Не в коня корм

История одного обеда...

Флаттершай Энджел Другие пони

Первый раз Твайлайт

Твайлайт Спаркл изучила и испытала в своей жизни гораздо больше, чем обычная кобылка, но одно событие, значимое событие, в жизни каждой молодой поньки всё время ускользало от неё (или она от него), но встретившись в очередной раз со своей подругой Рарити, Твайлайт всё же решилась довериться профессионалам.

Твайлайт Спаркл

Steamwork Equestria / Паровая Эквестрия / Эквестрия-на-Пару

Действие происходит в Эквестрии, где совсем нет магии. Но есть хитроумные машины, которые делают такие вещи, что от волшебства не отличишь, хоть и работают на пару. Почти steampunk, если угодно.

Твайлайт Спаркл Спайк Другие пони

Цветок и грёзы

Раз в жизни самые отважные бризи отправляются в долгое и опасное путешествие — путешествие в большом, неприветливом мире. А летят они туда за тем, чтобы раздобыть пыльцу. Но, спросишь ты меня, зачем же надо покидать тёплый уютный дом ради горстки жёлтых былинок? О, эту историю нужно знать всем бризи, особенно самым юным…

Другие пони

Сорняк

Если б сорняк не называли сорняком, был бы он таким же отвратительным? Первый рассказ из вселенной Видверс.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Флим Флэм Мод Пай Лаймстоун Пай Марбл Пай

Clock is ticking!

Кто-то опоздал :3

Операция Рассвет

Корабль ВМС Гарца "Волатил" получил тяжёлое повреждение во время операции по борьбе с контрабандистами в Бурном Проливе, разделяющем Грифонию и Зебрику, после чего направился в ближайший порт, находящийся на Затерянных островах. Почти никто из экипажа не подозревал, что они стали частью планов Королевы Королев...

ОС - пони

Я не брони, и я кобылка (2.33)

В лесу есть деревья, а у оных, в свою очередь, имеются корни.

Человеки

Под одной крышей

- Но что я увижу на той стороне? - То, что было, то, что будет, и даже то, что могло бы быть...

Лайтнин Даст

Супер-леди Найтмэр Мун

У Найтмэр Мун тоже есть чувства и потребности, как и у Луны. Впрочем, не совсем как у Луны.

Найтмэр Мун Человеки

Автор рисунка: Stinkehund

Химера

Глава 3 – Цена ответов

Склонившегося над тактической картой человека даже в обычное время нельзя было назвать красавцем. Пересекающий пол-лица шрам прерывался лишь металлом искусственного глаза, густая борода выглядела неопрятно, а правая рука была заменена протезом из ультрастали, который тем не менее способен был согнуть металлическую балку вдвое. За годы службы ему довелось пройти через многое: от охоты на работорговцев в Петле Ориона, до участия в подавлении восстания анклавов ксено-беженцев 3557 года в секторе Афина и устранения лидеров взбунтовавшегося 378-го звездного корпуса в 3561. Но разворачивающееся на голографической карте зрелище, казалось, даже из него спустило воздух.

Вот уже вторые сутки как шло отчаянное сражение за систему. Все новые и новые отряды ЭО выходили с гиперлинии, с каждым разом становящиеся все крупнее. Раз за разом оборонявшая систему флотилия СБФ, под руководством командора Лиу Квана, уничтожала вторженцев. Несла потери – но уничтожала. Однако любая удача рано или поздно должна была подойти к концу.

Сотни состоявших из чистой энергии кораблей вываливались с гиперлинии на границе системы, и глаз не мог не заметить среди них три громады кораблей-носителей, окруженных целым роем летательных аппаратов. Потоки плазмы и россыпи нейтронных зарядов потянулись к противнику, и пара пометок обозначила уничтоженные корабли охотников. Однако ответный залп тоже не заставил себя долго ждать. Где-то на заднем фоне прозвучал доклад одного из операторов, передавшего сообщение командора о поднятии щитов. Автоматически повторив приказ своим подчиненным, майор Брайен Родригес продолжил наблюдение. В конце концов, это было единственным, что он сейчас мог делать: все необходимые команды уже давно были отданы, а орудия ПКО находились в полной боевой готовности. Не то, чтобы они сильно могли помочь против целой армады.

