Бренные останки

Эпплджек

Подушка под моей головой была мягкой, а комната вокруг – тихой и тёмной. Перед широким панорамным окном с видом на Понивилль стояла урна Пэйдж Тёрнера там, где я её поставила – на моём письменном столе. Лунный свет посеребрил её контуры. Покой бывшего библиотекаря, казалось, был гораздо глубже моего.

— Я всё ещё ищу, — прошептала я, — я ещё не сдалась.

После чего перевернулась на другой бок и уснула.

Никогда не могла понять, зачем Эпплджек продаёт яблоки со своей тележки на площади Понивилля. Не поймите меня превратно – это прекрасное место для торговли. Десятки других продавцов работают там же. Роузлак продаёт розы, Кэррот Топ – морковь, а Джунбаг – июньских жуков. Любой пони, желающий что-то продать, может свободно сделать это на городской площади, ставшей центром еженедельного фермерского рынка.

Но Яблочные Акры производили тысячи тонн яблок ежегодно. Максимальное же количество, которое на моей памяти удавалось продать Эпплджек, не достигало и бушеля. Всё остальное упаковывалось в ящики и поездами отправлялось в большие города, или превращалось в сидр, или перерабатывалось в джем или во что-нибудь ещё, что семейство Эпплов умело изготавливать из яблок. Через её лоток проходила едва ли десятая доля процента от ежегодного урожая.

— Традиция, — всегда отвечала она на подобные вопросы.

Эпплы всегда торговали яблоками на городской площади, и, казалось, так будет до скончания века, как выразилась бы Эпплджек. Что ж, учитывая, сколько раз она помогала мне спасать мир, это явно случится нескоро.

— Пэйдж Тёрнер? Канеш, я его помню. Славный пони!

Эпплджек вновь облокотилась о прилавок. Последние десять минут у неё не было покупателей.

— У него были хоть какие-нибудь родственники?

Этот вопрос я задавала десяткам пони. Независимо от того, какие у меня были с ними дела, все неизбежно переходили на обсуждение Пэйдж Тёрнера и старой библиотеки. Результаты были неутешительными. Пэйдж Тёрнер умер в преклонном возрасте, совсем немногие из его ровесников всё ещё жили на свете. Все они, казалось, что-то знали о нём, но ни одна история не совпадала с остальными. Словно существовала целая дюжина различных Пэйдж Тёрнеров, по одному на каждого из знавших его пони.

Я присела в тени тележки. Несмотря на то, что день был не жаркий, солнце скоро покажет свою силу, и я не хотела давать ему фору.

— Канеш были. Он и в Понивилль-то приехал, лишь бы от них избавиться.

Я моргнула. Это была новость.

— Что ты сказала?

— Он был единорогом, верно? Не из знати, но тоже тот ещё фу-ты ну-ты.

Тут она взглянула на мой лоб и смущённо откашлялась:

— Как бы там ни было, я думаю, они не одобрили его выбор.

— Ого, — я опустила глаза, уставившись на свои копытца, — он полюбил земную пони?

— Агась. Ничего особенного, в наше-то время, конечно, но это случилось… надо же, целых полвека назад! Тогда далеко не все пони одобряли подобные вещи. Особенно единороги. Без обид.

Я помахала копытцем. Грустно признать, но это была правда.

— Никаких обид. Так что же с ними случилось?

— На все сто я не уверена. Он её бросил, а может она его. Но когда я родилась, он уже жил бобылём. Примерно в эти годы библиотека и переехала в твоё старое дерево.

От такой новости мои уши встали торчком. Я была уверена, что библиотека всегда находилась в старом дереве. Хотя сейчас, размышляя об этом, я понимаю, что это совершенно невозможно.

— Где же она была до этого?

— А нигде. Библиотекой называли единственную книжную полку в городской ратуше. Это была его идея, выделить под неё отдельное здание. Ну или отдельное дерево, без разницы.

Я повернулась в сторону центра города, находившегося всего в квартале отсюда. С этой площади я обычно видела огромную крону библиотечного дерева, возвышающуюся над окружающими его соломенными крышами. Его отсутствие ощущалось как дырка от выпавшего зуба. У меня кольнуло в груди.

— Это была его идея?

— Агась. Мэр собиралась выкорчевать его, чтобы освободить место для новых построек, но он сумел убедить городской совет отдать его под библиотеку. Вышло довольно неплохо, как я погляжу.

— Угу, — я опустила взгляд вниз, на булыжную мостовую, — думаю, неплохо.