Автор рисунка: Noben
Глава 7: Приоритеты Глава 9: Фолд

Глава 8: Решения

Заметки автора:

Фух! Я практически убила бедного Bronode, отправив ему главу, но он сказал, что всё в порядке. Он не умирает. Надеюсь. Хочу выразить благодарность Somber, OverKenzie и особенно Bronode за то, что помогает мне разбираться с этим и мотивирует меня писать дальше!

О, и у меня есть рассказ, которую опубликовали на этой неделе. Её написал мой хороший друг VolrathXP. Я была его редактором, когда он писал Fallout Equestria: Starlight и занималась вычиткой Fallout Equestria: Mending Hearts! Он отличный парень, и обе его истории стоят своего времени. К тому же, как дополнительный бонус, Starlight на 100% завершен. Больше не нужно ждать новых глав! Концентрированная вина и 100% беспокойства прямо сейчас, бесплатно!

By Heartshine

Fallout Equestria: Project Horizons — Speak

Автор Heartshine

Глава 8: Решения

«Свобода — это осознание того, что у тебя есть выбор»

Я проснулась следующим утром, чувствуя смесь паники и разочарования. Я всю ночь мечтала о сближении с Блэкджек и поцелуе с ней, только для того, чтобы она щёлкнула меня по носу и сбежала прочь. Мне было холодно, я всё ещё чувствовала себя липкой из-за глупой газированной ванны. Я открыла глаза, моё раздражение росло.

Глиттер всё ещё лежала калачиком, засунув нос под крыло. Её перья слегка подрагивали, пока она дремала. Блэкджек и Бабблгама нигде не было видно, но я знала, что она не отошла с ним для того, чтобы делать то, что бы она не стала бы делать с…

Я встала и проделала путь к ручью. Опустив голову в прохладную воду, я почувствовала, что мой сердечный ритм замедлился благодаря рефлексу ныряльщика, свойственному млекопитающим.

О чём я, чёрт возьми, думала, пытаясь поцеловать Блэкджек? Я не испытывала к ней чувства! Думаю, что я сделала это только потому, что она была добра ко мне! Отлично, теперь мой мозг заразился её глупостью, а я ничего не могла поделать! Какого чёрта?!

Я вынырнула, чтобы набрать воздуха и ударила копытом по воде. Я была так зла. Я не хотела, чтобы она целовала меня. Я ничего не хотела от Блэкджек! Но мой глупый, идиотский мозг решил целиком и полностью предать меня. Слава Луне, что Блэкджек сказала мне подождать! Какая ужасная катастрофа могла произойти! Я представила себя и Блэкджек, наши тела были вместе и…

Меня мгновенно стошнило. Я предусмотрительно отвернулась к берегу, чтобы не загрязнять запасы воды. После нескольких попыток опорожнения своего желудка, я почувствовала себя ещё хуже. Когда желудок успокоился, слёзы стекали по моему лицу вниз.

«Чем я, блять, думала?» — мыслила я, оглядываясь на произведённый мною бардак. — «Если бы ты поцеловала её, у тебя случился бы приступ паники. Если бы ты сказала, что любишь её, то это было бы ложью. Ты не можешь доверять себе. Ты всегда всё портишь. Хорошая работа, идиотка».

— Твои макароны с сыром испортились? — раздалось позади меня мягкое сопрано Глиттер.

Я потрясла головой.

— Нет, просто… мне не хорошо, Глиттер, — уклончиво ответила я, глядя на неё. Она ответила мне выражением, говорящим «Я тебе не верю».

— Просто… приснился плохой сон, — призналась я и плеснула водой на свою мордашку, пытаясь освежиться.

«Ходячий беспорядок» — подумала я, глядя на своё отражение в воде. Мои глаза впали, талия выглядела слишком тонкой, даже для пустоши, и я, вероятно, могла бы сосчитать каждое ребро, если бы захотела.

— Тебе нужно больше есть, — сказала Глиттер и воспользовалась своей магией, чтобы зачерпнуть немножко воды и держать её на уровне моей головы. Я благодарно улыбнулась ей и воспользовалась предложенной водой, чтобы умыться и помыть крылья. — Я могу сыграть на твоих рёбрах, как на ксилофоне.

— Я знаю, Глиттер. Я стараюсь напоминать себе об этом, — ответила я, вытирая всё ещё липкие перья. — Что Бабблгам готовит на завтрак? — спросила я, пытаясь перевести тему с меня на еду.

Глиттер улыбнулась.

— Ох, он собирается приготовить омлеты! — Воскликнула она, широко расправляя крылья. — Он сказал, что знает как приготовить их из каких-то вкусных яиц, что нашёл. Или что-то типа этого. Звучит весело!

Омлеты звучат неплохо, вроде как.

— Ну, надеюсь они оправдают твои ожидания, Глиттер, — произнесла я, глядя на неё, и начала чистить своё крыло. Фу, от него всё ещё несло морковью, или, скорее, чем-то похожим на морковь. Что за, богинями проклятый, дебил решил сделать спаркл-колу в первую очередь с морковным вкусом? Я ненавижу этот вкус.

— Ох! Держу пари, что оправдают! Бабблгам — самый милый из всех жеребцов. — сказала Глиттер, вздохнув. Она изобразила обморок, резко вскинув левое копыто и приложив его ко лбу. — Я никогда не думала, что когда-нибудь найду такого жеребца, красивого и милого, симпатичного и высокого! Помилуйте!

Несмотря на нынешнее настроение, я тихонько захихикала.

— Ты уже придумала имена жеребятам? — поддразнила я, возвращаясь к чистке своего крыла.

— Ох, глупышка, мы не знаем друг друга достаточно долго для этого! Я должна дать ему отвести меня в СУМС, потом мы облучимся, Драй Клин Онли сможет сделать мне красивое платье, и Дони, вероятно, будет плакать на нашей свадьбе. Тогда-то мы сможем подумать об именах жеребят!

Я покачала своей головой, пока мой мозг сообразил, что Глиттер имела ввиду «отвести в ЗАГС и обручиться».

— Значит только тогда, да? — спросила я, размахивая своим крылом, пытаясь высушить распушенные перья.

Глиттер проницательно кивнула, а затем мечтательно улыбнулась.

— Он очень милый. И было приятно познакомиться с ним прошлой ночью. Даже если мы не знаем о нём многого, он кажется действительно хорошим жеребцом. Эй! Может нам всем стоит поделиться своими историями, пока мы идём! Это может оказаться хорошим способом для нас подружиться!

Я застыла в процессе чистки своего правого крыла. Я очень, очень не хотела делиться своей историей. Впрочем…

— Эй, Глиттер? Как насчёт того, чтобы вы с Бабблгамом начали? Таким образом мы не испугаем Рыбку.

— Да, точно! Тогда Рыбонька не будет чувствовать постоянное беспокойство и другие штучки. Хороший план, Треноди! — произнесла она, вспорхнув на насыпь. — Бабблс, кажется, уже принялся за омлеты, так что я попрошу оставить кое-что и для тебя!

Я улыбнулась, проводив её в взглядом, и закончила чистить свои перья. Мне казалось, что я никогда не избавлюсь от этого морковно-тухлого вкуса в своём рту. Настоящая морковь — это здорово! Я люблю её! Хрустящая, оранжевая, чуточку сладкая. Но то, что было в спаркл-коле… фу. Морковь была слишком сладкой, слишком искусственной, и честно говоря, та редкая вишня была в тысячу раз лучше.

После чистки перьев моим крыльям стало гораздо лучше, чем прошлой ночью. Я вспорхнула на вершину насыпи и увидела, что Блэкджек вернулась. Она наблюдала за счастливой болтовнёй Глиттер и Бабблгама, пока тот готовил довольно большой омлет в своей чугунной сковородке, любезно удерживаемой над огнём магией Глиттер. Глаза Блэкджек мгновенно оказались на мне, выражение её лица было спокойным, она просто смотрела на меня со своей маленькой улыбкой, не говоря ни слова. Я замерла, пытаясь понять, что делать с неловкостью прошлой ночи. Что если Блэкджек спросит меня об этом в присутствии этой парочки? О, Луна…

Затем она жестом показала на сковородку.

— Без сомнений, дикая природа в этой части пустоши чуточку крупнее. Мы нашли гнездо размером больше, чем я. Всё это из одного яйца. — произнесла она, кивнув в сторону омлета. Это всё? Она что, собиралась оставить этот груз висеть на моей душе? Худшее утро на свете!