У обороняющихся не было ни единого шанса в прямом столкновении, но оно и не требовалось. Корабли СБФ изначально проектировались для охоты на контрабандистов и пиратов, и потому обладали превосходной скоростью и дальнобойностью, пусть и в ущерб емкости щитов и количеству орудийных установок. Выдерживая максимальную дистанцию, на которой эффективность залпов сотканных из иномерной энергии противников становились минимальной, но при этом орудия самой флотилии людей все еще наносили какой-то урон, командор Кван начал постепенно отманивать охотников от планеты. Самые быстрые корабли армады начали отрываться вперед от своих более крупных товарищей, преследуя добычу, что также стало дополнительным подспорьем катастрофически уступающим числом обороняющимся; тем не менее, один за другим корабли СБФ исчезали с тактической карты системы, и какое-то время спустя охотники догадались сконцентрировать огонь на самом флагманском корабле Квана. Раз за разом схематические изображения залпов противника сталкивались с фигуркой линейного крейсера класса «Инквизитор», а эскадрильи малых летательных аппаратов прорывались почти к самому флагману, невзирая на заградительный огонь и потери.  И несмотря на все усилия экипажа, в конечном «Мандат Небес» постигла та же судьба что и предыдущие корабли: очередная отметка исчезла с карты.

Однако за миг до этого поступил долгожданный отчет:

– Сэр, фиксируем новую точку выхода с гиперлинии. Десять… пятьдесят… сто двадцать вымпелов. Есть подтверждение IFF, это ударная эскадра «Омикрон»! – в голосе оператора отчетливо было слышно облегчение, однако через секунду в нем появились легкие нотки удивления. – Вторая точка выхода! Идентификация… это транспортные корабли, двести пятнадцатый звездный корпус!

В иных обстоятельствах Родригес бы воспринял появление «Омикрона» насторожено, особенно с целым корпусом Планетарных Сил. У адмирала Алана Блейка была специфичная репутация, и он часто действовал нестандартными методами. С одной стороны, это приводило к победам там, где поражение было практически гарантировано, с другой же… это делало его непредсказуемым. Особенно в свете недавнего переворота в Союзе.

Но даренному к’стару в зубы не смотрят, и сейчас доклад о появлении «Омикрона» был музыкой для ушей майора, отвечающего за безопасность и работоспособность объекта «Альфа». Ударная эскадра должна была в лучшем случае прибыть через двое суток, и ее появление прямо сейчас иначе как чудом назвать было тяжело.

Тем временем линкоры «Омикрона» открыли огонь, и сторонний наблюдатель мог бы заметить, как в сторону спешно разворачивающейся экстрамерной армады потянулись десятки ослепительно-белых лучей тахионных установок. Разумеется, на карте они отображались лишь как тонкие линии векторов атаки.

Потеряв один из трех сверхтяжелых носителей, экстрамерным охотникам удалось, наконец, развернуться к новоприбывшим, и океан малых летательных аппаратов, вернувшийся со своей погони за флотилией СБФ, начал выдвигаться в сторону «Омикрона». Но в отличие от других соединений, ударные эскадры не оснащались кораблями-носителями малых летательных аппаратов. Они им попросту не требовались, и адмиралы в любом случае отдавали большее предпочтение линкорам с тяжелыми артиллерийскими установками.

За несколько минут до того, как сотканные из иномерной энергии МЛА достигли эскадры, сделал свой ход флагман «Омикрона», титан класса «Император». Завершив зарядку своего орудия главного калибра, пятнадцатикилометровый исполин изверг поток энергии, испепелявший все на своем пути. Большая часть МЛА охотников просто перестала существовать, как и еще один сверхтяжелый носитель вместе с доброй четвертью остальной армады, через которую проложил свой путь разогнанный почти до световой скорости поток частиц, доворачиваясь вслед за маневрами самого флагмана. Те корабли, что остались невредимыми, бросились врассыпную, смешав любое подобие только восстановленной формации и строя. Немногие оставшиеся МЛА были встречены строем эсминцев, и счетверенные лазерные установки точечной обороны выкашивали их целыми эскадрильями. Под прикрытием своих более крупных собратьев и пользуясь сумятицей в рядах противника, косяк из сорока корветов прорвался вперед, на всей скорости помчался в центр построения противника и, лавируя между потоками залпов со всех сторон, произвел торпедный зал. Иконка последнего сверхтяжелого носителя экстрамерных охотников исчезла с карты. Однако бой только продолжал набирать обороты.

