Автор рисунка: aJVL
XXV. Истина откроется XXVII. Хаос

XXVI. Знакомые лица

—…делает, — закончила Лира, только рядом больше не было отца.

Удивительно, но неё даже не глянул, хоть она и возникла только что прямо из воздуха. Да и с чего бы кому-нибудь на неё пялиться? Не было ничего необычного в том, что единорог телепортировался прямо в центр Понивилля.

Лира постояла мгновенье в оцепенении. Сначала Дискорд, теперь вот это. Она же не вернулась на самом деле в Понивилль. Она не могла туда вернуться. Где папа?

Подвеска. Она, должно быть, зачарована. Значит, папа всё-таки знал кое-что о магии; по крайней мере, в этом он оказался прав. Она попыталась вспомнить, что сделала — просто коснулась магией амулета, и ничего больше, после чего он среагировал. Засветив рог, она попыталась это повторить.

— Нет, пожалуйста… Только не говорите мне, что эта тупая штуковина больше не работает! — она сосредоточила столько магии на крохотной лире, сколько смогла, подвесив её перед глазами и ожесточённо тряся. Ничего не происходило.

— У вас всё нормально? — перед ней остановился жеребец и уставился, очевидно, в беспокойстве за её душевное здоровье.

Лира уронила подвеску.

— Со мной… всё нормально. Совершенно нормально, — она стиснула зубы и пошла от него прочь, пока он не успел сказать ещё слово.

Всё выглядело относительно знакомо. Расставленные вдоль улицы прилавки указывали, что сегодня рыночный день. Никаких машин, мешающих проходу от одной стойке к другой. Лира шла вперёд, переставляя копыта одно за другим. Земля ощущалась вполне реальной. Город явно не был иллюзией или чем-то подобным. По крайней мере, ей так не казалось. С тех пор, как заявился Дискорд, ничто более не казалось реальным.

— Эй, привет, Лира! Ты где была? — она узнала голос. Это была Дейзи — розовая земная пони, у которой она время от времени покупала цветы. Лира уставилась на неё. Странно было разговаривать с пони. Дэйзи склонила голову набок. — Ты в порядке?

— Ох, привет… Давно не виделись, — она неловко улыбнулась и поспешила прочь.

Она и правда привыкла уже видеть вокруг себя людей. Все эти пони, со всем их разнообразием цветов, с рогами, с крыльями, четырьмя копытами и без рук… все они казалось очень странными.

Воздух здесь пах чистотой, и даже шум рыночного дня был куда тише, чем обычный день в Филадельфии. Здесь было почти что приятно. Но она не хотела здесь оставаться. Её миру — её семье — угрожала опасность, и ей надо было что-то с этим делать…

— Лира, ты вернулась!

Она обернулась на голос Эпплблум.

— Привет, Эпплблум… — сказала Лира. — Погоди, ты что, за прилавком одна?

— Ага! Эпплджек нужно было уехать из города ненадолго, и я пообещала, шо справлюсь! — сказала Эпплблум, сияя от гордости. Лира обратила внимание, что у неё по-прежнему нет Метки.

— Из города… — эхом отозвалась Лира. Она задумалась над этим на мгновенье, затем вновь побрела сквозь толпу.

— Погоди! А ты не купишь яблоков? — крикнула Эпплблум, но Лира не обратила на неё внимания.

Отыскать Эпплджек было бы неплохой идеей. И Твайлайт. В толпе она не видела ни одной нужной ей пони. Но ей встречались знакомые лица то здесь, то там — пони узнавали её по концертам, которые она давала в городе, и по вечеринкам, которые она посещала.

— Лира? — этот голос заставил её замереть на месте. Она узнала бы его где угодно. — Лира, это действительно ты, да? Тебя так давно не было!

Лира медленно развернулась.

— Привет, Бон-Бон…

Бон-Бон подошла к ней сзади и нахмурилась, заметив рубашку и штаны Лиры.

— Всё ещё носишь одежду, я посмотрю…

Лира не сказала ничего. Она купила эти вещи в местечке под названием «Таргет», в Филадельфии — в магазине для людей. И они сейчас выглядели довольно глупо — сидели мешком, свешиваясь с её миниатюрного тела пони.

— Но, Лира, я правда очень рада тебя снова видеть. Ты просто обязана заглянуть в дом. Я ещё не сдала твою половину, но, думаю, скоро предложу её какому-нибудь пони. Жить одной как-то слишком тихо.

— Ага, наверное, тихо. Слушай, я бы хотела заглянуть, но я спешу.