Я встряхнулась и подбежала к Глиттер, чтобы сесть с ней рядом.

— Одно яйцо? Богини. Надеюсь, что его мама не придёт за нами, — я принюхалась к сковородке, и мой живот заурчал. Ну, этим утром я была слегка голодной. До тех пор пока Блэкджек не скажет что-нибудь испортив мне настроение. — Что… теперь? После завтрака, я имею в виду, — произнесла я, глядя на трёх пони, которых начинала считать своими друзьями.

Глиттер просто пожала плечами. Бабблгам подарил мне взгляд, который говорил «Я следую за тобой, босс, приказывай». Бля, значит я должна посмотреть на неё. Я медленно опустила свои глаза, на Блэкджек, с которой всё ещё не сошла эта, богинями проклятая, улыбка. И худшее, что мои собственные эмоции были в таком беспорядке, что я не могла прочитать её!

Блэкджек смотрела на меня несколько секунд, а затем указала на север.

— Туда. — Туда? Там ничего не было, кроме гор и лесов.

Я опустила одно ухо.

— Север? Но… нам придётся пересечь хребты Каскадии, и гору Хуф, — Я призадумалась. Что ж, это уведёт нас от Джанкшен-Сити, и я не знаю где мы окажемся, когда пересечём горы. За горой Хуф мои познания в географии… кончались. Где-то там была большая река, а ещё много лет назад гора Хуф была вулканом, но… не более того. Я знала, что там была парочка портовых городов, но где точно я не знаю. Последователи не заходили так далеко. Известно только то, что где-то там находится тринадцатый врачеватель, но только Луне известно где именно он обосновался.

— Ты уверена, что нам следует идти на север? — Спросила я, сводя уши, пока обдумывала это. Чёрт, я бы очень хотела читать её лучше, чем я была на то способна сейчас. Это бы… облегчило задачу.

— Этот путь показала бутылка, — сказала Блэкджек, как будто её заявление имело абсолютный смысл.

— Бутылка?

Бабблгам покрылся румянцем.

— Она вращала бутылку, чтобы выбрать направление, — сказал он внезапно неуверенным тоном, как будто не хотел идти с нами. Я не могла винить его. Кто ходит туда, куда покажет бутылка?

Глиттер оживилась.

— Это что-то вроде той игры, где ты вращаешь бутылочку, а затем целуешь пони, на которого она показала?

— Типа того, — ответила Блэкджек с лёгкой улыбкой, — Судьба — мой навигатор.

— Ты перекручивала её четыре раза, — отметил Бабблгам.

— Смотри, нет смысла идти на восток, так? Мы же пришли из Хуфингтона, — сказала она, слегка покраснев. — И с чего бы судьбе хотеть, чтобы мы пошли прямо вниз? Что, я должна направиться в земли зебр или ещё куда-то?

— Она уронила бутылку, а она застряла в земле с направлением вниз, — продолжал объяснять Бабблгам, словно искал подтверждения того, что Блэкджек была сумасшедшей.

— Что важно, — подчеркнула Блэкджек, — это то, что у нас есть направление. Или ты хочешь сам покрутить? — спросила она, поднимая пустую бутылку спаркл-колы.

— О! О! О! Я очень хочу покрутить бутылку! — выпалила Глиттер, продолжая ухмыляться Бабблгаму, который внезапно оказался более заинтересованным подсчётом пузырьков в омлете, чем в моей подруге. Жеребцу повезло, что его грива и шерсть так хорошо помогали скрывать румянец.

Я опустила свои уши, посмотрев на неё. Она занималась этим. Серьёзно? Я покачала головой, пытаясь выкинуть чувства собственного разочарования.

— Ну и чёрт с ним. Почему нет? Как я сказала, Бабблгам, если ты пойдешь с нами, то мы заплатим тебе по пути. В моём списке планов это далеко не первая строчка, — призналась я, забирая бутылку у Блэкджек.

Я положила бутылку на бок и сделала глубокий вдох. В пизду. Я уже была вовлечена в новую жизнь глупых решений, так почему бы мне не доверить свою судьбу игре в бутылочку? По крайней мере я знала, что меня не поцелуют в конце. Я пнула бутылку копытом. Бабблгам и Глиттер наблюдали за этим, широко раскрыв глаза, пока бутылка крутилась и крутилась, и крутилась… и замедлилась… перестав вращаться, указывая прямо на…

Блэкджек. Я сразу же подтолкнула бутылку со злостью, мои щёки пылали, горлышко бутылки показало на несколько дюймов правее неё куда-то на север. Трудно быть уверенной, без карты пипбака.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох через нос. Точно. Потому что мне это нужно сегодня.

— Итак… полагаю, мы идём на север. Из всех дурацких вещей, в которые я позволила тебе втянуть меня, Блэкджек… — я затихла, осознавая как я её назвала. Дерьмо.

— Всё в порядке, — произнесла она, подойдя к Бабблсу и обняв его передним копытом. — У нас была долгая беседа утром. Ничего страшного, если ты будешь звать меня Блэкджек, раз уж я так похожа на неё. Верно, Бабблгам? — спросила она жеребца, который чувствовал себя довольно неуютно из-за объятий. Или может из-за свирепого взгляда, которым Глиттер смотрела на Блэкджек? — Поторопитесь и начинайте есть. Я не имею ни малейшего понятия, что находится в этом направлении. Мне немного интересно будет узнать.

Под бдительным взором Глиттер, и Блэкджек, я на самом деле съела значительную часть завтрака, приготовленного Бабблгамом. Глиттер не стала завтракать, нахватавшись радиации в недавних попытках вымыть меня, и, честно говоря, я не была уверена нужно ли Блэкджек кушать. Требовало ли её новое тело еды? Или это было больше привычкой? Она съела несколько кусочков, гораздо меньше чем я, но потом просто присела и наблюдала за нами.

Потом мы сложили лагерь и направились в сторону, выбранную для нас судьбой.

* * *

Мы разговаривали, пока шли на север. Изначально я пыталась абстрагироваться от беседы, летая над ними под предлогом поиска засад, но Блэкджек раскусила меня, стащила с неба на землю своей магией и пригрозила, что свяжет мои крылья, если я снова попробую это. Самое страшное было то, что я верила ей!

— Знаешь как называют одинокого пегаса, летящего над деревьями? — Cерьёзно спросила Блэкджек. — Очень лёгкой мишенью. Лети под кронами деревьев. К счастью, после этого она говорила мало. Пока мы шли её глаза сканировали наше окружение… непринуждённо, но с глубоким напряжением внутри.

К счастью, Глиттер была гораздо более заинтересована в разговоре с Бабблгамом, поэтому мы шли позади пары в относительной тишине. Лес переходил от мёртвых дубов со спутанной кроной к соснам и елям с коричневыми иглами. Впереди были горы. Гора Спайка была последней в цепи, едва видимой сквозь облака. Тем не менее, это был путь по которому нас направила судьба, ведь так?

— Так… знаешь, почему я не поцеловала тебя прошлой ночью? — спросила Блэкджек необычно тихим голосом, чтобы другие не слышали, пока мы шли.

Я споткнулась и чуть не упала, услышав это. Посмотрев на неё, мои зелёные глаза вспыхнули нефритом.

— Потому что ты знала, что я дура и перепутала факт того, что ты заставила меня чувствовать себя в безопасности с чем-то большим? — прошипела я. — Давай, скажи какая я несмышлёная дурашка!

Глиттер оглянулась на нас.

— Блэкджек? Как ты назвала Трен? — спросила она, нахмурив брови.

— Никак. Расскажи ему больше о Драй Клин. Это забавные истории, — беззаботно сказала Блэкджек. Она продолжила, когда Глиттер возобновила свою беседу с Бабблгамом, — Тебе на самом деле нужно научиться не поднимать тон, когда сердишься.

— Я могу делать это, когда сержусь, — прошипела я в ответ, всё ещё глядя на неё. — Просто твой вопрос… вот смотри. Давай будем честными. Я знала, что рано или поздно ты меня об этом спросишь и боялась этого, хорошо?

— Знаешь, как я начала свои отношения с Глори? — сказала она, её острый взгляд стал мягче и отдалённее. Внутри нёё начали вспыхивать и реагировать нестабильные эмоции. Ох, это были бы острые чувства, если бы я могла полностью их ощутить сквозь свой хаотичный туман эмоций. Я просто покачала головой, недостаточно доверяя себе, чтобы говорить прямо сейчас. — Мы только что спасли моё стойло. Всё напряжение спало. Мы вместе приняли душ, а потом занялись сексом. Вот так просто мы стали парой. — Её улыбка исчезла. — Для меня это не значило столько же, сколько для неё.

