Иногда вещи не то, чем кажутся

Ох уж эти кобылочки...

Наступили выходные. Солнце едва выглянуло из-за горизонта, а Персика уже направилась в Кантерлот с тележкой свеже-собранных фруктов. Добравшись до одного из постоянных покупателей, она разгрузила товар, забрала мешочек золотых в качестве оплаты, и, под скрип деревянных колёс тележки за спиной, отправилась за покупками.

Вот уже как две с половиной недель, с тех самых пор, когда она сбросила с себя многолетний груз и излила душу чейнджлингу, в её уставшем разуме наконец воцарился покой. Рядом с Хэйбеас ей было... уютно, что ли. По-хорошему, беззаботно уютно, так, как не было ни с кем, даже с дочерью, уже очень и очень давно. Он определённо сумел завоевать её доверие, а может и ещё что-то, но вот что именно, кобылица понять не могла...

Однако, все размышления растворились в эфире, когда она приблизилась к небольшому магазинчику на одной из площадей Кантерлота. Если Персике что-то было нужно для её сада, она всегда приходила сюда. Как произошло и сейчас. Припарковав тележку у киоска, пони переступила порог и принялась разглядывать ассортимент. Набрав необходимый товар, она подошла к киоску, где её уже ждала кое-кто.

— Ну-с, что на этот раз берёшь, Персика? — спросила Гарден Флауэр, единорожка, стоящая за стойкой, и, по совместительству, хозяйка магазинчика. Пони алой масти, чья короткая тёмная грива струилась по шее, а на мордочке, казалось, постоянно царило любопытство.

— Да вот, несколько мешков "Волшебной Вырастай-ки", — ответила Персика, уложив сами мешки на стойку.

Гарден Флауэр хмыкнула, наблюдая своими изумрудного цвета глазами, как мешки с удобрением складывались в небольшой холмик.

— Да, немало. А с чего это вдруг? К следующей весне клумбы подготавливаешь?

— Не, до конца осени надо бы огород удобрить, чтоб урожай успеть собрать.

— О, ты в самом деле огородом занялась? Тем, большим? — спросила она, вместе с тем подсчитывая цену покупки. — Ты же говорила, что тебе всё некогда.

— Ну, я помощь нашла. — сказала Персика, складывая мешки в тележку из-под персиков. Гарден Флауэр, тем временем, почесала подбородок, задумавшись о чём-то, улыбаясь.

— Так, дочурка твоя точно не могла помочь. — единорожка усмехнулась. — А ну, давай колись.

— Да так... — кобылица задумалась на секунду. — Комнату у меня один снимает. Вот и предложил по-дружески помочь.

— Ой, просто комнату снимает? — дразнящим тоном переспросила Флауэр. — То есть все эти годы ты и словом не обмолвилась, что комнату сдаёшь, как вдруг кто-то её снимает, и чисто случайно предлагает помощь? Персика, а это точно "просто сосед", или же какой-нибудь... статный жеребец, о котором ты мне не рассказывала?

Ответом на это заявление послужил холодный взгляд здорового глаза Персики.

— Ты на что это намекаешь?

— На то, что возможно — возможно! — ты наконец нашла кого-то... особенного. — ответила та, ухмыляясь. — Ну так что? Это так?

— Твои догадки неверны. — пробормотала Персика. — И к тому же крайне абсурдны.

— Ой ли? Прям уж и абсурдны? Сдаётся мне, ты что-то скрываешь.

Пони вздохнула, бормоча сквозь сжатые зубы, из-за губ, с заметным трудом растянутым в улыбку, в попытках выглядеть хоть как-то дружелюбно.

— Если я услышу ещё хоть один намёк на то, что у меня к нему какие-то чувства, пеняй на себя, Гарден Флауэр.

Любой, кто знал Персику достаточно долго, понимал, что подобные её шутливые угрозы никогда не доходят до действий. Но как-никак, покупатель всегда прав, и Флауэр прекратила свои нападки, однако злорадная ухмылка не исчезла с её лица. Попрощавшись с подругой, она проводила земнопони и её тележку взглядом, после чего вернулась к своим делам.

Персика же неспешным шагом пересекала улицы Кантерлота. Бросая быстрые взгляды на прохожих, она задумывалась над словами продавщицы, что она питает какие-то чувства к своему "соседу" — чейнджлингу, что по воле судьбы жил в её доме. И на протяжении всего пути она тихо спорила сама с собой, насколько безумна эта мысль.

— Поверить не могу, они так быстро растут! — произнёс Хэйбеас, с восхищением наблюдая, как ростки, что он посадил не так уж давно, уже пробили грунт и своими зелёными стеблями и, судя по всему, были близки к зрелости. Совсем скоро — через пару недель, не больше — они принесут свой урожай.

— Сказала же, то удобрение, которое мама привезла, просто волшебное! — отозвалась Пич Блоссом из-за небольшого заборчика, отделявшего огород от остальной площади.

Состояние Хэйбеаса значительно улучшилось за это время. Сломанная нога уже имела более привычную форму. Компресс из особой слизи уже давно рассыпался на части за ненадобностью. Он хотел наложить новый, но Персика перебинтовала повреждённую конечность. Шрам на груди также зажил, но вот крылья так и не излечились и всё ещё были изодраны и неспособны к полёту.

И хоть Пич была рада за него, тот факт, что он скоро поправится и уйдёт изрядно огорчала кобылочку. Она успела привязаться к новому другу.Да и когда Хэйбеас был поблизости, её мама была выглядела так счастливо, как никогда прежде.