Он не был уверен, сколько времени уже провел перед картой системы, когда знакомый голос отвлек его от наблюдения.

– Майор? – с трудом оторвав глаза от продолжающегося боя, Брайен Родригес поднял взгляд на стоявшую рядом собеседницу. Обычно в центр управления оборонительными системами, или ЦУОС, объекта «Альфа» допускались только сотрудники СБФ. Доктор Клара Вогель была исключением из этого правила.

– Доктор Вогель. Разве вы не должны находиться в бункере для гражданских, вместе с остальным персоналом? – в голосе майора в равной степени была слышна усталость и раздражение.

– И мирно ждать, пока ваши люди соизволят оторвать задницы от стульев и наконец найти диверсанта, сорвавшего биосинтез неделю назад и создавшего в процессе пси-аномалию посреди испытательной зоны, от которой мое подразделение до сих пор не может избавиться? Я так не думаю, – фыркнула рыжеволосая женщина. – Насколько я понимаю, – кивок в сторону голографической проекции, – наиболее острая фаза осталась позади, и наземным объектам уже ничто не угрожает. Поэтому будьте добры и сообщите мне о прогрессе.

Обычный человек под ответным взглядом майора бы стушевался и умолк. Клара Вогель не была обычным человеком.

– Доктор Вогель, позвольте напомнить, что мой батальон вам не подчиняется и не подотчетен, – наконец, произнес Родригес через несколько долгих секунд тишины.

– Безусловно, – хмыкнула исследователь. – Но человек, которому вы действительно подчиняетесь, превратился в звездную пыль полчаса назад. И, рискну предположить, что новым главой станет адмирал этой ударной эскадры. Будет очень неловко, если на первом же рабочем совещании он узнает, что силы СБФ на объекте «Альфа» уже целую неделю не могут найти ни следа диверсанта, саботировавшего крупный эксперимент и сделавшего невозможным использованием камеры биосинтеза и пси-проектора. Поэтому будьте добры, сообщите мне о прогрессе. В противном случае я добьюсь, чтобы на вашем месте оказался более сговорчивый коллега.

Взгляд майора мог бы расплавить ультрасталь; на Клару Вогель он впечатления не произвел. Прошло несколько секунд напряженной тишины, прежде чем майор, наконец, стушевался и ответил.

– Мы знаем, что он скрывается в технических коридорах комплекса и использует их же для перемещения; несколько произошедших стычек это прямо подтверждают. С крупными силами он предпочитает не связываться и в случае появления подкреплений уходит вглубь тоннелей. Мои люди прочесывают их сектор за сектором, и рано или поздно диверсант будет зажат в угол и ликвидирован. К настоящему моменту непроверенных участков осталось менее пятой части. Я удовлетворил ваше любопытство, доктор Вогель?

– Вполне, – майор не был уверен, но ему послышалась толика самодовольства в тоне исследователя. – Я искренне надеюсь, что вам удастся ликвидировать диверсанта в течение двух суток.

Не дожидаясь ответа, рыжеволосая женщина повернулась и покинула ЦУОС. Сквозь открытые двери было видно, как двое сотрудников СБФ, занимавшие до этого позиции напротив дверей, направились вслед за ней; после диверсии уровень тревоги на объекте ниже «Желтого» не снижался даже по ночам, и ко всем ключевым фигурам был приставлен контингент охраны.

Переведя взгляд обратно на тактическую карту, майор Родригес продолжил наблюдение за продолжающимся боем.

 


 

Лифт спускался вглубь комплекса, и, устало прикрыв глаза, Клара Вогель не могла не испытывать некоторого удовлетворения. Работать с майором Родригесом всегда было редкостной головной болью, и поставить его на место было… приятно. И если это подстегнет его решить, наконец, вопрос с диверсантом – что ж, тем лучше.

