Автор рисунка: Siansaar
Глава 4 — Буковая Роща Глава 6 — Одиночество в толпе

Глава 5 — Магия организаторства

Прихватив старательно упирающуюся и ищущую предлоги остаться около кухни Флаттершай, Твайлайт целеустремленно направилась в центр поляны. Доводы застенчивой пегаски о том, что ее помощь просто необходима Эпплджек вдребезги разбивались об ее собственное же понимание того, что всю полезную работу там и так уже делают три маленьких кобылки, а ей не останется ничего, кроме как сидеть и смотреть. Поток извинений, нечленораздельных звуков и прочих подобных признаков ее сопротивления, знакомых Твайлайт со времен похода на Зимний Пик к логову дракона, прервался, когда они, наконец, протиснулись сквозь толпу и встали перед Мэром.

Бежевая кобыла с седой гривой отвлеклась от серьезного разговора с весьма надуто выглядящим жеребцом со свитком на бедре в качестве Метки и с радостной улыбкой обратилась к подошедшим пони:

— Флаттершай! Мисс Спаркл и мисс Рарити! Я как раз с вами и хотела поговорить, — сказала она. Почувствовав на себе взгляд Мэра, Флаттершай тут же с тихим писком попыталась спрятаться за спинами своих подруг. Безуспешно, впрочем, — совместными усилиями Твайлайт и Рарити вытеснили ее обратно и зажали между собой.

— Здравствуйте, госпожа Мэр, — почтительно сказала Твайлайт. — Чем мы можем помочь вам?

— О, у меня в первую очередь дело к нашей дорогой Флаттершай. Как вы наверное знаете, Принцесса…

В этот момент произошло нечто неожиданное. С визгом трубочек-свистелок и треском хлопушек в толпу пони стремительно ворвалось розовое размытое пятно. Приземлившись прямо между Мэром и Флаттершай, неудержимая Пинки Пай, причина этого внезапного вторжения, пронзительно завопила:

— Привееееет! Привет, Мэр, привет, Флатти, привет, Рэри, привет, Твайли! Как твои уравнения? Как твои танцы? Как твой тент? Как ваш город? Наш город, в смысле! — затараторила она с пугающей скоростью. Никто не успел толком ничего сказать, все только пооткрывали рты, чем она тут же воспользовалась: непонятным образом, причем Твайлайт была готова поклясться, что то был настоящий единорожий телекинез, из седельных сумок розовой пони выскочило четыре кексика. Прямиком в рот каждому из стоящих вокруг нее.

Твайлайт, справившись с шоком от неожиданности, ухватила падающий кекс магией и откусила кусочек. Вкус, как всегда, был невероятен. И все же, она бы предпочла получить угощение более… простым способом. Флаттершай полностью разделяла ее чувства — не удержав в зубах этот кусочек мягкого теста, она уронила его на землю.

— Эйджи мне рассказала, как ты у нее изо рта выдернула кекс! Мне показалось, что это смешно! — с невинным выражением лица объявила Пинки. Увидев, что Флаттершай потеряла свой кекс, она хихикнула и тут же достала еще один, на этот раз протянув осторожно на копыте.

— Ох, Пинки… Ты такая… неожиданная, — со смущенной улыбкой сказала Твайлайт.

— Ага! Только вы ведь меня ждали, да? Я ведь организую. Праздник, в смысле. Я их всегда организую, даже когда не организую!

— Да-да, конечно, дорогая, ты как раз вовремя, — сказала Рарити, уже расправившись со своим кексом. — Скажи мне, ты привезла достаточно угощений?

— Конечно! Работала все утро! Привезла на тележке часть. А остальное попозже довезут Кейки, — энергично закивала головой Пинки, тряся слегка припудренной мукой гривой.

— Отлично, — радостно хлопнула копытами Твайлайт и улыбнулась. — В таком случае, надо будет послать кого-нибудь организовывать столы…

— Без достроенной веранды — бессмысленно, — вздохнула, закатив глаза, Рарити. — Эти жеребцы там будут возиться до вечера, а столы должны стоять только там, под тентом.

— Ммм… Госпожа Мэр? Для единорогов, что помогали Рарити и Лире, больше нет ведь никакой работы? — спросила Твайлайт задумчиво.

— Пожалуй, что нет, действительно, — подумав, ответила Мэр, после чего направилась в сторону стройки. Пинки, в обычном своем темпе вприпрыжку, отправилась вслед за ней. На ходу Мэр бросила: — Я пойду поруковожу стройкой. Надеюсь, мисс Флаттершай, вы не разочаруете Принцессу? Эти пони — в вашем распоряжении.

Таким образом, Флаттершай обнаружила себя прямо в центре огромного круга из пони. Десятки устремленных на нее глаз… Издав испуганный писк, она вжалась в землю и, зажмурившись, мелко затряслась, вызвав недоуменные взгляды у собравшихся и даже тихие старательно сдерживаемые смешки.