Всю неделю она шпионила за ними двумя с почтительного расстояния. Они так часто просто болтали друг с другом словно старые приятели (пусть она и не слышала, о чём именно), что было понятно, что они отлично поладили друг с другом. И всю эту неделю в её голове теплился вопрос, который кровь из носу нужно было задать хоть кому-то из них. И Хэйбеас тут так удачно рядом...

— Хэйбеас, а можно я кой-чего спрошу быстренько?

— Конечно. — ответил он, приблизившись к кусту помидоров с лейкой и осматривая тот на предмет вредителей.

Ненадолго задержав дыхание, Пич заговорила.

— А как вы думаете, моя мама... красивая?

— Разумеется. — произнёс чейнджлинг, чей нос практически касался листков. — Она — привлекательная кобылица с множеством позитивных качеств. Не думаю, что кто-либо считает иначе.

Коыблочку этот ответ обрадовал настолько, что губы её растянулись в улыбке, а следующий вопрос вылетел будто сам по себе.

— Мистер Бриттл, я тут заметила, что вы с мамой поладили. А может, она вам... нравится?

Эти слова были словно бомба для чейнджлинга. Он резко вскинул голову, чуть не повредив растение своим рогом.

— Чт- н-нет! Ко-конечно же нет! — выпалил он, посмотрев на пони широкими, как блюдце, глазами. — С чего ты вообще это взяла?

— М-м-м... да так. — ответила она напущенно-невинным тоном. И пусть эти слова не до конца убедили чейнджлинга, это не было поводом прерывать работу. Взяв лейку в зубы, он принялся поливать ростки. Но от мыслей, что зародил разговор с кобылкой, было уже не скрыться.

Да, он и правда считал Персику красивой. И несмотря на ту пелену таинственности, что витала вокруг неё, она раскрылся себя как добродушную пони, а от её редких, но дружелюбных улыбок, на душе у Хэйбеаса становилось тепло.

— Эмм, мистер Бриттл? — голос девочки заставил его прервать размышления. Он обернулся, всё ещё накренив лейку на растением.

— Ммм? — пробубнил он.

— Вы ж так помидоры затопите.

Хэйбеас опустил взгляд на кустик, и сразу же поднял лейку. Поставив её на землю, он пристально рассмотрел влажную почву, как бы он и впрямь не натворил чего-то непоправимого. Но на этот раз обошлось и, с облегчением вздохнув, он поднял голову.

— Прошу прощения, я слишком глубоко задумался. — сказал он и тихонько рассмеялся, глядя на Пич.

— Хмм... А о чём?

— Да... о своём. — поспешил ответить чейнджлинг, уводя разговор в наименее неловкую сторону. — Слушай, мне после всей этой работы пить захотелось. Не могла бы ты, пожалуйста, стаканчик воды принести?

— Конеш! — ответила кобылочка, развернулась и, хихикая, лёгкой рысцой направилась к дому, оставив Хэйбеаса наедине со своими мыслями насчёт казалось бы невинного вопроса.

О, и насколько же безумная это мысль! Подумать только — чтобы пони и чейнджлинг влюбились друг в друга. Да и не просто пони и чейнджлинг, а они с Персикой. Носенс!

Хэйбеас покачал головой и усмехнулся. Чтобы он, да начинал чувствовать что-то теплее дружбы к этой замечательной кобылице? Не более, чем забавное размышление.

...ведь так?

Он вновь покачал головой. Просто... глупая мысль. Сон наяву, не более. Повесив широкую улыбку на свою клыкастую мордочку, он, отбросив все печали и заботы, снова принялся за работу.

Однако вскоре пришлось прерваться — Пич принесла стакан воды, о котором он просил. И едва он успел поблагодарить её, до их ушей донёсся скрип колёс тележки, въезжающей во двор. Взгляды обоих устремились на источник этого звука, и они увидели, что это Персика везла свою ношу без каких-то видимых усилий. Когда же она припарковалась у амбара, Хэйбеас одним глотком выпил весь стакан и без лишних слов отправился помогать разгружать её груз.

— Хэйбеас! — произнесла она, усмехнувшись. — Да уж, прыти тебе не занимать. Но я бы и сама прекрасно справилась...

— Ох, что вы, я настаиваю! — ответил чейнджлинг, левитируя мешки в зеленоватой ауре своей магии прямо в амбар. Персика же, закатив глаза, не стала этому препятствовать, и сама взвалила на себя столько мешков, сколько могла перенести туда же. А Пич, увидев, что этим двоим лучше сейчас не мешать, взяла стаканчик и поспешила обратно в дом.

Разгрузив последний мешок, Персика с громким хлопком отряхнула копыта и спросила чейнджлинга:

— Слушай, а раз ты теперь ходишь более-менее нормально, как насчёт превратиться в кого-нибудь и завтра со мной в город отправиться?

— А зачем? — переспросил он с любопытством.

— Да я тележку персиков одному умельцу доставила, а завтра заказ нужно в полдень забрать. Ну, и мне может быть понадобится помощь.

— Что же, я не против. — ответил Хэйбеас, выходя из амбара вместе с Персикой. — А что насчёт Пич Блоссом?

— А она не говорила? Она у друга на ночёвку остаётся. Там за ней присмотрят.

— Тогда нет проблем! — воскликнул Хэйбеас с улыбкой на лице. Улыбкой, к которой Персика уже успела привыкнуть. — Заодно и ноги разомну.

— Здорово. — Персика улыбнулась в ответ, направляясь в сторону дома. — Только не забудь, мы чуть свет отправляемся.

— Не забуду.

Перскиа исчезла за дверями дома, провожаемая взглядом чейнджлинга. Он вздохнул от осознания того, что когда-то эта пони пыталась его убить. Напевая весёлую песенку себе под нос, Хэйбеас вернулся к работе — огород сам о себе не позаботится.