— Погоди. Я хочу услышать от тебя лично, куда ты сбежала. Ты мне не сказала ни слова о том, куда ты собираешься. Я даже спрашивала твоих родителей об этом, но они не…

— Моих… родителей? — переспросила Лира. Очевидно, Бон-Бон имела в виду Дьюи и Циррус. — Точно. Они, наверное, волновались…

— Я ездила в Кантерлот, и мне повезло с ними встретиться. Я знаю, ты сбежала из Понивилля без единого для меня предупреждения, но я думала, что ты, по крайней мере, своим родителям расскажешь о том, куда собираешься. Как они на меня посмотрели, когда я спросила, куда ты пропала! Они страшно за тебя волнуются.

— Слушай, эм, Бон-Бон… Прозвучит, наверное, странно, но… я действительно здесь, да? Это всё по-настоящему? — Лира потыкала Бон-Бон в плечо копытом.

Бон-Бон отошла на шаг назад.

— Ты ведёшь себя странно… Страннее обычного, по крайней мере. Чем ты там занималась?

— Сложно объяснить, ты мне всё равно не поверишь, — сказала Лира и оглянулась вокруг. — Прямо сейчас мне нужно найти Твайлайт. Она в библиотеке?

— Твайлайт? Мне кажется, её только что отозвали в Кантерлот вместе с остальными. А в чём спешка? Просто притормози и зайди домой. Я думаю, я заслужила от тебя объяснение после того, как…

— В Кантерлот? — повторила Лира. — Конечно… Селестия, должно быть, знает, что Дискорд вернулся.

— Дискорд? — переспросила Бон-Бон, в ужасе распахнув глаза. — Погоди, что ты…

— Превосходно! Нет времени на ерунду. Мне нужно вернуться в Кантерлот. Принцесса может вернуть меня в норму, — Лира помедлила мгновенье, вспоминая, где находится железнодорожная станция, затем развернулась и побежала в том направлении.

Бон-Бон посмотрела ей вслед, разинув рот, а затем, застонав в раздражении, бросилась за ней сквозь толпу пони.

Лира лавировала по заполненным улицам. Никто не показывал никакого беспокойства. Они, должно быть, ещё не узнали новости. Принцесса Селестия пригласила только Носителей Элементов в Кантерлот. Они вообще знали, что Дискорд сбежал?

Она добежала до станции на краю города. Найти дорогу было несложно. Она помнила этот город куда лучше, чем ей казалось. В тот момент станция была почти пуста. Ни один пони сегодня не собирался в дорогу. Жеребец в синей униформе со скучающим видом ждал за стойкой и глядел на неё.

— Мне нужно на следующий поезд до Кантерлота. И быстро, — сказала ему Лира. Достав магией из кармана бумажник, она вытащила пятёрку и протянула ему.

Он недоумённо уставился на кусочек бумаги.

— Это что, имеет какую-то ценность?

Она осознала что сделала, и убрала деньги.

— О, эм…

Табличка гласила, что билеты стоят пять битов. Не пять долларов. Она засунула деньги обратно в карман. И что теперь? — подумала она.

— Лира! Ты только что сюда прибыла, и уже опять пытаешься скрыться? — Бон-Бон подошла к ней сзади.

Лира обернулась с широкой, безумной улыбкой.

— Бон-Бон! Превосходно! Слушай, мне надо занять у тебя пять битов. Это очень важно. И, скорее всего, я тебе их не верну.

— Ты… чего? — Бон-Бон уставилась на неё.

— Это срочно, — взмолилась Лира.

Бон-Бон вздохнула и достала несколько монет из седельной сумки.

— Вот десять. Дайте два билета.

Она обернулась к Лире и ткнула в её сторону копытом.

— Но я требую объяснений.

Они прошли на платформу и принялись ждать поезда. Лира села на скамейку, подтянула рукав и почесала одну переднюю ногу копытом другой.

— Как я вообще жила, целиком покрытая этими волосами? Они так чешутся

— У нас есть немного времени, — сказала Бон-Бон. — Так что давай поговорим. Где ты была, и что это ты говорила про Дискорда?

Лира вздохнула и принялась чесать другую ногу.

— Я не знаю, с чего начать…

— С Гала меня вполне устроит.

— Точно… — сказала Лира. — Той ночью я поговорила с Принцессой Селестией, и она рассказала мне…

— У тебя была аудиенция с Принцессой? — сказала Бон-Бон. — Лира, это…

— Дай мне закончить, — сказала Лира. — Я думала, что она следит за мной, и так на деле и оказалось. Она знала всё о моих исследованиях. Она мне всё рассказала о людях.

Бон-Бон вздохнула.

— Опять люди? Ты сбежала искать людей? Я-то думала, ты наконец-то взялась за ум. А ты пала ещё ниже, Лира. Неудивительно, что твои родители о тебе волнуются.

