S03E05
Глава 2 — Теплое зимнее утро

Глава 1 — Чудо в зимнюю ночь

Хорошо коротать зимний вечер, сидя перед камином с чашкой горячего напитка, и слушать завывания ветра за окном. Можно даже немножко почитать перед тем, как отправиться в уютную постельку. Правда неожиданно могут появиться гости и он приобретет совершенно новые краски!

Следуя своему загадочному расписанию, пегасы устроили над Понивилем настоящую снежную бурю. Ресницы примерзали к глазам от лютого холода, а крылья покрылись тонкой корочкой льда. Хотя, возможно, виноваты были не пегасы погодной службы, а одна единственная сорвиголова, решившая отправиться в путешествие, не позаботившись даже о шарфе. Ровные белые зубки выбивали друг о друга настоящую чечетку, а ноги ощущались не иначе, как палки.

— С-с-с эт-т-т-тим н-н-н-надо к-к-к-к-кончать!

Во мраке наступающей ночи появился свет. Это было хорошо. Свет означал огонь, а значит тепло. Стиснув зубки покрепче, пегаска из последних сил бросилась к двери, едва заметной в разбушевавшейся вьюге, и забарабанила по ней копытцами.

Удары копытами по дереву гулко раздались по дому, встревожив хозяйку, уютно сидевшую в большом кресле у камина, закутавшуюся в плед и успевшую даже слегка задремать. Но стук в дверь быстро заставил ее соскочить на деревянный пол.

Ведь нежданная гостья постучалась в один из самых крайних домиков Понивиля, причем дальний в том числе и от дорог, поэтому здесь редко бывали даже случайные гости, тем более в такую вьюгу! Естественно хозяйка переполошилась.

— Наверное, это Дерпи... Бедненькая, неужели какое-то срочное письмо? Ведь она вполне могла посчитать себя обязанной его тут же доставить... Хотя нет, я ничего такого и не жду. Так кто же это может быть?!

Бормоча себе под нос, розовошерстная пегаска с синей гривой закуталась поплотнее в плед и копытом распахнула дверь, тут же громко спрашивая:

— Кто здесь?

Почувствовав дыхание тепла из приоткрытой двери, Стар, ни слова не говоря, бросилась вперед, сбив хозяйку с ног. Камин манил к себе замерзшую пони сильнее, чем пламя призывает мотыльков. Остановившись у самого огня, она блаженно протянула к нему копытца и облегченно выдохнула. С белоснежной шерстки и алой гривы потекла вода.

Поднимаясь с пола, растерянная хозяйка зябко поежилась под ледяным ветром, который ворвался в теплый дом, и тут же захлопнула дверь. После этого она уже подошла к своей гостье и робко ткнула ее в плечо копытцем:

— Эм...

При этом она еще раз поежилась, когда при прикосновении собрала на край подковы снега со шкурки гостьи.

Почувствовав робкое прикосновение, алогривая пегаса моментально обернулась, подставив камину свой круп с хвостом-сосулькой. Увидев хозяйку, закутанную в халат, она внезапно осознала, что находится где-то в гостях.

— Ой, прости-прости-прости, на улице было так холодно, погодники совсем уже одискордели, а здесь так тепло и хорошо, и если бы не ты то было бы совсем плохо, ой, где мои манеры. Привет-привет-привет, меня зовут Стар. Можно я останусь здесь, а то там так хо-о-о-о-о-о-олодно!

Глаза розовой от такого потока слов как то сразу полезли на лоб, а самой ей потребовалось несколько секунд, на осмысление всего сказанного. Но затем на ее мордочке появилась смущенная улыбка.

— О, конечно, Стар. М... Будь моей гостьей, — глаза хозяйки дома при этом задержались на хвосте беленькой, ее гриве и шерсти, которая постепенно становилась мокрой от тающего на ней слоя снега.

— Ты же совсем замерзла! Дай я тебе помогу!

Переполошившаяся кобылка тут же убежала в соседнее помещение и вернулась уже летя с большим махровым полотенцем в передних копытах, с которым она и налетела на гостью, начиная ее растирать.

— А меня зовут Морнинг... Клауд... Или Клауди...

— О... спасибо.

Когда Клауди начала растирать её полотенцем Стар запнулась и смущенно покраснела. Рассмотрев свою спасительницу, она отметила ухоженное тело и упругий круп. Внезапно стало очень жарко и приятно заныло между задними копытами. "только бы крылья не встали" пронеслось в голове.

В свою очередь розовая, обнимающая свою гостью через полотенце, с удовольствием продолжала растирать ее и мысли пони невольно уходили к анализу чувств, возникающих при прикосновении к изящному телу Стар. Она даже заглянула слегка с боку, видя румянец на щеках беленькой, вместе с каким-то напряжением в глазах.

