В ответ кобылка медленно подняла голову и отодвинула с глаз грязную и растрепанную гриву. Она и вправду была не в лучшем состоянии.

— Не знаю… это мои первые переговоры. — На мордочке единорожки появилась вымученная улыбка, а сама пони опасно накренилась набок.

Заметив плачевное состояние кобылки, Грей осторожно поддержал её копытом, стараясь не зацепить крылом с нацепленным на него клинком.

— У меня такая же ситуация, а значит, будем импровизировать. Тебе нужно подлечиться.

Почувствовав прикосновение к копыту пегаса, единорожка тут же встрепенулась и заставила себя принять ровное положение.

— Нечем, — с грустью ответила пони. — Мы использовали все лечебные зелья, когда убегали от этих психов.

При этом единорожка невольно посмотрела куда-то в сторону, явно поежившись. Рот ее открылся, будто она хотела что-то сказать, но передумала. Вместо этого кобылка лишь тихонько всхлипнула, плотно закрыв глаза.

Тяжело вздохнув, пегас отошел от единорожки, задумчиво осматривая коридор. Слова серой пони невольно напомнили ему о допущенной ошибке. Еще одно слабое место «гениального плана» – во время побега Грей не смог захватить лечебные зелья. У него не было даже обычного пропитанного целебной мазью бинта.

В качестве оправдания пегас мог привести их страшный дефицит на облаках. Зелья выдавались разведчикам непосредственно перед вылетами на задания, а оставшиеся склянки отбирались по прилету, но это звучало лишь как отговорки. Посмотрев на первую наземную пони, не собиравшуюся его убивать, жеребец осторожно предложил:

— Давай обыщем квартиры. Жители покидали свой дом в большой спешке, вдруг где-то завалялось лечебное зелье.

Громкое урчание желудка оборвало речь пегаса. Сделав паузу, он задумчиво продолжил:

— К тому же мне не помешает еда.

— Ты говоришь так, словно хочешь... помочь? — Она смотрела с явным недоверием и скрытой надеждой.

Слегка разгребая передними копытами мусор, единорожка приподнялась над обломками.

Грей несколько секунд раздумывал над ответом, после чего пошел в комнату, так ничего и не сказав. Постепенно льющийся из окон свет становился все слабее. На Эквестрийскую Пустошь опускались сумерки. Забросив сумку за спину, жеребец направился к обломкам двери.

— Я пойду на следующий этаж. Посмотри на этом. Если встретится запертая дверь – разбей замок. — Пегас с сомнением посмотрел на хрупкую кобылку. — Ну, или просто расстреляй его.

Выдав задание, жеребец порысил к лестнице. Его взгляд упал на две оставшейся после выстрелов лужицы. Копаться в них в поисках трофеев было противно, но жизнь на Эквестрийской Пустоши быстро отучивает от брезгливости. Особенно если ты облачен в непроницаемую для запахов броню.

Добыча оказалась небогатой: коробка патронов с картечью, две примитивные гранаты и вырванная страница какой-то книги. Хмыкнув, жеребец все же забросил найденное в сумку, не забыв прихватить лежащий рядом дробовик. Судя по внешнему виду, он совсем недавно побывал в копытах умелого мастера, вернувшего оружию былую мощь и славу. Брезгливо вытерев ногу об очередной коврик с жизнеутверждающей надписью, пегас стал подниматься на верхний этаж.

***

Единорожка проводила жеребца долгим взглядом и глубоко вздохнула. Когда разведчик скрылся из вида, она прижала уши и уставилась на стену перед собой, погружаясь в невеселые мысли.

— И о чем я должна думать? — риторически спросила чумазая пони.

Она вновь вздохнула, постаравшись подняться на все четыре ноги. Со второй попытки ей это удалось.

— Убежать, пока не смотрит? Но он прав. Должна же я найти хоть что-то. — Кобылка резко замолкла. Обычно у нее не было привычки говорить самой с собой.

Издав тихий нервный смешок, она медленно побрела в ближайшую комнату, еле перебирая ногами. Естественно, та оказалась закрыта. Ненадолго. Раздался глухой «Пфт!» – пони воспользовалась советом разведчика и расплавила замок.