— Дьюи и Циррус — не мои родители. Они меня удочерили, — объяснила Лира, снова почёсывая ногу. Ей было бы куда проще чесаться, если бы у неё были руки… — Я, на самом деле, не пони, Бон-Бон. Я человек.

Бон-Бон широко распахнула глаза и помотала головой.

— Ты действительно сошла с ума.

— Я с тех пор жила среди людей. Я, на самом деле, не могу всё это объяснить, но где-то там существует целый мир, где они по-прежнему живут, — Лира слабо улыбнулась. — Ты ни за что не поверишь, что я там видела.

— Ты в этом права, — Бон-Бон закатила глаза. — Я тебе не верю.

Вдали, куда уходили рельсы, раздался свисток, и Лира спрыгнула со скамейки, встав твёрдо на копыта. Поезд подъехал в клубах пара, вырывающихся из-под паровоза.

Контролёр взял их билеты. Лира с трудом могла дождаться момента, когда она прибудет в Кантерлот. Если она получит помощь от Принцессы и Элементов Гармонии, может, всё будет нормально. Если нет… Она об этом даже не хотела задумываться.

Бон-Бон запрыгнула на сиденье в вагоне и устроилась на нём.

— Может, Дискорд и вернулся. Может, он заставил тебя окончательно потерять рассудок, и именно потому ты опять бредишь этими дурацкими легендами, — сказала она, помахивая копытом. — Я это уже говорила раньше, но на этот раз я серьёзно. Тебе нужна помощь, Лира.

Лира сидела прямо, но с позвоночником пони это было не так удобно.

— Он вернулся, но не в Эквестрию. Он пытается… ну, то есть, он уже однажды привёл людей к истреблению, и теперь он хочет это сделать снова.

Поезд начал отъезжать от станции.

— Почему я вообще за тобой увязалась… — пробормотала Бон-Бон, глядя в окно.

Лира застонала в отчаянии и, засветив рог, достала из кармана бумажник. Он повис перед ней, и она вытащила из него несколько банкнот.

— Я могу тебе доказать! Вот, посмотри.

— Что это?

— Это называется пятидолларовая купюра. Это человеческие деньги. Вот, видишь, тут на ней нарисовано человеческое лицо! — купюра подлетела прямо к лицу Бон-Бон, заставив её отклониться назад. — Это один из президентов. И вот здесь написано «Соединённые Штаты Америки». Это страна, в которой я живу. У нас много независимых стран, но я пока что была только в одной.

Бон-Бон сощурила глаза на купюру.

— Я не знаю, где ты это достала, но…

— Мне пришлось позаимствовать у тебя биты, потому что у меня не осталось эквестрийских денег. Всё, что у меня было, я отправила тебе.

— Лира, это просто бумага. Ни один пони ни за что не догадается, что она может вообще чего-то стоить.

— Ну, я тоже не верила поначалу, — Лира закрыла лицо копытами. — Я не знаю, что я должна сказать… Одри тоже упорно не верила в единорогов.

— Кто?

— Одри. Мой первый человеческий друг. Поначалу я не рассказывала ей ничего об Эквестрии, но в итоге дошло до момента, когда я больше не могла столько всего скрывать… — Лира грустно посмотрела в пол. — Она назвала меня сумасшедшей. И в тот момент я поняла, что люди не так уж и отличаются от пони. Там нет никаких единорогов, там нет даже пони типа тебя. Они в нас не верят. И я не могла продемонстрировать ей никакой магии, чтобы доказать, что я… — её голос затих.

— Это… та ещё история, Лира, — Бон-Бон помедлила секунду. — Но в этом-то и проблема. Это всё теории. У тебя никогда не было никаких доказательств. Как ты могла ожидать, что хоть один пони тебе поверит?

— Мой папа мне поверил. Он видел меня после того, как… после того, как я поменялась, но… — как ни странно, Лира широко заулыбалась.

— Но у меня есть ещё кое-что из дома!

Из кармана вылетел её телефон.

Бон-Бон уставилась на него.

— Что ты делаешь?

Она мягко опустила устройство себе на копыта. Экран был чёрным.

— Это… — Лира поняла, что он не включится. Без пальцев с ним ничего нельзя было сделать. Она вздохнула. — Что ж… Это, видать, не поможет…

Её вдруг посетила безумная идея. Она, скорее всего, и не сработает вовсе, учитывая, сколько она уже прожила, не пользуясь магией... Сложное заклинание типа такого может легко вырваться из-под контроля, но какой у неё вообще оставался выбор?

— Бон-Бон, я знаю, ты не хочешь, чтобы я использовала это заклинание, и я прошу прощения, но тебе надо это увидеть, — она стиснула зубы и сосредоточила всю силу своего рога на копытах.

