Бренные останки

Начало расследования

Я плохо спала этой ночью. Для вящей сохранности я отнесла урну на верхний этаж и поставила на свой письменный стол, прямо перед окном, выходящим на Понивилль. Оттуда открывался прекрасный вид, и, повинуясь краткому сентиментальному порыву, я повернула урну кьютимаркой к окну. Он не видел ни звезд, ни лунного света, ничего, кроме пыльного нутра картонной коробки едва ли не целое десятилетие. Но сегодня ночью мы постараемся это исправить.

— Скоро мы доставим тебя домой, — сказала я.

Знаю, это глупо. Ведь урна – всего лишь оболочка, внутри которой останки другой оболочки, искра жизни в которой давно угасла. Душа Пейдж Тёрнера ушла, и его совершенно не волновало, как мы, ничтожные смертные, распорядимся его прахом. Но я всё же постаралась убедиться, что шторы перед ним широко открыты.

Мой отдых был испорчен преследовавшими меня размышлениями на тему «а что, если…» и дурными предчувствиями. Что, если бы мы не справились с Тиреком? Что, если в битве с ним я бы чуть-чуть помедлила? Что, если бы он размазал меня по земле как муху и втоптал бы в неё своими копытами? Что, если бы мы потерпели поражение, и Селестия, Луна и Кейденс никогда бы так и не узнали, за что мы бросили их вечно гнить в Тартаре? Каждый раз, когда я засыпала, какое-то смутное беспокойство, как серый, унылый саван окутывало мой разум, заставляя меня брыкаться и крутиться под уютными одеялами.

Думаю, в итоге я наконец заснула, иначе я не была бы так раздражена, когда меня разбудили солнечные лучи, льющиеся в окно. Кристальные стены преломляли свет, заполняя спальню бесчисленными разноцветными вспышками. Я застонала и повернулась на другой бок. Впрочем, это было бесполезно; город уже проснулся и хотел того же и от меня.

— Проснись и пой, принцесса, — пробормотала я.

Всё, что мне было нужно – горячий душ, двадцать минут на расчёсывание гривы и славный завтрак, желательно именно в такой последовательности.

Несколько раз споткнувшись и путаясь в собственных копытах, я добралась до абсурдно огромной душевой кабины. Она была сделана из массивного гранита, имела хрустальные двери и, по всей видимости, была рассчитана на аликорнов, но я была почти уверена, что даже если все принцессы задумают залезть в неё одновременно, останется свободное место. И вот этим мне придётся пользоваться каждый день? Какой-то кошмар по расписанию.

Когда я спустилась на первый этаж, Спайка всё ещё нигде не было. Записка, написанная его аккуратным почерком, гласила, что дракончик убежал по делам, а на плите греется для меня горшочек овсянки с коричным сахаром. Ах, Спайк, ты навсегда останешься моим лучшим помощником номер один!

В столь ранний час в ратуше было мало посетителей. Рэд Тэйп^[2] помахал мне, когда я проходила мимо его стола по пути в архив. В отделении реестра гражданского состояния хранились сведения о любом рождении, смерти и заключении брака, зарегистрированных в Понивилле вплоть до самого основания города почти столетие назад. Это море информации, но земные пони широко известны своей почти маниакальной щепетильностью во всём, что касается работы с документами, и вот, все записи были аккуратно разложены по картотечным шкафам и рассортированы по группам.

Потребовалось бы не более минуты, чтобы найти любой официальный документ, с именем Пэйдж Тёрнера на нём. К слову, таковой оказался лишь один: свидетельство о смерти, составленное девять лет назад. Карандашный набросок, изображающий кьютимарку – раскрытую книгу с переворачиваемой страницей, находился рядом с его именем на большой коробке. Раздел «ближайшие родственники» был, что примечательно, совершенно пуст. Этого просто не может быть.

— Мистер Тэйп! — крикнула я в сторону выхода, — вы не могли бы мне кое с чем помочь?

Спустя пару секунд его голова показалась в дверном проёме:

— Конечно, принцесса. Что вам нужно?

— Я ищу всё, что касается Пэйдж Тёрнера, предыдущего библиотекаря. Всё, что я смогла найти – его свидетельство о смерти.

Он подошёл поближе:

— О да, я помню его. Переехал в Понивилль за несколько лет до моего рождения. Однако сомневаюсь, что вы ещё что-нибудь найдёте. Он никогда не был женат, и не думаю, что оставил завещание.

Я моргнула:

— А что случилось с его домом? Со всем его имуществом?

— А у него их особо и не было.

Рэд Тэйп всмотрелся в свидетельство о смерти, положив его перед собой.

— Он тоже жил в библиотеке, как и вы. То есть, до этой катастрофы, я имею в виду. Простите меня за оговорку.

Я пожала плечами:

— Это нормально. Новый замок и всё такое. Итак, что случилось с его, эмм… ну, с его телом?

Рэд Тэйп покачал головой:

— Мне очень жаль, принцесса, не могу сказать, что помню это. Его ближайшие родственники не упомянуты, посему, я полагаю, его друзья позаботились об этом. А почему вы об этом спросили?

— Просто…

Я внезапно поняла, что у меня нет подходящего ответа на этот вопрос. Когда вы находите дома чьи-то останки, самое разумное, что можно сделать – сообщить о находке властям. Дальнейшие хлопоты они возьмут на себя. В Понивилле  было кладбище, а на нём имелся общий участок, где по разрешению мэрии можно было бы захоронить прах Пэйдж Тёрнера. Но хотел ли он этого? Он – или некий пони, действовавший в его интересах, прошедший все хлопоты, связанные с кремацией и помещением праха покойного в урну, сделанную на заказ. В этом явно прослеживался некий замысел. Должно быть, случилось что-то, отчего он не был реализован, и Тёрнер закончил свой путь в коробке в нашем подвале.

Что-то пошло не так. Его история осталась незавершённой, словно предложение без точки в конце. Захоронить его прах на кладбище было бы окончательным решением – но вот правильным ли?

Я заметила, что Рэд Тейп давно уже смотрит на меня.

— Извините, я просто стараюсь отыскать любые крохи информации о своей бывшей библиотеке.

— И это вполне нормально, мэм.

Он взял со стола свидетельство о смерти.

— Будете делать копию?

— Нет, спасибо. Думаю, стоит поискать ответы в других местах.