Не учи учёного

13. Эксклюзивные вещи

— Помнишь, ты одалживал мне свою мантию в дождь? — глаза в порог.

Нэйсей, если и не казался удивлённым, когда открыл Твайлайт дверь своей квартиры в воскресенье, теперь точно таким выглядел.

— Помню, — подтвердил он. — Уже не надеялся её увидеть после стольких дней.

Принцесса вздохнула и левитировала вместо великолепной бордовой ткани что-то выцветшее до розового с каштановыми разводами. Её голова опустилась ещё ниже, полностью скрыв лицо за линейным занавесом чёлки.

— Возвращаю, — понуро констатировала Твайлайт.

Канцлер брезгливо взял каким-то образом расплывшуюся ткань обоими копытами и встряхнул. Она, ранее держащая форму и лишь слегка тянущаяся, как полагается качественной одежде, лёгким движением превратилась в скатерть.

— Как, — без эмоций поинтересовался Нэйсей, глядя поверх виноватой макушки принцессы. Та пристыженно подняла глаза.

— Я хотела постирать её.

— Дождь был таким грязным?

— Нет, но я вывесила её сушиться за окно, и поднялся ветер, уронивший её с самого последнего этажа в пыль, — сжалась Твайлайт, в несколько витков обернув заднюю ногу хвостом. — Заметила это только утром, когда… ну, ты понимаешь. Когда по ней порядочно народу протопталось.

— Так.

— Я пыталась очистить её заклинанием, но у меня не очень хорошо вышло, потому что я знала заклинания только для пятен от еды… и чтобы применять их на книжные страницы. Времени учить новые заклинания у меня не было, поэтому я… — она помедлила, сглотнув. — Замочила твою мантию в порошке на целый день.

— Ты удивишься, но на этой стадии её ещё можно было спасти, — оперся боком о косяк Нэйсей. — Но ты, наверное, сделала что-то ещё?

— Да. Я её отжала, — всё больше чувствуя себя провинившейся маленькой кобылкой, призналась Твайлайт. — И увидела, что вода красная, а мантия — уже не очень… и решила попытаться подкрасить её.

Принцесса сокрушённо взглянула на пегую ткань.

— Несколькими способами. Пока не отчаялась.

Нэйсей тяжело вздохнул и демонстративно подкинул получившееся одеяло к потолку. Пока оно медленно опускалось, притянул Твайлайт к себе — и мантия свободно накрыла их обоих, даже головы в вырез воротника попали.

— Прачка из тебя, конечно, м-да, — прямолинейно заявил Нэйсей, глядя принцессе в глаза, утащил её этим многоногим двухголовым существом в прихожую и закрыл дверь.

— Извини, — тяжело вздохнула та. — Я привыкла, что Спайк помогает мне во всём по хозяйству. Мой Помощник Номер Один, дракон, — пояснила она на недоумевающий взгляд сверху. — Дай угадаю: эта вещь тоже была очень дорогой и тоже из Седельной Арабии?

— Нет, эквестрийская и казённая, — успокоил её канцлер, но передумал. — И дорогая, да.

— О-о-ох, — проскулила Твайлайт. — Сколько?

— Нет, пожалуй, она даже бесценная, — попытался спрятать улыбку Нэйсей и после паузы заработал тычок локтём в рёбра. Деться из единой растянувшейся мантии оказалось некуда.

— Я всё равно как-нибудь искуплю вину. Подарю тебе новую мантию. Дизайнерскую, — сообщила принцесса и осмотрелась. Квартира Нэйсея занимала целый этаж. — Тебе ведь нравятся эксклюзивные вещи.

— Очень нравятся, — с кивком пошагал вглубь своего жилища единорог, и Твайлайт пришлось подстроиться.

По её вине они оказались связаны одной тканью, шаг одного — шаг другого. Необходима полная синхронность, чтобы не падать, и даже не прижиматься нужно боком к боку, а вместе скользить вперёд по смешивающимся белым и лавандовым шерстинкам.