— Лира, что ты… — едва Бон-Бон увидела, что Лира делает с копытами, она завопила в панике. — Нет, только не снова! Лира, мы же на виду!

Лира поморщилась от боли. Она забыла, насколько болезненно заклинание трансформации само по себе, не говоря уж о дополнительном ментальном напряжении от магии.

Бон-Бон оглянулась вокруг и увидела, что они, на самом деле, были одни во всём вагоне, но всё равно по-прежнему злилась.

— Лира, я серьёзно. Этому надо положить конец. Ты вообще осознаешь, насколько это неправильно?

— Ты в этом права. Эти руки не слишком-то анатомически корректны… — Лира осмотрела их, разминая пальцы. На них не было даже ногтей. И не оттого, что она не пользовалась магией уже месяцами — раньше их тоже не появлялось. Они, на самом деле, и близко не напоминали человеческие руки. Но пока сойдут и такие.

— Просто… просто убери это заклинание, прямо сейчас, ты же как чудовище какое-нибудь! — Бон-Бон съёжилась, но не отвела глаз.

Лира взяла телефон в руки и включила его растущими из ног мясистыми пальцами. Она ткнула одним в экран, и, как в принципе и ожидалось, он отреагировал. Экран зажёгся. Управлять им с нужной точностью этими руками было нелегко. Но принцесса Селестия скоро снова приведёт её в норму. Появилось сообщение, что нет сигнала. Она и не ожидала, что здесь будет связь, ведь ей нужно было не это. Она постучала пальцем, перебирая пункты меню, чтобы вызвать фотоальбом.

— Посмотри сюда, — она протянула телефон Бон-Бон.

— Что? Лира, я не понимаю, что ты делаешь.

— Это называется мобильный телефон. У многих людей есть такие же штуки. Но, вот, видишь фотографию? Это я и моя сестра. Вот так я, на самом деле, выгляжу, — сказала Лира.

Бон-Бон потеряла дар речи. Виной тому, возможно, было сочетание как деформированных копыт Лиры, или рук, чем бы они ни являлись, так и фотографии на её телефоне.

— Я не могу… ты…

Благодаря многим годам жизни в одном доме с Лирой, Бон-Бон легко смогла узнать человека. И именно человек был на этой фотографии. Даже два человека — один, поменьше, с каштановой гривой, и большой, с тем же мятно-зелёным цветом волос, что и у Лиры. Конечно, цвет мог быть и совпадением, но что-то было, безусловно, знакомое в этой улыбке. Даже на лице этого странного существа, её нельзя было не узнать.

— Это…

— Это я и моя младшая сестра. Её зовут Хлоя, — сказала Лира. — Она очень интересуется единорогами. Честно говоря, вся моя семья помешана на магии.

— Твоя семья?

— Я же сказала. Я была рождена человеком, — она забрала обратно телефон и посмотрела на картинку. — Я не знаю, что теперь с ними будет… Мама никогда в это не поверит. Хлоя… ну, мне кажется, я совершенно без понятия, что она об этом подумает.

Бон-Бон задумалась об этом на какое-то время. Изображение было, конечно, невозможно опровергнуть, но поверить сейчас Лире, значило заставить себя поверить в то, что последние четыре года она жила с инопланетным существом. Может, это и могло объяснить нехватку этикета и, время от времени, здравого смысла, но…

— По-моему, это ничего не меняет. Даже если ты и права, и ты человек, менее безумной тебя это не делает, — пробормотала Бон-Бон.

— Ты мне веришь? — широко улыбнулась Лира.

— Я знаю, что не должна бы… — сказала Бон-Бон. Она снова уставилась на руки Лиры и поёжилась. — Но… пожалуйста, убери, наконец, это заклинание.

Лира отключила телефон, а затем, в последний раз окинув взглядом руки, отменила трансформацию. Она закусила губу, пока пальцы затягивало обратно и преобразовывало в копыто. Ненадолго, как она надеялась.

— Итак… — Бон-Бон бросило в дрожь от одного только взгляда на Лиру. И виной тому не только то неестественное заклинание. Как бы ни было тяжело это принять… — Значит… ты действительно человек? Я просто не понимаю, как это вообще возможно.

— Это всё, на самом деле, непросто объяснить. Я буквально только что закончила рассказывать папе о том, как я всю свою жизнь прожила единорогом. Он не знал, как это воспринять, — Лира уставилась в окно. — И вот я оказалась здесь, и я совершенно без понятия, что со мной произошло…

Она посмотрела на подвеску у себя на шее.

— Поезд прибывает в Кантерлот! Поезд прибывает в Кантерлот! — голос кондуктора объявил станцию, к которой они подъезжали. Лира беспокойно поёрзала на сидении.

Тормоза взвизгнули, и поезд остановился у платформы.

