Сорняк

75. В которой обсуждаются приключения

Над головой мерцали звезды, выглядывая из-за нескольких облаков, а ночь была прохладной, но влажной. Звездного света, как и лунного, было более чем достаточно, чтобы видеть, когда Тарнишед Типот и Мод Пай вместе продолжали путь.

Они припарковались где-то около полудня, повалялись в тени, забравшись под повозку, поспали и дождались ночи. Теперь Мод двигалась и шла быстро. Ночь, гораздо более прохладная, чем день, располагала к путешествию.

— Мы пересекли Вечносвободную реку… Если я смогу проехать сегодня чуть больше двадцати пяти миль, мы доберемся до ущелья Рок Ридж… может быть, где-то на рассвете, — сказала Мод.

— Место, где мы разбивали лагерь? — ответил Тарниш.

Мод покачала головой:

— Нет. Это немного южнее. Но есть северный кемпинг, который находится недалеко от дороги. Там есть насос с чистой водой и ручей, в котором может быть вода, а может и не быть. Иногда он пересыхает к концу лета.

— Бочка с водой на двенадцать галлонов была хорошей идеей? — Тарниш посмотрел на Мод. — Когда ты взяла меня домой, мы вроде бы обходились пятигаллонным кувшином. А насосы есть, кажется, в каждом кемпинге.

— Тарниш, нас теперь двое, и не в каждом кемпинге есть насосы. Не в каждом месте, куда мы едем, есть кемпинг. Есть очень реальный шанс, что в некоторых местах, куда мы пойдем, закончится питьевая вода. Я хотела взять с собой двадцатигаллоновую бочку, но сто шестьдесят фунтов воды было слишком много, чтобы тащить ее вместе с остальным снаряжением.

— Когда ты читаешь истории о приключениях, ты всегда читаешь о героях, совершающих удивительные вещи… храбрых дикарях… сражающихся с монстрами… ты никогда не читаешь о героях, обсуждающих использование воды и то, сколько весят припасы. — Тарниш сделал паузу и посмотрел на Мод. — В последнем лагере, почему для нашей еды ты брала воду из реки, а не из насоса?

Мод поморщилась, а затем, после долгого молчания, посмотрела на Тарниша:

— Мне нравится минеральный привкус воды. Можно почувствовать вкус камней.

— О. — Тарниш не мог понять, веселится над ним Мод или нет. Он решил, что это не имеет значения. Он усмехнулся, сделал шаг ближе и прижался к шее Мод, потираясь переносицей о мягкий изгиб ее горла.

Наслаждаясь тем, как Тарниш ласкает ее, Мод чувствовала, как по позвоночнику бегут маленькие мурашки:

— Я думаю, если читать о том, что искателям приключений приходится заботиться о скучных повседневных вещах, которые делают возможным приключение, это испортит ощущение приключения. Пони хотят читать о том, как искатели приключений исследуют какие-нибудь руины, или находят древние сокровища, или, может быть, отыскивают давно потерянную гробницу. Это и есть приключение. Но как только ты читаешь о том, что герою приходится следить за весом своего фотооборудования, количеством еды, сколько воды у него в запасе… Я думаю, что история становится чем-то другим.

— Как что? — спросил Тарниш.

Мод пожала плечами:

— Не знаю. Что-то другое.

— Героям никогда не нужно есть. Им никогда не нужно ходить в туалет. Они могут выживать в экспедиции неделями, даже месяцами, не имея ничего, кроме себя и, может быть, красивой шляпы. Как Дэринг Ду. Она уходит в джунгли на месяцы, находит то, что ищет, и у нее есть только она сама. Она никогда не берет с собой ни еды, ни воды, ни припасов. Раньше меня никогда не волновала практическая сторона приключений, мне нравилось читать эти книги… но потом я несколько раз пересекал пустыню… пересечение щелочных равнин открыло мне глаза. Моя фляга тяжелая. В ней чуть больше галлона воды…

— Десять фунтов веса, — вмешалась Мод.

— … и повесить ее на шею — та еще задача. Я думаю, Дэринг Ду умерла бы в течение первых нескольких дней своих приключений. Возможно, от обезвоживания. Ведь сейчас уже ночь, и хотя сейчас намного прохладнее, чем днем, на улице все равно почти восемьдесят градусов. Я потею… Я чувствую, как пот струится по моим ногам. Мои яйца на ощупь влажные. И если бы я продолжал так идти без воды, думаю, я бы умер. — Тарниш вспомнил начало своего приключения и свою жажду. Он дошел до того момента, когда питье из грязевой лужи показалось ему хорошей идеей. Он вспомнил, как ел ежевику и как колючки пронзили его губы. Пока он шел, его фляга, весом в десять фунтов, билась о его грудь. — Мод?

— Хм?