Лифт достиг жилого уровня, створки отворились, и Клара быстрым шагом направилась вглубь комплекса. Шаги оперативников СБФ позади эхом раздавались в ночном коридоре; Клара едва заметно поморщилась.

«Какой смысл в дополнительной охране, если мы все еще не можем поймать изначального виновника?»

Тихая трель коммуникатора отвлекла исследователя от своих мыслей. Поднеся запястье поближе, она посмотрела на имя абонента.

«Далмер? Что ему потребовалось в полночь?»

Не переставая идти вперед, она ответила на вызов.

– Доктор Вогель, добрый вечер! Надеюсь, я не разбудил? – голос собеседника был слишком жизнерадостным для позднего часа.

– Нет, доктор Далмер, я как раз говорила с Родригесом о нашей проблеме. Что-то случилось?

– А, да, по поводу этого, – Чарльз Далмер немного замялся, прежде чем продолжить. – Нам удалось восстановить работоспособность пси-проектора! К счастью, аномалия его не задела, и повреждения носили сугубо механический характер в результате взрыва.

Несмотря на усталость, Клара заметно оживилась. Пси-проектор был центральной частью проекта «Химера», и без него никакие успехи в биосинтезе не имели бы никакого значения.

– Это замечательная новость! И подскажи, у меня не было времени связаться с ним лично, но я знаю, что вы с доктором Тайсоном из «Гекаты» часто поддерживаете связь. У него были успехи в разработке пси-блокаторов для устранения аномалии?

Собеседник не замедлил с ответом:

– Конечно! Я говорил с ним пару часов назад, и он был уверен, что через пару дней предоставит работающий образец. Я также навел справки у инженерного подразделения, они заверяют, что смогут восстановить генопроцессоры всего за сутки, если устранить аномалию. Так что, если повезет, со следующей недели мы сможем еще раз опробовать предложенный вами метод.

Клара не могла не улыбнуться. Она боялась, что задержка продлится как минимум еще несколько недель.

– Спасибо, Далмер. На этом все?

– Почти. Я знаю, что на тебе лежит огромная нагрузка, и мы все очень за тебя беспокоимся. Но сейчас в любом случае у нас вынужденный простой, есть возможность немного отдохнуть, и я знаю одно неплохое местечко на 5-м уровне. Не хочешь завтра после смены вместе туда сходить? Столик я закажу.

В иные времена Клара, может, и согласилась бы. В иные времена, до того как потеряла всех, кто был ей дорог, и в жизни осталась лишь работа во имя победы, любой ценой.

– Прости, Чарльз, пока такой возможности у меня нет. Но спасибо за приглашение!

Приунывший Далмер после этого распрощался, и Клара, наконец, увидела дверь своих апартаментов. Ставшим уже привычным образом, двое шедших за ней оперативников СБФ прошли внутрь первыми и быстро проверили помещение.

– Все чисто, – доложил один из них, когда они вышли наружу и встали по бокам от входа. Мысленно фыркнув, Клара прошла внутрь и направилась прямо в спальню.

«К черту душ, завтра утром приму. А сейчас — сон, сон, сон».

Однако не успев сделать и пары шагов, она услышала позади легкое жужжание и свист импульсного выстрела. Начав оборачиваться, ведущий исследователь успела увидеть, как один из оперативников падает на пол с новым отверстием в шлеме, а в руках второго находится маг-пистолет. В следующий миг он молниеносным движением преодолел разделявшие их несколько метров, и удар отбросил Клару к стене, выбив воздух из легких прежде, чем она сумела бы закричать. Сквозь красную пелену перед глазами она смогла различить ботинки брони СБФ, приближающиеся к ней, и затем почувствовала укол в шее. Мир начала застилать темнота, и последним, что она услышала, был холодный голос:

– Добрый вечер, мисс Вогель. Вы не представляете, как долго я ждал этой встречи.

 


 

Решетка вентиляционного отверстия бесшумно скользнула внутрь прохода, и небольшой сенсор показался изнутри. Просканировав помещение, он поднялся обратно, и затем вниз с глухим стуком спрыгнула фигура в матово-черной броне. Свет был выключен, и в коридоре царила кромешная тьма, но для оперативника АБС это не было проблемой.

