Автор рисунка: Siansaar
Глава 3 — Дружба и самодостаточность Глава 5 — Магия организаторства

Глава 4 — Буковая Роща

Утро предпраздничного дня, что по ощущениям Твайлайт было еще вечером дня предыдущего, оказалось весьма жарким. В обоих смыслах этого слова. Холодный, туманный, росистый рассвет быстро сменился сверкающим солнечным великолепием практически летнего дня. Неожиданное для столь ранней весны солнечное тепло золотистым медом изливалось на просыпающийся Понивилль.

Яркие блики стекол и воды в речке, ослепительно светящаяся молодая зелень и ласковое тепло на темной шерстке Твайлайт — все эти ощущения слились в единый водоворот, закрутивший единорожку в суете подготовки к празднику и завершении всех неоконченных дел.

Не тратя времени ни на то, чтобы заглянуть к Эпплджек, как намеревалась, ни к Пинки, она быстрым шагом направилась к себе в библиотеку. Тонкий голосок Эпплблум и радостный лай Вайноны чуть было не сбил ее с пути, когда она проходила мимо фермы, а головокружительный аромат пекущегося бисквитного теста чуть было не заставил ее забыть даже собственное имя, когда она, весьма ускорившись, трусила мимо Сахарного Уголка, но желание закончить дела оказалось сильнее.

— Спайк! — крикнула она, ворвавшись в библиотеку. Свежеокрашенная, но давно не смазанная дверь протестующе скрипнула от резкого рывка телекинеза.

Несмотря на весь произведенный шум, к которому можно так же отнести и нетерпеливый звонкий цокот ее копыт по дощатому полу, только тишина была ей ответом.

Спайк! Просыпайся! — еще громче прокричала она, ринувшись наверх, в свою спальню. Звук копыт, не столь уж и громкий в силу миниатюрности Твайлайт, не успел предупредить мирно сопящего в своей корзинке дракончика. Облако фиолетовой магической энергии охватило его и выдернуло из постели, бесцеремонно и грубо.

Спайк мгновенно открыл глаза, а точнее, принялся ими сонно моргать, пытаясь вернуться к реальности. Реальности, перевернутой вверх ногами и заслоненной лицом Твайлайт, выражение которого он не мог толком прочитать — в слишком уж странных пропорциях на нем смешались гнев и сожаление за грубость.

Единорожка смутилась и поставила своего ассистента на землю. Разговаривать с ним, держа его вниз головой, она все-таки не хотела. Слишком уж это напоминало грубый допрос.

— Извини, Спайк… — сказала Твайлайт. — Мне сейчас предстоит куча дел, а потому мне нужен быстрый, честный и однозначный ответ. Ты получал приглашение от Принцессы на мое имя?

— Да. Конечно, — пожал плечами Спайк. — Я тебе его отнес и сказал о нем. Несколько раз. Ты ответила, чтобы я его положил на полку у стола. Ну я и положил. Ты что, ничего не помнишь?

— Ох, Спайк. Я, по-видимому, была слишком глубоко в работе. Прости, пожалуйста.

— Да ладно, все нормально. Спасибо, что разбудила — я, кажется, немного проспал.

— Замечательно. Я уже позавтракала, так что на меня не готовь, — бросила Твайлайт через плечо, уже убегая к себе в кабинет. Впрочем, думаю, за неделю ты к этому уже привык, — подумала она про себя.

Следующие несколько часов пронеслись с головокружительной скоростью. В панике бегая по кабинету, Твайлайт одновременно подшивала свою статью, переписывала черновики, прибиралась на своем рабочем месте, которое практически ровным слоем оказалось покрыто пустыми коробками от кексов, целой батареей грязных кружек с остатками кофе, огромными кучами мятой бумаги и прочего сопутствующего мусора. Заботливая лапа Спайка никогда не касалась ее стола во время выполнения важного задания. Таков был уговор, заключенный под предлогом необходимости творческого беспорядка. А потому теперь ей предстояло все это разгрести самостоятельно.

Помимо всего прочего, если этого было недостаточно, из ума единорожки не выходила куча вопросов без ответа касательно того, что ее ждет на празднике — что же она там должна делать -— и прочего. Не забыть платье? А что, если она его испачкает, ведь это, по сути, суточный пикник? Но ведь там будут Принцессы, а значит, все должно быть как положено, иначе Рарити ее убьет. В любом случае выходило, что Рарити ее убьет: и если она заявится без платья, и если она его возьмет и испачкает об траву или какую-нибудь грязь, которой полно под открытым небом.


Утро действительно было жарким.

Если бы не Флаттершай, пришедшая напомнить подруге о том, что пора идти на подготовку к празднику, она бы закончила не раньше, чем к следующему утру. Куча рутинных дел вперемешку с делами интересными — это настоящее болото для Твайлайт, готовое затянуть ее с головой в любой момент.