Впрочем, хватило одного строгого взгляда от Твайлайт, чтобы установилась тишина.

— Так! Слушать всем! — неожиданно для себя громко выкрикнула Твайлайт. Она вычитала кое-что из учебных методичек брата касательно командного голоса и строевой подготовки и решила попробовать что-нибудь в этом роде на практике. — Вы сами вызвались на обучение танцу, который ожидает сама Принцесса! Единственная пони, которая знает этот танец, — Флаттершай! А значит, вы будете ее слушать как самих себя! Подчиняться каждому ее желанию! Она теперь ваша мать и лучшая подруга! Вопросы?!

Высказав все это, фиолетовая единорожка внутренне сжалась. Со стороны это, наверное, звучало ужасно глупо и ее сейчас обсмеют и прогонят… Совершенно ужасная идея. Такие мысли роились у нее в голове, когда она, сохраняя внешнее спокойствие, оглядывала ряды застывших от неожиданности пони.

— Хм… Я, если честно, ожидал другого учителя, — хмыкнул один жеребец. — И чему она может нас научить? Что-то мне кажется, это как-то не круто.

— Что ты сказал, дружок? — холодным вкрадчивым тоном спросила Твайлайт, подходя к говорившему вплотную. Внутренне она содрогалась от страха и кричала самой себе немедленно прекратить заниматься глупостями и извиниться, но назад дороги уже не было.

— Эм… — запнулся жеребец. — Я… это… говорю, и как она нас будет учить? Если она роняет кексы и сейчас лежит, трясется?

По рядам пробежал смешок.

— По вашему, это смешно? — крикнула Твайлайт, чуть было не сорвав голос в жалобный писк. — Даже если так, у нас нет времени на шутки! Принцесса ждет танец, так что ты будешь ему учиться, или ты можешь проваливать отсюда прямо сейчас! И не рекомендую тебе показываться на празднике — ведь все знают, что ты должен делать. И Принцесса в том числе.

Твайлайт выпалила эти слова, мысленно давая себе пощечины. Столько пустых слов и блефа в одной фразе — это слишком. Но, оно похоже, сработало. Жеребец опустил уши и сделал шаг назад. Осмелев, она пошла вдоль ряда и оглянулась по пути, тихо прошипев:

— Флаттершай — моя подруга. А я люблю своих друзей и забочусь об их успехах. Надеюсь, ты меня понял?

Жеребец судорожно закивал головой. Твайлайт отвернулась от него и продолжила свой путь вдоль выстроившихся пони. Отойдя на достаточное расстояние, она облегченно выдохнула и оглянулась на Рарити. Та восхищенно смотрела на нее и широко улыбалась.

Оглядев еще раз суровым взглядом притихшие ряды, Твайлайт отошла, и, нагнувшись к дрожащей от страха Флаттершай, тихо прошептала ей на ушко:

— Не бойся, дорогая моя. Помни, что я тебе сказала утром. Теперь они будут тебя слушаться, а если что-то пойдет не так — зови, я буду рядом.

Флаттершай открыла глаза и посмотрела на свою подругу. Испуганное и растерянное выражение лица вскоре сменилось на тонкую, еле заметную улыбку.

— Х-хорошо. Я постараюсь, — сказала она, вставая на ноги.

Твайлайт ободряюще кивнула и отошла в сторону, не спуская с пегаски глаз.

— Эм… Уважаемые пони… Эм… Если вам не трудно… Разбейтесь, пожалуйста, на тройки. По возможности — земной пони, единорог и пегас. Ну, если хотите. Это не то чтобы очень важно, но… Если кому-то не хватит партнера — тоже ничего страшного.

Пони, обменявшись взглядами, начали потихоньку собираться по трое. Нужных партнеров хватило всем: Мэр была предупреждена о требованиях, и потому подошла к подбору очень тщательно. Несколько раз вспыхивали споры, когда кто-то хотел быть в другой тройке, но они быстро утихали, остуженные мягкими и дружелюбными просьбами Флаттершай.

Когда все споры улеглись, не без помощи, впрочем, строгих взглядов и кратких приказов Твайлайт в некоторых особо сложных случаях, наконец, начался урок.

Флаттершай показывала движения, объясняла значение каждого. Каждое положение тела имело свой смысл, свой определенный символ. Обозначение созвездий в небе, символы роста деревьев, распускания цветов… Поначалу желтая пегаска страшно смущалась, а пони хихикали, закатывали глаза, халтурили… Но уже через несколько минут всех присутствующих на полянке у берега пруда охватило какое-то особое вдохновенное чувство, и смешки утихли, движения начали обретать четкость и страсть, а в глазах зажегся огонек радости и понимания.

Еще только что не находившая себе места от скромности и застенчивости Флаттершай обрела голос, звонкий и сильный, а ее речь избавилась от сбивчивости и неуверенности. Когда кто-то делал что-то неправильно — она прямо и без обиняков говорила об этом и не пыталась при этом сразу же зарыться в землю от стыда или страха.

