Автор рисунка: Noben
Глава 1 — Чудо в зимнюю ночь Глава 3 — Ласковый зимний вечер

Глава 2 — Теплое зимнее утро

Буря улеглась и настало яркое солнечное утро. Двум поняшам предстоит разобраться в своих чувствах друг к другу, а так же сделать множество увлекательных вещей!

Морнинг проснулась первой. Сначала пегаска долго не могла ничего сообразить. Она просто лежала на боку, прижимаясь к чему-то теплому и такому уютному… И сонный разум даже не старался предположить об источнике их происхождения!

Но чем дольше она так лежала, тем больше понимала всю их неестественность.

Наконец, разлепив глаза, пегаска задержала дыхание. Она лежала прижавшись к спинке своей гостьи, нос все еще был в гриве Стар, чей запах сейчас проснувшаяся понька и вдыхала…

«Ой… Ой! Что же вчера было...»

Разум невольно начал подкидывать самые последние, яркие моменты, заставляя сердце биться быстрее.

«Что же я вчера наделала! Нужно… Нужно выбраться из кровати и… Не знаю… Выбраться… И, может, бежать на улицу? Ха! Из своего дома! Но я не хочу ее выгонять. Она мне нравится… Но… Ар-рх!»

Встрепенувшись, кобылка таки смогла на боку отползти назад и чуть было не свалилась на пол. Точнее свалилась, но успела ухватиться ртом за край подушки.

Шевеления поняши на кровати достигли своего эффекта. Сладко зевнув и как следует потянувшись, Стар открыла глаза и повернулась на другой бок. Зрелище Морнинг, уцепившейся в подушку, позабавило пегаску. Изящно прикрыв ротик копытом, она несколько раз хихикнула, после чего одним быстрым движением втянула розовую кобылку назад в постель, на секунду прижавшись к ее шее.

— Доброе утро! — поприветствовала хозяйку гостья, прильнув к ее ушку.

Морнинг отчаянно покраснела, оказавшись в таком приятном положении! В таком приятном и неловком одновременно. Кобылка буквально готова была сгореть от стыда. И удовольствия. Оказавшись так близко к Стар. Чувствуя ее дыхание…

Встрепенувшись, пегаска все же постаралась податься назад, рискуя вновь свалится на пол.

— Доброе утро, Стар! К-к… Как ты спала?

На мордочке розовой появилась глупая улыбка.

— Очень хорошо, у тебя очень удобная постель, Морнинг! — ответила алогривая поняша. — Представляю, какие здесь можно устраивать игры!

Не успела розовая пегаска покраснеть, как белошерстная кобылка впилась в ее губы страстным поцелуем, запечатав уста на несколько долгих секунд. Оторвавшись, она еще раз тепло улыбнулась ей и медленно слезла с кровати, вставая на копыта.

Пока белая слезала, розовая осталась на кроватке, не сдвигаясь со своего места с широко раскрытыми глазами.

— Стар… Ты… Ты и вправду… Ну…

Наконец хозяйка домика зашевелилась, садясь на кровати и обвив ножки хвостом.

— Я не могла и подумать…

Ни слова ни говоря, алогривая пегаска присела рядом с хозяйкой и прижалась к ее боку, положив голову на плечо поняши.

— Я понимаю, все произошло слишком быстро. Если тебе будет легче, я могу уйти.

Мелко дрожащая пегаска, тут же замотала головой:

— Нет! Я не хочу чтобы ты уходила! Просто… — Морнинг неловко потерла одной передней ножкой о другую. — Я не знаю…

Впрочем Стар отчетливо ощутила напряженное крылышко слегка упирающееся в ее бок.

Белая пегаска немного помолчала, обдумывая сбивчивые объяснения хозяйки, после чего обняла кобылку еще крепче и ответила дружелюбным тоном:

— Думаю, мы просто взяли слишком резкий старт. Не будем гнать повозку. Как смотришь на идею завтрака?