В заброшенной жилой комнате не оказалось ничего интересного. Большинство вещей не имело практической ценности, превратившись в мусор, а немногочисленные полезные предметы слишком обветшали. Единственным трофеем оказалась приютившаяся возле подлокотника старого выцветшего кресла коробка Сахарных Яблочных Бомбочек. Кобылка подошла поближе. Даже через сотню лет упаковка оставалась яркой и цветастой.

— Это не самая здоровая пища, но по сравнению со многим другим очень даже ничего. — Она провела ногой над коробкой, слушая щелчки. — Даже радиоактивные они лучше, чем мясо.

Ей пришлось сосредоточиться, чтобы поднять коробку над головой. Левитируя свой трофей, она пошла дальше, осматривая помещение и тыкаясь любопытным носиком в каждый шкаф. Ее наградой стали пустые бутылки, две Спаркл-Колы, пакет морковных чипсов и странный шар. Следуя смутным воспоминаниям, кобылка осторожно скатила его копытцем в седельную сумку, едва не упав набок от неожиданно прибавившейся нагрузки.

В какой-то момент силы окончательно покинули ее. Волшебница села в первой комнате, прижавшись боком к ручке кресла и глубоко дыша.

***

Пегас быстро преодолел покрытые пылью ступеньки, не встретив никаких препятствий. Третий этаж поприветствовал разведчика разрисованными яркими красками стенами. С нарастающим удивлением Грей открывал для себя широкие луга и зеленые поля с работающими пони. Даже сквозь толщину столетия можно было почувствовать их беззаботное счастье, когда главной проблемой становится выбор платья для пикника. В каком-то трансе пегас дотронулся до нарисованной пони, словно стремясь пересечь границу и оказаться по ту сторону. Сбросить с себя скорлупу брони Анклава, растоптать в мельчайшую пыль плазменные винтовки и жить обычной жизнью. Без войн. Без боли. Без смерти.

Нарисованная пони осыпалась под его копытом, превратившись в расплывчатое пятно. Грязно выругавшись, Грей потряс головой, возвращаясь в реальность. Тщательно выговаривая слова, жеребец произнес в пустоту:

— Этого больше нет. Можно сделать заново, но сейчас этого нет. Нужно действовать. Найти лекарства и еду.

Немного успокоившись, Грей приступил к свободному поиску. С пятой квартирой его действия практически дошли до автоматизма – проверить замок на двери, выругаться, развернуться, лягнуть, войти, полюбоваться на пустые шкафы и столы со всевозможным хламом, развернуться, уйти. В основном ему попадались лишь блеклые фотографии с расплывшимися изображениями, изъеденные плесенью книги, облезлые перья в высохших чернильницах. У последней квартиры Грей потерял всякую надежду на нахождение чего-нибудь ценного. Проверив замок, жеребец моментально развернулся и припал на передние копыта. Удар – и задние ноги лягнули пустоту. С трудом сохранив равновесие, Грей обернулся и уставился на пустой проем. Дверь оказалась не заперта, а он даже не заметил этого.

— Нужно как следует выспаться по прилету на базу, — произнес разведчик, забыв на минуту о невозможности вернуться назад на облака.

Пройдя в гостиную, Грей уставился на заклеенные фотографиями стены. Коридор, вторая комната, ванна – все стены и потолок были усыпаны расплывшимися картинками. Несмотря на прошедшее время, некоторые из них смогли донести до пегаса запечатленные мгновения: несколько жеребят на карусели; две красивые кобылки около фонтана, машущие в объектив (ему тут же вспомнился разрушенный фонтан на центральной площади); вьющие гнездо перелетные птицы; лихо вскинувший винтовку земнопони в военной форме. Жители погибшего города, даже не подозревавшие о своей скорой незавидной судьбе.

Завороженно рассматривая сцены из прошлого, разведчик медленно перешел в соседнее помещение. На высохшем дне большой чугунной ванны Грей обнаружил еще большее количество снимков, на которых было совершенно невозможно что-либо разобрать.

