Fallout:Equestria: Виват, Литтлпип!

С разрешения Kkat. ...Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии... Выпущенное зебрами пламя мегазаклятий почти полностью уничтожило расу пони. Лишь через двести лет юная кобылка, вышедшая из Стойла Два, смогла объединить вокруг себя тех, кому суждено было стать новыми Хранителями Элементов Гармонии - и изменить жестокую и кровавую Эквестринскую Пустошь. Но ничего ещё не закончилось, потому что Литтлпип предстоит новое испытание. И судьба страны пони снова оказывается на кончике её рога...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун

Как заработать миллион

Луне срочно нужны деньги, и она пытается заработать их весьма необычным образом... В мире людей!

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Свет во тьме

Вечнозелёный лес... Такое ужасное и жуткое место. Многие пони стараются избегать этой местности, но не такова Твайлайт Спаркл. Однажды, принцесса дружбы решила наведаться в старый замок, где нашла таинственный кристалл, который атаковал кобылку. В счастью, она не пострадала, но что же всё-таки произошло на самом деле, и откуда взялась столь сильная магия?

Твайлайт Спаркл Другие пони

Луна и магия

Твайлайт и ее мама возвращаются с луны на год раньше, и хоть Селестия в начале подозревает недоброе, в итоге принимает свою сестру и племянницу с распростертыми копытами. Однако не все столь дружелюбны. Отношения между Твайлайт и Луной проверяются на прочность снова и снова, когда одна за другой на Эквестрию обрушиваются катастрофы. Удастся ли им сохранить добрые отношения, или их связь разобьется как стекло?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони Найтмэр Мун Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Снейлзы, отец и сын

Заботливые родители хотят отвлечь Снейлза от его увлечения фокусами и Трикси. Понификация рассказа А. Т. Аверченко "Функельман и сын".

Снейлз

Кекс

Самый лучший день...определенно был вчера и до утра сегодняшнего оставаться не захотел. А жаль, ведь его удача наверняка бы пригодилась незадачливому кондитеру, на свою голову ввязавшемуся в не самое благоразумное мероприятие.

ОС - пони

Последнее испытание

Вы - заключённый за убийство. Вы уже отсидели несколько лет, и вас скоро освободят, но освободят, если вы пройдёте несколько проверок и тестов. А в конце будет дан самый сложный тест - тест на человечность...

Другие пони

Застрявшее во рту манго

Night Flight была во всём похожа на обычных фестралов: острые клыки, кожистые крылья... и невероятная любовь к манго.

Счастливые Дружеские Встречи

После долгого лета, наполненного магическими шоу, Трикси возвращается в Понивилль, чтобы перезимовать в замке Твайлайт. Однако, она обнаруживает, что многое изменилось за время ее отсутствия. Во-первых, в ее кровати затаилось чудовище.

Эплджек Трикси, Великая и Могучая Другие пони Старлайт Глиммер Темпест Шэдоу

Жизненное течение

Спокойная жизнь может быстро смениться на насыщеную и беспокойную. Что и происходит с героем из нашего мира, который внезапно попадает в Эквестрию.(да, это заезженный сюжет с попаданцем)

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Человеки

Автор рисунка: Noben

Санни Лемон и Демон морей

Прощание с Пеблессом

В море всегда было опасно: шторма, цунами, чудовища и… кобылки.

Заядлые моряки ещё с давних времён уверовали в то, что кобылка на корабле – это к беде. Однако стоит только спросить кого-то из них о Лайтнинг "Одноглазой" или о Коре "Стальная цепь", как эти неотёсанные жеребцы тут же умолкали.

– Кружку медовухи и кусок яблочного пирога… и ему тоже.

– Две медовухи и два яблочных пирога. Заказ принят. Скоро будет.

Пони-единорог, подрабатывающая в таверне «Серебряная подкова» вечерней официанткой, вежливо поклонилась и отправилась на кухню вместе с подхваченным телекинетическим полем блокнотом.

Глядя на единорожку, Санни Лемон горько вздохнула. Она всегда завидовала единорогам, а точнее их удобной и практичной магии, способной за раз перенести великое множество предметов. Но, увы, она родилась земной пони и для переноски вещей ей приходиться полагаться на не очень вместительные седельные сумки или же на тяжёлую и крайне неповоротливую телегу.

