Вещи, что Тави говорит
Одарённые вещи (Gifted Things)
Свити Белль пыталась отдышаться...
Вытерев лоб, она отвернулась от микрофона и посмотрела на нас с Лирой сквозь стекло.
– Вы всё записали? – потрескивает её голос.
Я улыбаюсь. Я не могу ничего с собой поделать. Даже во время отдышки эта маленькая кобылка — синяя мелодия, разыгрывающая сама себя.
– Более чем! – говорит Лира, нажав копытом на красную кнопку внутренней связи. – Передохни, выпей немного воды, Свити. И мы можем перейти к следующей песне, если в тебе ещё остались силы!
– Ты шутишь? – её голос трещит из звуковой будки. – Я готова продолжать всю ночь напролёт!
– Хе-хе-хе... – Лира выключает интерком и делает пометку на самой последней временной отметке. – Если бы она услышала, какие золотые фразы произносит, будучи лет на десять старше...
– И что бы тогда? – входит Бон-Бон с тарелкой закусок из сельдерея.
– Эм... – Лира прикусывает губу. – Н-ничего, Би Би!
– Хмм... так я и думала, – изобразив приятную улыбку, Бон-Бон направляется к крайнему стулу за кабинкой. – Наслаждаешься шоу своей сестры, Рэрити?
– И ещё как! – Рэрити левитирует в воздух кусочек и изящно откусывает от него. – Ммм... Я всегда знала, что она талантлива, но просто видеть, как она сияет во всей своей красе!
– Хи-хи-хи... – Бон-Бон хихикает. – Разве может музыкант сиять своим голосом?
– Не веришь – спроси у Вайн, – Лира указывает в мою сторону.
Я закатываю затенённые глаза и продолжаю обрабатывать запись.
– Ну, ты знаешь, что я имею в виду, – говорит Рэрити, слегка краснея. – У меня такое чувство, будто богини творчества одарили нас двоих своими музами с совершенно разных сторон.
– О? – Бон-Бон прислоняется к стене, жуя свой сельдерей. – Как так?
– Ну, у меня всегда получалось создавать восхитительные платья, что ласкают непрельщенный глаз, – размышляет Рэрити. – Похоже, моей сестре досталась акустическая половина семейного дарования!
– Хех... – Лира сама жует немного сельдерея. – Это довольно забавный взгляд на вещи.
– Лира! – Бон-Бон хмурится.
– Мрммм – позволь мне объясниться, прежде чем отдёргивать меня за хвост, подруга! – Лира неторопливо доедает свой кусочек, а затем заявляет: – Я считаю, что настоящий талант рождается из практики, сопереживания и целеустремленности. Без сомнения, Свити Белль родилась с правильными задатками... но, чтобы развить эти задатки, требуется время! А не одна только одарённость... э-э-э... если вы понимаете, что я имею в виду.
– Но даже несмотря на это, вы, конечно, должны согласиться, что есть некоторые пони, которые просто рождаются такими! – Рэрити указывает на мою половину комнаты. – Возьмем, к примеру, Винил.
Моё копыто дёргается, соскальзывая с приборной панели.
– Безусловно, она кое-что знает о врожденных способностях!
– Э-э-э... Э-э-э... – Лира ёрзает, нервно поглядывая на меня.
Рэрити моргает.
–...... ...Я что-то не то сказала?
– О, нет... Я имею в виду... не совсем... просто дело в том, что...
– Иногда, чтобы достичь легендарности, требуется нечто большее, чем одна только одарённость, – внезапно говорит Бон-Бон, откусывая ещё немного. Избегая моего взгляда. – Иногда для этого требуется определенная доля везения... ммм... хотя это зависит от того, как ты на это смотришь... или предпочитаешь смотреть.
– И мы... мы смотрим на это как на очень большую удачу! – Лира криво улыбается, затем кивает головой в мою сторону. – Не так ли, Винил?
Малиновый вздох. Наконец, я киваю, вежливо улыбаясь.
– Я... никак не хотела совать нос не в свои дела, — замечает Рэрити.
– О нет. Ничего такого, – говорит Лира. – Иногда некоторые секреты должны оставаться... секретами.
– Это правда, – соглашается Рэрити, улыбаясь. – Я, конечно, не хотела бы, чтобы кто-нибудь копировал мой модный талант... особенно после этого... ургх... ужасного фиаско с Поломэйр.
– Поло-кем? – Бон-Бон моргает.
– Именно! – Рэрити улыбается. – Мошенничество не приносит ни славы, ни богатства! – она подмигивает в мою сторону. – Приятно сознавать, что вы добрались до вершины, мисс Скретч! Ибо это означает, что вы попали туда заслуженно!
Я киваю, хотя мой взгляд задерживается на пыльном краю платформы. Я вдруг чувствую себя очень уставшей. Интересно, планирует ли Октавия сегодня вечером практиковаться в игре на виолончели? В кои то веки бирюзовое ложе тишины представляется мне более предпочтительным.
– Эй, эмм... – потрескивает из динамика синий голос Свити Белль. – А можно мы сделаем эту штуку с записей моего кавера на песню Кантер Рэй Джепсен?
Копыто Лиры с грохотом опускается на кнопку внутренней связи.
– Нет, нелЬЗЯ.
– У-у-у-у...