Многое пришлось бросить как есть, но немало она сделать успела. Покинула библиотеку она в итоге с легким сердцем, отдавшись сверкающему солнечному полудню, ароматам весны с нотками приближающегося лета и нежной улыбке Флаттершай. Она, похоже, тоже разобралась со своими проблемами, разрешила все свои внутренние конфликты. Ну или, по крайней мере, более не показывала, что ее что-то гнетет.

Так они, преодолев неблизкий путь по хаотичным и полным утренней суеты дорожкам Понивилля, подошли к огромной роще у края Вечносвободного Леса. Высокие буковые деревья образовывали практически идеальный круг, стоя в несколько рядов.

Сперва за гладкими и прямыми стволами буков было не видно и не слышно ничего. Но по мере того, как две подруги приближались к роще, их глаза замечали все больше ярких цветных пятен, мелькающих за зарослями, а до их ушей доносились звуки голосов, стук молотков.

Твайлайт и Флаттершай, следуя узенькой утоптанной тропинке среди травы, что доходила пони до колена, грозясь разрастись к середине лета до непроходимых зарослей в рост пони, обогнули рощу и прошли сквозь широкий просвет между деревьев, тот самый, что выходил на Понивилль. Твайлайт обернулась на мгновение и увидела прямо перед собой башню Ратуши, над которой возвышался Зимний Пик — гора, на которую они всей компанией однажды взобрались, чтобы прогнать дракона из пещеры у вершины.

Повернувшись обратно к роще, Твайлайт огляделась вокруг. Она никогда не бывала здесь прежде, хотя и видела это место издалека неоднократно. Необычно растущие кругом, явно посаженные искусственно с какой-то неизвестной целью деревья привлекали ее внимание не раз, но у нее никогда не хватало времени, что бы обследовать это место. Многочисленные долгие прогулки с Эпплджек, когда обитатели фермы отдыхали в межсезонье, конечно, убрали немало белых пятен на ее знаниях об окрестностях Понивилля, но эта область доселе была ей не изучена.

Твайлайт задумалась на мгновенье о том, что страстно желает вновь отправиться на вдумчивую и обычно молчаливую прогулку по окрестностям в компании Эпплджек и ее брата. В не слишком жаркие летние дни они часто приглашали ее в походы по холмам и лесам вокруг Понивилля. С усмешкой она вспоминала свои первые прогулки с ними, то, как она жаловалась на усталость и скуку, на грязь... К счастью, она быстро исправилась и начала понастоящему ценить эти чудесные часы и дни, проводимые в компании Эпплов. Прогнав ностальгический туман из своего взгляда, Твайлайт вновь окинула глазами серые стволы буков вокруг.

Наконец-то, еще одна часть пригорода Понивилля явила ей свою красоту и уникальность. Деревья были посажены явно очень давно: они разрослись до внушительных стройных великанов, и их кроны нависали над внутренней частью круга подобно крыше гигантской живой галереи, повторяющей архитектуру древних пегасских полисов. Меж плотно переплетенных корней в зарослях папоротника время от времени поблескивали серебристые ленты ручейков. В центре аккуратно подстриженной лужайки, которую окружало кольцо рощи, находился небольшой пруд с кристально чистой водой. В него впадал также ручей, сбегающий по камням откуда-то со стороны Леса.

Многочисленные пони толпились на этой лужайке, наполняя воздух звонкими звуками своих голосов. Многие просто собрались здесь пораньше, общаясь, занимая разговором остальных, тех, кто пришел сюда готовить праздник. Остальные же работали не покладая копыт, занимаясь самыми разнообразными делами.

Несколько жеребцов, надев накопытные молотки, занимались постройкой большой деревянной веранды. Работа явно началась недавно, но сделано было уже немало — широкий подиум уже был наполовину застелен, а столбы, между которыми будет натянут тент, установлены в нужных местах. Огромные куски голубой, белой и оранжевой ткани, повторяющей цвета национального флага Эквестрии, летали в воздухе, повинуясь тихо звенящим облакам магических полей нескольких единорогов, занятых шитьем. Среди них была и Рарити. С изяществом и достоинством настоящего мастера швейных дел она медленно шла между двух подвешенных в воздухе полотен и сшивала их между собой толстой нитью. Два ее помощника — молодых жеребчика с глупыми выражениями восторженно-возбужденных лиц изо всех сил старались удержать немалый вес и, главное, площадь колышущейся на ветру ткани. У них это не очень хорошо получалось — пот рекой стекал с боков, а магический захват скорее их самих привязывал к ткани, а не наоборот, из-за чего они время от времени подлетали в воздух, неуклюже махая ногами при этом. Каждый раз, когда им не удавалось удерживать ткань на месте, они навлекали на себя ледяной взгляд Рарити и сжимались под ним, как потревоженные улитки. Метка одного из них как раз представляла собой улитку. Твайлайт усмехнулась про себя, вспомнив о похождениях ее владельца.