— Мне пришла в голову одна мысль. Я знаю, что у нас около шестисот фунтов снаряжения… но сколько весит повозка? — Тарниш взглянул на Мод, приподняв бровь.

— Повозка весит около пятисот фунтов. — Мод сделала паузу и наклонила голову, обдумывая свой ответ.  — Цельная деревянная конструкция, латунная фурнитура и основание четыре на восемь. Может быть, весит немного больше.

— Как ты это делаешь?

— Тарниш, я земная пони.

— Да, но не каждый земной пони может это сделать.

— Тарниш, я сильная земная пони.

— Это очевидно… Я просто не понимаю, как ты это делаешь. Я имею в виду, меня просто поражает, как ты двигаешься… твои мышцы… эм…

— Тебе нравится наблюдать за мной. Мне нравится, когда ты смотришь на меня. Мне нравится, когда другой пони оценивает мою силу. — Мод наклонилась вперед в своей упряжи, когда дорога пошла под уклон, и пара начала подниматься на холм с небольшим уклоном. — Я провела свое жеребячье детство в тяжелом труде. Папа никогда не позволял нам отказываться от работы. Так или иначе, мы должны были закончить. Мы нашли способы и средства. Мы, сестры Пай, стали сильными. Даже Пинки… она может выглядеть мягкой и пухленькой, но у нее огромная сила.

— Этот холм выглядит длинным.

— Просто держи флягу наготове. Мне будет легче, если я смогу пить и не останавливаться. На таком подъеме легче сказать, чем сделать. — Мод немного замедлила шаг и начала идти нетвердой походкой, упираясь копытами в грунтовую дорогу.

Кемпинг, место отдыха, финансируемое Короной, оказался приятным местом. Здесь было несколько хижин, водокачка, грубая каменная печь и простой душ, который работал от насоса. Мод и Тарниш приехали сюда чуть позже девяти часов утра после долгой ночи пути. Склон оказался для Мод немного тяжелее, чем ожидалось.

Мод нажала на тормоз передних колес, а Тарниш хорошенько дернул рычаг, блокирующий все четыре колеса. После этого Тарниш стал помогать Мод выпутаться из ремней. Несмотря на всю свою силу и выносливость, Мод, проехав более двадцати пяти миль, большую часть из которых она преодолела в гору, была измотана.

Испытывая некоторое беспокойство, Тарниш наблюдал, как Мод с почти ледниковой медлительностью движется к ручью. Он шел за ней, низко опустив голову, с выражением озабоченности на лице. Ручей выглядел неглубоким; вода не очень-то текла по камням.

Дойдя до кромки воды, Тарниш помог Мод раздеться. Тени не было. Он посмотрел на солнце, когда стягивал с Мод одежду, и почувствовал легкое беспокойство. Воды, глубиной всего в пядь, было недостаточно, чтобы погрузиться в нее и охладиться. Мод легла на камни и стала кататься по воде, пытаясь промокнуть, а Тарниш снял свое снаряжение, чтобы присоединиться к ней.

— Что ты хочешь поесть? — спросил Тарниш, ложась на камни и переворачиваясь на спину. — Наверняка ничего горячего… бутерброды?

— Бутерброды подойдут.

Тарнишед Типот посмотрел на промокшую пони рядом с собой. Он видел, как мышцы Мод дрожали, вздрагивали и подрагивали. Он перевернулся на живот, подполз на брюхе к Мод, толкнул ее, а затем начал растирать ее ноги, разминая копытами плоть. Он видел, как закрываются ее глаза, когда он принялся за работу. Он понятия не имел, что делает, но рассудил, что ощущения должны быть очень приятными. Мод затихла.

Сначала он поработал с ее задними ногами, растирая бедра, стараясь быть нежным. Он попробовал свою магию, используя телекинез, чтобы надавить и помассировать ее измученные ноги. Посмотрев вниз, он увидел пупок Мод… и все остальное. В такой ситуации трудно было не почувствовать возбуждение. Он положил копыто ей на живот, ласково погладил ее, а потом понял, что она спит. Мод была в отключке, ее голова лежала на дне ручья, а вода текла по ушам.

Он опустил взгляд на свой амулет; он все еще был приятного голубого оттенка. Он посмотрел на солнце, которое обещало принести жару. Он поднял Мод телекинезом, с трудом удерживая ее на ногах. Он устал, а она была тяжелой, не говоря уже о том, что насквозь промокла. Он сделал паузу, мгновение обдумывал свои действия, а затем опустил ее обратно в воду, убедившись, что ее морда направлена вверх.

Если положить ее в грязь в лагере, пока она мокрая, она будет грязной. Бросив последний взгляд на Мод, Тарниш оставил ее лежать в прохладной воде и пошел расстелить одеяло в одном из навесов, чтобы они могли отдохнуть от солнца.