«Или бывшего оперативника? Существует ли агентство теперь вообще?» – пронеслась в голове предательская мысль.

За прошедшую неделю лейтенант обошел весь комплекс, аккуратно делая вставки в системы безопасности и внедряя едва заметные модификации. Это была долгая и кропотливая работа, но теперь и муха на технических уровнях не могла пролететь без его ведома. И естественно, системы связи были одной из первых структур, в который Прайс внедрился.

Сказать, что события последней недели шокировали обычно невозмутимого лейтенанта, было бы преуменьшением. Военный переворот, да еще и ровно через двое суток после того, как Прайс отправил экстренное донесение в штаб Агентства безопасности Союза о самостоятельных и крайне подозрительных действиях СБФ – таких совпадений не бывало. И судя по сообщениям в интранете проекта «Химера», остальной персонал либо знал, либо догадывался о готовящемся свержении избранной власти. Куда смотрели остальные спецслужбы Союза, от Объединенного разведывательного агентства до Терранского агентства расследований – оставалось только гадать.

Тем не менее, возникшая ситуация ставила Карла Прайса перед очень простым выбором. Он мог сдаться «безопасникам», и надеяться, что его не расстреляют в первые же пять минут. Или же он мог продолжать копать вглубь проекта и вскрыть всю подноготную происходившего на этой заштатной планетке. Если повезет, это может создать достаточный хаос, чтобы лейтенанту удалось угнать челнок с гипердвигателем и затеряться в глубинах Диких Систем.

«Без разницы. У тебя есть работа, Карл. А самокопанием можно будет заняться и позже».

Дойдя до конца коридора, он подошел к элементам управления расположенной перед ним двойной двери.  «Центр переработки биоматериала», гласила надпись наверху, и Прайс хмыкнул, снимая металлическую пластину и подключая встроенный в запястье компьютер к элементам управления.

«Что бы за аномалия не возникла посреди их испытательной зоны, она явно не дает им работать. Стало быть, и «биоматериал» пока простаивает».

Дверь тихо пиликнула, подтверждая доступ, и с шипением распахнулась. Оказавшееся за ней помещение было довольно просторным, и несмотря на полную темноту, встроенный в шлем фильтр ночного видения позволял увидеть ряд консолей и прозрачную стену за ними, сквозь которую виднелись какие-то цилиндры. Не тратя времени, Прайс направился к консолям. Те были так же отключены, но для оперативника АБС это преградой не являлось; сняв с задней стороны одной из них панель и подключив посредством небольшого кабеля находившийся на запястье компьютер, лейтенант приступил к работе.

Спустя пару минут консоль пискнула пару раз, и ее экран ожил. В следующую секунду над головой также разлился свет, а Прайс, смотав шнур, поставил панель обратно. Однако поднимаясь, он просил взгляд через полистекло и замер.

То, что ему изначально показалось цилиндрами, в хирургически-белом свете лабораторного освещения оказалось совсем иным. Целые ряды составленных штабелями капсул с прозрачными стенками заполняли колоссальное помещение, от потолка до видневшегося в сотне метрах внизу пола, и вдаль насколько хватало глаз. И все они были заполнены обитателями.

Ближайшая из капсул была всего в десятке метров по ту сторону полистекла, и взгляд Прайса невольно приковался к существу внутри. Оно было четвероногим, и его конечности были прочно закреплены ультрасталью. На голове был заметен рог, хотя его размеры подсказывали о скорее декоративном или рудиментарном характере; вокруг него также было кольцо из металла, прочно фиксирующее голову. Множество трубок окружали существо: некоторые входили в вены на ногах и торсе, некоторые шли к его рту… и подняв взгляд, лейтенант чуть не отшатнулся: огромные глаза существа были раскрыты, и оно смотрело прямо на него. Это был не просто взгляд безмозглого зверя; в его глазах безошибочно читалась мольба.

«Звезды милосердные, – пронеслось в голове у Прайса, когда он вновь оглядел развернувшиеся за стеклом штабеля капсул, в которых начало наблюдаться легкое движение. – Они всё еще живы! Сколько же их тут… тысячи? Миллионы? Что за эксперименты СБФ здесь ставят?!»