— Рарити! Привет! Тебе нужна помощь? — крикнула Твайлайт, подходя к подруге. Не дожидаясь ответа, она сосредоточилась и создала магическое поле, охватившее сразу всю ткань целиком. Как раз в этот момент в очередной раз неуклюже взлетевший в воздух Снипс лишился собственного захвата и с басовитым «ой!» рухнул на землю. Повинуясь воле Твайлайт, извивающаяся на ветру, невероятно тяжелая из-за этого ткань мгновенно распрямилась, став ровной и твердой, как стальная пластина.

— Оо! Твайлайт, дорогая! Большое спасибо, что ты пришла избавить меня от этого кошмара! — отозвалась Рарити, оглянувшись с благородной улыбкой на Твайлайт. Оранжевый и голубой тона тента окрасили ее белоснежную шкурку в изысканную смесь цветов, которой она, похоже, наслаждалась в полной мере, желая покрасоваться перед всеми. Так, по крайней мере, показалось Твайлайт, наблюдающей за ее неторопливыми движениями, а также за восхищенными взглядами ее помощников-подростков. Не торопясь возвращаться к работе, она медленным шагом пошла к фиолетовой единорожке. — О, дорогая моя! Какое восхитительное заклинание! Ты обязательно должна меня ему научить! Складки на ткани и удержание швов — это настоящий кошмар… Пожалуй, самая тяжкая и неблагодарная часть моей работы.

Твайлайт не ответила ничего, только глядела на Рарити большими умоляющими глазами, закусив губу. Капелька пота проступила сквозь шерстку у нее на лбу и грозилась вот-вот скатиться прямо в глаз.

— О. Да. Конечно, — сказала Рарити, застыв на месте. — Прости, я не подумала об энергоемкости заклинания. Ты сможешь его удержать, пока я не закончу?

Твайлайт кивнула, стряхнув таким образом эту ненавистную каплю. Вместо нее, впрочем, появилась другая. И не одна.

— Я быстро! — бросила Рарити на бегу, устремляясь к незаконченному шву. Толстая, больше похожая на спицу, игла и такая же мощная грубая нить замелькали с пугающей скоростью, следуя за Рарити, которая быстрым, но по-прежнему элегантным шагом шла под висящими в воздухе полотнищами.

За считанные секунды шов был закончен, и тогда, дождавшись, когда все стоявшие под тентом пони отойдут в сторону, Твайлайт осторожно опустила ткань на землю. И тут же рухнула следом на мягкую прохладную траву, приятно остудившую ее вспотевший бок.

Конечно, какой-то тент, хоть и такой огромный, не шел ни в какое сравнение по весу с Малой Медведицей, поднятой одновременно с баком от водонапорной башни, в чем ей однажды довелось убедиться. Но бессонная ночь ее порядком измотала, да и к тому же она давно заметила, что ее магия непостоянна в своей силе день ото дня. Сегодня, видимо, ее магия почти на нуле. Значит, через пару дней она будет буквально ходить, не касаясь копытами земли, от распирающей ее энергии.

— Твайлайт! — воскликнула Рарити, бросившись к своей подруге со всех ног. — Тебе плохо? Твайлайт, не смотри так, ответь! Мне принести тебе воды? Отвести тебя в тень?

Единорожка улыбнулась этой неожиданной волне суетливого беспокойства:

— Не волнуйся. Все нормально, просто устала немного, — ответила она, поднимаясь на ноги и потягиваясь. Встав, она на мгновение потеряла ориентацию в пространстве и чуть было не рухнула обратно, но быстро пришла в себя, помотав рассеянно головой. Голова кружилась, и основание рога отдавалось болью, как обычно, когда она разом тратила большой запас магии. Но в остальном все было хорошо. — Со мной правда все в полном порядке. По крайней мере, после того случая с Медведицей — это как носовой платочек подержать, в самом деле.

— Немаленький… носовой платочек, — тихо прокомментировала Флаттершай, не отступавшая безмолвно от Твайлайт ни на шаг и обеспокоенно ее теперь оглядывавшая.

— Да ерунда. Хотя мне не помешало бы сжевать чего-нибудь сладкого для восстановления энергии.

— О, Пинки, увы, пока задерживается, но здесь неподалеку Эпплджек установила походную пекарню. Думаю, у нее найдется что-нибудь для тебя, — деловым тоном сказала Рарити и махнула копытом куда-то за строящуюся беседку, где можно было разглядеть призрачный белый дымок, поднимающийся из-за деревянных помостов. — Я бы сама, кстати, не отказалась от стаканчика сидра. Мягкого сидра, конечно.

Твайлайт кивнула и направилась в указанном направлении, бок о бок с Рарити и Флаттершай. Оглянувшись на модистку, она спросила:

— Много еще работы с этими тентами? Это, похоже, непростая задача.