– Вот бы я была единорожкой…

– А чем плохо быть земной пони? – поинтересовался коллега Санни по работе, пегас с красной шерстью и чёрной гривой.

– Не тебе, пегасу, мне об этом говорить, – проворчала кобылка, бросив быстрый взгляд в сторону кухни. Ей нестерпимо хотелось есть, а ещё сильнее выпить. – Ты летать можешь, а я только и умею, что по земле бегать и копытами махать.

– А ещё читать всю ночь напролёт, а потом в лесах носом все ветки считать.

– Будто это преступление?

– Да, преступление, – с упрёком огласил пегас. Официантка принесла поднос, выложила его содержимое на стол и ушла. Пегас тут же взял кружку и осушил её на четверть. – Мы с тобой уже не первый год работаем в одной команде: должна уже привыкнуть к тому, что я отвечаю за силу, а ты – за мозги. Какой толк мне от мозгов, если они всё время пытаются уснуть?

Пегас и земная пони около десяти лет работают вместе. Он археолог, проводящий от рассвета до заката на раскопках или же за исследованием древних руин. Она – историк, трепетно относящийся ко всему найденному и старающийся не упустить ни одной детали, даже самой незначительной.

– Смолл Эппл, не начинай…

– Тише! – злобно зашипел пегас и наклонился, прикрыв лицо копытом. – Не называй меня этим именем при посторонних пони.

Не смотря на свои явно жеребцовые размеры, Смолл Эппл стеснялся своего имени и предпочитал пользоваться псевдонимом под стать своей кьютимарке – Штрудель.

Санни Лемон – простая земная пони с кремового цвета шёрсткой, алой гривой и кьютимаркой в виде сложенных друг на друга трёх закрытых книг, хихикнула, прикрыв копытом губы.

– Маленькое яблочко. Хи-хи, это же мило.

– А вот и нет! – Смолл Эппл ударил копытом по столу. Почти – он остановил копыто всего в нескольких сантиметрах у поверхности стола. – Санни… Санни… когда-нибудь твой острый язычок приведёт тебя в могилу.

– Я не умру, пока не прочитаю все книги мира! – яростно запротестовала кобылка и залпом осушила половину кружки. Алкоголь слабо ударил ей в голову, заставив проморгаться и шумно выдохнуть. – А тут медовуха крепче, чем в Эквестрии.

Больше чем свою работу Санни любила библиотеки городов, куда ей доводилось приезжать, а особенно местные книги. Она постоянно уходила оттуда с забитыми до отказа седельными сумками и зачитывалась ими до самого утра, а потом выходила на работу, заливая в себя ведро крепкого кофе.

– Это да, ты можешь, – кивнул пегас, пригубив яблочный пирог. От кислоты яблок и пересоленного, да к тому же ещё и не пропечённого, теста, он брезгливо поморщился и выплюнул всё в тарелку.

И за эту дрянь они ещё и такие деньги берут? Может сходить на кухню и вправить местному повару копыта? Или настучать ему по рогу, а заодно накормить таким пирогом, приговаривая, что такие отвратительные пироги даже его мама не готовила, а её то к плите вообще нельзя подпускать – сгорит или еда, или дом.

– Так что, Санни? Ты устала торчать в захудалом Пеблессе и завтра отплываешь в Мэйнхэттен?

– Ага, – кивнула земная пони. Обратив внимание на реакцию Смолл Эппла, она решила, что и копытом к пирогу не притронется. – Принцесса Селестия обещала мне месячный отпуск после этой экспедиции, не считая потраченного на дорогу до дома времени.

– Везёт тебе, – грустно огласил Смолл Эппл и пригубил немного медовухи. – А я смогу взять отпуск только через год.

– Ты в прошлом месяце был в отпуске и уже мечтаешь о следующем?

– Без тебя мне в отпуске совсем нечем было заняться – то и делал, что мотал круги от таверны до дома.

