Автор рисунка: BonesWolbach
16: Ушки для макушки 18: Плюшевая любовь

17: Книжное послевкусие

У Твайлайт дрожали копытца от нетерпения, когда она поспешно распаковывала свой подарок на десятилетие. Не обращая внимания на шорох и шелест оберточной бумаги, она с содроганием сердца извлекла на свет нечто по форме, весу и запаху напоминающее книгу. Собственно, это и была она, и юная единорожка внезапно застыла, глядя на вроде бы не примечательную и не яркую обложку с тусклыми бликами золотого тиснения букв. Любой нормальный жеребенок не счел бы такой подарок хорошим, ведь в нём наверняка нет картинок, но Твайлайт сложно было назвать обычной кобылкой.

Не спеша, она с нескрываемым удовольствием провела копытцем по впадинам букв, ощущая приятную гладкую поверхность обложки. Затем медленно открыла первую страницу, вслушиваясь в мелодичный хруст переплета, словно пекарь, с довольной улыбкой сминающий свежий багет, одобрительно кивая. Поднеся носик к странице, Твайлайт жадно вдохнула одурманивающий запах свежей типографской краски, игриво защекотавший её ноздри. Зажмурившись от удовольствия, единорожка сгребла в сторону нещадно растерзанную упаковку, подхватила книгу и плюхнулась в свое любимое кресло.

Устроившись поудобнее в позе “у меня новая книга и я хочу ей насладиться”, Твайлайт позволила себе немножечко раскинуться на кресле и съехать вниз, ощущая как её тело утопает в мягком наполнителе, создавая комфортное и приятное ощущение поддержки. В таком состоянии она могла находиться часами, погруженная в ту или иную книгу. Именно этим она и занялась, жадно впившись глазами в строчки текста, проглатывая страницу за страницей словно изголодавшийся по воде и еде странник пустыни, наконец добравшись до вожделенного оазиса.

Концепция времени исчезла из понимания Твайлайт, с головой погрузившейся в чтение. Комнату наполнял шелест страниц и звуки увлеченной юной кобылки. Некогда один мудрец сказал: “Уметь читать так, чтобы не замечать ничего вокруг есть наивысшая форма искусства”. К сожалению ли или к счастью, а лавандовой единорожке немного недоставало навыка в этом мастерстве. Она совершенно не замечала периодически появляющихся в комнате то маму, то братца Шайнинга, то папу. Все они прекрасно знали особенность юной кобылки и потому совершенно не обижались на отсутствие внимания с её стороны. Но одну вещь Твайлайт не могла игнорировать. И внезапно громко заурчавший животик ей об этом напомнил.

Не отрывая взгляда от книги, продолжая вгрызаться в строчку за строчкой, единорожка нехотя сползла с кресла, нетвердо встав на ноги. Поочередно размяв ноги, чувствуя, как застоявшаяся кровь разгоняется по телу, она побрела в сторону кухни. Один из первых навыков, которые осваивают такие ярые любители книг как Твайлайт, это перемещение в пространстве не отвлекаясь от чтива. Так что привычный маршрут она преодолела без происшествий: порожек, две скрипящие половицы, девять нормальных ступенек и одна последняя, шаткая, затем через гостиную по мягкому. щекочущему копытца ковру и на прохладную плитку кухни.

Оказавшись на месте Твайлайт и не подумала отложить в сторону книгу, продолжая левитировать её перед собой, шелестя страницами, словно своеобразной ширмой отгородившись от реального мира. Носик её затрепетал, улавливая витающие в воздухе сладкие ароматы. Краем глаза она заметила что-то на кухонном столе и, не долго думая, подхватив всю тарелку и взяв с собой ложку, отправилась обратно в комнату, повторяя свой маршрут с точностью до наоборот. Нырнув обратно в своё кресло, кобылка продолжила насыщать свой разум, попутно проделывая то же самое и с телом. Монотонно работая ложкой, она постепенно поглощала нечто прихваченное с кухни, особо не обращая внимания на вкус, слишком уж интересна была книга.

Через какое-то время Твайлайт ощутила сытость и отложила в сторону почти опустевшую тарелку. Как это часто бывает, с полным животиком приходит и сонливость. Как бы лавандовая единорожка не любила читать, она всё ещё оставалась теперь уже десятилетним жеребёнком, а потому не смогла противиться сморившему её сну. Она так и отключилась в своем кресле в обнимку с наполовину прочитанной книгой, совершенно не обращая внимания на неприятно упёршийся ей в бок острый уголок обложки.