— Да нет, что ты. Мы уже почти закончили, — Рарити изящно откинула локон своей гривы и оглянулась назад. Там последние куски ткани ложились рядом с куском, сшитым ею. Лоскуты эти были размером поменьше и лежали не так ровно; и, потом, пони, что их укладывали, выглядели весьма взъерошено и бросали нервные взгляды на неспешно идущих прочь Рарити и Твайлайт. Отвернувшись обратно, Рарити произнесла: — Видишь ли, мне досталось больше всего работы. В конце концов, это мой долг, как пони, разбирающейся в тканях, безусловно. Но немалая часть проблемы заключена в том, что Лира… — Рарити фыркнула, произнеся это имя, — она быстро сколотила неплохую команду из лучших жеребцов-единорогов и взяла себе самую простую часть работы. И даже ее она не может сделать как надо.

— Звучит… нехорошо, — хмыкнула Твайлайт.

— Не то слово! Но я великодушно прощаю ее, она милая пони, и, безусловно, пользуется успехом. Хотя ее вкус в одежде, как показала Кантерлотская свадьба, просто чудовищен, — высокомерным тоном заявила Рарити.

— Ты… ты сама придумала дизайн для всех, — осторожно возразила Твайлайт.

— Да… Конечно. Именно поэтому я держусь подальше от массовых заказов. Пф! Я не какой-нибудь заводской конвеер, — Рарити раздраженно фыркнула и откинула локон волос изящным движением головы.

Твайлайт была уверена, что она это сделала не просто так. Как раз в этот момент они проходили мимо двух рабочих-жеребцов, что устанавливали очередной столб для тента. Их взгляд еще долго жег бок Твайлайт, заставляя ее чувствовать себя очень некомфортно. Ее подруга же, похоже, получала от этого искреннее удовольствие, что не скажешь о Флаттершай — ей такое внимание доставляло еще больше неудобства, и она шла, низко опустив голову и прижав уши.

— Когда ты узнала о заказе, ты только о нем потом и говорила, — сказала Твайлайт несколько отстраненно.

— Заказ лично от Принцессы, для такого важного события… Сама подумай, дорогая, такое на дороге не валяется! — заявила Рарити тоном, которым объясняют жеребятам очевидные вещи. — Но, тем не менее, пока я работала над проектом единого стиля для всех гостей, я пришла к выводу… Я просто не могла не прийти к выводу, что пони и единство стиля — понятия совершенно несовместимые. Столь разнообразная расцветка шерсти нам дана неспроста, и это настоящее преступление — сводить все к одному. Особенно, когда выясняется, что ткань совершенно противоречит природному цвету кого-нибудь из группы.

— О Да. Безусловно, — пробормотала Твайлайт. Рарити обожала делиться своими знаниями в области цветоведения и композиции. Неосторожно брошенное слово в ее присутствии могло породить настоящий шквал информации по этим темам, иногда даже не связанным напряую с тем, о чем говорилось изначально. Первый раз Твайлайт слушала с невероятным интересом и даже конспектировала, что успевала. Но второй, третий и даже четвертый разы заставляли ее в полной мере почувствовать то, что иногда чувствовали другие пони в присутствии ее самой, как бы ей это ни было неприятно признавать.

Ситуацию спасла Эпплджек. Или правильнее будет сказать, что подруги дошли до ее полевой пекарни раньше, чем Рарити начала формулировать свои мысли для очередной вдохновенной лекции.

— Эй, здоров, девчонки! — крикнула оранжевая пони, обмахивая свое вспотевшее лицо шляпой. Вовсю растопленная печь дышала жаром, наполняя воздух легким запахом дыма и только-только начавшего печься теста первой партии яблочных пирогов.

— Привет! — радостно ответила Твайлайт с широкой улыбкой. Флаттершай поддержала ее тихим «Привет», а Рарити просто улыбнулась, так как присутствовала здесь уже давно.

— Здрастеее! — хором крикнули три юные кобылки, что крутились вокруг печи с деловым выражением на лицах. Эпплблум, Скуталу и Свити Белль, как всегда, были неразлучны в своей все еще продолжающейся погоне за Метками. Твайлайт давно их не видела — они все втроем уезжали в зимнюю школу при Хуффингтонском университете. Она сама выбила для них это место, и, хотя кобылки встретили это предложение без особого энтузиазма, печалясь о потере длинных зимних каникул, они в итоге неплохо провели там время, судя по их восторженным письмам. И вот, сегодня она впервые за полгода увидела их своими собственными глазами. Меток у них по-прежнему не было, но сами они заметно подросли, в первую очередь за счет длины ног.

— Я ваще так рада, шо ты пришла, Твай! — громко сказала Эпплджек и фамильярно обняла единорожку передней ногой. — Как там твоя работа? Движется?