Пегаска явно струхнула, умерив свою активность по растиранию, пока и вовсе не остановилась. Впрочем, она не перестала обнимать замерзшую кобылку.

— Так лучше ?

Притихшая Стар кивнула, не спеша покидать объятий. Ей уже давно не было так хорошо и тепло, как сейчас. Сухость шерстки и теплые объятия разморили поняшку.

Морнинг удовлетворенно кивнула, стараясь за энергичным движением скрыть свое смущение:

— Тогда будет в самый раз предложить тебе горячий чай! Ты все еще кажешься.. Замерзшей!

Щечки кобылки приняли более насыщенный розовый окрас и она поспешила ретироваться в сторону чайника стоящего на столике, поворачиваясь к гостье хвостом, который нервно подергивался из стороны в сторону.

Проводив круп хозяйки долгим взглядом, Стар искреннее улыбнулась ее хвосту и подошла поближе к камину, подставляя ему свои крылья. Сейчас, когда к ней потихоньку возвращалась чувствительность, кобылка начала осознавать, какой наглой она была. Сглотнув и покраснев еще больше, Стар принялась осматривать дом, давший ей временное пристанище. В принципе оно ничем не отличалось от ее собственного жилья — крупный камин с декоративной решеткой, пара уютных матерчатых кресел, изящный деревянный столик и несколько подушек перед ним. Пегаска подметила плед и бокал с вином у одного из кресел. "Наверняка за второй дверью находится спальня. Похоже она уже собиралась уходить в объятия Принцессы Луны. Все же я такая грубая пони!"

Закончив возиться с чаем и выпустив из зубов ручку чайничка, хозяйка дома взялась губами за край блюдца и плавно ступая, поднесла чашку на ней к своей гостье. Там она поставила его на широкий подлокотник кресла:

— Вот, горячий, сладкий травяной чай с подсушенными бутонами цветов! — кобылка улыбнулась. — Мне такой нравится.

— Звучит просто прекрасно! — улыбнулась Стар, принимая чашку. — Кстати, еще раз прошу прощения за такое резкое вторжение. Я не хотела причинять слишком уж большие неудобства.

Отпив немного, Стар даже прикрыла глаза от удовольствия. У Морнинг, определенно, был талант к приготовлению напитков.

— Ох, дорогая, это просто чуде-е-е-есно! — протянула кобылка. Моментально опустошив свою, пегаска широко распахнула крылья, наслаждаясь ощущением тепла, распространяющегося по всему телу. Треск поленьев в камине и жар пламени действовали умиротворяюще. Не выдержав, поняша сладко зевнула, отчего перья на ее крыльях легонько задрожали.

Розовая пегаска не сдержала польщенной улыбки и смущенно наклонила мордочку:

— О, на самом деле я даже рада гостям в канун Дня Согревающего Очага! — она вздохнула. — Это так грустно сидеть одной дома в такой праздник... — но тут пегаска встрепенулась. — Ох, чего это я! Ты наверняка устала. Давай я покажу тебе кровать!

— Да, это плохо, когда тебе не с кем встретить праздник. Но теперь с тобой я! — просияла Стар, впрочем, не удержавшись от еще одного зевка. — Да, кровать мне сейчас совсем не помешает!

Радостно улыбнувшись, Морнинг кивнула и легкой гарцующей походкой сразу же пробежала к двери в соседнюю комнату:

— Пошли!

Когда обе пегасочки прошли в соседнюю комнатку, где стояла большая кровать с картиной в изголовье, возле стены пристроилось еще одно кресло, соседствующее с широким книжным шкафом. На небольшом столике перед окном уютно стояла маленькая елочка, уже украшенная к празднику.

Розовое копытце протянулось вперед и указало на кроватку:

— Вот, устраивайся как дома! — на мордочке Морнинг появилось сожаление. — На самом деле я никогда не принимала у себя гостей и запасных кроватей у меня нет, поэтому тебе придется спать на моей.

Помедлив немного, синехвостая, проследовала к ложу, отдернула зубами одеяло и неловко шагнула в сторону, приглашая гостью.

Благодарно кивнув, Стар одним прыжком оказалась в постели, блаженно вытянув копытца.

— Ох, хорошо то как! Вот оно — настоящее блаженство! А ты чего ждешь, присоединяйся! Не бойся, я не лягаюсь! — весело улыбнувшись, алогривая приглашающе похлопала по краю постели.

В ответ она получила неотрывный взгляд Клауди, которая так и замерла на месте, неловко поджимая крылья к бокам. На розовых щеках появился отчетливый румянец.