Твайлайт саму подхватило это прекрасное ощущение единения, и она боролась с желанием присоединиться… Но ее ждали другие дела. Она оглянулась и увидела рядом с собой Рарити, о присутствии которой практически забыла. На ее лице играла улыбка — она тоже наслаждалась этим зрелищем. Почувствовав на себе взгляд Твайлайт, та подошла к ней и сказала:

— Отличная работа, моя дорогая. Не знала, что у тебя есть такие способности к управлению. Не думаешь вступить в Стражу?

— Ну уж нет, одного капитана на семью, думаю, хватит более чем с головой, — усмехнулась Твайлайт.

— Да уж. А еще тебе бы пришлось выйти за принца, — хихикнула Рарити.

— Вот уж спасибо, того мне и не хватало. Тем более, что принца мы обе знаем только одного... — Твайлайт закатила глаза. Мягкое хихиканье Рарити обратилось в заливистый смех.

Едва Твайлайт взяла на себя управление подготовкой к празднику, день сразу же набрал стремительный ритм. Работа на постройке беседки закипела с утроенной силой — пони как муравьи сновали по деревянной конструкции, укрепляя пол, устанавливая крепеж для тента, который уже к этому моменту был полностью готов: огромное полотнище, под которым могло укрыться все население Понивилля и окрестностей, лежало на траве и дожидалось своего часа. Ткань из блестящего гладкого материала сияла на солнце насыщенными оранжевыми и синими цветами, разделенными белым. На оранжевой половине была вшита лоскутами Метка Селестии, а на синей — Метка Луны, и полумесяц, изображенный на ней, смотрел рогами на солнце Селестии.

Когда установка столбов для беседки была закончена, Твайлайт дала указание повесить тент. Десяток единорогов с воодушевлением бросился выполнять задание, но объединенное усилие их рогов лишь слегка приподняло тяжелую ткань. Твайлайт, спотыкаясь и крича на бегу приказ остановиться, бросилась к ним, пока их неравномерные усилия не порвали ткань, уже начавшую трещать от натяжения.

Потребовалось немало времени, чтобы объяснить им, как нужно правильно поднимать такие вещи, координируя свои усилия. Сначала ее не поняли, так как она пустилась в пространные объяснения полные сложной терминологии, но потом ей удалось найти подходящие слова, и тогда тент, наконец, взмыл в воздух. Под ним будто выросли толстые, круглые столбы — и ткань легла на них, свешиваясь по краям. Единороги потели, у них дрожали колени, они закусывали губы и прижимали уши, но держали тент крепко. Кто-то не смог найти достаточно сил, чтобы создать широкий магический столб, и ткань в этом месте будто висела на тонкой палочке. Кто-то же показал огромные магические способности и поднял чуть ли не половину полотнища на одном огромном диске магической энергии. Судя по расслабленной позе Лиры — это была она, хотя Твайлайт не была уверена в этом.

Так или иначе, медленно левитируя в воздухе, тент плавно опустился на столбы беседки, и тут же налетело несколько пегасов с молотками, чтобы забить закрепляющие скобы. Поздравив участников с отлично проделанной работой, Твайлайт устремилась дальше. У нее за спиной под тент начали заносить столы, а недавно прибывшие Кейки принялись раскладывать свои угощения. Пинки носилась по беседке как розовая молния, заглядывая в каждый уголок, развешивая то тут, то там всевозможные ленточки, украшения, пряча в укромных местах сюрпризы.

Эпплджек и Меткоискатели вовсю трудились над пирогами, а недавно присоединившийся к ним Большой Мак степенно таскал бочки с сидром в сторону беседки, в углу которой он уже присмотрел себе уголок для бара.

Здесь для организаторских способностей Твайлайт уже не было никакой работы, а потому она двинулась вокруг поляны, занимаясь, пожалуй, самым сложным делом за всю ее последнюю неделю — поиском Рейнбоу Дэш.

Она должна была быть где-то поблизости, Твайлайт была уверена в этом. Пропустить такое событие — было не в ее правилах. Зато в ее правилах было любой ценой найти повод, что бы не участвовать в общем деле. Для этой пегаски было совершенно обычным делом пропадать куда-нибудь без следа и быть найденной по чистой случайности спящей где-нибудь на облаке на самом видном месте. Она могла быть где угодно — и пару раз Твайлайт казалось, что она замечает уголком глаза стремительное движение радужного хвоста где-то в толпе.

Но сколько бы она ни гонялась за ней, настичь ее не удавалось. Она как мираж растворялась в воздухе при приближении уже слегка раздраженной единорожки, а пони, с которыми она еще секунду назад общалась, не могли сказать ничего определенного о ее местонахождении.