Я медленно кивнула. Меня беспокоило то, что мы говорим о её проблемах именно сейчас, но я чувствовала, что мне нужно выслушать.

— Она хотела большего, чем просто секс? — тихо спросила я, пытаясь понять, в чём была суть проблемы. — Или ты хотела большего?

— Для неё я была той пони, которая разбила пуленепробиваемое стекло, чтобы разнести анклав, когда их офицеры выжигали её кьютимарку. Я была той пони, которая пыталась сделать Флэнк и Капеллу безопаснее. Я была той, кто мог быть героем, как её отец. Но я не была той пони, и мы стали парой, прежде чем успели это обсудить. До того, как мы оба узнали, во что ввязываемся. — Она глубоко вздохнула. — Это причиняло ей боль. Сильную. Большую, чем она когда-либо признавалась. Большую, чем она заслуживала.

Я нахмурилась, не зная что делать. Я хотела обнять её крылом. Но она также заставила меня чувствовать себя глупо. Так не пойдёт.

— Я не эксперт в отношениях и никогда в них не состояла, но мне кажется, что иногда мы делаем вещи, к которым не готовы и страдаем из-за этого. Я… понимаю почему ты хотела, чтобы я подождала прошлой ночью. На самом деле, я… очень благодарна за это, — призналась я, её честность с её собственными эмоциями вызывала во мне желание хотя бы раз ответить взаимностью.

— Я была вот настолько близка к тому, чтобы сказать да, — сказала она с улыбкой, держа копыто в сантиметре от своего рога. — Но… ты не такая, как Слэйт или Сэндэлвуд, или кто-либо, с кем я была с тех пор, как мы ушли. Ты больше, и я не хочу причинять тебе боль, как я причиняла боль Глори. Никто этого не заслуживает. Я не хочу, чтобы ты влюбилась в меня, а потом сломалась.

— И я не хочу причинять тебе боль, — тихо вздохнула я, глядя вниз на пыльный след, по которому мы шли. — Меня стошнило сегодня утром, когда я подумала о том, чтобы быть с тобой. Н-не потому, что я думаю, что ты отвратная или что-то такое! Просто… это было неправильно. И я знаю, как бы ужасно я себя чувствовала, если бы… поцеловала тебя и я не хотела, чтобы ты чувствовала себя использованной.

— Использованной? Я? — она ухмыльнулась, а потом засмеялась. — Вперёд, используй меня, если хочешь. Если готова. Я не против. Просто я не хочу быть кобылой, которая причинит тебе ещё больше боли, чем ты уже перенесла. Я почти сделала это… до того, как ты рассказала мне, что с тобой случилось. Тогда я сильно корила себя. Но я не хочу ничего делать, пока ты не будешь уверена, что это правильно.

Я посмотрела на неё.

— Блэкджек. Ты когда-нибудь думала, что, возможно, тот факт, что тебя не напрягает быть использованной, может быть частью проблемы? Потому что это серьёзное дело. Никто не заслуживает того, чтобы их использовали. Неважно, что они сделали. Черт, я встретила Нэйлса, жеребца, который ... — я не могла этого сказать. — Даже он не заслуживает того, чтобы его использовали. Почему ты считаешь, что для тебя это нормально?

— Потому что я могу выдержать это, — ответила она в ту же секунду. — Это то, что им нужно. И если я смогу заплатить эту цену, чтобы им не пришлось, я заплачу. Потому что могу.

— Это самая большая куча браминьего дерьма, которую я когда-либо слышала, — огрызнулась я, всё ещё говоря шёпотом. — Блэкджек, ты вбила себе в голову, что у тебя долг перед всем миром. Долг, который не может быть оплачен. Я не знаю, откуда это, черт возьми, взялось, но прекрасные половые губки Луны, кобылка! Ты заслуживаешь намного лучшего!

— Я была добровольным винтиком в машине, посвященной использованию пони худшими способами, которые можно себе представить. Я убивала жеребят моложе тебя. Я отравила всех друзей, с которыми выросла. Я взорвала рабов, потому что была нахальной. Я почти забила сестру Глори до смерти, — тихо сказала она, её эмоции портились с каждым шагом. — Никогда не думай, что ты знаешь, чего я заслуживаю, Треноди. Не после того, как все пони, которых я любила были убиты или ещё хуже.

Вместе с её эмоциями испортились и мои.

— В таком случае, что делает тебя настолько, блять, особенной, что ты считаешь, что смерть не искупает, хотя бы частично, твой долг? Не потому ли это, что ты не можешь простить себя? Эту песенку я знаю. Или ты, как Айви, дрочишь на страдания?

— Ну тогда, по твоей логике, всё, что мне нужно сделать, это продолжать умирать, пока я не смогу простить себя. Отлично. Я запомню это, — фыркнув сказала она.

Я снова взглянула на неё.

— Это не то, что я имела в виду, Блэкджек. И ты это знаешь.

— Ты хочешь знать, каково это — умереть? — спросила она, ощетинившись. — Это прекрасно. Это такое облегчение, потому что всё кончено. Вся боль. Всё страдание. Просто уходит. Смерть была моей лучшей ночью, когда я спала. Это был отдых, который я заработала, но мне было наплевать, потому что я была в покое. — Она прорычала. — Только я проснулась. Снова. И снова. И снова. Ты хочешь знать, каково это? — прошипела она. — Каково это — открывать глаза и понимать, что нужно продолжать идти с болью и страданиями? Хочешь почувствовать эту эмоцию, Трен?

Я остановилась и закрыла глаза. Я чувствовала как слёзы катятся вдоль моих век. То, о чём Блэкджек не знала — не могла знать — это то, что я знала эту эмоцию. Я испытывала её в течении двух недель после того, как жеребец, с которым я так усердно работала, чтобы спасти его убил себя передо мной.

— Ты знаешь, каково это, когда врачеватель душ связан с кем-то в момент их смерти? — тихо спросила я, оглядываясь на неё с болью, очевидной на моей мордочке. — Я знаю, какое облегчение почувствовал жеребец, когда убил себя на моих глазах. Я знаю это желание отдохнуть, чтобы всё просто… прекратилось. Но потом мне пришлось продолжать работать. Ложиться спать и просыпаться. Притворяться, что этого не произошло. Как и всё остальное. Не говорить об этом. Не обсуждать это. Просто ложиться спать, зная, что тебе всегда придётся просыпаться снова.

Она молчала минуту.

— Тогда ты знаешь. Хорошо. Жизнь — это страдания, перемежающиеся чудесными и ужасными моментами. Единственный плюс во всём этом то, что жизнь заканчивается. Так что я делаю то, что ты хочешь. Я жива, застряла в этом клоне и делаю то, что от меня хочешь ты и другие врачеватели. Не говори мне, что я всё искупила своей смертью. Мне нужно умереть десять тысяч раз, чтобы оплатить этот чек.

Меня осенило.

— Ты завидуешь мне, да? — спросила я, чувство вины наполняло всё моё существо. — Потому что… я в любом случае умру, когда состарюсь, или если меня застрелят. Будет конец. — Я почувствовала как знакомая тёплая струйка бежит по моей мордочке, но проигнорировала это.

— Нет. Я завидую Глори. Я просто хотела бы, чтобы, когда я спасла мир, не было бы слишком многим просить вселенную, чтобы я разделила это с ней. И П-21. И Рампейдж. Лакуной… — она сжала зубы, когда слеза пробежала по щеке, но она тоже проигнорировала это. — У тебя впереди целая жизнь, и да, она немного потрёпана, но ты ещё не облажалась по-крупному. Не сделала то, за что не можешь простить себя.

Я кивнула, снова продолжив идти за Глиттер и Бабблгамом. Под всем этим я почувствовала, что не ошиблась в своих словах. Она завидовала мне. Потому что я могла узнать то, что случится после моей смерти или воссоединиться… с теми, кого я потеряла. У меня нет причин упоминать, что врачеватели душ умирают молодыми из-за стресса. Я вытерла свой окровавленный нос взмахом крыла.

— Я знаю, что ты не можешь простить себя за всё, что ты сделала, Блэкджек. Я уважаю это. Я просто хочу найти способ помочь тебе, как друг. Немного облегчить бремя. Даже ты заслуживаешь больше доброты, чем получила до сих пор от этого глупого мира, — сказала я, пока мы с Блэкджек старались поддерживать темп, чтобы не отстать от идущих впереди голубков. Или, ну, Глиттер и очень неумело флиртовавшим Бабблгамом.