Существо продолжало, не шевелясь, смотреть на него, и со второго раза лейтенант заметил признаки значительной деградации: его шкура слазила целыми лоскутьями, а от волос на голове осталось лишь несколько прядей. В открытом рте виднелось лишь несколько зубов… но ни морщин, ни седины, ни каких-либо других признаков старения заметно не было. С трудом оторвав от бедолаги взгляд, Прайс повернулся к консоли.

*Права администратора предоставлены

*Выберите действие

*Открыть список локальных файлов.

*Список файлов: «Биосинтез — техдокументация», «Новый метод», «Ремонт пси-проектора», «Системные сообщения», «День рождения Камилы»…


Тихий писк сигнала тревоги. Прочитав сообщение перед глазами, Прайс торопливо подключил компьютер на запястье к порту сбоку от консоли и начал скачивать все доступные файлы.

«Кто-то все же заинтересовался внезапным освещением в безлюдной зоне. Следовало ожидать».

Когда через пару минут в центр переработки биоматериала зашел дежурный оперативник на подуровне, он нашел лишь включенный свет в абсолютно пустом помещении и одинокую активную консоль. Убрав руку с табельного маг-пистолета, он снял шлем и повесил его на поясе, после чего на всякий случай подошел к консоли.

«Чертов ширпотреб снова полетел. Опять марать бумагу и составлять запрос ремонтникам», – подумал он, глядя на барахлящий экран. В следующий миг захват сзади передавил ему горло. Отчаянно сопротивляясь, он пытался сбросить напавшего противника или дотянуться до пистолета на поясе, или хотя бы подать тревогу нажатием кнопки на запястье, но все было тщетно – напавший блокировал каждое его движение. Вскоре все было кончено, и незадачливый патрульный безвольно обмяк. Короткой фразы, последовавшей за этим, он уже не услышал:

– А вот броня СБФ мне пригодится.

 


 

Сознание возвращалось медленно. Пятна перед глазами в упор отказывались складываться в четкую картинку, а тихая капель где-то неподалеку ударами молотков отдавалась в висках. Затем ее нос обжег едкий запах, и все резко обрело фокус… головная боль, впрочем, так и не прошла.

– Мисс Вогель. Добро пожаловать в мою скромную обитель, – прозвучал слегка знакомый голос и, подняв глаза, Клара увидела перед собой сливающуюся с фоном матово-черную броню без отличительных знаков, и как ее обладатель убирает небольшой флакончик. Резко дернувшись, она обнаружила, что сидит на приваренном к полу металлическом стуле, а ее руки скованы за спинкой. Наручный компьютер отсутствовал. – Приношу свои извинения за столь бесцеремонный визит.

В голове Клары отчаянно проносились мысли и варианты действий. Быстрый взгляд вокруг явил взору лишь узкое подсобное помещение, с переплетениями труб и кабелей на стенах и потолке.

– Кто вы? Что вам от меня нужно? – попыталась выиграть время Клара. Короткое движение подтвердило, что встроенный в руку имплант, при активации передающий данные о местонахождении пользователя в ЦУОС, все еще был при ней. Абсолютно необходимая вещь на поверхности планеты, внедренная всем полевым группам и руководителям проектов. Ей лишь нужно несколько секунд, чтобы дотянуться до него локтем и подать сигнал бедствия…

– О, прошу прощения за свои манеры. Карл Прайс, лейтенант сил специального назначения Агенства безопасности Союза, – пугающий шлем раскрылся и стек обратно в броню, и в неровном свете пары светодиодов Клара увидела холодный взгляд серых глаз. – Но это не так важно.

Если Прайс и заметил ее ерзание, то не придал ему значения. Или же просто списал его на затекшие суставы, тем более что поза действительно была крайне неудобной.

 – Что же до моих целей… мне нужны ответы, мисс Вогель, – скрестив руки перед собой, лейтенант немигающим взглядом сверлил исследователя. – Вся моя группа – люди, с которыми я служил годами – потеряли жизни из-за этого проклятого места. И как только мне удалось отправить сообщение в штаб – в Союзе происходит военный переворот. Таких совпадений не бывает.

«Почти дотянулась… еще чуть-чуть…»

Тем временем лейтенант продолжил:

– Мои вопросы просты, мисс Вогель. Кто финансирует проект? Каковы его конечные цели? Что такое «пси-проектор»?

