Сорняк

23. Родонит

Совершенно без предупреждения Клауди Кварц запихнула огромный кусок помадки в рот Тарнишед Типоту. Он сразу же обнаружил, что помадку слишком трудно жевать, она была очень твердой, но зато сразу же начала таять. По мере того как она таяла, она становилась самой вкусной вещью, которую Тарнишед Типот когда-либо ел, и на мгновение он испытал еще большее блаженство, чем во время своего короткого знакомства с наркотиками, изменяющими сознание.

Она была сладкой, она была горькой, она была маслянистой, в ней были кусочки орехов. Тарниш опустился на стул, помадка таяла во рту, и он провел языком по нижней части лакомства, пытаясь отделить от него еще немного сливочной, помадной вкуснятины. Проводя языком по дну, он почувствовал маленькие кусочки карамели и каменной соли, вкрапленные в помадку. Карамель не растаяла, но осталась жевательной, и он раздавил маленькие кусочки между языком и зубами.

Все его прежние тревожные мысли теперь исчезли, забылись, их заменила помадка. Сев на стул у кухонного стола, Тарниш закрыл глаза и стал наслаждаться тающей во рту вкуснятиной. В ней были нотки горечи, которые еще больше подчеркивали ее сладость. Она была сладкой, но не слишком. Одно ухо обмякло и упало, а затем и второе сделало то же самое.

— ПРИВЕТ, ТАРНИШЕД ТИПОТ!

Почти проглотив свой кусок помадки, Тарниш едва не подавился. Он кашлял и брызгал слюной, и тут какая-то пони ударила его по спине. Он втянул воздух и переместил помадку изо рта на щеку. Что здесь делала Пинки Пай?

— Я беспокоилась о тебе! — крикнула Пинки Пай, бросаясь на Тарниша и обхватывая его передними копытами, чуть не сбив его со стула. — Как дела?

Лаймстоун Пай начала хихикать и ткнула свою сестру-близнеца в ребра. Они смотрели, как Тарнишед Типот извивается в объятиях Пинки, а Пинки все не отпускала его.

— Мод снаружи… Я только что с ней разговаривала. Она кажется очень счастливой… Она тебе нравится? А? Тебе нравится моя сестра? — спросила Пинки Пай, оказавшись нос к носу, мордочка к мордочке с Тарнишед Типотом.

— Пинки, дай бедному жеребенку немного передохнуть, — сказала Клауди. — Подойди ко мне и обними меня.

— Хорошо! — Пинки Пай отпустила Тарниша, чуть не заставив его опрокинуться, что она исправила, схватив Тарниша еще раз и выровняв его стул. Как только Тарниш обрел устойчивость, она понеслась через всю кухню к маме, которую обняла, хихикая и фыркая.

— Как ты сюда попала? — спросил Тарниш, набивая рот помадкой.

— Я села на поезд, глупышка! — ответила Пинки Пай, прижимаясь к матери. — Мама, я так скучала по тебе… я была так занята… глупый мир просто не хочет спасаться! — Пинки Пай подхватила мать, встала на две ноги и начала танцевать по кухне.

Лаймстоун присоединилась к сестре, подпрыгивая на задних ногах, отчего все в кухне затряслось. Тем временем Марбл просто стояла там, почти так же бесстрастно, как Мод, наблюдая, как ее близнец и сестра танцуют с ее матерью. Постояв несколько мгновений, она повернулась, чтобы посмотреть на Тарниша, и сделала жест в сторону танцующих пони — жест, который должен был сказать:

— А ну-ка, глянь на этих пони.

— О… помадка! — Пинки Пай подбросила свою мать в воздух и бросилась к столу.

Выпрыгнув вперед, Лаймстоун поймала мать, и они обе разразились нервным смехом, когда Лаймстоун опустила мать на пол. Пинки Пай была Пинки Пай, и семья давно с этим смирилась.

— Оооооооо, помадка! — воскликнула Пинки Пай, запихивая в рот большой кусок твердой помадки и начиная жевать, не обращая внимания на то, что она была твердой. — Ммм, мммм мммм мммммммммммммммммммммммм!

Помадка Тарниша все еще таяла, становилась все меньше и все еще оставалась у него за щекой. Оправившись от неожиданного появления Пинки Пай, он снова расслабился и удобно устроился в своем кресле за столом.

— Ммммама, — сказала Пинки, смешав "ммм" и "мама" в одно слово. — Ты придумала, как сделать так, чтобы карамель не таяла, когда ты добавляешь ее в помадку… ммм.

— Да, придумала, — ответила Клауди, прислонившись к Лаймстоун и улыбаясь.

Боковая дверь дома открылась, и Мод Пай вошла в кухню. Она огляделась, рассматривая все вокруг, наблюдая, как Пинки Пай поглощает помадку, как Марбл приходит в себя от волнения, как Тарниш сидит в своем кресле, а Лаймстоун стоит с Клауди Кварц.