— Большинство пони заслуживает, Треноди. Я просто поставила себя в конец очереди. Когда все остальные получат свою доброту, я получу свою, — безапелляционно сказала она.

— Ну, я не Флаттершай, так что не похоже, что у меня есть элемент Гармонии, чтобы попытаться дать тебе доброту вопреки всему этому, — сказала я с лёгкой усмешкой. Я прыгнула и обернула свои передние ноги вокруг её шеи, обнимая. — Если бы я была элементом, я заставила бы тебя принять мою лубофф! — подразнила я, внезапно отпуская её и неистово краснея, когда я поймала взгляд обернувшегося Бабблгама, ухмыляющегося нам.

Вдруг Блэкджек засунула язык в мое ухо.

— Ахаывол, Блэкджек! Зачем ты сделала это?!

Глиттер и Бабблгам громко ржали над моими страданиями. Сволочи. Все мои друзья — сволочи.

…и я безгранично люблю их.

* * *

На следующий день мы были окружены соснами, горы были обманчиво близки за этим ковром деревьев. Хоть жизнь здесь и поражала воображение, она не была здоровой. Пожелтевшие участки мёртвых деревьев и почерневшие рубцы старых лесных пожаров плотно завалили просеку. Мы приближались к баррикаде — небесному фургону, пересекающему дорогу. Знак рядом с ней гласил:

«Три реки — 2 мили. Фолд — 12 миль»

Фолд? Что, кто-то поленился придумать нормальное название?

— Так, хорошо, Три реки — это понятно, но какого сена город назвали Фолд? Это напоминает мне о… — Бабблгам прервался — Эм. Я имею в виду, странное название, — прокомментировал он.

— О какой складке ты подумал, Бабблс? — поддразнила его я, ткнув земного пони в сильное плечо. О… его плечо реально крепкое…

Глиттер Бомб левитировала меня от него, опустив меня с другой стороны от себя!

— Я не думаю, что сейчас самое время для этого.

Я нахмурилась, глядя на Глиттер, но не стала сердиться на неё из-за левитации.

— Ну, о чём, по-твоему, он говорил, Блэкджек? О чём-нибудь весёлом? — спросила я.

— Я думаю, что мы должны беспокоиться об этой баррикаде и о том, кто за ней стоит, — сказала она, левитируя дробовик и приближаясь. — временами я скучаю по своему ЛУМ'у, — пробормотала она, а затем крикнула. — Эй! Есть здесь кто-нибудь?

Через мгновение выскочивший бородатый жеребец поднял голову с налитыми кровью глазами, и уставился на нашу четвёрку.

— Пошлина! — заорал он, возясь с ржавым охотничьим ружьем. — Это территория Тимберджеков! Я должен взять пошлину Королевства Фолд!

О, хорошо. Прошло два дня, а нас уже трясут местные жители.

— Что это за пошлина? — спросила я, шагая рядом с Блэкджек.

— Крышки! — орал коричневый жеребец. — Всё что у вас есть! Пятьдесят! — сказал он, разглядывая нас по очереди. — И еда! Вся ваша еда. И вся трава, какую вы несете! И… — он моргнул мутными глазами мимо нас. — Лягать мой бок… это что, Принцесса Луна?

Мы все повернулись, чтобы посмотреть на Глиттер Бомб, которая ухмыльнулась и помахала жеребцу.

— Здравствуйте, Мистер Охранник. Я страшаюсь, что у нас нет ваших крышек. Или еды. Потому что это нам нужна еда. Но мы можем дать вам немного спаркл-колы! — сказала она, пытаясь занять царственную позу.

Он облизал губы.

— Я возьму немного колы, — пробормотал он, поднимаясь на копыта и жестом указывая на маленькую дверь на дальнем конце небесного фургона. Пройдя, я увидела несколько десятков старых зданий, мотель и станцию перезарядки спарк-батарей, а также несколько разрушенных построек, c растущими из них деревьями. Только мотель казался заселённым, к нам подошел квартет жеребцов одетых во фланель. Они выглядели не так безобидно, как тощий часовой. Я перевела взгляд на Блэкджек, когда увидела в их боевых сёдлах дробовики находящиеся в куда лучшем состоянии.

— Эй! Что ты там делаешь, Пайн Сап! Вы уплатили пошлину? — Потребовал их лидер, приближаясь.

Сап моргнул и повернулся к нам.

— Вы уплатили пошлину, верно? — бормотал он.

Глиттер Бомб левитировала квинтет бутылок спаркл-колы Сапу.

— По бутылке каждому пони, верно, Мистер Охранник?

Но их лидеру было наплевать на это.

— Крышки! Сейчас! — проорал он. От него исходило убийственное нетерпение. Я чувствовала это. Он хотел, чтобы мы умерли до или после того, как мы заплатим.

— Но Мистер Сап сказал, что колы будет достаточно! — запротестовала Глиттер. Я взглянула на своё левое копыто, пытаясь определить, как быстро я смогу достать свой пистолет и открыть огонь. Блэкджек одарила жеребца убийственным взглядом. О, нет…

Лидер не ответил Глиттер, но его челюсть была столь же быстра, как и Блэкджек, выскочившая передо мной. Два дробовика в его боевом седле взревели, стреляя по белому щиту, который она возвела вокруг нас. Края магического барьера треснули, замерцав от перегрузки, но всё ещё продолжали защищать меня.

— Глиттер, щит! Бабблс, бросай! — сказала она, когда четыре противника рассредоточились, чтобы стрелять за прикрывающий нас щит. Тощий жеребец нырнул за баррикаду и спрятался, когда пули, не поглощённые щитом, стали решетить небесный фургон позади нас.

Я застыла, не в силах двинуться. Они стреляли в нас! Время, казалось, замедлилось вокруг меня, пока я беспомощно наблюдала. Бабблгам уже держал гранатомёт — небольшой взрыв липкой жвачки накрыл пони, окружающих нас слева. Глиттер подняла большой щит, который окружил всех нас, её рог заискрился, когда она выстрелила магической стрелой через свой щит в лидера справа.

Последний нападающий вытянул бензопилу из строп и бросился вперед. Он включил её рывком и замахнулся на щит Блэкджек. Лезвия высекали искры из щита и выгрызали куски свежей, кристаллизированной магии. Бойфренд Глиттер смог беспрепятственно выстрелить. Ненависть и злоба лились с него словно река, когда он выстрелил практически в упор. Вторая пара поочерёдно стреляла и пыталась освободиться от липкой массы, что удерживала их на месте, в то время как копыта Бабблгама работали, перезаряжая гранатомет.

Блэкджек исчезла во вспышке вместе с ней исчез и щит, отправив держащего бензопилу жеребца на землю. Появившись в пятидесяти футах позади, магический залп вырвался из её рога — пять стрел от неистового града нашли свою цель и погрузились в его плоть. Магия прорвалась через бензопильщика с силой снаряда винтовки, я почувствовала как ярость вытекала из него… а затем… пропала.

— Давайте. Прячьтесь за своим тупым выродком, — насмехался один из приклеенных к земле. — Мы освободимся от вашей тупой жвачки, а затем… — Но Бабблгам просто крепко сжал губы и выстрелил гранатой над пузырем Глиттер. Жестяная банка крепко увязла в массе жевательной резинки между ними, они презрительно усмехнулись.

А затем они исчезли.

Взрыв разорвал на куски щит Глиттер и сделал то же самое с парой. Только восемь копыт до сих пор держались на древнем асфальте красно-розовым пятном. Остальное разбросало на сорок футов по округе.

Лидера не полностью поглотило взрывом, но его усыпало кусками стали и пони, он всё ещё сильно кровоточил в тех местах, где его ранила Глиттер. Четыре на одного, у него не было шанса на победу. Это не имеет значения. Он хотел убить нас. Всех нас. Чистое, дистиллированное отвращение в желании уничтожить нас за дерзость сражаться с ним. Блэкджек указала на дробовик, оставшийся у него на боку, картечь разорвала его задние ноги на куски. Он с тяжестью сел, его ненависть перетекала в недоумение, пока он оглядывался через плечо на сцену развороченных тел.

Его голова исчезла в туче свинца.

Пайн Сап сидел позади нас, прижав к себе ржавую винтовку. Он выронил её и поднял копыта вверх.