«Есть!» – едва ощутимая вибрация импланта подтвердила, что сигнал бедствия отправлен.

Клара усмехнулась.

– И с чего же мне отвечать на ваши вопросы, Прайс?

Брови лейтенанта взлетели вверх.

– Вы не дорожите своей жизнью, мисс Вогель? Даже если вы не предоставите никакой информации, я всегда могу продолжать перебирать ваших коллег одного за другим, пока не получу то, что требуется.

Ведущий исследователь лишь фыркнула.

– Вы не отпустите меня живой отсюда в любом случае. У меня нет никаких причин с вами «сотрудничать».

Несколько долгих секунд Прайс продолжал сверлить ее взглядом, прежде чем обойти стул с Кларой. Краем глаза она заметила стоявший позади стол с парой контейнеров.

– У АБС есть множество методов развязать язык, мисс Вогель. Разумеется, если бы вы пошли на сотрудничество, все было бы гораздо проще. Но требуемую информацию я получу в любом случае.

Новый укол ужалил Клару в шею, и вены словно обожгло огнем. Выгнувшись на своем стуле и отчаянно пытаясь вырваться из оков, Клара завопила от боли, но затем… все прошло. Сознание заволокла пелена, а мысли растворялись и терялись в матовой глухоте. Единственным ориентиром оставался лишь голос… голос, который задавал вопросы.

– Что такое «проект «Химера»»?

Мысли текли вяло. Слова сами начали срываться с губ.

– Проект «Химера»… это проект изучения и изменения местных видов. Они… псионики, и мы пытаемся создать контролируемый способ воздействия на Вуаль.

– Что такое Вуаль? – голос постоянно перемещался, иногда звуча громче, иногда тише. Она хотела открыть глаза, но веки были налиты свинцом.

– Вуаль… это пространство, лежащее вне нашего измерения. Оно... является источником сил всех псиоников. Охотники… пришли из него. Мы надеемся, что сможем закрыть их порталы и отрезать в нашем мире… В теории, после этого все ЭО в нашей галактике бесследно растворятся в фоновой радиации.

Голос казался озадаченным:

– Как «Химера» позволит это осуществить?

Свое… имя. Она не могла вспомнить свое имя… было ли у нее имя?

– Проект «Химера»… ставит своей целью создание биоконструкта с колоссальным псионическим потенциалом… параллельно разработанный пси-проектор позволит ему проецировать эти изменения на ткань Вуали вокруг всего Млечного Пути…

– Кто обладает доступом к этому «пси-проектору»?

Слова продолжали свободно течь, неподконтрольные ни ее сознанию, ни воле.

– Только… я…

Где-то совсем рядом раздался оглушительный грохот. Свист и жужжание вокруг, тяжелый топот закованных в броню ног.

– Мы нашли ее! Доктор Вогель, вы в порядке? – она почувствовала, что зажимы на руках спали. С трудом разлепив глаза, она увидела перед собой броню с синеватым отливом. – Она не в себе! Медика сюда, живо!

Удерживать веки больше было невозможно. Сознание начало вновь уплывать прочь, прежде чем она почувствовала очередную инъекцию в шею. Мир резко вернул свою четкость, и раскрыв глаза, она увидела перед собой несколько закованных в темно-синюю броню бойцов СБФ, на руке одного из которых была эмблема в виде красного креста на белом фоне.

– Как вы себя чувствуете, доктор Вогель? – спросил врач.

– Я в норме, – руки машинально потерли виски. – Голова раскалывается, но в норме.

Ее собеседник облегченно вздохнул.

– Слава звездам. Головная боль – это стандартно, но «сыворотки правды» земных агентств всегда обладали целым букетом непредсказуемых побочных эффектов. Лейтенант – обогатился он к стоявшему рядом оперативнику. – Сопроводите со своими людьми доктора Вогель в медицинский подуровень, чем скорее мы проведем полное обследование — тем лучше.

Вдали прогремела череда взрывов. Еще один отряд «безопасников» промчался мимо, направляясь в сторону продолжавшегося боя.

– Но я… – взгляд бойца с бело-красной эмблемой на руки заставил ее мгновенно умолкнуть.