— Да неплохо. Закончила уже, вроде как, — сказала Твайлайт. — Вот… Решила посмотреть, что это все-таки за праздник такой. Если бы не Флаттершай — продолжала бы, пожалуй домоседствовать.

— Флатти, подери меня сено, молодец! Хорошо, шо вытащила ее на солнца свет. Мы тут без тебя соскучились малость, сахарок.

— Спасибо… Я… Я тоже соскучилась, — немного смутившись, сказала Твайлайт, а Флаттершай позади нее тихо-тихо пискнула «йей».

— Йей эт точно. Слуш, раз ты щас тут — сходи к Мэру. Ты ж у нас организатор. Без тебя тут как Дискорд прошелся, — Эпплджек махнула копытом в сторону стройки, где два жеребца бурно спорили о чем-то, почти полностью застопорив работу.

— О, это, безусловно, серьезная проблема… — подала голос Рарити, подходя поближе. — Но Твайлайт нужно восстановить силы. Для единорога нет ничего лучше чего-нибудь сладкого в таком случае. Например, мягкий сидр.

— Аа, шож вы молчали. Ща посмотрю…Э-э, Эпплбум, мож хватит торчать у печи? Волосы спалишь же!

Эпплблум хихикнула, но отскочила от чугунной дверцы с некоторым разочарованием. Похоже, ковыряние кочергой в углях было очень интересным занятием. Не глядя кинув это металлическое приспособление на траву, она пошла к своим подругам, что сидели чуть вдали от удушающе жаркой печи и вглядывались в мелькающий за дверцей огонь.

Эпплджек легкой рысцой прошествовала к укрытой зачарованной на холод тканью громаде штабеля бочек. Фыркнув и вздрогнув, ухватившись за край ткани зубами, она откинула полог и выкатила наружу единственную бочку, отмеченную белой полосой.

— Мягкий сидр, последняя бочка с прошлого года, — прокомментировала она, катя бочонок к стоящим у печи пони. — Прятала ее от Рейнбоу как могла.

— А… остальные бочки? — спросила Флаттершай, вытянув шею.

— О, эт крепкий сидр, наш прошлогодний эксперимент. Я ужо вчера с братцем распробовала — ухх, мощная штука.

— Знаешь, мне кажется, это не лучшая идея — алкоголь, да еще в таком количестве… — заявила, поджав губы, Рарити и покосилась со строгим взглядом на Свити, которая, услышав о сидре, навострила уши.

— Да ну, не будь такой занудой. Сама-то вино свое газированное хлещет, кислятину-то эту.

— Пранский брют — это благородный напиток высшего общества! — фыркнула Рарити.

— Не понела… Ты шо, намекаешь, шо наш, Эппловский, сидр — это ерунда, тебя недостойная? — вскинулась Эпплджек, встав нос к носу с Рарити.

— Эй! Эй! Остыньте, — крикнула Твайлайт, прежде чем Рарити нашлась с ответом, — Рарити совершенно не это имела в виду…

— Да не боись, Твай. Я не со зла, это мы так, в шутку.

— В шутку?.. — не поняла Твайлайт.

— Ну да. С той ночи у тебя в библиотеке мы постоянно находим повод немного пошуметь, если позволишь так выразиться, — с улыбкой сказала Рарити. — В конце концов, я люблю привнести немного драмы в жизнь и для тебя это, думаю, не новость. Впрочем, если тебе некомфортно, мы, пожалуй, не будем действовать тебе на нервы, дорогая.

— Так-то, сахарок. Мы же все друзья, не забывай. Ладно. Ты же сидру хотела. Ща тебе нацедю. Нацежу.

Оглянувшись вокруг, очевидно, в поисках Рейнбоу, Эпплджек быстро наполнила кружку ароматным сидром. Бочонок был небольших размеров, и, судя по звуку, уже был наполовину пуст. Но на Рарити и на Флаттершай в нем хватило тоже.

— Мм, отличный у вас сидр все-таки, — сказала Твайлайт. — Рада, что теперь вы можете его производить больше.

— Эт точна. Эта твоя машина, что ты сделала по примеру тех наглых братцев, — отличная штука. Правда, бабуля до сих пор ее стороной обходит. Но и не запрещает, шо уже хорошо.

— Этой осенью я буду свободна пораньше, так что вы сможете собрать машиной больше, чем в прошлый раз, — сказала Твайлайт после еще пары глубоких жадных глотков.

— Круто! Если те не сложна, конешна… Дофига непростая работенка, как я понимаю — эту машину качать.

— Да не, что ты. В конце концов, для тебя мне ничего не жалко, Эйджей. Ну и… к слову, мне все равно нужна раз в год магическая разрядка.