– И как тебя Дасти ещё не выгнала из дома, а? – Санни оперла голову о копыто и устало вздохнула. Сидящий перед ней пегас лишь глупо улыбается, явно не осознавая всей серьёзности своего положения. – Она не любит пьяниц, а ты у нас известный любитель пригубить в свободное время. Такими темпами ты скоро сопьёшься и Дасти уже не будет волновать наши отношения – она просто выкинет тебя из дома.

– Ты же меня защитишь от её гнева? – пегас "жалобно" взмолил и игриво подмигинул, намекая на кое-что интересное и не пристойное. Земная кобылка на это недовольно фыркнула. – А я уж найду как тебя за это отблагодарить.

– Нет, жеребец ты мой, нет. Дасти – кобылка миниатюрная, уж как-нибудь справишься.

– Миниатюрная, но когда она со сковородкой в зубах, то к ней лучше не подходить – она пострашнее мантикоры будет.

– А это уже твои проблемы.

Устав от причитаний Смолл Эппла, Санни всё же решилась откусить кусочек яблочного пирога. Её кусочек оказался нормальным: в меру кислым, немного сладким и хорошо пропечённым. И чего этому дурню в его куске пирога не понравилось?

– Это да, мои. Не буду спорить – я люблю выпить, но больше алкоголя я люблю только тебя... ну и работу.

– Дурак, – земная кобылка покрылась всеми цветами смущения и поспешила сменить тему. – Надеюсь завтра я смогу найти корабль до Эквестрии, а там уж как-нибудь доберусь до Мэйнхэттана к родителям. Ты же помнишь? Я тебе о них рассказывала – они там всю жизнь живут и держат книжную лавку "Вкус истории".

– "Твоего отца всегда бесит то, что его лавку путают с рестораном, а вывеску менять он не хочет – слишком сильно нравится ему название", – передразнил пегас земную пони так, что та недовольно фыркнула, но на столь откровенное передразнивание предпочла не обижаться. – Ты мне своей лавкой все уши прожжужала похуже параспрайта.

Смолл Эппл подозвал жестом к себе официантку и попросил её передать повару свою глубочайшую «признательность» за столь отвратительный ужин, а заодно и принести ещё пару кружек медовухи. – Могла бы и не торопиться так – у меня здесь работы ещё на неделю. Через неделю вместе бы поехали, и ты бы наконец-то познакомила меня со своими родителями.

– Исключено! – вскрикнула кобылка, уперев копыта о поверхность стола и густо покраснев. Заметив на себе взгляд нескольких посетителей таверны, она села обратно и отвела взгляд в сторону. – Они до сих пор считают, что я никогда не найду себе нормального жеребца и выйду замуж за какой-нибудь журнал в духе «Как прожить одинокую, но счастливую жизнь?».

Жеребец прыснул и обиженно надулся.

– А разве я ненормальный?

– Ты то? Ты тот ещё идиот… но я тебя люблю. Люблю больше, чем «Легенды и сказания Эквестрии».

В ответ на столь странное признание другие пони покрутили бы копытом у виска, но только не Смолл Эппл – он положил своё копыто на копыто кобылки и нежно улыбнулся. Она пискнула и ещё сильнее залилась пунцом.

– Может останешься?

– Я бы рада, но я так давно не видела родителей – они уже наверняка забыли как я выгляжу.

– Понимаю. Тогда…

– Наш повар попросил передать, что очень сожалеет из-за не доготовленного пирога и просит принять эти яблоки в качестве извинения от заведения, – официантка телекинезом поставила на стол две кружки с напитком и тарелку запечённых яблок. Пегас благодарно кивнул и проводил её взглядом.

– Смолл Эппл, – зло буркнула земная пони. Пегас прекратил глазеть на официантку и повернул голову к Санни. – И не стыдно тебе при почти что замужней кобылке заглядываться на других, а?

Я? Да я… это…

– Кобылкин угодник!

Санни Лемон хихикала, глядя на то, как Смолл Эппл виновато прячет взгляд и ищет причину для оправдания.

– Мы с тобой ещё поговорим об этом… в номере, – от грозного тона, каким было это сказано, пегас нервно сглотнул. Лишь последовавший после его «глупой» реакции заливистый смех кобылки дал ему понять, что она пошутила и можно выдохнуть. – Мне завтра в дорогу, так что давай лучше выпьем за… а за то, чтобы я добралась домой без происшествий.