— Я сдаюсь! — Заявил он твёрдо, размахивая копытами над головой в искреннем желании доказать правдивость его капитуляции.

Я всё ещё не могла двигаться. Я никогда не видела так много… так много смертей, быстро сменяющих друг друга. Я смотрела на Блэкджек с широко раскрытыми глазами, пока она проверяла вход в мотель. Мы только что убили четырёх пони! А они хотели нас убить! Что, блять, не так с этими пони?!

Глиттер потёрла основание своего рога.

— Ау… эта граната действительно делает больно, Бабблгам!

— Прости за рог, Глиттер, но это лучше, чем позволить им причинить тебе боль. Они сделали бы это намеренно, — произнёс жеребец, сурово смотря на кровавые ошмётки своими розовыми глазами. — Ненавижу, когда мне приходится переключаться на другие гранаты. — Я постаралась не закатить глаза, когда почувствовала фонтан любви, бьющий из Глиттер Бомб. Или не любви. Была ли это похоть? О, Луна.

— Ещё не конец, — раздался голос Блэкджек. Из мотеля раздались крики и скрежет оживающего мотора. Наружу тяжело шагал механический пони. Он выглядел так, словно какой-то пони увидел картинку с силовой бронёй и решил наклепать собственную, пришпандорив к ней листы железа и кучу спарк-батарей. Возможно это и было уродливо, но на его спине располагались шарниры с пулемётом, а из плеч, словно крылья пегасов, тянулись две руки с циркулярными пилами.

— Займите укрытия! — Прокричала Блэкджек, убегая от нас и пытаясь отвлечь внимание на себя, пока он наводил свой пулемёт на неё.

Я встряхнула себя. Мне нужно двигаться. Мне пришлось двигаться. Я вытащила свой маленький пистолет и открыла огонь, поднявшись в воздух. Защити Блэкджек. Не получи пулю. Продолжай двигаться. Зелёные молнии дезинтегрирующей магии полетели вниз к цели, но металлический монстр просто проигнорировал их.

— Дерьмо, — прошипел Бабблгам, заряжая очередную гранату. — Сюда, долбоёб! — прокричал он, бросаясь к укрытию в виде ржавого трактора. Граната выстрелила с характерным звуком, сделала дугу и взорвалась рядом с металлическим пони. Заряд оторвал несколько пластин силовой брони и помял костюм, но пони внутри остался нетронутым. Он сфокусировался на Блэкджек — пули рассекали воздух и вспахивали грязь, пока та металась по полю битвы.

Я смотрела вниз, пока мимо моего уха не просвистела пуля, давая мне понять, что из старого мотеля вышел не только бронированный пони. Кобыла с совершенно новой охотничьей винтовкой держала меня на прицеле! Я сложила крылья и бросилась вниз, пытаясь уйти с её мушки. Не схлопочи пулю! Не схлопочи пулю! Глиттер отправила гранату кобыле-стрелку своей магией, взлетая следом, но та успела нырнуть в укрытие прежде, чем граната настигла её.

Блэкджек сотворила клинок из света и сократила дистанцию, циркулярная пила рубанула вслепую, но фактически удержала её от того, чтобы оторвать от брони пару кусков. Она всё ещё была, достаточно близко чтобы, пулемёт не мог навести на неё прицел и вместо этого нацелился на Бабблгама и Пайн Сапа. Молодой пони прижал неряшливого бородатого жеребца коричневого цвета к земле, когда пулемёт застрекотал потоком пуль. Кобыла-стрелок целилась в меня для очередного выстрела. Я должна выстрелить первой. Я должна… дол…

Я не могла сделать это. Я хлопала крыльями так сильно, как могла, цепляясь за высоту. Мне нужно подняться выше. Я не могу застрелить её. Она пыталась убить меня, а я не могла выстрелить в ответ. Затем я почувствовала это. Пуля прошла через мышцу моего крыла огненным перстом. На мгновение я просто зависла в воздухе, а затем начала падать вращающимся волчком. Моё неповреждённое крыло старалось изо всех сил, чтобы замедлить падение. Чтобы я не разбилась о старую дорогу. Это не помогало. Я собиралась умереть…

Затем меня окружило свечение и остановило моё падение.

— Поймала! Я поймала тебя! — закричала Глиттер, взмыв в воздух, чтобы поймать меня. Она убаюкивающе притянула меня к себе, из её глаз текли слёзы.

— Ты… ты… — она давилась от собственного гнева, глядя вниз на кобылку. Её тоже окутало магическое поле. — Ты просто злюка! — взревела Глиттер, подбрасывая кобылу в воздух и с силой бросая её обратно на землю. — Злюка! — ещё один удар о землю. — Злюка! — ещё один. — Злюка! Злюка-злюка-злюка! — Спустя минуту очень трудно было поверить в то, что эта кровавая масса мяса и раздробленных костей когда-то была пони, Глиттер продолжала размазывать её по асфальту с вопиющей и раскалённой яростью.

— Глиттер! — закричала я, прерывая её истерику. Закричала, потому что ничего другого не могла сделать из-за своего крыла, которое теперь ощущалось, словно оно было заполнено расплавленным свинцом. — Она мертва!

Аликорн замерла с широко раскрытыми глазами, слёзы стекали по её щекам.

— Я… я сделала что-то плохое? — прошептала она.

Я покачала головой.

— Ты поймала меня. Это… давай приземлимся. Мне нужно зелье. — сказала я, слёзы навернулись на глазах. Боль в моём крыле перехватывала дыхание, я чувствовала, что мне очень, очень холодно.

Я посмотрела вниз, чтобы увидеть… тела. Тела повсюду. Точнее тела и их куски. Бабблгам прокладывал свой путь через трупы. Склёпанный комплект силовых доспехов сидел неподвижно, голова брони полностью исчезла. Из-под потрёпанного нагрудника струился самый настоящий поток крови. В моём животе потяжелело, когда Глиттер посадила меня на землю.

Приковыляла Блэкджек — её шкура почернела, её кожаная броня покрылась осколочным узором и шрапнелью, кровь капала из нескольких рваных ран. Проигнорировав собственные увечья, она начала копаться в своих сумках и вынула зелье.

— Глиттер, можешь держать её крыло ровно, пока она исцеляется? Если нам повезёт, то всё срастётся правильно. — произнесла она, передав мне фиолетовое зелье своей магией.

Я медленно выпила его до дна, пытаясь справиться с тьмой, подступающей со всех сторон моего поля зрения, пока Глиттер держала моё крыло ровно. Тошнота прокатилась по всему моему хилому телу с болью. Я очень, очень сильно надеялась, что меня не вырвет этим зельем.

Бабблгам подбежал к Блэкджек, его лицо было покрыто сажей. Длинный, но неглубокий порез шёл вниз от его левой щеки, слегка кровоточил. Он посмотрел на меня.

— Вот дерьмо, с ней всё в порядке? Я… думаю, что мы со всеми разделались. Ну, не считая его. — он кивнул через плечо в сторону тощего жеребца.

Пайн Сап сидел, подняв свои копыта в воздух.

— Я сдаюсь, — повторил он, а затем, словно не уверенный в достаточности своей капитуляции, сложил копыта за голову. На мгновение сжав губы, он снова поднял их над своей головой и стал показывать их каждому из нас по очереди, убеждая в искренности своей капитуляции.

— Хорошо, — зловеще прорычала Блэкджек. — Потому что у меня есть вопросы.

* * *

— Смотри, Треноди положит на тебя своё копыто, чтобы убедиться, что ты не лжёшь, — объяснила Блэкджек несколько минут спустя в разгромленном холле мотеля. Покойные жители были не лучшими домработниками. Груды мусора, пустые бутылки из-под бухла и сырой, вонючий запах какого-то дыма не исчезал вокруг всех нас. Ох, и новый аромат смерти, крови и вспоротых кишок, что доносился сюда снаружи.

Пайн Сап кивнул, когда мы посадили его за сгнивший стол для пикника, но вздрогнул, когда я деликатно положила копыто на него.

— Я врачеватель душ, — объяснила я, хотя взгляд, которым он мне ответил, говорил о том, что он понятия не имел, о чем я говорю. — Думай обо мне как о пегасе-детекторе лжи.

— Слушайте, детки, я просто живу здесь. У меня не было ничего общего с ними, я просто ошивался снаружи, — пробормотал он, его глаза резко поднялись на меня с Блэкджек и опустились.