Тучи над головой тем временем сгущались. Близкое соседство с Вечносвободным Лесом оказывало свой эффект: дикие облака, зарождающиеся где-то в дальних уголках Леса, непрерывно стекались к Понивиллю, как притянутые магнитом. Несколько пегасов, имеющих некоторый серьезный опыт в управлении погодой, пытались разогнать темнеющие облака, но попытки их проваливались весьма жалким образом. Дыры, что они проделывали в сером массиве, быстро затягивались, и им приходилось возвращаться на землю, тяжело дыша от усталости, промокшими насквозь как от пота, так и от дождевой воды.

Тревожный северо-восточный ветерок холодным потоком трепал гриву Твайлайт, неся с собой запах леса и дождя, заставлял поторапливаться. Если дождь зальет ничем не прикрытую полевую кухню Эпплджек — это будет катастрофа.

Чуть не сточив себе копыта, тяжело дыша от усталости, тревожно сжимаясь от первых тяжелых капель, падающих на спину, Твайлайт, наконец, нашла свою цель, как ей, по крайней мере, показалось на первый взгляд. Впрочем, второй взгляд все подтвердил: высоко в переплетенных ветвях буков она увидела яркое радужное пятно. Из густой молодой листвы свешивался знакомый хвост и, будто дразня единорожку, подергивался в такт какой-то неслышной мелодии.

Не сдерживая свою злость, Твайлайт со всей силы дернула этот дразнящий яркий предмет своей магией. Раздался вскрик, послышался звук ломаемых веток, и спустя мгновение на невидимую магическую подушку приземлилась испуганная Рейнбоу с наушниками в ушах. Новомодное изобретение Хуффингтонского техномагического института, позволявшее хранить музыку в крохотном кристаллике зачарованного кварца вместо громоздкой пластинки, быстро завоевало любовь Рейнбоу Дэш, и с тех пор она не расставалась со своим плеером ни на секунду.

— Эй, Твай, что за фигня? — возмутилась хриплым голосом Дэш, обиженно глядя на единорожку.

Что за фигня?! — воскликнула та в ответ. — Ты на небо посмотри! Вот там, что за фигня, м?

— Э… Ну, не надо так кричать, — вскинула бровь Рейнбоу. — Я тебя прекрасно слышу. Ну, почти.

Она вынула второй наушник и он повис на шее рядом с первым, который выпал от резкого движения из уха самостоятельно.

— Рррр. Просто расчисти это несчастное небо. От тебя все этого ждут, так что тебе некогда прохлаждаться.

— Ничего я не прохлаждаюсь. И ничего не некогда. Оно просто не горит пока, так и чего дергатьcя? Десять секунд — и готово, — фыркнула она и тряхнула взъерошенным хвостом. — А вот ты могла бы и повежливее.

— Ладно, хорошо, извини, в следующий раз буду дергать тебя за хвост нежнее, — не сбавляя тона ответила Твайлайт. — А теперь давай, иди делай свое дело. За десять секунд, я засекаю.

— Окей… — развела копытами Рейнбоу и с ужасающей скоростью взмыла в воздух, и хлопок ее крыльев напомнил собой удар грома.

Поднялся могучий ветер, и листва буков тревожно зашумела, а грива Твайлайт начала лезть в глаза. Радужная полоска мелькала в небесах, перескакивая от одной тучи к другой, и под напором этой стремительной пегаски полудикие облака из Вечносвободного леса начали сдаваться. Все больше появлялось чистого голубого неба, и все меньше оставалось мрачных серых туч, которые уверенно оттеснялись за пределы поляны. Они пытались заползти обратно, чтобы тут же оказаться решительно вытолкнутыми прочь. Чтобы закрепить результат, Рейнбоу сделала сложный кувырок в небе, и все ее тело засияло призрачным радужным светом, окутавшим ее как колышущиеся водоросли в воде. С длинным радужным шлейфом, тянущимся за ней, она разогналась и описала круг по границе рощи. Еле заметный, чуть поблескивающий радужный барьер возник за ней и почти тут же растворился в воздухе до полной невидимости. Единственное, что указывало на его присутствие, — это внезапно утихший ветер и идеально ровный круг без облаков над поляной. Будто кто-то обвел циркулем и аккуратно вырезал их, оставив гладкую границу.

— Две минуты, вместо десяти секунд, Дэши. Не выспалась? — ехидно сказала Твайлайт, когда сияющая от гордости Дэш приземлилась перед ней.

— Пф! Много ты понимаешь в диких облаках. Так что не считается, — обиженным тоном ответила Дэш, но тут же улыбнулась. — А ты видела мой новый трюк, да?

— Это… Вот этот, с радужной вуалью? — спросила Твайлайт, стараясь не подать виду, что она поражена невиданной ранее демонстрацией настоящей, наглядной магии пегасов.

— Ага. Круто, правда? Научилась у самого Сторм Тамера — главного в Погодном Патруле Клаудсдейла. Называется просто: Большой Стакан. Тупое название, да, но не я придумала. Впрочем, неважно. Смогла проделать с первого раза, кстати. Он сказал, что даже Соарину потребовалось три попытки. Так-то, — Рейнбоу буквально распирало от гордости.