Обрадовавшись возможности сейчас же сменить тему, розовая явно оживилась, подняв ушки:

— Да, почему бы и нет! У меня как раз хороший запас фруктов на праздник!

Морнинг тут же соскочила с кровати и побежала в большую комнату.

— Спасибо за твою доброту. — прошептала вслед пегаска, медленно слезая с кровати.

***

Когда Стар зашла в следом то обнаружила уже круп пегаски задранный вверх, в то время как вся передняя часть пони была скрыта под полом, заслоненная массивной крышкой люка…

— Тебе помочь? — поинтересовалась Стар у вихляющего крупа. К слову, весьма аппетитного крупа, который так и хотелось взять в копыта и как следует облизать.

Круп на мгновение замер, крылья на боках раскрылись и взмахнули вытягивая переднюю часть поньки из дыры в полу. Во рту хозяйка держала ручку корзинки, которую она поставила на краю дыры:

— Да, пожалуйста! Это наш завтрак! Поставь его на стол! И… Приступай!

Сама же кобылка вновь нырнула подпол, пытаясь выудить что-то еще.

Едва удержавшись от желания шлепнуть по вновь выставленному крупу, пегаска взяла в зубы корзинку и быстро поставила ее на небольшой столик. Достав из нее яблоко, кобылка вытерла извлеченный фрукт о чистую салфетку и аппетитно захрустела сочной мякотью, с интересом поглядывая на копающуюся Морнинг.

Та наконец достала небольшую бутылочку, с трудом скрывая смущенную улыбку на мордочке, пока закрывала люк. С этой находкой она и уселась напротив Стар.

— Немного сладкого сидра! А теперь… Приступим! Я так проголодалась! Особенно после вечера… Гм… В общем… Проголодалась…

— Сидр будет очень кстати. — кивнула пегаска, потянувшись к корзинке за новым фруктом. Ее копытце наткнулось на что-то мягкое и длинное. Вытащив на свет продолговатый банан, кобылка не выдержала и мелко задрожала, не слишком успешно пытаясь сдержать смех.

— Да… Хи-хи. Очень пригодится. Хи-хи-хи. У тебя есть кружки? Хи-хи-хи.

Посмотрев на предмет веселья гостьи, Морнинг, густо покраснела и поспешно сорвалась искать кружки. Но одновременно со все этим, в ее глазах мелькнул и явный интерес.

Пара пиал нашлось быстро, как они и оказались водружены на стол.

— Я его не использовала… Правда…

В ответ на такое заявление поняша хитро улыбнулась и покачала головой, ни говоря ни слова.

Утренний сидр был еще вкуснее вечернего чая и обе пегаски довольно быстро повеселели, а на их щеках вспыхнул румянец. Когда с яблоками и апельсинами было покончено, а бутылка показала свое донышко, Стар выглянула в окно.

— Ого! Сколько снега! Погодники постарались на славу. Пожалуй мне стоит сходить расчистить дорогу к твоему дому!

Повеселевшая розовая, весело фыркнула:

— Это будет очень мило, если ты поможешь! — подмигнула Клауд. — Не могу же я свою гостью выпускать на улицу одну убирать снег. Давай-ка подберем тебе шарфик!

— Эм… Спасибо. — неуверенно поблагодарила поняшу Стар, пытаясь разглядеть во что же ее, собственно, обрядили. Впрочем вязанная шерсть оказалась удивительно мягкой и теплой, придающей ощущение комфорта и уюта, поэтому вскоре алогривая кобылка широко улыбнулась и выбежала на улицу.

— Догоняй!

За прошедшую ночь толщина выпавшего снега достигла едва ли не роста самих пегасок. Почтовый ящик Морнинг укрылся под белым пушистым одеялом и на его местоположение указывал лишь красный флажок, гордо вздымающийся над толщей снежного покрова.