— Дерьмо браминье, — сказала я сразу, как только почувствовала скользкое неровное уклонение в нём. Его налитые кровью глаза широко раскрылись, когда он уставился на меня. — Я знаю, когда ты врёшь. Я могу чувствовать твои мысли, — сказала я с крошечной ухмылкой, чувствуя, как лёгкое возбуждение паранойи пробегает по нему прямо сейчас. Ладно, возможно иногда допросы бывают весёлыми.

— Воу, — прошептал он, смесь очарования и страха пузырилась в нём. — Ох… ладно. Я просто был тем, кто собирает пошлину за вход, понимаешь? Вот и всё. Мне эти парни никоим образом не нравились. — сказал он, почти сгорая от своей необходимости не попадаться во лжи.

— Тогда почему ты все ещё здесь? — спросила Блэкджек, наклонившись близко к потрёпанному жеребцу.

Пай Сап сглотнул.

— Потому что здесь у меня есть свой сад! В подвале этого мотеля, мой большой сад с травой. Отличная вещь! Реально расслабляет, когда куришь! Я не хотел оставлять его!

Я кивнула Блэкджек, та ухмыльнулась.

— Так значит ты здесь вместе с этими бандитами только потому, что здесь хранятся твои препараты?

— Эй! Это не препараты! Я никогда не прикасался к Дэшу или чему-то подобному! Моя трава полностью натуральная, созданная самой Селестией и Луной! Я даже самогон не пью! — Я одарила его скептическим взглядом. — Ладно-ладно, может быть я пью немножко самогона. Но не много. — Ещё один скептический взгляд. — Ладно, может быть известна пара случаев, когда я слегка напивался, но разве это неправильно, а? Мне это нужно для сна!

Блэкджек опустила своё копыто вниз, на поверхность стола. Не громко, но достаточно для того, чтобы Пайн Сап подпрыгнул.

— Расскажи мне о Тимберджеках, — произнесла она, её голос неким образом звучал гладко как камень, и в тоже время остро как шрапнель.

Тощий жеребец резко сглотнул.

— Это новая банда. Оперируют лишь несколько последних лет. Они переняли к себе всех заводчиков травы, и теперь если вы хотите приобрести траву, то вам придётся иметь дело с ними. В Фолде все имеют. Вот такие грабли.

Мы с Блэкджек разделяли взгляд на приоритеты Сапа.

— Так они рейдеры, бандиты или кто? — продолжала давить Блэкджек.

— Чтож, они не едят народ, так что... эм... да? — сказал он, свободным копытом пробежавшись по своей гриве. — в прошлом они были просто бандитами, но у них не было такого нового и блестящего оружия, — он кивнул в сторону Бабблгама, который смотрел на одну из новых охотничьих винтовок которую мы присвоили себе. — Не скажу, что меня можно назвать самым смышлёным старикашкой, ходившим по этой земле, но я знаю, что не так много мест, где вы достанете такие пушки. В конце концов точно не в этой части Каскадии! — Если бы я был держащим пари жеребцом, которым я не... — Он снова посмотрел на меня. — Ладно, я обычно сливаю все крышки. Но я бы сказал, что они получили их от Рейнджеров.

— От Рейнджеров? — Спросил Бабблгам сконфуженно. — В смысле от Рейнджеров Эпллджек?

Пайн Сап потряс своей головой.

— Среди всех них нет ни одного яблокоголового. Большинство стальных рейнджеров всё ещё остаются стальными рейнджерами. Маленькая фракция откололась, но среди них от силы десяток пони, не больше. Слышал, что они потеряли большинство пони в бою, когда рейнджеры раскололись на две группы. Полагаю, что северо-западные немножко меньше разделены, чем остальные ордена или как у них это там зовётся. — Он посмотрел на Блэкджек. — Если вы хотите встретиться с яблокоголовыми, то найдёте их у руин Штормгейта, запада Портландии и Хува.

Блэкджек подняла бровь, глядя на него.

— Хув?

— Ну знаете, Хув! Ванхувер? Самый хреновый город с этой стороны? Думайте о нём, как о Хуфингтоне, но только с гораздо меньшим количеством жизни, высасываемой из неисправимых местных жителей. Турист может сказать, что пони там достаточно тупые. Но, по крайней мере, мы не Хуфингтон!

Мы с Блэкджек обменялись взглядами и хихикнули.

— Хорошо, теперь расскажи нам об этих стальных рейнджерах, — промурлыкала она, расхаживая вокруг стола для пикника.

Пайн Сап плюнул на землю под столом.

— Засранцы, большинство из них. Всегда такими были. Ебланы думают, что они самые крутые ребята со своей силовой бронёй и высокомощным оружием. Ёбанные продажники, вот кто они!

— Продажники? — спросила Глиттер, развалившись позади меня. — Что они продают?

Пайн Сап одарил мою подругу запутанным взглядом.

— Чего? Принцесса, вы мою траву курили? Я имел в виду про-даж-ны-е. Они как бы продали свои услуги этой чёртовой Семье!

Я посмотрела на Бабблгама, когда из него вырвалась волна тревоги. Он встал и прорысил к столу, присаживаясь на корточки.

— Они работают с Семьей? — тихо спросил он.

— Кто эта Семья? — спросила Блэкджек, когда Пайн Сап кивнул. Мне тоже было интересно, учитывая как забеспокоился Бабблгам, услышав об этой «Семье». Я не могла представить, что решительный жеребец оттенка перванш так легко испугался, и видя его таким я начинала очень сильно паниковать.

— Семья — это группа работорговцев, убийц и шантажистов, которые действуют из Сиэддла. — спокойно сказал Бабблгам, хмурясь при этом. — это не ваши ничтожные рейдеры. Они своего рода сторонники превосходства единорогов. Я не знаю полной истории, но говорят, что три стойла в Сиэддле пытались возвысить одну из рас пони над другими. Пегасы покинули их и присоединись к Анклаву. О земных пони никто ничего не слышал. Но единороги…

Пайн Сап встрепенулся.

— Не сразу. История гласит, что они — следы Тротсвийской Криминальной Семьи, которая каким-то образом просочилась в Стейбл-тэк. Они были большими шишками в организованной преступности до того, как бомбы разорвали всё на части. Наркотики, выпивка, проституция, всё что угодно — если это незаконно, то они замешаны в этом.

— Также ходят слухи, — продолжил Бабблгам, — что они были поставщиками рабов земных пони в Филлидельфии, — сказал он с мрачным выражением. Все мы обменялись беспокойными взглядами. Даже Глиттер выглядела обеспокоенной этой мыслью. С тех пор, как Красный Глаз сдулся, они создали собственное маленькое королевство в Каскадии.

Блэкджек нахмурилась, а затем посмотрела в мою сторону.

— Так почему же эта область не начала реформироваться, как Новая Кантерлотская Республика? — спросила она.

Пайн Сап указал копытом на вход в мотель.

— Это единственный путь между нами и Портландией. На другой дороге так много проклятой радиации, что ты станешь гулем, прежде чем преодолеешь её. Остальная часть — это горы, никто не хочет ползать по ним, чтобы добраться сюда, — он посмотрел на всех нас. — Вы ведь не отсюда будете, да?

Мы покачали головой. Я убрала копыто с Пайн Сапа и посмотрела на Блэкджек. — Итак… мы направляемся в дикую глушь, полную гангстеров и бандитов, — невозмутимым тоном заключила я. — Я виню бутылку.

Она ответила мне ухмылкой и подтрунивающим выражением, но под её маской эмоции бились в хаосе.

— Эй, это ты согласилась с судьбой и сказала, что мы идём на север. Не моя вина, что мы пошли на северо-запад!

Бабблгам кашлянул.

— Вообще-то у меня есть компас. Я задавался вопросом — почему мы пошли этим путем, а не отправились прямо на север. Я думал, что причина заключается в том, что бутылка первоначально остановилась на Блэкджек,—любезно предположил он. Мои щёки горели, когда я отвернулась.

Блэкджек подбежала к Бабблгаму, схватила и стала тереть его макушку копытом.

— Ай! Эй! Оу!

— Вот что происходит с логичными пони. Хочешь этого? — спросила она, её глаза вспыхивали весельем. Под этим весельем скрывалось бурное море запутанных чувств. Сожаление, желание, забота и беспокойство вместе обрушились, создав хаотичный беспорядок неуправляемых волн. Ну по крайней мере она не плакала.

Пайн Сап прочистил своё горло.