— Да… Неплохо, — улыбнулась Твайлайт и, чтобы не терять времени, пошла к беседке, где Рейнбоу ожидала Рарити. Дэш двинулась следом. Перепрыгнув через мелкий ручеек среди камней, что питал центральный пруд, Твайлайт спросила: — А почему стакан?

— А… шиш его знает, — махнула копытом Рейнбоу. — Ну, он мне объяснил что-то там про турбулентную зону конденсации… Брррр, серьезно, такой крутой жеребец, и такой же ботаник, как ты. Ну, без обид.

— Без обид. Интересно, интересно. Думаю, надо будет обязательно об этом почитать. Ну, так и причем здесь стакан?

— Ну… Получается ведь что-то круглое такое. Как стакан, — начала сбивчиво объяснять Рейнбоу. — Короче, можно как стаканом что-нибудь накрыть, и тогда ничего не пройдет снаружи, хоть водой залей по самое дно. А можно наоборот, в этот стакан напихать облаков, они выпадут дождем, и у тебя будет здоровый круглый бассейн с невидимыми стенками. Через которые можно свободно ходить. Круто, да? Такой бассейн есть в Клаудсдейле — надо будет тебя с девчонками как-нибудь туда сводить. Там реально круто: в воду можно прыгать с любой стороны. Хочешь сверху, хочешь снизу, сбоку — как угодно. А внутри — еще один стакан, в который можно заплыть и отдохнуть на плавучих досках. Сидишь, а кругом вода. Там звук очень смешной. По ушам бьет, но прикольный.

— Ого. Силовое поле такой мощности и формы потребует десятка единорогов уровня меня или брата… И я даже не уверена, что его удастся удержать достаточно долго.

— Ну вот видишь! Пегасы тоже не лыком шиты, — гордо сказала Рейнбоу. — Этот стакан держится часов десять, а потом его надо подновлять.

— А… мы тут не задохнемся, за десять часов? — неуверенно спросила Твайлайт, начав слегка тяготиться полным безветрием на поляне.

— Да нее, что ты, — уверенно заявила Рейнбоу. — Стакан не пускает только воду и сильный ветер. Легкий ветерок проходит свободно.

— Ох, невероятно! — наконец, Твайлайт надоело сдерживаться. В ее глазах уже второй раз за день загорелся огонек жажды исследований.

— Ха! Не то слово, — хвастливо заявила Рейнбоу Дэш. — А сейчас ты увидишь еще кое-что. Не ты одна всю эту неделю изучала всякую магическую хренотень. Сейчас мы с Рарити кое-что тебе покажем. Эй! Привет, Рэри! Что у тебя с лицом?

— Что у меня с лицом? — с паникой в голосе спросила Рарити, оглядываясь в поиске зеркала. Твайлайт нахмурила лоб, пытаясь понять, о чем речь. Все вроде бы выглядело как обычно: та же белая шкурка, идеально лежащая грива… густо-зеленые тени на веках? Вот это неожиданно.

— Твой боевой раскрас! — хрюкнула от сдерживаемого смеха Рейнбоу. — Это Свити Белль до тебя добралась, или ты просто упала лицом в краску?

Рарити высокомерно хмыкнула, вскинув подбородок, а Рейнбоу покатилась по земле со смеху.

— Ах, Рейнбоу, как можно быть такой предсказуемой, — вздохнула Рарити, качая головой.

Твайлайт перевела взгляд с уставшей смеяться и теперь просто валяющейся на траве Рейнбоу на едва заметно улыбающуюся Рарити. Не найдя идеи получше, она недоуменно спросила:

— Почему… зеленый? Ты же ненавидишь зеленый.

— Ах, дорогая, ты, безусловно, права. Но, увы, мне пришлось поступиться принципами ради поддержания идеального цветового ансамбля этого вечера. Впрочем… Меня куда больше волнует наша радужная подруга. Ее грива выглядит весьма… пугающе.

Рейнбоу тем временем поднялась на ноги и настороженно глянула на подругу. Та, в свою очередь, увидев ее гриву и хвост в полной мере, пораженно ахнула, широко распахнув глаза в ужасе:

— Благая Селестия, Дэши! Твоя грива просто в ужасном состоянии! И мне кажется или в твоем зеленом локоне запуталась ветка? Что за кошмарное существо из леса напало на тебя?

— Вот это кошмарное существо из леса, — со смешком сказала Рейнбоу, ткнув Твайлайт копытом. — Она чуть не выдрала мне хвост с корнем.

— К чему такие грубости, Твайлайт, дорогая? — спросила Рарити, обеспокоенным тоном. Но потом продолжила, подмигнув с улыбкой: — Впрочем, зная ее, у тебя, наверное, были на то веские основания.

— Эй! — возмущенно выкрикнула Рейнбоу.

— Ах, возвращаясь к твоим волосам, Дэши. С этим надо что-то делать.