— Она не пришла. — Слова Мод прозвучали бесстрастным монотоном, но ее уши были навострены. — Я послала ей телеграмму с очень вежливой просьбой. Но она не пришла.

— Кто не пришел, дорогая? — спросила Клауди.

— Мать Тарнишед Типота, Пинни Лейн, — ответила Пинки Пай с полным ртом помадки. — Я пыталась уговорить ее прийти, но она сказала, что Тарниш уже большой пони и может сам о себе позаботиться. Кроме того, у нее был запланирован матч по боулингу в Балтимаре, и она сказала, что не может его пропустить.

— Ты пригласила мою маму? — спросил Тарниш, его помадка стала достаточно мягкой, чтобы он мог ее немного пожевать, а слова он произносил невнятно, когда говорил с полным ртом еды.

— Мод, ты выглядишь расстроенной! — Пинки Пай вальсировала от стола, где лежала помадка, и пошла утешать сестру. Губы Пинки Пай были испачканы помадкой, а к носу прилипло немного каменной соли.

Сузив глаза, Тарниш посмотрел на Мод, пытаясь понять, что видит Пинки. Мод выглядела так же, как и всегда. В ней вообще ничего не изменилось, но Пинки Пай сказала, что Мод выглядит расстроенной. Тарниш моргнул, все еще не в силах обнаружить никаких заметных изменений.

— Не расстраивайся, Мод, все будет хорошо, — сказала Пинки Пай, потеревшись о лицо сестры щекой. — Просто успокойся, не злись, ты же знаешь, что будет, если ты разозлишься.

Это было бы почти комично, или так думал Тарниш, если бы Пинки Пай не была так серьезна. Мод, которая внешне ничем себя не проявляла, утешала ее сестра, Пинки Пай, которая не умела держать эмоции при себе.

— Мод послала телеграмму твоей маме, а та — мне, — сказала Пинки Пай, начиная объяснения с Тарнишем. Она еще раз утешительно обняла сестру, пока Лаймстоун и Марбл наблюдали за происходящим. — Я должна была попытаться уговорить твою маму навестить нас, а потом вернуться домой на поезде. Но Пинни не захотела ехать. Она сказала, что может отправить тебе что-нибудь по почте позже, если ты останешься по этому адресу.

Не понимая, что он чувствует, Тарниш сидел с минуту, чувствуя себя довольно подавленным, а затем пожал плечами, когда чувство безразличия овладело им:

— Просто она такая. Думаю, нет смысла расстраиваться из-за этого.

— Но ты должен расстраиваться из-за этого, — сказала Марбл, ее уши откинулись назад к голове, когда она говорила. Любому наблюдателю было ясно, что ей неловко говорить и выражать свое мнение. — Она твоя мать. У тебя сломана нога. Моя мать пришла бы, будь то Тартар или высокая вода…

— Марбл, следи за языком! — сказала Клауди, прерывая свою дочь.

— Клятое сено или высокая вода… — Марбл бросила на мать извиняющийся взгляд, а затем замолчала, тушуясь, ее выражение лица было мрачным и сердитым.

— Послушай, моя мать не такая уж плохая… она просто… зациклена… просто зациклена на своей собственной жизни, вот и все. Мы оба очень разные пони. — Тарниш наклонился вперед и положил свой гипс на стол.

— Я пойду прогуляюсь, — объявила Мод, отстраняясь от своей сестры Пинки Пай и поворачиваясь к двери.

— Я пойду с тобой, — сказал Тарниш, чуть не упав со стула и шатаясь, пытаясь устоять на трех ногах.

— Думаю, я тоже пойду с вами! — Пинки Пай несколько раз подпрыгнула на месте, ухмыляясь и выглядя очень счастливой.

— Пинки, дорогая, почему бы тебе не остаться здесь со мной и не помочь мне с выпечкой? — спросила Клауди.

— Хм? — Пинки посмотрела на маму, потом на Мод, потом на маму, потом снова на Мод, потом на Тарниша, потом на Мод, а потом снова на маму. — Оооо… Я поняла. Я должна остаться здесь и помогать тебе печь… оки-доки-локи. — Пинки Пай помахала копытом, когда ее сестра вышла за дверь, а Тарнишед Типот последовал за ней. Она повернулась и посмотрела на свою мать. — Я никогда не видела, чтобы Мод так переживала из-за чего-либо. Мне кажется, ей нравится Тарнишед Типот… может быть… совсем чуть-чуть… мама, мне тоже нравится один пони, наверное, все твои маленькие девочки растут…

Примечание автора:

Если бы вы знали, что такое родонит, то поняли бы, что это очень подходящий камень для Пинки Пай. Погуглите! Такой красивый.