Эпплджек смущенно улыбнулась, и, не успев ответить, тут же бросилась к печи, так как оттуда потянул запах слегка подгорающего теста. Рарити же, удивленно вскинув бровь, подошла к Твайлайт с вопросом:

— Магическая разрядка? Что это?

— Эм… — Твайлайт сложила уши, не зная, что ответить. Раньше она не задумывалась, что у других единорогов может не быть такой проблемы. — Я… я думала, ты знаешь. Ну, это когда накапливается слишком много магии — ее ведь надо куда-то девать, а то может быть очень плохо.

— Хм… Да, действительно. Раз в год у меня слегка чешется рог, и… я могу случайно зашвырнуть что-нибудь телекинезом со всей силы вместо того, чтобы просто поднять, но… Никогда не придавала этому особого значения.

— А… да. Что-то в этом роде, — кивнула Твайлайт, по-прежнему не зная, как ответить, чтобы не показаться хвастуньей. — У меня есть… проблема. Если я не растрачу за год определенное количество магии… Ну, скажем так, Понивилль превратится в дымящиеся руины. Хехех... — Твайлайт смущенно почесала затылок, и тут же поправилась: — Ну, я все-таки, кажется, немного преувеличиваю... Но, по крайней мере, вырвать с корнем библиотеку мне, скорее всего, удастся. Селестия научила меня контролировать эти вспышки, которые начались у меня после Рейнбума... Короче говоря, именно поэтому, когда время приходит — я ухожу на ничейные луга, погулять, попрактиковаться в магии. Но пока у нас тут было столько приключений — я ни разу еще не набирала здесь столько энергии, чтобы потерять над ней контроль. Как это бывало раньше… когда я училась. Но приключения — штука непостоянная, а вот машина для сидра — вполне. Безопасная разрядка.

— О… Ого, — только и сказала Рарити. — Я, безусловно, знаю, что твой талант — Магия. Но… Не думала, что все настолько серьезно. Ты, действительно, самый удивительный и талантливый единорог Эквестрии, моя дорогая. И когда придет время открывать бочки с крепким сидром — мы обязательно выпьем за тебя, как бы мне сама идея этого ни казалось несколько... грубой.

— Подавиться мне соломой, точно выпьем! — крикнула Эпплджек. — От нашего нового сидра сам Дискорд на ногах не устоит, говорю тебе. Эпплы никогда еще не занимались алкогольным сидром, но благодаря тебе, Твай, мы всем покажем. Эт самая первая партия, там, под пологом. Не на продажу еще. На распробу. А вот следующей весной — батиной шляпой клянусь — его раскупят еще до того, как мы откроем продажу, ага. Отлично праздник подвернулся. У этой твоей пранской кислятины, Рарити, нет никакого драного шанса. Кантерлот будет пить сидр Эпплов.

— Поспорим, что аристократы не откажутся от своих вкусов? — в глазах Рарити загорелся огонек.

— Да провалиться мне, поспорим! — Эпплджек плюнула на копыто и протянула его к Рарити.

— Фу, только не снова! — аристократичная единорожка возмущенно отвернулась.

— Ха, боишься, что продуешь? — выражение лица Эпплджек приобрело совершенно дьявольские черты.

— Никогда! Ах, Дискорд с тобой! — Рарити плюнула на копыто, зажмурилась и отвернулась, сморщив лицо в отвращении. Раздался звучный цок, когда копыта спорщиц столкнулись, и сразу после этого единорожка, не меняя выражения лица, принялась судорожно вытирать ногу о траву. Эпплджек сопровождала ее действия ехидным хихиканьем.

Свити Белль, наблюдая за своей сестрой, тоже скривилась, а Эпплблум и Скут захихикали, за что оказались тут же награждены свинцово тяжелым взглядом своей подруги. Впрочем, никто зла друг на друга не держал — спустя мгновение вся троица пошла к столу, где поднималось тесто для следующей партии пирогов.

— Оу… Спасибо за сидр, Эйджей, — сказала Твайлайт после секундного молчания. — Ты говорила, что здесь есть какие-то проблемы с организацией, да?

— А, ага. Эт точно. Эти двое тут уже битый час спорят. Да и ваще как-то все лениво идет, — ответила Эпплджек, проверяя стоящие в печи пироги. Оглянувшись на Эпплблум ее подружек, она крикнула: — Эй! А ну копыта прочь от теста! Оно еще не поднялось! Если так хотите помочь — давайте, чистите и режьте яблоки.

— Хорошо… Я посмотрю, что тут можно сделать, — сказала Твайлайт задумчиво, оглядывая поляну. — Так. Для начала. Рарити, ты чем еще здесь должна заниматься, кроме пошива тента?

— О… На самом деле, у меня не так уж и много работы. Точнее, больше ничего пока от меня не требуется. Только ты не думай, что я отлыниваю от работы или что-нибудь в этом духе. Вот кто здесь действительно отлынивает — так это Рейнбоу Дэш.