– Выпьем!

Пони ударили кружками и залпом осушили их. Поскольку Санни нужно было завтра вставать на рассвете, она выпила ещё кружку и отправилась спать, а её возлюбленный пил до утра, присоединившись к компании недавно вернувшихся из далёкого плавания моряков.


Санни Лемон проснулась рано утром, ещё до пения петухов, и быстро собрала свои скромные пожитки – набитую книгами седельную сумку и плащ. Смолл Эппл крепко спал, положив голову на барную стойку, а рядом с ним стояла бутылка бренди – этот глупый жеребец пил до самого утра и вырубился, хотя он обещал проводить её и посадить на корабль. Поцеловав его на прощание в щёку, кобылка галопом помчалась в порт.

Многие корабли ещё стояли в порту и загружали товары. Санни поговорила с капитанами нескольких кораблей и спросила у них «не плывёт ли кто в Эквестрию?». Они качали головами и сожалели о том, что ничем не могут ей помочь.

– Эй, кобыла!

– Кобыла? – возмутилась Санни. Она не любила когда её, пони которой даже ещё нет тридцати, называют кобылой. – Где твои манеры, здоровяк? В море вместе с трезвостью утопил?

– Как грубо, – прыснул бежевый земной пони с тёмно-зелёной гривой, по размерам немного превосходящий Смолл Эппла. – Я вообще-то тебе помочь хочу, а ты сразу грубить.

– Ты первый начал.

– Будто я виноват, что вы, кобылки, такие хрупкие и нежные создания?

Кобылка была готова избить этого пони всеми книгами, какие покоились у неё в седельных сумках, но она сдержалась – он даже не почувствует, а она лишь попортит обложки книг, которые она так долго искала по просьбе своего отца. Вместо этого она тяжело выдохнула и спросила, стараясь скрыть в голосе раздражение, но не смогла, а потому процедила вопрос сквозь зубы:

– И что за помощь ты хочешь мне предложить, здо… господин важный пони?

– Если продолжишь в том же духе, то я могу и передумать.

«Если попросишь меня пасть на колени и умолять, то я тебя вечной тьмой Найтмер Мун прокляну», – хотела сказать Санни, но предпочла оставить эти мысли при себе.

– Ладно, – выдохнул здоровяк, покачав головой и приложив копыто ко лбу. – Я тут краем уха услышал, что ты ищешь корабль до Эквестрии и я, как капитан этого судна, могу тебе в этом помочь.

Глаза Санни загорелись мириадами искр и почти тут же погасли, стоило только здоровяку начать строить из себя важного пони:

– Правда моя команда нервничает, когда на корабле находится кобылка – они уверены, что кобылка на борту к беде. Я того же мнения, но, думаю, сто пятьдесят звонких монет смогут поубавить их опасения.

Как глаза ранее зажглись искрами, так теперь и рот открылся от шока – так же быстро и неожиданно. Капитан требовал большую сумму, но, к счастью, такая у неё была. Она скинула с себя одну из сумок и достала оттуда кошелёк. Открыв его, она принялась отсчитывать монеты…

– Мисс, подождите! – к кобылке подбежала молодая бирюзовая пегаска с гривой цвета свежераспустившихся васильков, почти что ещё жеребёнок.

Санни сразу подумалось, что этот жеребёнок подрабатывает помощником на одном из портовых складов или та собирается встретиться с друзьями где-то неподалёку.

Ах, жеребячество...

– Иди отсюда, девчушка, – здоровяк показал копытом в противоположную от жеребёнка сторону. – Не видишь? Взрослые пони решают тут свои взрослые дела и маленьким жеребятам тут не место.

– Я не маленькая, – топнула кобылка и пёрышки игриво зашелестели, будто призывая хозяйку расправить крылья и взлететь. – Мне уже десять! А вот ты – обманщик!

– Следи за языком, мелочь, а не то... эй, ты что творишь?!

– Ни-че-го...