— Наконец-то. Поверить не могу, насколько медленная эта штука, — сказала Лира.

— Лира, в Кантерлот всегда долгая дорога. Ты по ней ездила куда чаще, чем я.

— Если бы у нас была машина, то мы бы сюда добрались раза в два быстрее. В смысле, это же так близко, что из Понивилля видно замок! — Лира вскочила с сидения и направилась на выход. Она не останавливалась ни на секунду, продолжая говорить. Бон-Бон последовала за ней, держась позади — она не знала, во что впуталась, но ей ничего другого не оставалось, кроме как идти следом. — Одна только Филадельфия наверняка больше чем Понивилль, Кантерлот, и всё, что между ними.

Бон-Бон покачала головой.

— Я была в Филлидельфии, и она не слишком-то больше чем…

— Нет, я сказала Филадельфия, — поправила её Лира. — Это человеческий город, в котором я… — она застонала и сказала: — Мы и так уже потеряли кучу времени. Нам надо идти.

— Лира? Просто погоди се… — но она уже ушла. — Что ты там вообще имела в виду под словом «машина»? — пробормотала Бон-Бон.

Бон-Бон изо всех сил старалась поспевать за Лирой, пока та стремительно неслась в сторону замка по заполненным улицам Кантерлота. Для пони, заявлявшей, что последние несколько месяцев она ходила на двух ногах, Лира двигалась на удивление быстро.

— Лира, можно помедленнее? — крикнула она, но просьба, похоже, ничего не изменила. Бон-Бон потрясла головой в раздражении и собралась с силами для рывка вперёд.

Вскоре она потеряла Лиру из виду, хотя было достаточно очевидно, куда она направлялась. Притормозив, чтобы выровнять дыхание, Бон-Бон продолжила путь уже медленнее. Несколько раз её спрашивали о единорожке, только что пронесшейся мимо, но она отрицала какую-либо связь.

Как ожидалось, Лира пришла к замку, но Бон-Бон не решилась подходить к ней, обнаружив, что та спорит о чём-то с Королевским Стражником. Она почти забыла, какой занозой может быть Лира, когда вобьёт себе что-нибудь в голову.

— Я говорю вам, мне нужно туда попасть! Принцесса поймёт! — говорила Лира. — Просто дайте мне пройти!

— У нас приказ не пускать ни одного пони. Это последнее слово, — сказал стражник. Его суровое выражение лица оставалось незыблемым.

— Но я знаю, где находится Дискорд! Мне надо спешить!

Бон-Бон встряла в спор.

— Лира, пожалуйста, ни к чему им досаждать… — она очень сконфуженно улыбнулась одному из двух закованных в броню стражников, затем повернулась к Лире. — Пошли.

Она обвила вокруг неё переднюю ногу и потащила назад.

— Бон-Бон, я же тебе сказала! У нас нет времени!

Лира, впрочем, всё равно последовала за Бон-Бон и вздохнула огорченно.

— Я даже не могу вернуться домой без помощи Принцессы.

Едва они вышли за пределы слышимости, Бон-Бон оглянулась кругом и сказала, понизив голос:

— Последнее, чего нам сейчас нужно, так это попасть под арест. Я по-прежнему понятия не имею, что мне с тобой сейчас делать, но вот в этом я уверена точно.

Лира вздохнула. Она оглянулась на стражников, которые стояли на своём посту практически неподвижно.

— Странно, на самом деле, что у них такая строгая охрана в замке. Что происходит?

— И я-то думала, что ты не доверяешь правительству.

— Я изменила своё мнение, узнав, что они прячут.

Они вновь вернулись к шуму и суете кантерлотских улиц. Многие пони сидели, непринужденно общаясь, у входа в кафе. Лира понимала, что в Понивилле, конечно, должно быть всё спокойнее, но в столице? Неужели никто не задумывался, зачем на улицах столько стражников, и разве никто не заметил пропажу статуи из садов? И не просто какой-то там статуи — все знали Дискорда после прошлого раза.

— Мне по-прежнему надо любой ценой привлечь внимание Принцессы. Должен быть какой-то способ проникнуть в замок… — сказала Лира, массируя лоб копытом. Она уставилась на возвышающиеся над городом спиральные башни.

— Только ничего незаконного. Пожалуйста, — сказала Бон-Бон.

— Я знаю, — проворчала Лира и снова углубилась в размышления.

Трудно было поверить, что ещё всего несколько часов назад она была дома, в Филадельфии. И жизнь там уже казалась ей нормальной. Здесь же… Как бы хорошо она ни помнила Кантерлот, он начинал ей казаться будто сошедшим с картинки из сказки. Чем он и был для Хлои. И при этом, всё же лица были ей знакомы. Будто она никогда и не покидала этот мир.