— Не-не-не, убери от меня эти свои пыточные инструменты! — замахала копытами Рейнбоу и взлетела в воздух на безопасное расстояние, уворачиваясь от вылетевших из седельной сумки Рарити расчески и ножниц. — Моя лохматость дороже мне, чем память!

— Вернись назад, больно не будет, — ласково проворковала Рарити. Рейнбоу лишь хмыкнула в ответ и взлетела повыше.

— Эээ… Девочки. Давайте разберемся с ее гривой попозже, хорошо? — растерянно произнесла Твайлайт, переводя взгляд с единорожки, сосредоточенно глядящей в небо, на пегаску, что старательно уворачивалась от порхающей в воздухе расчески.

— Возможно, ты права, — согласилась, немного помедлив, Рарити. — Спускайся, Рейнбоу. Нас ждут дела.

— Это ловушка, я знаю! — крикнула сверху Дэш. — Не спущусь!

— Обещаю, что не трону.

— Обещаешь-обещаешь?

— Ага.

— Пинки-клятвой?

— Э. Ты просишь слишком многого, Рейнбоу Дэш.

— Ха!

— Хорошо. Клянусь Пинки-клятвой. Так уж и быть.

Я ВСЕ СЛЫШАЛА, РАРИТИ! — раздался тонкий вопль с другой окраины поляны.

Рарити содрогнулась и спрятала расческу с ножницами обратно в сумку.

— Хорошо. Вот теперь верю, — сказала Рейнбоу и с глухим стуком упала всеми четырьмя копытами на траву.

— Эм… А что вы собираетесь такое делать? — недоуменно спросила Твайлайт.

— О, дорогая моя, просто смотри. Это зрелище стоит некоторого терпения, — вальяжно заявила Рарити.

Затем она кивнула Рейнбоу, и ее рог замерцал бледным, еле заметным на солнечном свете сиянием. Фигуру радужной пегаски окутало похожее свечение, но несколько иное по тону, ближе к собственной расцветке Рейнбоу. В воздухе повеяло тонким ароматом летнего лесного дождя, еловых иголок, мяты и чего-то пряного. С тихим, переливчатым звоном сияние вокруг Рейнбоу уплотнилось, превратив ее в почти монолитную статую светящегося радужного тумана.

Зачарованный транс Твайлайт был грубо прерван оглушительным взрывом… Порывом ледяного ветра с запахом пряностей ее сшибло с копыт и бросило на траву, заставив ее растерянно трясти головой, пытаясь вернуть себе ориентацию в пространстве и слух. Все пони вокруг испуганно смотрели в одну сторону — туда, где стояла прежде Рейнбоу Дэш. Теперь там клубился сгусток чистой радуги, вихрящийся, светящийся туман, отдаленно повторяющий контуры напряженно стоящей с расправленными крыльями пегаски.

Этот ужасный взрыв, похоже, нисколько не задел Рарити, которая стояла незыблемо, и ни один волосок не выбился из ее гривы. Напевая что-то себе под нос, она зачерпывала магическим захватом из языков клубящегося тумана, выбирала из них чистый цвет, и собирала в маленькие шарики-сгустки.

Твайлайт, не решаясь подняться на ноги, зачарованно наблюдала за тем, как танцует радужное призрачное пламя в форме ее подруги, и как другая ее подруга играет с этим пламенем как кошка с клубком ниток. Десятки, сотни разноцветных шариков кружились вокруг нее, оставляя за собой едва заметный светящийся след.

Наконец, прежде чем сбитая с ног единорожка нашла в себе силы задать вопрос о том, что же сейчас происходит, это психоделическое представление прекратилось. Призрачное пламя сгустилось обратно в форму Рейнбоу Дэш, что стояла, закрыв глаза и приоткрыв рот в экстазе с мелко дрожащими крыльями, развернутыми за ее спиной на полную ширину. Рарити снова встала в расслабленную позу, и сияние ее рога погасло — цветные светящиеся шарики тут же упали к ее ногам.

Встав на непослушные, слегка трясущиеся ноги, Твайлайт подошла к своим подругам, только что проделавшим такое, о возможности чего она только читала когда-то давно.

— Это… Развоплощение? — прошептала она скорее про себя, чем обращаясь к кому-то. Она уже собралась прочитать Рарити длинную лекцию об опасности этой магической процедуры, как ее опередили.

— О, не совсем, — ответила Рарити, махнув копытом. — Но ты права, в некотором роде. Это обращение к магическому ядру пони.

— А… О. Ого! — воскликнула Твайлайт. — Но… но как? Где ты этому научилась?

— Да так… Здесь прочитала, там прослушала лекцию… — улыбнулась Рарити. — Конечно, я не маг, и я бесконечно далека от всего этого… Но эта штука меня заинтересовала, в первую очередь своей эффектностью.

— Невероятно… Я и представить себе не могла, что обращение к ядру живого существа нужно кому-то, кроме врачей, — удивленно проговорила Твайлайт. — И потому мне интересно: а зачем ты это сделала?