До Стар наконец дошла пикантность ситуации. Улыбка медленно исчезла с её лица.

— Оу, ты не хочешь со мной спать, извини. Иногда я слишком наглая. Ничего, посплю на полу.

С этими словами пегаска начала выбираться из кровати.

Опомнившись, розовая тут же вспорхнула, за секунду преодолевая расстояние между ними, и встала на пути Стар у края кровати, отчаянно замотав головой.

— Нет-нет, все хорошо! Просто... Я... Задумалась. Да, задумалась!

На мордочке пегаски появилась натянутая улыбка, а сама она отошла.

— Я сейчас тоже лягу.

А глаза-то опустила.

— Ну... — задумчиво протянула Стар. — Хорошо.

С сомнением глядя на Клауди, она все же отодвинулась назад, освобождая ей место.

Смущенная кобылка не заставила себя долго ждать и тут же забралась на кровать, устраиваясь на боку и уже в упор глядя на свою гостью.

— Никогда не спала вместе с кем-либо....

Еще раз зевнув, Стар закрыла глаза, ответив уже полушепотом:

— Ну, все бывает впервые, сладких снов.

В ответ розовая робко кивнула, но глаза не закрыла.

— Сладких снов!

Она посмотрела в сторону двери, из которой лился слабый свет, исходящий от горящего камина и вновь на белую. Клауди смотрела внимательно, затаив дыхание и прислушиваясь, сама не шевелясь.

Вскоре алогривая пегаска тихонько засопела, уйдя в царство прекрасных снов, под покровительство принцессы Луны. Похоже ей снились приятные вещи, поскольку на её лицо вернулась улыбка. Внезапно она подвинулась ближе к Клауди и крепко обняла её всеми четырьмя копытцами.

Это действие оказалось неожиданным. И без того напряженная пони вздрогнула всем телом. Пусть постепенно, но она все же расслабилась, так же в упор разглядывая свою гостью, притаив дыхание. Она была так близко. Клауди робко прижалась к ней в ответ, глядя широко распахнутыми глазами в ее закрытые веки, а копытца неловко провели по перьям на крыле беленькой. Она двигалась осторожно, нервно. Постоянно останавливалась. Ей было страшно.

Стар смешно нахмурилась, причмокнув во сне губками и прошептав несколько неразборчивых слов. Объятия пегаски стали чуть слабее, а дыхание чуть чаще.

Розовая помедлила еще мгновение, но поняв, что гостья не стремится вот так просто просыпаться, уже сама поплотнее прижалась к ней, вытягивая задние ножки вдоль хвоста и прижимаясь брюшком. Это было так волнительно для Клауди!

Алогривая пегаска причмокнула еще раз и сместилась немного ниже, уткнувшись носом в грудь розовой пони и задышав ей в шерстку.

В этот момент не спящая пегаска шумно вдохнула, стараясь свести вместе задние ноги посильнее, пусть даже они и оказались вытянуты вдоль хвоста. Она уже не могла остановится. Просто не хотела. Не сейчас, когда она так близко. "Главное, чтобы не проснулась..."

Она уже увереннее гладила беленькую по крылу и бочку, в то время как нижнее копытце неловко поместилось между животиками пегасок.

От поглаживаний розовой пони крылья Стар внезапно напряглись и встали торчком, а сама она тихонько застонала.

Розовая вновь вздрогнула, закусив губу, чтобы не вскрикнуть, но когда она посмотрела за спину гостьи, глаза ее отчетливо заблестели, а дыхание участилось. Уже не отдавая себе отчета в действиях, кобылка осторожно пробралась нижней ножкой между задних спящей, пройдясь по нежному брюшку к заветному месту.

Стар застонала её громче, невольно отодвинувшись от своей соседки. В воздухе отчетливо запахло возбужденной кобылкой.

Клауди издала еще один сдавленный вздох, но тут же слегка придвинулась к беленькой, вновь прижимаясь копытцем к ней там, в то время как свое верхнее она поджала под свое брюшко. "Не могу поверить, я правда это делаю!"

Маленькая пегаска могла почувствовать влагу, сочащуюся из лона спящей пони. Её дыхание стало еще чаще, а на шерстке проступили капельки пота.

Облизнув пересыхающие губы, Клауди, не открывая взгляд от лица уже беспокойно спящей гостьи, начала работать копытцами все активнее, начиная дышать все чаще, слегка пошевеливая вытянутыми задними и помахивая крыльями. Вместе с тем она со все нарастающим интересом ждала момента, когда ее игра приведет к своему результату. И еще ей было страшно — вдруг белая проснется? Но, вместе с тем, ей было как-то все равно. Возбуждение и некий азарт притупили стеснительность. Клауди уже просто стремилась почувствовать каким будет конец у нежданной визитерши...