— Ну, это на нее похоже, — усмехнулась Твайлайт, неторопливо двинувшись в сторону строящейся беседки. — А в чем ее задача?

— А как ты думаешь? Ты только посмотри на эти облака! Их слишком, слишком много! — возмущенно заявила Рарити, указывая носом на висящие в небе небольшие тучки. Действительно, в немалом количестве — здесь обычная тяга к драматизации белой единорожки оказалась ни при чем. — К тому же, мне нужна ее способность создавать радугу.

— Ты хочешь, чтобы она сделала Рейнбум?

— Не, ну что ты. Рейнбум — это уже… Не слишком свежо. Рейнбоу, безусловно, молодец, и она достигла огромных высот, научившись вызывать это невероятное явление даже на взлете и на небольшой скорости… Но, боюсь, кантерлотские аристократы жаждут чего-то нового.

— Хм, — Твайлайт задумчиво качнула головой и взобралась по только что собранной лестнице беседки на широкий дощатый помост. Рарити, внимательно глядя под ноги, последовала за ней, осторожно ступая кончиками копыт по скрипучему дереву. — Я так понимаю, у тебя какая-то идея? Лично я бы не отказалась посмотреть Рейнбум еще раз. Невероятное зрелище. А с магической точки зрения — совершенно удивительное и практически неизученное явление.

— Ах, дорогая, здесь я не могу с тобой не согласиться. Ой! Осторожно, эта доска совсем не закреплена! — сказала Рарити, неуклюже покачнувшись и резко перескочив в сторону.

— К слову о досках, — сменив тему, равно как и тон, произнесла Твайлайт, подходя к двум жеребцам, что прекратили свой спор при приближении двух единорожек. — Господа. Ваша работа совершенно неудовлетворительна. Эта постройка не отвечает совершенно никаким требованиям безопасности.

— И к тому же, вы с ней возитесь непростительно долго! — присоединилась Рарити.

— Простите, мисс Спаркл, мисс Рарити… — искренне извиняющимся тоном сказал один из жеребцов. — У нас тут возникла некоторая проблема…

— Ага, точно. Ты потерял план, — сказал другой.

— Я не терял его! Я положил его на верстак у входа! Ты должен был за ним следить!

— Да ничего подобного! Это твой план, а не мой! И вообще, на кой леший… — с этими словами жеребец суеверно оглянулся на темную громаду Вечносвободного Леса, возвышающегося за границей рощи. — На кой леший вообще нам сдался этот план? Я прекрасно знаю, как класть доски и забивать гвозди, и не тебе меня учить.

— Да? И как же так получилось, что твои доски и гвозди чуть не покалечили благородную леди?

— Вот уж не ведаю, я свое дело знаю.

Твайлайт слушала эту перепалку с растерянным выражением лица, ища момент, чтобы пробиться в спор. Наконец она не выдержала и крикнула:

— Тихо! Заткнитесь оба, наконец! — выкрикнув эти слова, она тут же прижала уши, испугавшись сказанного. Впрочем, крик произвел свой эффект — спор немедленно прекратился. — Так. Замечательно. Сначала скажите, как вас зовут.

— Эээ. Оак Мейн, — сказал один жеребец, большой, крепко сбитый, с темно-коричневой шкурой и зеленовато-желтой гривой. Именно он самоуверенно говорил о ненужности плана. Такого вопроса он не ожидал, и потому несколько растерялся.

— Графит Луп, — сказал другой, тот, что отвечал за план. Его внешний вид вполне соответствовал имени — темно-серая шкура, черная грива. С учетом некоторой лохматости, а также при некоторой доле фантазии вполне можно было бы сказать, что он похож на карандашный рисунок.

— Итак. Значит, у вас был план. Это здорово — без плана вообще ничего нельзя толком сделать, — поучающим тоном заговорила Твайлайт.

— Ага! Я же говорил, — сказал Графит.

— Говорил-говорил, а план потерял, — парировал Оак.

— И план этот составил ты, так, Графит? — сказав это, Твайлайт обошла жеребца стороной, чтобы взглянуть ему на бедро. На нем был изображен лист бумаги и циркуль.

— Ага, — ответил он, слегка смутившись вниманием симпатичной кобылки к своему бедру.

— Значит, все ясно как день. План нужно восстановить.

— Ясно?! Да я убил на него весь вчерашний вечер! — возмущенно крикнул Графит.

— Эм… Ну, я несколько не подумала об этом под таким углом… Хмм… — Твайлайт задумалась на некоторое время, чувствуя на себе нетерпеливые взгляды жеребцов и уверенный взгляд Рарити, знающей, что у нее все получится. Наконец, лицо ее просветлело, и она сказала: — Все действительно весьма просто! Ты ведь помнишь, что в этом плане должно быть, так?

— Нууу… Примерно, — жеребец замялся, морща лоб.