— А, тут-то самое интересное! — воскликнула Рарити. — Эти шарики — это сгустки радужной материи, особой, совсем не той, что получают в Клаудсдейле.

Твайлайт наморщила лоб в непонимании и осторожно потрогала копытом ближайший шарик. Холодный, похожий на стеклянный, но при этом какой-то нечеткий, неопределенный. Будто мелко мерцающий – то исчезающий прямо в воздухе, то появляющийся обратно, с огромной частотой. На нем невозможно было удержать взгляд, будто кто-то наложил на него заклинание отвода глаз: попытка сосредоточиться на его форме и точном положении приводила лишь к головной боли.

— Это фонарики! — сказала Рейнбоу прежде, чем Рарити сформулировала свою мысль.

— Фонарики? — тупо переспросила Твайлайт.

— Ну да! Типа как живые светлячки, только магические. Все просто, — прямолинейно заявила Рейнбоу.

— Я слабо могу себе представить их пользу, не говоря уж о безвредности для тебя, и… — замялась Твайлайт, но была прервана решительным ответом Рарити.

— Просто дождись темноты. Давай оставим их здесь, на траве — их не стоит перемещать. Пойдем на веранду — мне неплохо бы выпить сидра. Мои магические силы почти на нуле, да и Рейнбоу тоже исчерпана без остатка, хотя пока что этого не ощущает.

— Ооо! Сидр! — радостно выкрикнула Рейнбоу и взмыла в воздух, даже не дослушав. Прежде чем Рарити и Твайлайт сделали один шаг, она уже нетерпеливо крутилась на крыльце беседки, что стояла весьма далеко от них.

— А… как ты вообще додумалась до такого? — спросила Твайлайт, идя бок о бок с Рарити.

— Все просто, моя дорогая. На самом деле — это не более чем новая кантерлотская мода, буквально этой недели. Один уважаемый пони, врач по профессии, на недавнем приеме у Принцессы продемонстрировал этот эффект на гостях. Всем очень понравилась эта демонстрация — особенно эффектно выглядит обращение к ядру единорогов. Ооо, это такое зрелище. Просто восхитительная красота. Ну и… тот, на ком проводят эту… операцию — тоже неплохо проводит время. При восстановлении физической формы — ощущения одновременно как будто первый день живешь, ну и… хм.

Рарити слегка покраснела, сбившись.

— А… Ну да, — задумчиво произнесла Твайлайт. — Конечно. Гигантский выброс эндорфинов и допамина – известная побочная реакция этой процедуры.

— Да… Именно это я и имела в виду, — улыбнулась Рарити. К этому моменту они уже подошли к крыльцу.

— Только… разве это не опасно? В том плане, что можно развоплотить пони окончательно… — сказала Твайлайт, вступая на деревянный настил беседки, в оранжево-синий сумрак, кажущийся непроглядно густым после яркого солнца снаружи.

— Ах, нет, что ты. Но, если эту процедуру будешь проделывать ты или Принцессы — есть некоторый риск немного перегнуть палку. На самом деле, меня больше беспокоит эффект привыкания. Рейнбоу последнюю неделю от меня не отстает, ищет поводы «еще немного потренироваться». Пфф. Но, надеюсь, она отойдет от этого рано или поздно, — объяснила Рарити, неторопливым шагом направляясь к установленной Большим Маком барной стойке. Там уже зависла в воздухе Рейнбоу, и ветер от ее крыльев волновал тент над ее головой.

Флаттершай тоже уже была здесь. Она сияла как новенькая монета — улыбка до ушей и впервые за немалое время — действительно расслабленная и уверенная поза. Рядом сидела Эпплджек, с такой же широкой улыбкой глядя на свою преобразившуюся подругу, а Пинки, не обращая внимания на остальных, нетерпеливо прыгала вокруг невозмутимого Большого Мака, что задумчиво примерял кран к забитому пробкой отверстию в бочке. Судя по выражению его лица — это для него было что-то вроде ритуала: задумчивое долгое прикладывание потертой латунной трубки перед решительным ударом копыта, которое в одно движение выбило пробку, и, не дав пролиться и капле, заткнуло отверстие краном.


— Фуу, что это за дрянь?! — воскликнула Рейнбоу, сделав огромный глоток из полной кружки сидра, что в ее дрожащие от нетерпения копыта секундой ранее вложил Большой Мак. — Гнилые яблоки? Уксус? Эйджей, я не поняла, а сидр-то где?

— Пф, не хош, не пей, нам больш достанется, а, Твай? — ответила Эпплджек, стукнув своей кружкой по кружке Твайлайт. Единорожка, слегка насторожившись от неожиданной реакции Рейнбоу, осторожно пригубила странно пахнущий напиток. Действительно, гнилые яблоки тут чувствуются… — подумала она, продолжая принюхиваться и осторожно отпивать щиплющий язык сидр. — И все же, кажется, ничего.