Маленькая кобылка копытами пыталась зацепить пробку из-под винной бутылки. Поняв, что копытами ничего не получится, она вцепилась в пробку зубами и, помотав её из стороны в сторону, наконец-то выдернула. Тоненький фонтанчик солёной воды хлынул из открывшейся дырки.

Пока рассерженный жеребец мчался вниз к пегаске, Санни подошла к краю пирса и от увиденного начала давиться от смеха – могучий "корабль" с "боящейся кобылок командой" стремительно наполняется водой и идёт ко дну, а юная пегаска пританцовывает и показывает язык, доводя жулика до белого каления.

– Покинуть корабль! Мы тонем! – возликовала пегаска и оттолкнулась от полусгнивших досок, древней как мир лодки с достаточной силой для того, чтобы один борт нырнул и зачерпнул побольше воды. Кобылка и в несколько взмахов поднялась на пирс, грациозно приземлившись рядом со смеющейся земной пони.

Нос лодки задрался, а вся задняя часть целиком погрузилась под воду. Свежий клей на одной из трещин, не выдержав таких издевательств, растворился от соприкосновения с водой и лодка раскололась на две равные части.

Здоровяк хватался за голову и шумно вдыхал понимая, что лодке конец, а ведь он так надеялся обобрать эту пони до нитки и сбежать с её денежками. Он бы подождал до ночи где-нибудь неподалёку, а после бы вернулся в Пеблесс, забрал свой маленький корабль и переправил бы его в другой портовый городок, где хороший плотник смог бы подлатать красавицу.

– Да я тебя... да я тебя... – ноздри здоровяка раздувались как кузнечные меха. – Я лодку из тебя сделаю!

– Будешь в тюрьме лодки из бумаги делать, – воскликнул появившийся возле юной пегаски стражник. Для задержания такого здоровяка он привёл с собой ещё парочку крепких сослуживцев. – Это называется ара... оро... ириваги! Тьфу ты, какое слово мудрёное.

– Оригами, сэр, – вяло поправил скромных размеров жеребец. Шлем то и дело пытался свалиться с его головы и упасть на землю, а повседневная рубашка стражника сидела на нём как бесформенный мешок. На службу он попал совсем недавно и своей формой ещё не обзавёлся, так что приходиться ходить в том, что дали и не выказывать возмущения.

– Не путай капитана, Слуггиш, – раздражённо бросила кобылка-стражница по имени Энгер. Она нестерпимо хотела вернуться домой в кровать после ночной смены, но капитан (колючего сена ему под круп!) не отпускает. – Это не оригами, а бумажное моделирование.

Причина раздражения Энгер проста и для этого городка совсем не нова: В таверне "Весёлый пони" весёлые (пьяные) пони, никак не реагировавшие на просьбу владельца покинуть заведение, устроили драку и переломали всю мебель о хозяина, пытаясь "убедить" его не выкидывать их на улицу и притащить бочку пива в качестве извинения за "грубое отношение с клиентами". На их беду хозяин не был сторонником выражения "Клиент всегда прав", а потому быстро показал им, что "Клиент всегда прав, но не всегда с целыми зубами".

– Отставить пререкания! – крикнул капитан, пытаясь остановить перепалку, которая, впрочем, развиваться и не собиралась. Одному было лень, а вторая хочет побыстрее разобраться с жуликом и наконец-то пойти домой.

– Эм... Прошу прощения, господа стражники, – Санни, уже оправившаяся от смешных потрясений, стояла в полный рост и показывала копытом на крадущегося большого пони. Он уже поднялся на пирс и незаметно, совсем как мышь размером с небольшую телегу, крался в сторону ближайшего переулка.

– А ну стой!

– Конские яблоки! – выругался здоровяк и сорвался в галоп. Стражники поскакали за ним.

Погоня не продлилась долго и закончилась ещё до первого поворота – Слуггиш наступил на край своей рубашки, споткнулся, покатился кубарем и впечатал собой беглеца в стену. Пока тот бранился и скидывал с себя оглушённого Слуггиша, видевшего в глазах все звёзды Эквестрии, капитан навалился на жулика, а Энгер застегнула на его копытах наручники.