— Должна признать, у нас получилось даже какое-никакое, а приключение, Лира, — сказала Бон-Бон. — Но я не представляю, что ещё тут можно сделать. Я собираюсь поехать обратно в Понивилль. И тогда я смогу выкинуть из головы всё это и представить, что ничего такого никогда не происходило.

— Мы не можем сдаться. Теперь речь не только о людях. Я же сказала тебе — моя семья осталась там.

— Ну, да, но…

— Там теперь мой дом. Честно говоря… я не слишком-то хотела возвращаться в Эквестрию.

— Неужели правда так здорово быть одной из этих… существ? Разве ты не скучаешь по этому городу? Чего бы я только ни отдала за шанс вырасти в таком городе, как Кантерлот.

— Нет, я не так уж и… — Лира замолчала, не договорив. Это была не совсем правда. По некоторым вещам из этого мира она в самом деле скучала. — Погоди-ка, это случаем не…

Она уставилась на тёмно-синего единорога в гуще толпы. Она думала, что никогда его больше не увидит.

— Лира? — он поправил очки, будто не веря, что видит всё как есть.

Она бросилась к своему приемному отцу, едва его увидела.

— Папа… — она замедлилась. — То есть… ну…

Он окинул её взглядом.

— Как ты сюда попала? Принцесса сказала нам, что ты никогда не вернёшься…

— Это долгая история, — сказала Лира. — Это моя подвеска. Но я не могла ей воспользоваться, пока была человеком, только после того как Дискорд превратил меня в пони…

— Дискорд? Ты имеешь в виду…

Бон-Бон встряла в разговор.

— Мистер Дьюи Децимал, я права? Вы вообще знаете, чем ваша дочь занимается? Она пропала на несколько месяцев и вдруг возвращается, заявляя, что она…

— Человек, да, — он кивнул. — Что ты имеешь в виду, говоря про Дискорда? Он теперь в том мире?

— Вот поэтому мне нужно попасть в замок. Возможно, ещё осталось время его остановить, — сказала Лира.

Бон-Бон разинула рот.

— Вы об этом всё это время знали?

— Конечно, — сказал Дьюи. — Мы с Циррус планировали рассказать вам об этом после того, как Лира ушла, но Принцесса Селестия посоветовала нам этого не делать. Это, на самом деле, та ещё история, но происхождение Лиры — в некотором роде, государственная тайна.

— Я знала, что она не такая, как другие пони, но я никогда представляла, что она не… ну... пони!

— Пап, ты всё ещё работаешь в Королевских Архивах, да? — сказала Лира.

— Конечно. Я ещё не настолько стар — у меня ещё есть пара лет до пенсии, — сказал он. — А что?

— Можешь провести нас в замок? Если я не скажу Принцессе о том, что произошло, и не попрошу её помощи, я… я не знаю, что произойдёт с людьми.

— Конечно.

Лира снова пошла, оживлённо шагая, впереди всех. Она обернулась назад, чтобы убедиться, что остальные следуют за ней. Бон-Бон отстала, корча устало-раздражённое лицо, но затем поспешила догнать Дьюи и бежать бок о бок с ним.

— Вы с женой растили человеческую кобылку, — сказала Бон-Бон.

Дьюи посмотрел на неё.

— Да, растили.

— Бон-Бон, мы не называем на самом деле детей ко… — начала Лира.

— Ты казалась совершенно нормальной кантерлотской пони, когда я тебя встретила! — сказала Бон-Бон. — Зачем ты во всё это влезла?

— Поначалу, мы насчёт неё сомневались. Но Лира выросла в итоге в более-менее нормальную пони. У Принцессы по-прежнему были какие-то беспокойства, но лично я, в некотором роде, очарован идеей людей, — он обернулся к Лире. — Итак, каково было там, откуда ты пришла? На что похожи остальные люди?

— Они невероятны! — сказала Лира. — Мне потребовалось время, чтобы отыскать свою настоящую семью. Выяснилось, что место, в которое я прибыла, находилось в сотнях миль от дома. Но мои друзья в Де-Мойне помогли мне вернуться в Филадельфию — это всё человеческие города, к слову — и для людей не так уж и сложно путешествовать на такие большие расстояния. Я воспользовалась штукой под названием самолёт…

Дьюи слушал историю Лиры с интересом, пока они шли к замку. Бон-Бон думала, что всё это звучало даже нелепее, чем старые теории Лиры. Гигантская металлическая труба, летающая быстрее и выше пегаса? Звучало такое совершенно безумно, но при этом она видела фотографию на каком-то устройстве, явно сделанном не в Эквестрии…

— Я надеялась, что моя семья знает что-нибудь о том, что произошло со мной, когда я исчезла, но им ничего не было известно, — говорила Лира. — Мой папа – знаменитый человеческий писатель. Он пишет книги о магии. Совершенно неправильно, кстати… он даже и не подозревал о том, что же со мной на самом деле произошло.