Разобравшись со своим мнением касательно напитка, Твайлайт хмыкнула с улыбкой, и стукнула кружку Эпплджек в ответ. Затем, сделав уже более смелый глоток, хитро посмотрела на Рейнбоу и сказала:

— Эйджи права, давай кружку сюда, раз не хочешь. Она, кажется, даже не успеет выдохнуться, прежде чем я прикончу эту.

Рейнбоу вместо ответа подозрительно посмотрела на своих подруг, после чего приложилась к кружке. Выпив ее целиком, не отрываясь, она сказала:

— Не… Кажись, не такая уж и плохая штука. Сидр ведь, все-таки. Где это видано, чтобы я отказалась от сидра? К тому же, ооой… Я… Я, пожалуй, лучше сяду.

Рейнбоу неуклюже приземлилась, наконец перестав гонять ветер по беседке своими крыльями. Она хотела сесть прямиком на комфортную подушку, подложенную специально для нее у стойки, но промахнулась, поскользнулась на гладкой ткани и стукнулась подбородком о стойку, чуть не сшибя аккуратно выстроенную пирамиду из жареных пирожков с картошкой, которые предполагались в качестве закуски.

Подруги тихо засмеялись, но тут же умолкли, когда увидели обиженный взгляд Рейнбоу. Падения — ее больная тема, и они это знали слишком хорошо. Большой Мак, уловив настроение, быстро наполнил вторую кружку, и пододвинул ее Рейнбоу. Несмотря на первоначальную реакцию, сидр действительно оставался сидром, а значит был обречен на любовь Рейнбоу. Глоток из новой кружки, веселый огонек в ее глазах и улыбка разрядили обстановку, и можно было сказать, что первый этап праздника начался легко и непринужденно.

Веселые разговоры, шутки, воспоминания о совместных похождениях — время текло незаметно, и поток сидра не иссякал. Рейнбоу разошлась и пила его чуть ли не залпом. Твайлайт больше налегала на пирожки, так как успела ощутимо проголодаться за день. Рарити смаковала напиток долгими глотками, постоянно принюхивалась, закатывала глаза… Когда ее спросили, что она вообще делает, она начала читать долгую лекцию о вкусовых букетах, о виноделии и прочем. Твайлайт и Эпплджек слушали ее с интересом, а Пинки и Рейнбоу заскучали уже на первых фразах и принялись соревноваться в том, кто больше удержит кружек на носу в равновесии. Флаттершай же просто сидела с тихой улыбкой, слушала речь Рарити, наблюдала за своми подругами, и осторожно прихлебывала из, кажется, еще первой своей кружки, тогда как остальные допивали уже третью.

Солнце медленно клонилось к закату, все работы по подготовке в Роще давно закончились, и пони принялись собираться на беседки, все чаще отвлекая Большого Мака, чтобы тот и им налил сидра. Совершенно бесплатно — партию для этого праздника оплатили сами Принцессы. Штабель бочек позади беседки начал уменьшаться, но сидра было еще полно.

Решительным указом Рарити Большой Мак перестал подливать сидр подругам, даже несмотря на умоляющие большие глаза Рейнбоу. Белая единорожка заявила, что им ведь еще предстоит встречать принцесс и провести на ногах всю ночь, а потому пора остановиться, пока не поздно. И, надо сказать, вовремя. Хоть сидр и не отличался большой крепостью, и внешняя хрупкость и изящность молодых кобылок оказалась лишь иллюзией, но Твайлайт казалось, что им более чем достаточно. Широко зевнув, она поняла, что бессонная ночь скоро возьмет свое. Оглядев своих подруг, которые все еще говорили между собой, оживленно жестикулируя и смеясь, она встала на нетвердые ноги и сказала:

— Девочки, я, пожалуй, пойду немного посплю, где потише и потемнее. Обещаю вернуться до приезда Принцесс.

— Конешн, сахарок. Думаю, там, в палатке у моей печки есть местечко, — сказала с улыбкой Эпплджек, махнув копытом в указанном направлении. — Тольк осторожна — не прислоняйся к мешку с мукой. Он немного дырявый.

Получив одобрительные улыбки от своих подруг, Твайлайт неторопливо пошла к указанной палатке, что голубой полусферой возвышалась над свежескошенной травой поляны. Оставив в оранжевом полумраке спорящих о чем-то Рарити и Эпплджек, мило прижавшихся друг к другу Флаттершай и Рейнбоу, слушающих плеер, поделив между собой наушники, что-то оживленно рассказывающую Большому Маку Пинки, она вышла в ослепительный оранжевый вечерний свет. Длинная черная тень тянулась от палатки навстречу идущей на нетвердых копытах Твайлайт, как своеобразная прямая, как стрела, тропинка.

С уже слипающимися глазами, почти вслепую, она открыла со второй попытки молнию палатки и забралась внутрь. Рухнув на мягкие мешки, совершенно забыв предупреждение Эпплджек, или не найдя сил, чтобы удостовериться в их чистоте, она мгновенно провалилась в сладкий сон.