— Твоей милостью, — продолжил Нэйсей, чуть подгибая длинные ноги для пущей слаженности, — мы теперь в моей квартире выглядим, как два грабителя, настолько нищих, что отдельные балахоны себе позволить не могут.

— Никогда бы не подумала, что у тебя хорошая фантазия.

— То есть, моё параноидальное видение будущего тебя не убедило?

— Разве что немного, — хихикнула Твайлайт. Она уже не столько осматривала дом канцлера, сколько смаковала ощущения от настолько тесного контакта с ним. — Что ещё ты любишь представлять?

— О.

В такой близости к кобылке в голову лезли исключительно фантазии, которые никак не прошли бы цензуру.

Нэйсей и не подозревал, что их у него, оказывается, много.

— Разные… вещи, — он по привычке пожал на ходу плечами, и это было ошибкой. Идеальный ритм сбился, Твайлайт потеряла точку опоры, они оба запутались в ногах и с коротким криком рухнули на кофейный столик.

— Ай! — испугалась принцесса, ёрзая под придавившим её худым, но ощутимым телом. — Он из стекла, да?

— Из закалённого, — скованно взмахнул копытом под тканью канцлер. — Не разобьётся, хоть скачки на нём устрой.

Проскользнувшая через барьеры сознания двусмысленность разлилась по щекам Твайлайт ярким румянцем. Нэйсей кашлянул, но лишь для вида, совсем не испытывая неловкости и пытаясь сдержать подступающую к копытам дрожь.

— Это у тебя сердце так колотится или у меня? — протараторила принцесса.

— У обоих? — ответил вопросом на вопрос канцлер, наклонив голову набок.

Твайлайт невольно облизнула губы неуловимым движением языка. Нэйсей, согнувшийся на ней, лежащий на ней значительной областью своего тела, мог сосчитать все пороги её сбившегося дыхания и увидеть своё отражение в каждой искре тёмных глаз, потемневших ещё больше и теперь почти сливающихся со зрачками. Слишком искушающее зрелище.

— Это всего лишь влияние момента, — пробормотал канцлер, медленно наклоняясь ниже. Он то и дело пружинисто останавливался в попытке качнуться обратно вверх, но тело решало за него.

— Наша жизнь вся состоит из моментов, — невпопад отозвалась Твайлайт и медленно протянула копыто через вырез бывшей мантии.

Чёрная тонкая прядь выпала из тщательно расчёсанной длинноватой гривы канцлера и теперь путалась в его коротких ресницах, заставляя часто моргать. Принцесса заправила её на место, проведя кромкой копыта по скуле и уху.

Ардент мягко подался вниз и клюнул её губы своими — невесомо, обстоятельно, с бархатной изящностью идеально попадая изгибом в изгиб.

Флэш Сэнтри пёр напролом, как паровоз. Ардент Нэйсей взвешивал каждое движение.

Было… досадно.

— Мы не школьники, — дьявольски подсказала Твайлайт между крохотными смыканиями губ.

— Именно, — согласился канцлер, почти не отрываясь от неё. — Нам не пристало терять голову от одного соприкосновения. По крайней мере, мне.

— Ах, ты поэтому спрашивал, старый ты или нет? — легко рассмеялась принцесса, и Ардент едва не задохнулся, ощущая живые путы оплетающих его передних и задних ног.

— Д-для лучшей ученицы принцессы Селестии ты можешь быть удивительно фривольной, — а сам не мог сопротивляться и оставлять её тесные объятия без взаимности. Да и куда было деться из одной мантии?..

Твайлайт, всё ещё тихонько посмеиваясь, запустила копыта в прилизанную гриву, хаотично ероша её, и прошептала подрагивающему от жеребячьего предвкушения канцлеру на ухо:

— Я сходила с ума по Старсвирлу Бородатому в юности. Как думаешь, старый ты для меня или нет?