Внезапно алогривая пегаска резко распахнула глаза. Копыта двух пони встретились между переплетенными телами. Голос у Стар был очень удивленным и немного охрипшим.

— Эй! Ты что делаешь?!

Такого она не ожидала. Точнее ожидала, но все-равно оказалась не готова. Дыхание кобылки перехватило и она резко дернулась назад, заливаясь краской. Даже крылья взмахнули, ударив по краю кровати.

— Я... Это.. Не знаю... Это не то, что ты думаешь!

При этом передняя ножка розовой уже оказалась над одеялом, прижимая его и, вместе с тем, демонстрируя копытце, которое предательски блестело влагой в слабом свете луны.

Перехватив копытце в воздухе, Стар несколько секунд удивленно рассматривала блестящую на нем влагу, после чего широко улыбнулась:

— Я так и знала! Твой милый румянец выдавал тебя с головой. Это очень мило, правда-правда, но сейчас я страшно устала. Давай займемся этим завтра?

К сожалению, отдергивать ножку было уже поздно, поэтому Морнинг смогла только покраснеть.

Но это оказалось лишь полдела. Слова Стар окончательно выбили кобылку хозяйку дома из колеи. Она растерянно воззрилась на собеседницу, приоткрыв рот.

— Но... М... Завтра...

Ушки опустились. “Что я несу!”

Алогривая пегаска сладко зевнула и сонно посмотрела на свою соседку по ложу.

— Да, и впрямь, ты же здорово возбуждена. Ничего, сейчас я тебе помогу.

С этими словами Стар мягко развела в стороны ножки Клауди и стала нежно тереть копытцем края половых губок, размазывая по их краешку выступившие любовные соки.

Клауди банально не успевала за своей гостьей. Слишком уж она оказалась непосредственной и... Уверенной? Так или иначе, розовая кобылка обнаружила у себя между задних ножек копытце Стар. Вздох пони оборвался на середине, а сама Морнинг выгнула спинку, испытав в первое мгновение желание отстраниться, которое она не смогла реализовать, а там уже оно сменилось на совершенно иное — насадиться как можно глубже.

— Как ты... Можешь так.. Такой быть!

При этом розовая поджала передние ножки к груди, часто дыша.

Продолжая водить копытцем между ножек поняши, Скай недоуменно подняла брови, отвечая на вопрос:

— Какой такой? Ты ведь самого этого хочешь. — пегаска хитро улыбнулась. — Уж я то чувствую!

Начиная уже потихоньку задыхаться, тогда как грудка быстро-быстро вздымается, Морнинг прошептала.

— Хочу... Просто ты... Смела-а-ах!!!

Пегаска вздрогнула всем телом, задрожав, выгибая спинку и хлопая крыльями прямо в кровати, в то время как на копытце Стар полились теплые соки.

Почувствовав дрожание тельца своей партнерши, Стар сделала завершающее движение и отодвинулась на краешек кровати. Следя за муками оргазма Клауди, кобылка медленно посасывала свое копытце, измазанное любовными соками. Дождавшись, пока Морнинг затихнет, она пододвинулась к ней вплотную, прижимаясь к такому горячему телу и зашептав на ушко.

— Ты такая милая, когда кончаешь.

Заметно уставшая розовая закусила нижнюю губу, отводя глаза.

— А я хотела увидеть, как это происходит у тебя...

Белая пони тепло улыбнулась ей и ответила, переворачиваясь на спину.

— О, я тебя уверяю, еще увидишь!

Морнинг завозилась лежа на бочку, чувствуя, какое все мокрое внизу живота, но все же прижалась носиком с боку шеи Стар.

— Оказывается вот какая у меня гостья...

Сладко зевнув и положив копытце на брюшко поняши, гостья сонно поинтересовалась.

— Разве ты против?

Все такая же неестественно розовая кобылка смогла лишь мотнуть головой, не отрывая носика от шеи Стар.

— Нет, нет! Конечно не против!

Она плотнее прижалась к беленькой, слегка нервничая от ощущения копытца на своем животике. Недавно пережитое очень отчетливо проигрывалось в воображении снова и снова.

Стар негромко хихикнула и в очередной раз зевнула. Повернувшись на бок и сложив крылья, она прижалась к Клауди и обняла ее покрепче. Тела двух пони переплелись в не такой уж вместительной кровати, согревая друг друга. Витавший в воздухе запах любовных соков будоражил разум и, будь Стар менее сонной, она бы уже заставила хозяйку дома извиваться от ее язычка. Но усталость и завывание вьюги за окном взяли свое. Крепко обнявшись, поняши погрузились в сладкие сны...