— Ух… если вам нужен маршрут, у нас есть карта здесь, в мотеле, — сказал он и показал копытом на выцветшую пластиковую жёлтую карту с выделенным рельефом, его беспокойство гасло и вспыхивало, когда наше внимание переключалось к нему.

— То есть я хочу сказать, что вы только что избавили это место от Тимберджеков. Я вроде как должен вам за то, что вы не убили меня. Особенно с учётом того, что такой старый пони как я больше подходит для управления магазином, чем для работы охранником. Эти идиоты просто сказали, что хотят навариться на моих травах. — пробормотал он.

— Ну, честно говоря, наблюдатель на баррикаде, как правило, первый, кто получает пулю. — сказала Блэкджек с улыбкой. Мы подошли и рассмотрели карту. По рельефу, линии гор отделяли регион от остальной Эквестрии, образуя W-образную фигуру с большой рекой, горизонтально рассекающей с востока на запад дальше наверх. «Каскадия» находилась в нижнем углу. Фолд располагался в середине восточной петли гор, всего в нескольких милях к северу от «Три реки». Часть земли под названием «Охраняемые леса» была помечена бледно-зеленым, с небольшими деревнями, разбросанными по всему району. Дорога продолжалась на сервер до места, называемого «Доллс», звучавшего лишь чуточку менее абсурдно, чем Фолд. Западная петля гор была более плоской, чем на востоке, с городом под названием Спрингфилд в южном конце долины Вилламус, город севернее назывался Вайт Салмон, и являлся самым большим на краю побережья Вишпуш… подождите. Вишпуш? Кто назвал реку Вишпуш? Что это значит?

— Я предполагаю, что эта часть Эквестрии была своего рода… ну знаешь… особенной во время войны? — спросила я.

— Вишпуш? — прочитала Блэкджек со страдальческим лицом.

Ю— Ох! — засветился Сап. — Это… эм… слово оленей. Церви-что-то там. Раньше они жили здесь. Вы увидите много подобных забавных названий здесь и там. Большинство пони просто называют её Эквестрийской Рекой — Ох. Да. Вот оно. Я едва смогла прочитать полустёршееся название «Эквестрийская Река». Прямо возле «Вишпуш».

Вишпуш…

Доллс же располагался «…серьёзно, что не так с этим именем?» к востоку от реки, Портландия была в центре, между двух огромных гор. Гора Хуф. Напротив неё был Ванхувер, или «Хув» как его назвал Сап. Река текла на запад, пока не впадала в океан. Затем она пролегала через портовый город Штормгейт. А ещё карта упоминала другой город располагавшийся под Штормгейтом. Штормшэдоу. Звучит весьма зловеще, как по мне. Я перестала пытаться понять смысл этих названий, когда увидела городок под названием Тиклмус. Лосиная щекотка стала последней каплей!

— Ну, помимо того, что тот, кто дал названия этим местам, явно не брезговал травой Сапа, это… на самом деле объясняло, почему так сложно попасть на Северо-Запад Эквестрии! — сказала я, проводя копытом по горам. Кто-то услужливо окрасил некоторые участки красным, и подписал их «только для гулей» или «мгновенная смерть» или «если вы не хотите иметь детей, потому что здесь радиация расплавляет яйца». — Наш единственный путь к северу — следовать по этой дороге на Фолд, а затем по этой дороге через Сэнд-Ривер в Портландию.

Блэкджек ехидно посмотрела на меня, приподняв бровь.

— Итак… — она замолчала, а затем широко улыбнулась. — Что ты хочешь делать теперь?

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, склонив голову. Она говорила о сексе или…о чём? На этот раз я не получала от неё никаких льстивых ощущений.

— Я имею в виду, куда ты хочешь пойти? Что ты хочешь делать? — спросила она. — У тебя нет глупой программы в пипбаке, говорящей куда направляться, так что всё зависит от тебя.

Я уставилась на неё. Почему она спрашивала меня? Почему именно на мне лежит ответственность выбора? Я хочу сказать… я посмотрела на Глиттер Бомб и Бабблса. Они смотрели на меня выжидающе.

О, богини. Они думали, что я тут лидер?!

— Воу, воу, воу. Погодите. Подождите. Вы все спрашиваете меня, что я хочу делать? — недоверчиво спросила я. — И вы как бы…согласны с этим?

Глиттер пожала плечами.

— Ты всезнайка. Ты не захочешь бросить нас в плохом месте.

Бабблгам оказался еще менее полезным, так как он просто фыркнул. Поэтому я вернулась к Блэкджек.

— Ты уверена, что хочешь следовать за мной? Потому что ты здесь самая опытная. — сказала я, хмурясь.

— Да, но я сумасшедшая. Спроси любого врачевателя, — сказала она с своей уверенной улыбкой. Ну, в этом плане у неё была я… — За мной следовали хорошие пони, которые прикрывали меня. Я думаю, что пришла пора вернуть должок. — Это было сказано легко и с улыбкой, но что-то заставило меня насторожиться.

Я посмотрела на неё, затем на Глиттер Бомб и Бабблгама. На мгновение во мне открылась огромная и ужасная пустота. Я ничего не решала. На это место подходили другие. Сэнделвуд. Хартшайн. Вельвет. Мне всегда говорили, куда идти, что делать, как это делать… всегда критиковали, если я поставлю копыто за линию. А сейчас все хотели, чтобы я заняла это место? Моё дыхание было тяжёлым, моё сердце бешено колотилось. Три пары глаз смотрели на меня с беспокойством.

Но только взгляд Блэкджек говорил о том, что она понимает какого мне. Моё дыхание достаточно успокоилось, чтобы на самом деле думать о том, что я хотела. Ответ пришёл таким же прохладным и ясным, как горный источник, через секунду.

— Я хочу помочь пони в Фолде. — сказала я нерешительно, добавив к этому. — Если Тимберджеки такие плохие, как говорит Пайн Сап…

— Так и есть! — отрезал тощий жеребец.

— Тогда я хочу им помочь. Также я хочу пойти на север, потому что Вельвет Ремеди сказала, что там есть врачеватель. То есть, я не знаю, где. Но может мы сможем её найти! — сказала я взволнованно. Лады. У меня были варианты. Я могла выбирать! И это было хорошо!

Если только это не закончится тем, что я убью всех своих друзей.

Я почувствовала, как мои уши поникли.

— Вы все уверены, что хотите пойти за мной? Это к тому, что я использовала безумный метод Блэкджек даже для того, чтобы просто привести нас сюда, — призналась я, глядя на них троих по очереди.

Глиттер всего лишь ухмыльнулась.

Бабблгам пожал плечами.

— Как я вижу, если вы не собирались платить мне, когда мы доберёмся до Джанкшен-Сити, по крайней мере, оружие, которое мы собрали здесь, будет стоить того, — сказал он с мягкой улыбкой. — Тем не менее, приятно, для разнообразия, иметь дело с пони, которые хотят сделать больше, чем просто бродить по дорогам, чтобы сделать крышки.

Оставалась Блэкджек. Мои нефритовые глаза встретились с её красными. Эта улыбка. Я не была уверена, была ли это улыбка ангела или дьявола, но она определённо оставляла решение за мной.

— Итак… ваши приказы, капитан?

Я испустила многострадальный вздох.

— Отлично. Мы направляемся в Фолд. Давайте соберём припасы, которые сможем унести. Остальное… — я повернулась и посмотрела на Пайн Сапа. — Я думаю, что кто-то наконец сможет предложить что-то помимо травы торговцам, которые приходят сюда.

Жеребец отдал честь, и я закатила глаза.

— Блэкджек, если все начнут называть меня капитаном, то я ударю тебя.

— Правда? Потому что мне это нравится, капитан, — ответила она. Ох. Это были вкрадчивые чувства, которые она скрывала. Я старалась изо всех сил, чтобы изобразить сердитый взгляд, но несмотря на то, что, опять же, этот взгляд и флирт заставляли мои внутренности чувствовать себя как масло. Я правда, правда не была уверена, что мне это нравится.

Бабблгаму удалось спасти меня.

— Эй, Блэкджек? Можешь помочь мне установить этот дробовик на моё боевое седло? Думаю, что пусть будет одно рабочее оружие, раз уж второе не работает нормально. — сказал он, поднимая охотничий дробовик.

— Да, а мы с Глиттер пойдем собирать остальное оружие снаружи. Так, Глиттер? — сказала я, потянув крылом за переднее копыто подруги, прежде чем мы выскочили из мотеля. Секунду спустя, Глиттер заскочила обратно в дверной проём, сузив глаза. Она показала копытом на свои глаза, затем ткнула им в сторону Блэкджек, в сторону Бабблгама, в сторону Блэкджек, снова на собственные глаза, снова сторону Бабблса и закончила решительным кивком, снова выйдя за дверь.