— Да, предстоит немало работы. — вздохнула Стар, бросая тоскливый взгляд на снежные просторы. Хозяйка дома, столь любезно приютившая ее, жила на самой окраине города и соседние дома выглядели заброшенными. По крайней мере дорожки не были расчищены ни у одного из них.

— Ладно, начнем! — с этими словами белая пегаска отважно бросилась вперед, наклонив голову на манер единорогов, идущих в атаку. Преодолевая сопротивление снежных масс, поняша стала прокладывать дорогу к почтовому ящику.

Выглянув на улицу и обмотавшись похожим шарфиком, Морнинг весело фыркнула, наблюдая за методом уборки беленькой. “А что, не так и плохо! Можно присоединится!”

С веселым смехом пегаска разбежалась и ринулась вперед по пробороженной дорожке, следом за Стар. К сожалению, розовая явно не рассчитала силы своего разгона по разрыхленному снегу, поскольку через несколько мгновений она весьма ощутимо боднула головой что-то плотное, мягкое и теплое…

— Ой…

Не ожидавшая ничего подобного пегаска потеряла равновесие и проехалась на животе, зарываясь носом в снег. Поднявшись на копытца она больше напоминала ожившую снежную статую, чем пони.

— Ах так! Ну держись! — рассмеялась Стар.

Скатав снежок несколькими ловкими движениями, пегаска как следует размахнулась хвостом и отправила снежный комочек прямо в грудь розовой кобылки.

Только поднявшаяся Морнинг явно не ожидала такой прыти, так как издав возмущенный вскрик, вспорхнула в воздух, перелетая чуть в сторону и укрываясь за большим сугробом:

— Я случайно! Но ты сама напросилась!

С этими словами кобылка тут же спряталась за сугробом, принимаясь со зловредной ухмылкой сгребать перед собой целую кучу снега.

Стар так же не теряла времени даром. Предпочитая количество качеству, она слепила с десяток небольших снежков, после чего замерла, выискивая цель и угрожающе подбрасывая метательный снаряд хвостом.

Наконец, скатав большой снежок, больше напоминающий голову снеговика, Морнинг ухватила его передними копытцами, заработав крылышками и набирая высоту. Стоило пегаске покинуть укрытие, как ее встретил шквальный огонь. Несколько снарядов попало в брюшко, холодя розовую шерстку. В результате обстрела импровизированная снегометательница явно потеряла управление и начала падать прямо на Стар.

— А-а-ай!

Не ожидавшая такого эффекта Стар успела лишь взвизгнуть. Морнинг рухнула прямо ей на голову, сбивая с копыт. Совершенно дезориентированные поняши покатились по белой земле, не понимая где находятся небо и земля. В конце концов остановившись, они с удивлением осознали, что сжимают друг друга в объятиях и радостно смеются на всю округу.

Оказавшаяся сверху Морнинг «отлепилась» от Стар, весело фыркнув и, не удержавшись, быстро лизнула ее в заснеженный носик:

— Я согласна на ничью!

Заявление розовой пегаски заставило поняшу рассмеяться еще пуще прежнего. Встав на копытца она отряхнула налипший снег.

— Посмотреть вокруг, так тут развернулось настоящее сражение! Ну, по крайней мере, мы расчистили дорожку!

Оглянувшись вокруг, розовая согласно кивнула, мелко вздрогнув.

— И то верно… Только, боюсь одного шарфика мало и я уже промокаю от этого снега… — пегаска демонстративно вздыбила шерстку. — Бр-р! Пойдем греться! Теплая ванна будет в самый раз!

— Идем! — тут же согласилась Стар. — В твоей ванне хватит место на двоих?

Тут же смутившаяся кобылка, медленно кивнула:

— Да, хватит, у меня хорошая новая… Я люблю теплую воду.

Ушки розовой гордо встали торчком и она слегка присев на задние, тут же развернулась и поскакала обратно в дом. Точнее попрыгала по слегка прометенным их пышными хвостиками снежным заносам.