Скользнув безразличным взглядом по обшарпанным стенам, жеребец опустил ногу в шуршащую массу потускневшей фотобумаги и осторожно поводил копытом. Первой его находкой оказалась резиновая уточка ярко-желтого цвета, которая словно не заметила прошедших десятилетий. С некоторым удивлением повертев игрушку, Грей пожал плечами и положил ее на край ванны. Брать с собой подобный трофей казалось ему верхом идиотизма.

Следующая находка оказалась гораздо более привлекательной – о металлическую поверхность бронированного копыта звякнуло стекло. Обрадовавшийся пегас извлек на свет потускневшую бутылку, надеясь отведать любимой Спаркл-Колы. Этикетка давно отвалилась, однако даже за слоем грязи и пыли можно было разглядеть отсутствие жидкости внутри.

«Интересно, в отличие от других пустых бутылок, эта все еще закрыта».

Грей несколько секунд разглядывал желтую крышку с розовой бабочкой, но так и не вспомнил, где он мог видеть подобный дизайн. Во второй раз пожав плечами, пегас отвернул пробку, перевернул сосуд и вытряхнул на пол небольшой свиток, перевязанный алой лентой.

Со все возрастающим интересом разведчик развернул белую бумажку. На ней довольно небрежными штрихами был изображен план здания, в котором он находился. В подвале обнаружилась небольшая стрелка с лаконичной надписью «копать здесь».

«Полный бред».

Удивленный весточкой из прошлого, Грей медленно затолкал бутылку с «картой» в мешок и направился к выходу. Пегас замер у дверного проема, настороженно навострив уши. Его будто толкнули в грудь, призывая задержаться чуть подольше. Это чувство очень походило на интуицию, но ощущалось гораздо отчетливее обычного.

— Какого Дискорда, — выругался разведчик, повернувшись на месте. — Что со мной происходит?!

Внимание жеребца привлекла прикрепленная к стене желтая коробочка. Три розовые бабочки сохранили свои цвета, словно успокаивая каждого смотрящего на них. Осторожно открыв контейнер хвостом, пегас радостно вскрикнул, увидев три небольшие склянки с лечебными зельями.

Не успел он сконцентрироваться на своем странном чувстве, как оно тут же исчезло, словно его вспугнул исходящий из шлема писк. Переведя взгляд на экран радара, Грей внутренне похолодел. Жеребца пробила нервная дрожь, сердце ухнуло в желудок, шерсть встала дыбом, зрачки в ужасе расширились. Пять стремительно приближающихся красных точек. Слишком ровно, слишком красиво, слишком быстро, чтобы быть правдой. Но только не для тех, кто умеет летать. Неполное разведывательное Крыло Анклава. Вспомнив Дискорда и пожелав тому множество необычных сексуальных приключений с рейдерами, Грей бросился к лестнице.

Странно, но жеребец боялся не за себя. Маленькая закопченная кобылка каким-то непостижимым образом сумела утвердиться в сердце никогда не имевшего друзей пегаса. Одни пони называли это явление подарком судьбы, другие же склонялись к ее насмешке.

Грей прекрасно знал, как поступают разведчики и элитные бойцы Анклава с наземными пони, поэтому больше всего он боялся не успеть. Он сам не раз казнил случайных свидетелей, оказавшихся на пути его Крыла. Зато он не мог знать о секретном протоколе Анклава, согласно которому в погоню за новым дашитом всегда отправляются его бывшие товарищи.

Ведь лучше всех выследить беглеца смогут те, кто знает его тактику и стратегию, способ мышления и привычки. Кто-то вспомнил о любви командира скрываться и действовать из засады. Выбранные им укрытия всегда невзрачны и редко приходят кому-то в голову. Чего только стоил случай, когда они укрылись в цистерне с радиоактивной водой! Простояв там несколько часов, каждый получил тяжелую форму радотравления, зато адские гончие так и не смогли их обнаружить.

Долгая работа с картой и методичное прочесывание ни для кого не представляющих интереса руин наконец дали результат. Преследователи увидели трупы грязных обитателей поверхности, убитых боевым жалом Анклава. Переглянувшись, охотники синхронно кивнули и полетели к небольшому зданию с выбитой дверью...