— Циррус будет рада услышать, что ты там живёшь хорошо… — Дьюи замедлился. Они подошли к воротам замка. — Конечно, у тебя нет времени, чтобы заглянуть и поболтать, ведь так?

Лира грустно помотала головой.

— Я надеюсь, что и так не опаздываю слишком сильно.

Они в спешке преодолели последний участок пути до ворот.

— Мистер Децимал, сэр! — дворцовый стражник мгновенно его опознал. — Чем мы можем вам помочь?

— У моей дочери есть важная информация, которую необходимо передать Принцессе. Вы должны её пропустить, это крайне важно.

— Нам приказано не…

— Принцесса поймёт. Просто дайте ей пройти. Я беру ответственность на себя.

Стражники переглянулись, затем расступились в стороны, давая Лире дорогу. Она немедленно пробежала в проход, затем остановилась и обернулась.

— Спасибо.

— Никаких проблем, правда, — ответил он.

Она помедлила.

— Я…, возможно, не вернусь назад. На этот раз по-настоящему.

— Я это понимаю, Лира. Но ты же сказала, что у тебя мало времени.

Лира закусила губу.

— Что ж… Спасибо. За всё.

Она развернулась и в одиночку направилась в замок.

— Вы только планировали мне рассказать, — она слышала голос Бон-Бон. — Вы думаете, что если какой-нибудь пони будет жить с…

Лира вошла под своды замка, и голос Бон-Бон стих.

Кантерлотский замок. Проходя сквозь входной зал, Лира вспомнила Гала. Сегодня всё было жутким образом тихо и бездвижно. Идя по ступеням, она вспоминала события после вечеринки. Возможно, то была самая важная ночь во всей её жизни. Она с лёгкостью вспомнила, куда Принцесса Селестия отвела её — зал, в котором, скорее всего, все сейчас и собрались.

Он находился на верхних этажах, дальше по извилистым коридорам. Она быстро выдохлась, но вскоре увидела прямо перед собой массивные двери. Осталось пройти всего ничего, и… с волной магической энергии она распахнула двери настежь и вбежала в зал.

Принцесса Селестия была здесь. Перед ней стояли шесть пони — носители Элементов Гармонии. В общей сумме, семь пар глаз пораженно уставилось с другого конца длинного зала на пони, что только что в него ворвалась.

Мгновенье стояла тишина — ни звука, не считая Лириных жадных глотков воздуха. Она, наконец, нашла силы заговорить.

— Дискорд вернулся. Я видела его.

— Лира? — Твайлайт заговорила первой. Её голос отражался эхом от стен. — Что ты здесь делаешь? И… ты правда видела Дискорда?

— Круто! Теперь веди нас прямо к нему! — воскликнула Рейнбоу Дэш. — Где он?

— Ты точно его видела? — Пинки наклонила голову набок. — Потому что я не встречала в последнее время ни шоколада, ни сахарной ваты, хотя они должны быть вроде везде!

— Конечно. Он всё это проделал. Как и в прошлый раз, — Лира пересекла зал, прямиком к остальным. Позади Принцессы стоял украшенный орнаментом сундук, и она заметила в нём Элементы. — И он превратил меня в пони.

— Ты всегда была пони, сахарок, — Эпплджек вскинула бровь.

— Ну, нет, на самом деле, я… — Лира замолчала. Теперь, когда она больше никуда не бежала, она поняла, насколько устала. — Хех…

Принцесса подошла ближе.

— Всё, как я и боялась… И то, что я вижу тебя здесь, Лира, это подтверждает.

Твайлайт одним рывком развернулась к ней.

— Что? О чём вы говорите? Вы… Вы её знаете? Причем здесь Лира?

Селестия помедлила.

— Несколько месяцев назад я отправила Лиру назад, к ней домой. В мир, полностью отделённый от нашего, — сказала она. — Лира не знала об этом сама, но она, на самом деле, — существо под названием «человек».

— Она… что, ещё раз? — хмурясь, спросила Рэрити.

— Я никогда о таких не слышала… — сказала Флаттершай.

— Нет, вы же дали мне задание на изучение людей, и… — Твайлайт помотала головой. — Они не существуют. Все источники, которые я читала, это доказывают! К тому же, ни один пони не видел живого человека.

— До того, как Лира была найдена, я думала, что люди вымерли столетия тому назад. И теперь, когда Дискорд нашёл их… я не знаю, что тут можно сделать, — сказала Селестия. — Я сомневалась, что ты сможешь воспользоваться амулетом, Лира, но я действительно отправила тебя туда с возможностью вернуться. Ты здесь в безопасности.