Алогривая пегаска же просто распахнула крылья и влетела следом за хозяйкой, не забыв прикрыть дверь. С поняши опять потекли ручейки талой воды, только на этот раз она не чувствовала себя замерзшей насмерть. Может ее согревало то странное чувство, вспыхивающее в груди при каждом взгляде на приютившую ее кобылку?

***

В ванной, когда туда зашла Стар, уже было полно пара. Стоял звонкий плеск воды, а Морнинг как раз заткнула дно большой ванны и принялась наливать в воду шампунь, что-то тихонько напевая и помахивая хвостом из стороны в сторону в явно приподнятом настроении.

Осторожно попробовав воду копытцем, Стар удовлетворенно кивнула:

— Какая теплая!

Вскоре разноцветные пузырьки наполнили ванну, разлетевшись по всему помещению в искрящемся танце. Дождавшись, пока хозяйка закончит все приготовления, алогривая пегаска резко взлетела вверх, на секунду зависла в воздухе, после чего сложила крылья и с громким плюхом опустилась в ванну. Во все стороны полетели брызги пены и воды.

Морнинг плотно зажмурилась, весело рассмеявшись, а затем, встряхнув гривой, с которой полетели хлопья пены, игриво улыбнулась:

— Вот теперь, с тобой, и вправду тепленькая! Я за тобой!

Пегаска тут же забралась на край ванной и так же быстро подскользнулась на скользкой поверхности и с шумным «вшюх!» скользнула под воду с головой, упираясь мордочкой в пушистый бок своей гостьи, к которой она тут же прижалась и выглядывая на поверхность, весело пропела:

— О! Кого я поймала!

Упершись задними копытцами в дно и помогая себе крыльями, Стар перевернулась на спину и приняла более устойчивое положение. Клауди же устроилась сверху на белой поняше, позволяя беспрепятственно гладить свою гриву и шерсть.

— Это кто кого еще поймал! — не согласилась гостья.

Розовая, сейчас похожая на большую пенную снежнопони, весело замотала головой, разбрасывая свою белую «шапку» и, привстав, аккуратно устроилась прямо поверх Стар, прижимаясь к ней брюшком.

— И какова же воля победительницы?

Круп Морнинг весьма удачно оказался прямо на задней ножке Стар. Ей оставалось лишь потянуть ее немного на себя, чтобы щелка пегаски оказалась точно на ней. Слегка потирая внешние границы лона Клауди, тем самым вызвав у нее непроизвольный стон, Стар нежно поцеловала свою пленницу, после чего мило улыбнулась ей.

— Победительница желает ласок!

Немного сбиваясь с дыхания, кобылка прошептала, поднося мордочку вплотную к лицу беленькой:

— И каких же именно ласок она желает?..

В ответ Стар вновь пошевелила задним копытцем, активно лаская половые губки хозяйки. Морнинг невольно откинула голову назад, издав шумный стон, начиная уже сама прижиматься к ножке Стар и слегка ерзать на ней.

— О… Я понимаю, ваше желание, о повелительница!

И не прерывая своих движений крупом, розовая тут же прижалась к губам пегасочки, обнимая передними ножками ее крылья.

Ощутив, как столь деликатная часть ее тела оказалась в чужих копытах Стар невольно замерла, не делая никаких движений и отдаваясь во власть розовой пегаски. Точнее почти никаких. Языки двух пони переплелись между собой в жарком танце, где каждая пыталась взять вверх над другой.

Первой не выдержала все так же Морнинг, которая слегка отвела мордочку назад и, с сожалением привстала с Стар, раскрывая собственные крылья, тут же вставшие торчком, в то время как сама кобылка отступила назад, устраиваясь между задних ножек беленькой, при этом она положила собственные передние копыта ей на живот, не позволяя сводить бедра.