— Не страшно. Просто постарайся вспомнить столько, сколько сможешь. Подсознание подскажет детали. Закрой глаза и вспоминай. Старательно вспоминай, не упускай ничего важного!

Графит послушно закрыл глаза, а Твайлайт сосредоточилась, пробуждая свои восстановленные сидром силы. Рог ее замерцал, а затем замерцал и воздух перед носом у жеребца. Возникло нечто вроде большого плоского листа из полупрозрачной белесой материи. Спустя считанные секунды на этой материи начали возникать линии, сначала бессвязные и бессмысленные, как порванная паутина, но постепенно обретающие четкость и ясность форм беседки, начерченной в двух проекциях. Оак, наблюдавший за процессом, разинув рот, издал тихий вздох удивления и на всякий случай сделал шаг назад. Рарити же, с интересом вглядывающаяся в процесс сотворения чертежа, похоже, едва сдерживалась, чтобы не начать допрашивать Твайлайт о свойствах этого заклинания.

— Ну что, можно открывать? — нетерпеливо спросил Графит, закусывая губу.

— Ммм… Да, пожалуй, — ответила Твайлайт, сделав несколько ярких вспышек на кончике своего рога.

— Ого! — только и сказал жеребец, когда увидел перед своим носом свой чертеж, светящийся и мерцающий.

— Твайлайт! Ты просто обязана рассказать мне, как делать подобные вещи! — заявила шипящим голосом Рарити с жадным огоньком в глазах.

— Ну… Боюсь, не все так просто, Рарити. Боюсь, тебе это заклинание будет бесполезно. Видишь ли… Оно требует присутствия двух пони. Талант одного из которых — художественное ремесло. А талант другого — чистая магия. Это… Нас учили этому в школе. «Магическая поддержка», так это называется. На самом деле, это заклинание очень древнее, и оно относится к боевым школам. Ну, изначально к ним относилось. В древние времена единороги, чей талант был, например, огонь, в паре с единорогом — чистым магом могли творить заклинания чудовищной разрушительной силы. Уже гораздо, гораздо позже выяснилось, что так можно усилить любой талант. А в случае с художниками — можно творить образы прямо в воздухе.

— Ооо, это восхитительно! Мисс Спаркл, я… можно… я бы хотел… чтобы вы мне помогли еще с несколькими важными проектами… Если вам не трудно, — сбивчиво затараторил Графит, краснея на глазах.

— Извини… Но я, боюсь, не смогу помочь. Это весьма энергоемкое заклинание и отнимает немало времени, когда делается что-то сложное. И… Это недолговечно. Образ провисит несколько часов, после чего рассеется. Это одна из причин небольшой популярности такого заклинания. Ну, помимо того, что у чистых магов весьма много других обязанностей.

— Жаль… — печально протянул Графит, опустив уши. Рарити полностью разделяла его чувства, и поддержала его высказывание тяжким вздохом.

— Ладно. С планом мы разобрались. Пожалуй, больше никаких проблем тут быть не должно, — энергично и с улыбкой заявила Твайлайт. — Работа по плану пойдет быстро, и меньше будет риска, что что-нибудь будет сделано неправильно. Учти это, Оак. Я не хочу учить тебя твоему делу, а ты, как я понимаю, талантливый строитель, но… Как древние маги, так и современные строители всегда нуждаются в партнере.

— Да… Пожалуй вы правы, мисс Спаркл, — сказал Оак, в задумчивости лохматя себе гриву передним копытом.

— Отлично. Вам не помешает немного помощи, я так понимаю. А команда Лиры уже справилась с тентом. Несколько единорогов ускорят работу.

— Ну, если они не будут мешаться под копытами, — фыркнул Оак и добавил: — Спасибо, мисс Спаркл. Ваша слава о вас действительно не врет.

— О… Благодарю вас, — засмущалась Твайлайт. — Я, в принципе, не сделала ничего особенного… Эмм… Ладно. Не подскажете, кстати, где я могу найти Мэра?

— А, она где-то у пруда, — Графит махнул копытом в сторону небольшого круглого водоема в центре поляны. Там толпилось немало пони, не занятых никаким особым делом.

— Рарити… А что это там за толпа? — спросила Твайлайт, ища надежный, не шатающийся под ногами проход со строящейся беседки.

— Я так понимаю — это пони, которые должны будут танцевать какой-то особый танец, о котором говорила Принцесса, — ответила белая единорожка.

— Танец! Точно! Надо захватить Флаттершай тогда, — воскликнула Твайлайт и сменила курс обратно к полевой кухне Эпплджек. Там возле печи сидела Флаттершай и говорила о чем-то с оранжевой пони, мягко улыбаясь ее коротким ответам. Метконосцы же, наконец, найдя себе дело, старательно, высунув языки, чистили яблоки, перебрасываясь время от времени короткими звонкими фразами.