— А? — удивилась Лира. Она помотала головой. — Нет, я не за этим пришла. Нам нужны Элементы Гармонии. Дискорд там ещё недолго. Он ещё только начал. По-прежнему есть время его остановить, если мы поспешим.

— Дискорд вновь сбежал из своего заточения. Что уже доказывает, что он сильнее, чем нам казалось. И с той мощью, что он черпает из людей, он будет, скорее всего, несокрушим.

Слова Селестии повисли в воздухе. Лира снова помотала головой.

— Нет. Мы должны попытаться.

— Лира, эм… — Твайлайт старалась найти слова. — Ты… Ты же с Принцессой разговариваешь! Ты не можешь просто взять и сказать ей «нет»!

— Принцесса, вы знаете лучше, чем кто-либо другой, что произошло в прошлый раз, когда Дискорд взял под контроль людей, — сказала Лира. — И я видела, какие люди теперь, и потому всё будет только хуже. Если мы не сделаем что-нибудь прямо сейчас, Дискорд станет куда сильнее. И он может направиться потом назад в Эквестрию.

Твайлайт помотала головой.

— Я не понимаю, откуда ты знаешь о…

— Погоди минуту, Твай, — подала голос Рейнбоу Дэш. — Мы все знаем Лиру уже много лет. Я не знаю, что она там на самом деле, но разве тебе не кажется, что мы должны хотя б попытаться ей помочь?

— Но Принцесса сказала, что это опасно… — Твайлайт подняла глаза на свою наставницу, ожидая ответа.

— Лира, — Селестия задумчиво поглядела на неё. — Что ты знаешь о людях в своем мире?

— Они… ну… — замялась Лира.

— Они мирные?

— Конечно! Все, кого я повстречала, были ко мне очень добры … — сказала Лира. — Но…

Она вздохнула.

— Всё сложно. Я повстречала много людей, но… Вы были, в некотором роде, правы насчёт нас. Мы действительно дерёмся друг с другом. Но я не думаю, впрочем, что мы можем просто повернуться ко всему человечеству спиной! Потому что люди куда выше этого! Если мы позволим Дискорду делать, что ему вздумается, он, скорее всего, захватит все их плохие черты, и мы не можем просто сидеть и смотреть, что произойдёт следом.

— Принцесса? — обратилась Твайлайт, но Селестия не отреагировала, ожидая продолжения от Лиры.

— Дискорд всё ещё не знаком с людьми в моём мире, — сказала Лира. — Когда я ушла оттуда, он, судя по всему, ещё не успел добраться до чего-то серьёзнее мелких развлечений. Но я без понятия, что он делает сейчас.

— Значит, что он нас не ждёт. Я скажу — мы должны идти, — сказала Рейнбоу Дэш.

— Помочь людям? — сказала Пинки. — Я что, единственная, кто о них слышала? Ну же! Они же нас сожрут!

— Я не собираюсь никого есть, Пинки, — сказала Лира пустым голосом. Её желудок содрогнулся. По крайней мере, больше не буду.

— Мы определённо ничего не добьемся, если будем просто тут стоять, — сказала Рэрити. — Лира, очевидно, единственная из нас, кто знает, что делать, потому я говорю, что мы должны за ней последовать, и покончить с этим делом.

Эпплджек пожала плечами.

— Вполне мож быть, наверн.

Селестия помялась, прежде чем заговорить.

— Это невероятно опасно, — сказала она, наконец. — Если вы все желаете рискнуть…

— Мы уже однажды разобрались с Дискордом. Не проблема повторить! — сказала Рейнбоу Дэш.

— В прошлый раз, когда Дискорд атаковал человечество, мы с Луной были бессильны ему противостоять. Я не знаю, что произойдёт, если вы попытаетесь встать против него сейчас.

— Но вы дадите им попытаться… — сказала Лира. — Правда?

— Он будет куда сильнее, чем год назад, но насколько, я сказать не могу. Сможете ли вы его победить или нет, я хочу, чтобы вы вернулись немедленно. Чары на подвеске Лиры должны по-прежнему работать, — Принцесса опустила глаза. — Если всё повернётся к самому худшему, то лучше всего нам будет подготовиться к обороне здесь.

— Так что, эм… Я тут, кажись, чего не поняла. Мы куда идём-то? — сказала Эпплджек.

— Пожалуйста, постарайтесь переместить нас на этот раз поближе, — сказала Лира. — Человеческий мир огромен. Вы очень сильно промахнулись в прошлый раз.

— Я сделаю сколько смогу, — сказала Селестия.

— О, и ещё, — Лира подняла копыто. — Можете мне с этим чем-нибудь помочь?