Зеркальный ЛуноМИФ (ЛуноМИФ-2)

Глава четвёртая, сугубо благотворительная

— Здесь хоть что-нибудь бывает обычным? — Я с любопытством окинула крылья бури, застилавшей горизонт, магическим взглядом. Сполохи багровой сети чужих чар переливались в бурлящем месиве из песка и ветра — кто-то потратил немало сил, чтобы создать бурю и направить её на город. И город может такое и не пережить. То, что этой магической сетью удерживалось и питало её, было подобием сотворённого гибридного элементаля — способного сточить превращённым в сверзвуковой наждак потоком ветра с песком даже железо в считанные минуты.
— Это вряд ли. Место такое… странное.
— Что ж, тем лучше. — Я опустилась на бархан и развернула крылья. Поднявшаяся Завеса Тени рванулась в обе стороны, вырастая и изгибаясь, становясь… Рёв надвигающейся бури внезапно стих, резко оборвавшись. Бездна Чёрного Зеркала свернулась нитью, опадая и возвращаясь ко мне. На песок упал холодно блеснувший обсидиановый шарик.
— А может, это просто мираж, и он растаял так же, как дым… — промурлыкала я, подбирая шарик. Торчащий на открывшейся теперь скале, торчащей из песка, горбоносый верблюд, закутанный в чёрные одеяния, в негодовании и потрясении пялился на сиё действо. Потом схватил какую-то странную зверюшку навроде летучего угря, которая висела рядом с ним с отвисшей челюстью, и зачем-то попытался её придушить.
— Что это с ним? — Я вежливо помахала верблюду, тот отшвырнул трепыхающегося угря, сплясал какой-то дикий танец, угрожающе размахивая лапой, и поскакал прочь. О, а лапка-то непростая… Нехорошо.
— Нервишки слабые, — хмыкнула шиза. — Чёрная магия, тяжёлое некромантское детство, чугуниевые скелеты, прибитые к потолку, и вот это вот всё.
— Он думал, что любовь — это блажь, он просто никогда не любил… — я прикинула дистанцию. — Ничего, и его вылечим.
Телепорт. Несущийся на меня верблюд выпучил глаза и затормозил, пытаясь поднять свою странную конечность. Ай, какая досада — песочек под ногами вдруг стал твёрдой такой ступенечкой, и товарищ пропахал пустыню своим выдающимся шнобелем, заодно разрядив придавленную пузом ногавицу.
— Что ж вы так неосторожно, пациент, — я покачала головой, подойдя к дымящемуся и дёргающемуся страдальцу. Глаза в разные стороны, шерсть и грива дыбом, аж тюрбан стоит колом… Поймала ринувшегося в атаку угря магией и завязала в узел. — А вот и ужин. Рыбка в пустыне — деликатес редкий, м-м-м…
— Ага, Оби-Пьян Вхламоби подтвердит.
— Несомненно. Так, ладно, что тут у нас? Частичное смещение на другой план, замечательно… прогрессирующее? Великолепно! Увеличена печень… Восхитительно! Ничего вроде не упустила?
— Забыла маниакально-добрый смех.
— А, и правда. — Я на миг огорчилась, но затем махнула лапкой. — Ну и ладно, в следующий раз.
— Ч-что… — приочухавшийся верблюд попытался свести глаза в кучку.
— Пить нужно меньше! — пояснила я, от души треснув его по кумполу в целях анестезии. — И не совать загребущие лапки в другие реальности за халявным липиздричеством. Лежите смирно, пациент! Тэк-с, где моя бензопила?
— Здесь с бензином напряжёнка, может, обойдёмся топором? — с сомнением предложила шиза.
— Не, топором окна в Европу рубят только варвары.
Я перестала дурачиться и открыла портал.
— Элли, ты там?
— А, Луна… — в «окне» появились знакомая тёмная хламида и меланхолия. — Ты ещё не умерла? Это радует… Наверное… Да, определённо. Уже нашла новые приключения?
— И нового пациента. Прогрессирующее магическое поражение тканей проклятием со смещением слоя реальности, цирроз печени и скверный характер.
— О, тяжёлый случай… — Элли слегка оживилась. — Замечательно, мы его как следует измучим… то есть изучим! А то Басти заскучала, у нас тут с тех пор, как она после четверной очистки исправилась и поправилась умом, все болячки кончились, включая насморк и прыщи. Давай его сюда.
Я пропихнула жертву… в смысле, пациента, в портал. Подоспевший Винк, наспех поздоровавшись, помог принять добычу и уложить на стол.
— Какие новости? — спросила я, пока они его привязывали и прикручивали.
— Ну… — Элли затянула ремень и клацнула замком. — Строимся, расширяемся, прогрессируем. Страшила правит и умничает, Урфин с Лестаром завод строят для выпуска новых дубосуществ, Мета вон как раз канал копает, деревянки землю выгребать не успевают, Арахна продолжает срывать аншлаги и бурные восторги, Пиря уже растолстел и почти догнал её в росте, Кризалис… Они её приспособили как актрису в театре, детишки её любят, вроде и мозги начали на место становиться, даже кусаться почти перестала… Жаль, мне не дали её препарировать, такой материал по гибридной химерологии пропадает... Ну, хоть какая польза. Дровосек весь пылает от любви и пишет Фрегозе поэмы длиной с экватор, но она его всё равно не бросает. А у тебя что?
— Много песка в самых разных местах, рехнувшаяся зеркальная магия и кучка полуголодных детишек в заброшенном городе, — кратко описала я ситуацию.
— О как… — Элли переглянулась с Винком. — Помощь нужна?
— Пока нет, но не исключаю. Припасы у меня есть, накормить эту банду я сумею, а вот их здоровье пока под вопросом.
— Не вопрос, сейчас, — Винк взял внушительную колбу с дистиллятом, куда капнул из пробирки, добытой из мощного сейфа, каплю Бастинды и сыпанул пару ложек сахара. Передал её Элли, та, что-то прошептав, заткнула колбу пробкой и передала мне.

— На, держи в темноте, чтобы не слишком буянила, колбу я зачаровала на неразбиваемость.
— Спасибо. Передавайте всем привет, особенно Мете! — я подхватила и упаковала подарочек в трофейный тюрбан, спрятав в нагрудник. — До свидания.
— Ага, передадим, пока-пока… — рассеянно помахала Элли, пока портал закрывался, копаясь на подносе с инструментами. Выудила какой-то крючок. Портал сомкнулся.
— Э-э-э… это что, был крючок для добывания мозгов через нос? — неуверенно спросили свыше.
— Я ничего не хочу об этом знать, — пробормотала я, решительно отворачиваясь. — И тебе не советую. Меньше знаешь — крепче спишь, это как раз про Элли.
— Логично.
Дело шло к вечеру и я, прихватив по пути угря, полетела к городу. Негоже детям пропускать ужин, в коньце коньцов.