Встретившись взглядами с лежащей на спинке пони, Морнинг игриво улыбнулась и повернув голову в бок, ухватила зубками ручку деревянной щетки, которая лежала в мыльном растворе, после чего она принялась увлеченно тереть брюшко беленькой.

Стар издала вздох облегчения, когда ее крылья оказались на свободе. Расслабив напряженные мышцы, она просто стала наслаждаться движениями Клауд. Появившаяся из ниоткуда щетка очень приятно чесала шерстку. Пегаска прямо таки млела от заботы Морнинг, что сейчас увлеченно терла ее нежное тело. Поняшу окружали тепло, мыльная вода, белоснежная пена и кобылка, при взгляде на которую щемило в груди. Немного потершись лоном о выставленное копытце розовой поняши, она вздохнула и прикрыла глаза. «Когда мне в последний раз было так хорошо и спокойно?»

В свою очередь розовая пегаска не прекращала своих действий, увлеченно втирая ароматную пену в белую шерстку кобылки, проходясь сначала по грудке, с передними ножками, игриво заглядывая в глаза своей гостье, а затем постепенно спускаясь по брюшку, пока в мыльной воде не оказалось все подбрюшье, нежную шерстку на котором она принялась аккуратно разглаживать, в направлении вдоль ее тела сверху вниз к приметному местечку…

Но затем пегаска резко прервалась, отнимая щетку и вновь окуная ее в раствор.

— Тебе нравится, моя милая гостья?

— О-о-о-ох. — в ответ Стар могла лишь тихонько простонать да шлепнуть копытом по воде. К запахам пены и мокрой шерсти добавился новый аромат. Слабый, едва заметный, но такой возбуждающий. Запах кобылки, у которой из лона потекли любовные соки.

— Пожалуйста, не останавливайся.

Морнинг игриво помотала головой, с удовольствием втягивая носом новые ароматы.

— Не-ет… Не сейчас… Ты должна перевернуться на брюшко и встать… Не могу же я обделить вниманием твою беленькую спинку!

При этом розовая слегка подалась назад, садясь крупом в воду. Стар как-то странно всхлипнула и многообещающе посмотрела на розовую поняшу, но все же подчинилась. Помогая себе крыльями, она неловко перевернулась на брюшко, при этом разлив немалое количество воды. Копытца пегаски слегка дрожали, но все же она сумела принять устойчивое положение опоры и встать, опираясь на них. Мокрая грива с хлопьями пены тут же закрыла взгляд, поэтому о происходящем она могла догадываться лишь по звукам. Хвост безжизненно свисал намокшими прядями, надежно скрывая возбужденное лоно.

Удовлетворенно кивнув, Морнинг тоже встала и принялась акуратно разглаживать ею локоны хвоста, вспенивая его и, вместе с тем, слегка придерживая передними ножкам, отводя его к себе. В эти моменты она не упустила возможность заглянуть и под него, на зовущие губки лона, но удержалась от того, чтобы заняться ими сразу же. Вместо этого, она посильнее свела бедра собственных задних ног и потянулась к Гриве Стар, повторяя процесс. А за нею, намыливая уже спинку и круп, а затем все ближе к основанию хвоста, постепенно переходя на внутренние стороны бедер. И опять она остановилась, задержавшись, чтобы смыть пену с щетинок, а затем и вовсе откладывая инструмент в сторону. Принявшись поглаживать передней ножкой круп беленькой, пегаска принялась размышлять вслух:

— Кажется, я что-то забыла…

Эти нарочито медленные движения вызывали в теле белой пегаски все большее и большее удовольствие. Ее крылья давно стояли торчком, выказывая крайнюю степень возбуждения, а ощущение мимолетного дыхания Стар на возбужденном лоне едва не привели ее к оргазму. Копытце розовой поняши ласкало ее круп, то и дело приближаясь к кьютимарке, отчего ножки алогривой пегаски дрожали еще сильнее.