Не сказав ни слова благодарности, стражники вместе с преступником быстро скрылись за первым ближайшим поворотом. Санни всем весом своего крупа рухнула на каменный настил пирса и облегчённо выдохнула, а юная кобылка, до этого изо всех сил сдерживавшаяся, по-детски засмеялась.

– Это... Это... Пфха-ха-ха... Ой, не могу, сейчас лопну от смеха!

– Ничего, я подожду.

И Санни принялась ждать. Десять секунд, двадцать, сорок, семьдесят, сто двадцать. Кобылка наконец-то прекратила смеяться, села и вытерла копытом проступившие слёзы.

– Простите мне моё поведение, мисс Санни Лемон. Я – Свирл Фэатхерс, юнга на корабле "Мармеладный пони", – важно заявила ещё недавно катавшаяся по пирсу пегаска. Санни несколько озадачила столь резкая смена поведения и она недоверчиво прищурилась. – Этот жулик, Джестер Пеа, не давал мне покоя вот уже несколько месяцев – он во многих городах побывал и многих кобылок пытался обмануть, но, слава Селестии, у него ничего не вышло... А вы почему так на меня смотрите, мисс Лемон?

– Откуда мне знать, что ты, та за кого себя выдаёшь? – Санни слегка ткнула Свирл в грудь. – А вдруг ты в сговоре с этим жуликом? Может ты, прикинувшись героем, меня, такую благодарную и доверчивую, до нитки ободрать захочешь, предложив место на "корабле" за баснословные деньги?

– Понимаю ваше недоверие, мисс Лемон, но позвольте мне всё объяснить, – не смотря на недоверие земной пони, пегаска держалась уверенно и непоколебимо. Санни частично убрала со своего лица маску недоверия и осторожно кивнула. – Наш капитан пил вчера в таверне с одним пегасом. Кажется его звали Штрудель... нет, Смолл Эппл. Он проговорился, что его подруге, Санни Лемон, надо попасть в Мэйнхэттен, что находится в Эквестрии по ту сторону аликорнового моря.

– Да, – кивнула Санни. На её мордочке не осталось и тени недоверия, но появилось сильное желание вернуться в "Серебряную подкову", разбудить одного болтливого пегаса и устроить ему выволочку. – Мне надо туда.

– Мы плывём в городок Сэнди Поинт – это немного севернее Мэйнхэттена. В команде "Мармеладного пони" достаточно матросов-кобылок – наш капитан считает все эти байки "о кобылках на борту" бредом сивой кобылы.

– Извини меня, но я очень в этом сомневаюсь – большинство матросов из команд кораблей, которые я успела обойти, смотрели на меня с явным недружелюбием.

– Понимаю. Поэтому предлагаю вам встретиться с капитаном моего корабля и обсудить всё с ним.

Постояв немного и поразмышляв о том, что другие корабли ей вполне могут вежливо отказать по той же причине, по которой отказали остальные, Санни согласилась встретиться с капитаном "Мармеладного пони" – красивой белой шхуны, стоящей самой последней на причале.

Команда корабля со столь сладким названием проводила время на палубе в ожидании очереди на погрузку за игрой в покер и среди матросов действительно были кобылки помимо юнги. Их было меньше, чем жеребцов, но они всё же были и это придало Санни уверенности в том, что она всё же сможет отплыть в Эквестрию сегодня.

Дверь в каюту протяжно скрипнула, когда юнга слегка толкнула её копытом. Капитан, сидевший за низким столиком без стула, читал небольшую книжку с заинтересовавшим Санни названием: "Демон морей. Миф или реальность?"

– Доброе утро, капитан.

Серый единорог с коричневой и изрядно поседевшей гривой отложил книгу в сторону и пристально посмотрел на пришедших кобылок.

– Это и есть та самая Санни Лемон? – юнга кивнула. – Можешь идти.

Юнга покинула каюту, оставив двух пони наедине.

– Ваш муж много мне о вас рассказывал, – сказал капитан вполне обыденно. Так, как будто он не провёл всю ночь в таверне и не распивал спиртное с пегасом, который сейчас видит за барной стойкой десятый сон и вряд ли проснётся раньше полудня.