— Вы знаете, мисс, я думаю, что маленькая пегаска на вас запала. Если бы я был держащим пари жеребцом, которым я не… — услышала я Пайн Сапа, пока мы с Глиттер сбегали.

Во имя любви Луны…

Этой ночью Пайн Сап показал нам несколько комнат, которые не были в ужасном беспорядке. Глиттер с Бабблгамом заняли «бизнес-люкс» Сапа, в то время как мы с Блэкджек обошлись относительно чистой от пыли угловой комнатой.

Она наблюдала за мной, пока я использовала всё ещё действующий водяной талисман в раковине, чтобы вымыть лицо.

— Я могу тебе помочь с чем-то, Блэкджек? — спросила я, вытирая лицо крыльями.

Она просто улыбнулась и пожала плечами, наблюдая за мной развалившись на диване.

— Есть что-то в этих летунах, — загадочно пробормотала она.

Я посмотрела на неё через плечо, а затем нахмурилась, заметив, что её взгляд падает прямо на мои бёдра.

— В летунах что-то такое есть, а? — спросила я, тряся головой. Я очень надеялась, что здешний душ работал. Мне бы не помешала ванна. — Или дело не в летунах? Может тебе просто нравится пялиться на задницы кобылок? — выпалила я, дополнив.

— Я не придирчива, правда. И всё же твоя мне нравится, — ответила она, переместившись и подперев голову копытом. — Я пытаюсь разобраться, мне это нравится, потому что… ну… симпатичная задница? Нравится потому что это ты? Или мне нравится, потому что это напоминает мне о Глори? Что вы думаете, доктор?

Я развернулась и подбежала к матрасу. Он был более или менее чистым, без кучи подозрительных пятен и относительно не пыльным. Я плюхнулась на него и перевернулась на спину. Уставившись в потолок, я ей ответила.

— Прежде всего я считаю, что ты мечтаешь, — произнесла я с ухмылкой. — Потому что это никак не напоминает тебе о Глори. Она же выглядела как Рейнбоу Дэш некоторое время, верно? Все изображения с Рейнбоу, что я видела, производили впечатление, что у неё были бёдра, которые могли убить. А я? Я… маленькая. Да чёрт, я даже меньше, чем Литлпип. И я тощая. Так что я не знаю, почему тебе нравится моя задница. Но полагаю, что это не потому, что я похожа на Глори.

— Кто сказал, что это не привлекательно? — ответила она, соскользнув с кушетки и переместившись на кровать. — Милота бывает разной. Большая милота, маленькая милота, уродливая милота, красивая милота. Пони делает привлекательными их личность, для меня, а не части их тел, — вздохнула Блэкджек. — Все говорят мне, что Вельвет Ремеди абсолютно великолепна, но я никогда не думала о ней, как о привлекательной. Странно думать о ней в таком ключе, — сказала она, глядя на меня. — Забавно. У меня… как это называется… дежа что-то там.

Я вскинула бровь, глядя на неё.

— Дежавю? Эта… странная фраза Фэнси? — спросила я и покачала головой. — То есть, не то что бы мне не нравится комплимент, Блэкджек, но будем честными. По сравнению с Вельвет или Грейс или Сэнделвуд, или, хорошо, Глори, я — бугристая тошка.

— Ты явно не бугристая, — сказала она, подтянувшись и ткнув меня в бок. Я запищала от внезапной щекотки. — Разве я не рассказывала тебе о Пиллоу Толк? — Я покачала головой, потирая свой бок крылом. — Она была кобылкой, которая научила меня сексу. Говорила, что я была милой. Я сказала ей в точности то же, что и ты мне. Она сказала мне то, что я сказала тебе. Все там были по-разному милыми… ну, она была красивой, но идея та же. Тогда я ей не поверила, так что я понимаю, что и ты теперь не согласна со мной.

Я перевернулась на живот и расправила своё ноющее правое крыло. Оно всё ещё исцелялось и было немного больно.

— Ну, я хочу сказать… наверно, что… я просто не чувствую себя красивой. — призналась я, потянувшись, чтобы собрать хвостик из своей гривы.

— Это не о красоте. Это об идее, что ты кому-то нравишься. Что кто-то хочет быть с тобой. Делать что-то вместе с тобой. И мне тоже было довольно тяжело. Я была в охране. Черт, моя мама была начальником охраны. Почти никто не находил меня милой. Но некоторые были. Не знаю. Может, им было скучно или им нравились тупые, некомпетентные кобылы… — пробормотала она с улыбкой и закатила глаза. — Дело в том, что это просто комплимент. Наслаждайся этим. Только ты решаешь насколько сильно это значит для тебя.

Мои щёки покраснели от её слов, я почувствовала, что моё лицо сильно горит. Богиня Луна, чёрт бы её побрал! Зачем она это сделала? Заставляет меня чувствовать эту теплоту и пушистость внутри! Я вздохнула, затем подползла и положила лицо на её бок.

— Ты просто говоришь это, потому что думаешь, что это смешно заставлять меня краснеть!

— Я говорю это, потому что это правда, — ответила она. Наступила пауза. — И это забавно… — через мгновение добавила она, — кроме того, ты такая милашка, когда краснеешь.

— Я не милая! — запротестовала я, слегка ударяя копытом по её бокам. Я отстранилась от неё и попыталась показать ей свой лучший сердитый вид. По крайней мере я думала, что это был сердитый вид. Я действительно понимала, что сегодня я принимала некоторые серьёзные решения самостоятельно и мне, как бы, понравилось это контролировать. Но может быть не так много контроля. Не тогда, когда она так приятно пахла. Даже с покрывавшей её пылью, грязью и потом.

— Ладно. Хорошо, — поддразнила она, лёжа на своём животе, и с лёгкой улыбкой положила голову на желтоватую подушку. — Ты не милая, — сказала она в совершенно неискренних тонах, что даже не-врачеватель поймёт!

Я сочла её улыбку крайне раздражающей. И близкой. И АРГХ. Мозг! Почему! Почему ты так со мной поступаешь?! Я откатилась на спину.

— Хорошо! Теперь мы разобрались. Я не милая! — сказала я, скрещивая передние копыта на груди и пытаясь принять неприступный вид.

— Абсолютно!

— Нисколечко! — пропищала я!

— Мхмммм.

— Потому что это не так! — вышла я из себя.

Всё, что она делала — лежала, полностью опровергая каждый мой протест этой простой лёгкой улыбкой. Моё сердце мчалось, когда я смотрела на эту простую, мягкую, очаровательную улыбку. Никто никогда не говорил, что я милая. Почему эта глупая улыбка заставляет меня чувствовать бабочек внутри?

— Эй, Блэкджек?

— Хмммм? — спросила она, раскрывая один рубиновый глаз, чтобы посмотреть на меня.

Моё сердце вздрогнуло в груди. Блэкджек поставила меня во главе. Она сказала, что я могу решить, что делать. Это была одна из лучших вещей, которые когда-либо случались со мной. Это заставило меня…

Это заставило меня чувствовать себя смелой. Мой язык танцевал в моем рту, пока я боролась за слова. Я не была уверена, был мой вопрос хорошей идеей или нет, но я всё равно хотела её спросить. Блэкджек просто продолжала смотреть на меня одним глазом с лёгкой улыбкой на своей мордашке.

— На счёт вчерашней ночи… эм?

— Да? — спросила она, не двигаясь ни на дюйм и продолжая смотреть на меня.

Проклятие. В моих книгах всё было по-другому. Она должна была подойти сюда и поцеловать меня! Вместо этого она просто лежала там! Следила за мной! Как будто она знала то, чего не знала я! Аргх! Я делаю это неправильно? Что я делаю не так? Разве не я принцесса в этой сказке? Почему ничего не имеет смысла!?

Я повернулась, отвернувшись от неё, мои щёки светились красным.

— Я… неважно.

Мой мозг был глуп. Я была глупа. Все в этой ситуации было глупо. Я не любила Блэкджек. Я просто… что-то. Что-то неудобное. Что-то, что сделало всё моё тело горячим. Это не совсем было плохо, но я не была уверена, что это было хорошо. Мне не нравилось чувствовать, что моё тело контролирует меня. И почему мои крылья были такими жесткими?

Аргх, глупая Блэкджек.

Читать дальше

...