— Ты… Ты забыла вот здесь. — с этими словами Стар с усилием отвела хвост в сторону, открывая маленькую дырочку крупа и возбужденное лоно, из которого тонкой струйкой текли соки.

Пегаска взмахнула крылышками в наигранном изумлении.

— Ах! Как я могла забыть! Я исправлюсь, госпожа!

И, не задерживаясь больше ни мгновения, возбужденная кобылка буквально прильнула к истекающему соками лону беленькой, погружая язычок в нутро беленькой пони, при этом берясь передними ножками за ее бедра.

Прохладный язычок в горячем лоне привел к вполне ожидаемому эффекту — передние ножки Стар подкосились и она с большим плюхом упала в воду, оставив снаружи лишь небольшую часть мордочки. Задняя же часть, крепко удерживаемая Морнинг, осталась на месте, полностью во власти розовой пегаски.

От столь бурной реакции на уголках губ розовой кобылки появилась озорная ухмылка и она, сжимая передние ножки сильнее, подвела круп беленькой еще ближе к себе, буквально стараясь приподнять, тем более вздрагивающие задние ножки Стар и так были не способны удержать столь сочное и притягательное местечко перед мордочкой Морнинг.

Она плавно отвела голову назад, посмотрев на ниточку слюны, протянувшуюся из розовых глубин Стар.

— Какая ты… — Морнинг с удовольствием чмокнула щелку. — М-м… Посмотрим, смогу ли я получить бо-ольше…

С этими словами, кобылка с жадностью прильнула губами к тельцу своей гостьи, скользя язычком по стенкам ее лона.

Влагалище активно отвечало на ласки Морнинг, выделяя все больше и больше соков. Его стенки то и дело сжимались вокруг язычка поняши, сковывая его на какие-то мгновения. Сама же Стар могла лишь громко стонать, время от времени забывая даже дышать. Да и хвост словно жил своей жизнью, время от времени задевая мордочку Клауд.

Похоже бурная реакция Стар нравилась розовой, но все же ей было мало.

Довольно фыркнув, выдыхая воздух прямо под хвостик кобылки, Морнинг слегка опустила голову и обхватила губами маленький бугорок с края лона «истязаемой» пегаски, который тут же превратился в своеобразную конфетку, которую нужно хорошенько рассосать.

Стоны алогривой пегаски превратились в хрипы, стоящие торчком крылья заныли от напряжения. Эмоции и чувства захлестывали бедную пони. Закусив одно из копыт, другим она то и дело била по воде, вызывая новые брызги и изо всех сил стараясь не кричать.

Прикладывая все больше усилий, чтобы удержать вихляющий круп кобылки на одном месте, розовая пегаска ощутимо боднула носиком по створкам лона и, отпустив свою «конфетку», вновь припала губами к половым губкам Стар, вводя язычок так глубоко, как получилось, одновременно словно стараясь засосать соки, которые сейчас обильно текли из партнерши. А в перерывах на вдохи, страстно шептала, каждое слово сопровождая размашистым проведением языка по щелке.

— Какая… Ты… Терпеливая… Кобылка… М-м…

Активные действия поняши принесли свои плоды. Простонав особенно громко и страстно, Стар резко обмякла, окончательно уходя под воду. Стенки ее лона сжались особенно сильно, после чего выплеснули на Морнинг целый водопад. Пронзительно задрожав всем телом, Стар погрузилась в оргазм.

Розовая явно не ожидала столь бурного конца, но с удовольствием выпила столько, сколько смогла соков кончающей пегасочки, сама при этом невольно ерзая по гладкоой поверхности дна ванны, испытывая такую же потребность.

Морнинг держала свою гостью до тех пор, пока сладостные судороги, проходящие по ее телу не утихнут, а затем, с легкой улыбкой доделала начатое. Просто теперь язычком она старательно вылизала мокренькое подхвостье Стар, на прощание нырнув в ее розовые, горячие глубины еще разок.

— Вот. Теперь ты чистенькая!