Пробуждение от послеобеденного сна обычно не самое приятное. Особенно когда оно спровоцировано праведным гневом мамы пытающейся донести своё недовольство до некой лавандовой засони. Потирая глазки копытами и сладко зевая, Твайлайт непонимающе уставилась на нависшую над ней Вельвет, левитирующую давнишнюю тарелку с кухни. Весь вид негодующей пони призывал малютку почувствовать свою вину и немедленно раскаяться, но лавандовая единорожка решительно не понимала, что же она сделала не так. Пока не присмотрелась к остаткам своей обеденной трапезы.

На тарелке оказался торт, вернее то что от него осталось. Нещадно истерзанный ложкой он больше походил на полуразрушенный улей какого-нибудь волшебного повелителя пони-жуков, перенесший многочисленные атаки со стороны королевства ложечных завоевателей, вечно голодных до чужих территорий. Твайлайт уже почти погрузилась в фантазии о противоборстве этих двух держав, с многочисленными битвами и обязательно мирным разрешением конфликта в конце. Однако гневно топнувшая копытом Вельвет вырвала единорожку из мира фантазий.

— И чем мне теперь угощать гостей? — недовольно спросила она, устало вздыхая и садясь на пол. — Они прибудут совсем скоро.

Не без сожаления отложив книгу в сторону, Твайлайт сползла со своего кресла и прижавшись к маме, обняла её, ощущая тепло, мягкую шерстку, привычный едва ощутимый аромат парфюма и куда более сильный, приятный и такой домашний запах домашней выпечки.

— Я могу чем-нибудь помочь? — понимая, что извинениями делу не поможешь, напрямую спросила юная кобылка, поднимая виноватый взгляд к понуро опущенной мордочке мамы.

— Ну, я думаю, можно что-нибудь придумать, — Вельвет ласково улыбнулась, польщенная столь щедрым предложением. Оторвать Твайлайт от книги, это дорогого стоит. Игриво ткнув малышку в носик, она решительно поднялась на ноги. — Идём, поможешь мне замешать тесто. Если начнем прямо сейчас, то успеем как раз к приходу Кейденс и твоих школьных подружек.

Вместе они спустились на кухню и принялись за дело. Чувствуя всю ответственность возложенной на неё задачи, Твайлайт тщательно взбивала неподатливую жижу, охотясь на коварно скрывающиеся комочки, как всамделишный охотник в джунглях Зебрики. Когда тесто с начинкой было помещено в форму, юная единорожка завороженно наблюдала за его удивительными метаморфозами в печи, уткнувшись носом в стекло, пока оно не стало слишком горячим. Кухня наполнилась одурманивающим ароматом, манящим к себе всех и каждого. Папа и Шайнинг с завидной регулярностью заглядывали проверить, не готово ли угощение и каждый раз получали от ворот поворот от смешливо суетящихся на кухне кобылок.

Наконец настало время украшать торт. Или пирог, Твайлайт всё никак не могла понять и запомнить разницу. Зато она прекрасно осознавала насколько важную миссию на неё возложили, позволив самой нанести узоры из кулинарного рукава. Ощущая себя великой художницей, кобылка, высунув язык от усердия принялась за дело. Вдохновленно размахивая своей импровизированной кистью, она штрих за штрихом наносила на шоколадное полотно батальную сцену с могучим единорогом и отважным пони-рыцарем. И пусть её художественные навыки оставляли желать лучшего, экспрессия рисунка бросалась в глаза. Буквально.

Взбитый крем был повсюду. На столе, на полу, на потолке и стенах. Досталось окну, люстре, шкафчикам с посудой и даже паутинка в дальнем углу покрылась мелкой россыпью сладких белых капель. Но больше всего досталось самой Твайлайт. Сладкий крем был в её гриве и хвосте, на шерстке и даже на носу. Скосив на белое пятно глаза, единорожка попыталась достать до него языком, совершенно не замечая насколько комично выглядит со стороны. Вельвет, благоразумно нашедшая укрытие под столом, со смехом повела юную непоседу умываться.

То, как Твайлайт тщательно терли гриву, обильно сдабривая пахучим шампунем; то, как она старательно жмурилась, боясь попадания щипучей жидкости в глаза, шипя от приятно болезненных прикосновений старательно отмывающей грязнулю матери; то, как единорожка отплевывалась и отфыркивалась от раз за разом выливаемых на неё ушатов теплой воды; всё это рассказывать совершенно некогда, ведь гости должны вот вот прийти. Так что наскоро умыв Твайлайт, Вельвет поспешно обтерла её со всех сторон полотенцем, оставив распушившийся лавандовый комок причесываться перед зеркалом, а сама поспешила накрывать на стол, прихорашиваться и готовиться к приему гостей. Впереди был ещё целый вечер...

Читать дальше

...