– Приказ врача не обсуждается, доктор Вогель, – и, кивнув лейтенанту с несколькими оставшимися бойцами, он также бегом направился в сторону выстрелов.

Однако едва она начала подниматься со стула, как невероятная боль стальным обручем охватила голову Клары. Безумный, нечеловеческий вопль затопил сознание, ввинчиваясь в мозг и пронзая все ее естество. Изо рта вырвался сдавленный крик; из носа и ушей пошла кровь. Сквозь кроваво-красную пелену перед глазами она видела, как окружавшие ее бойцы СБФ оседают на пол, срывая шлемы и отчаянно пытаясь закрыть уши руками.

 


 

Выпустив очередь в высунувшегося бойца СБФ, Прайс быстро нырнул обратно в укрытие; миг спустя то место, где только что была его голова, прошило сразу несколько ответных очередей.

«Минус еще один. Сколько же вас там, я уже десяток отправил к праотцам!»

У Вогель явно было необнаруженное им устройство, передающее текущее местоположение – другого объяснения Прайс не видел. Возможно, она сумела активировать его уже после того, как пришла в себя в его схроне, иначе бы полевой анализатор уловил исходящий трафик по пути. Но СБФ в кои-то веки включили мозги и вместо того, чтобы лезть за ним через технические тоннели, где их заранее засекли бы многочисленные системы сигнализации и слежения Прайса, решили воспользоваться основными коридорами и просто пробили взрывчаткой проход в наиболее близком месте. Увы, это также отсекло его основной путь отступления, и сейчас оперативника медленно, но верно зажимали в тупик.

Едва выглянув вновь, лейтенант был вынужден вновь скрыться за углом. Плотность огня была слишком велика, и бойцы СБФ подходили все ближе. Бросив за угол плазменную гранату чтобы выиграть немного времени, Прайс торопливо перебежал к следующему повороту. Высунувшийся на его предыдущую позицию «безопасник» поймал очередь из импульсной винтовки; темно-синяя броня разлетелась на куски, и человек как подкошенный рухнул на пол.

Взгляд через плечо подтвердил, что этот поворот был последним: дальше оставался лишь небольшой отрезок технического коридора и подсобное помещение

«Но что если… – глаза на мгновение метнулись к автомапперу. – Бинго!»

За стеной коридора, оказавшейся весьма тонкой, лежало очень просторное помещение. И у него как раз оставалось два взрывных заряда.

Заставив нырнуть обратно в укрытие высунувшихся было «безопасников», лейтенант метнулся к подсобке, по пути установив заряды на стене. Время подрыва было рассчитано ровно: едва добежав до нее и убравшись с прохода, он услышал звук слишком близких подрывов. Мимо пролетели раскаленные осколки ультрастали, но обстоятельства к осторожности не располагали.

Высунувшись обратно в коридор, он увидел клубы дыма и полное отсутствие «безопасников» на сканерах.

«Должно быть, убрались подальше от взрыва. Это мой шанс!»

Покинув укрытие, лейтенант на полной скорости добежал до пролома и нырнул внутрь. Сквозь дым по-прежнему было ничего не видно, но…

«Что-то здесь не так», – пронеслось у него в голове, прежде чем он успел заметить зеленое сияние вокруг.

«Черт, это же та ано…»

В следующий миг поток образов захлестнул его. Сотни, тысячи, миллионы жизней проносились перед его глазами; каждая заканчивалась болью и разложением заживо в стеклянных капсулах. Раз за разом шкура слезала с его мышц и костей, снова и снова один орган отказывал за другим, и каждый миг отпечатывался в памяти подобно клейму. Где-то краем сознания он фиксировал истошную трель боевого защитного костюма, выводимые перед невидящими глазами сообщения об ошибках и разгерметизации. Затем БЗК вовсе разлетелся на куски, и сознание поглотила невыносимая боль. Мышцы разрывались и перевивались вновь, кости ломались и удлинялись, кожа заживо слезала с его тела, и на ее месте вырастала новая, незнакомая шкура.

Карл Прайс испустил нечеловеческий, звериный крик. И мир пошел рябью вокруг, искажаясь и крича вместе с ним.