– Он мне не муж... пока не муж, – несколько смущённая кобылка отвела взгляд в сторону. Она не хотела продолжать разговор на эту тему, а потому быстро её сменила: «Юнга мне сказала, что вы плывёте в Сэнди Поинт. Если вы не против, то я бы хотела поплыть с вами».

Жеребец встал, обогнул стол, подошёл поближе к кобылке, а затем взглядом устроил ей допрос с пристрастием.

– Судя по вашему взгляду, вы думаете подойду ли я для работы на корабле?

– О как, – удивился капитан "Мармеладного пони". Придя в себя, он откашлялся и продолжил разговор в деловом тоне: «Да, ты права: у меня в команде не хватает одного матроса и если ты согласишься немного поработать, то я заплачу тебе за работу и обеспечу питанием на все две недели путешествия. Если не захочешь подработать, то возьму пятнадцать монет за дорогу».

Санни Лемон приложила копыто к подбородку и задумалась. Хоть она и земная пони, а они, по уже устоявшемуся определению, обладают куда более развитым в физическом плане телом, чем те же пегасы и единороги, предпочитает работать головой, а не копытами, да и с деньгами у неё проблем нет – работа археологом считается престижной и всегда хорошо оплачивается.

– Деньги у меня есть, но поработать я не против, а в качестве платы… Могу ли я иногда брать у вас книги почитать?

Взгляд жадной до книг Санни зацепился за одну из заставленных книгами полок, а названия некоторых из них она увидела впервые. Приятная возможность скрасить длительное путешествие и набраться новых знаний.

Капитан от неожиданности хлопнул веками. На его памяти ещё никто не отказывался от денег в пользу чего-то другого. Немного подумав, он дал ответ:

– Нет, так не пойдёт, – кобылка грустно вздохнула. Не видать ей новых книг, а значит придётся довольствоваться зачитанными до потёртых обложек своими книгами, лежащими в седельных сумках.

А может стоит пойти по другому пути? Санни, немного прикинув в уме план действий, была уже готова достать кошелёк и заплатить за возможность прикоснуться к знаниям, что таили в себе страницы книг в новеньких обложках, но капитан остановил её, положив копыто ей на плечо.

– Книги можешь брать, но обращайся с ними бережно, а за работу я всё равно заплачу. Устроит?

Улыбка Санни, как казалось ей самой, могла ослепить всякого, кто на неё посмотрит – настолько она была счастлива.

– Готова хоть сейчас приступать! – радостно крикнула она. Единорог сделал несколько шагов назад, массируя копытом ухо – он пытался вернуть себе всю полноту слуха и избавиться от царящего там из-за крика звона. – Ой, простите.

– Ничего страшного, юная леди. Если всё пойдёт согласно графику, то через час мы уже будем отплывать. Юнга!

– Да, капитан? – немного времени спустя дверь приоткрылась и из дверного проёма показалась молодая кобылка.

Растрёпанная грива, несколько сбитое дыхание и слегка приподнятые крылья выдавали в Свирл присущую юности неусидчивость – она у двери оставила одного из матросов, а сама устроила круговую гонку с облаками, лениво плывущими над кораблём. В этой гонке все облака проиграли Свирл со счётом 37:0.

– Проводи леди в каюту кобылок и помоги ей устроиться со всеми полагающимися удобствами.

– Как прикажете.

Пока юнга обустраивала место для нового временного члена команды, пони разговорились друг с другом о темах, далёких от мореплавания: о полётах и истории. Об ощущении трепещущего перья ветерка и истории. О радости полёта, что не понять земной пони и истории. Так они и проговорили о своём до самого момента, когда "Мармеладный пони" был уже загружен, и пришла пора отплывать.

Санни надеялась, что Смолл Эппл всё же проснётся и придёт попрощаться, но нет – он по прежнему спал, положив голову на барную стойку, и совершенно позабыл о данном кобылке обещании проводить её. Теперь ему придётся очень сильно постараться, чтобы вымолить у неё прощение.

Корабль отдал швартовые, снялся с якоря, распустил паруса и, подхваченный попутным ветром, ринулся прочь из гавани подобно изголодавшейся по морским волнам рыбе.